Оглавление (стр. 3 )

К числу нетарифных барьеров, изменяющих товарные потоки, относятся также неофициальные нормативы ЕС в данной области – на новых членов распространяется рекомендация не импортировать из одного источника более 25% ядерного топлива. До членства этих государств в ЕС на их долю приходилось более 70% экспортируемых Россией твэлов, т. е. страны ЦВЕ всегда являлись важными рынками сбыта ядерного топлива, и российские компании были и остаются заинтересованными в его устойчивом вывозе. Однако интеграция региона в европейские структуры могла привести к перестановкам на европейском рынке таких поставок и, в конечном итоге, изменению всей системы управления мирным атомом в Европе. Кроме того, Еврокомиссия решила создать единую систему контроля за ядерной энергетикой в расширенном ЕС - такой порядок был определен еще в 1957г. при создании Евратома, когда был учрежден инспекторат, который должен осуществлять общий контроль за действующими ядерными установками. Однако никаких реальных стандартов принято не было, итогом чего стало сохранение национальных систем реального контроля. Теперь же вопрос о введении единого контроля был решен: новая система распространялась на всех членов ЕС.

В этой связи Россия могла почти полностью потерять рынок сбыта ядерного топлива в ЦВЕ из-за автоматического присоединения новых стран-членов ЕС к Договору об учреждении Евратома, в соответствии с положениями которого будут регулироваться их взаимоотношения с Россией в области торговли ядерными материалами, а также вступления для них в силу Соглашения о партнерстве и сотрудничестве, устанавливающего жесткую квоту для импортируемых из России ядерных материалов. Кроме того, российский поставщик ядерного топлива должен был выдержать серьезную конкуренцию (в основном, со стороны Франции и США) на энергетическом рынке ЦВЕ за право остаться приоритетным поставщиком на советские АЭС в Европе, которые превратились в общеевропейские.

Заранее предвидев ситуацию, когда вступление восточноевропейских стран в ЕС могло иметь такое негативное последствие, как прекращение сотрудничества с Россией в атомной энергетике даже по уже заключенным контрактам (на тот момент действовало 17 контрактов на изготовление и поставку ядерного топлива, а также на ряд других сопутствующих услуг), Агентство по атомной энергии РФ и Минэкономразвития и торговли РФ предприняли необходимые шаги для получения дополнительных гарантий Евратома о сохранении действия существующих контрактов на экспорт российского ядерного топлива в новые страны-члены ЕС до истечения их срока и без изменения условий таких поставок из-за расширения союза.

Как уже было сказано, договор об учреждении Евратома предусматривает такую возможность, о чем говорят ст. 105 («агентство не препятствует действию долгосрочных контрактов и межправительственных Соглашений, заключенных до вступления страны-кандидата в ЕС, при условии, что Агентство было об этом своевременно проинформировано») и ст. 106 («в случае если межправительственные Соглашения противоречат законодательству ЕС, Агентство вправе инициировать переговоры по приведению их в соответствие с нормами Сообщества»). В результате, 27 апреля 2004г., до очередного расширения ЕС, на заседании совета сотрудничества Россия – ЕС (г. Люксембург) была достигнута договоренность о поставках российского ядерного топлива на прежних условиях в страны, которые вступают в ЕС с 1 мая 2004г., и куда Россия традиционно поставляет топливо для АЭС - Венгрию, Словакию, Чехию, Литву; в список этих стран вошла также Болгария, которая вступила в ЕС несколько позже. Соглашения с этими государствами оставались в силе и предусматривали поставки российского ядерного топлива на весь цикл существования их АЭС. По итогам заседания были подписаны Протокол к СПС с целью распространения действия последнего на новых членов ЕС, а также совместное заявление России и ЕС о расширении союза.

В результате вступления в ЕС стран ЦВЕ в 2004г. и распространения на них ограничений по СПС и декларации Корфу, доля России на этом традиционном для нее рынке ядерного топлива стала действительно сокращаться. Возможность увеличения экспорта ядерного топлива в дальнейшем во многом была связана с отменой количественных ограничений на поставки ядерных материалов в ЕС из третьих стран, и России предстояло решить эту задачу в рамках реализации своих долгосрочных целей, связанных с расширением своего присутствия на мировом рынке атомной энергетики.

Будущее основных договоров между РФ и ЕС, регулирующих торговлю ядерным топливом

Расширение ЕС стало вызовом не только для России: присоединение к союзу новых стран поставило новые задачи и перед самим ЕС – прежде всего, возникла необходимость пересмотра своей политики в отношении России.

Этого мнения придерживались многие страны ЕС, которые считали, что СПС и Стратегия ЕС устарели, т. е. структуры диалога с Россией потеряли свою эффективность, и в связи с этим в отношениях между сторонами наблюдался кризис. Поэтому вся система отношений подлежала переработке. В сложившейся ситуации становление новой практики поставок ядерного топлива между Россией и ЕС было неизбежно.

Еще до расширения ЕС в 2004г. со стороны Евратома были даны обещания о снятии в будущем ограничений на российские поставки, что должно было произойти естественным путем: иссякнет поток дешевого урана из региона, в результате чего исчезнет ценовая премия на российское ядерное топливо. ЕС признал намерение России оставаться стабильным, надежным и предсказуемым поставщиком ядерных материалов и обязался применять внутреннее законодательство в соответствии с правилами Генерального соглашения о тарифах и торговле (ГАТТ), т. е., по сути, на недискриминационной основе; а также обязался рассматривать Россию в качестве самостоятельного источника снабжения (ранее условная квота на максимальный импорт урана из одного источника в 25% устанавливалась ЕС для всех государств СНГ в совокупности). Окончательно проблема торговли ядерным топливом должна быть решена в процессе вступления России в ВТО, но до этого, согласно п.3 доклада энергетического диалога Россия-ЕС (Москва-Брюссель, 2003г.), необходимо было найти взаимоприемлемое решение вопросов по торговле ядерными материалами в соответствии со статьей 22 СПС и в контексте расширения ЕС.

После принятия в ЕС новых членов, эксплуатирующих реакторы советского производства, вопрос о квотировании поставок российского ядерного топлива стал особенно остро. Дело в том, что декларация Корфу, конкретизирующая такие ограничения, принималась до расширения ЕС и не учитывала восточноевропейские реакторы. Однако в результате того, что добыча урана в ЕС фактически прекратилась, а объём импорта из России больше не представлял угрозы стабильности рынка или жизнеспособности атомной отрасли ЕС, на рассмотрение был предложен вопрос о дальнейшем смягчении ограничений. Кроме того, в последние годы Россия усилила давление на европейцев, аргументируя тем, что наличие скрытого квотирования противоречит нормам ВТО, а во-вторых, в его отмене заинтересована не только Россия, но и работающие с российскими партнерами энергокомпании стран ЕС.

Проблема квотирова­ния была не единственной причиной разногласий между РФ и ЕС: наряду с этой претензией, относящейся к сотрудничеству сторон в сфере энергетики, наблюдался ряд претензий геополитического (необходимость перехода РФ и ЕС на новый уровень сотрудничества, присутствие российских военных баз в Приднестровье и Грузии и т. д.), социального (права русскоязычных меньшинств в ЦВЕ) и прочего характера. Все это могло быть решено, прежде всего, в рамках нового соглашения о парт­нерстве и сотрудничестве между Россией и ЕС.

Переговоры по этому вопросу начались еще в 2004г., за три года до истечения срока действия СПС от 1994г. Предполагалось, что новое соглашение должно было охватывать четыре общих пространства, которых не было в то время, когда подписывалось существующее СПС, и учитывать возможность присоединения России к ВТО, обеспечивая большую торговую и экономическую интеграцию. Оно также должно быть построено на международных обязательствах, связывающих Россию и ЕС, содержать соответствующие институциональные положения, призванные обеспечить эффективность сотрудничества сторон. Кроме того, в связи с логическим следствием прогресса, достигнутого на основе СПС-94, стороны выразили согласие придать своим отношениям характер стратегического партнерства. Таким образом, целью работы было заключение стратегического Соглашения, которое установит всеобъемлющую основу для отношений РФ-ЕС на обозримое будущее и поможет развитию потенциала такого партнерства, которое должно обеспечить укрепление правовой основы и юридические обязательства в основных сферах взаимодействия, одобренных в ходе саммита в Москве в мае 2005г. Однако в связи с большим объемом вопросов политического и экономического характера состоявшийся в ноябре 2004г. саммит не принёс никакого прогресса в выработке нового соглашения.

В дальнейшем начало переговоров по проекту нового документа несколько раз откладывалось, поскольку на это не было дано согласие всех 27 членов ЕС.

В 2005г. Польша, возражая против введенных Россией ограничений на импорт польского мяса и требуя снять эмбарго, заблокировала начало переговоров по новому соглашению о партнерстве и сотрудничестве. В результате, после истечения срока действия в декабре 2007г. СПС от 1994г. партнеры по соглашению продлили его еще на год: несмотря на противоречия, и РФ, и ЕС осознавали необходимость и важность наличия СПС, а также сохранения достигнутых в рамках него результатов совместной работы. Позднее Москва отменила эмбарго на поставки, и Польша сняла вето на переговоры, однако, в марте 2008г. начало переговорного процесса начала сдерживать Литва. Она потребовала присоединить к мандату на переговоры декларацию о возобновлении поставок по нефтепроводу "Дружба", оказать правовую помощь в расследовании событий в 1991г. в Вильнюсе и Медининкае (нападение на литовских пограничников), компенсировать затраты на возвращение депортированных в советские времена литовских ссыльных на родину, а также поставила вопрос о возмещении ущерба депортированным из оккупированных стран Балтии и обсуждении ЕС и Россией перспектив урегулирования конфликтов в Молдавии и Грузии. Только после включения в переговорный мандат этих требований Литва сняла вето на начало переговорного процесса, а действующее СПС было вновь продлено на год.

После этого послы 27 стран-членов ЕС одобрили предоставление Еврокомиссии мандата на переговоры с Россией, и все стороны подтвердили готовность к началу переговоров по новому соглашению о стратегическом партнерстве для соответствия новой договорной базы современным требованиям.

Первый раунд переговоров по новому соглашению РФ-ЕС был назначен на 4 июля 2008г., однако, в знак протеста против вмешательства России в конфликт между Грузией и Южной Осетией переговоры были прерваны ЕС в одностороннем порядке. Решение об их возобновлении 2 декабря 2008г. было принято 14 ноября 2008г. на саммите Россия-Евросоюз в Ницце. Позднее в связи с экономическим кризисом в конце 2008г. решение вопроса о будущем СПС было отложено на неопределенное время, поскольку первоочередной проблемой для Европы, подлежащей решению, является укрепление национальных экономик стран-членов ЕС и европейской валюты. Кроме того, в связи с событиями в августе пока не ясно, готовы ли партнеры подписать новое широкомасштабное соглашение, предусматривающее более ответственные и широкие взаимные обязательства, из-за глубоких разногласий по ряду важных вопросов их внутренней и внешней политики, а также из-за существующего дефицита взаимного доверия. В Европе звучит критика в адрес России по вопросам принципиального характера, особенно таких, как пути развития и институциональные формы демократии, защита прав человека, борьба с терроризмом. Россия, в свою очередь, обеспокоена структурным кризисом в самом ЕС; трудностями адаптации новых государств-членов к условиям единого внутреннего рынка и нормам законодательства ЕС; провальной миграционной политикой государств-членов; ростом национализма и радикализма в Европе; непростыми отношениями со странами ЦВЕ, ставшими членами ЕС. В таких условиях разработка и ратификация нового соглашения между Россией и ЕС при отказе от пролонгации действующего СПС не имеют шансов, прежде всего, по политическим причинам. Существуют и другие объективные препятствия для отказа от пролонгации СПС:

-  опасность временного правого вакуума, который неизбежно затронет интересы и отдельных российских граждан и РФ в целом;

-  разрушение цепочки торговых соглашений, связанных с СПС;

-  опасность слома или, по меньшей мере, серьезного нарушения недавно сложившейся практики применения Соглашения.

Безусловно, заключение нового договора между Россией и ЕС являлось бы наилучшим сценарием, но на сегодняшний день он пока не реалистичен в силу ряда названных причин. Исходя из курса на развитие стратегического партнерства, соответствующего долгосрочным и жизненно важным интересам сторон, а также из того, что большинство статей СПС нуждаются в коренной переработке, наиболее вероятным является вариант внесения изменений и дополнений в существующий текст соглашения, учитывающих современный уровень сотрудничества и реальные перспективы развития отношений на ближайшее будущее. Поэтому с юридической точки зрения этот вариант решения наиболее оптимален – не полная замена соглашения, а модификация существующего СПС. Такой подход разумен еще и потому, что действующее СПС до конца свой потенциал еще не реализовало и вполне пригодно к адаптации к новым реалиям европейской жизни.

Решение вопроса о будущем СПС важно еще и потому, что в рамках нового/модернизированного соглашения может быть также принято решение о будущем декларации Корфу, которое напрямую будет влиять на дальнейший порядок поставок российского ядерного топлива на рынок ЕС. Ситуация осложняется тем, что подходы сторон к урегулированию этой проблемы расходятся.

Россия считает, что ограничения на поставки в соответствии с декларацией Корфу утратили свою силу по мере того, как в ЕС интегрировались страны ЦВЕ, и от этого документа необходимо отказаться. Дело в том, что как только истекают старые контракты на поставку ядерного топлива, новые перед их подписанием отправляются на согласование в Евратом, который, руководствуясь декларацией Корфу, блокирует их заключение.

Как уже было сказано, согласно положениям данного документа, российские поставки ядерного топлива для каждой из стран ЕС не могут превышать 25%. Фактической учет действительных поставок ядерного топлива является секретной информацией и открытого статистического учета как такового не существует; в лучшем случае известно, сотрудничают ли те или иные страны в этой сфере. Информация о том, что Россия поставляет топливо в большем объеме, чем говорится в декларации Корфу, с большой вероятностью соответствует действительности, но точные цифры никогда не будут названы (по некоторым оценкам, доля российского ядерного топлива на рынке стран ЦВЕ, входящих в ЕС, в реальности составляет »100%).

Однако для полноправного участия на европейском рынке ядерного топлива и расширения своего присутствия на нем России важна официальная отмена декларации, которая носит дискриминационный характер и противоречит нормам ВТО. Кроме того, такая практика двойных стандартов со стороны ЕС препятствует созданию условий для открытой рыночной конкуренции, тем более что Россия не требует в отношении своей продукции никаких особых условий, поскольку считает ее достаточно конкурентоспособной, но настаивает на учете собственных интересов.

В решении этого вопроса России необходимо было заручиться поддержкой страны, играющей значимую роль на европейском рынке ядерного топлива, и чья позиция имеет существенное значение. Этой страной оказалась Франция, которая одновременно является главным конкурентом России на рынке поставок топлива для европейских АЭС. Роль Франции усиливалась еще и в связи с ее председательством в ЕС во втором полугодии 2008г. Это значительно облегчало переговоры России и ЕС по проблеме, поскольку Франция официально признавала, что в действительности объем импорта российского ядерного топлива, необходимого для функционирования западных АЭС, а также АЭС в тех странах, которые недавно вступили в ЕС, варьируется от 30 до 45% от потребностей, что превышает установленные квоты. Эти ограничения давно стали бесполезными, их необходимо обсуждать заново, а в перспективе, декларация Корфу должна быть отменена. В первую очередь от этого выиграет французская ядерная компания Areva: упразднение договора Корфу будет выгодно тем, кто отвечает во Франции за планирование энергетического будущего и за последствия сегодняшних решений. Помимо этого, учет интересов России откроет возможности взаимовыгодного партнерства, которое имеет чисто экономические мотивы, но окажет позитивное влияние и на отношения в политическом плане.

В связи с этим Россия обратилась к Франции с просьбой пересмотреть декларацию Корфу, и вопрос о снятии ограничений по документу был заявлен в повестке дня встречи премьер-министров России - Франции в ноябре 2007г., когда данная проблема могла быть решена в связи с прекращением срока действия декларации к концу 2007г., и у ЕС была возможность не продлять ее. Во время состоявшихся переговоров французская сторона выразила понимание, что данный вопрос является принципиальным для России, но никаких существенных сдвигов в его решении не произошло, поэтому после истечения срока действия 1 декабря 2007г. протокол Корфу был снова продлен. Дальнейшие переговоры о возможности отмены скрытого квотирования на европейском рынке для продукции российской атомной отрасли между Россией и ЕС были перенесены в сентябре 2008г. во время очередного саммита Россия-ЕС.

В самом Евросоюзе по поводу дальнейшей политики в отношении импорта российского ядерного топлива существуют разногласия, однако, позиции стран-членов сходятся в том, что необходимо модернизировать существующую базу поставок этой продукции в соответствии с современной ситуацией и с учетом не только энергетических факторов, но и политических, а также экономических.

В 2008г. Международное энергетическое агентство выступило с предложением для реализации гибкой энергетической политики ЕС, чтобы освободиться от энергетической зависимости от России при поставках углеводородного топлива и развивать энергетику, основанную на альтернативных источниках, а также ядерную энергетику. Что касается существующих квот на российское ядерное топливо, то для выяснения точных данных объемов поставок есть Евростат, который должен исследовать проблему и предоставить руководству ЕС  информацию, необходимую для формирования и реализации проводимой ими энергетической  политики. Только после этого можно ставить какие-либо ограничения. Кроме того, экономические договоренности и акты, как правило, устаревают в течение 10-15 лет, по прошествии которых внешняя обстановка изменяется, поэтому действие этих актов становится невыгодно тем странам, которые их подписали. Это относится и к декларации Корфу, которая подвергается критике со стороны ряда стран ЕС.

Прежде всего, речь идет о странах ЦВЕ, вступивших в ЕС, для которых Россия является многолетним партнером в области атомной энергетики, включая поставки ядерного топлива. Для них пролонгация действия договора Корфу недопустима, поскольку введение ограничений на поставки российского ядерного топлива не соответствует принципам рыночной экономики и противоречит правилам ВТО (т. е. позиция России по данному вопросу полностью находит здесь поддержку), а также либеральным принципам, провозглашаемым Европой в целом. Если данный документ будет заменен каким-либо другим документом, то он не должен содержать ограничения, касающиеся именно российских поставщиков. Еще одна - и главная – причина необходимости отказа от декларации Корфу – нежелание терять выгодные контракты с Россией, которая покрывает большую часть потребностей этих стран в ядерном топливе.

Изложенную позицию, помимо Франции, в определенной степени поддерживают Германия и Италия. В их понимании, учитывая сложившуюся ситуацию не только на рынке ядерной продукции, но и на энергетическом рынке в целом, ЕС пора переходить от деклараций к реалиям. Вряд ли удастся ограничить долю России в поставках ядерного топлива, особенно учитывая планы стран союза по развитию атомной энергетики в связи с ее «ренессансом», что подразумевает строительство новых АЭС на европейском континенте, для которых необходимы соответствующие объемы ядерного топлива. Выбор поставщиков у ЕС небольшой – в настоящее время на мировом рынке действует несколько компаний-производителей и поставщиков ядерного топлива, основными из которых являются: франко-германский концерн AREVA (объединяет Cogema, Framatome ANP и FCI); американо-японская промышленная группа BNFL/Westinghouse/ABB; американская компания Westinghouse; американо-японская компания Global Nuclear Fuel и российская корпорация . Как показал опыт, из них наиболее надежный и выгодный поставщик - это Россия, у которой накоплен огромный опыт не только в разработке ядерного топлива, но и в строительстве и эксплуатации АЭС. Поэтому для продуктивного сотрудничества в этой сфере необходимо установление равноправных отношений между партнерами и, как следствие, устранение квотных ограничений.

Помимо этого подхода к решению вопроса о будущем декларации Корфу, в ЕС существует также другой вариант его решения: ряд стран выступает за пересмотр существующего документа, но с сохранением политики квотирования, учитывая наличие у ЕС мандата на ревизию декларации.

В сложившейся ситуации ЕС необходимо прийти, прежде всего, ко внутреннему консенсусу по данному вопросу, а также выработать более эффективные механизмы взаимодействия с РФ по нему, приняв меры для наиболее активного сотрудничества. Это поможет сторонам лучше понять общие интересы и в соответствии с этим прийти к комплексному решению проблемы, от которого зависит, сможет ли Россия убедить Европу отказаться от нерыночного протек­ционизма в пользу свободной конкуренции, учитывая, что это положительно скажется на отрасли в целом.

Помимо неопределенности в отношении СПС и декларации Корфу, из-за различия в позициях нет продвижения и по специальному двустороннему Соглашению о торговле ядерными материалами между Россией и ЕС. Ст. 22 СПС предусматривала заключение такого документа к 1 января 1997г., однако этого до сих пор не произошло.

Российской стороне необходимо только такое соглашение, которое распространяет на ядерные материалы обычный режим торговли, а также предусматривает транспарентность процедур визирования контрактов при исключении таких процедур, которые препятствуют или затягивают решение о поставке топлива из России. Кроме того, Соглашение не должно затрагивать вопросов ценообразования российского топлива, сохраняя принятие решений по данному вопросу за партнёрами по контракту.

Однако проект Соглашения, подготовленный Комиссией ЕС (КЕС) в 2004г., не содержал положений, которые бы обеспечивали выполнение данного условия. Более того, он не только не улучшал имеющийся режим торговли ядерными материалами, но, и позволял в случае возросшего импорта ядерных материалов вводить защитные меры на селективной основе без четкого описания соответствующей процедуры, а также фактически фиксировал согласие России признать особую роль Евратома в регулировании торговли ядерными материалами. При этом представители КЕС сослались на XXI статью ГАТТ-94, в соответствии с которой ядерные материалы являются особым товаром, в отношении которого стороны могут «предпринимать такие действия, которые считают необходимым для охраны существенных интересов своей безопасности». Предполагается, что после присоединения России к ВТО 22 статья СПС перестанет действовать как противоречащая нормам организации, и этот вопрос будет регулироваться нормами ВТО. Помимо этого, вопрос о предоставлении ядерным материалам обычного режима торговли был увязан с вопросами ядерной безопасности, нераспространения, учета, контроля и физической защиты ядерных материалов, что не устраивает Россию, поскольку эти вопросы регулируются другими международными документами, участниками которых являются как ЕС, так и РФ.

В целом, позиция ЕС состоит в том, чтобы заключить секторальное соглашение о сотрудничестве в ядерной сфере. Это, фактически, подразумевает исключение торговли ядерными материалами из нового Договора о сотрудничестве и партнерстве посредством ссылки на необходимость заключения к установленной дате такого соглашения, регулирующего, в т. ч., и торговлю ядерными материалами. С учетом того, что для ЕС существующее квотирование импорта российского ядерного топлива является гарантом предсказуемости рынка и ядерной безопасности, КЕС, скорее, заинтересована в подписании с Россией соглашения, в котором на торговлю ядерным топливом вновь будут распространяться особые условия, несмотря на существенные минусы такого режима в современных условиях не только для России, но и для ЕС. Помимо этого, существует также возможность увязки торговли ядерными материалами с торговлей другими энергоносителями, в первую очередь газом.

Таким образом, отсутствие прогресса по всем вышеупомянутым соглашениям осложняет взаимодействие между Россией и ЕС в сфере торговли ядерными материалами. Несмотря на то, что стороны договорились о разработке в ближайшее время возможных путей решения проблемы и о проведении дальнейшего анализа проектов соглашений для нахождения путей сближения позиций, установление равноправного отношения на энергетическом рынке произойдет еще не скоро.

Современный рынок сбыта российского ядерного топлива в ЕС

После рассмотрения действующей нормативно-правовой базы поставок российского ядерного топлива на рынок ЕС и ее восприятия сторонами в контексте поставленных ими задач в этой сфере, можно сказать, что сложившаяся система регулирования не отвечает в полной мере современным интересам России. Стремясь к расширению географии поставок ЯТ и увеличению объема его экспорта, возможности России в ЕС – на одном из ключевых рынков – по заключению новых контрактов на поставку ядерного топлива ограничены проводимой ЕС политикой квотирования. Актуальность этой проблемы заключается еще и в связи с постепенным возвращением Россией традиционных рынков сбыта продукции ЯТЦ – стран ЦВЕ, ставших членами ЕС. Это, прежде всего, касается Чехии и Словакии, имеющих вес в Евросоюзе при решении вопросов в сфере ядерной энергетики, поскольку они являются одними из стран, наиболее активно развивающих эту отрасль, как показано далее.

В Чешской Республике в настоящее время работают две АЭС – «Дукованы» с четырьмя блоками с реакторами ВВЭР-440 и «Темелин» с двумя энергоблоками с реакторами ВВЭР-1000, которые были построены с участием специалистов из СССР.

АЭС «Дукованы» работает на российском топливе с начала эксплуатации, а в 2001г. был подписан долгосрочный контракт на поставки ядерного топлива для этой станции до 2013г. (контракт может быть продлен до 2018г.).

Что касается АЭС «Темелин», то станция, также рассчитанная на ядерное топливо российского производства, с первого дня эксплуатации (первый блок работает с 2000г., второй – с 2003г.) работала на топливе американской компании "Westinghouse", которая является одним из главных конкурентов России в этой сфере в Восточной Европе. Только в 2006г. был впервые поставлен вопрос об отказе от него после обнаружения больших отклонений от проектных параметров у очередной партии американских кассет. И хотя деформированные кассеты не угрожали напрямую безопасности станции, их присутствие в активной зоне вело к росту выхода радиоактивных продуктов деления в теплоноситель и сокращало сроки кампании топлива. Это привело к дополнительной остановке реакторов на перегрузку, что обошлось в 26,6 миллионов евро (всего с 2002 по 2007гг. на АЭС «Темелин» произошло 166 инцидентов). Поэтому в 2006г. Чехией был объявлен тендер на поставку топлива для двух блоков АЭС «Темелин», который выиграла российская корпорация (другим участником тендера выступила "Westinghouse"), поскольку предложенное ею ядерное топливо (ТВСА+) оказалось более качественным, обеспечивающим большую безопасность и надежность работы реактора, повышенную экономичность топлива и улучшенные экономические показатели эксплуатации АЭС в целом.

В результате, был заключен контракт, действие которого начинается в 2010г., сроком на 10 лет (предполагается поставить примерно 400т ядерного топлива) с возможностью дальнейшей пролонгации, однако, чешская энергетическая компания ЧЭЗ не исключает возможности досрочного перехода на топливо из России, что позволит справиться с многочисленными трудностями, вызвавшими длительные перерывы в работе АЭС «Темелин».

Как и в Чехии, в Словакии действуют две АЭС, построенные также по советским проектам, – это АЭС «Богунице» и АЭС «Моховце», которые были запущены в эксплуатацию в 1978 и 1998 гг., соответственно; их доля в современном энергобалансе Словакии составляет 57%. С момента пуска изготовление топлива для этих станций осуществляется Россией, а в 2008г. и словацкая генерирующая компания Slovenske Elektrarne подписали два долгосрочных договора.

Первый контракт, на который наряду с российской компанией претендовала также американская "Westinghouse", предусматривает производство и поставку топлива российской стороной для всех действующих блоков словацких АЭС на период гг.; он вступит в силу в октябре 2010г. Речь идет об первом и втором блоках АЭС «Моховце» и третьем и четвертом блоках АЭС «Богунице» с реакторами типа ВВЭР-440. Действующий контракт от 2003г. на поставку из РФ ядерного топлива для этих станций, истекает в 2010г.

Второе соглашение является бессрочным и предполагает, что с 2015г. будет производить ядерное топливо для всех действующих и всех планируемых ко вводу АЭС Словакии.

В настоящее время АЭС «Богунице» постепенно готовится к закрытию (должна быть закрыта к концу 2013г.) — это было условием вступления Словакии в ЕС. В то же время, на современной двухблочной АЭС «Моховце» ведется строительство следующих двух энергоблоков, сооружением которых занимается чешская компания Skoda, входящая в российский холдинг «Объединенные машиностроительные заводы», но по российскому проекту.

В целом, значимость и уникальность одержанных побед в международных тендерах на поставку ядерного топлива для АЭС Чехии и Словакии заключаются в том, что они возвращают России утраченные позиции на традиционных рынках ядерного топлива в Центральной Европе. Фактически, Россия не уходила с этих рынков, однако, единственное условие долгосрочных контрактов, которое российской стороне удалось отстоять при вступлении этих стран в ЕС, - это поставка российского ядерного топлива на их АЭС в течение срока службы этих станций. Как уже говорилось, это связано с квотированием импорта российского ядерного топлива, но, несмотря на это, в 2004г. после длительных переговоров ЕС пришлось увеличить российскую квоту, чтобы в нее вошли все поставки топлива для реакторов в странах ЦВЕ. Другое дело, что эти поставки являлись эксплуатацией наработок прошлых лет, а новые контракты с Чехией и Словакией означают расширение российского присутствия на европейском рынке. И в этой связи Россия, ранее настаивавшая на увеличении квот, теперь считает необходимым их отмену.

Важным является и тот факт, что Россия заключила контракты именно с этими странами, поскольку Чехия и Словакия являются лидерами Европейского атомного форума — консультативного органа ЕС, цель которого — обсуждение и выработка общей стратегии ЕС по развитию атомной энергетики. В последнее время при сохранении высоких цен на углероды большое внимание уделялось атомной энергетике как альтернативе первым, при этом Чехия и Словакия являются основными сторонниками такого подхода. Поэтому с точки зрения развития партнерских отношений России с Европой и места первой на европейском рынке атомной энергетики, важно стратегическое партнерство с Чехией и Словакией при том, что все больше стран и политических сил в ЕС склоняются к тому, что у атомной энергетики большое будущее.

В этой связи ряд других стран ЕС развивает эту отрасль, некоторые - при сотрудничестве с Россией на разных этапах ЯТЦ, в т. ч. в процессе конструкции, изготовления и поставок ядерного топлива. Соответствующая наукоемкая высокотехнологичная российская продукция пользуется спросом в Германии, Швейцарии, Швеции и Нидерландах; кроме того, Россия осуществляет поставки и научно-техническое обеспечение эксплуатации ядерного топлива на АЭС Венгрии, Болгарии, Финляндии. Здесь следует сказать, что особенностью первых двух из перечисленных стран является то, что их АЭС с самого начала работали и продолжают работать на топливе российского производства.

Сотрудничество между Россией и Венгрией в области атомной энергетики началось в 1966г. с подписания межправительственного соглашения о сооружении АЭС «Пакш», после ввода в эксплуатацию которой кооперация продолжала динамично развиваться как в части поставок топлива, так и по обслуживанию самой станции. В 1999г. между и АЭС «Пакш» был подписан контракт на поставку ядерного топлива до конца срока эксплуатации АЭС (с учетом планируемого продления – до 2037г.), а в 2008г. было подписано соглашение о поставке для АЭС нового вида топлива - уран-гадолиниевого топлива второго поколения. Конструкция этого вида топлива позволит эксплуатировать энергоблоки на повышенной до 108% (1485 МВт) тепловой мощности, при этом сократится количество кассет на перегрузку активной зоны реактора, снизятся временные затраты на перегрузку топлива и расходы на обращение с ОЯТ. Использование этого вида топлива позволит АЭС «Пакш» перейти на 5-годичную топливную кампанию и увеличить глубину выгорания топлива, что значительно улучшит экономические показатели работы станции. Партия опытных кассет данной конструкции будет загружена на третьем энергоблоке АЭС в 2009г., а перевод всех четырех энергоблоков АЭС на новое топливо планируется с 2010г., после лицензирования в Госатомнадзоре Венгрии.

В Болгарии также действует единственная АЭС - «Козлодуй», - которая аналогично венгерской АЭС работает на топливе российского производства с момента введения в эксплуатацию первого энергоблока в 1977г. В настоящее время из шести энергоблоков АЭС в эксплуатации находятся блоки №5 и №6 с реакторами ВВЭР-1000 (четыре энергоблока с реакторами ВВЭР-440 были остановлены в 2002г. (№1 и №2) и в 2006г. (№3 и №4)). В соответствии с подписанным в 2006г. дополнительным соглашением, российское ядерное топливо для этих блоков будет поставляться до 2020г., причем с 2004г. на них поставляется усовершенствованное топливо типа ТВСА. В 2007г. на базе ТВСА улучшенной конструкции (увеличенная загрузка урана; повышенная эксплуатационная надежность) корпорация предложила АЭС «Козлодуй» внедрить усовершенствованные топливные циклы, в их числе - топливный цикл с перегрузками через 18 месяцев с длительностью кампании 470 суток. Это позволит улучшить надежность и эффективность работы АЭС, т. к. повысит коэффициент использования установленной мощности станции.

В отличие от Венгрии и Болгарии, для Финляндии Россия не является единственным поставщиком ядерного топлива. Из двух действующих в Финляндии АЭС, вклад которых в общий энергобаланс страны составляет около 26%, – «Ловииза» (два энергоблока с реакторами ВВЭР-440; после модернизации их мощность выросла до 510 МВт), построенной по советско-финскому проекту, и «Олкилуото» - Россия обеспечивает ядерным топливом только энергоблоки первой. Кроме того, станция полностью перешла на российское топливо (модифицированное уран-гадолиниевое топливо), которое будет поставляться на оба блока АЭС до конца срока их эксплуатации, совсем недавно - с осени 2008г., после победы в тендере российской корпорации в 2005г. До этого блоки с момента ввода в эксплуатацию работали на разном топливе: первый с 1977г. - на топливе британской компания «BNFL», второй с 1980г. – на российском. Перспективность заключенного контракта заключается в том, что АЭС «Ловииза» по экономическим показателям и уровню безопасности является одной из лучших европейских АЭС, поэтому срок ее эксплуатации может быть продлен до конца 2030г.

Несмотря на эти очевидные успехи, они с малой вероятностью могут способствовать продолжению сотрудничества с Литвой, также считающейся традиционным рынком сбыта российского ядерного топлива. В настоящее время сотрудничество России и Литвы в ядерной сфере осуществляется в рамках соглашения от 2001г. в области мирного использования ядерной энергетики, о сотрудничестве в энергетике и о восстановлении работы параллельных энергосистем, в котором также участвуют Белоруссия, Латвия и Эстония. Главной целью соглашения является обеспечение надежного электроснабжения потребителей каждой из сторон. В соответствии с такой системой топливо для единственной действующей в Литве АЭС - Игналинской (обеспечивает 73% электроэнергии в стране) - до конца 2009г. продолжит поставлять Россия. После закрытия по требованию Еврокомиссии этой станции Литва намерена далее развивать свою атомную программу, предусматривающую ввод в эксплуатацию до 2015г. новой АЭС, которая должна в значительной степени удовлетворять энергетические потребности не только самой Литвы, но также Латвии и Польши. В 2007г. был подписан закон о строительстве новой АЭС, сейчас ведется разработка проекта строительства нового реактора при участии Польши, Латвии и Эстонии, к которым планируют присоединиться Украина и Белоруссия. К участию в реализации проекта строительства, помимо вышеперечисленных стран, планируется привлечь энергетические компании Швеции и Чехии. Очевидно, что в ядерной энергетике Литва ориентируется на европейские компании, не рассматривая ни российское предприятие «Атомстройэкспорт» как возможного участника в тендере на строительство новой АЭС; ни российскую корпорацию в качестве возможного претендента на поставки ядерного топлива (по прогнозам, наиболее вероятным кандидатом среди возможных поставщиков является французская компания Areva).

Такая неблагоприятная для российской стороны ситуация сложилась, большей частью, по политическим причинам - это претензии Литвы к России о возмещении ущерба, который понесла страна во времена советской оккупации; недовольство политикой России в отношении стран Восточной Европы, а также разногласия в вопросе размещения ПРО.

Что касается непосредственно сферы энергетики, то Литва, следуя стратегии ЕС, стремится к диверсификации источников и поставщиков энергии, а также формированию совместной политики стран Балтии по вопросам импорта энергии из стран, не входящих в ЕС. Идея заключается в выходе из зависимости от энергетической системы бывшего СССР, чтобы в случае сбоя в поставках топлива, вызванного аварией, ростом цен или ухудшением отношений с Россией, иметь альтернативный источник энергии, который Литва видит, в основном, в странах Западной и Северной Европы.

Данный пример наглядно демонстрирует тот факт, что политические моменты играют в современной сфере энергетики (не только в ядерной) далеко не последнюю роль и могут послужить причиной отказа сторон от кооперации не только в этой, но и в других сферах. Поэтому успешное сотрудничество, в первую очередь, зависит от возможности сближения политических позиций сторон по ряду ключевых вопросов и возможности найти компромисс при возникновении спорных ситуаций. Наряду с этим важно учитывать и стремление каждой из сторон к максимальной экономической выгоде от какого-либо сотрудничества для себя, в связи с чем ими, чаще всего, учитываются лишь собственные интересы, что делает такое сотрудничество неравноправным и, соответственно, снижает его продуктивность.

Это напрямую относится к используемым ЕС квотам в отношении российского ЯТ. Сохраняя их, ЕС при своем стремлении к приобретению качественного и оптимального по цене ядерного топлива в необходимом количестве, что обеспечивало бы в определенной степени энергетическую безопасность соответствующих стран континента, заранее лишает себя выгодного поставщика в лице России. Как уже говорилось, свои действия ЕС объясняет принятой стратегией диверсификации источников энергоносителей для исключения зависимости одного источника поставок. Однако Чехия и Словакия, выбрав Россию в качестве единственного и долгосрочного поставщика ядерного топлива для всех своих АЭС с 2010г., показали, что не видят проблемы в т. н. «топливной зависимости». Для российской атомной отрасли подобные значимые сделки будут способствовать дальнейшему укреплению ее позиций на европейских рынках, а также развитию экономических связей России и европейских стран в целом. Эти сделки являются также взаимовыгодными: Россия получает серьёзных клиентов, которые будут обеспечивать солидный доход и пользоваться услугами российских компаний при поставке ядерного топлива; в свою очередь, страны-импортеры получают гарантированные поставки топлива на свои АЭС, что позволит им решить ряд энергетических проблем и улучшить экологию в стране.

В результате многолетнего опыта сотрудничества в сфере атомной энергетики, подтверждающего высокое качество продукции при оптимальных ценах, постоянный рост ее эффективности за счет разработки и успешного внедрения новых технологий, а также надежность российского ядерного топлива Россия в период гг. одержала победу в 8 международных тендерах на поставку этой продукции, закрепив за собой 17% мирового рынка. Таким образом, Россия не только вернулась на традиционные рынки сбыта ядерного топлива, но и расширила географию его поставок, что является подтверждением высокого уровня российских технологий в ядерной сфере. Партнеры России в области ядерной энергетики уверены в продолжении сотрудничества с ней, а изменения, которые происходят в российской атомной отрасли по созданию вертикально-интегрированного холдинга и государственной корпорации, будут способствовать развитию и упрощению дальнейших взаимоотношений.

Заключение

В ходе комплексного рассмотрения существующей системы сотрудничества России и Евросоюза в сфере поставок ядерного топлива (ЯТ) получены следующие основные результаты:

-  показано влияние геополитического фактора на европейский рынок ЯТ;

-  выявлены особенности современного европейского рынка ЯТ:

·  возможность его долгосрочного прогнозирования. Процесс вывода из эксплуатации и строительство новых АЭС растягивается на десятилетия, поэтому изменения спроса на рынке ЯТ происходят не сразу и достаточно предсказуемы,

·  сильная степень монополизации. Основные участники данного рынка - крупные корпорации: американская компания Westinghouse; франко-германский концерн AREVA; российская корпорация ,

·  обострение конкуренции между основными игроками в связи с возрастанием интереса к атомной энергетике со стороны европейских стран,

·  интеграционные процессы среди участников рынка. Строительство новых АЭС во многом обуславливает выбор странами-заказчиками поставщиков ЯТ, поэтому основные игроки на этом рынке стремятся к созданию интеграционных групп, предоставляющих полный спектр услуг в ЯТЦ, что обуславливает высокую конкурентоспособность на таком рынке,

·  долгосрочный характер заключаемых контрактов на поставку ЯТ, которые обычно также включают оказание сопутствующих услуг, проведение проектных работ и т. д.;

-  показан современный рынок сбыта российского ЯТ в ЕС и его перспективы;

-  рассмотрены перспективы основных договоров между Россией и Евросоюзом в торговле ядерными материалами;

-  последовательно проанализирована правовая система регулирования поставок российского ЯТ на рынок ЕС и объяснена необходимость ее модернизации;

-  выявлены причины затянутого решения вопроса о пересмотре существующей системы регулирования поставок российского ЯТ на рынок ЕС:

·  различное восприятие сторонами будущего СПС и декларации Корфу,

·  столкновение интересов сторон в проводимой энергетической политике,

·  становление энергетической сферы в целом областью политической и экономической борьбы;

-  предложены следующие основные шаги (некоторые уже осуществляются) для повышения эффективности взаимодействия России и ЕС в сфере поставок российского ЯТ:

·  дальнейшее поступательное развитие диалога в сфере ЯТЦ между РФ и ЕС, направленного на установление равноправного сотрудничества и его документальное подтверждение;

·  ведение дальнейшего переговорного процесса по выяснению и сближению позиций для нахождения компромисса при урегулировании существующих разногласий (в первую очередь, по поводу СПС, декларации Корфу и Соглашения о торговле ядерными материалами между Россией и ЕС);

·  создание РФ и ЕС совместных проектов не только в энергетической сфере (среди прочих, и в сфере ЯТЦ), но также и в других ключевых областях – политике, экономике и т. д. - для укрепления и роста взаимного доверия.

Подводя итоги, следует сказать, что с учетом современной ситуации, сложившейся на рынке ядерного топлива, для Европы, стремящейся к дальнейшему развитию своей атомной инфраструктуры при повышении ее качества и обеспечении безопасности во всех отношениях, партнер в лице России (как в сфере поставок ЯТ и сопутствующих услуг, так и строительства АЭС) является одним из перспективных и надежных, а это отвечает интересам обеих сторон и вполне достижимо при компромиссном решении существующих вопросов.

Список использованной литературы

1.  Венская конвенция о гражданской ответственности за ядерный ущерб 1997г. (Сводный текст Венской конвенции о гражданской ответственности за ядерный ущерб от 01.01.01г. с поправками, внесенными Протоколом от 01.01.01г.)

2.  Постановление Правительства РФ N 724 от 01.01.01г. «О порядке и условиях совершения сделок по передаче права собственности на ядерные материалы иностранному государству или иностранному юридическому лицу
»

3.  Постановление Правительства РФ от 01.01.01г. № 000 (НТЦС) «Об экспорте и импорте ядерных материалов, оборудования, специальных неядерных материалов и соответствующих технологий»

4.  Указ Президента РФ от 27 апреля 2007 г. N 556 НТЦС «О реструктуризации атомного энергопромышленного комплекса Российской Федерации»

5.  Федеральный закон от 1 декабря 2007г. N 317-ФЗ «О Государственной корпорации по атомной энергии "Росатом"»

6.  Федеральный закон «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности» от 8 декабря 2003г. N 164-ФЗ

7.  Федеральный закон «Об использовании атомной энергии» от 01.01.01г. (в ред. Федеральных законов от 01.01.2001 N 28-ФЗ, от 01.01.2001 N 94-ФЗ, от 01.01.2001 N 196-ФЗ, от 01.01.2001 N 33-ФЗ, от 01.01.2001 N 140-ФЗ, от 01.01.2001 N 122-ФЗ, от 01.01.2001 N 232-ФЗ, от 01.01.2001 N 13-ФЗ)

8.  Федеральный закон «Об особенностях управления и распоряжения имуществом и акциями организаций, осуществляющих деятельность в области использования атомной энергии, и о внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ» от 5 февраля 2007г. N 13-ФЗ

9.  Журнал «Атомная стратегия» № 11, июнь 2004 г.

10.  Т. Чеклина. «Перспективы российского экспорта топлива в свете расширения ЕС». Внешнеэкономический бюллетень. 2002, №11. C.23-30.

11.  , консультант отдела экономического анализа Аналитического управления Аппарата Совета Федерации. «Актуальные проблемы экономики». Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ. 2003, №

12. «Тенденции развития мировой ядерной энергетики». Проблемы современной экономики. 2006, № 1/2. С.421-423.

13. Авторский коллектив: руководитель проекта д. п.н. (Комитет "Россия в объединенной Европе"), д. э.н. (Ассоциация европейских исследований), д. ю.н. , к. ю.н. (Международный центр партнерства и развития Россия-ЕС), д. ю.н. (Фонд Европейского права) «Концепция модернизации Соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Россией и ЕС и заключения Соглашения о продвинутом партнерстве, учреждающем ассоциацию». Общая тетрадь. 2005, № 4 (35). С.66

14. Интернет-сайты:

·  http://www. *****/

·  http://www. *****/saver_national/detail. php? ID=7199

·  http://www. *****/news/base/2007/01/19436.htm

·  http://**/

·  http://www. un. org/russian/ga/iaea/

·  http://www. ecolife. /laws/inter/1979/03.php

·  http://www. *****/news/air3167.htm

·  http://www. pircenter. org/WebHelp/expkon/jadexp. htm

·  http://eulaw. *****/documents/legislation/eea/pca_russia. htm

·  http://eulaw. *****/documents/legislation/uchred_docs/euratom_nice. htm

·  http://www. *****/publications/2008/07/08/otkrytyj-atom

·  http://www. *****/

Приложение

[1] Российский ядерный страховой пул создан в 1997г. В его состав входят 22 компании. Основной целью пула является удовлетворение потребностей предприятий и организаций атомной отрасли в комплексной страховой защите их имущественных интересов и координация деятельности страховых компаний, осуществляющих страхование ядерных рисков. Емкость пула составляет 12,3 млрд рублей.

2 http://www. *****/category/sr/.htm