Многоликий кризис. О явных причинах, тайных пружинах и истинной природе кризиса (стр. 2 )

Многополярность мировой финансовой системы не обязательно означает отсутствие управления из единого центра.

Сторонники «конспирологических» теорий утверждают, что в результате подобной трансформации, все стратегические активы мира, как мы писали выше, окажутся под прямым или опосредованным контролем «тайного мирового правительства». Респектабельнее выражать почти ту же самую мысль словосочетаниями типа «наднациональные институты мирового сообщества» или «транснациональные суперкорпорации». Главное при этом то, что тот или иной «центр управления» для сохранения возможности управлять должен будет контролировать мир через систему ценностей (посредством СМИ), иметь контроль над финансовой и банковской системой (посредством управления эмиссией мировых резервных валют), через политическую систему координации правительств отдельных государств.

Многополярный мир сможет весьма устойчиво служить интересам «мирового сообщества», гораздо надежнее, нежели современная система противостояния, сдерживания, мирового лидерства. Нынешняя система отживает свой век, она неэффективна, громоздка, дорогостояща. Она была и нужна, и эффективна, и оправдана в прошедшие годы и десятилетия — как механизм противостояния с мировой социалистической системой, как система пропаганды, распространения и внедрения системы ценностей, целей, верований, как механизм завоевания «мирового господства» или же, в менее эмоциональной формулировке — «скоординированного управления глобальной системой». Но когда оно завоевано, система может быть и должна быть изменена.

Мировая суперсистема будет гораздо более управляема, а, следовательно, и устойчива, если она будет состоять из согласовано взаимодействующих, а не воюющих друг с другом подсистем. Как высший организм состоит из отдельных жизнеспособных и квазиавтономных клеток, так и мировая система обретет новый уровень устойчивости в конфигурации взаимодействующих квазиавтономных подсистем. Таковыми квазиавтономными подсистемами в новой конфигурации мира станут группы стран, формирующиеся вокруг новых/старых центров силы: США, Евросоюз, Россия, Китай... Центрами силы могут стать или оставаться, в частности, те из них, кто будет обладать востребованной «экспортной корзиной» товаров, услуг, систем ценностей, что может стать базисом возникновения локальных валют, взаимосвязанных друг с другом и с мировой валютой посредством контролируемых счетных механизмов. В подобной квазистационарной суперсистеме не возникнет необходимости в надувании финансовых пузырей, создании финансовых пирамид. В ней не будет стихийной борьбы за ресурсы, но в ней останется возможной конкуренция и соперничество. При этом «мировое сообщество» постарается быть верховным арбитром и установить механизм «гармонизации» взаимодействия подсистем: для каждой подсистемы будет установлен некий коридор возможного развития, за пределы которого нельзя будет выходить ни в сфере экономики, ни в сфере политики, ни в сфере культуры. Новое «мировое правительство», получив «вечную» и устойчивую власть над миром, учтет конечность ресурсов и выстроит разумную экономику благополучия на основе конвергенции рабовладения и коммунизма.

Новое «мировое правительство», получив власть над миром, выстроит «экономику благополучия» на основе конвергенции рабовладения и коммунизма.

Только так может быть продлена жизнь действующей парадигме «прогресса». Целый ряд признаков[25] косвенно подтверждают предположение о том, что Россия уже врезана в новый мировой паззл и ее роль в будущей суперсистеме определена, согласована и отрабатывается.

УДЕЛ РОССИИ

Большинство россиян находится в плену самых диких, самых нелепых заблуждений относительно ответственности руководителей нашей страны и позитивности ее перспектив. Наш долг – воплотить эти заблуждения в жизнь.

М. Делягин

Самый главный вопрос, не «какой дорогой мы движемся», а куда мы движемся? Когда шофер везет нас ночью, да еще и в тумане, нам, конечно, любопытно, по каким улицам мы едем, тем более, если знаем, какая из них — тупик, но все-таки, важнее знать, куда он планирует доставить нас в конце концов. Всякий раз, когда заходит речь о «выходе из кризиса», возникает желание спросить: «Выход — куда?»

В России на протяжении последних десятилетий неотвратимо и целенаправленно разрушались и к настоящему времени фактически ликвидированы целые промышленные отрасли. Для этого было достаточно поддерживать в течение 15-20 лет ставку кредитования на уровне, превышающем возможную рентабельность. В таких условиях промышленное производство не может существовать, что и произошло. Однако, для экспортно ориентированных, то есть представляющих международный интерес, производств существовала возможность получать дешевые валютные кредиты за рубежом, что сохраняло условия существования, но и делало бизнес в прямом смысле заложником зарубежных кредитодателей. Дополнительный, но не менее, а во многих случаях более сильный фактор, лишающий многие отрасли промышленности конкурентоспособности, это политика выравнивания цен на энергоносители. Оценить эти действия и эту политику можно по-разному. Можно считать это безумной, безответственной глупостью, разрушением и уничтожением страны, примитивной компрадорской алчностью, полагать, что весь олигархат и коррумпированное правительство доведут страну до полного разорения и сбегут на милый их сердцу Запад с награбленными долларами.

Можно, однако, нарисовать и иную картину. Косвенные признаки указывают на то, что правительство России не просто ограничено в выборе вариантов дальнейшего развития, а имеет ровно один единственный вариант (предписан он «бенефициарами ФРС» или же согласован с «мировым G-сообществом» - в рассматриваемом контексте имеет второстепенное значение). Действия правительства, в том числе и по быстрой или медленной ликвидации нерентабельных, неконкурентоспособных производств в условиях открытости экономики России и ее полной вовлеченности в мировую глобализированную геоэкономику, определены подготовкой к новому месту и новой функции России в посткризисном мире.

Действия правительства по быстрой или медленной ликвидации неконкурентоспособных производств в условиях открытости экономики России определены подготовкой к новому месту и новой функции России в посткризисном мире.

Оснований ожидать от «мирового сообщества» излишне сентиментального отношения к «жертвам Пикалево» нет никаких. Гуманизм, несомненно, будет проявлен на стандартном доступном уровне (вода, еда, одеяла и т. д.), но восстанавливать гибнущие производства, предназначенные для совершенно иной, умершей конфигурации мира, никто не будет. Но, постольку поскольку Россия будет действовать в соответствии с принятыми планами, постольку ей будет многое дано, прощено и дозволено. Признаков этому уже немало, например, в развитии газотранспортных систем: вот уже и Швеция с Финляндией «осознали» и свою выгоду от трубопровода «Норд Стрим», против которого они прежде активно выступали, а в альянс «Южного потока» включилась Франция. Это происходит по мере осознания странами своих новых ролей в новой конфигурации мира.

Не по этой ли причине «заработанные» в «тучные годы» доллары Россия держала в США, а не строила дороги, не инвестировала в развитие собственной экономики, науки и т. д., о чем неустанно говорили, писали, кричали на всех углах экономисты, промышленники, политики? А, может, Россия их и не заработала вовсе? Что сделала Россия — и могла ли хоть что-то сделать — для повышения мировых цен и спроса на нефть? Мировыми ценами на нефть Россия не заведует, это делают совсем другие люди, которые с помощью этого механизма замечательным образом «связали» и «стерилизовали» значительную массу долларов, продлевая и контролируя тем самым работу собственной долларовой пирамиды. Так что в процессе трансформации мира у России своя роль и функция, и мы предполагаем, что Правительство исполняет ее достаточно хорошо. Достаточно для того, чтобы стать одним из центров нового посткризисного многополярного мира. При этом Россия, по-видимому, сохранит свою территориальную целостность и формальный политический суверенитет. Ее главная экономическая функция — «быть сырьевым придатком» — сохранится, но «быть сырьевым придатком» можно по-разному.

Мрачный образ «сырьевого придатка» состоит из картины обездоленной и полупустой страны, в которой добывают нефть и газ, обслуживают трубопроводы и остальные элементы необходимой для этого инфраструктуры — энергетику, транспорт, обеспечение продуктами питания, медицинским обслуживанием и средствами релаксации. В сущности, в этой модели страна будет жить как большая бригада, работающая вахтовым методом, только длительность вахты для большинства окажется равна продолжительности жизни. Этот вариант судьбы России совпадает с популярным пророчеством об «экономической целесообразности проживания в России 30-40 миллионов человек»[26].

Оптимистичная картина и называется по-другому: не «сырьевой придаток», а «энергетическая сверхдержава с диверсифицированной экономикой». В этом варианте использование территории, относящейся к юрисдикции России, предполагается более разнообразным и гармоничным. Наряду с добычей полезных ископаемых, их транспортировкой потребителям, обеспечением жизнедеятельности «большой вахтовой бригады», существуют и некоторые другие виды деятельности, представляющие экономический интерес для мирового сообщества или для местных нужд. Сохраняется возможность получения образования, профессии и работы, существуют социальные лифты и довольно широкий набор признаков суверенитета. Оптимистический вариант предполагает и сохранение культуры, языка, религии. Роль церквей как все объясняющих, оправдывающих, успокаивающих и дающих надежду населению институтов должна будет по замыслу «руководителей проекта» возрасти. В соответствии с некоторыми косвенными признаками и заявлениями руководства страны Россия в новой конфигурации будет вполне респектабельной страной с высоким уровнем жизни[27]. Главное, чего Россия лишится — это полноты суверенитета, в частности, не будет иметь полностью суверенной финансовой системы, не сможет ставить несогласованные с «мировым сообществом» цели — ни в политике, ни в экономике, ни в собственной судьбе. Никаких «все выше, выше и выше», вместо этого - «тише, тише и тише». И в том и в другом случае реализуется современный «высоконаучный», рассматривающий мир как единое целое, управляемое наднациональными институтами, геоэкономический подход к участию страны в доле мирового дохода, к рациональному и эффективному использованию природных и людских ресурсов[28].

Нарисованная картинка может иметь разное воздействие. Одних она успокоит: если «все будет хорошо», раз «мировые мудрецы» все обдумали, решили, уже проводят в жизнь — мне и беспокоиться незачем. Тем более, что никто нас морить голодом или убивать, вроде бы, не собирается. Других описанное не только огорчит, но и лишит при этом воли, сделает бессильными из-за осознания почти абсолютной власти «мировых мудрецов» над миром, над Россией, над отдельной судьбой. Третьи усмехнутся и произнесут все объясняющие, как им кажется, слова: «Ну вот, опять про «мировой заговор», «мировое правительство»... Чушь все это — нет никакого мирового правительства». Найдутся и четвертые, которые увидят в нарисованном будущем угрозу для себя, своих детей, народа, страны, культуры, веры... Увидят — но не устрашаться, а станут совершать рациональные действия по изменению неудовлетворительного хода вещей. Потому что «удел», это не только участь, судьба, но и «владение» — то, что нам досталось от наших предков. Самое плохое, что мы можем сделать для себя и для остального мира, это безвольно двигаться вперед, вместе со всем западом, стараясь ему понравиться и не помешать тащиться самому и тащить нас к общему обрыву. Не этого от нас ждет наш народ, мир, запад. Наша готовность умереть, «в случае чего», вместе со всеми вовсе не похвальна. Похвальным было бы указывать на опасности, предлагать способы их избегания, отстаивать свои ценности, показывать примеры других возможностей и вновь и вновь предлагать альтернативу... В сегодняшнем для многих духовно некомфортном существовании внутри «западного проекта» нет фатальной обреченности. Свободы воли нас никто не лишал и ответственности за собственный выбор тоже. От права на собственный путь, собственную жизнь не надо отказываться.

В этой связи мы обязаны еще раз задать вопрос: являются ли нарисованные выше контуры будущего неотвратимыми и определенными окончательно? И сразу дать на него ответ: нет, в действительности, названные цели и действия лишь предположения. Будет преувеличением считать происходящее неотвратимой реализацией долгосрочных планов «бенефициаров ФРС» или кого-то еще, согласно которым строительство финансовой долларовой пирамиды давно шло по графику, и что необходимость проводить именно сейчас и именно такие мероприятия по «оздоровлению» финансовой системы были заранее запланированы. Дело в том, что происходящее в существенной степени зависит от многих плохо предсказуемых факторов, и, в этой связи, реализация какой-либо и чьей-либо стратегии не является стопроцентно гарантированной. Любая сверхбольшая и сверхсложная система — а именно с такой мировой финансово-экономической и политической системой приходится иметь дело, — не является полностью и предсказуемо управляемой. Планы ФРС, или любого другого органа управления кризисом могут не реализоваться, то есть фатальной обреченности в смысле достижения желаемых ими целей нет. Возможность повлиять на ситуацию и направить развитие событий по иному сценарию и к иным целям существует, хотя и у очень немногих игроков. Полагаем, что эта возможность у России еще имеется, однако, она тает на глазах.

Конспирологическая картина всевластия «мировой финансовой олигархии» и неотвратимой реализации их планов по контролю над всем миром разрушается, или, по крайне мере, требует дополнений, если посмотреть на место и роль Китая сегодня. «...Причина нынешнего кризиса проста: перепроизводство долгов в американской экономике,— пишет финансовый аналитик «Калита-Финанс»[29]. — Но эта причина имеет и обратную сторону – рост резервов Китая перед кризисом. Несмотря на укрепление юаня за несколько лет перед кризисом, Китай продолжал затоваривать американский рынок и наращивать резервы. И вот, наступил эндшпиль этой торгово-валютной войны. Именно в Китай сегодня ездят господа из американского Казначейства с поклонами и заверениями в надежности государственных ценных бумаг США, именно в Китай едут сегодня европейцы слезно упрашивать монетарные власти перестать диверсифицировать резервы, скупая номинированные в евро активы, и ревальвировать юань, чтобы не допустить дальнейшего укрепления евро».

При желании «спасти» конспирологическую конструкцию, в которой «мировая финансовая олигархия» бесконечно могущественна и даже Китай ей противостоять не в силах, можно предположить, что договоренности «мировой олигархии» с Китаем были достигнуты давно и теперь Китай, а не США будет новым «телом» мирового «финансового мозга». Неясен, однако, ключевой элемент подобной конструкции: каков механизм надежного контроля за «телом» со стороны «мозга». Если бы в отношении Китая проводилась та же операция, что и в отношении США сто лет назад, то должен был бы возникнуть надгосударственный центр эмиссии
юаня, подобный ФРС. Но его нет и пока не предвидится. Не такой надежный, но, все-таки, контроль дает зависимость Китая от внешних рынков сбыта. Однако, как показали события текущего года, снижение потребительского спроса в мире пока не повлияло на продолжающийся рост экономики Китая: «Поднебесная» может развиваться вовнутрь, причем еще очень долго[30]. Продолжаем цитировать аналитика «Калита-Финанс»: «Китайский ЦБ, таким образом, сегодня де-факто стал мировым валютным регулятором, играя роль, ради которой когда-то создавался МВФ». Вопрос для любителей конспирологических головоломок: «мировая олигархия» проигрывает Китаю, или все это — ею управляемый проект? Так или иначе, но для того, чтобы считать конспирологическую конструкцию тотальной власти над всем миром реальностью, требуется элемент веры, превосходящий допустимые для научного знания пределы[31]. Независимо от степени достоверности «герметических» моделей, пример Китая для нас - жителей и граждан России очень важен. Этот пример показывает, что добиться высокой степени политической и культурной независимости можно даже в глобализированном мире, являясь глубоко интегрированным с ним. Оружием защиты суверенитета Китая является его независимая финансовая система. Советский Союз утратил возможность сохранения суверенитета, прежде всего, в момент, когда его финансовая система стала частью мировой, когда замкнутые на себя контуры финансового обращения разомкнулись и включились в мировые цепочки. Россия, разумеется, лишена этого мощнейшего инструмента самостоятельного развития и в этом ее главная слабость[32]. Что касается такого инструмента и, одновременно, фундамента независимости страны, как ее военная мощь, то происходящая в России трансформация армии многими военными экспертами оценивается как стратегическое ослабление обороноспособности, как утрата уровня защищенности, необходимого и достаточного для защиты суверенитета и превращение армии в тактические войска быстрого реагирования, предназначенные, скорее, для охраны, нежели для выполнения задачи стратегического сдерживания[33]. Если эти предположения экспертов верны, то это может служить еще одним косвенным подтверждением процесса «врезки» России в новую конфигурацию мира в новом качестве.

Можно ли России не быть «сырьевым придатком Запада» и что это может означать? Теоретически можно попытаться пойти по пути экономической и финансовой автаркии, то есть максимальной закрытости и опоре на собственные силы, еще раз попытаться реализовать политику и экономику, похожую на политику и экономику СССР. Реализация подобного варианта потребует новых революционных преобразований в экономике, политике и настрое населения. Но и этого может оказаться недостаточно. Без блокирования с другими странами — Китаем, например, или исламским миром реализация подобного проекта вряд ли возможна. А в случае блокирования возможный результат может быть совсем не таким привлекательным... Да и маловероятно, что остальной мир, ставший зависимым от поставок энергоносителей из России, будет пассивно наблюдать за происходящим. У этого варианта, ежели его описать в реалистических величинах, сегодня в России найдется очень немного сторонников, и вовсе нет достаточно влиятельной организованной политической силы, способной к подобным действиям. То, что удалось СССР в ХХ веке, сегодня не выглядит возможным: сил и воли на такой проект недостаточно, в то время как сил, препятствующих подобному развитию — достаточно.

Вариант второй — диверсификация и модернизация экономики, то есть изменение структуры экспорта в сторону увеличения доли промышленных изделий и услуг и уменьшения доли сырьевых товаров. Это реалистичный вариант, имеющий максимально высокий уровень поддержки в обществе, да и программа правительства формулируется в этих терминах. Останется ли при этом Россия «сырьевым придатком» или нет — вопрос, скорее, терминологический, поскольку не определены точные параметры, отделяющие статус «сырьевого придатка» от какого-то иного, еще не определенного статуса. Разногласия и борьба мнений о путях и целях промышленного развития России продолжаются на научном, экспертном и политическом полях, в частности, в связи с программой «Стратегия-2020», проблемами модернизации.[34]

Даже если предопределены место и роль России в новой конфигурации в своих существенных признаках, а таковыми является глубокая вовлеченность России в мировую экономику в качестве «энергетической державы» и включенность российской финансовой системы в мировую, то это не означает отказа от борьбы за те или иные варианты дальнейшего существования страны, хотя бы и в рамках новой конфигурации. В этом состоит основное реалистическое содержание конкуренции идей и экспертных оценок, равно как и внутриполитической борьбы в стране в ближайший период. Политика нашего правительства должна не только учитывать мировые геополитические и геоэкономические реалии, не только считаться с объективными факторами, но и не переступать черту, за которой находится сердцевина нашей цивилизации[35].

Мы привели различные точки зрения на причины кризиса: плановая трансформация мира или спонтанное реагирование на возникшие сбои в работе. Подтверждения «единственности» какой-либо одной конструкции мы не обнаружили, да вряд ли оно может сыскаться, хотя с точки зрения системного моделирования, факты, образующие систему фактов, тем самым являются доказательством. Обе точки зрения на «природу кризиса» выглядят формально равноправными и будут, видимо, таковыми какое-то время оставаться. Поэтому следует продолжать анализировать происходящее исходя из этих двух возможностей. Мы можем и должны реагировать и действовать несмотря на неполное понимание причин и движущих сил, потому что уже находимся на корабле, попавшем в крепкий шторм с угрозой потерпеть кораблекрушение. Мы не знаем, чьи инструкции выполняет капитан и куда ему велено плыть, или он сам направляет корабль. Но мы все равно должны заботиться о спасении корабля, повышении его живучести и о собственной судьбе, о снижении угроз при различных вариантах исхода. Ситуация осложняется тем, что «курс корабля» всегда выглядит с чьей-либо точки зрения пагубным, поскольку в стране есть различные, но одинаково ценные для нее социальные группы, мыслящие по-разному и даже направляющиеся в разные пункты назначения. При сложившейся системе приоритетов и отсутствии общей для всех цели будет недовольна та или иная заметная часть населения. Об этой важной коллизии далее поговорим подробнее.

Критика действий правительства состоит сегодня, в основном, в указании на неудовлетворительное развитие сектора реальной экономики, на разрушительные для модернизации и промышленного развития действия Минфина и Центрального банка, на неэффективность органов государственного управления и их коррумпированность... Это справедливая критика, однако, этого недостаточно. Проблема также и не в нехватке глубины и объективности анализа финансово-экономических проблем и даже не в блокировании высшего руководства страны от каких-то альтернативных точек зрения и аргументов, либо их преднамеренном искажении и дискредитации, хотя все это имеет место. Проблема в отсутствии принятых обществом и правительством критериев добра и зла в смысле экономической и иной политики и в отсутствии общей для всех цели развития. Дело не сводится к тому, чтобы заменить одну группу влияния на Президента или Премьера на другую группу. Необходимо, чтобы у народа и его части - у высшего руководства страны, - были точные и понятные критерии оценки эффективности политики, оцениваемые не с одной лишь экономической точки зрения, но и максимально соотносящиеся с образом будущего страны, с духовно-нравственным цивилизационным стержнем. Об этом — во второй части статьи.

* * *

ЧАСТЬ 2. ДУХОВНЫЕ ЭФФЕКТЫ МАТЕРИАЛЬНОГО ПРОИЗВОДСТВА[36]

Как, объединяясь экономически, сохранить свою систему ценностей

В первой части статьи мы отметили состоявшуюся глубокую и всестороннюю вовлеченность России в мировой экономический и политический контекст. Россия как часть глобального мира приняла и внедрила все формы и критерии экономической и политической жизни, характерные для запада: рыночная либеральная экономика, принципы демократии, правового гражданского общества и т. д., мы измеряем свою жизнь «ростом ВВП», и динамикой фондовых индексов, то есть нами полностью принято то, что условно называют «западной» парадигмой существования. Приняв сегодня эту парадигму жизни, мы принимаем и соответствующую ей систему ценностей: именно в этом состоит проблема — как объединить экономику и сохранить систему ценностей.

Приняв западную экономическую парадигму, мы принимаем и соответствующую ей систему ценностей в остальной жизни

Чтобы тем самым не породить новый смертельный для страны конфликт, надо либо «переформатировать» сознание и подсознание большинства народа, у которого глубинные представления о добре, зле, справедливости и смысле жизни сформировались не одну сотню лет тому назад и до конца их видоизменить не удалось. Либо — что гораздо надежнее и устойчивее — «переформатировать» внедряемую парадигму нашей жизни, то есть во многом следовать той естественной парадигме, которая живет в менталитете народа. Если тупо переть по первому пути — а мы так и делаем, — конфликт рано или поздно неизбежен: не может большинство народа постоянно жить на нелегальном в духовном смысле положении, даже если меньшинство, разделяющее эти ценности, жизнью довольно! Поиск компромисса сложен, поскольку мы живем расколотой стране, но жизненно необходим. Неотвратимо идущая трансформация мира требует безотлагательного осознания проблемы и адекватных практических шагов уже сегодня.

ИСТИННАЯ ПРИЧИНА КРИЗИСА

...Соотечественники! страшно!.. Стонет весь умирающий состав мой, чуя исполинские возрастанья и плоды, которых семена мы сеяли в жизни, не прозревая и не слыша, какие страшилища от них подымутся…

. Завещание. Выбранные места из переписки с друзьями.

Рассмотренные в первой части причины кризиса действительно могут являться таковыми, но не в них природа происходящего, истинная, глубинная причина. Так, человек может заболеть из-за того, что кто-то рядом чихнул, и видеть в полученных вирусах причину своего недомогания. Подлинная причина, однако, в том, что его иммунная система не отвечает нормальным требованиям и не способна защитить организм от повсеместно распространенных вирусов и микробов. Так и истинная причина мирового кризиса: она не в чьем-то злом или добром умысле, не в несовершенстве механизмов обращения мировых финансов, не в выглядящем фатальным наложением «волн» длительных процессов мирового развития: все эти факторы имеют место, и их знание важнó, но и они не являются причиной, будучи сами следствием.

Формулируя истинную причину кризиса в традиционных для политической экономии категориях противоречия между общественным характером труда и частным способом его потребления, скажем: на новейшей стадии эволюции глобализированного мира противоречие между узкогрупповым способом потребления результатов производства и перепроизводства доллара как основы мировых финансов и общественным способом обеспечения и обслуживания этого производства и перепроизводства достигло кризисной стадии. Основным источником нарастающих противоречий стало создание системы безудержного потребления, и, как следствие, — кредитования, что, в свою очередь, потребовало изменения общественного сознания от системы ценностей «производителя» к менталитету «потребителя», а это вступает в непримиримое противоречие с природой и движущей силой развития всего общества в целом и человека в частности. Таким образом, кризис в первую очередь социален: это болезнь общества, а не финансовой системы.

Поясним нашу позицию. Основа деятельности человека, а, следовательно, причина (или же первопричина) наблюдаемых в обществе изменений лежит в самых глубинных основаниях жизни, в представлениях о добре и зле, о предназначении человека, об успехе и смысле жизни[37]. Все эти представления внедрены в наше сознание и подсознание и являются установками, составляющими базис наших представлений о мире, нашей жизненной философии[38]. Установки — это некие матрицы целенаправленных действий и суждений, возникающие в процессе жизни, начиная с самого раннего детства. Часто установки настолько сильны, так глубоко запрятаны в подсознание, что они соперничают по силе воздействия с врожденными качествами — инстинктами, темпераментом, конституцией. В большинстве случаев установка – полезная и нужная вещь, помогающая нам действовать целесообразно и эффективно.

Особый класс установок – этические установки. Это установки, формирующие представления о добре и зле, о правильном и неправильном поведении. Этические установки являются частью более широкого вида установок, так называемых социальных установок, возникающих в процессе удовлетворения какой-либо возникшей у человека потребности. Удовлетворяя потребность, мы начинаем взаимодействовать с окружающей средой и осознанно или неосознанно запоминать все факторы, признаки и обстоятельства, приведшие нас к цели, те факторы, признаки и обстоятельства, которые мешали ее достижению, а также внешнюю реакцию на наши действия: поощрение или осуждение.

Система социальных установок - одна из важнейших, сущностных сторон жизни каждого общества, каждого государства. Отношение отдельно взятого гражданина к политической партии, её идеологии, её целям и её лидерам почти всегда является следствием установок, которые возникали не только «естественным» образом в ходе накопления жизненного опыта, но и в результате прямого внушения со стороны манипуляторов и проповедников всех мастей: политиков, религиозных деятелей, интеллигенции, артистов, писателей, телевизионных оракулов и проч. Возможность навязывания, внедрения установок в подсознание используется как во благо, так и во вред. Во благо, когда врач-психотерапевт «кодирует» наркомана или алкоголика на отказ от вредных привычек. Во вред, когда нам внушают через рекламу и иные средства массового информирования населения, покупать именно этот товар или голосовать за такую-то партию. Необходимым условием возникновения любой социальной установки является наличие потребности: потребность в еде и воде, в ласке и безопасности, в самоутверждении и познании окружающего мира, в любви и счастье… А потребности, как известно, можно формировать, навязывать, ими можно управлять. Это и есть сфера действия мошенников, политиков и социальных технологов. Предложенный или навязанный обществу комплекс представлений о добре и зле, о ценностях, целях, о месте и предназначении человека, общества, государства, о приемлемых методах достижения этих целей составляет то, что мы воспринимаем как сферу вечных и правильных идей, как существо мира, данное нам объективно. Сейчас модно называть эту совокупность или систему фундаментальных установок и стереотипов мышления платоновским термином парадигма. Воспользовались им и мы, обозначая как «западная парадигма», предложенную/навязанную нам для и в процессе слома социалистической парадигмы систему теоретических, методологических и аксиологических установок, принятых в западных странах.

Наиболее существенной для предмета нашего рассмотрения является та часть «западной парадигмы», которая содержит представление о «прогрессе», как непрерывном росте «уровня и качества жизни», мерилом которого является рост потребления и, соответственно, рост производства. Методом достижения этого роста является стимулирование спроса и производства посредством кредитования через механизм ссудного процента. Глубинный и непреодолимый порок этой парадигмы бытия состоит, прежде всего, в противоречии между конечностью природных ресурсов и бесконечным ростом производства и потребления, между естественным балансом материальных потоков, установившимся в природе, и действиями человека. Несмотря на то, что этот порок давно является предметом исследования, критики и политической борьбы[39], никаких радикальных шагов западное общество, а вслед за ним и Россия, ставшая его частью, не сделали. Более того, как с сожалением заметил М. Хазин, «тема формирования новой, посткризисной парадигмы, даже не финансово-экономической, а вообще развития, прогресса, мало кому пока интересна». Отметим, однако, что Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан, в докладе на «Саммите тысячелетия» состоявшегося 6-8 декабря 2000 в г. Нью-Йорке констатировал, что: «Накопление богатства перестало вести к решению основных проблем, стоящих перед человечеством. А это свидетельствует об исчерпании традиционного механизма развития человечества и необходимости смены его парадигмы». Добавим, что порок существующей системы ценностей и целей не только в противоречивом взаимодействии человека и природы, но и в конфликте между природой человека, его предназначением и устремлениями, и требованиями, которые к нему предъявляет действующая парадигма.

Порок существующей системы ценностей и целей не только в противоречивом взаимодействии человека и природы, но и в конфликте между природой человека и требованиями, которые к нему предъявляет действующая парадигма.

Безмерное развитие эгоистических потребностей человека, которые могут быть удовлетворены только за счет других людей, порождает соответствующую конструкцию общественного устройства. Жажда власти и богатства побуждает людей строить социальные и финансовые пирамиды, стремиться занять в них главенствующее положение. Именно в этом смысле причины нынешнего экономического кризиса не имеют отношения к экономике. «Путь к преодолению кризиса экономики лежит через преодоление кризиса человеческих душ — через отказ от культа богатства, безудержного потребления, погони за наживой любой ценой, от эгоистического использования собственности, от пренебрежения нуждами бедных»[40].

Анализ экономических причин социальных явлений стал одним из эффективных научных методов, с помощью которого легко «раскалывались» многие проблемы на протяжении почти двух столетий. Карл Маркс видел основной порок парадигмы своего времени в несправедливости, заключающейся в противоречии между общественным характером труда и частнособственническим присвоением его результатов. Маркс, тем самым, определил основную, по его мнению, причину — частная собственность на средства производства, — устранив которую, и изменив, тем самым, парадигму развития, можно построить общество справедливости. Возможность построения общества справедливости без уничтожения частной собственности Марксом и его последователями отрицалась. Слом капиталистической парадигмы был произведен в России в ХХ веке. Выяснилось, что «золотой ключик» Маркса — отмена частной собственности — действительно является самым мощным в истории человечества инструментом, способным кардинально изменить жизнь и воплотить в реальности многие представления о справедливости, свободе и равенстве. И нельзя сказать, что отмена частной собственности в СССР и последующее строительство социализма не подтвердили многие надежды марксистов. Страна смогла сделать уникальный в истории мировых цивилизаций рывок в своем развитии. Положение марксизма об исключительной роли частной собственности, как «фактора несчастья», до сих пор остается не опровергнутым. Но и не доказанным, поскольку опыт строительства коммунизма в СССР остался незавершенным. Да и в самом опыте коммунистического строительства в СССР оказалось слишком много неприемлемого, слишком много «издержек», «ошибок», а финал этого проекта характеризуется как глобальная катастрофа, плоды которой мы одной рукой поедаем, а другой пожинаем до сих пор. Мы достигли многого, потом все это потеряли, но так и не построили устойчивой модели счастливого общества. При всем том пример СССР нам не кажется ни очевидным, ни достаточным для доказательства исчерпанности предлагаемых моделей, но главное — ни в коей мере неудачный эксперимент не девальвирует тех ценностей, ради которых он затевался: свобода, равенство, справедливость, устойчивое развитие, образование, духовный рост при достаточном уровне материального потребления. Важно сегодня извлечь правильный урок из собственного опыта, в частности, рассмотреть опыт строительства социализма в СССР с точки зрения внедрения новой парадигмы развития, ломки или гармоничного использования глубинных оснований менталитета народов, населявших великие пространства Российской империи и Советского Союза. Опыт СССР, то есть наш собственный, позитивно или негативно отразившийся в судьбе каждой семьи, показал что можно, а чего нельзя делать, производя манипуляции над цивилизационными парадигмами. Неужели мы не сможем эти знания, оплаченные самой дорогой ценой, использовать во благо?