Все началось с охоты? (стр. 2 )

Алиса Ивановна Радченко (1879-1964 гг.) - верная спутница ленинца-искровца Ивана Радченко. А для нас, жителей Электрогорска, она действительно стала родоначальницей городской системы образования и культуры поселка.

Первой семьёй, поселившейся уже в ноябре 1912 года в первом только что отстроенном домике Электропередачи, стала семья Радченко. В начале года они втроем, вместе с малолетним сыном приехали на новостройку с юга России по приглашению Роберта Классона. В то время как глава семьи вместе с Р. Классоном и А. Винтером разрабатывал болото, Алиса Ивановна с сыном жила в Бунькове на съемной квартире. Конечно, в свой дом они перебрались при первой же возможности.

Долгое время Алеша оставался единственным ребенком в поселке - до 1915 года рабочим не разрешалось в это болотистое место, «чертов угол», как его называли в народе, привозить с собой детей. Инженерный же состав и сам старался оставить детей в более приемлемом для жизни ребятни месте. Но постепенно, особенно в летнее время, поселок наполнялся детворой.

Радушный дом Радченко стал культурным центром для всех, приехавших на строительство электростанции. Долгими зимними вечерами в их гостеприимном доме за чашечкой чая революционно настроенная интеллигенция мечтала о будущем их электростанции, поселка и всей страны. Читали стихи, обсуждали литературные произведения. Красина и Алиса Ивановна играли на фортепиано в четыре руки. Так и родились музыкально-литературные праздники, которые устраивались в доме Алисы Ивановны по воскресным дням, появилась в поселке театральная студия.

«…6 января 1915 года. Ну, что сказать о минувшем годе? И школа, и детский сад (у нас в доме), электростанция и торфяное хозяйство работают исправно… Ежедневно около 20 человек у нас в доме шьют, мастерят под пение, рассказы, сказки. Это дело положительно влияет на наших, в общем, эгоистичных ребят».

После революции семья Радченко покинула поселок. В 1937 году, вслед за мужем, Алиса Ивановна была арестована. Его приговорили к 25 годам тюремного заключения, её - к ссылке. В 1942 году она осталась одна: муж умер в тюрьме, сын погиб на фронте. Алиса Ивановна была реабилитирована и полностью восстановлена в правах. Вернулась в Москву, где и дожила до 1964 года.

Преподаватель географии школы №14 Любовь Александровна Мухина сумела найти её в 50-х, встретиться, подружиться. И даже привезти на встречу со своими учениками.

Начало

Из записки «Его Превосходительству Господину Московскому Губернатору

Марта 10-го 1912.

«… Центральную электрическую станцию предполагается строить в четырех верстах к северу от 71 версты Нижегородского шоссе, близ озера «Гозбужье», в центре торфяного болота.

Отапливаться станция будет торфом, добываемым из того же болота. Предполагается снабжать электрической энергией окрестные фабрики и кустарные заведения, как близлежащие, так и отдаленные, согласно прилагаемого при сем плана сети проводов.

«Общество Электрического Освещения» надеется, что предполагаемое сооружение встретит сочувствие как Вашего Превосходительства, так и Земства, так как оно снабдит дешевой двигательной силой нуждающуюся в ней кустарную фабричную промышленность и тем будет содействовать промышленному подъему губернии».

Роберт Классон вспоминал: «Зимой были составлены проекты, причем на московской станции, так как постройка должна была вестись преимущественно силами и средствами этой станции, для которой районная являлась помощью и подспорьем…» «С самой ранней весны 1912 года приступили к работам на месте районной станции, причем в первую очередь надо было строить жилые помещения. Первые служащие и рабочие должны были размещаться во временных постройках, преимущественно в палатках, пока строились деревянные дома. Доступ к месту постройки станции был настолько труден весной, что приходилось на месте будущего шоссе рубить деревья, бросать их в воду, на деревья класть узкоколейные рельсы, засыпать их землей, и по этому рельсовому пути продвигалась вагонетка с лошадью, поддерживавшая сообщение с местом постройки. Одновременно велись канавы, как вдоль будущего шоссе, так и по другим направлениям, для того чтобы осушить место. Вода по этим канавам быстро стекала, и благодаря этому являлась возможность проникать все глубже и глубже в чащу, где предполагалось возводить постройки».

Как уже говорилось, стройматериалы и оборудование доставлялось к месту строительства от 75 версты Нижегородского шоссе, где находились временные склады для оборудования электростанции по узкоколейке (600 мм), по которой тянули вагонетки конной силой. Порой для перевозки крупногабаритных грузов, например, турбин, запрягали до ста лошадей. Около озера Госьбужье скопилось достаточно стройматериалов и оборудования. С помощью устроенной конки на строительство привозили и рабочих. Шло сооружение самой электростанции.

Поступила пояснительная записка и в Богородскую уездную земскую управу об устройстве центральной электрической станции и жилых построек при ней: «Общество электрического освещения 1886 года» предполагает построить на берегу озера Госьбужье в Богородском уезде электрическую станцию для получения электрической энергии и снабжения ею городов, местечек, фабрик и заводов в Московской и Владимирской губерниях». В записке сообщалось, что вся работа станции будет производиться машинами, а роль персонала будет сводиться к надзору за правильной работой различных машин. Топливом послужит торф. Здание центральной станции будет состоять из трех каменных корпусов, персонал будет работать в три смены. Далее в записке сообщалось, что для инженеров предполагается выстроить отдельные деревянные двухэтажные дома, для низших служащих и рабочих - деревянные одноэтажные дома на несколько семей.
С обществом крестьян деревни Кузнецы Буньковской волости был заключен договор, по которому «Общество электрического освещения 1886 года» получало право прокладки электрических проводов по деревенским землям.

Посёлок: четыре категории

Электростанцию и поселок вокруг неё начали строить в 1912-м. Строительство шло быстро. Несмотря на пожар, бушевавший в наших краях летом 1912-го и «поглотившей» все уже возведенные постройки.

«25 июля. Все работы кругом прекращены, и все от мала до велика превратились в пожарных. Иван мой днюет и ночует вне дома,- его прямо-таки рвут на куски. Сильнее всего свирепствует пожар на Озерном участке, где для него больше всего имеется пищи . Люди выбиваются из сил, туша лопатами, ветками, водой; время от времени окунаясь в теплое, как парное молоко, озеро. Сгорело 6 двухэтажных строящихся домиков для служащих, много материалов и готового торфа. Классоновские ребята через море огня пробились на автомобиле в Богородск. Мы тоже целый день были готовы удрать от огня, который нас окружал со всех сторон, оставляя лишь узкую лазейку-дорожку», – пишет в своем дневнике Алиса Ивановна.

Убытки от пожара были большие. Сумма страховой компенсации не смогла их погасить. Когда с пожарами было «более или менее покончено», строительство продолжилось с новой силой.

И уже к осени был отстроен рабочий поселок – III категория. Сами Радченко в конце октября переехали в свой новый, хотя и недостроенный, но приемлемый для проживания первый дом в I категории.

В поселке улицы названий не носили. Были, как мы сейчас называем, микрорайоны – четыре категории. В домах I категории (сейчас это – от перекрестка ул. Ленина-проезд Радченко, улицы в сторону озера, электростанции – спортзал и школы №14) жило руководство. Многие из этих зданий попали в техническую зону электростанции – в частности, дома, в которых жили сам Классон, семья Винтера. В конце прошлого века они были снесены. Дома со стороны сегодняшнего проезда Радченко, ул. Маркса, Энгельса и далее к ул. Свердлова – II категория. Здесь тоже селился инженерно-технический состав. А вот район Скворцов – это уже III категория, дома барачного типа – общежития для сезонных рабочих, в случае необходимости, и рабочих электростанции. Народ из близлежащих сел и деревень считал за большую удачу трудоустройство «у Классона» – на строительстве, а позже и на электростанции заработок был самый большой по округе (по воспоминаниям , сбежавшего из трактира с. Клюева – в двух км от Богородска, где он был «мальчиком» при кухне на строящуюся электростанцию к Классону. Грамотный, тянущийся к знаниям парнишка, уже с 1912 года был принят сначала уборщиком при конторе (12 руб./мес.), потом учеником телефониста – получил первую профессию, позже выучился на электромонтёра-кабельщика (30-35 руб./мес.), стал опорой семьи. Работа в Электропередаче определила всю его жизнь и жизнь близких: трое братьев последовали его примеру и пришли работать на электростанцию).

За озером около бани вскоре тоже вырос жилой район – IV категория (позже – ул. Октябрьская, ныне – промзона ГРЭС).

Социалистический городок

Требовались постоянные рабочие и служащие на электростанцию, на сезон вербовались торфяники. Первые рабочие приезжали на станцию без семей ­– край малярийный, условия маломальские – только для взрослых. В 1915 году рабочим было разрешено привозить с собой семьи.

Была работа. Появилось жилье. Но главное – среда единомышленников. Потянулись в наши края профессиональные революционеры всех направлений, взглядов и уклонов. Они приезжали одни и с семьями.

Алиса Радченко пишет о тех временах: «Все тусклые годы реакции (после разгрома революции 1905 года) мы с мужем, Иваном Радченко, партийцем с 1898 года, жили и действовали согласно ленинскому лозунгу использования всех легальных возможностей для подго­товки новой революционной волны.

До 1912 года кочевали между Баку, Харьковом, Одессой и Питером. Всё в поисках наи­более широких и привлекательных возможностей для этой работы.

И, наконец, в начале 1912 года нашли таковые возможности в почти идеальном для нас виде. При помощи старых товарищей, ставших за эти годы инженерами европейской известности: Красина, Кржижановского, Классона, Старкова. И где? На пустом месте, среди под­московных лесов и болот, где с годами при нашей помощи обра­зовался настоящий "социалистический городок", как его с през­рительной усмешкой прозвали тогдашние его хозяева, немцы из "Акционерного общества 1886 года".