Акки и аккинцы в XVI-XVIII веках (стр. 13 )

обитали в местности Аух (ныне в северных районах современного Дагестан" href="/text/category/dagestan/" rel="bookmark">Дагестана), в пространстве от р. Ямансу до р. Акташ, в предгорно-равнинной полосе (местность «Окох», «Ококи», «Акуки» русских источников XVI — XVII вв.). В сер. XIX в. равнинные А.-ауховцы насчитывали до 4 тыс. чел. мужского пола, сосредоточенных в восьми аулах.

-ауховцев «Аухар» оказало в 1395 г. упорное сопротивление войскам завоевателя Тимура. К этому времени ауховцы уже были мусульманами. Аух («Окох») имел свою княжескую династию, завязавшую во 2-й пол. XVI в. оживленные связи с Моск. Государством. В 80-х гг. XVI в. Ших-Мурза Окоцкий стал одним из самых влият. союзников Руси на Кавказе. Он отправлял послов в Москву и получал жалованные грамоты и богатые дары. Его влияние распространялось не только на Аух, но и на равнинные земли Чечни и части Сев. Дагестана (Шихов улус, Шихов-юрт).

В 1596 г. он был убит в войне с феодальными соперниками и ему унаследовал Ботай-мурза, признавший себя вассалом кумыкского правителя Салтан-Магмута Эндерейского.

В русскую крепость — Терский город (Терки) бежало после смерти Ших-Мурзы 160 семейств окочан, выезды из «Окох» в Терки аккинских мурз (Кохостровы, Бийтемировы), узденей и рядовых крестьян продолжались и в нач. XVII в. Здесь возникла крупная Окоцкая слобода, жители которой были отданы под управление кабард. служилого князя Сунчалея Черкасского. Окочане служили своеобразным дипломатическим воинством Русского царства на Кавказе, выполняя самые разнообразные поручения и занимаясь, наряду со службой, земледелием и торговлей. Слобода существовала на р. Терек вплоть до XIX в., пополняясь выходцами из Чечни и других горских земель.

В период нац.-освободит. борьбы горцев в 20 — 50-х гг. XIX в. ауховцы приняли активное участие в войне с царизмом. Аух, еще в к. XVIII в. расставшийся со своими титулованными кумыкскими феодалами, входил в число наибств Чеченской обл. имамата Шамиля (Ауховское наибство). Его жители считали себя чеченцами.

После окончания Кавказской войны, в результате адм. реформы царизма общество Аух было включено в состав Хасав-Юртского округа Терской обл., а после утверждения советской власти данный округ включен в Горскую АССР, а затем передан в Дагестанскую автономную республику (1921).

Чеченцы Ауха имели до войны 1941—1945 гг. свой нац. р-н (Ауховский) с населением 35 тыс. чел., но в 1944 г. подверглись депортации в Казахстан и Ср. Азию. В настоящее время чеченцы-А. насчитывают свыше 60 тыс. чел. и проживают в г. Хасав-юрт и в нескольких сел. р-нах Дагестана (Хасавюртовский, Казбековский, Новолакский, Бабаюртовский).

В последнее время усиливаются требования по восстановлению нац. Ауховского р-на. Требования ауховских чеченцев по возвращению родных аулов получают понимание руководства Республики Дагестан.

Литература:

1.  Аккинский диалект в системе чечено-ингушского языка. Грозный, 1959;

2.  Волкова и племенные назв. Сев. Кавказа. М., 1972;

3.  Хизриев против Тимура. Грозный, 1992;

4.  Адисултанов и аккинцы XVI — XVIII вв. Грозный, 1992;

5.  Кушева -чеченские отношения. 2-я пол. XVI — XVII в. Сб. док. / Сост. . М., 1997.

Авторы: , (Грозный)

Общие основы чечено-ингушского эпоса

У чеченцев и ингушей сохранились народные предания о происхождении и расселении отдельных обществ и даже отдельных фамилий и родов. Предания эти, помимо всего прочего, представляют определенный интерес с точки зрения «исторического обоснования» героического эпоса чеченцев и ингушей.

В них часто фигурируют легендарные родоначальники, которые изображаются могучими богатырями эпического склада. Тот или иной легендарный родоначальник выбирал себе определенную территорию, занимал се и вместе со своей дружиной отстаивал ее мечом от себе подобных. Древнейшими местами поселения чеченцев считаются Маасты и плоскогорье Нашах, и верховьях Чанти-Аргуна, Мартана, Гехи, Фортанги, Ассы.

Предания чеченцев упоминают трех братьев: Га, Ахо (или Ако) и Шото, которые будто были родоначальниками всего чеченского племени[18]. От трех братьей Ако, Шото и Га образовались три общества: Галгай, Ако и Шото; первое — в верховьях Ассы, второе— и верховьях Гехи, третье — в верховьях Чанти-Аргуна и Шаро-Аргуна, притоков Сунжи. От этих трех обществ путем естественного роста и присоединения новых пришельцев образовались все остальные общества чеченцев, расселившихся па восток, север и запад. Все названия — Шото, Ако, Га[19] (Галгай) — были именами предводителей, родоначальников-пришельцев; свое имя они переносят и на занятую территорию.

По другому чеченскому преданию, «некий акинец, по имени Арштхоо, выселившись из своего общества [горного Акинского общества] и спустившись с своим родом в Бамутское ущелье, основался у источников, называемых Черными Ключами [по-кумыкски— Карабулак]. От населения, основанного здесь Арштхоо, образовалось особое общество, называвшее себя... Лрштхой»[20].

Все исследователи и знатоки жизни чеченцев и ингушей — У. Лаудаев, Ч. Ахриев, Б. Далгат, Н. Якорлев и др.— говорят, что различные общество часто представляли неродственные и враждебные друг другу группы. Существовали раздоры не только между фамилиями, но и между родами. Акинцы (от которых, по преданиям, произошли арштхойцы — карабулакн)[21] считались самым воинственным, непокорным народом. Вражда обществ и фамилии, как мы увидим далее, запечатлялась и в эпосе чеченцев и ингушей, где набеги и межродовые раздоры занимают определенное место. Родовой быт чеченцев и ингушей сказался на их мировоззрении, нравственных нормах поведения, религиозных представлениях, народной мифологии.

В горной Чечне, в Акинском обществе, у сел. Галанчодж, находятся небольшое озеро, способствовавшее возникновению представления о духе озера, которого чеченцы высоко чтили. Поэтический миф о возникновении озера Галанчодж был записан В. Миллером. В нем говорится, что близ аула Ялхорой, в месте, называемом Амка, было прежде озеро. Однажды мать с дочерью отправились на берег этого озера и по неразумию стали мыть грязные пеленки в его хрустальной воде. Дух озера обратил обеих женщин за осквернение в камни, которые и теперь еще виднеются у Амка. Но и озеро не хотело оставаться в оскверненном ложе. Оно обратилось в чудного рослого
быка[22], который перешел скалистый кряж, оставив след в виде громадной выемки, и спустился вниз почти с отвесной высоты. Затем бык подошел к тому месту, где теперь лежит озеро и где прежде были расположены пахотные участии. Одни жители хотели впрячь быка дли работы, другие говорили, что это божий бык, и противились этому, но в копне концов его впрягли. Когда он вел первую борозду, в ней выступила грязь; при втором — стало еще мокрее; при третьей — из земли выступила вода; при четвертой бороздке вода хлынула стремительно, затопила поле и всех людей. Бык исчез в волнах озера. С тех
пор появившееся внезапно озеро долго внушало людям суеверный страх; многие считают его бездонным и не пьют его воду. Миф этот не только объясняет происхождение озера, но со держит и определенные нравственные понятия, которых люди должны придерживаться,—иначе они понесут тяжелую кару.

В горах между рр. Фортангой и Аргуном.

Записки Кавказского отдела Русского географического общества.

Тифлис, 1904, т.17 № 1-4, с. 31-68

Въ горахъ между рр. Фортангой и Аргуномъ.

Являясь господствующей высотой въ прилегающей горной части, гора Муйты-керъ играла въ историческомъ прошломъ края значительную роль. Въ Мереджоѣ мнѣ пришлось слышать повѣствованіе, которое я привожу со словъ разсказчика, мѣстнаго старожила. Съ незапамятныхъ временъ до появленія Шамиля и даже при немъ каждый родъ горцевъ жилъ отдѣльно, имѣлъ свои пашни, свои владѣнія, и по нимъ никто не могъ проходить безъ позволенія главы фамиліи свободно, безопасно. Недостатка въ храбрых молодцахъ тоже не было, а занятіе ихъ извѣстное: налетятъ какъ вѣтеръ, пограбятъ, захватятъ кого повиднѣе въ плѣнъ? ются такъ-же быстро, какъ и появились, а потомъ за плѣнныхъ требуютъ съ родственниковъ выкупъ. Для рѣшенія всякихъ снорных дѣлъ и установленія условій собирались въ то время наши почетные старики—представители племенъ ингушей, карабулаковъ, чеченцевъ, мелхастинцевъ и даже отдаленные тушинцы и хевсуры пограничной горѣ (Муйты-керъ). Со стороны Аккинскаго общества на склонѣ этой горы есть большой плоскій камень, который служилъ какъ-бы трибуной для предсѣдателя такихъ совѣщаній представителей, а имя его было Муйты. Предметомъ занятій совѣщанія бывало установленіе цѣны на выкупъ плѣнныхъ, платы за охрану во время переходовъ по районамъ чужихъ племенъ, цѣнъ на скотъ и т. п.; о времени собранія члены оповѣщались заблаговременно. Муйты, какъ самому умному, опытному въ дѣлахъ вліятельному человѣку, предоставлялось право согласиться или отвергнуть постановленіе совѣта.

Согласіе онъ выражалъ взятіемъ себя за носъ и уши, а отрицаніе вставаніемъ на ноги на камнѣ. Въ послѣднемъ случаѣ представители обязывались пересмотрѣтъ вопросъ снова и рѣшить его иначе или непосредственно, или-же по указанію своего предсѣдателя—Муйты. Утвержденныя постановленія совѣтовъ были обязательны для членовъ всѣхъ племенъ и исполнялись безпрекословно.

Общество Мереджи составляютъ селенія Верхній и Нижнiй Гяритъ, Халхарой и центръ его—Мереджой и Цеча-ахки, дающiй въ общей сложности 67 дворовъ. По близости лѣса и удобства доставки матеріаловъ мереджоевцы находятся въ несравненно лучшихъ условіяхъ, нежели ихъ сосѣди—ялхаройцы и аккинцы, почему здѣсь преобладаютъ деревянныя постройки. Въ отношенiи сельскохозяйственныхъ угодій описываемый районъ обставленъ так же очень недурно: въ распоряженіи 59 дворовъ (исключая с. Цеча-ахки) старшинства состоятъ нагорные луга и поляны по обѣ стороны р. Мереджи до водораздѣла (на востокѣ), представляющая перемычку между гг. Борзанты и Гилла-кортъ, и отъ послѣдней по возвышенностямъ, обрамляющимъ верховья рр. Нитхой и Чо? (лѣвый притокъ первой), до хребта Кори-ламъ съ частью южнаго его склона.

Я не стану описывать мѣстность отъЯлхароя и далѣе по Аккинскому ущелью: здѣсь мы шли знакомымъ путемъ, которымъ я слѣдовалъ въ свою поъздку по котловинѣ р. Гехи*). Скажу только, что отъ башни Дисхи-воу**) мы свернули влъво, перебрались черезъ рѣчку Акки-хи и стали подниматься на возвышен­ности, обрамляющiя ея правый берегъ. Здѣсь, на одномъ изъ пологихъ бугровъ, у тропинки, обращаетъ на себя вниманiе камен­ная плита-иамятпикъ съ высѣченнымъ на ней крестомъ; въ твердомъ песчаникѣ совершенно ясно сохранилось его изображенiе: двѣ пересѣкающiеяся подъ прямымъ угломъ линiи, а на концахъ ихъ четыре правнльныхъ круга. Плита имѣетъ 1 арш. 10 вершк. высоты надъ землею, 12 вершк. ширины и 3 вершка толщины. Кромѣ креста никакихъ фигуръ не имеется. На мои разспросы какъ у проводника, такъ и у встрѣченныхъ далѣе на сѣнокосѣ аккинцевъ я не получилъ никакого опредѣленнаго отвѣта: всѣ го­ворили, что ничего не знаютъ о происхожденiи этого памятника.

Поднявшись на два небольшихъ увала отъ рѣчки, тропа вы­ходить на небольшое покатое плоскогорье. Густая сочная трава длинными рядами ложилась подъ дружными взмахами косцовъ, которые, когда мы показались изъ-за пригорка, оставили работу и съ любопытствомъ осматривали нашъ караванъ, хотя, кажется, никто изъ его участниковъ не представлялъ изъ себя чего-либо занимательнаго. Нашъ проводннкъ, молодой парень, сомнѣваясь въ исправности дороги но южнымъ свѣтамъ Юкъ-еръ-лама, счелъ не лишнимъ собрать у нихъ нѣкоторыя свѣдѣнiя, и мы на минуту прiоставовились. Отвѣты косарей-аккинцевъ подтверждали опасенiя, слышанныя нами отъ ялхаройцевъ, но добиться опредѣленныхъ отвѣтовъ и указанiй было нельзя.

Верховья р. Гехи

Записки Кавказского отдела Русского Географического общества. Тифлис, 1902, т. 15, с. 270-302

Верховья р. Гехи.

Въ началѣ іюля мнѣ пришлось побывать въ той часги горной Чечни, гдѣ раскинулись Ялхаройское, Аккинское, Галанчочское и Хайбахское старшинства, входящія въ составъ 6-го участка Грозненскаго округа Терской области.

Миновав селенiе Итыръ-кале, вы вступаете, какъ сказано выше, въ широкую долину. Передъ глазами путника цѣлый лабиринтъ пологихъ бугровъ, задрапированныхъ яркой зеленью нагорныхъ луговъ. По ложбинамъ и балкамъ серебряными лентами сверкаютъ прозрачные ручейки-безчисленные притоки рѣчки Акки-хи. Дно долины и наиболѣе пологiе скаты почти сплошь засѣяны пшеницей, ячменемъ н овсомъ. На возвышенныхъ площадкахъ разбросаны низенькiя каменныя сакли нѣсколькихъ отселковъ старшинства; онѣ группируются въ большинствѣ случаевъ вокругъ старинныхъ башенъ, которыми вообще богата эта мѣстность, служившая въ отдаленномъ прошломъ ареной безконечныхъ распрей и междо-усобицъ разрозненныхъ горскихъ племенъ, набѣговъ отдѣльныхъ шаекъ удальцовъ, а въ ближайшую эпоху-борьбы Шамили съ русскими войсками. Объ этихъ последнихъ событiяхъ среди насе-ленiя сохранились еще свѣжiя воспоминанiя: разсказываютъ о томъ, какъ брались русскими крѣпкiя башни, какъ гремѣли пушечные выстрелы и артиллерiйскiе снаряды разбивали твердыни горцевъ. По многочисленнымъ развалинамъ можно заключить, что населенiе долины въ прежнiя времена, быть можетъ, далеко превосходило численностью составъ современнаго намъ Аккинскаго старшинства, въ которомъ числится всего 86 дворовъ.

По дорогѣ, въ селенiе Воуги (оно-же Акки), куда намъ пришлось завернуть для смѣны лошадей, стоитъ какъ-то совершенно особнякомъ высокая башня. Судя по рядамъ бойницъ, она имѣетъ четыре этажа (безъ крыши). Стѣны ея имѣютъ внизу до 6 арш. ширины, а кверху немного съуживаются, такъ что башня имѣеть форму усѣченной пирамиды. О постройкѣ этой башни разсказываютъ слѣдующее. Очень давно въ горахъ жилъ молодой человѣкъ по имени Дисхи, который славился искусствомъ строить высокiя башни. Въ одномъ изъ ауловъ Аккинскаго ущелья Дисхи засваталъ девицу. Какъ-то весною, когда легче всего бываетъ добыть въ горахъ овчинки съ молодыхъ овецъ, попросилъ Дисхи свою невѣсту собрать матерiалъ и сшить ему шубу. Невѣста обѣщала исполнить просьбу жениха, но дѣло шло у нея очень вяло: уже лѣто близилось къ концу, начинались холодные утренники, а шубы все не было. Поинтересовался женихъ узнать, исполнено ли его порученiе, и, къ великому огорченiю, убѣдился въ полномъ нерадѣнiи своей милой: оказалось, что еще и овчины не были окончательно выдѣланы. Желая выразить возможно сильнѣе негодованiе за такое невнимательное огношенiе къ своей просьбѣ, Дисхи обѣщалъ невѣстѣ, что онъ самъ приготовитъ матерiалъ и достроитъ высокую башню и что это случится скорѣе, нежели будетъ готова шуба. Отъ слова дошло и до дѣла: началъ Дисхи готовить матерiалъ, а затѣмъ скоро приступилъ и къ возведенiю стѣнъ. Дабы не ударить лицомъ въ грязь передъ дѣвицей и доказать правдивость своихъ словъ, Дисхи, естественно, очень торопился, и работа быстро шла впередъ. Вотъ уже стѣны закончены, на высокихъ подмосткахъ навалены каменныя плиты; осталось изъ нихъ свести крышу, какъ вдругъ бревна подмостковъ обломились подъ непомѣрной тяжестью камня и... Дисхи слетѣлъ съ пятисаженной слишкомъ высоты вмѣстѣ съ матерiаломъ, которымъ и былъ убитъ. Прибѣжала на тревогу невѣста и, увидѣвъ обезобра-женный трупъ своего жениха, бросилась рядомъ съ нимъ на кинжалъ и тоже пала мертвой. Погибъ знаменитый мастеръ, и роковая башня понынѣ называется Дисхи-воу.

Къ одной изъ стѣнъ этой романической башни въ настоящее время прилѣплено узкое продолговатое зданiе общественной мечети, кажуееся пигмеемъ въ сравненiи съ этимъ колоссомъ.

Аулъ Воуги состоитъ изъ 30 дворовъ. Сакли и всѣ хозяйственныя постройки сложены изъ дикаго плитняка. Нѣкоторыя сакли и здѣсь, какъ въ Ялхароѣ, имѣютъ побѣлку, матерiаломъ для которой служитъ добываемый въ окружающихъ горахъ порошокъ-очевидно, разрушившiйся подъ дѣйствiемъ атмосферныхъ влiянiй алебастръ, куски котораго мнѣ часто встрѣчались въ этой странѣ. Но служилъ-ли тотъ-же алебастръ и составною частью того крѣпкаго цемента, который уже много вѣковъ сдерживаетъ стѣны древнихъ башенъ и могильниковъ наперекоръ времени и непогодамъ?

Селенiя Аккинскаго старшинства имѣютъ значительную площадь сельско-хозяйственныхъ угодiй, заключающихся главнымъ образомъ въ покосныхъ и пастбищныхъ земляхъ; пахотными участками эта местность сравнительно также довольно богата.

Ялхаройекое, Аккинское, Галанчочское и Хайбахское стар­шинства имѣютъ въ своемъ пользованiи земли, расположенныя въ очерченныхъ выше границахъ, котловины, и кромѣ того значительную площадь нагорья, заключеннаго приблизительно между истоками рр. Нитхоя и Большого Шалажа на западѣ и Большой Рошни на востокѣ, съ раскинувшимися на этомъ пространствѣ лу­гами, вплоть до границы вертикальнаго распространенiя лѣсной растительности по сѣвернымъ свѣсамъ хребтовъ Волой-ламъ и Нашхой-ламъ[23]), которая едва-ли лереступаетъ здѣсь футовъ.

Всѣ эти угодья (сенокосы, пастбища и пахотные участки вблизи селенiй) составятъ пространство до 10000 десятинъ примѣрно или-же около 22 десятинъ на каждый дворъ населенiя въ среднемъ.

Т Е Р С К I Й СБОРНИКЪ

ПРИЛОЖЕНIЕ КЪ ТЕРСКОМУ КАЛЕНДАРЮ НА 1894 ГОДЪ. ВЫПУСКЪ ТРЕТIЙ

Изданіе Терскаго областного статистическаго комитета

подъ редакціей секретаря комитета

.

КНИГА ВТОРАЯ

ВЛАДИКАВКАЗЪ.

Типографія Терскаго Областного Правленія.

1893.

Въ Акинскомъ обществѣ горной Чечни до сихъ поръ извѣстно лишь одно мѣсто поклоненія жителей этого общества. Это— святилище возлѣ селенія Галанчоджъ, посвященное богу Мизръ. По преданію, оно построено лѣтъ 400—500 тому назадъ. Ипполитовъ говоритъ, что это зданіе служило церковью и даже монастыремъ для чеченцевъ, ингушей, тушинъ п т. д.. Но проф. Миллеръ, посѣтившій его въ 1886 г., высказываетъ сомнѣніе насчетъ пригодности его для этой цѣли и считаетъ обыкновеннымъ языческимъ святилищемъ, куда ингуши ходили прежде молиться и совершать жертвоприношенія стоявшему тамъ идолу. На слѣды культуры, бывшей на этомъ мѣстѣ, указываетъ искусственно разведенная роща у озера. Эта роща и теперь еще считается неприкосновенной и никто не смѣетъ рубить ее.

Тушоли—это святой или божество, признаваемое всѣми чеченцами безъ исключенія; это одинъ изъ главныхъ «ццу», имя котораго упоминается и въ клятвахъ и во всѣхъ молитвахъ, хотя бы чеченцы молились у другаго святили-ща. По его имени называется даже мѣсяцъ Тушоли-бутъ (апрѣль). Въ послѣднее воскресенье этого мѣсяца, называемое Тушоли-кириде, ежегодно совершается въ описанномъ святилищѣ особое религіозное празднество. Тушоли особенно почитается женщинами. Онѣ называютъ его «Дэла-ехъ-Тушолъ», что въ буквальномъ переводѣ значитъ: «Божье лицо Тушолъ». Горные ингуши восточной половины (хамхинцы, цоринцы и акинцы) имѣли одно общее мѣсто для поклоненія Тушоли возлѣ селенія Картъ, Хамхинскаго общества; а жители западныхъ обществъ (Мецхальскаго и Джераховскаго), а также и плоскостные ингуши сходились къ святилищу между селеніями Обинъ и Ляшги Мецхальскаго общества.

Отеутствіе морей и большихъ рѣкъ въ землѣ чеченцевъ не могло способствовать возникновенію у нихъ культа богини моря. Но въ горной Чечнѣ, въ Аккинскомъ обществѣ, у сел. Галан-чоджъ, находится небольшое озеро; и вотъ при этомъ благопріятномъ условіи у чеченцевъ немедленно возникаетъ представленіе о духѣ озера, котораго они высоко чтутъ.

ЧЕЧНЯ И ЧЕЧЕНЦЫ.

СОЧИНЕНIЕ

А. П.БЕРЖЕ.

ТИФЛИСЪ. 1859.

ЧЕЧЕНСК1Я ПЛЕМЕНА.

Назрановцы. Карабулаки. Галашевцы. Джерахи. Кисты. Гадгаевцы. Цоринцы. Ако или Акинцы. Пшехой или Шопоты. Шубузы или Шатой. Шаро или Кiалалъ. Джанъ-Бутри. Чабирлой или Тадбутри. Ичкеринцы. Качкалыки. Мичиковцы. Ау­ховцы. Чеченцы Терекскiе и Сунженскiе. Брагуны.—Bѣpa. Духовенство. Языкъ. Характеръ и бытъ Чеченцевъ. Земледѣлiе, скотоводство, промышленность и торговля. Раздѣленiе народа на классы и отношенiя ихъ между собою. Лаи и яспры. Управленiе. Адатъ и Шарiатъ. Право канлы или кровомщенiе. Отношенiя отца къ дѣтямъ и обрядъ сватовства. Отношенiя мужа къ женѣ. Право наслѣдства. Духовныя завѣщанiя и опека. Подробности суда и расправы по адату и шарiату. Обрядъ суда по адату. Kaкiя дѣла и преступленiя разсматриваются адатомъ? Опредѣленiе адата. Измѣненiе адата въ отношенiи женщинъ. Обрядъ суда по шарiату. Опредѣления Шарiата. Возстанiе Чечни и признанiе Шамиля. Мѣры, принятый Шамилемъ къ упроченiю своей власти. Мюриды. Управленiе и раздѣленiе Чечни на наибства и округи. Военныя постановленiя. Награды. Доходы. Заключенiе.

Ако или Акинцы. Аулы ихъ расположены по обоимъ берегамъ pp. Ассы и Сунжи, между Галгаевцами н дальними Кистами въ верховьяхъ р. Гехи, притока Сунжи.

Это небольшое общество, состоявшее въ 1851 году изъ 10 ауловъ и 270 дворовъ, занимаетъ мѣстность сравнительно болѣe благопрiятную по природнымъ условiямъ; это видно изъ того, что въ лѣтнее время большая часть табуновъ и стада Малой Чечни пасутся на богатыхъ травянистыхъ горахъ этого общества, а въ особенности около аула Ялхорой, гдѣ есть соля­ное озеро. Акинцы по образу жизни болѣе пастухи, помады, чѣмъ воины.

Изъ Акинскихъ фамилiй важнѣйшiя по влiянiю на общество нзвѣстны Такиловы и Аслануковы.

Чеченская республика

1.  Население и экономика

2.  Этнический состав

3.  Этап исторического развития

4.  Чечня сегодня

Чеченская народность сложилась в результате союза девяти крупных этнотерриториальных объединений-тукхумов: ЧIаьнтий, Аьккхий, Маьлхий, Нохчмахкахой, Арштой, (орстхой), ТIерлой, ЧIебарлой, Шарой и Шуотой (Шубут), а также отдельных тайпов, общин, не входящих в тукхумы: дишни, пешхой, нашхой, нихалой, зурзакъхой, мIайстой, кей садой, чинахой и др. В состав чеченского этноса вошли также и фамилии, основанные представителями дрйгих народов. Таковыми являются тайпы сувлий, гIумкхий, гIазгIумкхий, чергазий, цадахьарой, къурейший, туркой, куьпчий, ногIий, таркхой и др.

Союз ЧIантий включал в себя общины-тайпы Борзой, БугIарой, Хилдехьарой, Доьрахой, Кхуокхалдой, Хьачарой и Тумсой, располагавшихся в верховьях реки Чанты-Аргун.

Тукхум Аькхий объединял в своем составе такие тайпы, как Борчахой, Жевой, ЗIогой, Ноккхой, Пхьарчой, Пхьарчахой и Ваьппий. Одновременно данное общество делилось на ара аьккхий (равнинные аккинцы) и лам аьккхий (горные аккинцы).

Среди ученых до сих пор нет единого мнения в отношении этнической принадлежности карабулаков. Между тем, сами они, как и все чеченцы, связывают свое происхождение с местностью Нашха в Чечне и считают себя потомками этноарха чеченцев Турпала-Нохчуо. Более конкретно в своих преданиях карабулаки-орштхоевцы называют своей прародиной местность Аьккха или Лам-Аьккха (Галанчожский район) или местность Балой-Лам и общество Балой (у озера Галанчож). Карабулаки отсылают нас к аккинцам, как к своим славным предкам, а в некоторых преданиях – как и к родственному себе обществу.

Западные карабулаки – Галай, именуемые в русской литературе галашевцами, происходят от чеченского тайпа Галай. Часть этого тайпа некогда переселилась в местность между верховьями Сунжи и реки Ассы из узкого ущелья в предгорья и на плоскость, основав селение Галашки.

Исследовав Гудермесское городище, М. Ошаев делает вывод «Судя по собранному материалу, оно, несомненно, пережило бурный XIII век, татаро-монгольское завоевание и существовало в плоть до конца XIV в. Это лишний аргумент против утверждения о том, что после татаро-монгольского нашествия вайнахские племена поголовно покинули свои насиженные места на плоскости и на целые века удалились в горы... Гудермесское городище свидетельствует, что вайнахи и во время татаро-монгольского владычества продолжали на плоскости свою полнокровную жизнь и интенсивную хозяйственную деятельность».

Как считают и другие ученые, еще в XIV в. чеченцы вновь активно заселяли берега Терека и Сунжи. Одновременно они начали освоение Терско-Сулакского междуречья, где издревле жили их соплеменники-аккинцы. Надо полагать, что уже в тот период движение чеченских племен на восток современной Чечни было довольно активным. Об этом можно судить по тому факту, что уже в конце XIV в. один из предводителей чеченцев Янбек и его сын Майда в союзе с дагестанским правителем – шамхалом Казикумухским, сумели нанести ряд ощутимых ударов по вторгшимся на Кавказ войскам среднеазиатского завоевателя Тимура.

Население Назрани быстро росло. По данным 1810 г. в ней и в Тимурковой деревне близ Владикавказа насчитывалось уже 866 дворов. Восточнее Назрани располагалось селение Яндыри, в которой насчитывалось 80 дворов чеченцев-орштхоевцев и подселившихся к ним позднее ингушей. Южнее Яндыри находилось селение Галашки, основанное представителями чеченского тайпа Галай, переселившимися сюда из Галанчожа. Совместными поселениями чеченцев и ингушей было селение Верхий Алкун, селение же Фалхан было основано выходцами из чеченского селения Акки. Необходимо добавить также, что родоначальники ингушских фамилий Ахриевых, Льяновых, Боровых, Хаутиевых, Бузуртановых (насыр-кортовских), Чаниевых, Бекботовых, Нагадиевых, Дударовых и некоторых других являлись чеченцами.

Значительной была доля чеченцев в составе населения русских городов, основанных вблизи Терека в XVI-XVIII вв. Так, в конце XVII столетия в Окоцкой слободе г. Терки насчитывалось несколько сот дворов окончан (аккинцев), и доля чеченцев в населении этого города, таким образом, превышал 18 процентов. В г. Кизляре в 1796 г. проживало более 1,0 тыс. чеченцев (17,9 процентов населения города). В разноязычном населении Кизляра они были второй после армян национальной группой, значительно превосходя даже самих русских.

Вайнахское население, проживающие ныне в Турции, Сирии, Ираке, Иордании, Палестине, Иране и т. д., осознавало себя (и осознают до сих пор) чеченцами. Так же как в глазах окружающих их турок, арабов, адыгов, они все предстают чеченцами («шешен») и называют себя этнонимом «нохчийн/нахчой», разделяясь лишь на тайпы: беной, чIинхой, арштхой, зандкъой, мержой, аьккхий, гIалгIай и т. д.

Подобное самосознание вех этнических групп – выходцев из Чечено-Ингушетии на Востоке не только результат проживания на чужбине. Осознание вайнахами себя единым этносом – чеченцами с общим самоназванием «нохчийн/нахчой» зафиксировано еще в 70-х годах XIX в. этнографом Умалатом Лаудаевым.

В 1866 г. по распоряжению царского начальства, аккинцы и мереджинцы были отделены от Ингушского округа и подчинены управлению Аргунского округа, «как вследствие одноплеменности с населением последнего, так и потому, что по месту своего жительства они ближе находятся к центру управления его (подчеркнуто нами. – Авт.)». В свое время общества эти оказались было вне административных границ Чечни по мере завоевания этих территорий (аккинцы и мержоевцы были завоеваны в 1858 г. и подчинены Военно-Осетинскому округу).

1 Услар II. К. Этнография Кавказа, ч. II. Чеченский язык. Тифлис, 1888. С. в—7.

1 Белокуров России с Кавказом. М., 1889. Вып. I. 1578—1613 гг.

1 Равинский. Хозяйственное описание Астраханской и Кавказской Губерний. СПб., 1809. С. 13.

1 Буцковский из описания Кавказской губерния и соседних горских областей. 1812 г.//История, география и этнография Дагестана. Махачкала, 1958. С. 243.

1 История народов Северного Кавказа с древнейших времен до конца XVIII в. /далее — ИНСК/. М., 1988. С. 84.

2 Ваганов и сарматы. Грозный, 1990. С. 14, 15—16.

3 Гадло материалы к этнической истории Восточного Предкавказья//Древности Дагестана. Махачкала, 1974.

4 Пигулевская источники по истории народов СССР. М.; Л., 1941. С. 165.

5 Гаджиева . М., 196.1. С. 13.

1 Вагапов . соч. С. 14.

2 Ибн ал-Факих. Книга стран /Пер / //СМОМПК. Т. 81; Тифлис, 1902. С. 15; Ибн-Хордадбе. Книга путей и царств/ Пер. //СМОМПК. Т. 37. Тифлис, 1903, С. 15; и др.

3 Алиханов- Тарихи Дербенд-наме. Тифлис, 1898. С, 34; Бакиханов -Ирам. Баку, 1926. С. 34.

4 Алиханов- Указ. соч. С. 152.

5 Из истории взаимоотношений между грузинским и чечено-ингушским народом. Грозный, 1963. С. 19, 23, 77—78 и др.

6 Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды /Под ред. . М.; Л., 1941. Т. 2. С. 123, 124, 183, 184.

1 Взаимоотношения народов Чечено-Ингушетии с Россией и народами Кавказа в XVI — начале XX в. Грозный 1981. С. 9—23, 23—37.

2 Варианты рукописей, носящих одинаковое название «Основа происхождения аккинцев», представлены нам /сел. Бони-Юрт/ и /сел. Ширча-Юрт/, которым выражаем глубокую благодарность.

1 Бутков для новой история Кавказа с 1722 по 1803 г. СПб., 1869. Ч. I. С. 109.

1 Представители пхьарчхоевской группы «ЧIонтой» не имеют отношения к кровно-родственному союзу «ЧIаьнтий» См.: Чеченский тайп (род) в период его разложения. Грозный. 1970. С. 19.

2 Под аккинским названием поселения «Iандзле» нам видится селение «Адзарей-юрт» из документов XIX века. См: Волкова состав населения Северного Кавказа в XVIII — начале XIX века. М., 1974. С. 168.

1 Тайп «Кхархой», представленный и среди гIачалкъоевцев, и среди пхьарчхоевцев, вполне может быть назван «обществом» или «тукхумом».

2 Из тайпа /ветви/ «Къоцой» вышел ставший впоследствии известным один из лидеров аккинцев в борьбе против царизма ГIойтемир.

1 Волкова Н. Г. Указ. соч. С. 167; Исаева взаимоотношения Чечено-Ингушетии с Россией в конце XVI — первой половине XVII в.//Взаимоотношения народов Чечено-Ингушетии с Россией а народами Кавказа в XVI — начале XX в. Грозный, 1981. С. 12.

2 С сер. XVIII в. здесь стали возникать ичкерийские поселения.

1 , Магомадова из северокавказских союзников Руси//Вопросы истории. 1970. № 10. С. 215—219.

2 Умаров археологические памятники эпохи позднего средневековья в горной Чечено-Ингушетии//Археолого-этнографический сборник /далее — АЭС/. Грозный, 1968. Т. 2. С. 239—240.

3 Сулейманов Чечено-Ингушетии. Ч. 3. Грозный, 1980. С. 218. Для аккинцев слово «гезл»: а/ череп рогатого животного, прикрепляемый к воротам или к фасаду дома; б/ клин, вбиваемый для крепления двух горизонтальных жердей в заборе для скота.

4 Терско-Сулакское междуречье имеет в устах аккинцев свое географическое название — «Пана-Мохк», под которым они понимают «благодатную, райскую землю, просторную для освоения». Ср.: Маниев -русский словарь. М., 1961. С. 334: пана мохк — неизведанный край» 2) необитаемый.

1 Белокуров России с Кавказом. Вып. I. 1578—1613 гг. М., 1889. С. 64.

1 Белокуров . соч. С. 555.

2 Кабардино-русские отношения в XVI—XVIII вв.: Документы и материалы. В 2-х томах /далее — КРО/. М., 1957. Т. I. Док. № 21.

3 Там же. Т. 2. С. 239—240

4 Властов. Война в большой Чечне//Русский инвалид. 1865. № 000, 160, 164, 165, 166, 167; Дубровин войны и владычества русских на Кавказе. СПб., 1871. Т. I. С. 379; и др.

1 В данном случае под «Чечней» подразумеваются все вайнахи.

2 Норденстамм Чечни со сведениями этнографического и экономического характера//Материалы по истории Дагестана и Чечни /далее — МИДЧ/. Махачкала, 1940. Т. 3. Ч. I. С. 302.

3 Записки о Чечне//Пантеон. Т. 23. № 10. С. 46. СПб., 1835; Броневский. С. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. Ч. 2, М., 1823. С 176—177; Чечня//Рукоп. отдел библ. им. . Ф. 162. Папка 81. Д. 7. Л. 29.

4 Вроцкий. Чечня как хлебный оазис//Сборник сведений о Терской области /далее — ССГО/. Вып. I. 1878. С. 270.

5 Покровский и войны царской России. М., 1923. С. 222.

6 Материальная культура аварцев. Махачкала, 1967. С 22.

1 Кушева Северного Кавказа и их связи с Россией. Вторая половина XVI — 30-е годы XVII в. М., 1963. С. 76.