Тематическая основа и идеологическая маркированность в общественной дискуссии в США (на материале форумов по государственному долгу), Санкт-Петербург 2017 (стр. 3 )

М. Рейзигл и Р. Водак в своем исследовании замечают, что интерпретации текстов должен предшествовать жанровый анализ дискурса. А именно, необходимо определить для каждого жанра, входящего в дискурс, синтаксическую когезию и семантическую когерентность, наклонение глагола, стилистику и другие жанро-специфические черты. [M. Reisigl, R. Wodak 2001]

М. Рейзигл и Р. Водак также замечают, что сферы активности людей соответствуют определенным сферам реальности. Разграничение различных видов деятельности – это разграничение между различными функциями и социально-обусловленными целями дискурсов. В дискурсе одной тематики может наблюдаться переход от одних дискурсивных актов к другим. Т. е. дискурсам характерно перекрещивание друг с другом, а именно интертекстуальность. [M. Reisigl, R. Wodak 2001]

Таким образом, под дискурсом, вслед за исследователями, будем понимать совокупность текстов одной тематики, каждый из которых относится к определенному жанру. Так, в дискурс госдолга США входят такие жанры как общественный форум, парламентские дебаты, публикации политиков и СМИ и другие жанры. В данной работе объектом исследования выступает жанр общественный форум. Понимание дискурса как совокупности текстов также встречается в словаре лингвистических терминов под номером восемь: «Дискурс – интегративная совокупность текстов, связанных семантическими отношениями и объединенных в коммуникативном и функционально-целевом отношении».

Рассмотрим жанровую проблематику в публикациях М. Бахтина. В статье «Проблема речевых жанров» исследователь определяет речевые жанры как относительно устойчивые типы высказываний (типические формы высказываний), вырабатываемые сферами использования языка. Бахтин относит к речевым жанрам короткие реплики бытового диалога, бытовой рассказ, письмо, военную команду, приказ, деловые документы, публицистические выступления, многообразные формы научных выступлений и все литературные жанры (от поговорки до многотомного романа).

Бахтин разграничивает первичные и вторичные речевые жанры. К первичным речевым жанрам он относит определенные типы устного диалога — салонного, фамильярного, кружкового, семейно-бытового, общественно-политического, философского и др. К вторичным (сложным) речевым жанрам автор причисляет литературные (романы, драмы), публицистические, научные жанры (научные исследования) и т. п. Бахтин пишет, что вторичные жанры возникают в условиях более сложного и относительно высокоразвитого и организованного культурного общения (преимущественно письменного): художественного, научного, общественно-политического и т. п. В процессе своего формирования они вбирают в себя и перерабатывают различные первичные (простые) жанры, сложившиеся в условиях непосредственного речевого общения. Первичные жанры, входящие в состав сложных, трансформируются в них и приобретают особый характер: утрачивают непосредственное отношение к реальной действительности и к реальным чужим высказываниям; например, реплики бытового диалога или письма в романе, сохраняя свою форму и бытовое значение только в плоскости содержания романа, входят в реальную действительность лишь через роман в его целом, то есть как событие литературно-художественной, а не бытовой жизни. Роман в его целом является высказыванием, как и реплика бытового диалога или частное письмо, но в отличие от них это высказывание вторичное (сложное).

Однако, при разграничении речевых жанров по степени сложности на первичные и вторичные подчеркивает, что различие между ними не функциональное, а скорее структурное. Вторичные речевые жанры вбирают в себя и перерабатывают различные первичные жанры, которые, в результате, трансформируются и утрачивают непосредственное отношение к реальной действительности (Бахтин 1979: 239). Как отмечает , подобная классификация, однако, не получила достаточных методологических оснований (Лукьянова 2004). Действительно, будучи основанной на принципах объективизма, она представляет собой попытку разграничить более объемные, фундаментальные речевые произведения от структурно менее сложных. Тем не менее, тот факт, что здесь не учитывается функциональная составляющая, вносит некоторую путаницу в определение речевого жанра как первичного или вторичного.

В таком контексте едва ли можно говорить о возможности рассматривать общественный форум как «первичный жанр» - термин, используемый Бахтиным.

Согласно Бахтину, всякое понимание чревато ответом, оно порождает ответ; слушающий становится говорящим. Каждое высказывание – звено в цепи других высказываний, где границы определяются сменой говорящих (речевых субъектов). Главный критерий высказывания – возможность ответить на него, занять ответную позицию, тогда как незавершенное высказывание (предложение) не может вызвать ответной реакции.

В словаре лингвистических терминов Ахмановой следующая запись: «Высказывание (акт коммуникации) англ. utterance, фр. йnoncй, нем. Aussage, ucn. enunciado. Единица сообщения, обладающая смысловой целостностью и могущая быть воспринятой слушающим в данных условиях языкового общения.» Как видно из данной словарной записи, смысловая целостность признается основной характеристикой выказывания, что соответствует видению данного понятия М. Бахтиным.

Бахтин выделяет три момента высказывания:

-предметно-смысловая исчерпанность (полная – в бытовой сфере, неполная – в творческой, предмет неисчерпаем, но может стать темой высказывания);

-речевой замысел (воля) говорящего (что хочет сказать говорящий);

-типические композиционно-жанровые формы завершения (выбор говорящим определенного жанра).

Главный недостаток концепции , таким образом, заключается опять же в акценте на структурно-формальных характеристиках речевого общения при недостаточном внимании к его функциональным особенностям. Хотя принципиальным его достижением является, безусловно, переход от анализа отдельных предложений к анализу целостных высказываний и проведение четкой границы между словом и предложением как единицами языковой системы и высказыванием как единицей речевого общения. В настоящее время в основу классификации речевых жанров все чаще кладут речевой замысел говорящего, или, в современной терминологии, - коммуникативную интенцию. В работах многих зарубежных исследователей именно коммуникативная установка говорящего определяется как основной жанрообразующий признак. Однако, данная позиция не может считаться абсолютно верной.

отмечает важность исследования жанровой природы текстов и предлагает положить в основу классификации речевых актов не коммуникативную интенцию говорящего, а результат (удовлетворение потребности), который достигается при произнесении того или иного высказывания. В этом отношении все высказывания можно разделить на две широкие сферы, каждая из которых связана с определенным типом потребности: речевые акты, направленные на преобразование окружающей действительности, результатом которых являются непосредственные изменения в окружающем мире, и речевые акты, связанные с областью самосознания, производство которых не влечет за собой изменений в окружающей среде (Толочин 2002: 212-222).

Выделение этих двух типов высказываний связано с наличием двух сфер коммуникации: сферы монолога, которая «является способом осуществления самопознания», и сферы диалога, которая «представляет собой использование языка для сотрудничества индивидов в процессе воздействия на внешнюю реальность» (Толочин 2002: 222). Возможность удовлетворения обеих потребностей обеспечивается модельной структурой сознания, которое в процессе решения проблемы оперирует языковыми моделями опыта – фреймами, или сценариями. Категоризация фреймов осуществляется за счет типологизации проблем человеческого опыта, что и приводит к возникновению речевых жанров как в сфере монолога, так и в сфере диалога. В связи с этим речевые жанры можно определить как типологизацию проблем человеческого опыта при помощи ситуативных моделей (фреймов). 

В отношении диалога как термина, в отличие от его бытового понимания, стоит отметить следующее. Внутренняя форма слова «диалог» не предусматривает ограничения числа участников коммуникации двумя индивидами. Словообразовательный элемент греческого происхождения dia - обозначает не «два», как это можно предположить по сходству с латинским di-, а «через», и соответственно слово «диалог» буквально значит «черезсловие», т. е. предполагает попеременное владение словом. [К. Филиппов, 2003] В словаре лингвистических терминов диалог во втором значении определяется как «переговоры, свободный обмен мнениями». [Жеребило 2010]

Сложность для исследования составляет вычленение носителя минимальной смысловой единицы  –  реплики как высказывания либо диалога в его целом, когда дело касается такого текстового жанра как гражданский форум (общественная дискуссия), включающего множественность говорящих. Особенность данного жанра состоит в том, что по своей форме он не в полной мере соответствует диалогу или дискуссии. Зачастую участники не вступают друг с другом в открытый диалог, а лишь поочередно озвучивают свои позиции, что создает иллюзию несвязности реплик участников дискуссии. Анализ, представленный во второй главе, доказывает наличие в дискуссии связности, что позволяет рассматривать гражданский форум как единый диалог/дискуссию, а не как набор несвязных высказываний отдельных участников.

Тем не менее, вопрос о том, что является носителем минимальной смысловой единицы, остается неразрешенным. Так, с одной стороны, смысловой завершенностью обладает высказывание, что соответствует учению Бахтина, с другой стороны, лишь совокупность всех высказываний, составляющих диалог, обладает смысловой завершенностью. У Бахтина имеется следующее утверждение: «языковой коллектив, множественность говорящих, конечно, никак нельзя игнорировать, говоря о языке, но при определении сущности языка этот момент не становится необходимым и определяющим природу языка моментом. Иногда языковой коллектив рассматривается как некая коллективная личность, “дух народа” и т. п. и ему придают огромное значение (у представителей “психологии народов”), но и в этом случае множественность говорящих, “других” в отношении каждого данного говорящего, лишена существенности.» Таким образом, данное утверждение предполагает восприятие множественности говорящих, принадлежащих одной культуре, как коллективную личность, что говорит о необходимости восприятия общественной дискуссии как минимальной смысловой единицы, единого высказывания.