"Наш край назывался Целинным" (стр. 10 )

Любопытная деталь. В совхозе сложилась доверительная обстановка, люди практически ничего не запирали, белье могло висеть сутками и никто на него не покушался. А с приездом этих бродяг, многое стало исчезать. И вот женщины совхоза зорко следили за поведением этих людей. Приходят ко мне ' убирай вот того'. Они уже определили потенциального вора. Такие вот дела. Строительный участок работал достаточно успешно - плановые задания выполнялись, строительные материалы, хотя и с трудом поступали. Участок широко использовал местные материалы. Мы добывали много хорошего камня, много песка, изготавливали достаточно песчано-цементных блоков. Столярно-плотницкая мастерская была способна переработать круглый лес, изготовить оконные и дверные дополнения. Участок считался передовым.

И когда осенью (к зиме) 1956 года, в связи с выращенным огромным урожаем, начались награждения, то руководство треста представило к награде орденом. Но награждения не было, т. к. по разнарядке обкома нужно было наградить прораба, а я был начальником участка. Не подходил. В результате орденом был награжден мой прораб В. И., личность сероватая. Но, такова действительность. Должен сказать, что среди ИТР участка встречались недобросовестные люди. Так, присланный трестом на участок мастер, некто Кузьмин, оказался мелким жуликом. Вскоре по приезду он довольно Быстро приоделся, завел хорошие часы. Я узнал, что он берет деньги у рабочих каменного карьера. Я не стал его уличать перед руководством. Просто выпроводил с участка в трест, предоставив ему самому объяснять причину изгнания. Осенью 1956 года созрел богатейший урожай. К осени было закончено два зерносклада (из трех). Но все равно зерна было на токах великое множество. Зерно вывозили солдаты. В городе, у маленького элеватора скопились огромные очереди. А потом пошли дожди. Много зерна пропало, хотя делалось все возможное для его сохранения. Его укрывали брезентами. Но где было взять столько брезентов. Руководителей районов сделали Героями Соц. Труда, хотя люди это были, мягко говоря, не блестящие, просто бездарные. В дальнейшем они ничем себя не проявили и были, т. с. 'на задах'.

Возможно, тогда и возникла мысль у руководителей радикально разрешить проблему с транспортировкой зерна. Из города Атбасара (120 км) до с. Тахтоброд стала строиться железная дорога. Эта дорога проходила по землям совхоза. Здесь же, на территории совхоза начал строится хлебоприемный пункт. Строилось до десятка типовых зерноскладов и погрузочных площадок. На четвертый, пятый годы целины по этой дороге пошли поезда. Улучшили ли условия с перевозками с пуском железной дороги? Не очень, дело в том, что эта дорога была узкоколейной, т. е. малонадежной. Там, в Атбасаре, что-то не ладилось с перегрузкой зерна в большие вагоны. В общем, большого улучшения н было еще и потому, что это была уже другая область. А в таких случаях, всегда были проблемы ведомственности. Наступившую вторую зиму на целине мы уже встретили более подготовленными. Был уже опыт, было и некоторое оснащение. Стабилизировался коллектив. Появились уже и мастера. Вот к примеру: бригаду плотников возглавлял Александр Долгий, штукатуров Катя Долгая. Вот такая сложилась семья. Много было хороших людей. Это и мастер Карлов Владимир (из местных ребят), и нормировщик Мусин Тасвай, и столяр Петр Малюга, шофера Илючек Сергей, Добровольский Михаил.

К весне 1957 года уже сложился облик колхозного поселка. Работали все службы хозяйства. Была больница, школа, столовая, торговля. Все службы. В поселке было более тысячи человек взрослого населения.

К лету 1957 года меня стала 'тормошить' моя семья в Минске. Дочь уже пошла в школу, а я только раз в год появляюсь на короткое время. И я стал просить руководство отпустить меня на родину. Главное уже сделано. Хотя понимал, что со сроками строительства совхоза я сильно просчитался. Но мое руководство не могло решить вопрос о моем увольнении. Я же коммунист и без решения партийного руководства не мог быть освобожден. Я написал жене, что меня не отпускают. И тогда, без моего ведома, жена написала письмо Хрущеву. О том, что, мол рушится семья, так как мужа не отпускают с целины. И вот меня вызывает в обком партии Второй секретарь с упреками ко мне. Что это, мол, ваша жена пишет такие письма Никите Сергеевичу. И показывает мне это письмо - оно переслано в Кокчетавский обком партии. Вы, дескать, солдат партии должны работать там, где ОНА найдет нужным. И ни о каком увольнении не может быть и речи. Вот такое было решение этой 'партии'. И я подчинился самодурству этой партийной 'бонзы'. Как я узнал позднее, этот 'кадр' был крайне не порядочным человеком, если не сказать хуже. И принял я решение забрать свою семью сюда, на целину. Другого решения я не смог принять. Я был, действительно, верным солдатом партии и ее дисциплина для меня была законом. Плохо это или хорошо не знаю, но было так. И моя семья, со скарбом, прибыла на целину. Кое как все устроилось, улеглось. Дети пошли в школу. Жена пошла на работу, она возглавляла сельский клуб. Так я, образно говоря, порвал нити, которые меня связывали с Минском.

А между тем строительные работы по всему фронту не сворачивались. Наоборот, усилия возрастали год от года. Страна насыщала целинные земли обильно. Во все возрастающих масштабах началось обустройство не только отдельных совхозов, как это было в начале целинной эпопеи. Процесс обустройства захватил города и села, созданного из северных областей Казахстана, Целинного края. Старые хозяйства в русских, немецких деревнях получили так же 'второе дыхание'. Колхозы были превращены в совхозы. На них т. с. 'посыпался' дождь средств, техники, материалов. Целинные совхозы стали превращаться в настоящие фабрики зерна, они стали уже именоваться зерносовхозами. Каждое из таких хозяйств засевало 20-25 тысяч гектаров зерном. Подтягиваться по оснащению к ним стали и вновь созданные из колхозов совхозы. Если раньше они засевали 4-8 тысяч гектаров, то благодаря резко улучшившемуся оснащению техникой, спецсредствами, усилившемуся притоку нового населения из других регионов страны, стали засевать до 20 тысяч гектаров. Бурно стало развиваться и животноводство в целинных хозяйствах. В своем совхозе мы построили большой кольцевой коровник, птичник и другие животноводческие постройки. В частности свиноферму. От строительства сборных щитовых домов мы перешли к строительству капитальных двухэтажных зданий с центральным отоплением. На 3-5 годы 'освоения' в совхозе была построена большая участковая больница для обслуживания даже окрестных населенных пунктов. Была построена, наконец, дорога с твердым покрытием, с выходом на трассу, которая почти по всей длине до г. Кокчетава получила асфальтовое покрытие. Дорога стала всепогодной. К совхозу была подведена высоковольтная линия электропередач, что сделало стабильным электрообеспечение. До этого обходились передвижными дизельными электростанциями.

Так, год за годом, преображался этот край, край целинный. Город Кокчетав постепенно стал превращаться в настоящий, уютный, современный город. Села области, не говоря уже о целинных агрогородках, тоже стали бурно развиваться и перестраиваться. Как я уже говорил, они, эти села, представляли собой жалкое зрелище. Теперь они стали застраиваться новыми хорошими домами. Мне хочется привести один пример. В 15 километрах от совхоза 'Баррикады' был расположен немецкий колхоз 'Роте Фанэ'- 'Красное знамя'. В этом селении в убогих домишках, как и в аулах, жили немцы на положении ссыльных. Эти люди не имели права даже покидать поселение без разрешения офицера МВД. Коменданта, у которого они постоянно 'отмечались'. Жили они очень трудно. Но вот, к 1957 году с них это наказание было снято, комендатура упразднена. И вот можно было видеть, как в считанные годы стало перестраиваться село. Какие чудесные дома построили эти люди вместо тех землянок, как они обустроили улицы, какие сделали посадки. Это было чудесное превращение. Вот что может сделать свободный труд. Потом в этом селении был создан совхоз под названием 'Краснознаменский'. На глазах стали меняться виды сел, особенно вдоль большой трассы, дороги на Кокчетав. Я по долгу службы, часто ездил по этой дороге и постоянно наблюдал за всеми преобразованиями. Подвергся большим преобразованиям новый наш райцентр - село Чистополье. Появились новые улицы хороших домов, заметно улучшилось благоустройство села. Вместо хиленькой МТС появился новый совхоз 'Чистопольский'. Создались новые предприятия - автобаза, построен завод ЖБИ и ряд других производств, не говоря уже о множестве объектов социальной сферы. Началось обустройство не только целинных совхозов, но и всей огромной территории Северного Казахстана. Страна в это вкладывала огромные деньги. создал из пяти северных областей: Северо-Казахстанской, Кокчетавской, Кустанайской, Акмолинской и Тургайской. Целинный край! Для чего он был создан? Мне думается, что создание этого объединения имело главной причиной - деньги, средства. Для того, чтобы не 'распылять' капиталовложения Союза ( а по существу России ) на всю огромную территорию Казахстана, а сосредоточить эти средства на огромной территории, для её обустройства. Конечно, Целинный край имел какую-то автономию. А это было явно не по душе Алма - Атинским правителям, да и руководителям других областей, не вошедших в это объединение. Им тоже хотелось урвать побольше от этого пирога. А он оценивался, по разным оценкам, в 18-25 миллиардов рублей в год.

Резонно спросить - откуда брались эти деньги? А это - Нефте и Газо доллары. На севере Тюменской области тогда были разведаны и осваивались гигантские месторождения Нефти и Газа. Вот откуда эти средства. Страна всё отдавала хлебной целине.

Так в трудах и заботах пролетели годы. Строительный процесс на целине постоянно совершенствовался. Строительные тресты в районах были преобразованы в СМУ, то есть строительно - монтажные управления. А главк в Кокчетаве был преобразован так же. Из его т. с. 'недр' создались два строительных треста. Это были тресты системы Сельстрой №№ 16,17. Трест №17 строил южную и западную части области, а трест №16 - восточную. Трест Кокчетавсельстрой №17 возглавлял умный, деловой руководитель Израиль Соломонович Бондарь, который и руководил им более десятка лет. Производственная база треста постоянно расширялась и укреплялась. В городах Щучинске и Красноармейске были построены заводы ЖБИ. Налажено производство крупнопанельного домостроения. В Кокчетаве построен кирпичный завод. Имелись большие мощности деревообработки. Создалось управление механизации с большим парком строительной техники - краны, бульдозеры, экскаваторы и т. д. В городе расширилась и укрепилась мощная автобаза. Кроме неё были ёще не большие автобазы на каждом СМУ. Трест набирал, т. к. 'Мощность'. Так в 70-80 годах трест был способен выполнить объём строительных работ в 35-40 миллионов рублей в год. Это очень большой объем. В городе организовались и другие предприятия - монтажные, сантехнические и другие СМУ. В области создалась мощная строительная индустрия, способная строить практически сооружения любого типа. Мощность этих организаций достигла до 70-80 миллионов рублей в год.