Стилистические функции историзмов и архаизмов
Устарелые слова, входящие в пассивный состав языка, включают в себя историзмы (названия исчезнувших предметов, явлений, понятий и т. д.) и архаизмы (названия предметов и явлений существующих, вытесненные, однако, их синонимами — словами активного употребления).
Историзмы используются в основном в специальной литературе, где выполняют функцию номинативную — служат названиями реалий прошлых эпох. Вместе с тем возможность с помощью историзмов рисовать картину прошлого, насыщая ее конкретным описанием, привлекает к ним внимание авторов художественных произведений.
Стилистические функции архаизмов в художественной литературе многообразны. Прежде всего они, наряду с историзмами, используются для создания исторического колорита эпохи, причем это относится не только к речи персонажей, где их употребление вполне естественно, но и к речи авторской, в которой они играют роль средства стилизации. Ср. употребление устарелой лексики в отрывке из романа «Петр Первый»:
Прежде у каждого боярского двора, у ворот, зубоскалили наглые дворовые холопы в шапках, сбитых на ухо, играли в свайку, метали деньгу или просто — не давали проходу ни конному, ни пешему, — хохот, баловство, хватанье руками. Нынче ворота закрыты наглухо, на широком дворе — тихо, людишки взяты на войну, боярские сыновья и зятья либо в полках унтер-офицерами, либо усланы за море, недоросли отданы в школы — учиться навигации, математике и фортификации, сам боярин сидит без дела у раскрытого окошечка, — рад, что хоть на малое время царь Пётр, за отъездом, не неволит его курить табак, скоблить бороду или в белых чулках по колено, в парике из бабьих волос — до пупа — вертеть и дёргать ногами.
Не весело, томно думается боярину у окошечка... «Всё равно маво Мишку математике не научишь, поставлена Москва без математики, жили, слава Богу, пятьсот лет без математики — лучше нынешнего; от этой войны само собой ждать нечего, кроме конечного разорения, сколько ни таскай по Москве в золочёных телегах богопротивных Нептунов и Венерок во имя преславной виктории на Неве... Как пить дать, швед побьёт наше войско, и ещё татары, давно этого дожидаясь, выйдут ордой из Крыма, полезут через Оку... О, хо-хо!»
Архаизмы используются для речевой характеристики персонажей, например при передаче речи лиц духовного звания. Ср. реплики Пимена в трагедии «Борис Годунов»:
А сын его Феодор? На престоле Он воздыхал о мирном житии Молчальника. Он царские чертоги Преобратил в молитвенную келью; Там тяжкие, державные печали Святой души его не возмущали. Бог возлюбил смирение царя, И Русь при нём во славе безмятежной Утешилась — а в час его кончины Свершилося неслыханное чудо: К его одру, царю едину зримый, Явился муж необычайно светел, И начал с ним беседовать Феодор, И называть великим патриархом. И все кругом обняты были страхом, Уразумев небесное виденье, Зане святый владыка пред царём Во храмине тогда не находился.
Архаизмы могут придавать речи оттенок торжественности, патетичности. Они широко используются в поэтических произведениях, например в «Пророке» . Чаще всего для этой цели привлекаются архаизмы старославянского происхождения (исторические церковнославянизмы). Такую функцию выполняют только те славянизмы, которые устарели для нашей эпохи и не встречаются в широком употреблении, в то время как их русский вариант общеупотребителен; ср.: голос — глас, молодой — младой, дочь — дщерь.
Нередко в художественной прозе архаизмы используются как средство создания иронии, сатиры, пародии (ср. такое их применение у , -Щедрина, ). Обычно подобный эффект достигается использованием архаизмов на фоне бытовой или сниженной лексики. Например, в произведениях -Щедрина встречаются такие сочетания: сонмище невежественных и злых уличных лоботрясов', верховный жрец литературной болтовни', порядок службы громко вопиял о мыле и щёлоке; святилище веселья, называемое клубом; рыбари, которые занимались сокрушением зубов и челюстей человеческих; преисподние глуповских желудков и т. п.
Для той же цели устарелые слова используются в публицистических произведениях, в газетных фельетонах и т. д.: незапланированное пришествие святого мессии (М. К.); покупатели славянского шкафа — советские славяне, а именно древляне, поляне, кривичи и дреговичи (И. и П.); Оная пресса, не довольствуясь круглосуточной работой всей металлургической промышленности, каждый день торопит с окончанием постройки гигантов металлургии (Лих.).
В эпистолярном стиле архаизмы могут придавать речи шутливый характер; ср. в письмах : обнищал зело; караси и лини, сиречь прудовая рыба.
Упражнение 12. Укажите функции устарелой лексики в отрывке из повести «Князь Серебряный».
Князь [Вяземский] хотел отвечать, но царь не дал ему времени.
— Раб лукавый! — произнёс он грозно, и по жилам присутствующих пробежал холод, — раб лукавый! Я приблизил тебя ко престолу моему; я возвеличил тебя и осыпал милостями; а ты что учинил? Ты в смрадном сердце своём, аки аспид, задумал. погубить меня, царя твоего, и чернокнижием хотел извести меня, и затем, должно быть, ты в опричнину просился? Что есть опричнина? — продолжал Иоанн, озираясь кругом и возвышая голос, дабы весь народ мог услышать его. — Я, аки господин винограда, поставлен Господом Богом над народом моим возделывати виноград мой. Бояре же мои, и Дума, и советники, не захотели помогать мне и замыслили погубить меня; тогда взял я от них виноград мой и отдал другим делателям. И се есть опричнина! Званные мною на пир не пришли, и я послал на торжища и на исходища путей и повелел призывать елицех, какие обретутся. И се опять есть опричнина!
