Сам себе кредитор 2: ВС РФ против аффилированных кредиторов

Сам себе кредитор 2: ВС РФ против аффилированных кредиторов.

Чуть меньше года назад опубликовал на Закон. ру пост (https://zakon. ru/blog/2016/7/19/sam_sebe_kreditor_status_kreditora_affilirovannogo_s_dolzhnikom_v_dele_o_bankrotstve), посвященный проблеме участия в деле о банкротстве кредиторов, аффилированных с должником.

Напомню, проблема состоит в том, что аффилированные лица оформляют свои сугубо внутренние, корпоративные отношения с должником как общегражданские посредством договоров займа, аренды и т. д.

В результате, когда общество впадает в банкротство, его учредители, вместо того, чтобы получить удовлетворение своих требований после расчета со всеми кредиторами (как это предусмотрено законодательством о банкротстве), участвуют в деле о банкротстве наравне с ними.

Больше того, это приводит к всякого рода злоупотреблениям: аффилированные кредиторы, действуя не в своих интересах, а в интересах должника (а точнее, стоящего за ними общего бенефициара), захватывают контроль над процедурой и всяческим образом препятствуют нормальным кредиторам получить хоть какое-то удовлетворение: например, утверждают по делу о банкротстве мировое соглашение на «отмороженных» условиях (предполагающих 90-процентное прощение долга и 20-летнюю отсрочку и т. д.).

Таким образом, вследствие участия аффилированных кредиторов в деле о банкротстве независимые кредиторы, в лучшем случае, недополучают удовлетворения своих требований (поскольку часть денежных средств выплачивается аффилированным кредиторам), а в худшем – и вовсе лишаются реальной возможности получить хоть какое-то удовлетворение.

Во многих иностранных правопорядках (например, Германии или США) данная проблема решается просто: требования аффилированных кредиторов, независимо от того, как они оформлены - займом или взносом в уставной капитал, понижаются по отношении к требованиям независимых кредиторов.

Однако в России данный вопрос, несмотря на его актуальность, до сих оставался без внимания законодателя и Высших судов.

Изменилась ли ситуация за прошедший год?

Да. Можно смело сказать, что ВС РФ, наконец-то, обратил внимание на эту проблему и, хочется верить, всерьез взялся за ее решение.

Какие же шаги ВС РФ сделал в своей борьбе с аффилированными кредиторами?

Шаг 1. Дело о банкротстве (Определение Верховного Суда РФ от 01.01.2001 N 306-ЭС16-17647(1) и 306-ЭС16-17647(7) по делу N А12-45752/2015).

Распространенной схемой формирования «дружественной» кредиторской задолженности является схема с погашением долгов за должника его аффилированными лицами, которые в случае его банкротства включаются к нему в реестр на основании ст. 313 ГК РФ.

Именно применение такой схемы и пресек ВС РФ в данном деле.

Должник (физическое лицо) взял кредит под поручительство ряда компаний, участником которых он является. Однако рассчитаться с долгом он не смог и впал в банкротство.

При этом часть кредита все же была погашена, но не самим должником, а его племянником и сестрой, которые впоследствии со ссылкой на ст. 313 ГК РФ обратились с требованиями о включении в реестр на сумму погашенной задолженности.

Суды первых трех инстанций включили их требования в реестр кредиторов должника, не усмотрев ничего предосудительного в аффилированности с должником.

Однако ВС РФ с ними не согласился и пришел к выводу, что действия должника, который вместо того, чтобы погашать долг самостоятельно, просил делать это своих родственников, к тому же ведущих с ним совместный бизнес, которые не предъявляли этих требований к должнику в течение 4 лет до банкротства, могут отвечать признакам злоупотребления права, что в силу ст. 10 ГК РФ является основанием для отказа в удовлетворении требований кредиторов.

Таким образом, ВС в данном деле сформулировал во многом революционную для российского права позицию: суды могут отказать во включении в реестр требований аффилированных кредиторов, если обстоятельства возникновения долга явно указывают на то, что она формировалась исключительно с целью повлиять на ход процедуры в интересах должника.

Шаг 2. Дело о банкротстве (Определение Верховного Суда РФ от 01.01.2001 N 306-ЭС16-20056(6) по делу N А12-45751/2015)

В данном деле получила свое развитие позиция ВС РФ, ранее сформулированная по делу о банкротстве

Так, суды трех инстанций включили в реестр требований должника долг по договору аренды офисных помещений, заключенному между должником и подконтрольным ему юридическим лицом, несмотря на то, что должник «арендованными» помещениями не пользовалась и, как физическое лицо, не имело какого-либо интереса в их аренде.

Однако ВС РФ с нижестоящими судами не согласился, посчитав, что выбор структуры холдинга, позволяющей создать подконтрольную кредиторскую задолженность, может свидетельствовать о подаче кредитором, аффилированным с должником, заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Поэтому такое требование включению в реестр не подлежит, иначе будут ущемлены интересы «настоящих» независимых кредиторов должника.

Что интересно, в данном деле ВС РФ отошел от традиционно формального подхода российских судов к определению признаков аффилированности: ВС РФ подчеркнул, что на аффилированность могут указывать не только формальные признаки, указанные в законе, но и фактическая возможность одного лица контролировать деятельность другого.

Шаг 3. Дело о банкротстве -Технологии» (Определение ВС РФ от 01.01.2001 по делу).

Другой распространенной схемой формирования «дружеской» кредиторской задолженности является финансирование деятельности должника учредителями (или другими аффилированными лицами) не посредством внесения имущества в уставной капитал, а посредством займов.

Тем самым бенефициары должника убивают сразу двух зайцев: во-первых, вместо дивидендов, получение которых зависит от наличия у общества прибыли, получают фиксированный доход в виде процентов по займу, а, во-вторых, формируют дружественную кредиторскую задолженность на случай банкротства.

Как результат, должник, несмотря на отрицательные чистые активы, продолжает участвовать в обороте, но при этом может быть сброшен в банкротство в любой момент, например, при необходимости очищения должника от долгов перед независимыми кредиторами.

В данном деле как раз на несправедливость такой ситуации и обратил внимание ВС РФ, который указал, что предоставление учредителем займа своему же лицу в период кризиса (недостаточности собственного имущества) есть не что иное, как притворная сделка, прикрывающая внесение денежных средств в уставной капитал.

Как следствие, такие требования учредителей, пусть и основанные на договорах займа, не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Более того, ВС РФ не ограничился сугубо формальным обоснованием своей позиции, а указал на политико-правовые причины, побудившее его к принятию такого решения.

Необходимость понижения требований аффилированных кредиторов, ВС РФ обосновал тем, что раз они являются участниками общества, то несут риски неэффективного управления должником, в том числе негативного финансового результата. Схема с займами же приводит к тому, что они свой риск перекладывают на кредиторов, которые должником не управляют, а, значит, такие риски априори нести не должны.

Таким образом, в данном деле ВС РФ высказал одну из самых прогрессивных правовых позиций за годы своего существования и, фактически, пресек одну из самых распространенных схем организации должником контролируемого банкротства с целью сбрасывании долгов.

Шаг 4. Дело о банкротстве (Определение ВС РФ от 01.01.2001 по делу).

В данном деле получила свое развитие позиция ВС РФ, ранее сформулированная по делу о банкротстве -Технологии».

Здесь также учредители должника использовали схему с финансированием деятельности должника посредством займов.

Но в отличие от предыдущего дела, учредители, во-первых, в данном деле «спрятались» за оффшорные компании, во-вторых, должник не находился в кризисе в период выдачи займов (по крайне мере, об этом в судебном акте ВС РФ не упоминается).

Однако и в данном деле ВС РФ посчитал, что подобные требования не подлежат включению в реестр.

Свою позицию ВС РФ обосновал тем, что о притворности займа учредителя может свидетельствовать не только его выдача должнику, находящемуся в кризисе, но и направление этих денежных средств на цели, влекущие прирост имущества у учредителя, но не у должника (в данном деле, деньги расходовались на строительство склада, которым фактически пользовался и распоряжался как раз учредитель).

Также ВС РФ поставил под сомнение сделки должника по частичному возврату займа, которое производилось за счет средств, полученных от продажи его активов другим аффилированным лицам.

Таким образом, в данном деле, ВС РФ, по сути, предложил при оценке требований учредителя, основанных на договоре займа, оценивать всю схему, а не только ее малую часть по выдаче займа.

Такая позиция ВС РФ не может не радовать, ведь сейчас, к сожалению, суды чаще всего предпочитают игнорировать обстоятельства, которые напрямую не связаны с требованием, но по сути, составляют часть единой схемы по формированию искусственной кредиторской задолженности.

***

Таким образом, с начала 2017 года ВС РФ сформировал уже 4 позиции, связанных с участием аффилированных с должником кредиторов в деле о банкротстве, что позволяет предположить, что Верховный суд всерьез взялся за решение этой проблемы.

Остается только надеяться, что нижестоящие суды будут следовать практике ВС РФ по данному вопросу и не допускать к участию в деле о банкротстве лиц, единственной целью которых является необоснованно освободить должника от возврата долгов.