Трибуналу надлежало рассмотреть вопрос о признании организаций гитлеровского режима – руководящего состава нацистской партии, СС, СА (штурмовые отряды), гестапо и др. – преступными. В основу обвинительного заключения была положена концепция общего плана или заговора, составленного подсудимыми в целях достижения мирового господства путем совершения преступлений против мира, военных преступлений или преступлений против человечества.
В ходе Нюрнбергского процесса было проведено 403 открытых заседания трибунала.
В конце сентября – начале октября 1946 г. трибунал огласил приговор, в котором были проанализированы принципы международного права, аргументы сторон, дана картина преступной деятельности режима на протяжении более чем 12 лет его существования. Трибунал приговорил Г. Геринга, И. Риббентропа, В. Кейтеля, Э. Кальтенбруннера, А. Розенберга, Г. Франка, В. Фрика, Ю. Штрейхера, Ф. Заукеля, А. Иодля, А. Зейсс-Инкварта и М. Бормана (заочно) – к смертной казни через повешение; Р. Гесса, В. Функа и Э. Редера – к пожизненному заключению, В. Шираха и А. Шпеера – к 20 годам, К. Нейрата – к 15 годам, К. Деница – к 10 годам тюремного заключения; Г. Фриче, Ф. Папен и Г. Шахт были оправданы. Трибунал объявил преступными организации СС, СД, гестапо, руководящий состав национал-социалистической партии (НДСАП), но не признал таковыми СА, германское правительство, генштаб и верховное командование вермахта. После отклонения Контрольным Советом по Германии ходатайств осужденных о помиловании приговоренные к смертной казни были в ночь на 16 октября 1946 повешены в Нюрнбергской тюрьме (Г. Геринг покончил жизнь самоубийством).
Нюрнбергский процесс явился ответом на небывалые в мировой истории злодеяния фашистов и милитаристов, стал важной вехой в развитии международного права. Впервые к уголовной ответственности были привлечены официальные лица, ответственные за планирование, подготовку и развязывание агрессивных войн. Впервые было признано, что положение главы государства, ведомства или армии, а также исполнение распоряжений правительства или преступного приказа не освобождают от уголовной ответственности. Нюрнбергские принципы, поддержанные Генеральной Ассамблеей ООН как общепризнанные нормы международного права, вошли в сознание большинства людей. Они служат основанием для отказа выполнять преступный приказ, предупреждают о грядущей ответственности тех руководителей государств, которые совершают преступления против человечества.
Приложение
Хрупкая, но мужественная женщина Мария Александровна Галышкина
Когда началась война, Мария Галышкина училась в Нальчике на последнем курсе бухгалтерского техникума. Ей было 17 лет: планы, мечты, молодость… К этому времени она окончила курсы Российского общества Красного Креста, умела делать уколы, перевязки, накладывать шины. На груди значки «Отличная медсестра», «Ворошиловский стрелок», ГТО, ПВХО… Маша гордилась этими наградами, радовалась жизни, стремилась к новому и неизведанному. В первые же дни войны она стала полевой медсестрой. Не счесть мест, где она побывала. Хочется рассказать лишь о нескольких случаях из её биографии.
Бойцы стрелкового батальона, в котором воевала Галышкина, во взаимодействии с танковой ротой со стороны Балаклавы ворвались в город. На них обрушился шквал огня: стреляли минометы, орудия, пулеметы, прицельный огонь вели автоматчики. Маша перебегала от одного дома к другому, оттаскивала раненных на плащ-палатке в безопасное место, снова возвращалась к линии огня. Только за один бой она спасла 25 солдат и офицеров, но и сама пострадала, рядом разорвалась противотанковая граната, обожгло лицо – снова госпиталь. За этот подвиг ее наградили орденом Красной Звезды.
После лечения Галышкина получила назначение в отряд моряков Дунайской флотилии. Однажды группу десантников на катерах высадили на территории противника, бой был ожесточенный, но во взаимодействии с войсками, наступающими с фронта, удалось отбить важный опорный пункт врага. Казалось, бой затих, Маша на повозке, запряженной парой лошадей, повезла раненных в медсанбат. Рядом разорвалась мина: обе лошади были убиты, санинструктора контузило, осколками перебило руку, ногу, которую хирургу удалось сохранить. В этом отряде моряков воевал будущий известный артист Георгий Юматов. Узнав, что Маша находилась на лечении, он на мотоцикле приехал в госпиталь, увез ее в отряд, который штурмовал Вену.
Там и встретила отважная медсестра День Победы. Праздник для нее был очень радостным: после пяти ранений сама осталась жива. Цел и невредим оказался и старшина 1-й статьи Анатолий Галышкин, которого Мария встретила и полюбила. Вскоре они стали мужем и женой. Вырастили сына и дочь.
Костя Кравчук — самый юный кавалер ордена Красного Знамени в Советском Союзе
Киев стал одной из первых целей немецких бомбардировщиков 22 июня. «Киев бомбили, нам объявили, что началася война»… Киев стал местом и одного из крупнейших поражений РККА 1941 года. В Киев немцы вошли 19 сентября. Именно в этот день судьба пересекла путь Кости Кравчука с группой раненых красноармейцев, которые, не строя иллюзий по поводу своего будущего, передали ему на сохранение два боевых знамени.
Костя поначалу просто прикопал свёрток со знамёнами в саду, но обстановка в захваченном Киеве не была спокойной, да и ожидать скорого возвращения своих оснований не было. Немцы наводили новый порядок жёстко: киевские евреи почти сразу организованно переместились в Бабий Яр, через город тянулись колонны пленных, за которыми оставались трупы безжалостно застреленных конвоирами обессилевших красноармейцев. Костя решил спрятать знамёна понадёжней – и подальше от своего дома: он упаковал знамёна в холщовый мешок, тщательно осмолил его и спрятал в заброшенном колодце.
Хранить тайну – даже от матери – было, наверное, очень непросто. Особенно если учесть, что Костя рано остался без отца: он умер ещё до войны. Однако вплоть до освобождения Киева о знамёнах не узнал никто.
Костя периодически ходил к колодцу и проверял, на месте ли его клад. Однажды, уже в 1943 году, ему не повезло: он попал в облаву и был посажен в поезд, вывозивший молодёжь в Германию. С поезда ему повезло сбежать, но до родной Оболонской улицы он добрался уже после того, как Киев был освобождён Красной Армией.
А потом, после радостной встречи с матерью, отнёс знамёна 968 и 970 стрелковых полков в военную комендатуру.
Надо полагать, некоторое время ушло на проверку обстоятельств: не каждый день на стол коменданта ложится свёрток с боевыми реликвиями. Но 23 мая 1944 года на Костю были составлены наградные документы: за спасение Боевого Знамени в Советском Союзе полагалось награждение орденом. 31 мая о Косте Кравчуке доложили Сталину, а уже 1 июня был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении Константина Кононовича Кравчука, 1931 года рождения, орденом Красного Знамени.
О послевоенной судьбе сведения скупы. Известно лишь, что он продолжил учёбу в Харьковском суворовском военном училище (созданное в 1943, в 1947 году было переведено в Киев), жил и работал в Киеве, на «Арсенале». Работал, очевидно, достойно: писали, что в 1970-х его грудь украсил второй орден Знамени, на сей раз Трудового Красного.
«Через тернии к звездам…»
Хочу рассказать тебе об одном интереснейшем человеке, с которым я познакомилась благодаря музею «Юные участники Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.», работающему уже более 10 лет в Колледже малого бизнеса, где мы проходим обучение. Герой моего рассказа Александр Иванович Подобед.
Александр Иванович встретил войну в Белоруссии. К концу июня 1941 г. появились партизаны, которым Александр с братом активно помогали, собирая оружие на полях боев, патроны, гранаты.
Зимой 1942 года Александр Иванович попал в партизанский отряд им. . В один из дней к ним в дом приехал Василий Митрофанович Ермилов и попросил помочь организовать надежную переправу через переезд. Вот что по этому поводу рассказывал Александр Иванович: «Немцам я примелькался, так как каждый день там ошивался. Этим постовым немцам было поручено проверять крутой поворот железной дороги. Немцы пошли в обход, будочник пошел в дом. Я даю сигнал: «путь свободен!». Мой сигнал принят. Подвода приближается к переезду. Вижу, что навстречу этим патрулям к переезду приближается дрезина с ручным ходом. Как быть? Что делать? Вернуть подводу уже невозможно. В мозгах одна мысль: что делать? Вскакиваю на крутой откос железной дороги и бегу навстречу дрезине, с целью, чтобы меня заметили два автоматчика. Слышу, немцы кричат: «Хальт! Хальт!» А я бегу. Стреляют. Пули свистят рядом. Бегу. Стреляют прицельно. Пули срезают ветки кустарника. Убьют, гады, – думаю я. Слышу стук колес по шпалам переезда. Падаю, как убитый. Немцы меня волокут в будку. Жестоко бьют. Что-то спрашивают. Что-то между собой говорят и все колошматят меня. Забегает будочник. Он у меня спрашивает, ты зачем бежал, куда бежал? Неосознанно, с разбитым в кровь лицом, будочнику говорю, что заметил подстреленного зайца, хотел поймать. Немцы засмеялись и выбросили меня, окровавленного, из будки. Вот так ценный груз доставлен в партизанский отряд».
И таких жизненных моментов немало!
Александр Иванович награжден медалью «За отвагу» в 13 лет, медалью Партизану Отечественной войны 2-й и 1-й ст., ордена: Отечественной войны
2-й ст., «За заслуги перед Отечеством» 2-й ст., Сталина, Андропова, Великая Победа, Общественное признание «Серебряная Звезда» и другими, в том числе иностранными. Всего 40 наград. Дважды награждался Почетной Грамотой ЦК ВЛКСМ, оружием, государственными знаками.
Закончил ФЗУ. Поступил и закончил Московское военное училище
им. Верховного Совета РСФСР. Закончил Высшую школу КГБ СССР, ВЮЗИ им. . Почти 40 лет служил в центральном аппарате госбезопасности.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
