Сегодня в России стабильно высоко число граждан, которые выступают за усиление борьбы с финансированием террористической деятельности, ежегодно все большие надежды возлагаются на международное сотрудничество. Одновременно, за последний год снизилось количество сторонников усиления ответственности за терроризм и желающих предоставить правоохранительным органам чрезвычайные полномочия.
Население, как и год назад, однозначно поддерживает (около 90%) идею оплаты помощи граждан в деле борьбы с терроризмом.
За прошедший год сторонников смертной казни поубавилось, хотя более двух третей опрошенных, как и раньше, отстаивают позицию, что в современной России применение смертной казни необходимо, причем не только для террористов.
Баланс мнений относительно предусмотренной законом возможности уничтожения захваченных террористами самолетов абсолютно не изменился за прошедший год.
И последнее. Когда мы собирали заполненные анкеты, в ответ на благодарность за потраченное время один из студентов сказал: «Это вам спасибо, ведь то, что вы делаете, нужно, в первую очередь, нам».
Может быть, в этом и кроется секрет эффективной борьбы со столь опасным явлением? И угроза терроризма пойдет на спад, когда граждане начнут понимать, что металлодетекторы на входе в здание, требование снять обувь во время досмотра в аэропорту, назойливая проверка документов на железнодорожном вокзале – это не пережиток тоталитарного режима, а те конкретные ограничения, согласившись на которые, потратив несколько минут, мы тоже, вроде бы незаметно, участвуем в борьбе с терроризмом. А правоохранительные органы своей профессиональной, предельно корректной деятельностью окончательно убедят их в этом – ведь, как говорил средневековый поэт Навои, «нельзя хлопнуть в ладоши одной рукой».
НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?
Справка подготовлена научным сотрудником Саратовского Центра
[2] В 2004 г. было опрошено 250 человек, в 2005 г. – 247, в 2006 гчеловек.
[3] Данные по предыдущим годам: 80,4% в 2006 году, 76,9% в 2005 г., 82% – в 2004 г.
[4] Чаще так отвечали юноши (29,5%), чем девушки (лишь 21,3%).
[5] Примечательно, что девушки практически в два раза чаще «готовы» были оправдать терроризм: 13,1% против 7,7% юношей.
[6] Среди девушек такой ответ встречался в 3 раза чаще: 4,1% против 1,3% у юношей.
[7] Молодые люди в два с лишним раза чаще выбирали данный вариант ответа, чем девушки (21,8% против 9%), последние же в полтора раза чаще акцентировали внимание на национальном вопросе (16,7% и 27,9%).
[8] Здесь, как и в некоторых вопросах далее, общий процент ответов превышает 100, т. к. допускался выбор нескольких вариантов.
[9] В 2004 году вариант «национальный мотив» в анкете не предусматривался, в связи с чем отсутствуют соответствующие данные.
[10] Более оптимистично настроены юноши (19,2%), чем девушки (8,2%).
[11] Девушки более скептичны: 50,8% против 34,6% среди юношей. Студенты в возрасте до 21 года почти в полтора раза реже придерживались такого мнения, чем в возрасте от 21 до 25 лет (37% и 49,2%) – с возрастом доверие представителям власти падает.
[12] Вспомним о росте числа лиц, считающих для терроризма ключевым мотивом национальный.
[13] Первая возрастная категория существенно чаще уповала на повышение ответственности, чем вторая: 37% и 19,4%
[14] Так думают 26% опрошенных первой возрастной категории и 17,7% - второй.
[15] Сторонников денежного поощрения среди девушек и юношей поровну, вот только девушки в два раза чаще утилитарно акцентируют внимание на том, что деньги давать стоит лишь за активную деятельность, а не за «голые» слова. Сходная ситуация по возрастным группам: первая (до 21 года) чаще настаивает на активности помощи, вторая (от 21 до 25 лет) – в целом положительно относится к денежной стимуляции (асимметрия в полтора раза).
[16] Как ни странно, но девушки, пусть и не кардинально, но реже выбирали этот ответ: 26,2% против 33,3%. Противников смертной казни больше среди второй возрастной категории, чем первой (32,3% против 24,7%).
[17] Как и следовало предполагать
Добавить в Избранное
Правила использования материалов сайта
Аналитическая справка о результатах социологического опроса, проведенного Саратовским Центром по исследованию проблем организованной преступности и коррупции, в целях выявления общественного мнения о терроризме в России
В апреле 2008 года Саратовский центр по исследованию проблем организованной преступности и коррупции провел очередное анкетирование с целью изучения общественного мнения относительно терроризма в России. Подобные опросы являются ежегодными – ранее они проводились в 2004, 2005, 2006 и 2007 годах. Таким образом, это пятый, «юбилейный» опрос.
Отметим, что в этом году, как и в предыдущем, анкетирование не было «привязано» к какой-то вехе в истории борьбы с терроризмом: в эти дни не принималось новых антитеррористических законов, не пресекалась деятельность террористических организаций, не было зафиксировано и громких терактов. Так, на заседании Национального антитеррористического комитета (НАК) Директор ФСБ сообщил, что с начала года на Юге России были предотвращены 7 терактов, также в первом полугодии 2008 года предотвращено более 30 преступлений террористической направленности, пресечена деятельность более 80 главарей бандформирований и активных участников бандгрупп, изъято более 130 самодельных взрывных устройств, около 900 килограмм взрывчатых веществ, более 600 единиц огнестрельного оружия[1].
В результате, судя по официальной статистике, можно сделать вывод, что в России угроза терроризма, вопреки мировым тенденциям, «уменьшается»: в 2005 году в РФ было совершено 257 терактов, в то время как в 2006 году лишь 112. В 2007 году – 48 терактов, снижение на 57,1% по сравнению с предыдущим годом[2].
Но наряду с мнением правоохранительных органов для полноты картины необходимо изучение мнения и населения. Как оно оценивает сложившуюся ситуацию в сфере борьбы с терроризмом? Чувствуют ли граждане себя защищенными? Можно ли говорить об успехах государства на этом поприще? На эти и другие вопросы и попытаемся отчасти ответить, анализируя анкеты, заполненные современной российской молодежью.
Респондентами анкетирования выступили студенты старших курсов институтов Прокуратуры РФ, Юстиции, Российского и международного права и Следственно-криминалистического института ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права» (всего – 203 человека)[3], многие из которых уже имеют опыт работы в области юриспруденции.
Возраст опрошенных: 185 человек (91,1%) – до 21 года, 14 (6,9%) – от 21 до 25 лет, 4 (2%) – старше 25 лет. 50,2% мужчин и 49,8% женщин.
Общая характеристика терроризма населением.
Из года в год чрезвычайно актуальной проблему борьбы с терроризмом считает абсолютное большинство респондентов – 157 человек (77,3%)[4],,7%) человека полагают, что актуальность данной проблемы в настоящее время преувеличена[5]: борьба с другими преступлениями не менее важна (в 2007 году – 24,5%, в 2006 году - 18,7%, в 2005 г. – 23,5%, в 2004 г. такое мнение высказали 18%). 3 человека (1,5%, причем все ответившие так – мужчины) посчитали, что борьба с терроризмом совершенно неактуальна (в прошлом году – 1 человек, 0,5%, в позапрошлом – 2 человека, 0,9%).
Прозвучали и иные варианты ответов: «имеет скрытый характер, не видно на поверхности, но является растущим и особо опасным»; «я думаю, в первую очередь, надо бороться с терроризмом».
Сравнительный анализ оценки борьбы с терроризмом в 2годах
В итоге, в этом году немного увеличилось число лиц, считающих борьбу с терроризмом чрезвычайно актуальной, и почти на 4% снизилось число опрошенных, полагающих, что актуальность такой борьбы преувеличена.
В 2008 году в очередной раз был повторен вопрос об отношении населения к явлению терроризма в целом. Ответы таковы: это зло, с которым нужно бороться и никогда не идти на компромисс – 186 человек (91,6%); в целом негативное явление, которое при некоторых обстоятельствах может быть оправданным[6] - 12 (5,9%); безразличное отношение высказало 4 опрошенных (2%, все – мужского пола) – терроризм стал обыденным явлением (россияне привыкают ко всему); ни один не утверждает, что его данный вопрос совершенно не интересует (в прошлом году – 1 человек, 0,5%, а в позапрошлом году – 2 человека, 0,9%).
В качестве иных ответов прозвучали: «терроризм - это вымысел США!»; «хотя, анализируя историю, иногда можно оправдать»; «отрицательно».
Сравнительный анализ отношения к терроризму в годах
На диаграмме хорошо видны две «лесенки» в рядах данных: количество лиц, считающих, что терроризм – это негативное явление, но при определенных обстоятельствах может быть оправданным, постоянно росло до этого года, причем происходило это за счет лиц, не допускающих компромисса с террористами в принципе. Однако, в этом году тенденция была разрушена, что не может не радовать.
Относительно того, какой мотив преобладает сегодня в террористической деятельности в России, респонденты высказались следующим образом: религиозный -,6%)[7]; политический – борьба за власть –,9%); экономический (это «бизнес») –,5%); особую роль играет национальный вопрос[8] –,9%), иное – «т. к. под маской религиозной защиты данных прав кроются серьезные политические цели»; «смесь вышеперечисленных»; «однозначного мотива нет»; «не знаю, но скорее политический»; «религиозно-политический»; «попытка изменить мир к худшему»; «этнорелигиозный»; «все перечисленное»[9].
Сравнительный анализ оценки мотивации терроризма 2годах[10]
Как видно, уже третий год пальму первенства удерживают политические мотивы (в гг. возглавляла список экономическая составляющая), хотя сторонников такого мнения стало меньше. Резко возросло число приверженцев идеи, что при совершении терактов ключевая роль за национальным и религиозным вопросами. Одновременно, заметно меньше год от года уделяется внимания экономическим мотивам.
Вопросы борьбы с терроризмом.
Статья 16 ФЗ РФ от 6.03.2006 г. «О противодействии терроризму» (далее – Закон) допускает в целях сохранения жизни и здоровья людей ведение с террористами переговоров лицами, специально уполномоченными на то руководителем контртеррористической операции (при этом не должны рассматриваться выдвигаемые террористами политические требования). В ходе анкетирования было выяснено отношение студентов к подобному положению.
Полностью поддержало его 80 человек – 39,4% (в 2007 году – 25%, в 2006 году – 30%, в 2005 году на подобный вопрос, соответственно, до введения в действие закона, так ответило 43,3%); не согласились, указав, что никаких переговоров при совершении терактов не должно быть в принципе – 18 (8,9%, причем все – мужского пола[11], преимущественно средней возрастной категории). Для сравнения: за полный отказ от переговоров выступало в 2007 году – 11%, в 2006 году – 19,6%, в 2005 году 16,6% опрошенных. Большинство же подчеркнуло, что переговоры необходимо вести всегда в целях минимизировать вред от теракта, при этом рассматривать следует и политические требования террористов – 103 респондента – 50,7% (в 2007 году – 61%, в 2006 году – 49,6%, аналогичный ответ в 2005 году выбран в 39,3% случаев). В итоге, наблюдается раскол общественного мнения: увеличивается как число ярых противников переговоров, так и активных сторонников данной меры. Все это происходит за счет снижения сторонников «промежуточной» позиции, закрепленной в законе.
Отношение к переговорам с террористами (в сравнении с предыдущими годами)
Иные ответы таковы: «однако политические требования не должны выходить за рамки допустимого»; «если идет речь о спасении заложников, а в остальных случаях никаких переговоров не должно быть»; «можно обещать выполнить политические требования в целях сохранения жизни и здоровья граждан, но не исполнять их, если, например, они направлены на изменение … конституционного строя РФ».
В целом, население начинает признавать, что специфика террористических преступлений зачастую исключает возможность уничтожения (обезвреживания) преступника с помощью физической силы без вреда для мирных граждан, поэтому забывать о переговорах не стоит.
Во время опроса было выяснено отношение респондентов к еще одному положению Закона, направленному на борьбу с терроризмом. Ст.11 Закона допускает на территории, в пределах которой введен правовой режим контртеррористической операции, в порядке, предусмотренном законодательством РФ, применение, в частности, следующих мер: ведение контроля телефонных переговоров и иной информации, передаваемой по каналам телекоммуникационных систем, а также осуществление поиска на каналах электрической связи и в почтовых отправлениях в целях выявления информации об обстоятельствах совершения террористического акта, о лицах, его подготовивших и совершивших, и в целях предупреждения совершения других террористических актов; приостановление оказания услуг связи юридическим и физическим лицам или ограничение использования сетей связи и средств связи. Реакция студентов на «предложение» подвергнуться подобным ограничениям ради общего блага такова: да, однозначно согласен – 74 человек (36,5%); да, но лишь в исключительных случаях - ,2%); нет, подобные ограничения для меня неприемлемы – 12 (5,9%).
В качестве иных вариантов ответа прозвучал лишь один – то ли с ноткой пафоса, то ли эгоизма: «нет, это ограничивает мои права».
Получается, большинство опрошенных вовсе не желают подвергаться сколь-либо серьезным ограничениям в правах ради борьбы с терроризмом: лишь каждый третий безоговорочно согласился с положениями ст.11 Закона, и в два с лишним раза выросло за год число ярых противников этой меры.
Согласны ли Вы подвергнуться некоторым ограничениям в правах и свободах ради общего блага?
Если население так неохотно в этом вопросе доверяет правоохранительным органам, какую же оно дает общую оценку мерам безопасности, применяемым государственной властью в сфере борьбы с терроризмом?
Достаточными их признали 38 человек (18,7%), недостаточными – ,6%, при этом, чаще всего подобным образом отвечали представители младшей возрастной группы – 64,9%; для сравнения – вторая возрастная группа набрала лишь 28,6%), еще,3%) опрошенных указало: не видно никаких существенных мер вообще.
В качестве «иного ответа» звучало: «затрудняюсь»; «но можно и пожестче»; «меры, в принципе, достаточные, но конкретные люди или службы, которые должны их осуществлять, часто очень халатно к этому относятся»; «не могу ответить на данный вопрос»; «государству безразлична судьба народа»; «ни фига они не делают, только слова хорошо звучат в телевизоре, показуха»; «достаточно, но не в полной мере»; «недостаточно информации в СМИ»; «не имею сведений».
Сравнительный анализ оценки достаточности мер борьбы с терроризмом по исследованиям 2004 – 2008 годов
Данные на диаграмме свидетельствуют о том, что в этом году была закреплена тенденция на существенный сдвиг в восприятии деятельности государства в сфере борьбы с терроризмом: не только прекратился рост числа лиц, признающих недостаточными принимаемые антитеррористические меры, но и наметилось снижение количества сторонников этого мнения. Далее, с каждым годом уменьшается численность респондентов, не видящих никаких существенных мер борьбы вообще (по сравнению с 2004 годом – в 2,7 раза). И, наконец, в полтора раза (с 12,5% до 18,7%) за последний год выросло количество граждан, признающих принимаемые государством меры достаточными (особо отметим, что в 2004 году таковых был лишь 1%!). Таким образом, приведенные выше слова директора ФСБ находят свое вполне конкретное отражение и в общественном мнении.
Однако, как и в прежние годы, подавляющее большинство все еще полагает, что принимаемых сегодня мер недостаточно, правоохранительным органам есть над чем работать.
Для уточнения ситуации именно в Саратове был задан вопрос: «Обеспечивает ли, по Вашему мнению, деятельность правоохранительных органов полноценную защиту жителей города Саратова от посягательств террористов?». Ответы распределились следующим образом: да, полностью – 3 (1,5%); скорее обеспечивает –,5%); скорее не обеспечивает –,8%); совершенно нет: рассчитывать можно только на себя[12] –,8%); иное (5,4%): «но это, в основном, потому что терроризм на этой территории не принимал своей формы»; «тут нелегалов больше, и вообще 50 на 50»; «не знаю» (ответ встречался трижды); «Саратов мало подвержен посягательству террористов»; «недостаточно»; «очень много пробелов».
Сравнительный анализ оценки защиты правоохранительной системой жителей Саратова от терроризма по исследованиям 2004 – 2008 годов
Диаграмма наглядно показывает, что, несмотря на снижение показателей в этом году (о чем еще будет сказано ниже), за прошедшие годы оценка деятельности саратовских правоохранительных органов со стороны населения существенно улучшилась, хотя, конечно, она все еще не слишком высокая: большинство, как и прежде, считает, что защита в нужном объеме не обеспечена, а на фоне оценки работы правоохранительных органов в целом по стране (см. предыдущий вопрос), Саратовская область выглядит не слишком успешно.
Как бы ни старались правоохранительные органы, но без помощи со стороны населения эффективная борьба с терроризмом невозможна. Соответственно, возникает вопрос: какие же меры защиты от терактов предпринимают граждане?
Прозвучали следующие ответы: внимательнее стал соблюдать меры безопасности в общественных местах – 105 человек (51,7%), усилил безопасность своего жилища (двери, решетки, сигнализации и т. п.) – 12 (5,9%), приобрел (собираюсь приобрести) оружие для самообороны – 16 (7,9%, из них 3 человека - девушки), более настороженно стал относиться к личностям с «подозрительной внешностью» -,3%), я об этом не задумываюсь – 17 (8,4%), надежных мер против терроризма не существует –,2%), иное (2%): «внимательно читаю листовки, объявления от МВД»; «нет, не предпринимаю».
Анализ мер, принимаемых респондентами, по защите себя от терроризма по исследованиям 2004 – 2008 годов:
Исследование 2008 г.
Сравнение за гг.
Гораздо меньше людей полагает, что надежных мер от терроризма нет вовсе, все меньше не задумывается о них. Выросло (почти вернулось к уровню позапрошлого года) число граждан, покупающих оружие самообороны (за год – в 2 раза). Существенно больше опрошенные стали уделять внимание безопасности в общественных местах, настороженно относиться к людям с «подозрительной» внешностью. У последней меры, наряду с положительным эффектом, имеется и некоторая негативная сторона: разжигание ксенофобии (отождествление «подозрительности» с определенными национальными[13] или религиозными признаками и т. д.).
В очередной раз у студентов спросили, что, необходимо сделать (в первую очередь) для повышения эффективности борьбы с терроризмом. Получены следующие предложения.
Усилиями силовых структур в корне изменить ситуацию на Северном Кавказе – 66 человек (32,5%); активизировать на международном уровне взаимодействие по вопросам обмена информацией и опытом организации и осуществления предупредительных мер –,3%); реализовать крупномасштабные предупредительно-профилактические операции (металлоискатели на входе в общественные места, пропускная и регистрационная системы и т. д.) –,8%); необходимо привлекать население, общественные организации и т. д. к охране общественного порядка в населенных пунктах (дежурство в подъездах, патрулирование в общественных местах и т. п.) –,2%); необходимо усилить ответственность за совершение терактов –,5%); для этого нужно предоставить правоохранительным органам чрезвычайные полномочия – 11 (5,4%); следует усилить борьбу с финансированием террористической деятельности –,5%); сам по себе терроризм неискореним – необходимо устранить социальные противоречия –,3%)[14]; иное (6,4%): «ввести обязательную регистрацию лиц кавказской национальности, и за неисполнение жестоко наказывать»; «я думаю, Северный Кавказ ни при чем»; «оставить Кавказ в покое»; «устранить социальные противоречия невозможно»; «необходимо гражданское общество»; «ввести жесткий контроль в правоохранительных органах»; «применять смертную казнь в исключительных случаях»; «департировать всех лиц кавказской национальности и ввести закрытый режим для них».
Обратим внимание, что девушки чаще концентрируют внимание на международном сотрудничестве в этих вопросах, а юноши – на противодействии финансированию терроризма.
Сравнительный анализ мер, предложенных респондентами, как эффективных в борьбе с терроризмом, по исследованиям 2004 – 2008 годов
Варианты ответов:
1 - усилить борьбу с финансированием террористической деятельности
2 - реализовать крупномасштабные предупредительно-профилактические операции (металлоискатели на входе в общественные места, пропускная и регистрационная системы и т. д.)
3 - активизировать на международном уровне взаимодействие по вопросам обмена информацией и опытом организации и осуществления предупредительных мер
4 - усилиями силовых структур в корне изменить ситуацию на Северном Кавказе
5 - привлекать население, общественные организации и т. д. к охране общественного порядка в населенных пунктах (дежурство в подъездах, патрулирование в общественных местах и т. п.)
6 - усилить ответственность за совершение терактов
7 - предоставить правоохранительным органам чрезвычайные полномочия
8 - сам по себе терроризм неискореним - необходимо устранить социальные противоречия
В этом году, как видно, стабильно высоким осталось число граждан, которые выступают за усиление борьбы с финансированием террористической деятельности, продолжена ежегодная тенденция возложения все больших надежд на международное сотрудничество. По результатам последнего опроса резко возросло количество сторонников усиления ответственности за терроризм и крупномасштабных профилактических мер. Каждый седьмой полагает, что терроризм неискореним – таких людей гораздо меньше, чем в предыдущие три года.
Вновь на обсуждение было вынесено положение ст.25 Закона, допускающее установление денежного вознаграждения лицам, оказывающим содействие в выявлении, предупреждении, пресечении, раскрытии и расследовании террористического акта, выявлении и задержании лиц, подготавливающих, совершающих или совершивших такой акт.
Респонденты отреагировали таким образом: да, это существенно поможет в борьбе с терроризмом – ,7%); да, но только за активную деятельность, а не просто сообщение тех или иных сведений –,9%); нет, это аморально и недопустимо – 4 (2%); нет, поскольку не принесет существенной пользы – 10 (4,9%); иное (3%) – «т. к. население на данном этапе отличается своей безразличностью»; «нет, лучше вместо денег давать ордена или подобные награды».
Отношение опрошенных к оплате «услуг» населения при борьбе с терроризмом
Как видно, за год почти на десять процентов увеличилось число ярых сторонников данной меры.
Отношение к смертной казни. Следует ли сегодня в России применять смертную казнь? В этом году ответы распределились так:да, при совершении особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь (ч.2 ст.20 Конституции РФ) – ,2%); да, но только для лиц, осуществляющих террористическую деятельность –,1%[15]); нет, смертная казнь применяться в России не должна –,2%). Иные варианты ответов (4,9%): «только в тех случаях, когда вина лица, совершившего особо тяжкое преступление, полностью и безоговорочно доказана»; «да, но при том только к полностью доказанным тяжким преступлениям и особо тяжким»; «конечно, я думаю, что смертную казнь надо ввести, не только для террористов, и для заключенных, у которых превышает срок наказания 10 лет лишения свободы»; «да, но смертная казнь на данный момент для России недопустима, т. к. Россия к этому не готова»; «религия не позволяет и это не гуманно»; «затрудняюсь ответить» (ответ встречался дважды).
Отношение к смертной казни по данным исследований годов
Итак, сегодня более 77% опрошенных, как и раньше, отстаивают позицию, что в современной России применение смертной казни необходимо, причем (по мнению большинства) не только для террористов.
Один из вопросов затрагивал допустимость превентивных мер при борьбе с терроризмом, в частности, предусмотренных ст. ст. 7, 8 закона «О противодействии терроризму» (в них говорится о возможности уничтожения плавательного средства, воздушного судна, если имеется реальная опасность гибели людей либо наступления экологической катастрофы, и при этом исчерпаны иные возможности).
Как и год назад, голоса распределились почти поровну: да, такие меры возможны –,8%); подобные предложения нарушают права законопослушных граждан (в частности, удерживаемых на захваченном судне), и недопустимы –,3%).
В качестве иных вариантов (5,4%) прозвучало: «только в исключительных случаях»; «такие меры возможны в самых крайних случаях»; «если существует опасность гибели, то нет, а если это уже случилось – да».
Допустимы ли «жесткие» превентивные меры борьбы с терроризмом?
Из диаграммы видно, что реально баланс мнений за год, в принципе, не сильно изменился: подчеркнем лишь, что, хотя и с небольшим перевесом все еще доминирует позиция противников таких мер, в этом году разрыв сократился с 4 до 1,5%.
Был также впервые задан вопрос, следует ли оповещать население о предстоящей террористической угрозе?
«Да, это поможет существенно снизить негативные последствия теракта, а то и предотвратить его» – так ответило 84 человека (41,4%);
«да, поскольку это право каждого гражданина – получить подобную информацию, даже если она только навредит» – 47 человек (23,2%, при этом за свободу слова в два раза чаще выступали девушки – 30,7% против 15,7%);
«нет, это создаст ненужную панику, а пользы не принесет» – 30 человек (14,8%);
«ответить на этот вопрос можно лишь применительно к конкретной ситуации» – 48 человек (23,6%).
Графу «иное» выбрали 3 человека (1,5%): «если только это не принесет вред» (2 раза); «обязательно».
Следует ли оповещать население о предстоящей террористической угрозе? (опрос 2008 года)
Итак, почти 2/3 опрошенных выступают за своевременное получение достоверной информации о терактах.
Последний вопрос касался очень «громкого» преступления - убийства, совершенного в Саратове. Он был сформулирован следующим образом: «Восприняли ли Вы как акт терроризма убийство в феврале 2008 года прокурора Саратовской области?».
Да, безусловно, ответило 23 человека (11,3%, причем так отвечали чаще юноши, чем девушки: 15,7% против 6,9%), да, в первый момент, после того, как узнал об этом событии – 7 человек (3,4%), нет, это было явно не связанное с терроризмом преступление – 105 опрошенных (51,7%), хотя не считаю это актом терроризма, негативное воздействие на общественное мнение совершенно аналогично теракту – 63 человека (31%).
Иное: «не слышал»; «терроризм ни при чем»; «не знаю, но негативно».
Восприняли ли Вы как акт терроризма убийство в феврале 2008 г. прокурора Саратовской области? (опрос 2008 года)
Конечно, говорить здесь о терроризме в правовом смысле вряд ли необходимо. Однако данный пример показывает, что эффекта устрашения населения можно достичь и без взрывов, красноречивых угроз и т. п. Мысль простого человека о том, что в государстве, где так просто убивают высокопоставленных работников правоохранительных органов, приводит его к выводу – чувствовать себя защищенным, мягко говоря, рано. Соответственно, как результат – несовпадение в оценке работы правоохранительных органов в целом по стране и в Саратовской области явно не в пользу последних (о чем говорилось выше).
Общие итоги.
Первоначально планировалось разделить этот раздел: показать сначала положительные результаты борьбы с терроризмом на территории Российской Федерации, затем – отрицательные моменты. Однако, в ходе анализа получилось, что такое жесткое деление, пожалуй, неприменимо к этому опросу.
Да, большинство опрошенных, как и прежде, вовсе не желают подвергаться сколь-либо серьезным ограничениям в правах ради борьбы с терроризмом: лишь каждый третий безоговорочно согласился с положениями ст.11 Закона, и в два с лишним раза выросло за год число ярых противников этой меры. Но можно ли с уверенностью говорить о том, что это проявление эгоизма? Может быть, действительно, это то самое уважение собственных прав, к которому так стремится каждое демократическое общество?
Действительно, как и в прежние годы, подавляющее большинство все еще полагает, что принимаемых сегодня мер недостаточно, правоохранительным органам есть над чем работать. Трудно с ним (большинством) не согласиться. Но разве в России кто-то когда-то был полностью доволен работой чиновников, милиции и т. д.? Да и в мировой практике восхищение работой правоохранительных органов со стороны населения – большая редкость.
Отношение опрошенных к оплате «услуг» населения, оказанных в борьбе с терроризмом, разумеется, не всегда вписывается в нормы морали. Как видно, за год почти на десять процентов увеличилось число ярых сторонников данной меры. Но разве мы сами не рвались яростно в капитализм? Не стремились к рыночным отношениям?
Почти 2/3 опрошенных выступают за своевременное получение достоверной информации о терактах. Что здесь преобладает? Здравый смысл или нездоровое любопытство? Будем оптимистично считать, что первое.
Сегодня более 77% опрошенных, как и раньше, отстаивают позицию, что в современной России применение смертной казни необходимо, причем не только для террористов. Можно ли это признать недостатком нашего общества в свете мнения Европы? Вряд ли. Это позиция российского народа и ее нужно уважать.
Допустимость превентивных мер в борьбе с терроризмом: с небольшим перевесом все еще доминирует позиция противников таких мер, но в этом году разрыв сократился с 4 до 1,5%. Следует ли расценивать такое сокращение как ожесточение, очерствение населения или же это вполне рациональный расчет на эффективность подобной меры?
Разумеется, поставленные вопросы не стоит понимать как вывод о том, что отрицательных моментов в изменении общественного мнения о терроризме за последние годы нет. Такого, к сожалению, пожалуй, никогда не будет. Просто оценивать их следует в свете общих тенденций, а они, определенно, внушают долю оптимизма. Судите сами.
В этом году немного увеличилось (оставаясь стабильно высоким) число лиц, считающих борьбу с терроризмом чрезвычайно актуальной, и почти на 4% снизилось число опрошенных, полагающих, что актуальность такой борьбы преувеличена.
Количество лиц, считающих, что терроризм – это негативное явление, но при определенных обстоятельствах может быть оправданным, постоянно росло до этого года, причем происходило это за счет лиц, не допускающих компромисса с террористами в принципе. В 2008 году тенденция была разрушена, что не может не радовать.
Уже третий год пальму первенства, по мнению населения, удерживают политические мотивы терроризма (в гг. возглавляла список экономическая составляющая), хотя сторонников такого мнения стало меньше. Резко возросло в этом году число респондентов, которые полагают, что при совершении терактов ключевая роль - за национальным и религиозным вопросами. Другая тенденция наблюдается относительно экономической мотивации терроризма: заметно меньше год от года опрошенных считает, что террористами движет, главным образом, корысть, тяга к деньгам.
Население охотнее начинает признавать, что специфика террористических преступлений зачастую исключает возможность уничтожения (обезвреживания) преступника с помощью физической силы без вреда для мирных граждан, поэтому чаще допускает переговоры с террористами в целях спасения жизней заложников.
Гораздо меньше людей полагает, что надежных мер от терроризма нет вовсе, все меньше не задумывается о них. Существенно больше опрошенные стали уделять внимание безопасности в общественных местах. Соответственно, по результатам последнего опроса резко возросло количество сторонников крупномасштабных профилактических мер (металлоискатели на входе в общественные места, пропускная и регистрационная системы и т. д.).
Лишь каждый седьмой проанкетированный полагает, что терроризм неискореним – таких людей гораздо меньше, чем в предыдущие три года.
Но и эти все перечисленные моменты можно оспорить – каждый читатель волен видеть в них, говоря образно, как возрождение, так и упадок нации. Бесспорным, на наш взгляд, следует признать следующее.
В этом году была закреплена тенденция на существенный сдвиг в восприятии деятельности государства в сфере борьбы с терроризмом: не только прекратился рост числа лиц, признающих недостаточными принимаемые антитеррористические меры, но и наметилось снижение количества сторонников этого мнения. Далее, с каждым годом уменьшается численность респондентов, не видящих никаких существенных мер борьбы вообще (по сравнению с 2004 годом – в 2,7 раза). И, наконец, в полтора раза (с 12,5% до 18,7%) за последний год выросло количество граждан, признающих принимаемые государством меры достаточными (как уже отмечалось, в 2004 году таковых был лишь 1%!)[16].
Все это наводит на мысль, что бороться с терроризмом в России не только нужно, но и вполне возможно. И население с каждым годом становится все более оптимистично настроенным, а кроме того, пожалуй, более ответственным – когда собирались заполненные анкеты, многие студенты высказали мнение, что хорошо бы таким опросам уделять побольше внимания, ведь это важно и для каждого из нас. А если это уже сегодня понимает российская молодежь, значит, есть, пусть и крохотная, надежда, что когда-то наши дети будут знать слово «терроризм» только из учебников истории.
Справка подготовлена научным сотрудником Саратовского Центра
[1] Бортников подвел итоги деятельности ФСБ на Юге России за полгода // http://www. *****/news/185591июля 2008 г.)
[2] По данным МВД РФ: http://www. *****
[3] В 2004 г. было опрошено 250 человек, в 2005 г. – 247, в 2006 г, в 2007 г. – 200 человек.
[4] Данные по предыдущим годам: 73,5% в 2007 году, 80,4% в 2006 году, 76,9% в 2005 г., 82% – в 2004 г.
[5] Намного чаще так отвечали юноши, чем девушки: 29,4% против 11,9%.
[6] «Оправдать» терроризм чаще готовы юноши: 7,8% против 4%. Кроме того, это, как правило, лица второй возрастной категории – 21-25 лет (21,4% от общего числа лиц в этом возрасте, с учетом того, что младшие студенты – 4,9%, а более старшие не ответили так ни разу).
[7] Молодые люди в два с лишним раза чаще выбирали данный вариант ответа, чем девушки (21,8% против 9%), последние же в полтора раза чаще акцентировали внимание на национальном вопросе (16,7% и 27,9%).
[8] Намного чаще так отвечали девушки: 45,5% против 28,4% у юношей, обратная картина – с религиозным мотивом.
[9] Здесь, как и в некоторых вопросах далее, общий процент ответов превышает 100, т. к. допускался выбор нескольких вариантов.
[10] В 2004 году вариант «национальный мотив» в анкете не предусматривался, в связи с чем отсутствуют соответствующие данные.
[11] В 2007 году против любых переговоров выступили 16,7% представителей сильного пола и лишь 7,4% прекрасного пола.
[12] Скептически настроенных юношей гораздо больше: 17,6%, девушек же – 7,9%.
[13] Вспомним о росте числа лиц, считающих для терроризма ключевым мотивом национальный.
[14] Так думают 26% опрошенных первой возрастной категории и 17,7% - второй.
[15] В два раза чаще подобным образом отвечали юноши: 32,4% против 15,8%.
[16] Вместе с тем, борясь с терроризмом, не стоит забывать и о других криминальных угрозах – пример Саратовской области здесь явно показательный – восприятие работы местных правоохранительных органов явно хуже, чем в целом антитеррористических мер в государстве.
На главную"); // --> На главную
Начало формы
Конец формы
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
12 3
