Контрольная работа по дисциплине «Проблемы теории частного права» (стр. 4 )

Застройщик иск не признал на том основании, что право на объекты недвижимого имущества возникает с момента его государственной регистрации. С момента заключения предварительного договора ни каких вещных прав на квартиру у Орлова не возникло. Обязательства застройщика заключались в передаче Орлову квартиры определенных размеров и определенной стоимости.

Привлеченный к участию в деле Семенов заявил, что на момент заключения договора купли-продажи он ничего не знал о правах третьих лиц на указанную квартиру. На основании ст. 460 ГК РФ и Закона РФ «О защите прав потребителей» Семенов потребовал от за­стройщика уменьшения покупной цены на квартиру, а также компен­сации причиненного ему морального вреда.

Задача 19. ПАО «Хлеб» передало на хранение элеватору 30 т зерна. По окончании срока хранения элеватор отказался отгружать зернр но ПАО «Хлеб», которое не оплатило услуги хранителя в полном объеме.

Получив отказ элеватора выдать зерно, ПАО «Хлеб» заключило договор купли-продажи хранящегося на складе элеватора зерна с производственным кооперативом и передало ему простое складское свидетельство, выданное элеватором.

Требование кооператива об отгрузке зерна также не было удовлетворено элеватором по причине отсутствия оплаты его услуг по хра нению зерна.

Кооператив обратился в арбитражный суд с иском к элеватору о(> истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Задача 20. обратилось в арбитражный суд с требовани­ем к местной администрации и подрядной организации — кооперативу «Дорстрой» об устранении препятствий в использовании имущества - железнодорожных путей, принадлежащих ему на праве собственности.

Как установил суд, железнодорожные пути были проложены меж­ду цехами производственного предприятия, принадлежащего . Право собственности на железнодорожные пути было зарегистрировано в установленном порядке. Указанные железнодорожные пути пересекали автомобильную дорогу, которая находилась в муниципальной собственности. При проведении ре­монтных работ на автомобильной трассе полотно железнодорожных путей было засыпано и заасфальтировано кооперативом «Дорстрой», который выполнял эти работы на основании договора с местной ад­министрацией. В результате фактически лишилось возможности использовать собственное имущество по назначению и понесло значительные убытки.

Суд первой инстанции обязал кооператив «Дорстрой» устранить нарушения прав путем восстановления железнодорож­ного полотна и устройства через него оборудованного переезда для автомобилей.

Суд апелляционной инстанции отменил данное решение на том основании, что указанные железнодорожные пути не эксплуатирова­лись собственником на протяжении более чем двух лет. Указанные пути были отсоединены от соответствующих коммуникаций и нахо­дились в состоянии, непригодном для эксплуатации. Следовательно, собственник был не вправе требовать устранения препятствий в поль­зовании своим имуществом, которым он фактически не пользовался.

Задача 21. Шорохов и Плетнева состояли в браке с мая 1991 г. по январь 2006 г. После расторжения брака Плетнева обратилась с иском к Шорохову о разделе дома с надворными постройками и земельного участка в садоводческом товариществе «Улет» и признании за ней права собственности на 2/з указанного дома, построек и земельного участка, а также о признании права собственности на вклад в сумме 25 500 руб. в Сбербанке РФ на имя Шорохова. При этом истица просила учесть интересы проживающей с ней несовершеннолетней дочери — Шороховой Алевтины 1997 г. рождения.

Ответчик иск не признал и предъявил встречный иск о разделе совместно нажитой автомашины ВАЗ.

При рассмотрении спора было установлено, что земельный уча-сток был получен Шороховым по наследству в 1986 г., а садовый домик на нем построен в период с 1987 по 1990 г. В 1992 г. к дому была сделана пристройка и построен хозблок, а в 1993 г. построены баня и печь и произведена обивка дома вагонкой. Шорохов также указывал, что во время брака помимо вклада на его имя также был внесен вклад в сумме 2,5 тыс. долл. США на имя его жены, и в сумме 2 тыс. евро на имя дочери.

По решению суда с Шорохова в пользу Плетневой была взыскана компенсация в размере 1/2 части расходов, понесенных на строительство пристройки, бани, хозблока, печи и стоимости обивки дома вагонкой в размере 8 тыс. руб., которые были рассчитаны исходя из данных бюро технической инвентаризации о стоимости соответствующих строений. В остальной части иска было отказано.

В удовлетворении встречного иска суд отказал, признав право собственности на автомобиль за Плетневой, с которой было взыскано в пользу Шорохова 50% стоимости автомашины, что составило 3,5 тыс. руб.

Не согласившись с решением суда, Плетнева подала кассационную жалобу. По мнению истицы, суд неверно определил величину расходов на строительство и ремонт дома и построек, которая значительно превышала балансовую стоимость этих объектов, что подтверждалось представленными в материалах дела документами о приобретении строительных материалов и оплате ремонта и строительных работ. Кроме того, судом не был принят во внимание факт их совместного проживания с ответчиком до регистрации брака, которое, по ее словам, имело место с 1985 г. Вклад на имя Шороховой Алевтины был внесен за счет средств, предоставленных в дар их дочери ее бабушкой — матерью ответчика, а потому не должен был учитываться при вынесении решения о разделе нажитого супругами имущества. В жалобе Плетнева также указала, что при рассмотрении дела требования о выплате ей денежной компенсации она не заявляла.

Задача 22. Членами крестьянского хозяйства в Тверской области являлись Чижов (глава хозяйства), его жена и трое их взрослых сыновей — Борис, Владимир и Леонид. Хозяйство имело животноводческую ферму и участок земли, на котором выращивались кормовые культуры для скота.

По окончании (заочно) зоотехнического факультета сельскохозяйственной академии Борис женился на Петрищевой. Спустя год он решил создать совместно с женой и ее родителями самостоятельное хозяйство. В связи с этим Борис потребовал раздела имущества хозяйства. Он считал, что имеет право на 1/6 часть, а Петрищева — на 1/12 часть имущества хозяйства, поскольку ее членство было непродолжительным. В счет причитающейся ему и его жене части имущества Борис просил передать в собственность 1/5 часть поголовья скота на ферме и один из двух имевшихся в хозяйстве тракторов. Он полагал, что такой раздел является справедливым, поскольку у него пока никакой сельскохозяйственной техники нет, приобрести ее затруднительно, а в хозяйстве помимо остающегося трактора имеется и другая техника (молоковоз, грузовая автомашина, две сенокосилки и др.). Остальную часть своей доли Борис соглашался получить деньгами.

Глава хозяйства Чижов и его жена согласились с предложением Бориса.

Однако Владимир и Леонид возража ли против фактического раздела имущества хозяйства и настаивали на выделе доли Бориса только в денежной форме, поскольку второй трактор был крайне необходим хозяйству. Долю Петрищевой в имуществе хозяйства они определяли в размере 1/24, принимая во внимание незначительность ее участия в хозяйстве своим трудом и средствами.

Задача 23. ПАО «Универсал» обратилось в арбитражный суд с ис­ком к частному спортивному учреждению «Футбольный клуб «ФАН»» о взыскании 500 тыс. руб. основного долга и процентов за пользова­ние чужими денежными средствами по заключенному между сторо­нами договору займа.

Возражая против удовлетворения исковых требований, футболь­ный клуб ссылался на отсутствие в его распоряжении денежных средств. По мнению ответчика, субсидиарная ответственность по его обязательствам также не может быть возложена на собственника имущества клуба, поскольку договор займа футбольный клуб заклю­чил за рамками своей специальной правоспособности и сметы дохо­дов и расходов, утвержденной учредителем.

Задача 24. Зарегистрированное в России ПАО «Пенька, лес, щети­на» (продавец) обратилось в суд с иском о взыскании с немецкой компании «Нихтсцалер ГмбХ» (покупателя) задолженности по оплате товаров, которые были отгружены в адрес ответчика на борт его судна, но оплачены покупателем лишь частично.

В обоснование правомерности своих действий покупатель заявил, что неоплаченная часть товаров была им получена в ненадлежащем состоянии. Приемка товаров состоялась после прибытия судна в порт покупателя, а до этого момента риск повреждения товара должен не­сти продавец. Специального условия о распределении между продав­цом и покупателем риска случайной гибели или повреждения товара в договоре не было. Истец утверждал, что поставка товаров фактически осуществля­лась на условиях «РОВ-Мурманск» (ИНКОТЕРМС-2000), хотя ссыл­ка на это условие в договоре отсутствовала. Истец представил доку­мент за подписью руководителя Торгово-промышленной палаты РФ, подтверждающий существование в порту Мурманска обычая, соглас­но которому при отгрузке товаров стороны руководствуются усло­виями РОВ (ИНКОТЕРМС-2000). Ответчик должен был знать об этом обычае, который широко известен в международной торговле и всегда соблюдается в порту Мурманска. Право свидетельствовать су­ществование обычаев предоставлено Торгово-промышленной палате РФ нормой п. 3 ст. 15 Закона РФ от 7 июля 1993 г. № 000-1 «О торго­во-промышленных палатах в Российской Федерации». Кроме того, в данном случае подлежат применению правила п. 2 ст. 9 Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров. Из товаросопроводительных документов следовало, что товар, направ­ленный в адрес ответчика, пересек борт судна в порту Мурманска в надлежащем состоянии. Даже если впоследствии груз был в пути по­врежден, российская компания (продавец) все равно не должна нести за это ответственность, поскольку согласно условиями поставки РОВ риск случайного повреждения товара переходит с продавца на поку­пателя в момент пересечения товаром поручней судна.

Суд признал аргументы истца убедительными и удовлетворил ис­ковые требования в полном объеме.

Задача 25. Лизинговая компания «Гуд Лак» получила в банке кре­дит для осуществления лизинговых операций под залог своих прав требования к лизингополучателям по трем заключенным договорам лизинга. В связи с тем, что обязанности по уплате процентов и по возврату суммы кредита заемщик не исполнил, банк решил обратить взыскание на предмет залога и обратился в суд с просьбой удовле­творить его требования к лизинговой компании из стоимости зало­женных имущественных прав.

В предварительном заседании суд пояснил, что даже в случае при­нятия решения согласно ст. 349 ГК РФ об обращении взыскания на заложенные права требования по договорам лизинга неизбежно воз­никнет неразрешимая проблема порядка реализации предмета залога II соответствии со ст. 350 ГК РФ. Признавая правомерность заявлен­ных требований и учитывая отсутствие установленного законодатель­ством порядка обращения взыскания на заложенные имущественные нрава, суд предложил истцу обосновать возможность применения ст. 349, 350 ГК РФ к случаю обращения взыскания на заложенные имущественные права и правомерность удовлетворения требований кредитора-залогодержателя из стоимости этих прав.