Арка 3. Интерлюдия 2. «Приятного аппетита». Часть 1/2.

Сидя в раскачивающейся драконьей повозке, Рем могла лишь думать о нем.
Время от времени его имя внезапно всплывало в ее голове. Рем подняла взгляд и сощурилась от яркого сияния солнца.
Она уставилась на едущие впереди повозки, везущие раненых в битве с Китом.
Следует отметить, что обработали только самые серьезные раны, и некоторые солдаты пребывали в тяжелом состоянии. Тем не менее, даже при такой боли, они удовлетворенно улыбались от того, что их давняя мечта осуществилась. Эти люди долгие годы лелеяли свою мечту в сердцах, и радость от ее осуществления была сильнее боли или страха смерти. Воплотив желаемое, они направлялись в Столицу с триумфом.
Видя их радость, Рем ненавидела себя за то, что не могла сдержать боль в сердце.

— Ты выглядишь тревожно, Рем. Все еще беспокоишься за него?
— Госпожа Круш? — Рем оглянулась на голос и увидела присевшую рядом Круш.

Перемотанная бинтами Рем была серьёзно ранена, но с достоинством держалась, не показывая виду, однако скрыть сильную усталость было невозможно. Она ехала в повозке был только потому, что Круш не могла позволить ей ехать на драконе в таком состоянии. Потому Круш и решила составить Рем компанию, по крайней мере до столицы.
Ощутив несмелый взгляд Рем, Круш небрежно пожала плечами:
— В конце концов… — она покачала головой — с ним Вильгельм, Феликс, лучшие солдаты экспедиции и наемники Рикардо. Кроме того, Анастасия должна была предсказать подобный поворот событий. Пусть противник и силен, я не думаю, что они могут проиграть.
— И все равно я не могу не волноваться. Это так эгоистично с моей стороны.
— Всё не можешь унять беспокойство, да?.. Когда проблема в тебе, можно самосовершенствоваться, пока не справишься с ней. Но когда речь о других людях, это действительно непросто… Ах, прости, я не умею утешать.
Заметив, что ее слова лишь усугубили ситуацию, Круш поняла, что оговорилась, и опустила глаза. Но увидев обычно холодную и формальную Круш с такой стороны, Рем невольно улыбнулась.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

— О, это хорошо, — кивнула Круш, — Нацуки Субару уже говорил об этом: «Рем больше подходит улыбка, правда?». И это действительно так.
— Госпожа Круш… знаете, улыбаясь, вы производите абсолютно другое впечатление. Обычно вы суровы, а вот стоит разок улыбнуться и становитесь…
— Мне часто такое говорят, и не могу сказать, что меня это не злит. Я не улыбаюсь просто так — боюсь, я становлюсь неприятной...
Рем не была уверена, можно ли принять это за шутку, но видя нежную улыбку Круш, она тоже заулыбалась. Мужественная и гордая, Круш для Рем, которой всегда не хватало уверенности, была образцом идеальной женщины. Но, разумеется, наибольшее уважение Рем испытывала всё же к своей старшей сестре, Рам.
— Впереди их ждет культ ведьмы… Хотя это и было ожидаемо, учитывая личность Эмилии, следует соблюдать осторожность, пока мы не узнаем о них больше. Нацуки Субару это понимает, но, конечно же, у лорда Метерса тоже есть план, да?
— Рем не может знать, что таится в глубинах разума ее хозяина. Я не смогу ответить, даже если вы спросите.
— Это было грубо, Рем. Сейчас мы всё-таки союзники, и мне бы хотелось хоть что-то узнать о текущем положении дел.
Возможно это должно было отвлечь Рем от негативных мыслей. Ведь девушка не осталась наедине с тревогой именно благодаря Круш. Кроме того, Круш верно подметила, что такой человек как етерс должен был разработать детальный план. Разумеется, Субару следовал плану хозяина, и одновременно пытался восстановить свою репутацию. Вообще… учитывая убийство белого кита, его репутация превзошла все прошлые достижения.
— «Герой Нацуки Субару»
Рем, чье сердце и будущее он спас, подумала, что это описание как нельзя лучше передает сущность Субару. Учитывая светлое будущее, которое его ждет, эти слова более чем оправданы.
Кроме того, быть с этим блистательным героем, там, где он всегда может убедиться, что она рядом (если только это место может вынести ее присутствие) – большего Рем и не желала. Одно лишь это сделало бы ее счастливой. Каждый раз думая о Субару, она приходит в смятение. Ей становится тепло и, возможно, спокойно. Однако временами она испытывает боль, тревогу, тоску и беспокойство. Приносить столько счастья и столько страданий, — это мог только Субару. С улыбкой на губах Рем вернулась к думам о будущем, их с Субару будущем.
Взглянув украдкой на Рем, Круш выдохнула с облегчением. Лаская ножны своего меча пальцами, она молча смотрела на дорогу перед собой, размышляя о длинном пути в столицу.
— ...
— ?
Круш прищурилась, в тот же момент Рем услышала шум и подняла голову. Звук, который услышала Рем, доносился со стороны драконьих повозок впереди. Там же Круш уловила какое-то движение.
Прямо на глазах Круш драконья повозка растворилась в воздухе. Рем же услышала предшествующий этому шум, похожий на удары капель дождя. Очертания повозки перед ними стали размываться, вокруг неё повис кровавый туман. Земляной дракон, повозка и все раненые внутри нее безжалостно уничтожены.

— Враг атакует! — Изумленная Круш замешкалась лишь на секунду прежде чем чем прореветь боевой клич. Руководимые ей драконьи повозки приготовились к бою.
Рем, отгоняя боль и изнеможение, сразу же поднялась, сжимая в руках свой моргенштерн – по ту сторону кровавого тумана виднелась чья-то фигура, приковывающая к себе взгляд.
Кто он? Без оружия и доспехов. Незнакомый со страхом и состраданием. Не источающий злого умысла.
— Дави его!!! — Проревела Круш. Услышав приказ, рыцарь натянул поводья. Вскрикнув, земляной дракон устремился в атаку, таща за собой повозку. Силы удара при столкновении хватило бы, чтобы раздавить крупное животное. Дракон нацелился на стоящую впереди фигуру. Этот человек не выказал и намерения сдвинуться. Два объекта соприкоснулись, стройное тело уже должно было разорваться в клочь...
— Госпожа Круш! — Рем схватила Круш за пояс и спрыгнула с борта повозки. Времени на кучера не было — Рем с досадой закусила губу.
И тогда, сразу после этого...
— Ах, серьезно? Уж увольте! Не успел ничего сделать, а меня уже хотят задавить. Не стоит так делать.
Мужчина говорил в непринужденной манере человека, разгуливающего по парку или греющегося на солнышке. Если бы не обломки того, что совсем недавно было драконьей повозкой, эта сцена не показалась бы Рем настолько ужасающей. Как ни посмотри, в этом человеке не было ничего необычного. Высокий и стройный, с аккуратно лежащими белыми волосами средней длины. Его темный костюм не был ни броским, ни сдержанным, а лицо было вовсе непримечательным. Он казался таким обычным, что, возможно, нигде не стал бы выделяться, а встретив его на улице, вы бы забыли о нем уже через 10 секунд. Однако столкновение с этим человеком надвое разорвало земляного дракона: он только что он был в движении, а секундой позже его, вместе с кучером и повозкой, разнесло на тысячи кусочков. Но больше всего ужасало то, что Рем, не отводившая от того человека глаз, не заметила ничего особенного — он просто «стоял». Не предприняв никаких попыток защититься, он выжил после столкновения с драконьей повозкой и продолжал стоять так, словно ничего и не было.
— Спасибо, что спасла меня, Рем. Но…похоже, что проблема не решена. — Проговорила Круш. Ей было больно думать о рыцаре, что следовал ее приказу и был разорван на тысячи кусочков. Круш сузила глаза. —Так жестоко убить моего подчиненного... не думай, что тебе это так просто сойдет с рук… Кто ты такой? — Бросила Круш незнакомцу. Обнаженной лезвие в её руке кровожадно мерцало.

Мужчина коснулся подбородка и закивал, будто понимая:
— Ах, понятненько, понятненько, точно, точно ведь, вы обо мне не знаете. Но я о вас наслышан. Вся столица…Вернее, вся страна… Вы стали центром обсуждений. Вы кандидат на место следующего короля, в конце концов. Даже я, человек далекий от всего этого, могу представить, как тяжела эта ноша…
— Хватит пустых разговоров. Отвечай на вопрос или я убью тебя.
— Какие крайности! В таком случае вы не сможете управлять страной. Это стремление... я совсем не могу его понять… Желание носить корону и отвечать за всё — как вообще можно такое понять? Но, хоть я и не понимаю, не стану вас осуждать. Я не настолько высокомерен. В отличие от вас… — Не обращая внимания на Круш, продолжил человек.
И тогда...
— Я предупреждала, это был последний шанс, — холодно проговорила Круш и метнула лезвие-из-ветра Ее магия ветра в сочетании с фехтованием порождает невидимый удар. Прославленный как «Удар Сотни», этот мощный сверхдальний удар способен разрубить жертву еще до того, как та поймет, откуда и кто напал. Когда магический зверь «Великий Заяц» объявился во владениях графства Карстен, в своем первом бою графиня Круш Карстен поразила всех тварей, что он вел. Именно тогда этот прием и прозвали «Ударом Сотни». Лезвие-из-ветра смогло вспороть даже шкуру Белого Кита, что сыграло немалую роль в сражении с этим колоссальным зверем. Это небольшое и хрупкое, по сравнению с Китом, тело просто не способно выдержать такой удар. Но...
— Атаковать своего собеседника? Где же ваши манеры? — Опустив голову, словно демонстрируя отсутствие каких либо повреждений, человек продолжал неподвижно стоять на месте. Удар, способный разрубить шкуру белого кита, не причинил ему никакого вреда. Его тело – нет, даже его одежда осталась невредимой. Он даже не пытался защититься. Это было что-то совершенно иное, неизвестное.
От увиденного у Круш сперло дыхание, а Рем застыла на месте. Это было нечто за гранью их понимания. Стоящий перед ними человек впервые вздохнул:
— Знаете… — от недовольства он понизил голос, — я говорил. Разве я не говорил прямо сейчас? И вот вы меня прервали. Разве это не невежливо? Вы не думаете, что это неправильно? У меня было право говорить…хоть и не мне указывать на это, но не перебивать человека, когда тот говорит…разве это не обычная вежливость? Вы вольны не слушать меня, и я не стану вас за это упрекать, но что вы себе позволяете, не давая мне говорить? —Мужчина недовольно топал ногой. Он ткнул пальцем в стоящих в мрачном безмолвии девушек. — А теперь вы молчите. Что это? Вы слушаете? Вы ведь слушали, да? Разве я не задал вопрос? Так ответьте мне уже что-нибудь. Даже этого не сделаете. Даже этого не хотите. Что ж в этом вы свободны, ваше право. Я тут стою, причитаю, и вы пытаетесь меня убить, а потом я задаю вопрос, а вы игнорируете меня, будто я пустое место. Так, да? Что ж, вы вольны так поступать. Но чтобы всё это значило?
Глядя на стоящих перед ним в молчании девушек, готовых к атаке, он наклонил голову и уставился на них острым взглядом, а потом сдавленно спросил:
— Вы пренебрегаете моим правом, одной из моих немногих свобод, так?
По спине Рем пробежал холодок, и незнакомец тут же сделал шаг вперед. Его рука взмыла вверх, создавая небольшой порыв ветра. Земля и воздух — весь мир разрезан пополам. Оторванная левая рука Круш взлетела в воздух, кружась. Продолжая сжимать ножны, рука упала, залив все кровью. Круш отбросило в сторону и, упав на землю, от боли она забилась в конвульсиях.

— Госпожа Круш! — Ошеломленная, Рем застыла на несколько секунд, затем бросилась к Круш, положила руки на ее рану и, используя остатки маны, направила всю свою силу, чтобы остановить кровотечение. Плечо Круш окрасилось алым, плоть, кости, нервы и артерии – все было рассечено начисто. Искусный удар, Рем вздохнула с неуместным в данной ситуации восхищением:
— Феррис…ох…ты?
Под лечащими руками Рем Круш глядела в пустоту, неразборчиво бормоча и впиваясь в колено Рем правой рукой — свидетельство того, что она по-прежнему обладала волей к жизни.