«Профессиональная этика и этикет» (стр. 2 )

2.2. Этика античности

Зачатки этических представлений (XII—IX вв. до н. э.) восходят к мифологическим канонам древних греков.

Собственно этический аспект появляется в трудах древнегреческих философов раннего периода античности (VIII—V вв. до н. э.). Главная особенность этого периода: этика и философия еще неразделимы; ведущее положение в этике вместо религиозно-мифологического начинает занимать научно-рационалистический подход. Орфизм и пифагорейство сочетают мистические таинства и научные разработки. Математика Пифагора (6 в. до н. э.) содержит нравственно-мистический аспект (квадрат — это не только геометрическая фигура, но и символ справедливости, единица несет в себе мужское начало, двойка — женское).

В классическую эпоху (IV в. до н. э.) происходит окончательное становление этики. Появляются софисты (Протагор, Торги и др.) — учителя, преподающие основы риторики и философии. Софистов интересовала проблема происхождения моральных ценностей: даны они от природы и, следовательно, объективны и неизменны, или представляют собой субъективно-изменчиные законы, возникшие по установлению человека. Софисты предпочитали вторую трактовку — в духе этического релятивизма, которая каждому индивиду давала право иметь собственную мораль.

Напротив, Сократ (ок. 470—399 до н. э.) считал, что всеобщие моральные нормы существуют объективно, а задача человека — познать их, соотнести с ними свое поведение и достичь добродетели, а следовательно, и счастья. Сократ явился основоположником этического рационализма. В решении этических проблем философ опирался на разум, с помощью диалога пре­вращая первоначально выдвинутое собеседником частное суждение в более полное и соразмерное. Сократ отказался от авторитарного подхода, считая, что все люди изначально обладают знанием в вопросах морали.

Платон (428—348 до н. э.) попытался привести разрозненные высказывания Сократа в систему. По мнению Платона, всякая конечная и преходящая вещь имеет вечную и неизменную идею (эйдос). Высший мир идей выстраивается иерархически, частные идеи подчинены общим, их венчает всеобщая идея Блага. Глубокий этический смысл содержится у Платона в учении о любви и о пути человека к идеальному. Идеалом социальной справедливости Платон считает обобществление собственности и соотношение природных задатков граждан с их общественными обязанностями. Идеальное политическое объединение, по Платону, состоит из трех сословий, каждому из которых соответствует своя добродетель: мудрость принадлежит философам (которые и должны поэтому править обществом); мужество — воинам (стражам закона и порядка); трудолюбие, основанное на благоразумии и умеренности, — земледельцам и ремесленникам. Мыслители классического периода (IV—III вв. до н. э.) — софисты, Сократ, Платон — стремятся обосновать мораль с помощью разума, на основе рационализма, который высшего выражения достигает в этике Аристотеля.

Аристо—322 до н. э.) окончательно завершил оформление этики как научной дисциплины. Он свел в единую энциклопедическую систему все существовавшие в его время научные знания и тем самым заложил основу развития европейского рационализма. В свою эвдемонистическую этику, опирающуюся на понятие счастья, он вводит категорию добродетели, соединяя их. Суть морали состоит в рационалистическом стремлении к «середине», которое отличает добродетель от порока.

Целью этики Аристотель считает не знания, а поступки, ибо этика имеет дело не с благом вообще, а с осуществимым благом. Тем самым Аристотель отделяет этику как практическую философию от философии теоретической. Исходным пунктом этики Аристотель объявляет не принципы, а опыт общественной жизни. Он связывает добродетель с гражданскими качествами личности, исходя из утверждения, что «человек — животное общественное».

В эпоху поздней античности, после образования эллинистических монархий, а затем и Римской империи (с III в. до н. э.) наметился перелом в развитии этических знаний. Происходит переориентация нравственных идеалов, рост индивидуализма и пессимизма, уход от общественной жизни. Основным этическим принципом становится принцип гедонизма, объявлявший высшей жизненной ценностью стремление к наслаждению.

Эпикуреизм — учение Эпикура (341—270 до н. э.) предлагает «стремиться к удовольствиям и избегать страданий». Цель эвдемонистической этики Эпикура — счастье, понимаемое как отсутствие душевных тревог и телесных страданий, достигается через рациональное понимание удовольствий и разумное просвещение, освобождающее от страхов (особенно страха смерти).

Киренаики (Аристипп), проповедовавшие гедонизм, стали искать выход в безудержном наслаждении.

Киники (Антисфен, Диоген Синопский), напротив, обратились к идеалам крайнего аскетизма, предлагая полное внутреннее освобождение через отречение от мирских благ и « переоценку ценностей».

Стоицизм (Сенека (5—65), Эпиктет (50—140), Марк Аврелий (121—180)) находит точку опоры в чувстве собственного достоинства, твердом осознании индивидом личной добродетели и моральных ценностей, в отрешенности от внешнего мира. Путь к стоической апатии лежит через мудрость. Мудрец — воплощение добродетели. Он умеет быть выше страданий, судьбы и обстоятельств, живет в согласии с собой и природой. Стоик должен сообразовывать свои деяния с государственным устройством, заботиться о семье и выполнять обязанности гражданина. К высшим гражданским доблестям Сенека относит мужество, презрение к боли, самопожертвование во имя отечества, усматривая в них подлинное «величие духа».

В отличие от этих течений, все еще пытающихся решать нравственные проблемы средствами рационализма, зарождающееся христианство опирается на религиозную веру и перено­сит моральные ориентиры из реальной жизни в сферу потустороннего и сверхъестественного.

2.3. Этика эпохи Средневековья и Возрождения

Этика зададноевропейского Средневековья (V—XV вв.) по праву может быть названа религиозной христианской этикой.

Основные положения христианской этики оформились в IV—V вв. Наиболее последовательно и убедительно  этические идеалы патристики развивал Августин Блаженный (354—430).

Мир, по мнению Августина, изначально создан Богом (в процессе т. н. акта креации, или творения). Бог является средоточием высшего блага. Зло существует только Божьим попущением, чтобы испытать человека и отличить грешников от праведников. Человек, созданный по образу и подобию Божьему, обладает свободной волей и может осуществлять моральный выбор) между добром и злом. Все люди, даже младенцы, изначально прокляты вследствие первородного греха, совершенного их прародителями Адамом и Евой. Однако Бог посылает в мир своего сына Иисуса Христа, чтобы даровать человечеству спасение. Иисус дополняет основные ветхозаветные заповеди (не убивай, не прелюбодействуй, не кради, не лжесвидетельствуй, люби ближнего своего и др.)

В XI—XIII вв. предпринимается попытка вернуть в научный обиход античное этическое наследие. Представители новой школы — схоластики — П. Абеляр, Анселъм Кентерберийский, Фома Аквинский возрождают этико-рационалистические традиции, делая догматы христианской религии объектом.

Фома  Аквинский (1225—1274) в работах «Сумма и «Сумма против язычников», используя интерпретирует в духе христианства античное учение о добродетели. Умственные и нравственные добродетели, выдвинутые норм (мудрость, благоразумие, справедливость, мужество), он дополняет тремя теологическими: верой, надеждой, любовью. Он видит в этике моральную философию, рассматривающую вые и разумные действия человека как нацеленные на и высшее Благо — Бога.

2.4 Этика эпохи Возрождения

В XIV—XV вв. в этике на первый план выдвигается проблема человека.

С гуманизмом Возрождения связан культ красоты человеческого лица и тела. Борьба чувств и долга, страсти и разума, любовь и ненависть человека к человеку привлекают внимание выдающихся художников и философов. Скрупулезно исследуются причины и механизмы, определяющие отношения людей. Этика Возрождения обращается также к социальной, гражданственной тематике, роль которой в Средневековье была невелика. Ренессансные представления о перспективах общественного развития и социально-нравственных идеалах базируются на двух крайностях. С одной стороны, это идеи «сильного государства» Н. Макиавелли, с другой — утопические иллюзии Т. Кампанеллы и Т. Мора.

Н. Макиавелли (1469—1527) положил начало новым принципам взаимодействия морали и политики. В работе «Государь» он отрицает ведущую роль религии и церкви в формировании нравственно совершенной личности, утверждая, что это является прерогативой сильного централизованного государства. Макиавелли допускал использование любых средств, даже выходящих за рамки общепринятой морали, оправдывая это необходимостью утверждения неограниченной власти. Примене­ние аморального принципа «цель оправдывает средства» стало синонимом вклада Макиавелли в область политической этики.

Английский философ-гуманист Т. Мор (1478—1535) связывал повышение уровня нравственности с отказом от частной собственности и радикальной перестройкой общества на основе выборного управления и предоставления неограниченных возможностей для нравственного развития отдельной личности.

Эразм Роттердамский (1469—1536) в сатирическом произведении «Похвала глупости» выступил с критикой средневековых предрассудков, обличением безнравственного образа жизни католического духовенства, религиозного фанатизма.

М. Монтень (1533—1592) в «Опытах» отрицал греховность человеческой природы, отождествлял добродетель с умеренными удовольствиями, ограниченными не церковными запретами, а научно-рационалистическим постижением сущности бытия.

Пробуждая и культивируя интерес к «внутреннему человеку», его индивидуальному поведению, эпоха Ренессанса еще не ставит вопрос о сущности, закономерностях и принципах моральной регуляции личности. Однако этика Возрождения во многом предопределила успехи этических теорий последующего периода — Нового времени.

2.4. Этическая мысль Нового времени

В Новое время на развитии этики сказывается усиление рационалистических тенденций в научном познании. В ней находят свое применение эмпирические методы, разработанные Ф. Бэконом, Р. Декартом и другими философами.

Р. Декарт (1596—1650) считает этику «высочайшей и совершеннейшей наукой», которая венчает философию. Ее незыблемо-истинные правила могут быть найдены не раньше, чем будет достигнуто полное знание других наук. А пока это не сделано, Декарт ограничивается «несовершенной» этикой и предлагает временные правила морали, одно из которых обязывает жить в соответствии с законами и обычаями своей страны, а другое — стремиться побеждать себя, а не судьбу.

Спиноза (1632—1677) в трактате «Этика» придает этике математизированный вид: в ней нет долженствований, наставлений и утешений, формулируется 26 определений, 18 аксиом, 259 теорем, 48 постулатов. Предмет и задача его этики — свобода человека как независимость от власти аффектов и пассивно-страдательных состояний. Эта свобода достигается через рационалистическое познание, составляющее сущность и могущество человека. Именно в рамках научного познания личность способна осуществлять свободный выбор. Чем глубже познание необходимости, содержащейся в этих законах, тем больше поле свободы человека. Так возникает понятие свободы как познанной необходимости.

Этика эпохи Просвещения (XVII—XVIII вв.) внесла значительный вклад в развитие этической мысли. Отличительная черта этики просветителей — ее предельная социализация; нормы морали она ставит в прямую зависимость от граждан­ских прав и обязанностей индивидов.

Английские философы-просветители Дж. Локк и Т. Гоббс (XVII в.) формулируют теории «естественного права» и «общественного договора», согласно которым нравственность возникает естественным путем из «человеческой природы». Человек изначально эгоистичен, нацелен на собственную выгоду. Естественным состоянием людей является «война всех против всех». Обладая разумом, индивид приходит к необходимости посредством «общественного договора» пожертвовать для общего блага часть своих возможностей, чтобы впоследствии общество защи­тило его «естественные права» (на жизнь, свободу и собственность) от произвола других индивидов.

Французское Просвещение продолжает дискредитацию идеи богоданности моральных норм (Д. Дидро) и разработку концепций общественного переустройства (Вольтер, Ж.-Ж. Руссо). Гелъвецием и П. Гольбахом теория разумного эгоизма утверждала, что «правильно (разумно) понятый личный интерес есть залог общего блага всех».

Этика немецкой классической философии является кульминацией развития европейского рационализма. Соответственно, и этический рационализм достигает в начале XIX в. наивысшей точки. От изучения внешнего мира — сверхъестественного (Бог) и естественного (Природа) — разум перешел к анализу собственной внутренней структуры, занявшись этико-философской рефлексией. Впервые были сделаны попытки обосновать автономное существование морали как самодостаточного принципа, не зависящего от социальной среды и жизненного опыта личности.

И. Кант (1724—1804) в «Критике чистого разума», «Критике практического разума», «Основах метафизики нравственности» разделил все структуры сознания на два типа:

1) изначально, доопытно (априори) данные человеку способности познания; к ним относится и всеобщий нравственный закон — категорический императив:

«поступай только согласно такой максиме (правилу), руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом»;

«поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и , как к цели и никогда не относился бы к нему только как к средству».

2) полученное на протяжении жизни из опыта (апостериори) знание, в том числе гипотетический императив, обусловленный воспитанием, исторической эпохой, окружающей человека реальностью.

Исходя из того, что моральный закон обладает абсолютной необходимостью, Кант приходит к выводу, что он выступает как долг и совпадает со всеобщей формой законодательства. При этом свобода человеческих поступков не отменяет их необходимости, они существуют в разных, не пересекающихся плоскостях. Нравственность дана человеку постольку, поскольку он является разумным существом и принадлежит миру свободы.

Г. Ф.В. Гегель (1770—1831) в трудах «Наука логики», «Эн­циклопедия философских наук», «Философия права» связыва­ет мораль со структурами сознания.

Моральность и нравственность у Гегеля не тождественны: мораль — это область духовных ценностей, нравственность — соответствующие им социальные отношения. Гегель обосновывает мораль как объективное состояние и как субъективный принцип долженствования, утверждающий лицо в качестве субъекта. Отсюда моральная воля — «для себя сущая свобода».

Нравственность же есть действительность морали, она представляет собой всеобщий образ действий индивидов, в ней свобода, не переставая быть субъективным принципом моральности, возвышается до действительного — объективного состояния. Если категориями морали являются «умысел», «вина», «намерение», «благо», «добро», «совесть», то категории нравственно­сти — «семья», «гражданское общество», «государство», то есть область гражданской этики.

Фейербаха (1804—1872) превращает, по его собственным словам, «человека... в единственный, универсальный и высший предмет философии», делая его воплощением единства материального и духовного вне конкретно-исторических условий его существования. Антропологизм Фейербаха проявился в созданной им «новой религии любви», главным принципом которой он провозгласил веру не в Бога, а в Человека как Бога для человека. В основе этой религии лежит взаимная любовь, требующая разумного самоограничения, бескорыстия, справедливого «распределения» счастья между людьми, когда стремление к счастью одного человека согласовывается с таким же стремлением другого. Этика Фейербаха, особенно по сравнению с авторитаризмом этики Гегеля, безусловно, носит гуманистический характер.

Этические искания второй половины XIX века проходят под знаком промышленного переворота, отразившегося на всех сторонах моральной жизни общества. Восточные цивилизации вынуждены радикально ломать существующие традиции, западные ведут борьбу за сферы влияния. Существующие мировые религии, в силу межконфессиональных разногласий, не могут решить задачу создания моральной идеологии, способной консолидировать массы в глобальном масштабе.

Этические воззрения русской религиозной философии опираются на два положения:

1. Критика западного общества с его свободной конкуренцией и всеобщим отчуждением. (1828—1903) в «Философии общего дела» говорит о появлении небратских, «сиротских» отношений между людьми, забывшими своих «отцов», утратившими связь с прошлым. (1853—1900) в «Критике отвлеченных начал» осуждает рационализм и «отвлеченный морализм» Канта. (1821—1881) в «Легенде о великом инквизиторе» («Братья Карамазовы») обвиняет католическую церковь, которая соблазнилась светской властью, получила «царства земные», но отринула Бога.

2. Поиск «Всеединства» и «соборности» — своеобразного русского варианта гражданственности. Н. Федоров создает систему «супраморализма, или всеобщего синтеза», где технический прогресс подчинен высшей цели — достижению человечеством бессмертия (в биологическом смысле), телесного воскрешения умерших «отцов» и освоения космического пространства («бу­дущее астрономии»). В. Соловьев утверждает, что социум должен перейти от «природных» религий (античность, буддизм) и эпохи «богочеловека», начавшейся с возникновением христи­анства, к периоду «богочеловечества», когда все религии и все народы соединяются вместе. Лев Толстой (1828—1910) предла­гает отказаться от промышленности, вернуться к «простой» крестьянской жизни, руководствуясь принципом непротивле­ния злу насилием. Н. Бердяев (1874—1948) провозглашает «новую этику творчества», где люди объединяются через сопричастность открытой самореализации личностного потенциала.

Таким образом, русская религиозно-философская этика конца XIX — начала XX в. вдохновлена идеей морально суверенной личности, но без отказа от идеи изначальной коллективности человеческого существования. Обе идеи имеют религиозно-мистические формы: основания морали усматриваются в божественном абсолюте, коллективность интерпретируется как религиозно-духовная всечеловеческая соборность.

Этика марксизма и его основоположники К. Маркс (1818— 1883) и Ф. Энгельс (1820—1895), объявляя современное им общество несправедливым и эксплуататорским, причину этого видят в свободном предпринимательстве и частной собственности на средства производства. Исходя из понимания бытия как практики, К. Маркс и Ф. Энгельс обосновали перспективу мо­рально преобразованного бытия — коммунизма. Коммунизм трактуется ими как практический гуманизм, как высшая общечеловеческая ценность и цель всего человечества, интересы которого приоритетны; а человек — как средство достижения этой цели. Такое понимание предполагало критику индивидуального морального сознания. Поэтому революционное действие «упраздняет» мораль, делает ее излишней. Мораль сводится к задачам классовой борьбы пролетариата, к революционной стратегии и тактике. Эта тенденция получила последовательное выражение в работах (1870—1924), в практике со­ветского государства 1920—30-х гг. Этика в ее традиционном значении лишилась собственного предмета; по словам , «в марксизме от начала до конца нет ни грана этики».

В советское время формируется коллективистская этика, в которой общество отождествляется с государством, а личность призвана безоговорочно служить и подчиняться ему, отдавая все, вплоть до собственной жизни. Авторитарная этика марксизма превращается в систему неподвластных критике догма­тических положений, попытка переосмысления и развития ко­торых преследуется как «ревизионизм» и «оппортунизм».

«Философия жизни» критикует моральные ценности западной культуры и неполноценность существующих религий, предлагает качественно иные решения.

Артур Шопенгауэр (1788—1860) выдвигает понятие «воля к жизни», присущее всему живому. У людей «воля к жизни» проявляется в трех характерах, свойственных человеку, — злобном, эгоистическом и сострадательном. Единственно нравственный — последний, но первые два преобладают, что и заставляет людей вредить друг другу, воевать, эксплуатировать более слабых. Шопенгауэр считает, что зло неискоренимо, «человек должен быть дьяволом для другого» по своей сущности. Проблема морали решается путем подавления индивидуальной воли через отвлеченное эстетическое созерцание воли к жизни в ми­ровом масштабе. Этика Шопенгауэра глубоко пессимистична.

В философии Фридриха Ницше (1844—1900) присутствует критика морали, обнаруживается радикальный разрыв с классической традицией европейского рационализма. Ницше отрицательно оценивает христианство, утверждает, что в сердце современного человека «Бог умер», развивает учение об индивидуальной «воле к власти» — носительнице творческого начала,  возвышающей «сильную личность» над толпой и движущей об­щество по пути прогресса.

Позицию Ницше нельзя характеризовать только как моральный нигилизм. Ницше ставит задачу переоценки ценностей, суть которой — не сузить ценностные притязания, а максимально расширить их. Он утверждает примат морали перед бытием, ценностей перед знаниями. Нравственные (или без­нравственные) цели составляют жизненное зерно, из которого вырастает дерево философии. В конечном итоге мыслитель провозглашает приход «сверхчеловека», возвышающегося над любыми предрассудками, стоящего «по ту сторону добра и зла», носителя свободной творческой морали будущего.

А. Бергсон (1859—1941) — продолжатель идей «философии жизни» — уже в XX в. противопоставляет «открытую» мораль демократических обществ западноевропейского типа, связан­ную со структурами «динамической» религии, и «закрытую» мораль тоталитарных социальных систем, основанную на «статической» догматичной религии. Только в первом случае индивид и общество получают возможность свободно развиваться, полностью реализуя свой «жизненный порыв». Преобладание морали второго типа ведет человечество по пути конфронтации.

Мора́ль (лат. moralis — касающийся нравов) — один из основных способов нормативной регуляции действий человека.

Мораль формируется главным образом в результате воспитания, в меньшей степени — в результате действия механизма сопереживания или адаптационного процесса.

Мораль служит предметом изучения этики.

Социология морали и личность

Одним из факторов формирования морали является общественность человека, его способность к сопереживанию другим (эмпатия). Следование морали возможно и из эгоистических побуждений — в этом случае человек ожидает, что к нему будут относиться в рамках той же морали.

Основные социальные функции морали:

регуляторная, ценностно-ориентационная социализирующая.

Социология морали изучает причины, определяющие формирование морали различных социальных групп, связанные с функционированием норм морали проблемы, а также занимается анализом метода и теории, которые могут быть пригодны для их исследования.

Мораль проявляется на общественном и личном уровне. Индивид усваивает моральные нормы в процессе социализации, ориентации на добродетельное — на гуманное, доброе, честное, благородное, справедливое. Человек приобретает сведения о том, что такое порядочность, честь, совесть. При этом мораль изменяется в процессе нормотворчества людей, самостоятельно, со всей ответственностью за моральность своего выбора принимающих решения о выборе целей и средств.

Мораль и право

Мораль и право тесно переплетены. С одной стороны, формализованная мораль может становиться правом. Десять заповедей — это одновременно моральный и правовой закон многих культур. Нравственная оправданность норм права для создания правового государства настолько же важна как и их единство.

В праве отражено понятие «морального вреда», однако мораль остается сферой высших идей, делом совести, которая служит критерием для исторических правовых реформ. Кроме того, практика тоталитарных режимов показала, что иногда мораль может вступать в противоречие с правом.

И моральные, и правовые нормы являются социальными. Общим для них является то, что оба вида служат для регулирования и оценки поступков индивида. К различному можно отнести:

право вырабатывается государством, мораль — обществом; право закреплено в государственных актах, мораль — нет; за нарушение нормы права предполагаются санкции государства, за нарушение нормы морали — общественное осуждение и критика.

Мораль и нравственность

Понятия морали и нравственности имеют разные оттенки. Мораль, как правило, подразумевает наличие внешнего оценивающего субъекта (других людей, общество, церковь и т. д.). Нравственность в большей степени ориентирована на внутренний мир человека и его собственные убеждения.

Нравственность в широком смысле — особая форма общественного сознания и вид общественных отношений.

Нравственность в узком смысле — совокупность принципов и норм поведения людей по отношению друг к другу и обществу.

Нравственность представляет собой ценностную структуру сознания, способ регуляции действий человека во всех сферах жизни, включая труд, быт и отношение к окружающей среде.

Мораль и религии

Религии в сложившихся исторически конфессиональных формах оказали значительное и всеобъемлющее влияние на моральные принципы народов, их исповедавших. Религиозная мораль, будучи кодифицированна в священных текстах, распространяется вместе с религиями. Следует заметить, что монотеистические религии чётче и жёстче определяют границы добра и зла по сравнению с религиями, где практикуется многобожие. Однако существуют целые культуры и цивилизации, в которых формирование морали и нравственности происходило в условиях язычества (древние греки сформулировали золотое правило нравственности и разработали само понятие этики), или которые могут выглядеть безрелигиозными (конфуцианство китайской цивилизации).

С развитием моральных ценностей в мире и распространении идеи о существовании общечеловеческой морали, сама религия и её священные тексты стали подвергаться иногда неутешительным оценкам со стороны этих, несколько отличных, моральных систем. Например жестокость и несправедливость по отношению к иноверцам (см. гой) и атеистам, практикующаяся в некоторых религиях, часто считается аморальной.

Со стороны многих атеистов религия часто представляется как учение, которое несет в себе аморальность. При этом часто в критике используется тот факт, что некоторые люди используют религию как инструмент для достижения собственных целей. Подобное мнение иногда выражают словами Зигмунда Фрейда, говоря, что безнравственность во все времена находила в религии не меньшую опору, чем нравственность.