Ну и, наверное, я бы еще могла сказать… Все, я уже заканчиваю. Я полагаю, по многомандатным округам… В некоторых странах просто наблюдала эту систему голосования с преференциями. Это, конечно, здорово. Я думаю, что в будущем обязательно мы будем голосовать именно так. Но я должна просто сказать о своих наблюдениях.
Однажды я была, не так давно, на выборах в одном субъекте Федерации. Там были выборы по многомандатным округам. Я провела эксперимент. На нескольких участках, порядка четырех-пяти участков, мы, представители ЦИКа, опросили по 10 человек. Просто люди шли к урне, мы их просили: "Будьте любезны, скажите, у Вас синий бюллетень, это Вы за кого голосовали?" А у них разного цвета бюллетени и по несколько штук. Трехмандатный округ. "Да, знаем, что трехмандатный". – "Вы голосовали?" – "Да, голосовали". – "А Вы не могли бы показать, как Вы проголосовали?" Показывают. Во всех абсолютно 100 процентах бюллетеней на всех участках по одной галочке. Их спрашиваешь: "Так Вы же могли три галочки поставить". – "Да Вы что?" – "Вам же объясняли". – "Да вроде объясняли". – "А Вы поняли?" – "Да вроде поняли". – "А почему не поставили?" – "Ну, не знаем".
Это просто такая картинка. Меня это удивило, потому что я полагала, что как бы у них три голоса. И получается, каждый из избирателей два голоса терял. Все, спасибо.
Спасибо.
, прошу. Депутат Государственной Думы, ЛДПР.
Уважаемые коллеги, у нас осталось активной работы 20 минут, пять выступающих, то есть 5–7 минут…
С. В.ИВАНОВ
Добрый день, уважаемые коллеги. Очень хорошо, что Александр Альбертович остался.
Вернемся к теме избирательного нашего законодательства и практики его применения. Вообще вы знаете, что выборная "кампания" в русском языке пишется через "а". То есть кампания – это война. Это не компания – посиделки, чайку попили. Поэтому все наше выборное законодательство, которое существует сейчас, оно абсолютно недемократично. Оно абсолютно не обеспечивает равных условий. Как не крутите, но это так.
Ну, вы представьте, два государства собрались воевать. У каждого вроде как есть стрелковое оружие, но договорились, что можно еще ядерную бомбу, можно еще и флот иметь, можно ракеты иметь. То есть, как в условиях, когда в одном регионе, возьмем тот же Питер, 80 миллионов избирательный залог. Как я могу…
реплика
90 миллионов.
С. В.ИВАНОВ
90 даже миллионов залог. Как можно бороться с этим?
Возьмем другой пример. Прошлые выборы были. Допустим, Липецкая область, другие. Там размер фонда 30 миллионов, делим на 300 рублей. Не покупая никакого рекламного времени, никаких плакатов, оформляя только договора об оказании агитационных услуг, мы получаем 100 тысяч агитаторов, единственная работа которых будет заключаться в том, чтобы принести свое бренное тело на избирательный участок и поставить галочку напротив той партии, которая с ними этот договор заключила. Все легально, тут ничего не попишешь. Хотя многие возмущаются. А что, все по закону, нигде не ограничено количество.
Поэтому, если государство заинтересовано в том, чтобы выборы были честные, чтобы выиграл достойный человек, то я считаю, что действительно надо убирать все эти ограничения с залогами, с подписными листами
. Государство должно всем предоставить одно и то же количество рекламного времени на радио и телевидении, выкупить какое-то количество наружной агитации и заказать за свой счет, за государственный, какое-то количество (но для всех одинаковое, для всех участников выборов) печатной продукции. Вот только тогда выборы будут честными. Тогда у всех будут действительно равные условия.
Извините, когда у меня избирательный фонд 1 миллион или 1,5 миллиона, а у другой партии 30 миллионов… Извините. Поэтому мы, к сожалению, сейчас ничего не можем сделать. Единственное, можем попытаться. Я не согласен ни с Сергеем Михайловичем, ни с Вами, Александр Альбертович, что не надо трогать нынешнее законодательство. Мы не сможем ничего сделать, потому что, к сожалению, Иван Иванович поссорился с Иваном Никифоровичем. Вы прекрасно понимаете, кто здесь Иван Иванович, кто Иван Никифорович, но попытаться-то можно!
И в этой ситуации, я очень прошу, я умоляю Вас, Александр Альбертович… Мы проводили с Вами 30 ноября заседание в ЦИК, выпустили брошюру. Роль избирательных комиссий в работе со средствами массовой информации должна быть повышена. Ни у одной компании нет бетакама, вот технические требования, которые предъявляет ГТРК моей области к материалам. Не хочешь, отказываем. Мы имеем право отказать. Посмотрите, пожалуйста, я передам.
Далее. Нам говорят, ЦИК тоже не имеет права работать без заявлений. Да имеет. Возьмем сейчас Самарскую область, недавно там, кстати, двух наших кандидатов замочили железной арматурой, сейчас они в реанимации. Кстати, то же самое было на Ямале в марте прошлого года, когда он сидит, дает показания следователю у себя дома, звонок, врываются два человека и начинают его мутузить с криками: "Сними свою кандидатуру!" Это к слову о региональных группах.
Ну, извините. Я раньше возмущался Партией пенсионеров, она все время обещала: мы вернем вам вклады. Ну, съездите сейчас в Самару, там написано: партия "А" сделает зарплату 20 тыс. рублей. Партия "А" сделает пенсию 10 тыс. рублей. Это что, не обещания предоставить избирателям материальные блага после итогов выборов? Но как-то к этому надо относиться? И никто не реагирует. Почему так?
Поэтому, уважаемые коллеги, надо активно работать с избирательными комиссиями, активно. Действительно, это сложно, они все в основном сформированы с участием партии "А", им что скажут, то они и делают. Но ЦИК должен все-таки как-то направлять.
Ведь, заметьте, сейчас прецедент создан очень хороший. Комиссии субъектов Федерации… По нашей области сейчас довыборы идут, там уже отказывают в предоставлении времени. Чем мотивируют? Говорят: "А ты сепаратизмом занимаешься". Комиссия ничего не делает, говорит: "Идите в суд подавайте".
То есть у нас был прецедент, вы помните, и телевидению, средствам массовой информации, дали, как прецедент, возможность самим решать. Это законно или незаконно? И кандидат, который в эфире говорит: "А почему наши депутаты областной Думы не обращают внимания, что при прочих равных условиях, при прочем количестве налогов, которые мы платим в федеральный бюджет, мы получаем меньше дотаций из него"… И говорят: "Так, всё это сепаратизм. Это выступление в эфир не пойдет". Понимаете, они уже сами…
И ЦИК, наш областной ЦИК, говорит: "Извините…"
А. А.ВЕШНЯКОВ
Там не ЦИК, а избирательная комиссия.
С. В.ИВАНОВ
Комиссия, да, наша областная. Областная комиссия говорит: "Извините, это проблема гражданского права. Вы договор заключили? Заключили. Ну и подавайте в суд и судитесь". И судиться можно, сами знаете, до какой Пасхи.
Поэтому еще раз говорю, уважаемые коллеги, сейчас мы должны попытаться все то, что мы сейчас сказали, то, что, Александр Альбертович, Вы издали брошюру, все это должно… Давайте, я не знаю, быстренько создадим группу и до избирательной кампании, пока она еще не началась, давайте все эти вещи попробуем изменить. Я понимаю, что практически нереально, но, по крайней мере, мы хоть попытку сделаем. Это первое.
И второе. Я вас очень прошу… Ну, я понимаю, там окружные комиссии, участковые, там не очень профессиональные люди, но комиссии субъектов Федерации должны эти вещи отслеживать. Дайте указание насчет договоров хотя бы, чтобы это было. Это же, вообще, ни в какие ворота не лезет. Давайте это сделаем.
А насчет наблюдателя, то, что Вы говорите, я просто хочу привести пример. По нашему же приснопамятному закону Председатель говорит так: этот наблюдатель вел агитационную работу на избирательном участке, милиция, удалите его. И все, и он больше на участок не войдет, и протокола не получит, и не сможет снять, как подсчет голосов идет, и прочее. И подпишут два-три товарища, скажут: да, действительно, он вел агитационную работу, он бабушке что-то говорил. Нюансов масса. Я уже провожу не первый десяток избирательных кампаний.
А. А.ВЕШНЯКОВ
Вы где будете на выборах, в Самаре?
С. В.ИВАНОВ
Я буду в Томске, скорее всего.
А. А.ВЕШНЯКОВ
Вот хорошо. В Томск у нас едут представители, вместе …
С. В.ИВАНОВ
Я буду и на Вологде. Вот в Вологде сейчас такая же …
А. А.ВЕШНЯКОВ
Чтобы не голословно говорить, давайте …
С. В.ИВАНОВ
Бога ради, Александр Альбертович, пожалуйста. Я буду наблюдателем на одном избирательном участке. Я говорю, что уже двадцать избирательных кампаний, может, даже больше провел. Меня можно ставить председателем комиссии на любом участке. Я все механизмы знаю, как все делается, от и до. Вы понимаете, когда есть установка, избирательные комиссии ничего не делают. Идите, судитесь в суд. Но кто дал средству массовой информации право определять законно это или не законно? Это то же самое, что я сейчас подойду к кому-нибудь, наручники надену и скажу: так, Вы своим видом оскорбляете достоинство этого собрания. Ну, это же абсурд. Но так происходит. И комиссия молчит. Идите в суд и судитесь.
А. А.ВЕШНЯКОВ
У вас же есть прямой способ, у партии, у которой есть опыт, у Вас, у которого есть опыт. Если бездействует избирательная комиссия субъекта – жалоба в Центризбирком России. И оперативность вам обеспечена в рассмотрении этого вопроса. Я понимаю Ваши в данном случае пафос и возмущение, но в то же время есть правовые механизмы, как это решать, и нужно решать.
С. В.ИВАНОВ
Понимаете, если раньше у нас было две возможности – и в ЦИК и в суд обратиться, сейчас обычно людям начинают говорить, в суд обращайтесь, они обращаются в суд, а пока суд решения не примет, вы не рассматривайте данный вопрос. Правильно?
А. А.ВЕШНЯКОВ
Пожалуйста, если вы выберете дорогу в суд, тогда идите в суд.
С. В.ИВАНОВ
А суд сколько будет длиться, Александр Альбертович?
А. А.ВЕШНЯКОВ
Ну, я же не могу в данном случае суд подменять.
Не снята же альтернатива. Мало ли что говорят – иди в суд. Иди в ЦИК, быстро все будет.
А. А.ВЕШНЯКОВ
Пожалуйста, пошла партия другая, СПС в данном случае по Самарской области. В течение пяти дней был рассмотрен вопрос, восстановлены ей права. Это факт или не факт? Поэтому давайте в данном случае не стонать, а работать, исходя из тех норм, которые определил законодатель, то есть вы. (Шум в зале.)
Коллеги, коллеги! У нас еще есть записавшиеся выступающие.
Михаил Анатольевич Тодышев – член исполнительного комитета и директор центра правовых ресурсов Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока. Прошу, Михаил Анатольевич.
М. А.ТОДЫШЕВ
Спасибо. Знаете, когда мы заявлялись на участие, сотрудники аппарата удивились, а какой вдруг интерес у коренных народов к этой теме? Вы знаете, самый прямой. Дело в том, что четвертая часть народов Российской Федерации не представлена уже долгие годы в российском парламенте. И это проблема. Я на своем личном опыте пытался, как бы, пройти весь этот путь и скажу, как мнение эксперта, что последние демократические выборы состоялись, наверное, в 1990 году. Выборы народных депутатов Российской Федерации.
В чем состоит суть проблемы? Коренные малочисленные народы. Само слово "малочисленные" предполагает, что они находятся в недоминирующем положении. Это 40 коренных малочисленных народов, проживающих на своих исконных землях на обширной территории Российской Федерации, это 64 процента жителей. 27 северных территорий не имеют ни одного представителя не в Государственной Думе, не в Совете Федерации. Последний был. Но вот, Николай Анисимович из Эвенкии дорос до роли помощника Председателя Совета Федерации.
О каком реальном участии в принятии решений, касающихся этих народов, можно говорить? На региональном уровне это наше представительство постоянно вымывается. Это все результат, скажем так, нашего избирательного законодательства. То, как мы его совершенствовали, то, каким мы его получили и на сегодняшний день имеем.
В то же время, я думаю, для членов Комитета по конституционному законодательству будет важно посмотреть на международные обязательства Российской Федерации вот в этом вопросе. Если мы посмотрим Конституцию, то статья 69 гарантирует коренным малочисленным народам права в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации. А статья 15, пункт 4, четко и ясно провозглашает приоритет и то, что эти общепризнанные принципы и нормы международного права и международного договора являются составной частью правового поля Российской Федерации.
Что мы имеем на сегодняшний день? Если в Федеральном законе от 30 апреля 1999 года № 82 "О гарантиях прав коренных малочисленных народов" была статья 13, которая давала право субъектам Федерации вводить квоту представительства для коренных малочисленных народов в представительных (законодательных) органах субъектов Федерации и в представительных органах местного самоуправления, то в результате принятия закона № 122 эта норма признана утратившей силу.
В итоге мы не посмотрели на свои международные обязательства, в соответствии с которыми государство должно уважать право лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, на эффективное участие в решении публичных дел, включая участие в делах, относящихся к защите и развитию самобытности таких меньшинств. Это Копенгагенское совещание-конференция по человеческому измерению ОБСЕ, это Декларация ООН 1992 года о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим религиозным, языковым меньшинствам, в соответствии с которыми лица, принадлежащие к меньшинствам, имеют право эффективно участвовать в публичной жизни и эффективно участвовать в принятии решений на национальном и (где это возможно) на региональном уровне. Это касается меньшинств, к которым они принадлежат, или регионов, в которых они проживают. Соответствующие положения закреплены в статьях 4 и 15 Рамочной конвенции Совета Европы о защите национальных меньшинств.
В результате принятия закона № 122 мы нарушили международные обязательства Российской Федерации.
Скажите, пожалуйста, как нам решить эту проблему? Как вернуть эту норму, это право субъекта Федерации – вводить квоту представительства? Опыт есть. И закон об общих принципах…
Организации законодательных и исполнительных органов государственной власти …
М. А.ТОДЫШЕВ
Нет, наш Федеральный закон об основных гарантиях избирательных прав, он совершенно не противоречит этой практике квотного представительства. Пункт 3 статьи 1 этого закона позволяет на федеральном уровне федеральными конституционными законами, иными федеральными законами и на уровне субъектов Федерации законами субъектов Российской Федерации устанавливать гарантии избирательных прав и право на участие в референдуме гражданам Российской Федерации, дополняющие гарантии, установленные этим федеральным законом.
Есть, на мой взгляд, пробел в избирательном законодательстве, который необходимо восполнить. И я очень прошу записать в рекомендациях наших парламентских слушаний о необходимости внесения изменений в избирательное законодательство в части введения нормы квотного представительства для коренных малочисленных народов, которые не имеют возможности, не имеют никаких гарантий представительства в законодательных (представительных) органах ни на федеральном уровне, ни на региональном. И, естественно, нет этого на уровне местного самоуправления.
Есть прекрасный опыт на Ямале, в Ханты-Мансийске. Есть хороший опыт, совершенно уникальный, на Сахалине. Это наше российское достижение, разрешение Центризбиркома на этот эксперимент, он увенчался… Я скажу, что это хороший опыт и можно применять различные варианты. Мы бы хотели знать и иметь возможность поучаствовать в подготовке такой законодательной инициативы.
Необходимо, естественно, вносить изменения и дополнения в другие законы. Спасибо.
Спасибо.
Андрей Юрьевич Бузин, руководитель Межрегионального объединения избирателей.
А. Ю.БУЗИН
Многие из здесь присутствующих, в том числе и я, судя по всему, имеют достаточный опыт проведения выборов и наблюдали за этими выборами, за тем, как эволюционировала российская избирательная система в последние 12 лет. И у меня создалось впечатление, что российская избирательная система завершила свой избирательный виток и перешла от советской избирательной системы на существенно более высокий уровень. Тем не менее, мы к настоящему времени научились имитировать альтернативные выборы. Если советская избирательная система в течение очень длительного времени… А я напомню, что в Советском Союзе выборы были всегда, за исключением периода Великой Отечественной войны. Первые выборы вообще в Советской России прошли еще в 1917 году в петербургскую Думу, и они были достаточно хорошо устроены. Они назывались выборами. В Конституции у нас было достаточно много написано о выборах.
Тем не менее, сейчас, глядя назад, все мы говорим, что да, советские выборы все-таки были выборами с изъяном. С моей точки зрения, мы пришли к выборам тоже с большими изъянами, это действительно во многом декорация выборов, хотя у нас были надежды. У нас были возможности каким-то образом прийти к выборам таким, которые бы соответствовали международным избирательным стандартам.
Я не буду много говорить сейчас и приводить очень много конкретных примеров. Просто регламент этого не позволяет. Но все-таки есть достаточно серьезные исследования. К ним я отношу в первую очередь исследования Независимого института выборов. Есть книги, в частности, я написал две книги. Одна называется "Фальсификация выборов в городе Москве", другая называется "Административные и избирательные технологии. Московская практика". Там эти конкретные примеры прямо приведены, прямо по деталям, поэтому не буду сейчас останавливаться на этом. Хочу только в общих чертах сказать вот о чем.
Много здесь говорилось об избирательном законодательстве и о практике правоприменения. , приводил примеры, говорил Александр Альбертович, говорил Александр Владимирович Иванченко. Они говорили, с моей точки зрения, о каких-то все-таки деталях. И у меня создается впечатление, что мы пытаемся, глядя на избирательное законодательство, говорить только о деталях.
Александр Альбертович говорит о том, что мы будем с помощью SMS оповещать наблюдателей о том, как прошло голосование на участке, о результатах голосования. Это хорошо, это прекрасно. Я целиком и полностью поддерживаю это направление по развитию ГАС "Выборы". Это замечательное, с моей точки зрения, направление. Но главное ведь не в этом. В действительности происходят основные фальсификации, когда составляются так называемые повторные протоколы.
Кстати, SMS-cообщение по повторным протоколам тоже Вам придет.
А. Ю.БУЗИН
Будет приходить по повторным протоколам, а по первичным оно не будет приходить.
Что касается вопроса составления повторных протоколов, сколько бы ни было, а это было уже несколько раз, предложений по изменению избирательного законодательства, ну, вот группа Шейниса работала неоднократно и подавала предложения по этому поводу, тем не менее, они не принимаются.
Вот удивительно, что те поправки, которые были приняты за последние полтора года, имеющие, кстати, с моей точки зрения, ярко выраженную политическую направленность, эти поправки принимались. А поправки, которые, с моей точки зрения, направлены на серьезные возможности увеличения открытости и гласности выборов, на препятствование тому нарушению одного из основных принципов российского избирательного права, а один из основных принципов – это равноправие претендентов, тем не менее, отклоняются.
Вы частично, между прочим, затронули этот вопрос, и Сергей Михайлович обратил на это внимание, когда говорили об отмене избирательного залога и об отмене сбора подписей для всех партий. Действительно, сейчас, несмотря на то, что записан в избирательном законодательстве принцип равноправия, партии неравноправны по этому признаку. По этому признаку они неравноправны, и мы видим, что это используется, активно используется избирательными комиссиями, судами, а, в конечном счете, администрацией.
То же можно сказать и об образовании избирательных комиссий. Квотный принцип образования избирательных комиссий, с моей точки зрения, является нарушением принципа равноправия. Если вы посмотрите… Кстати, здесь выступал представитель ЛДПР, очень удивительно статистика показывает, что, оказывается, у нас почти во всех организациях, например, в московских, есть представители ЛДПР. Когда образуются избирательные комиссии, оказывается, все организации, все школы, все поликлиники, – представители ЛДПР там присутствуют. Почему? Да просто потому, что администрация обращается к партии ЛДПР для того, чтобы они дали им соответствующее разрешение на выдвижение от этой партии.
Это два примера неравенства, неравноправия участников выборов.
Но главный изъян российских выборов, с моей точки зрения, заключается в том, что мы имеем администрацию, можно назвать через запятую, государство как политическую силу. Администрация на выборах выступает как политическая сила. При отсутствии реального разделения властей это дает возможность очень серьезных преференций, настолько серьезных, что практически от выборов остается только оболочка.
Я еще мог бы говорить…
Последнее, что я скажу. Может быть, когда вы говорите об агитации, вы опять же упоминаете, например, вопрос о том, что в 9 часов утра дают время, а не в 9 часов вечера. Речь не об этом. Разделение, которое произошло в 2002 году, на агитацию и информацию не действует. За счет массированной пропаганды административных кандидатов и административных избирательных объединений мы получаем очень серьезное искажение результатов волеизъявления избирателей. Я бы оценил это в 20–30 процентов.
То есть, когда я говорю о том, что мы не имеем настоящих выборов, я имею в виду, что у нас 20–30 процентов, с моей точки зрения, – искажение результатов представительного органа по отношению к реальному волеизъявлению избирателей, и в первую очередь не за счет того, что неправильно считаются голоса, а за счет этого предварительного этапа. Спасибо большое.
Присаживайтесь, пожалуйста. Спасибо.
Коллега Борисов, к сожалению, имя и отчество не написал, поэтому, извините, только по фамилии представляю.
И. Б.БОРИСОВ
, Российский общественный институт избирательного права.
Я постараюсь кратко и, во-первых, начну с того, что поблагодарю за приглашение на такую интересную дискуссию. Ведь всегда тема выборов, тем более избирательной кампании, вызывает наиболее обостренные чувства таких общественных правоотношений. И мы видим, что здесь ораторы, специалисты, эксперты, аналитики как раз переходили в плоскость политических баталий, а именно не законодательства.
У меня взгляд на эту тематику более оптимистичный, и хотел возразить как раз Александру Владимировичу Иванченко по этому поводу, что мы еще до федеральной избирательной кампании выпьем не один ящик "Боржоми", но все-таки приведем наше избирательное законодательство в ту оптимальную форму, по которой необходимо проводить федеральные выборы. То есть найдем все-таки свой оптимальный путь для Российской Федерации, для ее политической системы, по которому будем участвовать и будут участвовать кандидаты и политические партии на федеральных выборах в 2007 и в 2008 годах.
Однако я хотел заострить внимание уважаемого экспертного сообщества на такой интересной детали (о ней сегодня мало говорили), что в поправках 2005 года, когда они принимались, понятно, с какими событиями были связаны, то есть, как говорят, вместе с водой наши законодатели выплеснули и ребенка. Речь идет об общественном наблюдении на выборах.
Более того, 2005 год, вы прекрасно понимаете, когда произошла серия "оранжевых" революций, 2003 год – Грузия, 2004 год – скандальные выборы в Украине. Ну, естественно, какие-то меры государство с целью обезопасить себя от внешнего фактора приняло ограничительные – отстранила общественность от наблюдения.
Однако возникает вопрос: каким образом сегодня наше российское общество будет легитимировать процесс, точнее, результаты процесса выборов. Кто это сделает, кроме общественности, которую устранили? Политические партии? Сомневаюсь я в этом. Партия "А" обвинит партию "Б", что она за счет административного ресурса урвала у нее голоса, которых им не хватило для абсолютного большинства. Партия "Б", естественно, наоборот. Все остальные партии, начиная с различных букв русского алфавита, будут обвинять уже и партию "А", и партию "Б", в том числе и законодателей, а также организаторов выборов.
То есть у нас сегодня отсутствует, так скажем, третейский судья в виде общественности, который может четко сформулировать, что же произошло на выборах и какой действительно истинный результат.
Хочу обратить внимание, что у нас в новейшей российской истории эволюция роли представителей общественности на выборах периодически менялась, она шла как бы по синусоиде. То есть еще в законе РСФСР 1981 года у нас допускалось аж шесть категорий представителей общественности, включая представителей трудовых коллективов, общественность сельских, уличных, квартальных, домовых комитетов.
Далее. В Указе Президента от 1 октября 2003 года "О выборах депутатов Государственной Думы" у нас вообще никто не допускался, то есть это было упущение. Однако с началом процесса стабилизации и роста демократии у нас постепенно привлекались общественники, ну, за разными исключениями.
И вот мы опять дожили до 2005 года, когда общественность полностью исключена из избирательного процесса.
Я хочу опять же обратить внимание, что если незаконная власть может стать легитимной, то нелегитимная власть никогда не станет законной. Поясняю. Незаконная власть, военный переворот в Таиланде, сентябрь 2006 года, стала законной после внесения ряда поправок в законодательство. Третий тур выборов Президента Украины, который прошел за рамками действующего национального законодательства. Опять власть стала законной.
И опять же хочу указать на то, что нелегитимная власть редко становится законной. Это "розовая" революция в Грузии (2003 год), события в Киргизии в марте 2005 года, это на выборах в парламент, когда опять возникали революционные события. То есть речь идет о том, что необходимо каким-то образом все-таки привлекать общественность в качестве некого арбитра по процедурам организации и проведения выборов, подсчета голосов, установления результатов.
Более того, сегодня международная общественность к России настроена явно негативно. То есть заключение ОБСЕ, БДИПЧ при ОБСЕ, такой международной организации, в которой буквально в первых числах месяца был опубликован отчетный доклад за прошлый год ("Freedom House"), в котором Россия ставится на то же самое место, что и Северная Корея, Куба и страны Африки, где вообще нет никакой демократии.
Поэтому только общественность, мы, сплотившись внутри, можем предоставить некую картинку организации проведения выборов с точки зрения международных избирательных стандартов, с точки зрения стандартов демократии. И представить уже эту картинку как раз международной общественности в ту же Парламентскую ассамблею Совета Европы, Парламентскую ассамблею ОБСЕ, в Европейский союз для оценки, потому что сегодня альтернативной оценки, кроме БДИПЧ ОБСЕ, нет. БДИПЧ ОБСЕ, я хочу напомнить, постоянно дает отрицательное заключение по результатам выборов в Российской Федерации.
Сегодня уже сделаны первые шаги в этом направлении в комиссии Общественной палаты. Андрей Станиславович Пржездомский здесь присутствует. Создан уже координационный совет для привлечения общественных организаций к наблюдению за выборами. Создана «Горячая линия». Но опять же, нет полномочий, нет прав, нет, естественно, обязанностей у этих организаций, у этого координационного совета. Естественно, и не будет результата.
Я прошу, уважаемые законодатели, уважаемые организаторы выборов, обратить внимание на эту проблему. Спасибо.
Спасибо.
Александр Альбертович, я думаю, может, с места ответить на те замечания, которые были сделаны, а потом ваш покорный слуга скажет тоже пару слов, и будем на этом подводить итоги.
А. А.ВЕШНЯКОВ
Спасибо, Юрий Афанасьевич.
Уважаемые участники слушаний! Несколько ответов на вопросы и некоторые предложения, которые, на мой взгляд, действительно надо поддерживать. По некоторым просто я хотел бы дать справку.
Первая позиция, о которой хотелось бы сказать, в целом о нашем избирательном законодательстве, его применении и по поводу сегодняшнего обсуждения. Я позволю себе высказать следующий тезис. Внимательно слушая сегодня в очередной раз критику в адрес нашего законодательства о выборах, я все-таки хотел бы сказать следующее. Законодательство, регулирующее проведение выборов в России, не такое уж плохое. Более того, когда пытаются сказать, что оно коренным образом не соответствует международным избирательным стандартам, это не правда.
Проблема в другом. Проблема в применении этого законодательства. И здесь проблема действительно есть. Я сейчас покажу даже на конкретных примерах, что она существует. И как можно ее решать. Применение как раз зависит от нас с вами и сидящих в президиуме, и в зале... Это политические партии, это общественные организации, это и представители Минюста. Я надеюсь, что здесь есть и представители прокуратуры, и Верховного Суда. От них многое зависит, то есть от нас с вами, участников парламентских слушателей.
Можно по-разному действовать. Можно только обвинять и критиковать, а можно делать конкретное дело по правильному применению законодательства о выборах в России, что пытается делать Центризбирком России там, где у нас есть соответствующие полномочия, права и возможности. Или, например, как действует ряд общественных организаций, образовавших Координационный совет по наблюдению за организацией проведения выборов в Российской Федерации в преддверии федеральных выборов. Об этом только что говорили, Андрей Станиславович Пржездомский – координатор этого совета. Совершенно нормальное нужное дело.
В этом ключе есть возможности работать, и надо работать! Но в то же время, когда мне говорят, и сегодня с трибуны в том числе, у нас на каждом участке в Москве есть представители ЛДПР, и Бузин нам показывает механизм, как они появляются в данном случае. Это к кому претензии-то? К Центризбиркому России, к законодателю? Потому что законодатель сказал: есть такое право у партии, которая представлена в Государственной Думе. Назовет она кандидатуру в состав комиссии, и он обязательно будет назначен. Но если человек назначается такой, что потом ничего там не делает и не формирует отношения к принимаемым решениям участковой избирательной комиссии, более того, со всем соглашается, и с тем административным ресурсом, о котором вы говорили, так это что? Это беда партии, беда нашей политической системы пока еще незрелой.
И вот сейчас, когда идет подготовка к формированию тех же участковых избирательных комиссий, которые будут впереди комиссий субъектов Российской Федерации, которые будут формироваться, начиная с апреля месяца, давайте подойдем к этому делу серьезно и ответственно! Направляйте туда людей, которым вы доверяете, готовьте их, учите их тем правам, которыми они обладают. И тогда это будет действительно человек, который сможет остановить вовремя административный ресурс, его проявления в работе той или иной избирательной комиссии. … Может скажете, что утопист, а что вы другое предлагаете? Скажите.
Или наблюдатели на избирательном участке. Да, я уверен в данном случае, если наблюдатели будут подготовленные люди, будут четко знать и понимать свои права, свои возможности, обучить их – это одна из задач, в том числе и политических партий. Кстати, Координационный совет тоже берет на себя эту функцию, так давайте это сделаем! Тогда никто наблюдателя не выведет из избирательного участка. Я очень затрудняюсь представить ситуацию, когда депутата Государственной Думы или депутата законодательного органа с такой подготовкой, как у Иванова Сергея Владимировича, кто-то выведет из избирательного участка как наблюдателя, якобы нарушившего закон.
Более того, в каждом субъекте Российской Федерации на выборах 11 марта будут представители Центризбиркома России. Пожалуйста, одна из задач, которые мы ставим для наших представителей: когда приезжаете туда – войдите в контакт с каждой политической партией, участвующей в выборах. Поддерживайте этот контакт, решайте мгновенно те вопросы, которые возникают во время избирательной кампании.
Давайте в этом направлении работать! То есть я приглашаю к сотрудничеству по правильному применению законодательства о выборах в Российской Федерации: и на региональных выборах, и на федеральных. Для этого у нас есть масса возможностей.
Вторая позиция, в которой говорят о том, что все, что принято, только в интересах одной партии. Сожалею, что нет ее представителя и никто не выступает от этой партии.
Первый ряд почти пустой, это места для тех, кого мы приглашали, в том числе представителей политических партий, но кто, к сожалению, по каким-то причинам не пришел.
А. А.ВЕШНЯКОВ
Но я позволю все-таки сказать, что это далеко не так. То, что принято, это в интересах не одной только партии. С чем-то можно согласиться, а с чем-то можно и спорить. Та же пропорциональная система, вообще говоря, не выгодна партии, которая называется партией власти. Могу привести простой пример. Если бы не было пропорциональной системы на выборах в субъектах Российской Федерации, то в нынешних условиях и той беззубости общественных организаций и политических сил, как правило, на выборах побеждают представители только одной доминирующей партии по мажоритарной системе. Это же факт, который вы хорошо знаете. А пропорциональная система в какой-то мере гарантирует более справедливую работу избирательной системы в нынешних российских условиях.
Пожалуйста, московские выборы: избраны 15 депутатов по одномандатным округам, это мажоритарная система, все они – представители одной партии, и 20 депутатов – по пропорциональной системе, от трех разных партий. Да, пропорция невелика, но все-таки в представительном органе представлены политические партии.
Да, можно критиковать пропорциональную систему, и она не самая лучшая, которая взята на вооружение, но в то же время представительность разных политических сил в парламентах субъектов Российской Федерации она, как правило, обеспечивает. Даже на региональном уровне, когда пытались сделать систему преференций с открытыми списками, столкнулись с массой проблем и неготовностью наших избирателей понять ее и применить на практике. Что, мы сразу на федеральные выборы пойдем с такой системой, заранее зная, что это не будет работать в таких масштабах в нашей стране в нынешних условиях?
Поэтому и найдена была формула, максимально приближенная к этим преференциям, к преферансу, о котором сегодня говорили, – с региональной разбивкой соответствующих групп.
Но принципиальная была позиция, о которой почему-то сейчас даже не говорят, которую надо осуждать общественным мнением, то есть в том числе и вами, уважаемые представители партий, общественных организаций, институтов. Зачем используют технологию так называемых рекламных кандидатов или «паровозов»? Ведь закон ее не подразумевает напрямую. Это уже практика искаженного применения этой позиции в нашем применении, так давайте с ней бороться соответствующим образом, в том числе и ЛДПР, которая тоже начинает это использовать.
Следующая позиция относительно формы протокола участковой избирательной комиссии. Да, она самая сложная, наверное, если сравнивать с другими странами. Но в то же время, когда мы стали изучать этот вопрос: если что-то оттуда убрать, например, строчки по открепительным удостоверениям.
Тогда что мы получим? Опять сразу тут же недоверие: кто там голосовал, на основании какого документа, сколько их выдано, погашено? Помните украинский прецедент, который мы получили и хорошо знаем? Поэтому мы пришли к выводу, что надо будет все равно оформлять акт: сколько было получено открепительных удостоверений, сколько выдано, сколько погашено. Значит, кроме протокола понадобится еще один документ. Что, это будет проще? Не будет проще, а будет еще хуже.
Поэтому комплексный документ под названием "протокол участковой избирательной комиссии", установленной законом формы, действует на протяжении уже более пяти лет. И там, где готовятся и обучают участковые избирательные комиссии по его заполнению, тренируясь в том числе, там не возникает этих проблем.
В Москве, где к этому готовятся спустя рукава, возникает масса проблем, в чем мы убедились на конкретных выборах. Так вот куда надо энергию тратить, уважаемые коллеги из Московской городской избирательной комиссии, а не судиться с Центризбиркомом России, проиграв четыре суда за последний только год. Вот в чем проблема, понимаете, в данном случае.
Есть у некоторых совсем другая идеология проведения выборов в России, та, на основе которой некоторые выступающие нарисовали свою картину и сказали, что это советская система выборов к нам вернулась. Да нет, у нас далеко не советская система, но некоторые хотели бы сделать ее советской, но не Центризбирком России и не Комитет, который организует эти парламентские слушания.
И что нужно поддержать? Конечно, нужно поддержать в данном случае необходимые корректировки того порядка заключения договоров представителей партий с региональными телерадиокомпаниями, которые совершенно перегружены излишними требованиями.
Я столкнулся с этой проблемой в Пскове, когда был там на прошлой неделе. Приглашаю к сотрудничеству в этих вопросах. При этом если возникает какая-то ситуация на выборах, ждать, что Центризбирком, как пожарная команда, прилетит в Самару, и там будет решать вопросы, невозможно. А на конкретную вашу жалобу будет конкретное рассмотрение и принятие решения в рамках законодательства Российской Федерации. Это вам гарантируется.
Или еще одна позиция – коренных малочисленных народов. Серьезная проблема для Российской Федерации, подчеркиваю, Российской Федерации. И здесь, может быть, уместно записать в рекомендациях парламентских слушаний: действительно, взять и рассмотреть эту проблему с учетом того, что произошло при изменении законодательства в совокупности, не только законов о выборах. Потому что мы действительно можем получить серьезные проблемы в этой части, представительства коренных малочисленных народов и в парламентах субъектов Российской Федерации, и в Федеральном Собрании в том числе.
Поэтому, уважаемые коллеги, я не согласен со многими тезисами о том, что у нас все безысходно. У нас есть выход. Выход в том, чтобы мы активно работали над применением в неискаженном виде законодательства Российской Федерации, а не так, как иногда пытаются навязать некоторые политические силы.
Спасибо, Александр Альбертович. Уважаемые коллеги, я благодарю всех, кто принял участие в наших слушаниях и должен отметить отдельные моменты.
Во-первых, я несколько не то что озадачен, а несколько, может быть, даже разочарован тем, что очень у нас все это прошло таким обычным образом, когда основной лейтмотив – как все плохо. Поэтому я попытаюсь хотя бы сказать пару слов о том, что на самом деле хорошо, и каким образом существующие нормы, а равно и иные возможности можно применять в текущей избирательной кампании или в других.
Например, к сожалению, никто не вспомнил о постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации. А ведь в постановлениях Конституционного Суда содержится огромное количество ключей, которые для грамотного человека, использующего эти ключи, дают феноменальные возможности.
Вот я специально распечатал акт, постановление от 30 октября 2003 года №15-П по исковым заявлениям нескольких журналистов, где Конституционный Суд прямо сказал, что агитация отличается от прочего информирования наличием умысла на склонение к тому или иному волеизъявлению.
Умысел ставится в центр вопроса и доказать его невозможно. И вот что говорит Конституционный Суд: "Само по себе позитивное или негативное мнение о ком-либо из кандидатов не является предвыборной агитацией и не может послужить основанием для привлечения к административной ответственности представителя организации, осуществляющей выпуск средств массовой информации".
То есть через средства массовой информации партии могут абсолютно свободно заниматься высказыванием своих предпочтений, причем выражение предпочтений является ничем иным, как разновидностью выражения мнения. Следовательно, применительно к профессиональной деятельности представителя средств массовой информации толкование такого действия, как выражение предпочтения в качестве правонарушения без доказанности его направленности именно на агитацию, означало бы ограничение свободы выражения мнений.
Может быть, с этого следовало бы начать, это была моя ошибка, но мне бы хотелось, чтобы у нас прозвучали по большей части вот такие варианты о том, что мы можем сделать, о том, что могут сделать партии в рамках действующего законодательства.
Как правильно применять? В этой части я абсолютно согласен с Александром Альбертовичем в том, как правильно применять действующее законодательство и постановления Конституционного Суда. Грамотный юрист даже по отмененной графе "против всех", если возьмет постановление Конституционного Суда и посмотрит на его установки, касающиеся выражения мнения гражданами, выражающими и распространяющими его даже без оплаты из избирательного фонда, также найдет там для себя очень и очень много интересного.
Конечно, отдельная огромная тема – правосознание. И здесь какое бы количество протоколов и справок или еще чего-то ни изобретать, мы все равно упремся в одну простую вещь – это правосознание. Когда уважаемый Сергей Владимирович говорил о том, что можно убрать наблюдателя с избирательного участка, сразу возникает вопрос: и что, и никто, и другие наблюдатели других партий никогда не заступятся за этого человека, которого явно незаконно убирают, если он не вел никакой агитации? Конечно, скажут: "Убирают конкурента, радоваться надо". Правда, да? Это уровень нашего правосознания.
Совершенно отдельная тема – судебные решения по вопросам избирательного права. Никто никогда не видел полного банка этих самых решений. Ваш покорный слуга был неоднократно вовлечен в судебные процессы. Один только пример приведу, когда мы говорили о том, что у данного кандидата нет денег в избирательном фонде для того, чтобы оплатить то или иное мероприятие, их реально нет, вот выписка с его счета. А суд нам отвечает: "Ничего, у него до окончания формирования фонда еще море времени, его как бы авансируют, а он потом, набрав этот фонд, им отдаст".
Вопрос: имеет ли право кандидат тратить то, чего у него нет, имеют ли право авансировать кандидатов при финансировании избирательного процесса? И так далее. Я могу приводить много примеров подобного характера, но у меня нет задачи открывать некие специальные…
А. А.ВЕШНЯКОВ
Можно сказать? Юрий Афанасьевич, Вы говорите, что нет банка данных решения судов. Он есть. Центризбирком выпускает каждый год все решения Верховного Суда Российской Федерации отдельной книгой.
Именно этого я и ждал.
А. А.ВЕШНЯКОВ
Более того, я это должен был раньше сказать. Мы подготовили и выпустили научно-практический комментарий к последней редакции Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации».
Ко всем изменениям, включая те, которые были приняты до 1 января 2007 года, мы попытались дать комментарии. Завтра мы сделаем презентацию этой книги, разошлем всем заинтересованным лицам. В этом объемном труде, в том числе приведены конкретные решения Конституционного Суда, Верховного Суда и Европейского суда в том числе. То, что нужно опять-таки для применения, вооружения лиц, участвующих в избирательных кампаниях.
Я-то имел в виду решение других судов, поскольку до Верховного Суда доходят далеко не все случаи.
А. А.ВЕШНЯКОВ
Но там много прецедентов.
Много, да.
Хочу сказать по поводу квот для коренных малочисленных народов. Михаил Анатольевич, в Совете Федерации я представляю Эвенкию. Если мы будем говорить о квоте для представителей коренных малочисленных народов, то это уже точно рассечь ситуацию на две части: национальность играет роль или количество мест от определенных территорий в парламенте играет роль? Если национальность, то мы с Вами расходимся кардинально, потому что я вам один маленький пример приведу.
Я выиграл в Верховном Суде Российской Федерации все дела своего региона, касающиеся изменения порядка формирования органов местного самоуправления. Я не знаю, кто лучше бы это мог сделать.
Если мы говорим о количестве мест в законодательных собраниях для представителей территорий, где проживают коренные малочисленные народы, здесь мы с вами на 100 процентов совпадаем абсолютно. И в качестве примера могу Вам сказать, что при слиянии субъектов Федерации Эвенкийский и Таймырский автономные округа в Законодательном собрании нового Красноярского края получили по два мандата вместо одного, как это должно было бы быть. Это в том числе и усилиями вашего покорного слуги, скажу без ложной скромности.
Направления Вашей мысли абсолютно разделяю. Готов над этим работать, но только прошу определиться. Если мы говорим о национальности, то это будет одна ситуация. Если говорим о количестве мест и о весе данной территории в законодательном собрании субъекта Федерации, тут я с Вами на 100 процентов согласен. Хотя во время последней переписи многие русскоязычные, проживающие в Эвенкии, записывали себя эвенками, дабы получить преференции по поводу службы в армии, по поводу всяких выплат, компенсаций и так далее. Это в качестве легкой иллюстрации.
Уважаемые коллеги, еще раз хочу сказать, что полагаю весьма продуктивным наш сегодняшний разговор. Конечно, те рекомендации, которые находятся у вас в файлах, не более чем проект.
И я забыл еще сказать вот о чем. Тут был затронут аспект международного взаимодействия. Мы только что с Владимиром Ивановичем Лысенко вернулись из Страсбурга, где принимали участие в конференции по межпарламентскому измерению выборного процесса, его наблюдения. Там договорились до того, что пора создавать специальную профессию под названием "наблюдатель".
За неимением времени, не углубляясь в тему, скажу только, когда мы взяли их документ (могу желающим передать) под названием Кодекс хорошего поведения (good practice) и сказали: "Ребята, у вас тут так все написано здорово, только что-то очень размазано, а есть Конвенция СНГ, гораздо более конкретная". Нам тогда ответили: "Спасибо, не надо". А в конце намекнули, что Парламентская ассамблея стран НАТО – это да, мы ее принимаем в качестве партнера, Парламентская ассамблея Совета Европы – да, тоже принимаем, а ОБСЕ – это вообще… А вот Парламентская ассамблея СНГ, знаете, мы подумаем, стоит ли признавать вас в качестве наших партнеров.
Поэтому на эту тему есть тоже много всякой разной информации. Если кого-то заинтересует, я так понимаю, что как раз господина Борисова это может заинтересовать, мы готовы этой информацией поделиться.
Понятно, что рекомендации, находящиеся у вас в файлах, не более чем эскиз. Понятно, что то, что сегодня здесь прозвучало, мы обязательно включим без эмоций, без экспрессий. Но предложения, которые прозвучали, на наш взгляд, требуют очень серьезной проработки: и что касается изменений в законодательство, и что правоприменительной практики и ее совершенствования, и что методических рекомендаций и нашего общего правосознания и его улучшения.
Я благодарю всех присутствующих, всех выступивших, всем всего доброго.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 |
