История цивилизаций – это круг бесконечно повторяющихся случайностей (стр. 4 )

– Антенна дальней связи цела?

– Она пострадала немного – большие разрушения понесла в основном рубка.

– Брось все необходимое на ее восстановление. Необходимо срочно связаться с модулем. Там решается дальнейшая судьба планеты – буден ли она вообще существовать. Расскажи мне, – попросил я, – что же произошло здесь, на базе?

– Это началось два дня назад. В какой – то миг нашу базу накрыл огонь, и все, кто оказался на поверхности, погибли. В одних огонь расплавил скафандры, а других порезали осколки камня и металла. Одновременно с этим произошло сотрясение грунта, завалило антенну, произошел обвал верхнего хранилища дублей, но об этом ты знаешь и сам.

– Не отвлекайся, – попросил я его.

– Огонь, что пронесся по базе, был радиоактивен, взорвались накопители у флаерах, что стояли на поверхности, накопители в модулях, зеркалах. Все выходы на поверхность оказались завалены, так что нам удалось выбраться на поверхность только через семь часов. Успели увидеть все – и вспышки в атмосфере Земли, и как ее поверхность постепенно скрыли облака пыли. Наверху были все, кто мог ходить, наблюдали за этим, а когда вернулись, компьютер, в голосовом режиме, сообщал обо все новых и новых активизированных капсулах.

Лексус – радист сообщил, что за несколько минут до его гибели, аппаратура уловила и записала какой – то модулированный сигнал. Он считает, что все это было следствием сигнала, что кто-то или что-то уловило его, и приняло как сигнал к действию.

Находящиеся в этот миг на поверхности, видели, как недалеко от базы, в небо взлетела, и понеслась в направлении Земли огромная глыба, а выхлоп от ее двигателя накрыл базу.

Погибшие на Земле рассказали, что видели в небе мощные вспышки, по их словам это была термоядерная реакция. Потом на Материк обрушился метеорит. Более точные данные о положении на Земле получить нет возможности – негде размещать новых обитателей, а отсюда за поверхностью наблюдать невозможно – вся планета укрыта мощным слоем пыли, поднятой в атмосферу.

Десять процентов ячеек до сих пор не активизированы, и о судьбе их владельцев нет никаких известий. Можно только догадываться, как они выжили и где находятся, но думаю, что долго они там не протянут – на всей планете зима, а Арии к ней не приспособлены.

– А где Элия, что с ней?

– Судьба Элии неизвестна, дубль в капсуле не активирован, – ответил Доло.

– Где сейчас Тейт и Лере?

– Находятся в капсулах – они в то время были на Земле, и пока я сам справлялся с делами.

– Пусть и дальше там находятся, уложи в статис также всех раненых, пусть будут там, пока мы не сможем ими заняться. Найди в хранилище монтажников и всех необходимых, попроси помочь, несогласных и запаниковавших положи обратно. Все статис – капсулы эвакуированы из разрушенного хранилища?

– Уже все, – ответил он, выслушав сообщение спасателей, – все капсулы целы, только твоя была повреждена, и я распорядился доставить сюда оборудование для дублирования – ты сейчас без подстраховки.

– Не надо, у меня есть еще два дубля – Лукас позаботился. Направь лучше всех свободных на восстановление станции накопителей и радиорубки, я также к ним иду, работы много.

Через десять минут, когда я надевал скафандр, собираясь выйти на поверхность, неожиданная и дикая в этой ситуации мысль пришла мне в голову – давняя Игра закончена, я выиграл, хоть и не собирался. Эта победа мне не нужна, тем более в таких обстоятельствах, хотелось завыть от боли и бессилия, но нельзя показывать, что я растерян и испуган – на меня смотрят люди, которые доверяют мне, надеются на меня. Стиснув зубы, я шагнул на поверхность Луны.

* * *

Флаер помят и негерметичен, но на нем можно летать, а большего и не требовалось. Я, Герлиш и Раскин искали то место, из которого стартовал берсерк, опасаясь от врага новых опасных сюрпризов, которые могут на нас ждать.

Заложив вираж, я снизил высоту, и полетел над самым краем впадины. Ее размеры поражали воображение, и, несмотря на лунный день, солнце не доставало до дна, которое скрывалось в темноте. Температура при взлете берсерка была огромная – поверхность камня остекленела и матово блестела при свете низко стоящего Солнца.

– Вряд – ли там сохранились, какие либо следы, – сказал Герлиш, – все сплавилось.

– Лучше увидеть это своими глазами, убедиться, что оттуда не стоит ждать неприятностей. Раскин, что ты видишь на экране радара?

– Наблюдаю непонятно что, то ли помехи, то ли движение небольших объектов. Визир ничего не показывает – недостаточная освещенность. Датчики отмечают радиацию, но небольшого уровня, накопитель флаера продержатся часа два – он экранирован свинцом, но лучше убраться пораньше, не испытывать судьбу.

Внутри этого флаера, набитого аппаратурой, нам было тесно, но выбирать было не из чего – целыми остались только два, и второй находился на разборке, его собирались дублировать по частям – таких больших дубликаторов, что бы скопировать его целиком, не осталось. В целых остались пять малых, предназначенных для копирования людей, и один большой, на котором копировали парные зеркала.

Проблема была в воде – она заканчивалась, и доставить ее с Земли было проблематично. Открытый нами пласт льда слишком беден, но и он годится лишь для промышленных целей. На базе начинался засушливый сезон.

– Сбрасываю осветители, – сообщил я, – Раскин, включай запись изображения и сигналов с радара, на базе просмотрим их еще раз.

Зонды понеслись вниз, освещая стенки кратера, и над самим дном зависли, освещая шевеление небольших, не больше собаки существ, которые бегали по дну, перенося на себе какие то детали.

– Они что-то собирают, – сказал Герлиш, – брось вниз пару накопителей, посмотрим, как им это понравится.

Я не заставил себя упрашивать и, сбросив их вниз, отвел флаер за край воронки. Вернулся на прежнее место только после яркой вспышки, прошедшей на дне кратера – взорвались накопители. Предосторожность не оказалась лишней – зонд, висевший над центром кратера, упал вниз, пораженный электромагнитным излучением – в будущем необходимо научится, как-то от этого защищать оборудование. ЭМИ подействовал не только на зонд – центр кратера теперь был покрыт неподвижными слугами, но от стен воронки на их место спешили новые, продолжая копошение возле конструкции, расположенной в центре. Подождав еще немного, и сбросив вниз еще несколько накопителей, мы помчались на базу.

– Просмотрим в спокойной обстановке фильм, а потом решим, как дальше будем действовать, – Раскин и Герлиш были не против этого.

* * *

Прошло всего несколько дней, и вместо отчаяния пришла некоторая уверенность в завтрашнем дне. Найденный мощный пласт льда не только спас нас от жажды, но и дал для дубликаторов обменный материал. Лексус на радиостанции обследует окрестное пространство, пока безуспешно пытаясь связаться с марсианской экспедицией. Его неудача не о чем не говорит – ячейки их дублей неактивны, и это прекрасно, значит, они живы.

Весь свободный персонал базы находится в зале собраний, и смотрит кадры, отснятые в кратере Чужих.

– Как видите, – начал Герлиш, – они к этому времени убрали испорченных слуг, и приступили к монтажу своего устройства. В стенах кратера видно отверстия, откуда они появляются, и откуда выносятся части механизма. Мое мнение – срочно уничтожить их, не дать закончить сборку устройства. Ничего хорошего нам от них не дождаться, одни неприятности. В первый раз они не добили нас, теперь будут пытаться закончить свое дело, и могут в нем преуспеть.

Мой план таков – зависаем над кратером, сбрасываем накопители, излучателем уничтожаем то, что, они монтируют, сбрасываем накопители еще несколько раз – по мере того, как слуги будут собираться, а потом спускаемся сами. У меня подготовлен ручной излучатель и его в любое время возможно размножить. Он немного тяжеловат, ведь его источник питания – накопитель, пришлось упаковать в свинцовый футляр. У меня все.

– Какое твое предложение, – спросил я у Раскина.

– Я согласен с Герлишем, только уничтожать то, что они монтируют нельзя, возможно, что оно взорвется. Еще необходимо переправить модуль с дублями поближе к цели, так резервы и все необходимое будет под рукой. Регенераторы в наших скафандрах рассчитаны только на два часа, и до этого их ресурсов нам хватало, но, сколько времени займет операция, неизвестно. Я тоже сказал все, что хотел.

Я сидел и слушал все, что они говорили, пытаясь принять единственно правильное решение, то, которое нам поможет уничтожить базу Чужих, посягнувших на наш дом. Сначала мы разберемся с ними на Луне, потом на Марсе, а затем вычистим от них всю Солнечную систему.

– Хватит, я понял вас. Кто пойдет туда? Я и не сомневался, что хотят все, но есть один нюанс. Кто из вас умеет танцевать Древний танец? – двадцать один человек, вполне достаточно, не придется искать по ячейкам статиса овладевших этим искусством. Со мной пойдете только вы, мы перегоним поближе к цели модуль, на нем будет на каждого по два дубля. Если этих тел не хватит, пойдут запасные, еще двадцать человек – сегодня они будут отобраны. Каждый понесет гравитационный датчик – мы должны составить схему тоннелей, видеть, где захлебнулось атака и где находится каждый из нас.

* * *

Два часа длилось выжигание накопителями всего, что двигалось внизу, а когда поток прибывающих слуг иссяк, пять флаеров камнем ринулись вниз.

В белом ярком свечении флаер летел, вернее, падал вниз. В атмосфере его падение сопровождалось бы свистом или ревом, но здесь все происходило в полном молчании, нарушаемом только дыханием моего напарника, слышным в наушниках, та громким стуком собственного сердца.

Поверхность все ближе, приближается она с пугающей быстротой, вызывая у меня, как и у любого пилота, не сидящего за пультом в такой ситуации, легкую панику.

Нос флаера поднялся, над самой поверхностью с тонким взвизгом включились компенсаторы, не давая инерции расплющить наши тела, столб пламени вспыхнул и погас, остановив падение флаера. Слим и я почти вылетели из флаера, который немедленно поднялся, прикрывая нас, пока мы выполняли разгонные «па», и были беззащитны. Слим, подобно мне, был младшим сыном наследника клана, обучались мы «Танцу» у одного учителя, и наши «разгоны» проходили синхронно, воздух не создавал сопротивления – скорость разгона контролю не поддавалась, и только раздавшийся в голове хлопок показал, что первая степень достигнута. Мы синхронно «танцевали», так же синхронно подхватив лучеметы, вместе устремились в темнеющий зев пещеры.

Красные точки наводки, видные в приборе ночного видения, мелькали впереди нас. Слим прикрывал мою спину, а я выжигал любую цель, появляющуюся впереди. Даже сейчас, находясь в режиме полного разгона, нам с трудом удавалось опережать слуг Чужих, носящихся с большой скоростью по туннелю, и которым было все равно – пол под ними или потолок.

Первое разветвление встретилось в шестидесяти футах от входа, и метнувшийся навстречу слуга, показал, куда идти. Пока Слим перекрывал этот туннель, я своим входом в соседний обозначил его для компьютера, а потом побежал дальше. Даже для нас, прошедших «разгон», слуги передвигались очень быстро, но в этот момент меня беспокоило не это, а то, где спрятались их хозяева, что они замышляют, почему не показываются. Мысли, метавшиеся в голове, не мешали сжигать механизмы слуг, бросавшихся на нас. Сотни пройденных футов тоннеля заносились компом в память, рисуя виртуальную паутину подлунного мира, который мы позже обследуем полностью. Но это позже, а сейчас перед нами туннель и слуги, кидающиеся на нас.

Пещера, в которую я чуть не ворвался с разбега, своими размерами напоминала виденную мной на Фобосе, в центре ее копошилась металлическая масса, из которой время от времени вырывались новые слуги, устремляющиеся в нашем направлении.

– Слим, сигналь на поверхность – мы нашли завод, – впервые после входа сюда сказал я, – пусть отметят его.

– Готово, – сообщил он, – теперь моя очередь, – он бросил пакет накопителей в шевелящуюся массу, и мы бросились назад. На боковом экране шлема вспыхивали секунды, отмечая оставшееся до взрыва время – двенадцать, одиннадцать. При счете три мы завернули в боковой тоннель, надеясь в нем скрыться от взрыва и ЭМИ. Счет секунд закончился, и сотрясение почвы показало, что накопители сработали вовремя. Скафандры продолжали функционировать, значит, нас не зацепило.

Слим подошел к стене туннеля, и пока я прикрывал его, осветил ее, осмотрел отбитый им кусок, и сказал:

– Ферриты, богатое месторождение, может в будущем сгодится.

Мы счастливо засмеялись, и пошли назад. В пещере лежали груды теперь неподвижных слуг, которые мы встречали раньше, а железная масса в центре состояла из их копий, только намного меньшего размера.

– Здесь мы закончили, пора осмотреть остальные проходы. Я думаю, нас больше беспокоить не будут, сбрасывай «разгон», или мы из него не выйдем.

Пока я прикрывал нас, Слима крутило от боли в мускулах, он кричал, лежа под моими ногами. Теперь настала моя очередь – боль пронзила тело, разлилась по нему, мускулы сжимала судорога – так долго в «разгоне» я еще не находился, и боль от выхода из него была расплатой за эксплуатацию собственного тела. Одно хорошо, то что не пришлось переходить во вторую фазу «разгона», ведь боли от выхода из нее я бы не выдержал.

– Пора убираться отсюда, кислорода осталось очень мало, – Слим был согласен со мной, и мы быстро направились к выходу из этого лабиринта, не забывая осматриваться по сторонам, прикрывая друг друга.

Пробираясь к выходу, мы встретили Отиса и Кони, которые должны были продолжить обход подлунных пещер. Ни хозяев этих лабиринтов, ни их слуг мы больше не встретили, да и были ли они, эти хозяева?

* * *

Кажется, я начал привыкать умирать. Пройти без единой царапины лабиринт Чужих, и умереть от взрыва накопителя, структуру которого разрушила радиация – обидно. После выхода из статиса я сразу спросил у Герлиша:

– Ну, рассказывай, что у нас здесь произошло, пока меня не было? – я слушал его и одновременно рассматривал на мониторе сеть лабиринта, которая медленно увеличивалась.

– Потерь нет, запасенные дубли не понадобились, обнаруженные центры сборки слуг уничтожены. Удалось захватить неповрежденными десять сборщиков и четыре монтажника – так ребята называют малых и больших слуг. Сначала мы их поместили в свободном боксе, но они начали разбирать нашу аппаратуру и монтировать новых слуг, пришлось поместить их в статис – поле.

– Еще, какие ни будь, проблемы с ними были?

– Нет, очень похоже на то, что мы им глубоко безразличны. Они стремились к выходам из туннелей, а не нападали на нас, ребята брали их голыми руками.

– Какие ни будь живые существа обнаружены?

– Нет, никого.

– А новые штольни, на другом уровне обнаружены?

– Нет, все тоннели находятся на одном уровне. Облетели стенки кратера, также ничего не обнаружено, голая отвесная стена.

– Выходит, что наш противник это мыслящее неорганическое существо?

– Ты рассказывал о еще двух известных базах – на Марсе и в поясе астероидов, и вполне возможно, что прилетели они из другой системы.

Наш разговор внезапно прервали – зашипели створки двери, впуская Лексуса.

– Только что состоялся сеанс связи с Марсианской экспедицией, все живы, берсерки, а вернее их начинка выжжена, и они вместе с кораблем пролетят мимо Земли через пять дней. Лукас просит помощи – на корабле закончилась вода, заканчивается энергия, флаеры разбиты во время сражения с берсерками. Они хотят узнать обстановку на базе, состояние их дублей а также, что им делать теперь. Сеанс связи с ними состоится через, – он посмотрел на часы, – сорок минут, и они не хотят попусту тратить остатки энергии.

– Все ясно, найди Слима, Бранта и вместе с ними отправляйся в рубку, жди меня. Герлиш, дай задание подготовить к полету флаер, загрузить в него транспортное и грузовое зеркала, запас накопителей – Слим полетит на перехват корабля.

Затянувшееся ожидание гибели закончилось, теперь необходимо думать на несколько лет вперед. Все близнецы зеркал, отправленных в космос, уничтожены, попасть на корабль, отправленный в систему Кита, не представляется возможным. Через тридцать дней реле переключит автопилот на возвращение, а этого допустить нельзя – ближайшие годы заправить и повторно запустить корабль возможности не будет.

Два с половиной тысячелетия назад, когда захватчики из Арики пытались уничтожить моих предков, их интересовали наши земли, а чужих Земля не интересует, они пытаются просто уничтожить всю разумную жизнь.

Фаэтоны после первой атаки берсерков выжили, вновь вышли в космос, после чего их планета подверглась тотальному уничтожению, была разрушена. Марсиане не подверглись атаке берсерков лишь потому, что перебрались на Землю и в непривычных условиях существования деградировали, не засветились перед ними.

Наш выход в космос включил их систему, давшую приказ на уничтожение, и если бы удар с Луны нас уничтожил, то берсерки зависли бы в пространстве, ожидая новых команд. У слуг Чужих, монтирующих устройство, нацеленное на Землю, и летящих в космосе берсерков одна цель – уничтожить разумную жизнь, а при неудаче этого – всю планету.

В рубке меня уже ждали те, кого пригласил – Брант, Слим, Лексус. Проблема дальней связи – это ожидание на ответ, и чем больше расстояние, тем длинней пауза.

– Брант, ты должен вычислить траекторию для перехвата корабля флаером, который поведет Слим, подготовь для Лукаса все вопросы, которые тебе необходимы для этого. Слим, я знаю, что самый лучший пилот на Земле – это ты, и в конце пути понадобиться все умение, что бы выйти на корабль, перехватить его. Компьютер выведет тебя на корабль, а остальное зависит только от тебя. Нам нельзя терять корабль, остались две базы пришельцев и нам их не достать без него, кроме того, на нем находится груз, необходимый для дальнейшего развития и существования нашего общества. Еще одно, Слим, как зовут пилота, что нас опускал в кратер?

– Люпус.

– Он поведет флаер на перехват другого корабля.

– База, база, – донесся из динамика голос Лукаса, – вызывает корабль, ждем ответа на вопросы, прием.

Брант включил секундомер, замеряя время ожидания, и начал говорить:

– Мы собираемся на перехват вашего корабля отправить флаер с зеркалами и накопителями, для этого нам необходимо знать ваши координаты, траекторию и скорость полета. Примерное расстояние до вас я определяю по скорости прохождения радиоволн, но если есть точные координаты, будет намного лучше. Ваши дубли в полном порядке, так что беспокоиться не надо. Говорите, что вам еще необходимо для возвращения домой, прием.

Секундомер отсчитывал время, а мы в молчании ждали ответа.

– Говорит корабль, – донеслось из динамика, – мы продержимся до прибытия помощи, сообщаю наши координаты.

Брант записал информацию, услышанную из динамика, и повернулся ко мне:

– Мне нужен главный компьютер, на нем находиться информация и программы, необходимые для расчета.

* * *

Самое трудное занятие – это ждать. Ждешь отправки флаера и его возвращение, ждешь получение информации, окончание опыта. Для нас ожидание не повод бездельничать, работа продолжается. Одни добывают лед, другие, более умелые, восстанавливают оборудование.

Вито, просматривая файлы на компьютере, обнаружил дубль физика, многие годы добивавшегося проведения запрещенных экспериментов с делящимися материалами. Его роботы прежде были не нужны, никто средств на это отпускать не собирался, ведь с нас хватало одной Катастрофы.

Сегодня надобность в нем возникла – прибор, монтируемый Чужими, был атомным оружием – наших знаний оказалось достаточно, только что бы определить это.

– Отпустите меня, я буду жаловаться совету кланов. Кто провел опыты с ядерным оружием, кто обошел меня? – начал он свои жалобы.

– Реддинг, успокойтесь, никто этих опытов не проводил, на нас напали чужаки, и они почти уничтожили жизнь на Земле. Вы в живых остались только потому, что я в свое время произвел дубляж вашего тела.

Радиация разрушает накопители, поэтому на Земле нельзя было проводить эксперименты, на которых вы настаивали. Сейчас у нас большие проблемы с накопителями, мы не можем спуститься на Землю и провести эвакуацию оставшихся в живых Ариев, а вы по пустякам закатываете скандалы.

Я знаю, что в клане Акулы, при работе в библиотеке, вы разыскивали информацию об оружии, применяемом до Катастрофы. У нас есть работа по вашей специальности – осмотреть устройство Чужих и решить, как его обезвредить, мы почти уверены, что это ядерное устройство. Позже мы вам предоставим время и место для его взрыва, вы согласны?

– Это так неожиданно, – немного успокоился он, – я был уверен, что отказы мне, это чьи – то происки, что меня обошли. Я был на внешних землях – проводил поиск редких растений, когда на горизонте взорвалось термоядерное устройство, потом это произошло над моей головой, и я получил ожоги, от которых позже скончался. Можете рассчитывать на меня и мои знания.

– Вито, доставь Реддинга к устройству, пусть осмотрит, – и тихо добавил, – смотри за ним.

Прошло двое земных суток, с тех пор, как Слим и Люпус отправились в космос, на перехват неуправляемых кораблей. Для этого пришлось переоборудовать флаера, поставить дополнительные баки, вмонтировать капсулы статиса.

Слиму придется пробыть в полете трое, а Люпусу двадцать суток, причем в не приспособленных для таких длительных полетов устройствах. Для них путешествие займет неуловимое мгновение, в которое флаером будет управлять киберпилот, и их мастерство понадобится только в конце пути.

* * *

– Как ты относишься к тому, что бы наша новая база находилась в этом месте, – спросил я у Герлиша, указывая на большую пещеру, бывшую базу Чужих, в которой мы сейчас находились.

– Здесь же радиация?

– Именно здесь ее нет, а зараженные места можно завалить, изолировав их от безопасных. В любом случае нам необходимо место для новой базы, ведь старая разрушена, необходимо строить все заново, а здесь надо только разместить под покрытием пола компенсаторы гравитации и уплотнить стены. Ты заметил, что стенки каньона напоминают стекло от воздействия высокой температуры? Твой излучатель сможет сделать подобное с этими пещерами?

– Сможет, только придется его переделывать, ведь нынешний только пожжет в стене отверстие. С этой проблемой я справлюсь, только как быть с высокой температурой, ведь у нас нет механических слуг, которые могут перенести ее.

– Штольни здесь неширокие, можно их обжигать небольшими участками, устанавливая широко фокусный излучатель на изолированную платформу. Придумаем, что ни будь, может получиться использовать для этого слуг Чужих. Я надеюсь, что Хранитель поможет нам с этим справиться. Твое дело переделать излучатель под широкий выходной луч, способный расплавить эти стены. Возьми образец материала, пусть определят состав пород и точку их плавления.

– Есть еще одна возможность для изоляции стен – покрыть их силумином, – вмешался в разговор Вито, стоявший до этого в отдалении, но прекрасно слышавший разговор по радио.

– Листы силумина очень прочные, но после застывания они не поддаются никакой тепловой обработке, только с помощью излучателя в них удается пробить отверстие, но они не плавятся, и не разбиваются. Я не представляю, как их можно соединить вместе так, что бы они ни пропускали воздух, – возразил Герлиш.

– Я и не говорил, что знаю, как соединить между собой листы, – сказал Вито, – просто лист силумина можно разрушить, послав через несбалансированное зеркало, а потом проводить с ним опыты. Вы оба знаете, что пробитый лист силумина срастается, затягивая дыру, это просто одна большая псевдожидкая молекула, возможно, что после разрушения целостность ее структуры восстановится.

– Прекрасно, вот ты и займись этим, а Герлиш займется проблемой со своей стороны, и можете подключать к делу любого не занятого. Когда разберетесь с проблемами, то вместе решим, какой способ лучший, – озадачил я их. Конечно, если человек гениальный, это хорошо, но если гениев много, то это уже большая проблема.

– Вито, а где сейчас Реддинг?

– Он продолжает возиться со своей новой игрушкой, и я назначил ему помощников, которые, меняясь, присматривают за его безопасностью. Там слишком большой фон радиации, но он не хочет уходить оттуда, не разобравшись в первую очередь в том, что нам попало в руки. С него снял дубль, теперь пусть рискует здоровьем этого тела, а в следующий раз будет осмотрительней.

Сюда, на место нашей будущей базы начали прокладывать шахту для лифта, но сейчас выбираться на поверхность приходится старым способом – на флаере. Небезопасный способ, если учитывать повышенный фон радиации в кратере и во внешних участках коридоров.

* * *

Место осмотра изделия Чужих накрыли пластиковым покрытием, поэтому я на него и не обратил по прибытии сюда внимания, да и расстояние от стенок кратера, до центра, где оно монтировалось порядочное – три с половиной – четыре мили, в этот кратер вполне мог поместиться меньший спутник Марса – Деймос.

Внутри ярко освещенного участка возился Реддинг, счастливый от выпавшей возможности возится с этой, восхищающей его миленькой «игрушкой». Я ему дал обещание, что в назначенный час мы взорвем эту бомбу, ведь база на Марсе оставалась главной угрозой нашего благополучия.

– Реддинг, тебе удалось разобраться с устройством этого сооружения?

– Вполне, правда пришлось вначале ее разобрать, но теперь я знаю, как она действует и как ее взорвать, а сейчас она вполне безопасна.

– Значит, ее можно транспортировать отсюда в другое, более безопасное место?

– Вполне, она не опасней окружающего нас камня, но она, как и эти камни, излучает определенный, и довольно таки сильный фон. Впрочем, она довольно таки стабильная, и фон, излучаемый ею не ее собственный, а полученный от этого, сильно радиоактивного места. Поэтому, ее лучше до использования держать вдали от места нашего проживания. Мне интересно взорвать ее, проведя при этом некоторые опыты, необходимые для дальнейшего производства таких устройств, кстати, она взрывается, только попадая в кислородосодержащую атмосферу. Процесс этого довольно сложный, но я могу провести его в любое время.

– В будущем ты сможешь сделать подобные устройства?

– Не очень скоро, мне будут необходимы расщепляющиеся материалы, а их дублировать слишком опасно и дорого. Если они будут необходимы, то мы их найдем на Земле, я обследовал некоторые перспективные места, кроме того, они должны быть и на Луне, но ее еще никто толком не осматривал.

– К сожалению, попасть на Землю в ближайшем будущем невозможно, слишком большая радиация, некоторые пытались опуститься на ее поверхность, но взорвались в верхних слоях атмосферы. Посмотри на последствия взрыва нескольких таких устройств, – я показал ему на грязно – серый шар Земли, висевший высоко над нашими головами, – осматривать Луну и искать на ней полезные ископаемые мы будем позднее, когда покончим с базой врагов на Марсе и в поясе астероидов.

– Влад, – обратился ко мне Реддинг, – на Земле моим увлечением было выращивание растений, и если вы мне выделите помещение, то через некоторое время к столу будут свежие овощи.

– Это было бы неплохо, у нас для дубликата есть только замороженные образцы. На базе хранится запас семян растений, с которыми мы проводили опыты, он довольно большой и там есть из чего выбирать. Оранжерея была, но она наибольше пострадала, разрушена. Когда восстановишь ее, можешь выращивать что тебе угодно, парни помогут тебе.

– Я только закончу собирать это штуку в первозданный вид, а потом займусь оранжереей, – было видно, что он очень доволен разрешением, а свежим продуктам будут рады все ребята, давно не видевшие их.

Может быть, я еще долго беседовал с Реддингом, но скоро расчетное время прибытия Лукаса, надо поспешить.

* * *

Сигнал пришел на сорок минут позже, заставив меня поволноваться и, усомнится в непогрешимости компьютеров. Возвращения ребят и корабля я ждал с нетерпением, надеясь, что с его прибытием некоторые наши проблемы разрешатся сами собой.

Лексус включил зеркало, его обруч покрылся серебряной мерцающей пленкой, через минуту пропустившую через себя Лукаса, который за это время сильно похудел. Выходившие за ним парни выглядели не лучше, а одного даже вели, поддерживая под руки.

Я крепко обнял Лукаса, поздравляя его с возвращением. Кругом нас все обнимались, радуясь возвращению героев, отразивших грозившую Земле опасность.

– Здравствуй брат, – произнес Лукас.

– Здравствуй, я очень рад тебя видеть живым и здоровым, – радуясь и похлопывая его по спине, говорил я.

– Расскажи мне лучше, что здесь произошло, что с Землей, – попросил он.

– Об этом немного позже, а сейчас мы начнем передавать на корабль воду, там готовы к этому?

– Да, на нем остались Слим и Эльф, которые самые здоровые, но они с нетерпением ждут сменщиков и возвращения сюда.

– Лексус, скажи, пусть включают передачу воды, мы немного запаздываем с графиком торможения. Почему вы опоздали с возвращением, что вас там задержало?

– Это не мы задержались, а компьютер флаера Слима, неверно рассчитавший траекторию. Слиму чудом, на последних каплях воды, удалось вывести его к кораблю.

– Траекторию рассчитывали на компьютере базы, использовали программу движения планет и тел системы, ошибки исключаются. Может быть, неправильно вычислены и переданы координаты корабля?

– Мы их также высчитывали и перепроверяли на большом корабельном компьютере, ошибки исключены, – ответил Лукас.

– Брант, – позвал я астронома, – что-то в твоих расчетах оказалось неверным, проверь их еще раз, торможение корабля очень энергоемкое, а воды у нас маловато.

Невероятная мысль пришла мне в голову, заставив встревожиться и спросить:

– Можно проверить координаты нашей базы, Земли?

– Да, – ответил Брант, – используя в расчетах некоторые звезды, планеты системы.

– Проверь все.

Через пол часа мы знали, что орбита Земли и связанной с ней Луны проходит немного ближе к Солнцу, сбивая все наши расчеты.

– Я проверил не один раз, всеми известными мне способами, использовал разные ориентиры. Все время выходили одни и те же координаты – Земля изменила не только орбиту, но и угол наклона. Я не могу сейчас вычислить ось вращения Земли, не хватает данных, но новые координаты расположения планет введены в программу. Ошибка в маршруте корабля будет минимальной, я сделал все, что смог в этих условиях, для большего мне необходимо много времени и чистая атмосфера Земли.

– Передай полученные расчеты на корабль, а потом иди в обсерваторию и попытайся определить все изменения в орбите.

– Еще одно, на данном этапе корабль сможет догнать Землю, которая в это время уходит от него, только использовав большое количество энергии. Легче и экономичнее использовать притяжение Солнца и инерцию движения самого корабля, что – бы обогнать планету и использовать для торможения верхние слои атмосферы и гравитацию Земли. Это мое мнение, а вам решать.

– Ты специалист в своей области, сделаем по–твоему. Прекратить перекачку воды на корабль и отозвать оттуда Слима и Эльфа – пусть отдохнут, им это надо, – отдав распоряжения, я спросил у ребят, – кто со мной пойдет на корабль?

* * *

Через водоворот цветных огней я пронесся на корабль. В центре рубки управления, единственно большого помещения, возвышался шар Хранителя. Я прибыл к нему, что бы прояснить вопросы, которые меня волновали.

– Они тяжело искалечили Землю, – начал я, – на ней стоит ядерная зима, мы не можем спуститься на нее и помочь оставшимся в живых. Враги миллионы лет скрывались в недрах Луны, ожидая своего часа, они подло нанесли удар, уничтожили все, что было нам дорого. Они готовились еще к одному, последнему удару, но нам удалось помешать им, захватить их базу и нескольких слуг. Почему, – спросил я у Хранителя, – зачем им уничтожать нас?

– Ответа на этот вопрос у меня нет, но его могут дать захваченные роботы. Мне удалось взять бортовой компьютер под свое управление, обмениваться с ним информацией, надеюсь, что это получится и с захваченными роботами. Любая информация может стать сейчас жизненно важной, необходимой для выживания, доставь роботов ко мне.

– Сейчас сюда прибудут техники, кого ни будь из них направлю за роботами.

Я огляделся вокруг. Четырнадцать человек, долго живущие в тесном помещении, невольно устраивают там беспорядок, который я наблюдал вокруг себя.

Мы строили этот корабль без особых удобств, используя каждый кубический фут пространства для размещения исследовательской аппаратуры, топлива, накопителей. Просторная рубка корабля с аппаратурой и креслами, установленными у стен, две каюты, одна из которых стала радиоактивна и туалет – все это ради безопасности размещено в самом центре корабля. Вся обстановка функциональна, но удобств мало, никто не знал, что на корабле придется провести почти четыре недели. Лукас рассказал, что им пришлось отключить компенсаторы гравитации, ведь энергии после уничтожения берсерков с трудом хватало на регенерацию и вентиляцию кислорода. Гравитация включалась редко – только для посещения туалета, не предназначенного работать в невесомости.

– О чем ты задумался, – спросил Хранитель.

– О неудачах, которые преследуют мои начинания!

– Разве это неудача? Ты и представители твоей расы живы. Вы можете начать все сначала, отвергнув старые ошибки и предрассудки, применить свой опыт для создания новой цивилизации. Перед вами вся Вселенная, идите и живите.

Зеркало заблестело, и через него прошли техники, везущие тележки с приборами.

– Лукас просил захватить с собой две упаковки накопителей, сказал, что вы знаете зачем, – сказал Джанго, – куда их поставить?

– Поближе к Хранителю, а потом вернешься на базу и привезешь капсулу с захваченными роботами. Передай, пусть пришлют по одному монтажнику и сборщику.

Ждать Джанго пришлось недолго, и пока он ходил я помогал техникам распаковывать привезенную аппаратуру.

– Переместите капсулу поближе ко мне, и желательно, что бы роботы в ней касались информационного шара.

Совместить шар Хранителя и находящихся в капсуле роботов казалось довольно сложно, пришлось под основание капсулы подставлять коробки, поднимать ее.

– Этого довольно, а теперь отключите статис и откройте капсулу.

– Роботы могут создать проблему, начать монтаж своих копий, разбирая нашу технику, – возразил я Хранителю.

– Они уже под моим управлением, но сканировать их я смогу только при отключении замедлителя.

Ждать результатов пришлось недолго. Я никак не могу привыкнуть, что компьютеры и Хранитель думают и действуют быстрее нас, разговаривая с нами, они одновременно выполняют еще массу разных действий.

– Эти роботы идеальное орудие, – начал рассказывать о добытой информации Хранитель, – довольно сбросить на планету двоих, и через некоторое время она будет кишеть ими. Сборщик предназначен только для сборки и ремонта. У него мало информации, но он, по сути, завод в миниатюре – может использовать окружающее для производства себе подобных. Монтажник проще по устройству, но вся информация о задании, схемы устройств уничтожения содержится в его блоках памяти, но в них нет ничего о месте, откуда они прибыли. Вся информация, что удалось скачать с него, уже помещена в бортовой компьютер. Программа их действий проста, и состоит из четырех пунктов – создать базу и берсерка, ждать сигнала, после чего уничтожить жизнь на планете, если это не удалось – уничтожить планету.

– Я надеялся, что их информация позволит нам покончить с этой войной.

– Может быть, все это есть на Марсианской базе. Перепрограммируйте этих роботов, сбросьте их на планету – они перепрограммируют роботов, которые находятся там, и вместе с ними начнут разрушать базу. Вам останется только прийти и взять их голыми руками.

– Останется только доставить их на планету, на которую нам не удалось спустить ни одного зонда, – отметил я.