Как выйти из глобального экономического кризиса?

Эдуард КИРЮХОВ к. э.н., доцент

МГУ им. ,

Научный руководитель Международного

центра фундаментальных исследований

инновационного развития общества

Статья подготовлена эксклюзивно для журнала Forbes

Как выйти из глобального экономического кризиса?

«Во время взрывных перемен можно совершить чудеса –

индивидуально, профессионально, институционально, –

если только иметь ясный взгляд и четкую концепцию и хорошо видеть лежащую впереди дорогу».

Джон НЕЙСБИТ

Первым делом уточним:

-  Какая конкретно из известных человечеству трех мировых социотехнологических цивилизаций переживает сегодня глобальный кризис? Крах, какой именно цивилизации он знаменует?

-  Какая новая мировая социотехнологическая цивилизация займет историческое место старой, отжившей свой век, цивилизации? Каково имя новой мировой цивилизации?

-  В силу каких причин наступил глобальный кризис мировой социотехнологической цивилизации наших дней?

Правильный ответ на эти вопросы позволяет выбрать верный и самый короткий путь выхода из мирового экономического кризиса.

Со стратегической точки зрения современный высокоразвитый индустриальный МИР постепенно, шаг за шагом уверенно вступает на путь постиндустриального развития, обусловленный объективно научно-технической революцией (НТР) нашей эпохи. Переход от индустриальной к постиндустриальной цивилизации – это общечеловеческий исторический процесс поступательного движения вперед, преодоления старого новым – передовым. Этот переход сопровождается чередой периодических экономических кризисов, господствовавшей в прошлом индустриальной социотехнологической цивилизации. Состарившаяся, абсолютно одряхлевшая мировая индустриальная цивилизация движется в собственном развитии по нисходящей к своему неминуемому концу. Ее место с исторической неизбежностью занимает новая, набирающая день ото дня могущественную силу, – постиндустриальная цивилизация. Всемирный кризис нашего времени – это последний, заключительный аккорд в жизни стремительно угасающей глобальной индустриальной цивилизации. Вполне естественно, что уходящая в мир иной индустриальная цивилизация существенно замедляет развитие по восходящей молодой, прогрессивной постиндустриальной цивилизации. Здесь уместно привести общеизвестное образное изречение: «Le mort saisit le vif!» (Мертвый хватает живого!). И все же, несмотря ни на что, человечество, преодолевая финальный глобальный кризис мировой индустриальной цивилизации, убежденно вступает в полосу постиндустриального (инновационного) развития.[1]

Современный глобальный экономический кризис индустриальной социотехнологической цивилизации разразился первоначально в виде мирового финансового кризиса. В этой связи у кого-то может сложиться обманчивое представление, будто бы данный кризис является следствием злонамеренного сговора великих финансовых держав, направленного против конкурирующих стран мира. Но это только видимость .Истинную объективную причину глобального экономического кризиса индустриальной цивилизации надо искать в сфере материального производства, а не в сфере обращения. Мировой финансовый кризис – это неизбежное следствие серьезных изменений, происходящих непосредственно в сфере производства, его технико-технологическом базисе. Prius за производством, его материально-технической базой. Технико-технологический базис индустриального производства изжил себя полностью, устарел, стал ненужным и должен быть замещен новым – постиндустриальным технико-технологическим базисом.

Созданный в фазе «производства» индустриального воспроизводственного цикла продукт попадает, как правило, в сферу «обращения» товарных и денежных потоков. Если в сфере «обращения» нет спроса на данный продукт – значит он не реализуется. Нет реализации – нет денежных средств на возмещение производственных затрат: на оплату сырья и основных материалов, всех видов технологической энергии, на амортизационные отчисления, на выплату заработной платы работникам и т. д. Производство прерывается, сменяется упадком и наконец останавливается. Одно за другим закрываются предприятия. Тысячи рабочих выбрасываются на улицу. В обществе растет социальная напряженность.

Чтобы возобновить очередной воспроизводственный цикл индустриальной экономики, предприниматели лихорадочно изыскивают банковские кредиты. Кредиты дорожают. Многие промышленные, торговые и банковские предприятия не в состоянии платить по своим долговым обязательствам - терпят банкротство. Более крупные фирмы скупают разорившиеся предприятия за бесценок, увеличивая таким путем свои капиталы. Усиливается процесс централизации капитала в руках небольшой группы предпринимателей.

Отсутствие заказов лихорадит сферу производства. В то же время подвержена лихорадке и финансовая система, адекватная индустриальному производству. Финансы страны расстраиваются. Начинается коллапс во всех фазах индустриального воспроизводственного цикла: «производстве», «распределении», «обмене», «потреблении». Наступает депрессия – упадок, застой в хозяйственной жизни индустриального общества.

Оживление и последующий экономический рост становятся возможными на путях усиления инвестиционной деятельности в инновационную сферу – постиндустриальную технику и технологию. Лишь только развитие инновационного (постиндустриального) производства сможет обеспечить постоянно растущий спрос на инновационную продукцию и вывести экономику из глобального кризиса. Одновременно, на марше, подлежит ускоренному переустройству и старая финансовая система, адекватная агонизирующему индустриальному производству. Необходима замена устаревших финансовых систем (как национальных, так и мировой!) на новые, соответствующие постепенно созидаемому всемирному постиндустриальному производству. Реанимировать индустриальное производство наших дней, находящееся в состоянии клинической смерти, – значит не понимать природы современного глобального экономического кризиса, его объективных причин, не видеть правильного пути выхода из этого кризиса.

По мнению многих ученых, государственных, политических и общественных деятелей, научно-технический прогресс (НТП) всегда был и остается мотором общественного развития, социального прогресса. Кардинальные перемены в технике, технологии (по Л. Виннеру, «технологический императив») – самый важный двигатель всех общественных перемен. Техника, технология производства – это реализованная (опредмеченная) наука. Исторический тип техники (ручная, машинно-индустриальная, кибернетическая) объективно детерминирует соответственно исторический тип социума: докапиталистический, капиталистический, посткапиталистический. НТП – регулятор эволюции человеческого общества. Научное осмысление объективной логики НТП делает возможным уяснение логики социального прогресса, и в конечном итоге – постижение объективной логики мировой истории. Объективная логика НТП – ключ для постижения объективной логики мирового исторического процесса.

Сегодня во всем цивилизованном мире индустриальные техника и технологии исчерпали себя полностью – от начала до конца. Мировой индустриализм, и базирующийся на нем капиталистический социум, достигли в своем развитии «потолка» и переживают период заката – цивилизационный кризис.

С момента завершения первого промышленного переворота (1-го ПП), начавшегося в последней трети XVIII столетия, весь последующий научно-технический прогресс долгое время развивался во всем мире эволюционно. И лишь в середине XX столетия стали отчетливо проявляться его (НТП) революционные черты. Начал разворачиваться, так называемый, второй промышленный переворот (2-й ПП), обусловивший переход человечества в материальном производстве от технико-технологического индустриализма к электронно-информационному развитию[2].

Первым, кто оповестил мир о начале второй промышленной революции (2-й ПР), был Джон Десмонд Бернал (Bernal) – английский физик, социолог науки, общественный деятель.[3] Ученые, политики, бизнесмены, хозяйственники всего мира, включая и Россию, стали активно дискутировать феномен 2-й ПР. Теоретические вопросы истории, естествознания и техники, выдвинутые в книге Дж. Бернала «Наука и история общества» (1954г. - русск. пер.1956г.), обсуждались в Москве в декабре 1957 г. (Об этом обсуждении см. журн. «Вестник истории мировой культуры»).

Ученые Запада долго «присматривались» к новому научно-техническому феномену – 2-й ПР, ее социальным последствиям. В 70-е годы Даниэл Белл – американский социолог, автор теоретической работы «Грядущее постиндустриальное общество» (1973 г.) своей новой книгой «Добро пожаловать в постиндустриальное общество» (1976 г.) пригласил неотвратимо стареющий индустриальный мир направить стопы своего развития в новую технико-технологическую цивилизацию. Одни ученые назвали данную цивилизацию постиндустриальной эпохой, другие – технотронной, третьи – информационной и т. д. [4]

Серьезный сдвиг в общественном восприятии 2-й ПР произошел в США после выхода в свет (в октябре 1982г.) всемирно известного бестселлера Дж. Нейсбита «Мегатренды». Этот сдвиг американский футуролог назвал «концом отрицания».

Анализируя путь, пройденный американским обществом от индустриального к информационно-электронному развитию, Дж. Нейсбит подчеркивает: «Многие годы мы отрицали, что наша промышленная база медленно подтачивается, хотя это происходило у нас на глазах. Наша неспособность видеть и наша склонность отрицать даже то, что мы видим, были вполне естественными, поскольку истина слишком болезненна, слишком страшна. Наша индустриальная экономика служила нам так хорошо и так долго, что ее кончина была – для многих из нас – просто немыслима. Но постепенно наша слепая преданность индустриальной Америке стала уступать возрастающему ощущению новой экономики. Журнал Forbes был, наверное, первым бастионом традиционного бизнеса, где стали подумывать о выходе из прежних рамок. В большой и превосходной статье «Америка меняет кожу» (The Molting of America), опубликованной 22 ноября 1982 года, главный редактор Джеймс Кук утверждал, что прежняя промышленная база уходит и на ее месте появляется новая экономика – информационно-электронная». (См.: Дж. Нейсбит «Мегатренды». – М.: АСТ», , 2003, С.7).

Индустриальная Россия с огромным запозданием, но со всей серьезностью, по-деловому принимает сегодня приглашение Д. Белла: «Добро пожаловать в постиндустриальное общество» (Welcome to the Post Industrial Society», 1976 г.). «Россия не имеет права «проспать» (в очередной раз – К. Э.П.) разворачивающуюся в мире информационную революцию…Нам нельзя сидеть сложа руки, шевелиться нужно» (В. Путин).

В современном мире жесткая конкуренция за рынки, за инвестиции, за политическое и экономическое влияние – приобрела воистину глобальный характер. В этих условиях России надо стать сильной и конкурентоспособной. Единственным для России реальным выбором может быть выбор сильной страны. Сильной и уверенной в себе. Сильной – не вопреки мировому сообществу, не против других сильных государств, а вместе с ними. Никто специально помогать нам не будет. За место под «экономическим солнцем» нужно бороться самим.

Наша экономика пока недостаточно восприимчива к достижениям научно-технического прогресса. Наш экономический фундамент еще неустойчив и очень слаб. Большинство отраслей экономики неконкурентоспособны. Богатый научно-технический потенциал, которым обладает Россия должным образом нами самими пока не используется. Достойных и долгосрочных проектов для него в экономике очень мало. Государство должно помочь российским разработчикам новой техники и технологии интегрироваться в мировой инновационный рынок, обеспечивающий эффективный оборот научных продуктов и услуг.

Экономическую слабость России можно побороть исключительно на путях реализации в материальном производстве достижений современной научно-технической революции – 2-й НТР. Стабильный экономический рост возможен сегодня только на базе новых технико-технологических инноваций, исходящих от современной НТР.

Россия никогда не станет процветающей экономической державой, если возьмет на вооружение философию (идеологию) невмешательства государства в смешанную экономику. (В государственном регулировании сегодня нуждается именно смешанная экономика, а не рыночная. Рыночная экономика – это саморегулируемая «невидимой рукой» система, свободная от государственного вмешательства. В высокоразвитых странах мира – США, Японии, ФРГ, Великобритании, Франции, Италии, Канаде и мн. др. – сегодня имеют место смешанные экономики, регулируемые государством. Свободная (от государственного вмешательства) рыночная экономика в «чистом виде» – это вчерашний день мировой индустриально-капиталистической цивилизации).

Вернуть Россию в ряды богатых, развитых, сильных и уважаемых государств мира сможет только сильное (эффективное) государство. Прямая обязанность сильного государства – создавать условия для развития экономических свобод, задавать стратегические ориентиры, предоставлять населению качественные публичные услуги, эффективно регулировать смешанную экономику.[5]

В условиях перехода общества на инновационный (постиндустриальный) путь развития как никогда ранее возрастает роль государственной политики, разрабатываемой правящей элитой страны. Государственная политика – основной инструмент регулирования всех сфер жизнедеятельности общества: научно-технической, организационно-управленческой, экономической, политической, правовой, социальной, духовно-культурной. Эффективная государственная политика невозможна без фундаментальной науки, как и сама наука – без государственной политики. Государственная политика должна быть качественно-сильной, в высшей степени научно обоснованной.

Сегодня в России начался (правда, пока что на словах) эпохальный переход общества с индустриально-сырьевого на инновационный (постиндустриальный, информационно-электронный) путь развития, обусловленный объективным требованием современной научно-технической революции (2-й НТР). Впервые в новейшей истории России в 2000 году на самом высоком государственном уровне, развитие экономики знаний и технологий было объявлено в качестве важнейшего приоритета государственной политики. В Послании Президента России Федеральному Собранию РФ на 2000 год было отмечено: «Мы проигрываем в конкуренции на мировом рынке, все более и более ориентирующемся на инновационные сектора, на новую экономику – экономику знаний и технологий». Технико-технологический разрыв между Западом и Россией огромен.

Вместе с тем, за последние годы кардинальных изменений в области развития инновационной экономики не произошло. При всех разговорах о необходимости перевода отечественной экономики на инновационный путь развития, наша страна пока не может избавиться от унижающего нас статуса сырьевой державы. В настоящее время Российская Федерация получает от продажи сырья около 67% национального дохода, в то время как Бразилия – 22%, а Индия – 11%. По мнению экспертов, уже в ближайшие 10-15 лет ценовые объемы мирового рынка высокотехнологической продукции и услуг могут в 10 раз превысить ценовые объемы топливно-энергетических продуктов. В этих условиях Россия с сегодняшней ее долей – 0,5% на мировом рынке наукоемкой гражданской продукции, просто теряется на фоне ведущих стран мира. Например, доля США на этом рынке составляет 36%, Японии – 30%, Германии – 16%, Китая – 6%. (См.: Экономика и жизнь. 2006. Декабрь № 50).

Пробуждение интереса к активной инновационной деятельности происходит крайне медленно. Неоправданно долго решаются вопросы по созданию Национальной Инновационной Системы (НИС) России. Правительственная Комиссия по вопросам развития промышленности и технологий, призванная координировать инновационную деятельность в стране, была создана Постановлением Правительства РФ № 000 от 01.01.01 г., то есть 6 лет спустя (!) после Президентского Послания Федеральному Собранию РФ на 2000 г., в котором Президент России озвучил свое решение о переводе общества на инновационный путь развития.

В настоящее время реализация государственной инновационной политики в определенной мере тормозится из-за отсутствия в нашей стране специального федерального закона, регулирующего инновационную деятельность. Как известно, в декабре 1999 г. Государственная Дума ФС РФ приняла, а Совет Федерации ФС РФ одобрил Федеральный Закон «Об инновационной деятельности и государственной инновационной политике». Однако Президент РФ в 2000 году отклонил принятие данного Закона, ссылаясь на то, что в Законе, устанавливающем правовые основы регулирования инновационной деятельности в научно-технической и производственно-технологической сферах, отсутствует четкое определение предмета его регулирования – инновационной деятельности. В связи с этим не ясно было, подпадает ли под инновационную деятельность подготовка, переподготовка и повышение квалификации кадров для осуществления инновационной деятельности; создание и развитие инновационной инфраструктуры; деятельность по продвижению на рынке новой продукции; организация финансирования инновационной деятельности. Кроме того, в Законе не указывались признаки, критерии, в соответствии с которыми продукцию (товары, работы, услуги) или технологический процесс можно было бы отнести к инновационной деятельности. Правовые нормы данного Закона были ориентированы на совсем другую модель экономического развития страны – никак не на постиндустриальную.

С тех пор прошло почти 10 лет (!), но Федеральный Закон о регулировании инновационной деятельности так и не был принят – «утонул» в многочисленных обсуждениях и согласованиях в профильных комитетах Госдумы и Правительстве РФ. Такая ситуация довольно часто приводит к различному пониманию государственными, муниципальными органами исполнительной власти и инноваторами содержания инновационной деятельности и самого понятия «инновация». Это является причиной непризнания в ряде случаев властными органами в качестве инновационных отдельных направлений деятельности научных и учебных организаций, предприятий и отказа им в предоставлении налоговых преференций, льгот при аренде земельных участков и помещений, на которые они вправе претендовать. Спрашивается, можно ли эффективно регулировать инновационную деятельность в стране, если нет соответствующего регулятивного документа – Федерального Закона? Ответ однозначен - нельзя!

Многие ученые, а с ними политики, предприниматели смутно и туманно представляют, что такое инновации, обусловленные современной НТР: научно-технические, организационно-управленческие, социальные (в самом широком понимании этого слова). В отечественной науке (как в академической, так и вузовской) продолжается чудовищная болтовня об инновациях «вообще», без их согласования со 2-й НТР и 2-й ПР[6].

Аморально, безнравственно пытаться изобретать «новые» экономические формы отношений, социальные институты, не увязывая их с технико-технологическими требованиями современной научно-технической революции (2-й НТР), вылившейся сегодня во вторую промышленную революцию (2-ю ПР). Кто-то полагает, что стоит придумать «хорошие» социальные отношения (в широком понимании) и «экономическое чудо» свершится само собой. Но «хорошие» социальные отношения, институты без «новой техники» просто так не создашь. Изменения в социальных отношениях – это только часть перемен. Одновременно требуются глубокие технико-технологические преобразования на основе достижений современной НТР, которые и обусловят объективно кардинальные изменения в социуме - экономических, политических, правовых, духовно-культурных отношениях.

Ежегодно Россия, по оценкам специалистов, теряет от 5 до 10 миллиардов долларов США из-за слабого внедрения в экономику научных, технических и технологических новшеств, идущих от современной НТР.

Процесс обновления основного капитала у нас замедлен. В период кризиса 1990-х гг. Россия, по сути дела, прекратила инновационные обновления основного капитала. По данным Росстата, за последние восемь лет в Российской Федерации объем инвестиций в основной капитал уменьшился в пять раз, а в сфере материального производства – в семь раз. Основные фонды, особенно активная их часть, имеют высокую степень физического износа 60-70%. С помощью таких фондов невозможно производить конкурентоспособную продукцию. А если нет конкурентоспособной продукции, то нет продажи на внутреннем рынке и внешнем тоже, нет доходов для работников, прибыли для предпринимателей, налогов для государства.

Несмотря на все предпринятые меры, индустриальный технико-технологический кризис в России продолжается. В этих условиях необходимо скорейшее кардинальное обновление производства на базе инноваций. Причем инноваций не просто улучшающих и расширяющих прежде известные технологические идеи, а инноваций – базисных, магистральных, идущих от современной НТР, которые позволят реализовать стратегию инновационного прорыва. Только в этом случае Россия сможет не только укрепить, но и расширить свои позиции на внутреннем и внешнем рынке, обеспечить устойчивые темпы экономического роста. Если этого не произойдет, то падение мировых цен на энергоносители приведет к тому, что доходы резко сократятся и Россия опять окажется в таком положении, что ей будет нечего вывозить в обмен на то, что она ввозит. Мы втягиваемся в глобальную экономику, но без инновационного обновления, без такого прорыва – нам будет просто нереально удержаться даже на тех позициях, которые мы сейчас имеем.

Реализация достижений современной НТР, новой техники и технологий – это последний шанс, который позволит России хоть как-то вернуть утраченные в мире позиции индустриальной сверхдержавы и быть готовой к моменту, когда нефть, наконец, закончится и ее заменит водород из воды.

«Мы обязаны выстроить базис инновационной культуры, системы создания уникальных знаний, поскольку знание – это власть и капитал для сбережения народа. И сейчас, и в посленефтяную эпоху, наступление которой неизбежно. Мы обязаны конвертировать сырьевую экономику в интеллектуальную, чтобы проложить России путь наверх, в будущее, в сообщество креативных наций, направляющих историю»[7].

Если мы не переведем Россию на инновационный (постиндустриальный) путь развития, мы не добьемся необходимого прогресса в повышении качества жизни российских граждан. Более того, не сможем обеспечить ни безопасность страны, ни ее нормальное развитие, подвергнем угрозе само ее существование[8].

Когда-то, в былые времена - ХIХ, ХХ веках - Россия занималась индустриализацией своей экономики. Сегодня России нужно в срочном порядке включиться не в индустриализацию, а в кибернетизацию, электронизацию, информатизацию, компьютеризацию, интернетизацию всех сфер жизнедеятельности общества. Это объективное требование современной научно-технической революции (2-й НТР). Вся современная электроника основана на нанотехнологиях, где объекты имеют размеры 10 в минус девятой степени метра. Чтобы работать на таком уровне, требуется соответствующее оборудование. Один электронный микроскоп стоит порядка 1 млн. долл. А это лишь просто прибор для измерения и наблюдения. Это не говоря уже о так называемых технологических электронных микроскопах, количество которых в компаниях, занимающихся электроникой, измеряется цехами.

В современном мире четко обозначились приоритетные направления (тренды) инновационного развития: био - и нанотехнологии; создание новых материалов; создание интеллектуальных информационных систем, гибких производственных систем (ГПС) и т. д. В России их активное внедрение тормозится из-за низкой восприимчивости промышленности к инновациям. Необходимо преодолеть производственную закостенелость во многих отраслях. Именно на этом направлении должны максимально использоваться государственные институты развития. «Если мы сейчас не успеем вскочить в поезд нанотехнологий, то для нас он может уйти навсегда». (См.: «Известия», 14.11.2008).

Обращаясь к участникам Международного форума по нанотехнологиям (проходившего 3-5 декабря 2008 г. в г. Москве), генеральный директор Государственной корпорации «Российская корпорация нанотехнологий» Анатолий Борисович Чубайс отметил: «Сегодня уже можно с уверенностью констатировать, что одним из локомотивов технологического развития в мире являются нанотехнологии. И к счастью, у Росси есть все шансы оказаться не у пустого перрона, а занять одно из мест в этом поезде». И далее: «Мы ориентируемся на то, что в 2015 году объем продаж продукции российской наноиндустрии должен составить 900 млрд. руб., или около 3% прогнозируемого мирового рынка нанотехнологической продукции. Для достижения этих показателей, обеспечения успешного развития и завоевания страной достойного места в мире необходимо, чтобы идеи ученых были подхвачены бизнесом и реализованы в России». Для этого созданы все предпосылки: есть перспективные разработки ученых, технологов и инженеров, появился очевидный интерес бизнеса к инвестированию в наноиндустрию. Налицо колоссальное внимание со стороны российского правительства, которое пошло на беспрецедентный шаг – создало госкорпорацию РОСНАНО, вложив в коммерциализацию нанотехнологий 130 млрд. рублей[9].

Создав необходимые стимулы для развития наноиндустрии, мы добьемся поставленной цели: Россия войдет в число лидеров на мировом рынке нанотехнологической продукции.

Глобальный экономический кризис мировой индустриальной социотехнологической цивилизации затрудняет переход России на инновационный (постиндустриальный) путь развития. Он вызвал острейшие проблемы на финансовом рынке, включая и фондовый рынок. Дает о себе знать кризис, в частности, и на инвестиционном рынке. Государства во всем мире стараются сохранить национальные финансовые системы, в первую очередь - банковские. Пламя экономического кризиса неумолимо захлестывает и реальный сектор экономики.

Многие ученые, государственные, политические и общественные деятели, предприниматели различных форм собственности не могут осознать, что современный экономический кризис – это продолжающийся кризис мировой индустриально-капиталистической цивилизации в целом, об увядании которой так прозорливо говорил еще в 1918г. Освальд Шпенглер в своем знаменитом бестселлере «Закат Европы» (о закате капиталистического индустриализма – ничто не вечно, все проходит!). Великая депрессия (1929-32 гг.) представляла собой очередной всплеск глобального экономического кризиса все той же неотвратимо стареющей капиталистической индустриальной цивилизации. Сегодняшний мировой экономический кризис – это агония окончательно состарившейся, увядшей «душой и телом» мировой индустриальной цивилизации. Ее время пришло к концу. Она должна уйти из жизни человеческого общества, уснуть последним сном навсегда.

Выбор пути выхода из мирового цивилизационного кризиса для многих ученых (и не ученых тоже!) является сегодня тайной за семью печатями.

На наш взгляд, существует три возможных пути выхода из мирового цивилизационного кризиса:

(1) Национальные государства стремятся помочь предпринимателям всех форм собственности преодолеть дефицит денежной ликвидности, мотивируя тем самым спрос на производство «старой» (индустриального типа) продукции. По большому счету, это деньги – на ветер. Однако, и это, вне всякого сомнения, государства в условиях данного кризиса должны (обязаны) поддерживать на плаву отдельные индустриальные производства, сохранять рабочие места, снимая тем самым социальную напряженность в обществе. Но делать это нужно искусно и в меру (!), памятуя, что время мирового индустриального производства кануло безвозвратно в Лету. Воскрешать из мертвых индустриализм – пустая трата денег и времени.

(2) То или иное национальное государство может активизировать спрос на военную продукцию, раскручивая очередной виток гонки вооружения, готовясь к Третьей мировой (горячей) войне. Это - путь могильного умопомешательства. Вспомним, как индустриальный капитализм выходил из мирового экономического кризиса времен Великой депрессии (1929-32 гг.). В 30-е годы этим кризисом были охвачены все страны индустриального мира. Массовая безработица. Производство промышленной продукции было отброшено на несколько десятилетий назад. В 1932 г. в США оно оказалось ниже докризисного уровня на 46%, в Германии – на 47%, во Франции – на 31%, в Англии – на 16,5%. Опустели рудники, потухли домны, бездействовали заводы и фабрики. Кризис в промышленности слился с аграрным кризисом. Тысячи банков, промышленных и торговых компаний обанкротились. Но крупные корпорации, поглотившие множество мелких и средних фирм, удержались благодаря помощи государства.[10] В 1933 году в Германии к власти пришел Адольф Гитлер. Нацистское правительство вызвало в экономике суперспрос на производство военной техники индустриального типа. Наряду с общественно-полезными работами появились многочисленные рабочие места на военных заводах. В стране начался экономический рост. Постепенно фашистская Германия ввергла весь мир в гонку вооружений. И вскоре грянула Вторая мировая война. Встать сегодня на подобный путь выхода из мирового экономического кризиса – абсолютное безумие.

(3) Государства мира, в т. ч. и Российское государство, должны (обязаны!) мотивировать на макроэкономическом уровне мегаспрос на продукцию инновационного производства, объективно обусловленного современной НТР. Это единственно разумный и правильный путь выхода из мирового экономического кризиса индустриальной цивилизации. Инновационный путь развития открывает широкий простор для глобализации научно-технических, организационно-управленческих, социальных (в широком понимании) процессов. Только в этом случае (на пути инновационного, постиндустриального развития!) человечество сможет продолжить движение в сторону созидания единого, социально однородного мирового сообщества, общественное производство которого будет представлять в обозримой перспективе (с технической стороны): полностью интегрированную (на базе микроэлектроники), автоматизированную материально-техническую систему с гибкими, универсальными, экологически чистыми, безлюдными технологиями, управляемую из единого кибернетического центра в интересах свободного и всестороннего развития каждой личности будущего мирового сообщества: Homo-mensura – «Человек есть мера всех вещей».

К сожалению, человечество смутно и туманно представляет сегодня свое будущее: технико-технологическое, организационно-управленческое и социальное (в широком понимании). Ученые всего мира в один голос утверждают: будущее человечества нельзя предвидеть; форму нового общества не в силах предсказать никто.

Что правда, то правда, предречь будущее человечества, в том числе и России, очень трудно. Без знания объективной логики мировой истории – вовсе невозможно.

Как же выбрать верный путь в будущее, не допустить гибельной ошибки в научно-техническом, организационно-управленческом, социальном (в широком значении) развитии?

Верный, неизбежный путь в Будущее – это путь, адекватный объективной логике мировой истории.[11] Объективная логика мирового исторического процесса может служить эталоном (стандартом), единственно точным оценочным критерием в осмыслении Прошлого, Настоящего, Будущего развития человечества, включая и Россию.

Мировая история человечества складывается конкретно из истории развития: науки, техники и технологий, государственности, экономики, права, политики, духовной культуры. Рассуждать плодотворно об объективной логике мирового исторического процесса становится возможным в случае научного представления об объективной логике развития каждого компонента мировой истории – и науки, и техники, и государственности, и экономики, и политики, и права, и духовности, - а также на основании научного понимания их приоритетной взаимозависимости.

Наука материализуется (воплощается) в технике. В свою очередь, тип техники обусловливает с исторической неизбежностью развитие адекватного типа социума (экономики, политики, права, духовной культуры) – такова объективная логика мировой истории[12].

Зная объективную логику мировой истории, можно безошибочно понять общую стратегию развития человеческого общества, правильно оценить его Прошлое, Настоящее, Будущее, научно определить историческое место современного глобального экономического кризиса, отчетливо увидеть истинный путь выхода из этого кризиса.

К глубокому прискорбию, науке до сих пор неизвестна объективная логика мировой истории. Из-за незнания этой ЛОГИКИ ученые всего мира не в состоянии разработать адекватную стратегическую КОНЦЕПЦИЮ развития человеческого общества и вооружить ею национальные правящие элиты в качестве руководящего документа к их практическим действиям. Крупный американский социолог Иммануэль Валлерстайн в этой связи констатирует: «Мне кажется, что мы бродим по темному лесу и не вполне понимаем, в каком направлении следует идти. Думаю, что нам необходимо как можно скорее обсудить это всем вместе, и подобная дискуссия должна стать поистине всемирной» (см.: И. Валлерстайн – «Конец знакомого мира: социология ХХI века». – М.: Логос, 2003, С. Х). Как нельзя лучше созвучны нашему времени слова великого русского драматурга Александра Островского, сказанные еще в Х1Х веке: «Да, мы куда-то идем, куда-то ведут нас. Но ни мы не знаем куда, не те, которые ведут нас. И чем все это кончится?». Изумительная мысль классика.

Итак, главная примета нашего времени - отсутствие у реформаторов общественной жизни научного концептуального представления об общей естественно-исторической линии (логике) мирового развития: научно-технического, экономического, политического, правового, духовно-культурного. Вопрос о том, куда идет, должно идти объективно дело в истории человечества, включая и Россию, по сей день остается для ученых (и неученых тоже!) тайной за семью печатями. Именно по этой причине у власть имеющих нет и не может быть научно-мировоззренческой стратегической концепции развития мирового сообщества. Отсюда правящие элиты мира по-прежнему действуют в своей политической и экономической практике без серьезной теоретической проработки - методом «проб и ошибок», «вслепую», «наощупь», «наугад». Итоги, последствия такой практики, как правило, чудовищны, потрясающие своей нелепостью, безобразиями.

Уму не постижимо: вот уже четверть века (!) Россия – «без руля и без ветрил», без стратегической научно обоснованной КОНЦЕПЦИИ возрождения и развития, - дрейфует по воле волн навстречу своему неизвестному Будущему. Вопрос о ее научно-техническом, организационно-управленческом, экономическом, политическом, правовом, духовном и т. д. выборе до сих пор остается открытым. Россию по сей день терзают вопросы: «Что делать?», «Куда идти?», «Не накануне ли мы?» и т. д.

Сегодня все чаще и чаще россияне констатируют нелицеприятные факты: «особой логики не видно», «движемся наобум», «шарахаемся, как попало», «правительство, которое не знает, куда ведет свою страну, не имеет право на существование». (Из прочитанного).

В лучшем случае, что могут предложить обществу власть имущие – это бессистемный ворох разрозненных, фрагментарных идей, реализация которых кардинально не меняет положения дел в стране. Выдвигаемые ими сценарии общественно-политического, экономического развития России, как правило, противоречат друг другу, не имеют под собой фундаментальной методологической и научно-теоретической основы. Правящую элиту окончательно захлестнула оперативно-тактическая текучка. Изолированное решение частных, сиюминутных вопросов, не нацеленных на дальнюю стратегию, не приносит желаемых результатов.

Кризис российского индустриального общества катастрофически нарастает. Правящая элита не в состоянии предотвратить надвигающуюся разруху. В стране: интенсивно разрушается крупное высококонцентрированное индустриальное производство; растет безработица; нарастает инфляция - нищает народ; обостряется криминализация общества; усиливаются коррупционные правонарушения органами государственной и муниципальной власти.

Власть предерживающие не видят пути выхода из кризиса.

Между тем все просто и ясно, как божий день.

В России, чтобы переустраивать что-то серьезно, нужна реальная авторитетная власть, и в первую очередь – интеллектуальная.

Возможность вывода страны из глобального экономического кризиса просвещенные граждане демократической России связывают, прежде всего с Президентом, который имел бы в своем распоряжении:

-  научное представление об объективной ЛОГИКЕ мирового исторического процесса (Президент России должен ясно представлять «куда идет дело» объективно в общеисторическом развитии: научно-техническом, экономическом, политическом, правовом, духовно-культурном);

-  мировоззренческую, стратегическую КОНЦЕПЦИЮ возрождения и развития РОССИИ, выстроенную в соответствии с объективной ЛОГИКОЙ мирового исторического процесса;

-  комплекс оперативно-тактических (кратко-, средне-, долгосрочных) ПРОГРАММ научно-технического, экономического, политического, правового, духовно-культурного возрождения и развития РОССИИ (эти ПРОГРАММЫ должны быть разработаны в соответствии с научно-мировоззренческой стратегической КОНЦЕПЦИЕЙ созидания НОВОЙ РОССИИ).

Без этого научно-теоретического арсенала страну ожидает безрадостная будущность – жалкое прозябание на задворках ОБЩЕЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ПРОГРЕССА: научно-технического и социального.

P.S. Учеными Международного центра фундаментальных исследований инновационного развития общества разработана в соответствии с объективной логикой мировой истории научно-мировоззренческая стратегическая КОНЦЕПЦИЯ возрождения и развития России. Данная КОНЦЕПЦИЯ:

-  это научно-теоретический эталон (стандарт), с помощью которого общество сможет выверять правильность всех своих практических действий: прошедших, настоящих и будущих; профессиональным политикам, всем гражданам страны этот эталон нужен, как хлеб, как воздух;

-  это надежный мировоззренческий путеводитель в сложном технико-технологическом, экономическом, политическом, правовом, духовно-культурном лабиринте страны;

-  это решающее средство в парламентской борьбе за ВЛАСТЬ, в т. ч. и интеллектуальную; она позволит вместо популистских посулов доступно и понятно объяснить гражданам страны, что делать в России, чтобы поднять ее с колен и двинуть в высокотехнологичное БУДУЩЕЕ;

-  это фундаментальная методологическая и теоретическая основа для разработки научных КОНЦЕПЦИЙ: «Современный НТП (НТР) и инновационная стратегия России», «Россия в мировом процессе глобализации», «Россия и новый мировой порядок в условиях глобализации», «Национальная безопасность России: научно-техническая, организационно-управленческая, экономическая, политическая, правовая, духовно-культурная»;

-  это также фундаментальная научно-теоретическая основа разработки президентской Программы вывода страны из глобального экономического кризиса; она позволит объяснить широким массам конкретные практические пути и средства вывода России из системного кризиса, ее возрождения и дальнейшего развития: технико-технологического, организационно-управленческого, социального в широком понимании.

Международный центр фундаментальных исследований инновационного развития общества (МЦФИИРО),

Данный материал и/или его часть (части) не могут быть использованы никаким способом третьими лицами без письменного разрешения правообладателей, за исключением прочтения и/или упоминания, цитирования с обязательной ссылкой на правообладателей.

[1] Уровень постиндустриального развития в разных странах мира неравный. Одни индустриальные общества находятся в самом начале пути постиндустриального развития, переживают пору раннего «детства». Другие проходят в постиндустриальном развитии времена «отрочества», «юности». Третьи, измученные неопределенностью развития (утрачены ориентиры движения!), существенно отстают от остальных, понуро плетутся в хвосте научно-технического, соответственно социального прогресса. Абсолютная «зрелость» постиндустриальной цивилизации мирового сообщества еще впереди – в будущем.

[2] Здесь и далее «промышленный переворот» и «промышленная революция» - идентичные понятия.

[3] С 1959г. по 1965 г. Джон Бернал возглавлял Всемирный Совет Мира – был его Президентом.

[4] В различных концепциях постиндустриального общества, выдвинутых в конце 60-70 –х гг. ХХ столетия (Д. Белл, Г. Кан, З. Бжезинский, А. Тоффлер, Ж. Фурастье, А. Турен и др.), основой развития социальных цивилизаций считается смена различных технологических эпох. Ведущую роль в развивающихся постиндустриальных обществах приобретает сегодня наука и образование, сфера услуг; корпорации уступают главное место университетам, а бизнесмены – ученым и профессиональным специалистам.

Бурное развитие технотроники, то есть техники с использованием электроники, технологические и социальные перемены в постиндустриальном обществе привели к возникновению теории «технотронного развития» (один из вариантов теории «постиндустриального общества»). В 1970-х гг. концепцию вступления американского общества в так называемую технотронную эру выдвинул Збигнев Бжезинский – американский социолог, государственный деятель; в 1977-81гг. помощник президента Дж. Картера по национальной безопасности.

Пророком информационной эры, более того, творцом информационного общества является американский математик, основоположник кибернетики Норберт Винер («Cybernetics» - 1948 г., «Кибернетика и общество» - 1954 г.). Именно кибернетика превратила информацию из средства потребления в средство производства. В 80-х гг. концепция «постиндустриального общества» получает развитие в теории «информационного общества» (Е. Масуд, Дж. Нейсбит и др.).Информационное общество – новая стадия развития постиндустриального общества, в которой отражен реальный рост значения в жизни общества: производства, распределения и потребления информации.

[5] В ХХ1 веке вопрос построения сильного (эффективного) государства становится все более насущным и актуальным во всех высокоразвитых странах мира. Значительный интерес в этой связи вызывает книга известного американского философа, социолога и футуролога Френсиса Фукуямы «Сильное государство: Управление и мировой порядок в ХХ1 веке».- М.: АСТ: АСТ МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ, 2006.

[6] Затруднения в научном понимании современных «инноваций» - технико-технологических, организационно-управленческих, социальных (в широком значении) – обусловлены теоретической неразработанностью НТП, его составляющих компонентов: «1-й НТР», «1-й ПР», «2-й НТР», «2-й ПР», находящихся в тесной логико-исторической взаимосвязи друг с другом и представляющие собой конкретное научно-техническое, технологическое содержание общечеловеческого НТП. Незнание объективной логики НТП, стратегии научно-технического развития человеческого общества затрудняет, в свою очередь, понимание объективной логики социального прогресса. Владея знанием объективной логики научно-технического прогресса, возможно отчетливо и верно ориентироваться в стратегии и тактике социального прогресса, в частности профессионально грамотно решать вопросы переустройства социальной структуры общества.

Многие ученые мира из-за незнания объективной логики НТП до сих пор отождествляют 2-ю ПР (Дж. Бернал) с современной НТР (2-й НТР), что приводит к ошибочному определению сущности как научно-технических революций (1-й НТР и 2-й НТР), так и промышленных революций (1-й ПР и 2-й ПР).

[7] Национализация будущего// АиФ. 2006. № 48.

[8] Попытки перевести СССР на путь инновационного (постиндустриального) развития предпринимались неоднократно еще в прошлом столетии. Однако ни одна их этих попыток не была осуществлена. В результате – в декабре 1991 г.- Советский Союз исчез с политической карты мира.

Много лет спустя в России (правоприемнице СССР) продолжают искать политических виновников развала Советского Союза, не понимая, что индустриальная супердержава рухнула под ударами цивилизационного индустриального кризиса задолго до подписания в Беловежской Пуще «заговорщиками» Ельциным, Кравчуком и Шушкевичем «впопыхах составленного документа» (Евг. Примаков) о ликвидации Советского Союза. Ни Горбачев, ни Ельцин, ни любые другие «политруки» (типа ГКЧП) не смогли удержать индустриальную супердержаву от неминуемого саморазрушения, ибо их предшественники – Хрущев, Брежнев, Андропов и многие др. партийно-советские работники – «заболтали», «прошляпили» (читай – «проспали») развернувшуюся в середине 50-х годов ХХ столетия в мире 2-ю ПР, тем самым обрекли сверхиндустриальную державу на неотвратимую гибель.

Спаси Бог, если правящая элита страны вовремя не переведет Россию на инновационный (постиндустриальный) путь развития. В этом случае Россию ждет та же печальная участь, что и СССР – вечное успокоение.

[9] Госкорпорация РОСНАНО выступает соинвестором на начальной стадии реализации инвестиционных проектов и выходит из проекта, как только ее потенциальный партнер, частный бизнес, готов финансировать инвестиционный проект самостоятельно.

В самом начале становления РОСНАНО сосредоточилась на создании прозрачной системы отбора проектов и построении диалога с потенциальными партнерами, заявителями и соинвесторами Корпорации. Были выделены в особое направление инвестиции в развитие сети технико-внедренческих центров, строительство бизнес-инкубаторов в области нанотехнологий и программы подготовки кадров. Не менее важной задачей Корпорации является участие в создании законодательной базы, комфортной для развития отрасли нанотехнологий в России.

[10] Государственное вмешательство в экономику, программы «Нового курса» Франклина Рузвельта вырвали индустриальную экономику США из Великой Депрессии. США в 30-е годы сделали безвозвратный поворот от эпохи «свободной рыночной конкуренции», «свободного предпринимательства» к действительно смешанной экономике, сознательно регулируемой государством.

Благодаря активному вмешательству государства в экономику, успешно вышли из мирового экономического кризиса Германия, Франция, Англия и др.

[11] В начале 20-х годов ХХ столетия знаменитый немецкий философ, историк, один из основоположников современной философии культуры в своем всемирно известном бестселлере «Закат Европы» «впервые предпринял попытку предугадать историю», заглянуть в историческое будущее человечества. «Очевидно, пока что никто и не догадывался о возможности решить такую колоссальную по значимости задачу, а если и догадывался, то имевшиеся к тому средства еще не были познаны либо ими пользовались ненадежным образом». Освальд Шпенглер интуитивно понимал, что будущее европейской культуры можно объяснить на основании знания логики мировой истории. Не случайно, великий немец в самого начале своего главного труда – «Закат Европы» - ставит вопрос: «Существует ли логика истории?». К сожалению, научного обоснования данной логики выдающийся ученый нам не оставил.

Между тем, объективная логика мирового исторического процесса существует. Однако, по сей день ЛОГИКА МИРОВОЙ ИСТОРИИ не обоснована научно - теоретически и не оформлена в виде мировоззренческой Концепции стратегического развития мирового сообщества. «Куда идет дело в истории» представляется человечеству весьма расплывчато и противоречиво. Это затрудняет научное понимание многих вопросов общественного развития, включая и глобальный экономический кризис нашего времени.

[12] Обозначенная нами линия (логика) исторического детерминизма («наука – техника – социум») предельно абстрактна. Разумеется, данная абстрактная цепочка подлежит обстоятельной конкретизации.