Литературный процесс Сибири 20-х – начала 30-х гг. XX в.: эволюция Сибирской прозы. Автореферат (стр. 2 )

В связи с этим, объектом исследования является литературный процесс Сибири 20-30-х гг., который представлен художественными текстами сибирских писателей В. Зазубрина, Л. Сейфуллиной, М. Кравкова, А. Сорокина, И. Гольдберга, Ф. Березовского и др., вышедшими отдельными изданиями и опубликованными в журнале «Сибирские огни» периода 1922-1934 гг., критическими статьями и рецензиями, дающими представление о литературной жизни Сибири, а также литературоведческими работами данного периода Г. Пушкарева, М. Азадовского, Б. Жеребцова, Н. Пиксанова.

Предметом исследования является сибирская проза 20-30-х гг. ХХ в.

Важно подчеркнуть при этом, что в первой половине 20-х г. сибирская проза в большинстве своем была представлена именно на страницах журнала «Сибирские огни». Многие прозаические произведения, опубликованные в журнале в указанный период времени, не вышли отдельными изданиями в дальнейшем и существуют до сих пор в единственном журнальном варианте. Исходя из этого и из того, что, по словам участников литературного процесса Сибири, вся сибирская литература была сконцентрирована вокруг этого журнала, мы в своем исследовании обращаемся преимущественно к текстам, опубликованным на его страницах.

Практическое значение работы определяется тем, что результаты исследования позволяют в определенной степени дополнить картину историко-литературного развития Сибири и могут иметь значение для дальнейшей разработки вопросов, связанных с творчеством сибирских писателей в указанный период времени, а также могут найти применение в школьных и вузовских курсах по истории отечественной литературы, в разработке спецкурсов и спецсеминаров по литературе Сибири и актуальным проблемам литературного регионализма.

Апробация работы. Основные положения данного исследования опубликованы в форме статей в сборниках Красноярского государственного педагогического университета, Хакасского государственного университета им. , Вестнике Красноярского государственного университета. Результаты исследования обсуждались на научных конференциях в вузах Сибири, на кафедре русской литературы Красноярского государственного педагогического университета.

Структура работы. Диссертация состоит из Введения, двух глав, Заключения, Примечания, библиографического списка.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении раскрывается, обосновывается история вопроса, тема диссертации, определяются цели и задачи исследования, их актуальность и научная методология исследования.

Первая глава «Особенности литературного процесса Сибири первой половины 20-х гг. ХХ в.» посвящена выявлению круга проблем, связанных со своеобразием сибирского литературного процесса указанного периода.

В разделе 1.1 «Тенденции развития сибирской прозы» в первую очередь уточняются своеобразные черты локальной словесности, позволяющие говорить о существовании в сибирской прозе 20-х гг. ХХ в. особой идейно-тематической направленности, которая проявляется на разных уровнях поэтики художественной прозы Сибири: сюжетно-тематическом, жанровом и уровне литературного типа.

Рассматривая сюжетно-тематический уровень, необходимо отметить, во-первых, преимущественно «крестьянский» характер сибирской прозы 20-х г. Несомненно, интерес к изображению крестьянской жизни возник в переломный момент истории не только у сибирских авторов. Это было связано с осмыслением стихийного крестьянского характера революции и людей в революции, партизанского движения в годы гражданской войны. Писателями отражался сложный характер отношений крестьянской массы к городу. В частности, это проявилось в творчестве таких писателей, как А. Неверов, Артем Веселый, Л. Леонов. Но, если для российской литературы это было новым, то развитие крестьянской темы сибирскими беллетристами началось еще в конце XIX в., о чем свидетельствуют исследования, проведенные современными учеными – , , Г. Спиридоновой.

В произведениях первой половины 20-х годов сибирские авторы, развивая эту традицию, осмысливали вопросы, волновавшие их как представителей этого края, показывали особенность сибирского быта, отмечали особый ритм жизни сибирской деревни, определенную косность мышления сибиряков, стремились тем самым пробудить интерес к бурлящей вокруг жизни.

М. Кравков в своих рассказах подчеркивает обособленность сибирских деревень, стремление их жителей к сохранению прежних устоявшихся традиций, нежелание что-либо менять, перестраивать. Нечто близкое в описании сибирской деревни встречается у Л. Сейфуллиной, подобная характеристика неповоротливой жизни таежной деревни показано и в рассказах А. Богданова, и в произведениях И. Гольдберга.

Можно констатировать, что темы революции и гражданской войны преломляются в произведениях сибирских прозаиков первой половины 20-х годов через быт и бытовой сюжет. А Коптелов в повестях «Антихристово время», «Черное золото» повествует о том, как революция приходит в старообрядческую деревню. Правдиво и достоверно показан писателем уклад жизни и психология старообрядцев, трагедии, обусловленные ломкой устоявшегося быта, его вековых традиций.

рмановым передана драма сибирского крестьянина в годы гражданской войны, представлена сложность постижения им социальных процессов, происходящих в деревне. Писатель изобразил гражданскую войну через внутренние конфликты героев, которые выявляются в их речи и поступках. В рассказе «Заноза» – это горькое осознание отцом того, что они с сыном оказываются в разных политических лагерях и переживания сыном потери невесты (выходит замуж за зажиточного); в «Пестряди» – драма души крестьянина, узнавшего, что жена была изнасилована белым офицером и сын ее – от врага; в рассказе «Марь» – осознание героем собственной непригодности для супружеских отношений в результате контузии. В данных рассказах передается социально-психологическая атмосфера гражданской войны в Сибири, но не в военных событиях, а в становлении нового быта, нравов.

В связи с происходящими в стране событиями представлены сибирская деревня, люди, живущие в ней и в произведении Л. Сейфуллиной «Перегной». Писательница рисует картины неуютной крестьянской жизни, показывает, как в свете происходящих событий меняется крестьянская психология.

Важное эстетическое и художественное значение в формировании литературного процесса данного периода имели пейзажные мотивы и образы, имевшие место в произведениях сибирских авторов первой половины 20-х г. К. Анисимов в своем исследовании говорит о большом значении топосов в сибирских произведениях. Образы гранитных гор, деревьев, восходящих к небу, вершин утесов со стекающими с них реками, он называет важными элементами поэтики местного колорита в текстах о Сибири различных эпох.

Необходимо отметить, что указанные образы встречаются и в сибирской прозе первой половины 20-х гг. У каждого писателя индивидуальный стиль, тем не менее, при описании сибирской природы имеется определенная знаковость. «Хребты, а на хребтах земной, бурой густой щетинистой шкурой тайга. Пролегли меж хребтами распадки, лелеют студеную воду горных хребтовых ручьев», – это у И. Гольдберга. А вот подобный мотив у Г. Пушкарева: «Из-за поворота нырнула тропа и спряталась в цепь: кедры, пихты, не лес – великаны. Лежит медведем – не проскочишь, объезжай». Очень колоритно живописует горы М. Кравков.

Часто писатели в ходе изображения сибирской природы делают акцент на ее суровости, что было характерным и для сибирских текстов предшествующих эпох.

Кроме того, в литературном процессе нашла свое отражение тема жизни коренных народов Сибири. Развитие «инородческой» темы в Сибири и принципов изображения представителей инонациональной среды начинается в конце ХIX в. и связано в первую очередь с этнографическими трудами Н. Ядринцева и Г. Потанина. Очень много в этом отношении было сделано А. Новоселовым, к данной теме обращались в своем «дореволюционном» творчестве писатели А. Сорокин и И. Гольдберг.

В начале 20-х гг. данная тема в сибирской литературе не только остается актуальной, но и получает дальнейшее развитие в произведениях И. Гольдберга, А. Сорокина, Г. Пушкарева, К. Урманова, М. Кравкова, Р. Фраермана.

Произведения сибирских писателей о малочисленных народах региона можно было объединить на основе типологического сходства. Рассматривая судьбу представителей коренных народностей края, авторы рассказов исследовали особенности национальных характеров, их психологический склад, определяемый особым суровым климатом, своеобразием социального и национального факторов.

Далее необходимо отметить, что ведущим литературоведческим понятием, имеющим значение при анализе произведений данного периода, является определение типа. Для сибирской прозы характерен особый типаж, создание и развитие которого было связано со спецификой экономического, географического и социального положения региона.

О сибиряке, как особом типе, говорят Б. Жеребцов, В. Зазубрин, указывая на его специфичность и призывая глубже исследовать его характер. В произведениях сибирских писателей первой половины 20-х г. делается попытка создания типа сибиряка. Нужно отметить, что он эволюционирует по сравнению с типом сибиряка, изображавшимся в произведениях писателей 10-х гг.. Так, А. Новоселов, Г. Гребенщиков, С. Исаков и другие дореволюционные писатели стремились показать особые привычки, взгляды, сибирские нравы, общественный быт сибиряка в целом, все то, что выделяет его из общей среды российских крестьян. В творчестве писателей-сибиряков 20-х гг. происходит углубление социально-типичного в индивидуальном. В произведениях Ф. Березовского, М. Кравкова, Л. Сейфуллиной, Г. Пушкарева, И. Гольдберга можно обнаружить анализ внутреннего мира героев. Каждый из писателей по-своему изображает его, пытаясь определить типические черты героя, создаваемого в условиях сибирского климата, его суровости, отражающихся в его жизни и поведении, типичного героя-сибиряка.

Л. Сейфуллина пытается осмыслить природу таежного человека, объяснить некоторые его поступки тяжелым бытом, неписаными законами тайги, о которых говорил Б. Жеребцов. М Кравков показывает Сибирь глазами человека, живущего в ней. Его героями являются охотники, золотоискатели, ссыльные, беглые каторжники. Очень часто писатель изображает представителей малочисленных народов Сибири – тунгусов. Его тунгус предстает неотъемлемой частью целостного повествования о Сибири, ее людях, природе. Он живет в гармонии с природой, следует ее законам, верит в ее мудрость и воспринимает различные потрясения как справедливое возмездие за совершенные людьми проступки.