Об одном предлоге о трех формах, о структуре русской именной группы и обо всем остальном (стр. 2 )

б. рассказал обо всём /*о всём /*об всём

в. ударился обо что-то / ???о что-то / ???об что-то

г. заботился обо всех / ???о всех / ???об всех

Таблица 2 показывает статистическое распределение форм о/об/обо с тремя лексемами из списка (11) (я, что, всё) и полнозначными лексемами, задающими тот же фонетический контекст – как со словоформами, имеющими исторический редуцированный гласный (мнении, чтении, вшах, взятке), так и, где это возможно, с заимствованными лексемами, очевидно, такого гласного не имеющими (мнемонический, мнемоника, штат). Из Таблицы 2 видно, что наличие скрытого ь/ъ является необходимым, но не достаточным условием для выбора варианта обо. Этот вариант получает явное статистическое предпочтение только с лексемами, перечисленными в (11).

	обо	об	о
	НКРЯ	Google	НКРЯ	Google	НКРЯ	Google
мне	4075	4370000	5	4830	60[11]	69000
мнении	0	63	0	174	26	54600
мнемоническ-	0	0	0	0	0	1180
мнемонике	0	0	0	0	0	243
что	37	106000	0	9740	2	1520
чтении	0	0	0	19	41	68100
штатах	0	0	0	66	8	14200
всём	4469	327000	3	2050	381	44700
вшах	0	10	0	0	6	2020
взятке	0	0	0	3	56	31100

Таблица 2. Распределение форм предлога о/об/обо в НКРЯ и интернете.

В общих чертах выбор варианта предлога о/об/обо выглядит следующим образом: если лексема справа от предлога относится к перечисленным в (11), выбирается вариант обо; далее, если лексема справа от предлога начинается с гласной, выбирается вариант об (маргинально допустимо о); далее, если лексема справа от предлога начинается с согласной (или группы согласных), то при аккузативном управлении можно выбрать о или об, при локативном управлении предпочтительно о и маргинально допустимо об. Как видим, правила фонологического свойства начинают действовать только после первой «развилки», после того, как мы убедились, что правый контекст для предлога образует лексема, не представленная в списке (11).

Что объединяет лексемы из списка (11)? С одной стороны, все они содержат (возможно, никогда не проясняющийся) скрытый ь/ъ, как и те немногие полнозначные лексемы, с которыми зафиксирован вариант обо (пёс, сон, дно, мнение, множество, вошь). Однако, как показывает Таблица 2, наличия скрытого ь/ъ недостаточно для того, чтобы вариант обо получил статистическое преимущество. С другой стороны, все лексемы из списка (11) представляют собой местоимения-существительные (личное местоимение я, вопросительное и относительное что/ неопределенные что-то, что-нибудь и т. д.) или кванторы (весь, все, всякий, многое, многие). Важное обобщение, которое можно сделать при сопоставлении этих двух параметров, состоит в следующем: лексемы из списка (11) – это все те и только те местоимения/кванторные слова, которые содержат скрытый ь/ъ в падежных формах, определяемых управлением предлога о/об/обо.

Второе принципиальное обобщение касается синтаксической позиции местоимений / кванторных слов, вызывающих появление варианта обо, в структуре именной группы. Обнаруживается, что вариант обо возможен только тогда, когда местоимение / кванторное слово из списка (11) возглавляет ИГ (обо мне, обо что, обо всех, обо многом) или является ее самым левым определителем (обо всех людях, обо всяких проблемах)[12].

Рассмотрим примеры в (13). Они сконструированы таким образом, чтобы местоимение / кванторное слово образовывало правый фонетический контекст для предлога, однако синтаксически входило в группу прилагательного / причастия, зависящую от вершинного имени. Недопустимость варианта обо явным образом свидетельствует о том, что на дистрибуцию форм предлога влияет синтаксическая структура ИГ, вложенной в предложную группу.

(13) а. о(*бо) [NP [AP всё ускоряющейся] инфляции]

б. о(*бо) [NP [AP всех победившем] герое]

в. о(*бо) [NP [AP мне лично неприятном] человеке]

г. о(*бо) [NP [AP что-то шепчущем] ручье]

д. о(*бо) [NP [AP много где побывавшем] путешественнике]

Примечательно, что ряд контекстов из НКРЯ, в которых лексемы из списка (11) выступают с предлогом о, а не обо, аналогичны контекстам в (13), ср. (14):

(14) Какой-то неведомый поэт, по имени Валерьян Валерьянович (потом узнала – Бородаевский), с длинной, узкой, черной бородой, только что приехал из Германии и рассказывает о [NP [AP мне тоже неведомом] Рудольфе Штейнере]. [(Скобцова), монахиня Мария. Встречи с Блоком (1936)]

Итак, для употребления варианта обо нужно не только, чтобы справа от предлога располагалось местоимение / кванторное слово из списка (11), но и чтобы эта единица занимала определенную синтаксическую позицию внутри ИГ. В следующем разделе мы обратимся к синтаксической структуре ИГ и выявим такую позицию.

3. Структура ИГ и предлог обо

С точки зрения генеративной грамматики именная группа представляет собой структуру с несколькими синтаксическими уровнями, каждый из которых вложен в другой, подобно тому, как внутрь каждой большей матрешки вложены более мелкие ее части. Наиболее традиционным является выделение составляющих DP – группы детерминатора (артикля) и NP – группы существительного:

(15) [DP the [NP boys]]

Между данными проекциями выделяются также NumP, PossP и ряд других проекций. На определенном этапе исследования именных групп возникла необходимость «найти место» в составе ИГ и для кванторных слов. Следует отметить, что вопрос о категориальной природе кванторных слов не получает окончательного (и универсального) решения. В ряде языков (например, в немецком) детерминаторы и кванторные слова демонстрируют дополнительную дистрибуцию, что позволяет рассматривать кванторы как представители категории D (или как спецификаторы нулевой вершины D). В других языках кванторы способны сочетаться с DP, причем квантор обычно предшествует детерминатору. В таком случае, очевидно, квантор образует отдельную проекцию. В работах (Giusti 1992, Sportiche 1988) было показано, что группа квантора, QP, располагается выше группы детерминатора:

(16) [QP all [DP (the) [NP boys]]]

Аналогичный анализ был осуществлен для русского языка, ср. развернутый вариант структуры ИГ, предложенный в диссертации Н. Исакадзе (Исакадзе 1999):

(17)

QP

 

Q DP

 

D NumP

 

Num MeasP

 

Meas PossP

 

Poss NP

AP NP

N DP(QP, PP)

Для наших целей вопрос о том, являются ли QP и DP отдельными проекциями в русском языке, не является принципиальным. Важно то, что квантор является вершиной самой высокой проекции в ИГ, будь то собственно QP или вариант DP. Поэтому мы считаем возможным опираться на анализ русской ИГ, предложенный в (Исакадзе 1999), не вдаваясь далее в обсуждение этой проблемы.

Рассмотрим синтаксические позиции, возможные для лексем из списка (11) в подобной структуре. Начнем с кванторных слов.

Во-первых, кванторные слова способны занимать позицию вершины Q, присоединяя «остаток» ИГ в качестве комплемента: [QP [Q все] [DP эти мальчики]], [QP [Q всякий] [DP разумный человек], [QP [Q многие] [DP мои учителя]].

Во-вторых, кванторные слова могут употребляться субстантивно, заменяя всю ИГ целиком, ср. (18):

(18) a. Многие мои друзья не пришли. vs a.' Многие не пришли.

б. Все пожилые люди болеют. vs б.' Все болеют.

в. Всякий человек смертен. vs в.' Всякий смертен.

Один из возможных анализов (18а’-в’) состоит в том, что кванторные слова способны выступать не только как терминальные вершины категории Q, но и как проформы для QP[13].

Важно, что независимо от того, является ли квантор проформой (QP) или терминальной категорией (Q), он оказывается самым высоким (и самым левым) элементом в именной группе – комплементе предлога. Таким образом, квантор оказывается не только линейно, но и структурно прилегающим к предлогу: предлог и квантор образуют минимальную синтаксическую конфигурацию с асимметричным с-командованием вершин[14].

Очевидно, что в рассматривавшихся выше (13а, б,д) квантор не является вершиной комплемента предлога и конфигурации с минимальным асимметричным с-командованием не возникает. Отсюда можно заключить, что употребление варианта обо с квантором возможно тогда и только тогда, когда квантор возглавляет комплемент предлога, ср. (19а-в):

(19) а. [PP обо [QP всех]]

б. [PP обо [QP всех [NP героях]]]

в. [PP о(*бо) [NP [AP [QP всех] победившем] герое]]

Обратимся теперь к другим местоимениям из списка ().

Местоимение что используется как вопросительное и как относительное[15]. Кроме того, оно входит в состав неопределенных местоимений разных серий: что-то, что-нибудь, что-либо, что угодно, что бы то ни было и т. п. (равно как и неопределенных местоимений кое-что, нечто, черт знает что и отрицательного местоимения ничто, нерелевантных для дистрибуции предлогов).

Вопросительные и относительные местоимения-существительные традиционно считаются проформами для QP (см., например, Radford 2004). Действительно, они обнаруживают дополнительную дистрибуцию с кванторами – типичными представителями категории Q, ср. (20):

(20) а. (*Всё) что ты купил?

б. Пришли те, (*многим) кому я дозвонился.

Соответственно, анализ предложной группы обо что выглядит следующим образом:

(21) [PP обо [QP что]]

Категориальная природа неопределенных местоимений-существительных менее очевидна. Обычно они рассматриваются как проформы для DP. При этом можно заметить, что неопределенные местоимения также не сочетаются с кванторами:

(22) а. Купи (*всякое) что-нибудь!

б. Если (*каждый) кто-либо опоздает, ждать не будем.

Более того, неопределенные местоимения часто имеют в своем составе квантор, ср. англ. some и some-thing, нем. je-der и je-mand, фр. quelque и quelqu’un. Отметим также, что, как установлено в Haspelmath 1997 и Татевосов 2002, значения, выражаемые неопределенными местоимениями, тесно связаны с семантической областью, которую «обслуживают» кванторные слова[16].

Данные факты позволяют нам объединить неопределенные местоимения с вопросительными и относительными: мы полагаем, что неопределенные местоимения также образуют QP. Предложным группам с неопределенными местоимениями соответствует структура, идентичная (21), ср. (21) и (23):

(23) [PP обо [QP что-то]]

Итак, мы установили, что вопросительные, относительные и неопределенные местоимения-существительные проецируют QP.

Вопрос, который требует дополнительного обсуждения, состоит в следующем: являются ли данные местоимения исключительно проформами или же, как и кванторные слова, могут выступать в функции вершин, присоединяя остаток ИГ в качестве комплемента. В этой связи примечательна активная дискуссия о возможной декомпозиции этих местоимений, основанием для которой служит способность неопределенных, отрицательных и вопросительных местоимений иметь при себе именные зависимые, такие, например, как группа прилагательного, причастный оборот, финитное относительное предложение:

(24) а. [Что такое интересное] ты читаешь?

б. Есть здесь [кто-нибудь, знающий польский]?

в. Я узнал [кое-что, что может показаться тебе небезынтересным].

д. ...И [что-то резкое] в лицо бросали мне (Есенин).

е. [Ничто человеческое] мне не чуждо.

Намеченный в Abney 1987 и разработанный в Haider 1992, Kishimoto 2000 анализ подобных конструкций опирается на гипотезу о том, что основа местоимения, обозначающая онтологическую категорию, представляет собой вершину N, проецирующую именные зависимые, а ее конечная линейная позиция слева от группы прилагательного объясняется передвижением в позицию вершины, содержащей показатели серии неопределенных или отрицательных местоимений (Abney 1987, Haider 1992) или же в некоторую вершину между Q и N, например, в Num (Kishimoto 2000).

(25)

QP

(...)

NP

Q NP

-то AdjP

острое N

что

 

(26)

QP

NumP

NP

Q NP

some Num AdjP

tasty N

thing

 

В работах Р. Ларсона (Larson 2004, Larson & Marušič 2004, Larson&Yamakido 2005) приводятся аргументы против анализа с подъемом N. Альтернативный подход, предложенный в Larson & Marušič 2004 и в разных вариациях применяемый в Leu 2005, Roehrs 2006, Marušič & Žaucer 2006 и Kenesei 2006, отказывается от идеи связывать проецирование именных зависимых с местоименной вершиной. Неопределенное местоимение возглавляет группы, в которые вложено фонологически пустое имя N, проецирующее зависимые (в частности, прилагательные).

Итак, QP, возглавляемые вопросительными, отрицательными и неопределенными местоимениями, могут иметь некоторую внутреннюю структуру. Для нас важно, что, независимо от того, попадает ли местоименная основа в вершину Q вследствие передвижения или порождается в ней в составе неопределенного или вопросительного местоимения, образуется та же структура, которую мы наблюдали в случае кванторов: предлог и (передвинувшееся) местоимение образуют минимальную синтаксическую конфигурацию с асимметричным с-командованием вершин. В этой и только в этой конфигурации предлог о/об/обо реализуется как обо, ср. (13г).

Наконец, последнее местоимение из списка (11) – это личное местоимение я. Синтаксический статус личных местоимений может быть определен по-разному. Традиционно принято считать, что такие единицы являются D либо DP, см., например, (Abney 1987, Longobardi 1994, Hestvik 1992, Dechaine & Wiltschko 2002). Одним из способов, позволяющих объяснить сочетаемость местоимения я с вариантом обо может быть допущение, в соответствии с которым личные местоимения оказываются в группе квантора в результате перемещения в (Spec,) QP из DP, что предлагалось, например, в (Giusti & Leko 1995). Такой анализ, однако, приводит к некоторым проблемам интерпретации.

Альтернативно, можно предположить, что QP отсутствует в случае личных местоимений. Определенные противоречия при этом возникают при анализе конструкций типа все мы. Можно, однако, предположить, что местоимение все в данном случае не возглавляет QP, содержащую DP, а занимает позицию адъюнкта к DP[17]. Соответственно личное местоимение, располагающееся в D(P), является верхним уровнем проекции именной группы, что объединяет его с кванторными словами и вопросительными / относительными / неопределенными местоимениями.

Таким образом, нам удалось установить, что реализация предлога о/об/обо как обо происходит в определенной синтаксической конфигурации, а именно в контексте минимального асимметричного с-командования между вершинами P и Q:

(27)

PP

QP

P (XP)

обо Q

всех | всем | многих | что | мне...

В следующем разделе мы обсудим возможные пути объяснения этого обобщения.

4. Ограничения на фонетические процессы в терминах синтаксической структуры

Случаи, когда фонетическая форма двух соположенных синтаксических единиц (лексем, деривационных аффиксов) оказывается отличной от простой суммы их фонетических репрезентаций по отдельности, могут интерпретироваться двояко. С одной стороны, можно считать, что такие случаи – результат фонологических (а не синтаксических) процессов, так что с синтаксической точки зрения две единицы остаются отдельными сущностями, однако совместно обрабатываются фонологическим компонентом при озвучивании. С другой стороны, можно предположить, что подобные единицы объединяются уже в синтаксисе, образуя некоторый сложный элемент, который озвучивается по правилам, отличным от правил озвучивания исходных компонентов данного элемента.