СОЦИАЛЬНАЯ КОНСОЛИДАЦИЯ ОБЩЕСТВА:

МЕХАНИЗМ МЕЖСЕКТОРНОГО РЕСУРСНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

С.В. Рогачев

С.В. Рогачев

Институт социально-политических исследований РАН, профессор, д.э.н.

Коллектив нашего института совместно с Комитетом общественных связей Правительства Москвы проводил комплексное междисциплинарное исследование различных аспектов формирования и функционирования негосударственных не­коммерческих организаций в 2004 и 2006 годах. Были получены достаточно убе­дительные данные о возрастающей роли третьего сектора в решении наиболее актуальных социальных проблем на основе механизмов ресурсного межсекторно­го взаимодействия. Выявлены и узкие места такого взаимодействия. При этом чрез­вычайно важно, что негосударственные некоммерческие организации становятся необходимой и все более востребованной структурой гражданского общества.

Известный польский социолог, президент Международной социологичес­кой ассоциации П. Штомка, анализируя набирающую актуальность социальную проблему «утраченной общности», отмечает, что она тесно связана с феноменом «человеческого капитала» - понятием, введенным в научный оборот в конце XX века гарвардским политологом Р. Путнамом, который обозначал этим термином «сети спонтанно возникающих социальных связей и взаимного доверия», что и яв­ляется условием успешного формирования и развития гражданского общества.1

В настоящее время в стране идут два доминантных социально-политических процесса: активное усиление принципов и форм государственности и механиз­мов рыночных отношений. И то, и другое предполагает в качестве общественной

' См.: Штомка Петр. Социология: анализ современного общества. - М., 2005. - С. 234. 68

альтернативы - повышение роли институтов гражданского общества. Конечно, было бы неправомерным видеть в институтах гражданского общества панацею от всех социальных, экономических, политических и т. д. бед и напастей. Тем не менее, отказавшись от их «сакрализации», становление социального, правового государства невозможно вне динамичного развития гражданского общества, его принципов и конституирующих форм.

В этом контексте представляет интерес оценка населением уровня раз­вития гражданского общества в стране. На вопрос, в какой степени развиты различные элементы гражданского общества в России, получены следующие ответы2 (табл. 1).

Таблица 1.

Мнение респондентов о том, в какой степени гражданское общество сегодня развито в нашей стране

(РФ, июнь 2006 г., № 000, баллы (от 1 до 10)

Политическое и идеологическое разнообразие

5,70

Свобода слова - возможность без ограничений выражать свое мнение

5,37

Возможность гражданами свободно приобретать имущество и собственность

4,89

Открытость и доступность информации о положении дел в стране

4,83

Демократия, свобода выбора

4,62

Правовое государство - в стране господствует закон, перед которым все равны и который защищает Ваши права, свободу и безопасность

3,02

Общественные организации, защищающие Ваши интересы

2,91

Общий уровень развития гражданского общества (средняя величина семи индикаторов)

4,48

Источник: Отдел стратегических социальных и социально-политических исследований ИСПИ РАН.

Респонденты достаточно скромно оценивают уровень развития в нашей стране гражданского общества. Более того, как менее всего развитый его эле­мент респонденты отметили общественные организации. Балльная оценка их развития в 1,5 раза ниже, чем баллы, оценивающие общее развитие гражданс­кого общества, и почти в 2 раза, чем оценка свободы слова.

В данном контексте очень важны результаты проведенного нашим коллек­тивом исследования, которое на эмпирическом уровне убедительно показало, что в городе уже много лет идет активная отработка наиболее результативных технологий межсекторного ресурсного взаимодействия, артикуляции социаль-

2 Гражданское общество в современной России. - М., 2006. - С. 39.

ных потребностей и ожиданий москвичей. Без преувеличения можно констати­ровать, что Москва (как и подобает столице) служит примером повседневного внимания Правительства города к институтам гражданского общества, прежде всего негосударственным некоммерческим организациям. НКО города форми­руются как комплексная структура, выражающая принцип единства многообраз­ного. Другое дело, что различные по своему назначению уровни организации и структурированности пока недостаточно стабильны. Кроме того, жизнь не сто­ит на месте, и необходимы новые, более результативные социальные формы, адекватные новым вызовам XXI века, новому витку глобализации.

Одним из концептуальных ответов на эти многочисленные вызовы являет­ся усиление процессов социальной консолидации общества. Справедливо гово­рится: «Единение умов и рук может стать всемогущим».

Закономерен вопрос: можно ли говорить о процессе консолидации в со­циально-политических условиях современной России? Экономика страны имеет устойчивую динамику развития, основывающуюся не только на благоприятных для страны внешнеэкономических факторах, но и на факторах внутреннего характера. В 2006 г. впервые в новейшей истории России инфляция состави­ла 9% (в 1999 г. инфляция в стране составляла огромную величину - 36,5%). За последние годы снизился уровень бедности в стране. Однако и сегодня по официальным данным за чертой прожиточного минимума проживает 31,2 млн. человек (21,9%) населения и 40%, согласно социологическим опросам, считают себя бедными.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Таким образом, одной из главных проблем социальной сферы остаётся разрыв между высокооплачиваемыми и нуждающимися слоями общества. Речь фактически идет о высоком уровне атомизации общества - экономическом, социальном и культурно-нравственном. Достаточно сказать, что децильный ко­эффициент разрыва уровня высокооплачиваемой категории работников превы­шает уровень низкооплачиваемых в 26 раз, а индекс Джимми составляет 0,476.

Значителен разрыв в уровнях оплаты труда между отраслями. В сфере финансов он составляет 247% к среднеотраслевому, а в образовании - 62%, в сельском хозяйстве - 41 %. Высока внутриотраслевая дифференциация опла­ты, причем наибольшая - в двух крайних отраслях: финансовой и сельскохо­зяйственной. Серьезнейшая проблема - межрегиональная дифференциация фактически по всем определяющим социально-экономическим показателям. Не изжито гендерное неравенство - например, среднемесячная заработная плата женщин - работниц высшей квалификации составляет 76% к аналогич­ной оплате мужчин.

Исключительно остро стоят демографические и миграционные проблемы. К 2025 г. дефицит трудоспособного населения составит 20 млн. человек. И он не может быть компенсирован только ростом рождаемости, что делает весьма значимым не только привлечение в страну необходимого количества мигрантов определенной профессиональной структуры, но и возможную их ассимиляцию.

Обозначенные выше проблемы актуальны и для Москвы. В городе дела­ется много для снижения социальной напряженности. В 2007 г. на социальную поддержку москвичей направлено 325 млрд. рублей, что в 1,6 раза больше, чем в предыдущем году. В 2007 году, объявленном в городе годом ребенка, увели­чилось бюджетное финансирование питания в школах. Особая забота - о детях-инвалидах. Всем 2 миллионам пенсионеров-москвичей установлены доплаты из

70

городского бюджета, бесплатный проезд на городском транспорте. В 2006 г. году эти доплаты составляли 28 млрд. рублей, в 2007 г. - 32,6 млрд. рублей. На поддержку ветеранов войны и тружеников тыла из городского бюджета выде­ляется 44,5 млрд. рублей.

Все это снижает, но не снимает остроту социальных проблем и противо­речий в городе. Превышает общероссийский уровень дифференциации насе­ления, высок уровень бедности. Несколько выросла рождаемость, но она не перекрывает смертность.

На первый взгляд, в этих условиях достаточно странно выглядит поста­новка проблемы о социальной консолидации. Но это только на первый взгляд. Консолидация общества в условиях масштабных социальных угроз и рис­ков имеет свою существенную специфику. Но она возможна и необходима. Социальная консолидация - это и определенный уровень состояния социаль­ной системы, и кардинальный способ упрочения ее социально-политической стабильности. Другими словами, социальная консолидация - не только опре­деленный результат развития, но и само развитие, показатель состояния дина­мики, направления динамики.

Хорошо сказал о роли консолидации великий российский философ : «Утверждение органической солидарности всех и всеми… Ибо политика есть искусство объединять людей».3

Понятно, что процесс консолидации общества может иметь различные со­циально-политические основания: протестные, образ врага (внешнего или внут­реннего), единство общенациональной цели. Во всех этих видах консолидации институты гражданского общества могут играть и часто играют активную роль.

В социально-политической ситуации сегодняшнего дня важнейшим усло­вием становления России как сильного, процветающего социального государс­тва является консолидация общества вокруг общенациональной цели. И в этом контексте негосударственным некоммерческим организациям принадлежит ис­ключительно значимая роль.

Важный теоретико-методологический аспект проблемы состоит в следую­щем. Негосударственные некоммерческие организации по своей сущности выра­жают корпоративные интересы определенной социальной группы. Собственно говоря, интегративная функция НКО - объединение определенной социальной группы граждан для реализации их частных интересов, достижения корпоратив­ных целей и интересов на принципах солидарности и добровольности. При этом активно задействуется коммуникативная функция социальной интеграции.

В то же время эти корпоративные интересы не должны в главном про­тивостоять общенациональным интересам, превращать общество в корпо-ративно-атомизированный конгломерат, с ослабленными, разрозненными вертикальными и горизонтальными связями. Консолидированное общество не­возможно без общей цели, общего интереса, единства действий. Но эта общая цель и общенациональный интерес в принципе могут существовать - и факти­чески существуют - при корпоративных интересах различных социальных групп, которые совпадают с общенациональными интересами и целями в главном и различаются в частностях, важных для данной социальной группы, но не пере-

3 Ильин И.А. Путь к очевидности. - М., 1993. - С. 357.

71

черкивающих главного. Вспомним, что великий Платон называл государством с наилучшим устройством такое государство,«… в. в котором часть сострадает цело­му, и целое - частям».4

Социальная консолидация общества предполагает активный процесс со­циализации граждан, их заинтересованное участие в делах своего корпоратив­ного объединения, города, региона, страны. Она объективно противостоит как бюрократическому типу управления, так и атомизации общества.

Можно выделить различные уровни консолидации: личность - личность; личность - социальная группа; социальная группа - общество; сообщество реги­она - сообщество - регион; сообщество региона - общество. Совокупность этих вертикальных и горизонтальных связей формирует отношения солидарности, необходимые для гражданского общества как целостного социального организ­ма. Проведенное нашим коллективом уже аннотированное мной междисципли­нарное исследование практики межсекторного взаимодействия подтвердило теоретическое представление о том, что социальное партнерство является важ­нейшим механизмом социальной консолидации.

Анализируя с обозначенных выше позиций опыт межсекторного ресур­сного взаимодействия, накопленный в г. Москве, можно констатировать сле­дующее:

•  Принципы социального партнерства, хотя и сохраняют общие конституиру­
ющие сущностные характеристики, обусловлены конкретной социально-экономи­
ческой и социально-политической ситуацией в стране. В условиях развивающихся
в нашей стране рыночных отношений социальное партнерство строится не только
на патерналистских принципах, но и на принципах взаимовыгодности. Это пред­
полагает согласование различных интересов на условиях не только равноправ­
ности, но и взаимоответственности, а также то, что при единстве коренных целей
и интересов учитываются корпоративные и личные интересы.

•  Социальное партнерство не устраняет различия и противоречия интере­
сов, но смягчает их посредством механизмов диалога и компромисса, включен­
ных в процесс публичной социальной политики.

•  На характер межсекторного взаимодействия существенно влияет то, что
негосударственные некоммерческие организации представляют собой неравно­
весную, разноплановую сетевую социальную структуру. Существует значитель­
ный разрыв между активно, устойчиво функционирующими НКО и их основным
массивом. Разрыв этот пока не сокращается.

Исследования, проведенные в 2004, 2006 гг., подтвердили ряд принципов успешного межсекторного ресурсного взаимодействия.

• Всё более востребованной становится горизонтальная интеграция и
различных, и однотипных НКО. Интеграция - на долгосрочной и ситуационной
основах. В ней для большей эффективности межсекторного взаимодействия за­
интересованы и органы власти, и предпринимательское сообщество. Известны,
однако, случаи, когда руководители общественных организаций избегают такой
интеграции, боясь утратить юридическую самостоятельность. Поэтому важно
подчеркнуть, что и горизонтальная, и вертикальная интеграция возможны при
сохранении организацией своего юридического лица.

4 Платон. Государство. Собр.соч. в 4-х томах. Т. 3. -М., 1994.-С. 238. 72

В межсекторном ресурсном взаимодействии важно избежать т. н. «конф­ликта статусов», когда некоммерческие организации чувствуют себя «младшим братом», входящим в него «с протянутой рукой». Синдром «младшего брата» в системе межсекторного взаимодействия для отдельного конкретного НКО объ­ективно обусловлен, понятен, но должен быть преодолен. Важно также, чтобы с «протянутой рукой» в межсекторном взаимодействии не участвовала вся сис­тема негосударственных некоммерческих организаций. Должна быть обеспече­на необходимая «симметрия социального взаимодействия», в т. ч. и посредством четкой законодательно закрепленной регламентации прав и обязанностей каж­дого участника взаимодействия.

•  У органов государственной власти иногда появляется соблазн исполь­
зовать актив негосударственных некоммерческих структур как своеобразное
бесплатное продолжение своего аппарата. Излишне говорить о неправо­
мерности такой тенденции. НКО - организации, работающие на принципах
самоорганизации, самодостаточности и демократизма, функционально и ор­
ганизационно независимые от государственных органов власти. Другое дело,
что актив НКО должен систематически участвовать в подготовке, выработке,
принятии решений, актуальных для социальной сферы города, межсекторно­
го ресурсного взаимодействия и самого третьего сектора, а также в контроле
за выполнением принятых решений. И, конечно, в регулировании процесса
развития негосударственных некоммерческих структур. Отдадим должное
Правительству г. Москвы и его Комитету общественных связей - такая работа
проводится ими регулярно.

•  Особую специфику межсекторного взаимодействия определяет то, что
общественные организации, являясь некоммерческими, функционируют в усло­
виях товарно-денежных отношений. Необходимо более полно и результативно
использовать оба эти обстоятельства, что, например, наглядно подтверждает
опыт волонтерского движения. Волонтеры, как правило, участвуют в социаль­
ной деятельности на безвозмездной или малооплачиваемой основе. Это значи­
тельно повышает рентабельность проводимых социальных акций. В то же время
работа волонтеров должна иметь и сопоставимую рыночную оценку, которая
должна учитываться при сравнении результативности работы государственных
и коммерческих организаций.

Принципиальным является вопрос о характере взаимоотношений го­сударства и институтов гражданского общества. В ряде публикаций широко представлена позиция об объективном антагонизме государства и институтов гражданского общества. При этом никакой речи о социальной консолидации быть не может. (Разве только о консолидации общества против государствен­ной власти. Но сегодня речь идет не об этом).

Такая позиция теоретически уязвима, а практически - просчетна. Во-пер­вых, речь идет не о государстве вообще, а о социальном государстве, корен­ные цели которого совпадают с коренными целями и интересами институтов гражданского общества. При этом консолидация общества предполагает со­циализацию государственного механизма, его демократизацию. Во-вторых, политически неправомерно отождествлять сильное государство с тоталитар­ным. Сила социального государства, высокий уровень его государственности обеспечивается и административным механизмом, и развитостью институтов гражданского общества, их мобилизационными коммулятивными функциями:

73

участием в принятии решений, контролем за их реализацией, в том числе и контролем за административным механизмом.

Прокомментирую данные экспертного опроса 2006 г. На вопрос анкеты: «Какие формы социального партнерства наиболее развиты в г. Москве?» - были получены следующие ответы: НКО - бизнес - 6%; НКО - власть - 44%; НКО-НКО - 20%; НКО - власть и бизнес -19%; затруднились ответить - 7%.

Таким образом, на эмпирическом уровне отчетливо прослеживается, что компонента власти сегодня наиболее востребована и предпринимательскими структурами, и негосударственными некоммерческими организациями. В ходе проведенного в процессе исследования интервью представители бизнеса и НКО говорили, что участие в межсекторном ресурсном взаимодействии орга­нов государственной власти придает отношениям социального партнерства ста­бильность и респектабельность.

Иногда, говоря об антагонизме государства и институтов гражданско­го общества, ссылаются на опыт Запада. Однако в чем, собственно, состо­ит этот опыт? По данным ПРОООН, в 9 из 21 НПО индустриально развитых стран удельный вес государственной поддержки в виде грантов и контрактов составляет в среднем 40% (во Франции - даже 60%). Комментарии, как гово­рится, излишни.

Сказанное совершенно не означает, что интересы государства и инсти­тутов гражданского общества полностью идентичны, тем более что нет иден­тичности между интересами самих институтов гражданского общества. Но противоречие или совпадение интересов автоматически не приводит к их анта­гонизму. Они объективны, правомерны и снимаются на уровне публичной поли­тики совершенствованием экономических механизмов и технологий, в том числе и посредством диалога.

Диалог в процессе социальной консолидации на основе межсекторного ресурсного взаимодействия является весьма результативным механизмом вы­явления назревших и назревающих противоречий и социальных рисков, а также определения путей и способов их разрешения. Участие негосударственных не­коммерческих организаций в этом процессе позволяет «коллективным разумом» выявить возникающую проблему, оценить степень ее злободневности прежде, чем она станет эмпирической реальностью.

В настоящее время в стране и мире динамично развиваются процессы технологической модернизации, которые во многом определяют направления публичной социальной политики. Усиливается экономическая и социальная, а в конечном счете, и политическая роль интеллектуального капитала, профессио­нализма работника, его здоровья, социального благополучия.

В этих условиях институты гражданского общества могут и должны стать не только социальным, но одновременно и интеллектуальным партнером го­сударства и бизнеса. Среди НКО есть много таких, которые объединяют ра­ботников интеллектуальной сферы - ученых, инженеров, преподавателей. Их деятельность пока недостаточно востребована в межсекторном ресурсном вза­имодействии. Между тем, их интеллектуальный продукт может играть более ве­сомую роль в разработке инновационных технологий.

Технологическая модернизация в условиях глобализации имеет и другую сторону медали. Уже в среднесрочной перспективе увеличивается спрос на профессионалов высокого класса, в т. ч. профессионалов определенных сфер

74

деятельности. Однако нельзя не прогнозировать рост безработицы среди лиц пожилого возраста. И в этом, и в другом случае свое слово могут сказать негосу­дарственные некоммерческие организации.

Сегодня важны гармоничные отношения не только между человеком и обществом - крайне актуальны они и во взаимоотношениях человека с окру­жающей средой. В условиях научно-технологической модернизации социаль­ная консолидация общества нереальна вне рационального экологического равновесия. Природные катаклизмы годов убедительно напомни­ли мировому сообществу прогнозы Римского клуба середины 70-х годов ХХ века и снова поставили в повестку дня вопрос о необходимости устойчивого развития мира.

Все это значительно актуализирует роль экологических общественных организаций, их в г. Москве работает 121, что несколько меньше, чем других. Как показало исследование, они проводят большую, прежде всего просвети­тельскую, работу. Однако представляется, что в условиях новых экологических вызовов она могла бы быть более консолидированной и весомой.

Одна из важнейших задач негосударственных некоммерческих органи­заций - активное участие в формировании среднего класса. НКО объединяют социально активных, стремящихся адаптироваться к жизненной ситуации, наде­ющихся на свои силы людей, способных к консолидированной деятельности. В этом контексте они, кроме всего прочего, представляют востребованный се­годня социальный капитал гражданского общества, что служит базой формиро­вания и упрочения среднего класса.

Для социальной консолидации общества важна не только материальная сторона деятельности НКО, но и влияние на духовное развитие общества через заботу о социально незащищенных слоях населения (инвалидах, детях, ветера­нах войны и труда), поддержание исторической памяти, здоровье населения, особенно молодежи. Все это способствует формированию и упрочению общей культуры бытия, общественной этики, консолидации общества вокруг его обще­национальной идентичности.

Успешное развитие процесса социальной консолидации на основе меж­секторного ресурсного взаимодействия требует высокого уровня его институ-ционализации. Нельзя не отметить большой позитивный опыт Москвы в этом важном трудоемком деле. Москва является инициатором создания уникальных органов управления, функционирующих на основе отношений социального партнерства.

Среди таких организаций:

-  Комитет общественных связей города Москвы;

-  Московский дом общественных организаций;

-  Центр «Социальное партнерство»;

-  «Городской общественный консультативный совет по взаимодействию
органов государственной власти города Москвы с НКО» и ряд других.

Создана организационная многоканальная, многоуровневая система партнерского взаимодействия, активно участвующая в социальной консолида­ции населения Москвы. Одновременно выполняется и другая весьма важная задача - продуцируется элита негосударственных некоммерческих органи­заций, повышается профессионализм, социальная активность, гражданская культура лидеров НКО.

75

Проблема социальной консолидации органически связана с социальной ответственностью бизнеса. Показательно, что индекс цитирования этого слово­сочетания за последнее время вырос в 10 раз.5

Тем не менее, социальная ответственность бизнеса понимается далеко не однозначно. Можно условно выделить три позиции.

1.  Концепция «корпоративного эгоизма». Дело бизнеса - получать при­
быль, производить качественную продукцию, платить налоги. Утверждается да­
же, что «социальная ответственность бизнеса - обманчивая и разрушительная
концепция».

2.  Признание фирмой определенных социальных обязательств за рамка­
ми экономической прибыли (т. н. «социальная прибыль»).

3.  Компромиссная позиция, выраженная в «Социальной Хартии россий­
ского предпринимательства», озвучивает нейтральное отношение к социаль­
ным инвестициям: «Мы принимаем участие в решении общественно значимых
задач».6

Социальные инвестиции бизнеса имеют положительную динамику. Однако социальные расходы занимают лишь 1% в издержках производства и 17% в прибыли. Само это понятие включает в себя широкую сферу приложения. Обращают на себя внимание следующие данные Росстата. Затраты на благотво­рительность занимают 23% в расходах на социальные цели. Значительная же часть ее идет на решение внутрикорпоративных социальных задач: профессио­нальную переподготовку, медицинское обслуживание, питание, отдых персона­ла, что также необходимо, но не служит альтернативой благотворительности.

Ожидаемы результаты оценки респондентами социальной деятельности бизнеса. Так, на вопрос Агентства социальной информации: «Вы слышали об ор­ганизациях бизнеса, занимающихся благотворительностью?» - получены следую­щие ответы:7 ничего не знаю - 55%; что-то слышал - 31 %; определенно знаю - 2%; затруднились ответить 5%. Эти данные еще раз подтверждают, что российскому бизнесу сегодня крайне важно улучшить свой пиар-имидж и совершенствовать стратегию социального инвестирования. В то же время очевидна относитель­но невысокая востребованность организаций третьего сектора, как партнеров межсекторного ресурсного взаимодействия. Между тем, практика благотвори­тельной деятельности убеждает в ее высокой социальной эффективности, когда осуществляется через НКО и особенно во взаимодействии власть - НКО - биз­нес. Такой механизм благотворительной деятельности в сегодняшней социально-политической ситуации потенциально имеет значительные предпочтения.

Ни в коем случае нельзя приуменьшать значение точечной благотвори­тельности и меценатства. Но сегодняшний уровень развития социального парт­нерства в межсекторном ресурсном взаимодействии настойчиво ставит задачу расширения совместного участия властных структур, НКО и бизнеса в реше­нии крупных, общественно значимых общегородских социальных проблем, социальном инвестировании в крупные общегородские социальные проекты.

5 Тулчинский Г.Л. Корпоративная социальная ответственность. (Социальные инвестиции, партнерс­
тво и коммуникации)С.3.

6 Повестка Репп на гг. //Ведомости, 20апреля.

7 Тулчинский Г.Л. Корпоративная социальная ответственность. (Социальные инвестиции, партнерс­
тво и коммуникации). 2004. - С.20.

76

Оправдало себя нормативно регулируемое взаимодействие между органами власти, НКО и бизнесом посредством открытых ярмарок и бирж социальных проектов, функционирующих на принципах универсальных критериев.

Гарантированный, отвечающий современным критериям уровень жизни населения не может зависеть от благорасположения богатых слоев населения, тех или иных представителей крупного бизнеса. В то же время сегодня социаль­ные инвестиции бизнеса объективно необходимы, что и обусловило социаль­ное противоречие проблемы. В любом случае социальные инвестиции бизнеса должны осуществляться не в форме финансовых щедрот, а как осознанно вы­бранный алгоритм поведения.

На различных «круглых столах» и в СМИ много говорится о налоговых льготах, мягком налогообложении благотворительности. Действительно, мало логики в том, чтобы взимать налоги с суммы благотворительности или с полу­чателя благотворительной помощи. Однако незаслуженно мало внимания уде­ляется моральным стимулам благотворительности. Нелишне вспомнить, что в царской России, особенно во времена земства, были учреждены специальные наградные знаки, имена благотворителей присваивались школам, библиоте­кам, больницам. Это предлагается делать и сегодня. В начале 2007 г. этот воп­рос был обсужден Общественной палатой РФ.

Радиостанция «Маяк» провела 26.01.2007 г. интер-опрос слушателей с це­лью выяснить: одобряют ли они, чтобы в качестве поощрения благотворителей назывались их именами улицы, библиотеки, больницы. Против высказался 88% прозвонивших. Аналогичные результаты были получены телеканалом НТВ в пе­редаче В. Соколова. Все это еще раз подтверждает необходимость для бизнеса кардинально озаботиться своим имиджем.

В этом контексте представляется своевременной разработка Московского городского стандарта социальной политики предпринимательства, а возможно, и Социальной Доктрины московского предпринимательства, выражающей кон­цепцию и этику социальной деятельности бизнеса, принципы и формы взаимо­действия с неправительственными некоммерческими организациями.

Особо хочу отметить стремление Правительства Москвы, Комитета обще­ственных связей привлечь науку к решению далеко не простых проблем межсек­торного ресурсного взаимодействия, консолидации на этой основе социальных групп города, о чем, в частности, свидетельствует и сегодняшняя международ­ная научно-практическая конференция.

В настоящее время в сфере научного знания сложилась принципиально отличная от прежней ситуация. Различными науками накоплен большой эмпири­ческий материал, который не может быть в полной мере адекватно объяснен в координатах одной науки. Нарастает динамичность и хаотичность общественных процессов. Все это объективно требует интеграции научного знания. Немецкий философ М. Хайдеггер в свое время остроумно заметил: «Мы располагаем сей­час несравненно более широким кругом знаний о человеке, чем наши предшест­венники. Однако единственное, что они знали, а мы нет - это что такое человек».

Аналогичная ситуация сложилась сегодня в изучении гражданского обще­ства. Его исследование требует интеграции усилий различных дисциплин, меж­дисциплинарного комплексного анализа. Такой подход значительно расширяет эвристические возможности исследователя, позволяет посмотреть на проблему в реальности целостно. Но при этом возникают серьезные методологические

77

проблемы, в т. ч. адаптации полученного конкретного знания к предметному по­лю определенной науки.

Особое место в изучении сущностных аспектов деятельности институтов гражданского общества, в т. ч. негосударственных некоммерческих организа­ций, занимает анализ и обобщение конкретного опыта их деятельности, осо­бенно опыта успешных организаций. По своему содержанию изучение опыта представляет собой анализ сущности явления науровне чувственного познания. В данном случае лидеры НКО путем проб и ошибок находят наиболее приемле­мый алгоритм развития своих организаций. Обобщение такого опыта имеет не только большое практическое, но и теоретическое значение. Необходим мони­торинг изучения опыта, ибо он уходит вместе с его носителем.

Современный этап социальной консолидации общества происходит в ус­ловиях усиления нелинейного, многофакторного развития общественных про­цессов взаимодействия разноплановых интересов, конкурентно-рыночных и социально-патерналистских отношений, необходимости поиска альтернативных вариантов принятия решений, их оценки. Все это обусловливает необходимость глубоких теоретических исследований.

Могут возразить: такой анализ - абстрактное теоретизирование. Хочу, од­нако, напомнить блестящий афоризм знаменитого физика Больцмана: «Нет ни­чего практичнее хорошей теории», в чем мы убеждаемся на каждом шагу своей практической деятельности.