Т. Алпатова
ПОЗНАНИЕ И ВОСПРИЯТИЕ: ЛОВУШКИ СОВРЕМЕННОГО МИРА И ВОЗМОЖНОСТИ ВЫХОДА
(наследие Евгения Всеволодовича Головина в формате XXI века)
Для мира, который принято называть «современным» – «мира модерна» – одним из главных определений становится «разделение» – следствие секуляризованного, позитивистского взгляда на человека и на всё его окружение, подчиняющее собой как восприятие, так и познание. Перспективы этой разделенности проникают всюду, и завершающей точкой в ее развитии оказывается современная «наука». Однако сами ученые, в том числе представители естественных наук, сегодня все чаще говорят, что это «разделение» – а следственно, и сам путь, пройденный наукой за последние полтора – два столетия – ныне дошел до логической точки, и перед человечеством раскрывается необходимость нового взгляда на мир – более цельного, избегающего этой позитивистской рационалистичности, преодолевающего ее. Все чаще и все громче раздаются голоса людей, взыскующих взгляда на мир в чем-то нового, но в основных своих интенциях обращенного к миру Традиции, предполагающего умение видеть и понимать Полноту бытия – ту самую, которая и есть предмет познания и восприятия мира, если мы хотим, чтобы связь с ним не была разорвана, если мы хотим быть счастливыми – как в личном, так и в «глобальном» масштабе.
Предмет размышлений в моем сообщении – судьба творческого наследия Евгения Всеволодовича Головина (1938-2010). Его краткая энциклопедическая характеристика в аннотации к изданию одной из книг включает такие определения, как «философ», «поэт», «эссеист», «переводчик», «крупнейший специалист по алхимии, мистике, герметизму». Автор аннотации несколько покривил душой ради того, чтобы сделать свой текст боли отвечающим требованиям «современного мира»: все, кто знал Головина, говорили о нем не просто как о пассивном «специалисте по…»: это был именно «герметист» и «алхимик», человек, всей своей жизнью стремившийся вернуть в современный мир утраченную целостность и полноту, реализовав тем самым истинную цель человеческого существования.
Современный мир, и его «глобальными проблемами», вообще не вызывает большого восторга у нашего героя, ибо это мир «горизонтальных людей в одной плоскости», утративший «вертикальное измерение», мир «стандартизации желаний и потребностей, низведения индивидуальных проблем до общечеловеческого уровня»1. Именно так – низведения, ибо в мире подлинных ценностей, в мире Традиции Познание и Восприятие может быть подлинно органичным, когда чувствует и понимает уникальное, неповторимое, живую жизнь бытия.
Головина обращены к самым разным явлениям мира Традиции – взгляд на современные проблемы в подобной перспективе позхволяет ему всякий раз выстраивать альтернативу «миру модерна», который, как выясняется, лишь прикидывается безальтернативной, «последней» реальностью. О чем бы ни писал Головин, он размышляет на самом деле об этом «третьем данном», всякий раз предлагая уникальные пути личного сопротивления системе, которые в свете нашей сегодняшней темы «глобальных проблем современности», «в формате XXI века» обретают значение для каждого, через индивидуальное выходя во всеобщее: «если человек культивирует саморазвитие и не впадает в линейное, социальное время, его увлечения, интересы, занятия, страсти функционируют в естественной полифонии, не мешая друг другу и не подавляя. Только в таком режиме появляется нормальный, не навязанный извне смысл существования. Но это трудно…»2
Предмет непосредственных наблюдений для меня сегодня – эссе Головина о медицине, одухотворенное идеей философа о том, что человек – целостное, органичное, духовное существо, дело врачевания которого не может быть «разделяющим», раздробляющим, а главное – не должно быть запугивающим и преследующим пациента, не должно быть насилием над ним. Его идеал – «шутовская медицина», в течение многих веков – вплоть до строгого, позитивистского XIX века широко распространенная в Европе. Для иллюстрации своих размышлений философ находит будто бы популярную при дворе Елизаветы Петровны книгу «рецепториум Конфузия Медицинского»3 (1750), с совершенно замечательными советами примерно такого содержания:
«Укради у воробьев конопляного семени и всыпь незаметно в нос насморочной персоны. Проснется та здорова и восславит воробьиного царя»4
Как непохоже это на самоуверенную нравоучительность т. н. «сатирических рецептов» в русской журналистике «века Просвещения»: «Надлежит больному довольную меру здравого привить рассудка и человеколюбия, что истребит из него пустую кичливость и высокомерное презрение к другим людям; ибо знатная порода есть весьма хорошее преимущество: но она всегда будет обесчещена, когда не подкрепится достоинством и знатными к отечеству заслугами. Мнится, что похвальнее бедным быть дворянином или мещанином и полезным государству членом, нежели знатной породы тунеядцем, известным только по глупости, дому, экипажам и ливрее»5.
«Шутовская медицина» основана на едином и для все более популярной сегодня холистической медицине принципе: вернуть человеку целостность, и главное – преодолеть его отъединенность от мира, вновь поставить его в центр системы гармонического единства превоэлементов: «По замыслу Творца … человек, созданный в центре стихий, должен ходить, плавать, летать и обновляться в огне»6, в то время как «в современной психологической ситуации земля первична, вода вторична, воздух третичен, огонь… огню практически нет места в новую эпоху..»7. Поэтому главное для восстановления человека – преодолеть эту «черную землю» и «черную меланхолию» болезни в нем, помогать животворной силе его души.
«Да будут учителями нашими не грязные и вшивые бродячие проповедники, не профессора, сокрушенные кабинетной наукой, но шуты, буффоны и комедианты»8, способные вернуть миру истинную цель существования. «Веселая наука», которую восстанавливает в своих книгах Головин, – одна из важнейших дорог, ведущих к ее достижению.
1 ентиментальное бешенство рок-н-рола. – М.: Издание книжного магазина «Циолковский», 2017. С. 14-15.
2 Там же. С. 36.
3 «Целительное дурачество или пользительный рецепториум Конфузия Медицинского» - псевдоним Казимежа Медынского.
4 утовская медицина // еселая наука. Протоколы совещаний. М.: Эннеагон, 2006. С. 11.
5 Избранные произведения. М.; Л., 1951. С. 137.
6 утовская медицина // еселая наука. Протоколы совещаний. М.: Эннеагон, 2006. С. 14.
7 Там же. С. 13.
8 Там же. С. 17.
