Горный мир Кубани (стр. 4 )

По наиболее популярной топонимической гипотезе, название «Архыз» произошло от слияния карачаевских слов «ариу-кыз» (красавица дева)  (Есть и более прозаические версии, например, название Ырхыз (от карачаевского ырхы ыз — след селя), свидетельствующее о том, что средневековое ырхызское поселение разрушили лавины и селевые потоки (архы). Возможна и алано-осетинская основа — Арах-хиз (обильное пастбище).). Если это действительно так, то название вполне соответствует этой удивительной местности. Вековые сосновые леса, над которыми белеют снежные шапки гор, водопады, низвергающиеся серебряной лентой с заоблачных скал, уютные поляны, покрытые яркими цветами и огибаемые голубовато-зелеными реками, залитые светом альпийские луга на крутых склонах, пахнущие солнечным теплом и испещренные там и сям темными пятнами хвойных великанов, стоящих небольшими группами, наконец, чистый и прозрачный воздух, сквозь который ландшафт видится словно в уменьшительное стекло,— таков Архыз. Другое его, уже почти позабытое название — Старое Жилище — свидетельствует о приветливом отношении здешней природы к человеку, следы пребывания которого в доисторические времена встречаются в урочище.

В Нижнем Архызе и в соседних ущельях Маруха, Кяфара и Агура археологи нашли изделия из бронзы — кинжалы, топорики и украшения, созданные далекими предками адыгов и абазин в начале первого тысячелетия до новой эры. Обнаруженный в долине Кяфара близ станицы Сторожевой клад (украшения из бронзы, датируемые 900 г. до н. э.) хранится ныне в Эрмитаже.

На пороге нашей эры в горном Закубанье появились кочевые аланские племена, обосновавшиеся также в верховьях Большого Зеленчука,— начался новый большой исторический период освоения этих мест человеком. Но в IV веке на Северный Кавказ вторглись гунны. Они истребили часть алан, других заставили переселиться на Запад Европы: так возникли предпосылки образования аланр-вандальского государства на Пиренейском полуострове. Оставшиеся аланы были оттеснены в глубь гор.

Но к X веку аланские племена, населявшие горы Северного Кавказа от Малой Лабы на Западе до реки Ассы на востоке (нынешняя Чечено-Ингушетия), консолидировались в могущественном царстве. До настоящего времени сохранились, развалины столицы Алании, бывшей также ее экономическим и религиозным центром. Это — Нижне-Архызское городище, расположенное на правом берегу Большого Зеленчука, рядом с поселком астрофизиков.

На двадцать втором километре шоссе, ведущего из станицы Зеленчукской к Архызу, открывается вид на два храма, сохранившиеся от Нижне-Архызского города. Во время раскопок у одного из них был найден бронзовый крест с греческой надписью на нем: имя (по-видимому, священника) Фома и дата 1067 год.

Городище простирается на два с половиной километра. Отчетливо выделяются три улицы, ряд переулков, остатки каменных стен, развалины храмов, жилых домов, хозяйственных построек. Ученые считают, что в 921— 925 годах под влиянием соседней Абхазии, расположенной за перевалами через Главный Кавказский хребет, привилегированные слои аланского общества приняли христианство. Начиная с этого времени стали возводиться храмы в византийском стиле. Считается, что северный храм городища выполнял функции кафедрального собора Аланской епархии. Золотые украшения из этого храма хранятся в Историческом музее в Москве.

К этому же времени относятся первые попытки создания аланской письменности на основе греческого алфавита. Вместе с тем в окрестностях городища при раскопках остатков древнехристианской церкви были найдены две плиты с арабскими надписями и датой, соответствующей 1044 году нашего календаря. Все эти и многочисленные иные находки свидетельствуют о том, что столица Алании находилась как бы в фокусе пересечения различных культур.

Анализ археологических находок, а также византийских, арабских и грузинских литературных памятников привел советскую историческую науку к выводу о том, что расцвет Аланского царства приходился на X—XII века. Установлено, что столица Алании поддерживала интенсивные торговые связи с русскими княжествами, Закавказьем, Византией и Ближним Востоком. Оружие и другие алаиские изделия из железа высоко ценились на всем Кавказе. На территории городища археологи обнаружили мастерскую с уникальным для того времени горном. О высоком мастерстве алан свидетельствуют также художественные достоинства золотых украшений.

Столица Алании была перекрестком важнейших торговых путей. Главный из них вел вверх по Большому Зеленчуку на Санчарский перевал в Псху и далее через перевал Доу в Диоскурию (нынешний Сухуми). Другой поднимался прямо от Ннжне-Архызского города на хребет Ужум и спускался с него в долину Маруха, где также имеются остатки поселения; этот путь вел в Закавказье через Марухский перевал. Третий ответвлялся от Санчарской перевальной дороги в 6 км выше столицы и вел в ущелье реки Кяфар, где при впадении в последнюю речки Кривой сохранились развалины другого крупного аланского города.

В 1222 году Алания была разгромлена полчищами Чингисхана. Часть населения была увезена в рабство, часть покинула страну — десять тысяч алан ушли в Византию, другие поселились в Венгрии. Оставшиеся укрепились в труднодоступных долинах, сохранив свою независимость. Но в 1396 году войска Тимура нанесли окончательный удар по последним очагам аланской свободы. На этот раз монголы добрались до самых верховий Кубани и ее притоков, неся разрушение аланским крепостям и селениям, неволю и смерть их обитателям.

Монгольское нашествие, словно встряхнув калейдоскоп, резко изменило этническую географию этих мест.

Население — аланы и пришедшие сюда в XI— XIII веках кипчаки (половцы) ушли еще глубже в горы — в районы нынешних Карачая, Балкарии и Осетии. В ущелья обоих Зеленчуков, Теберды и Большой Лабы пришли, перейдя через Главный Кавказский хребет, абазины. Опустевшие северные предгорья заняли адыгские и родственные им черкесские и кабардинские племена — потомки местных кавказских племен, живших здесь с глубокой древности.

Аланы и кипчаки сыграли центральную роль в формировании нынешней карачаево-балкарской народности, язык которой относится к тюркской группе. Процесс тюркизации языка кобанско-аланского населения начался с VI—VII веков, когда в горное Закубанье стали проникать тюркоязычные племена (волжские болгары и др.) и завершился проникновением сюда кипчаков. Окончательно карачаево-балкарская народность сложилась к концу XIII века, но еще долго балкарцев и карачаевцев называли аланами. Так, на итальянской карте Кавказа, составленной в XIII веке Ламберти, карачаевские земли именуются Аланией.

В 1802 году майор Кавказской линии Потемкин добрался до верховий Большого Зеленчука в целях установления контактов с горцами. Здесь он сделал зарисовки развалин нижне-архызских храмов, показанных ему абазинами. Эти храмы были известны и жившим ниже по реке черкесам, называвшим их «домами эллинов».

В 1897 году в Архыз прибыл устроитель карантинной линии . Он констатировал следующее распределение пастбищ в верховьях Большого Зеленчука: на водоразделе Аксаута и Маруха — угодья карачаевцев и кабардинцев; между Марухом и Уллу-Инджиком (карачаевское название Большого Зеленчука) скот пасли карачаевцы; между Большим Зеленчуком и Большой Лабой — абазины, кабардинцы, ногайцы. Урочище реки Архыз было центром общения между этими народностями. Через перевалы из Закавказья приходили сюда абхазцы, меняли молочных коз и различные товары на крупный рогатый скот и баранов. Населенных пунктов в долине Архыза в это время не было; Ваганову показали фундаменты старинных зданий, поросшие вековым лесом.

Первыми исследователями природы Архыза были , побывавший здесь четыре раза — в 1885, 1899, 1914, 1920 годах, и (1903 и 1905 гг.).

В советское время в райской долине Архыза был основан одноименный аул (1923 г.). Ныне это пользующийся всесоюзной известностью центр горного туризма. Здесь — несколько турбаз (в том числе турбаза Московского Дома ученых), вокруг которых летом возникают палаточные лагеря.

Расположено урочище Архыз между Главным Кавказским хребтом на юге, его отрогами Аркасара на западе и Ужум на востоке, а с севера оно ограничено уже упоминавшимся хребтом Абишира-Ахуба, отделяющим Архыз от верховий рек Кяфар, Уруп и Чилик.

Главный Кавказский хребет поднимается над Архызом своими скалистыми вепшинами, предводительствуемыми гигантом Пшиш (3787 м). На их северных склонах, обращенных к Архызу, множество ледников, среди которых в первую очередь должны быть упомянуты Софийский, Псышский и Большой Кизгичский. Верховья рек Псыш и Кизгич разделены скалистым контрфорсом, отходящим к северу от Главного Кавказского хребта, который вскоре разветвляется на хребты Софийский и Чегет-Чат, обнимающие с двух сторон долину реки Софии. Рядом с этим разветвлением высится красивейшая вершина района —София (3637 м).

С запада район Архыза ограничен хребтом Аркасара с высшей точкой Закзан-Сырт (3096 м). Он соединен невысокой перемычкой с хребтом Абишира-Ахуба, на которой находится перевал Пхия— простейший из перевалов, ведущих из Архыза в долину Загедана, расположенную в верховьях Большой Лабы и далее в Кавказский государственный биосферный заповедник.

Архызское урочище расчленено густой сетью горных рек. Обычно началом Большого Зеленчука считают слияние рек Архыз (с притоками Дукка и Речепста) и Псыш. Расстояние от этого пункта до места впадения Большого Зеленчука в Кубань— 170 км.

Река Псыш, в свою очередь, имеет разветвленную сеть притоков. Это —София, Белая (не путать с одноименным притоком Кубани), Кызыл-Су, Кошевая, Аманауз (в смысловом переводе —пасть дьявола; не путать с домбай-ским Аманаузом и многими одноименными речками в других частях Кавказа). Через вечные снега и ледники, окаймляющие бассейн Псыша с юга, ведут перевальные пути в Абхазию, в бассейн реки Бзыбь, берущей начало на южных склонах. Это перевалы Наур (2869 м), Мага-на (2950 м) и Медвежий (2900 м).

В 3 км ниже слияния Псыша и Архыза в Большой Зеленчук впадает еще один крупный приток—Кизгич, долину которого также относят к Архызскому урочищу. Эта долина, ограниченная хребтами Ужум и Чегет-Чат, считается по богатству и разнообразию растительности самой выдающейся среди всех долин горного Закубанья. Ее нижняя часть поросла смешанным лесом, который выше по ущелью сменяется елово-пихтовыми и сосновыми лесами. Встречаются участки с пихтами семисотлетнего возраста, достигающими шестидесятиметровой высоты. Они стоят над скалистыми, почти отвесными берегами Кизгича, образующего здесь ряд неистовых водопадов. Еще выше — снежные мосты, березовое криволесье, альпийские луга и, наконец, ледники, по которым ведут перевальные маршруты в верховьях рек Бзыби и Южного Маруха.

Растительность всего Архызского района очень разнообразна. В целом здесь насчитывается свыше 140 видов древесных и кустарниковых пород. Неизгладимое впечатление производят стройные сосновые леса в непосредственной близости от поселка Архыз — при въезде в него, а также в его западной окрестности — на знаменитой Церковной поляне. Широко представлены реликтовые растения третичного периода: тис, ель, кавказская пихта и другие.

Пихта кавказская является основным и в то же время эндемичным компонентом лесов горного Закубанья. Стройные пихтарники, обрамленные сверху лептами скал и снеговыми вершинами, а снизу украшенные пенистыми голубыми потоками и прибрежными утесами, то белыми, то розовыми, составляют неотъемлемую принадлежность типичного кавказского ландшафта.

На планете известно около сорока видов пихт (в СССР около десяти), но среди них кавказскому виду принадлежит приоритет по целому списку ценнейших свойств.

Пихту кавказскую можно встретить лишь в верхнем лесном поясе на высотах от 600 до 1200 м над уровнем моря. Живет она до 400—500 лет (иногда до 700 лет), достигая внушительных размеров: 55—60 м (иногда — 70 м) высоты и полутора-двух метров в поперечнике. Это одно из самых высоких деревьев в нашей стране. Ствол пихты строен, как копье, а крона радует глаз конической симметрией, переходящей иногда в нижней части в пирамидальную. У молодняка и экземпляров среднего возраста нижний край ее ближе к земле, чем у старых деревьев, а ветви несколько приподняты. Созревание шишек, имеющих сигарообразную форму, происходит в течение года; семена, мелкие, яйцевидные или продолговатые с тонкими крылышками, разносятся ветром.

Необычна древесина пихты — мягкая и прямослойная. В отличие от ели и сосны она не содержит смолы, а ее длинные волокна тянутся параллельно и отличаются высокой однородностью структуры. Эти свойства делают ее ценным материалом для дек струнных инструментов — от гитары до домры. В прошлом горцы широко использовали древесину кавказской пихты для заготовки кровельной драни, не поддающейся короблению и превосходящей по качеству дубовую. Хвоя пихты щедро обогащает воздух кислородом и фитонцидами — биологическим оружием против болезнетворных микробов. Кроме того, она служит сырьем для производства эфирных масел, широко используемых в парфюмерии.

Пихтарники не только украшают кавказские ландшафты, но и сохраняют их: они гасят или ослабляют сокрушительную мощь лавин и селей, камнепадов и горных обвалов, имеют огромное почвозащитное, водоохранное и водорегулирующее значение. Земледелие и снабжение водой населенных пунктов на кубанской равнине во многом зависит от них.

Подобно Теберде, Архыз является озерным краем. Озера расположены здесь в альпийской зоне, на высоте от 2300 до 2850 м над уровнем моря. Всего их насчитывается свыше 75. Особенно много озер в долинах Псыша (17) и Дукки (18). Исключительной популярностью пользуются также озера, расположенные в цирках Софийского хребта и на склонах величавой Софии — вершины, увенчанной ледяным клобуком. Это озера Кратерное, Запятая, озерная группа Кашха-Эчкичат и другие. В непосредственной близости от поселка Архыз находятся многочисленные озера на северных склонах хребта Морг-Сырты.

Богат и животный мир Архыза. Здесь обитают тур, серна (которая встречается стадами более чем в 200 голов), кавказский олень, кабан, медведь, волк, рысь, куница, лиса, выдра, енот и другие. Разнообразно и птичье царство. Среди обитающих в Архызе пернатых много птиц, встречающихся и в средней полосе России —кукушка, дятел, дрозд, сойка, клест. Но наибольший интерес представляют «горцы» — улар, кавказский тетерев, кеклик, горная курочка, альпийская галка, и в особенности крупные хищники — черный и бурый грифы, беркут, белоголовый сип, стервятник и бородач-ягнятник.

В 1958 году район Архыза был включен в состав Тебердинского заповедника.

Архызские Альпы — рай для туриста. Многие десятки живописнейших перевалов ведут из одного его ущелья в другое, а также в сопредельные туристские регионы: в дикий Кяфаро-Урупский озерный край на севере, в Теберду и Домбай на востоке, к озеру Рица и в Красную Поляну на западе, в закавказские долины Бзыби и Чхалты на юге. Из этих перевалов особенно примечателен Чилик (3000 м) на хребте Абишира-Ахуба: Главный Кавказский хребет виден с него от Эльбруса до горы Чугуш в Краснодарском крае.

...По среднему течению реки Большой Зеленчук проходит граница между Краснодарским и Ставропольским краями: ее волны омывают здесь справа берега Карачаево-Черкесии, а слева земли Отрадненского района Краснодарского края.

Уруп и Лаба

Очертания гор, ограничивающих в благоуханной дали горизонт, сумрак пихтовых лесов, лесной поток, падающий между нависшими утесами — все это находится в извечной таинственной связи с душевной жизнью человека.

А. Гумбольдт
 

Скалистый хребет Абишира-Ахуба, простирающийся более чем на 30 км параллельно Главному Кавказскому хребту, отделяет Эдем архызской долины от расположенного к северу от него сурового и малопосешаемого Кяфаро-Урупского горного района.

Верхняя часть северных склонов этого хребта, нигде не спускающегося ниже 3000 м, покрыта крутыми, безжизненными осыпями, которые чередуются со снежниками, а ниже протянулась гирлянда каровых озер, на своей поверхности даже в самое жаркое время года сохраняющих плавающие льдины. Эти озера лежат в большинстве своем в глубоких впадинах среди скал и осыпных шлейфов. Из них берут начало река Уруп, являющаяся крупным притоком Кубани, а также реки Чилик, Кяфар и Кяфар-Агур, принадлежащие к бассейну Большого Зеленчука. Глубокие лесистые ущелья этих рек отделяются друг от друга северными контрфорсами, отходящими от хребта Абишира-Ахуба. Это — Чапал, Чилик, Кизильчук, Хурук и Эхреску, высокие (до 3000 м) хребты с плоскими вершинами, покрытыми альпийскими лугами и окаймленные по границе леса зарослями карликового бука и пушистой березы, с подлеском из лавровишни и рододендрона. Множество цветов — скабиозы, герань, крупноцветные лютики, яркие генцианы, крупные колокольчики радуют взор путника в летнее время па этих лугах.

В верхней части долины Урупа и на ее бортах растут могучие пихтовые леса, под сенью которых раскинулись заросли гигантских папоротников. Местами они перемежаются с веселыми полянами, покрытыми субальпийской растительностью, превышающей человеческий рост. В этих лесах — вследствие их малой посещаемости человеком — животный мир практически не отличается от животного мира заповедных долин Теберды и Архыза. Это — кавказский олень и бурый медведь, рысь и кабан, косуля и ласка, белка и енот. В альпийском поясе, в цирке истоков Урупа и в южной части хребта Чапал, ограничивающего бассейн Урупа с юго-востока, встречаются туры и серны, причем последние иногда спускаются в березовое криволесье.

В своем среднем течении Уруп принимает в себя ряд крупных притоков, зарождающихся в предгорьях: Малая Тегинь, Большая Тегинь, Джелтмес — и, минуя ряд станиц на территории Краснодарского края (Передовая, Удобная, Отрадная, Бесскорбная, Советская), впадает в Кубань у Армавира.

Следующий к западу приток Кубани — река Лаба — является самым крупным ее притоком. Он образуется в результате слияния рек Большая и Малая Лаба и имеет длину 214 км, а вместе с Большой Лабой — 341 км. Площадь водосборного бассейна Лабы—км2.

Истоки Большой Лабы выбиваются из-под глетчеров горы Абыцха, расположенной в Главном Кавказском хребте. Через него здесь имеются три перевала: Лаба (2521 м), под самыми истоками реки и ведущей в урочище Гваштухва, принадлежащее бассейну Бзыби, и к западу от него перевалы Царгехулир и Цегеркер (2270 м), ведущие в урочище Грыбза, также относящееся к Бзыби, одной из основных и прекраснейших рек Абхазии.

Замечателен облик перевала Цегеркер, который своей седловиной, имеющей вид длинного желоба, напоминает перевал Псеашхо, а перевал Клухор — озером у самого перевального окна.

После бесчисленных мелких притоков, из которых достойны упоминания, пожалуй, только Цегеркер, спускающийся с одноименного перевала, и Бурная, в Лабу слева впадает река Санчаро. Ее узкое ущелье покрыто безмолвным дремучим лесом с преобладанием кавказской пихты и восточной ели. Местами путь преграждают завалы деревьев, образовавшиеся вследствие схода лавин. В семи километрах от устья Санчаро, при впадении в нее речки Адзапш, раскинулась гигантская поляна, именуемая Поляной 7-го поста (некогда здесь располагался ветеринарный пост, контролировавший скот на пути из Карачая в Абхазию). Речка Адзапш более известна под названием Лаштрак (в переводе Кислая): в ее долине, в шести километрах от устья, имеется группа минеральных источников, вытекающих из небольшой травертиновой возвышенности и отличающихся высоким содержанием углекислоты. В двенадцати расположенных рядом лунках, диаметром с небольшую кастрюлю, вода словно кипит, затем по системе желобов объединяется в общий ручей, за перегибом склона обрушивающийся двумя мощными струями.

В 5 км выше Поляны 7-го поста ущелье Санчаро расширяется вновь, и тропа выводит из леса на еще более живописную поляну — Твамба, в глубине которой виден большой снежный мост на реке Санчаро с лентой водопада над ним. Рядом с водопадом поднимается тропа, направляющаяся к перевалам Аллаштраху (2728 м) и Санчаро (2602 м) на Главном Кавказском хребте. Эти два перевала вместе с расположенным над Санчарскнми нарзанами перевалом Адзапш (2492 м) образуют группу Санчарских перевалов.

Участок Главного Кавказского хребта, включающий в себя эту группу перевалов, представляет наиболее живописную часть Лабинских Альп, превосходящую по красоте далее верховья Лабы. Скалистые амфитеатры цирков, шлейфы снежников, многочисленные озера на привольных верхних террасах, покрытых альпийскими лугами или одетых камнем, главное — беспредельные панорамы горных цепей Абхазии, Карачая и Кавказского заповедника на территории Краснодарского края придают этим местам необыкновенное очарование. Санчарскому перевалу посвящено стихотворение Н. Тихонова:

Высоко в небе над Абхазией —

Санчарский перевал,

Там путник разве что с оказией

Случайно побывал.

Туда ведут лишь тропы узкие,

Опасные в ночи,

По ним текут туманы тусклые

И горные ключи.

Другие строки этого стихотворения помещены на обелиске, венчающем окно Сапчарского перевала. Они напоминают путешественнику о грозных событиях, свидетелями которых были эти горы в 1942 году и в начале 1943 года:

Здесь враг хотел пробиться в Грузию

Кратчайшей из дорог.

Огня и камня грозный узел он

Перерубить не мог.

Россыпи стреляных гильз и другие следы отгремевших здесь суровых боев и поныне сохранились на узкой каменистой перемычке Санчарского перевала...

Ниже реки Санчаро на небольшом, пятнадцатикилометровом участке в Большую Лабу впадают несколько притоков. Справа — крупный приток Пхия, что берет начало на одноименном перевале, ведущем в Архыз, и короткие, но многоводные речки Чорох, Большая и Малая Ажоги и Загеданка, которые стекают с юго-западных склонов западной части хребта Абишира-Ахуба. Слева — большие, бурные и стремительные притоки Макера, Мамхурц и Дамхурц. Они зарождаются на склонах Главного Кавказского хребта, и через их верховья перевалами Чмахара, Макера, Дамхурц можно пройти в Закавказье, в бассейн Бзыби.

Этот участок ущелья Большой Лабы от устья Пхии до устья Дамхурца носит название долины Загедана. Он лежит на высоте 1160—1850 м над уровнем моря, а окружающие его горные хребты достигают высоты 2400— 3000 м.

Как и Архыз, долина Загедана заключена между Главным Кавказским хребтом и хребтом Абишира-Ахуба, защищающим ее с севера и с северо-востока от холодных ветров. С запада же сюда приходят с Черного моря влажные воздушные массы, обусловливающие мягкий климат и богатую растительность.

Большую часть долины Загедана занимают дремучие елово-пихтовые леса. Пихты достигают здесь шестидесятиметровой высоты. Выше, у границы лесного пояса, пихтовый лес сменяется сосновым, а на затемненных крутых и каменистых склонах — еловым лесом. Пихтарник перемежается полянами с высокой травой, на которых раскинули кроны дикорастущие яблони и груши; последние нередко представлены столетними экземплярами. Ниже пихты сменяются буковым лесом. Здесь деревья поражают мощными стволами, прямыми, как колонны, покрытыми совершенно гладкой светло-серой корой. Крона этих великанов смыкается в не пробиваемый прямыми солнечными лучами потолок многометровой толщины.

Еще в начале этого века вся долина Загедана представляла собой первобытный, не тронутый человеком лес. Вот как описывает Загедан известный исследователь Кавказа : «Здесь в действительности вы видите тот сказочный безмолвный лес, о котором в детстве слыхали в сказках и во многих местах которого еще ни разу не ступала нога человека. Долина, или, правильнее, ущелье Лабы, вообще узкое и скалистое, сразу расширяется, как будто именно для того, чтобы дать место девственному лесу, известному под именем Загедана. Он находится километрах в пятнадцати от истоков Лабы и со всех сторон окружен лабиринтом огромных скал, пиков и горных вершин, на которых даже летом лежит снег. Посредине Загедана течет Лаба. Она имеет шагов семьдесят в ширину и несет чистейшую голубовато-зеленую воду. Сверху Лаба представляется широкой блестящей зеленой лентой, извивающейся посредине леса. Местами, впрочем, лента кажется белой, это там, где вода, ударяясь о скалы и камни, пенится и разбивается на брызги».

В книге «Кубань и Черноморье» изданной в Краснодаре в 1927 году и составленной известными учеными и краеведами , , и другими, отмечается, что «долина Заагдана (устаревшая транскрипция названия Загедан.— В. Т.)... вероятно, единственное место в Европе (тогда Кавказ было принято относить к Европе. — В. Т.), где сохранились еще оазисы девственной природы, не тронутые рукой человека». Далее авторы пишут: «К сожалению, все эти красоты девственной природы скоро отойдут в область преданий: как раз правый берег Б. Лабы не вошел в территорию заповедника, и, следовательно, лесу угрожает опасность постепенного, систематического уничтожения».

В настоящее время в Загедане ведутся промышленные заготовки буковой и пихтовой древесины. Мощные тракторы волокут гигантские стволы к реке, по которой они сплавляются вниз к лесопильному заводу в селе Курджиново, где расположен большой домостроительный комбинат, выпускающий сборные дома и перерабатывающий ежегодно сотни тысяч кубометров загеданского леса.

В последние годы в научной периодике все чаще оспаривается целесообразность добычи древесины в горных районах ввиду крайне медленного восстановления горных лесов, а также потому, что горный лес более полезен для народного хозяйства в своем нетронутом виде, обеспечивая нормальный режим рек, благоприятный климат и плодородие почв. Тем более все это относится к такой жемчужине лесного мира, как сказочный Загедан.

С севера Загеданская котловина замыкается высоким Передовым хребтом, идущим параллельно Главному Кавказскому. Большая Лаба пропилила в нем узкий проход, именуемый Тамовским ущельем. При входе в него слева в Большую Лабу впадает река Закан, по ней уходит вверх тропа к перевалу Умпырь (2522 м), ведущая к одноименному кордону Кавказского государственного биосферного заповедника в долине Малой Лабы. В Та-мовском ущелье особенно примечательна теснина, в которой Большая Лаба суживается до четырех метров. С необычайной скоростью и грохотом проносятся здесь ее пенистые воды между красноватыми утесами, оттененными зеленью леса.

Ниже Тамовского ущелья Большая Лаба минует урочище Псеменовское, затем сильно расширяется, выходя в область невысоких (800—1000 м) предгорий, и сливается с Малой Лабой у станицы Каладжинской.

В отличие от Большой Лабы (верховья ее расположены в Ставропольском крае) Малая Лаба полностью находится в пределах Краснодарского края. Зарождается эта река на снежных склонах вершин Аишхо и на ледниках восточного склона горы Псеашхо, грозной вершины со склонами, со всех сторон увешанными глетчерами. В верховьях правых верхних притоков Малой Лабы — рек Безымянки и Цахвоа, разделенных хребтом Герцена, находится горная корона Краснодарского края — Кардывачский горный узел, орографически сложно построенный участок Главного Кавказского хребта. Здесь тесной группой стоят вершины резко выраженного альпийского типа — пирамидальная Акарагварта, пятибашенная Цындышха, по северной стене которой пролегает альпинистский маршрут одной из высших (4Б) категорий трудности, пик Кардывач Узловой (2А категории трудности), пик Лоюб. Первовосхождение на него по северо-восточной стене было выбрано краснодарскими альпинистами в качестве зачетного маршрута на первенстве Центрального совета студенческого добровольного спортивного общества «Буревестник». Вершины здесь имеют вид скалистых пиков, башен, игл, у основания их простираются ледниковые цирки. В этих цирках, а также на верхних террасах долин и в пазухах морен разбросано свыше пятнадцати озер. В их числе каровые озера, такие, как Утаенные, Северные, Синеокое; моренно-запрудные, как, например, снискавшее своей красотой всесоюзную славу озеро Кардывач; обвально-запрудные — в первую очередь озеро Инпси (иначе Дамхорс), расположенное в русле реки Цахвоа и окаймленное высокогорной тундрой.

Над местом слияния Малой Лабы и Цахвоа гордо высится украшенная сверкающими ледниками вершина Цахвоа (3346 м) на северной оконечности хребта Герцена. Это — высшая точка Краснодарского края.

Самый крупный приток Малой Лабы — Уруштен впадает в нее слева. Свое название (Уруштен в переводе означает Черная речка) он получил из-за темного цвета воды, который особенно заметен в его устье, по контрасту с голубовато-зелеными водами Малой Лабы. Начинается Уруштен на склонах горы Перевальной (2830 м) на Главном Кавказском хребте и первые пять километров течет по почти горизонтальной седловине перевала Псеашхо, у северной оконечности которой в него впадает справа река Холодная, берущая начало на висячем леднике горы Северный Псеашхо. Здесь, на месте существовавшего (до создания заповедника) ветеринарного поста, расположился туристский лагерь Холодный. В дни Отечественной войны сюда после тяжелых боев на Ма-стаканских полянах, венчающих водораздел между Уруштеном и Малой Лабой, отошло минометное подразделение нашей армии. Неоднократные ожесточенные попытки немцев пробиться через перевал Псеашхо к Черноморскому побережью пресекались огневым заслоном четырех минометов, и фашистам так и не удалось пройти дальше лагеря Холодный. О подвиге защитников перевала Псеашхо напоминает чугунная плита обелиска, воздвигнутого на территории лагеря.

Ныне лагерь Холодный служит кульминационной вехой для туристов, идущих плановым маршрутом через перевал Псеашхо. Поднявшись сюда, они вправе считать, что основной набор высоты у них «в кармане»: наутро останется лишь пройти пологий пятикилометровый желоб седловины, выйти на знаменитый Бзерпинский карниз — устроенный природой балкон над сбегающими к морю южными склонами Главного хребта, и начать спуск к Красной Поляне. Для более же серьезных походов — к ледникам вершины Северный Псеашхо и самому сложному и красивому в крае перевалу Мраморному, лагерь Холодный является исходной базой. В 1972 году здесь стартовала первая краевая горная туриада, в штабном отряде которой мне довелось работать. Привожу записи из походного блокнота, отражающие подъем на перевал Псеашхо «против шерсти» — со стороны Красной Поляны, штурм перевала Мраморный и последующий ход туриады:

«Тропа взвивается все круче вверх. Если бы не корни пихт, покрывающие ее густой вязью, приходилось бы подниматься, вгрызаясь клювом ледоруба в грунт. А так ставишь ногу на вросшую в землю ветвистую лапу, как на ступень, и приглядываешь себе следующую ступеньку.

Жарко. Пот заливает лицо и капает с кончика носа. Хорошо, что никто этого не видит: каждый, идущий впереди или сзади, до предела сосредоточился на процессе подъема. Тяжелый рюкзак вынуждает смотреть преимущественно под ноги. И парадоксальными кажутся в такую жару россыпи крупных градин (каждая — величиной чуть ли не в черешню) под лопухами борщевика с обеих сторон от тропы. Ночью была сильная буря: гроза и град. Сейчас сияет утреннее солнце, но градины не торопятся таять: здесь, на высоте 2000 м над уровнем моря, лед у себя дома, хотя вокруг пока лес.