- Действительно, хорошо! - отозвалась я. – Благодаря таким людям, порой незаметным и неуклюжим, часто необразованным, и держалась наша страна. Аня подобрала неплохое сравнение.
«Поразительно! Как много дала природа этой девочке! У неё есть логика, а для женщины – это редкий дар. Плюс к этому она мыслит образами, а это уже другие горизонты!»
Я прошлась вдоль доски и остановилась около Ани.
- А ты не можешь сказать мне, что такое судьба?
Аня почему-то посмотрела в окно, и в её больших голубых глазах мелькнула далеко спрятанная грусть.
- СУДЬБА – ЭТО РОК, - ответила она и вздохнула.
«Сколько грусти у этой девочки! Здесь что-то не так», - продолжала размышлять я. – «Благополучная интеллигентная семья, достаток в доме».
- Оказывается, ты, Анечка, – фаталистка! – воскликнула я. – Типичная фаталистка! Совсем, как я.
Аня благодарно посмотрела на меня и кивнула головой. Я ласково дотронулась до её худенького плеча и скорее почувствовала, чем услышала, ещё один горький вздох.
«Что-то здесь не так. А какая девочка! Настоящая отличница! Не дутая «батанка», высиживающая свои оценки, - умница от природы. Как умеет раскладывать свои мысли!»
Я вышла к доске и крупными буквами написала слово «СУДЬБА».
- Аня сказала, что судьба – это рок, - напомнила я. – Какие ещё мнения?
- Стечение обстоятельств, участь, доля, жизненный путь, жребий, предопределение…, - неслось со всех сторон.
Я быстро записывала на доске ответы, пытаясь расположить их вокруг слова «СУДЬБА».
- Верно! Всё верно, - сказала я, ставя точку. – Согласна со всем, что вы только что сказали. Думаю, математики дали бы слову «судьба» такое определение: судьба – это множество факторов, влияющих на жизнь человека. Подчёркиваю слово «множество». Как известно, любое множество состоит из отдельных частей. В данном случае, к этим частям можно отнести время, в которое родился человек; семью, образование, везение, материальный достаток, уровень мышления. Нельзя обойти стороной и непостижимую предопределённость событий, то есть то, что в народе называют рок. Во все времена люди верили, что судьба человека предопределена. Помните, как сказал Некрасов: «С детства судьба невзлюбила тебя».
- Или известное выражение: «От судьбы не уйдёшь», - тихо добавила Аня.
Я внимательно посмотрела на девочку и продолжила:
- А как вам строчки Жуковского: «Мне судьбина умереть в грусти одинокой»?
- А я вспомнил строчку из сказки: «Привела меня судьба в тридевятое царство…», - выкрикнул Петя.
- Признайся, только что придумал? – кокетливо спросила Лера.
- Может быть, и придумал, - улыбнулся ей Пётр. – Однако, Маргарита Владимировна, мы заговорились. Через пять минут звонок.
- Что ты говоришь? Опять не успели! – всполошилась я и посмотрела на часы.
Действительно, до звонка оставались считанные минуты. Ребята примолкли и сосредоточили своё внимание на мне. Они ждали прощальной фразы, за которой будет финиш второй четверти, а потом…! Потом – самое приятное: новогодний праздник, зимние каникулы, Рождество.
- На прощание, - сказала я, - позвольте поздравить вас с наступающим Новым Годом и пожелать удачи!
Я обвела ряды парт лучистым взглядом, в котором была не только моя любовь к 11Б, но и радость, что четверть закончилась.
- Думаю, не секрет, что для вас, дорогие мои, наступающий год - очень важный! – с душой продолжила я. – Скоро вы уйдёте из лицея, и будете поступать в ВУЗы. Мне очень хочется, чтобы помимо накопленных знаний в вашем арсенале было элементарное везенье.
Я посмотрела в окно. На верхушках голубых елей, растущих рядом с нашим лицеем, лежали искрящиеся шапки снега. Вид ёлок, засыпанных снегом, развернул мои усталые мозги в другую сторону, и мне пришло в голову закончить поздравительную речь такими словами:
- В последний год вашего детства хочу пожелать, чтобы чудо, которое ждёт в преддверии новогодних праздников каждый ребёнок, сопровождало вас по жизни всегда. С наступающим Новым Годом! С наступающими каникулами!
Оживление ребят взорвало урочную тишину, и я с удовольствием посмотрела на молодые радостные лица. Они светились от счастья. Первое полугодие закончилось!
С последней парты встал Петя и направился к учительскому столу. Петя был высок, симпатичен, уверен в себе, говорил приятным баритоном и выполнял в классе представительские функции. Я поняла, что сейчас последует ответное поздравление.
- ! - сказал он. - Позвольте поздравить вас от всего класса с наступающими праздниками и тоже пожелать чуда!
- Да, чуда мне определённо не хватает! - заметила я.
Ребята засмеялись. Петя призвал всех к вниманию и продолжил:
- Мы искренне вас любим, и хотим, чтобы в вашей жизни всё складывалось хорошо.
- И за что же вы меня любите? – игриво спросила я.
- Долго объяснять. Вы, Маргарита Владимировна – прикольная! - просто ответил Петя, и в подтверждение его слов все зааплодировали.
Я сделала загадочное лицо и улыбнулась.
- Мы надеемся, что наш маленький подарок, - опять заговорил представительный Петя, - доставит вам радость и заставит поработать себе в удовольствие.
Он протянул мне красивый пакет и одарил официальным поцелуем, который попал в мой висок. Надо сказать, что среди детей нашего лицея поцелуи являются ежедневной нормой. Поцелуи начинаются с утра, когда дети собираются перед уроками в большом холле лицея, и заканчиваются вечером, когда они прощаются. Поцелуи учителям дарятся только во время последнего звонка и выпускного вечера. Получив досрочный поцелуй, я вспыхнула, и удивлённо посмотрела на Петю.
- Я, надеюсь, не нарушил приличий? – улыбаясь, спросил Петя.
Он сказал эту фразу таким же тоном, как, если бы спросил:
- Я, надеюсь, не лишил вас девственности?
Я бросила робкий взгляд на его красивую фигуру и подумала:
«Вот, что значит, современное поколение! Никаких комплексов!»
Вслух же сказала следующее:
- Спасибо за поздравления и подарок. Вы меня заинтриговали.
Послав друг другу воздушные поцелуи, мы устремились по домам, желая как можно скорее окунуться в предновогоднюю суету. Новогодней дискотеки не будет, значит, каждый должен развлекаться, как может.
Глава 5
«Завтра – родительское собрание, затем – Новый Год!» - думала я по дороге домой. – «Впервые за четыре года мы с ребятами никуда не едем. Всё правильно! Какие поездки, им бы отоспаться!».
Подойдя к своему дому, я сбросила улыбку и вошла в квартиру, как и положено серьёзной женщине. Хочется заметить, что в своё время я интересовалась не только филологией, но и психологией. Прежде всего, меня интересовали проблемы взаимоотношений людей и их ролевое поведение. По мере погружения в эти проблемы я сделала для себя неожиданный вывод: начиная с нежного детского возраста, человек примеривает на себя различные маски, и чем старше он становится, тем большим количеством масок пользуется. Я долго размышляла на эту тему и поняла, что основной причиной моей работы в школе было стремление найти место, где количество масок - минимально. В среде школьников дышалось легче, а те глупости, которые они делали, ни в какое сравнение не шли с глупостями взрослых людей.
«Главное, что дети предсказуемы», - говорила я себе.
Впоследствии я ни разу не пожалела о принятом в те годы решении, и на встречах с университетскими однокурсниками всегда говорила, что в лицее нашла своё - родное.
- Ты всегда была слегка ненормальной! - замечали мне студенческие подружки и пожимали плечами.
Эти слова произносились с такой интонацией, что со стопроцентным попаданием можно было угадать недосказанное: «Извини, но по отношению к тебе, это ещё мягко сказано!»
Со своей стороны я искренне жалела своих однокурсников и не понимала, как можно зацикливаться на тех проблемах, которые они обсуждали. По зрелому размышлению, мне пришла в голову мысль, что в окружении взрослых людей меня «клинило». Это словечко из школьного лексикона ко мне удивительно подходило. «Клинило», лучше и не скажешь! Наверное, поэтому в солидном обществе я чувствовала себя скованно и, поэтому пряталась в воображаемую скорлупу.
С возрастом у меня появилось несколько правил поведения, одно из которых гласило: ради собственной безопасности надо уметь скрывать свои чувства и появляться в том облике, к которому привыкли окружающие тебя люди. Хорошее правило, и главное, всегда работало! Возьмём, например, взаимоотношения с близкими людьми. Олег Александрович не любит игривости, и перед порогом дома я всегда сбрасываю весёлое настроение. Зачем вызывать раздражение у близкого человека? Лялька, наоборот, любит посмеяться, поэтому с ней я становлюсь остроумной и легкомысленной. Нюта ценит во мне актёрский дар и то, что у нас в лицее называется ребячливостью. С Нютой я постоянно прикалываюсь и вхожу в те или иные образы.
Вот и сейчас, готовясь к встрече с мужем, я вошла в квартиру с унылым выражением лица. Олег Александрович, посмотрев на меня, удовлетворённо спросил:
- Устала?
- Вымоталась ужасно!
- А что я говорил! - сказал он, заботливо помогая снять пальто. - Преподавательская работа – это колоссальные перегрузки!
- Ты, как всегда, прав! - вздохнула я и, шаркая тапками, направилась в кухню.
- Ничего! - услышала я его голос. - В каникулы немного отдохнёшь.
Он поставил мои сумки на ближайший стул и добавил:
- Вот у меня сейчас наступят горячие деньки! Сначала – подготовка годового отчёта, затем – конференция.
Олег Александрович сделал паузу, ожидая моей реакции, и я быстро заметила:
- Очень тебе сочувствую! Представляю, какое напряжение!
- Тебе трудно представить, - высокомерно ответил он. - Уровень интеллектуальной и нервной нагрузки преподавателей качественно ниже, чем уровень нагрузок учёных.
- Да, конечно, - согласилась я, и тема была исчерпана.
Если бы мне пришло в голову ответить по-другому, Олег Александрович выдал бы речь минут на двадцать. В этой речи он привёл бы убедительные доказательства в пользу каторжного труда представителей научной интеллигенции, и в частности, математиков.
Я разогревала мясо и наслаждалась тишиной.
«Первым делом высплюсь. Затем вдоволь начитаюсь. Через пару дней съезжу в Центр за подарками».
Я с удовольствием думала на эту тему и улыбалась.
«Новый Год! Загадочный, волнующий, таинственный праздник! Даже взрослые ждут чего-то необычного».
- Тебе дети что-нибудь подарили? – спросил Олег Александрович.
- Традиционные конфеты, набор ёлочных украшений и нечто неизвестное от 11Б.
- По-моему, 11Б тебе симпатизирует.
- Наверное, у меня нормальные отношения с ребятами.
- Вот и хорошо, - пробормотал Олег, поглядывая на антрекоты. – Я успею просмотреть газету?
- Думаю, да. Ужин будет минут через пятнадцать.
Через пятнадцать минут я зажгла свечи, положила на стол салфетки и позвонила в колокольчик. Этот колокольчик Олег привёз с Валдая, и я быстро нашла ему достойное применение. Олегу Александровичу всегда нравилось, когда к вещам относятся практично.
- В старых аристократических семьях сзывали на обед посредством гонга, а у нас – валдайским колокольчиком, - как-то пошутил он.
Часам к одиннадцати я добралась до подарка 11Б. В сумке лежал дневник в красной бархатной обложке.
- Интересно! - сказала я, открыв дневник.
«Дневник Риты Вайт», - было написано на первой странице.
Намёк понят!
Я уже было собралась идти в постель, но бархатная обложка дневника привлекла моё внимание, и, на минуту задумавшись, я написала:
«27 декабря, вечер.
Маргарита Владимировна Белых.
Преподаватель литературы в гуманитарном лицее города Москвы. 36 лет. Образование – высшее, закончила филологический факультет МГУ.
Внешние данные:
волосы – длинные, светлые; глаза – зеленоватые, нос – прямой, цвет лица – бледный.
Качества характера:
мечтательная, романтическая, добрая, отзывчивая.
Посмотрев на лаконичный текст, я подумала:
«Не женщина, а конфетка!»
Немного подумав, я дописала:
«Безалаберная, заторможенная, непрактичная, слишком доверчивая».
«Критики достаточно!», - я решительно перевернула страницу и сделала следующую запись:
Олег Александрович Васильчиков:
55 лет, член корреспондент Академии наук, математик, нумизмат.
Плюсы.
Не пьёт, не курит, женщинами и мужчинами не интересуется. Солидный, неторопливый, основательный. Потрясающая эрудиция. Чаще всего проявляет её, комментируя телевизионные передачи или литературные произведения. Человек начитанный, с хорошей памятью.
Минусы.
Обидчивый, сухой, скупой, занудливый, неэмоциональный, критично настроенный к окружающему миру.
Я с удовольствием посмотрела на краткую характеристику Олега и подумала:
«Как я его разобрала!»
Когда я проснулась, Олега Александровича дома не было. Не было его и, когда я вернулась домой.
«Куда он делся? Уже девять часов вечера!»
Только я об этом подумала, как услышала звук повернувшегося ключа. Я вышла в коридор.
- А вот и мы! – радостно сказал Олег Александрович, входя в квартиру.
Он снял дублёнку и тепло посмотрел в мою сторону. Мне стало не по себе. Радостный тон, тёплый взгляд! Прямо чудеса!
«Стоило мне его проанализировать, и вот результат», - мелькнула в голове шальная мысль.
- Ты уж не обессудь, Маргарита, - сказал он, - а подарок к Новому году я тебе подарю сейчас. Мало ли, что может быть. Вдруг не подойдёт.
Терпеть не могу, когда меня называют Маргаритой. Маргарита Владимировна – ещё, куда ни шло, а Маргарита…. Сразу представляю себе простенький ярко рыжий цветок. Зачем только меня так назвали? Знаю, папа настоял. Наверное, начитался в детстве Дюма и решил, что его дочь будет такой же красавицей, как королева Марго. Мама говорила, что в ЗАГСЕ, в момент регистрации моего рождения она проявила слабохарактерность и пошла у папы на поводу. Впоследствии свою ошибку она исправила, и до окончания университета меня, с её лёгкой руки, все звали Мариной. Когда же я пошла на работу, меня стали называть Маргаритой Владимировной. И только, познакомившись с Олегом, я опять стала Маргаритой.
Олег Александрович достал из сумки большой свёрток и аккуратно вытащил чёрный брючный костюм.
- Вот, Маргарита! – торжественно сказал он. - Поздравляю тебя с наступающим Новым Годом!
Я ахнула и чуть не расплакалась от радости.
- Олег, милый! Какая прелесть!
- Брось, глупости! - муж довольно улыбнулся. - Сколько эмоций!
- Как же ты решился на такую покупку? Наверное, дорого!
- Я рад, что тебе нравится, - сдержанно произнёс Олег Александрович. - Осталось только примерить.
Когда я надела костюм, Олег осмотрел меня со всех сторон и одобрительно заметил:
- Замечательно сидит!
Я взглянула на себя в зеркало и увидела симпатичную стройную женщину, фигуру которой выгодно подчёркивал прилегающий к талии пиджак и классические брюки.
- Мне кажется, что здорово!
- Очень качественный костюм! – удовлетворённо сказал Олег. – Теперь, думаю, пора и поужинать.
- Конечно! - заторопилась я и бросилась в комнату снимать костюм.
- Повесь его аккуратно на плечики!
За ужином Олег Александрович рассказал мне со всеми подробностями, как теперь выглядит ЦУМ, какие разговоры у него были в секции женской одежды, как он выбирал костюм.
- За хорошую вещь и денег не жалко, - в заключение сказал он и сел с газетой в своё любимое кресло.
Глава 6
На 29 декабря у меня была запланирована генеральная уборка. Мне ничто не мешало: Олег Александрович уехал в институт, в лицее никаких мероприятий не было, поход в магазин предполагался завтра. Я ходила по квартире, вытирала пыль и думала. Мне кажется, что женщина всегда думает. Мысли около женщины летают быстро-быстро. Они – разные: короткие и длинные, грустные и радостные, тревожные и беззаботные. Можно и не перечислять, женские мысли всегда многочисленны и неуловимы. Их нельзя сравнивать с мужскими, они - другие. Однако мне кажется, что в женской голове мыслей больше. Я даже остановилась от этого предположения.
- Наверное, мыслей у женщины и больше, - сказала я вслух, - но их качество!
Я вспомнила свои мысли и сморщилась.
«Женские мысли – нечёткие, суетливые, изматывающие. Надо тысячу раз просеять то, что говорит женщина. Я даже не уверена, что и после просеивания поймёшь!»
Посмотрев на результаты уборки, я удовлетворённо кивнула и написала на новой странице дневника:
29 декабря.
«Делала генеральную уборку. Много думала».
На следующий день я поехала за подарками.
Выйдя на Театральную площадь, я сразу почувствовала состояние праздничного оживления. Разноцветные огни, гирлянды, новогодние шары. В воздухе витало нечто сладкое и давно забытое. Я оглянулась и увидела маленький бутик. Мне показалось, что именно из его витрины и распространяется сладкое ощущение праздника. Осторожно заглянув за стекло, я увидела деда Мороза своего детства. Он добродушно улыбался из-под серебряных ватных усов и подмигивал серыми фарфоровыми глазами.
- Чудеса только начинаются! – сказал он.
- Это вы мне?
Я вытянула шею и посмотрела на яркие губы деда Мороза. Он по-прежнему улыбался.
«Чудеса!» - подумала я и оглянулась.
Никто не обращал на меня никакого внимания. Я отошла от витрины и направилась к ГУМу. Воодушевление перед посещением крупного магазина и некоторая сумма денег, лежащая в сумочке, преобразили моё лицо и походку. Как и многие в подобной ситуации, я ещё не знала, что куплю. Приходилось полагаться на момент озарения. Вспомнив, что на
второй линии был хороший косметический отдел, я решила создать себе настроение и посмотреть кое-что из косметики. Войдя в ГУМ, моё праздничное настроение быстро испарилось, и на его место уселись привычные робость и растерянность. Причина была простой и банальной: большое количество зеркал, украшавших косметический отдел, отразили не придуманный, а реальный внешний вид Риты Белых. При ярком освещении стали хорошо заметны и мелкие морщинки вокруг глаз, и выбившаяся прядь волос, и не соответствующая цвету лица помада, и уже старомодное пальто.
Я горько вздохнула и встала около круглого стенда. На нём аккуратным веером были расставлены золотистые футляры с помадой, изящные пузырьки с лаком и пластиковые флаконы с крем-пудрой.
- Здравствуйте! – услышала я приятный голос. – Вы что-то ищите?
Передо мной стояла девушка-консультант и мило улыбалась. Её молодая ухоженная кожа, аккуратно подведённые и оттенённые глаза, пухлые губы под тонким слоем прозрачной помады служили отличной рекламой косметической продукции фирмы производителя.
- Хотелось бы посмотреть губную помаду, - тихо сказала я.
- Какой цвет вы предпочитаете?
Девушка внимательно посмотрела на мои губы, затем на ресницы и, наконец, на руки. Этого оценивающего взгляда было достаточно, чтобы я почувствовала себя испуганной растрёпанной птицей.
- Когда-то мне шёл розовато-коричневый тон, - ответила я.
Заметив перемену в настроении, девушка решила меня подбодрить:
- У вас красивая форма губ. Если бы их немного выделить контурным карандашом, а затем нанести помаду…. Думаю, по краям лучше подкрасить 254-ым цветом, а в центре – 158-ым.
Она повернулась к стенду, взяла два золотистых футляра и, выдвинув столбики помады, поднесла их к моим губам.
- Будет изумительно! Ваши губы станут сочными и эффектными.
- Вы так считаете? – оттаяв, улыбнулась я.
- Попробуйте, - предложила девушка и протянула тюбики с помадой. – Это пробники.
Я искоса посмотрела на женщину, стоявшую рядом. Она держала в руках несколько пробников и деловито красила губы то одной, то другой помадой.
- Пробовать ни к чему! - поспешно сказала я. - Полностью полагаюсь на ваше мнение.
- Вы меня не поняли, - улыбнулась девушка, перехватив мой взгляд. – Помаду можно нанести на запястье руки.
Она взяла меня за руку и аккуратно нанесла слой розовой помады.
- Не правда ли хороший оттенок?
- Да, да, конечно! Сколько она стоит?
- 450 рублей, - ответила девушка.
- Пожалуй, возьму розовую.
- А другую?
- В следующий раз, - ответила я, умножив 450 на два.
- Спасибо за покупку, - заученно сказала консультант и повернулась к стеллажу с помадой. Она достала нужный номер, положила рядом с кассой и, повернувшись к другой покупательнице, заученно улыбнулась.
- Могу вам чем-нибудь помочь?
Я быстро достала кошелёк, расплатилась и вышла из секции.
«Какой ГУМ? Какой косметический отдел?» - набросилась я на себя. – «Дома надо сидеть, а не шататься по дорогим магазинам. В кармане три копейки, а туда же! Подарки
покупать! Ты видела себя в зеркало? Шапочка, перчатки! Убожество, сплошное убожество! В таком наряде только на рынок ходить!»
Я растерянно оглянулась. Нарядная, улыбающаяся публика; дорогие товары. Куда меня занесло? Я вспомнила иронию, с которой описывала магазинные страдания Олега.
«Олег Александрович хоть выглядит респектабельно: высокий, представительный! А я? Маленькая, замученная женщина в поношенной одежде! Лялька права, тысячу раз права! О себе надо больше думать, о себе! Глядишь, и на люди тогда не стыдно будет показаться».
Я посмотрела на носы своих изношенных сапог, замазанных гуталином, и почувствовала, что из ГУМа надо срочно уходить.
«Куплю подарки на рынке», - решила я и повернула к выходу.
Однако мысль, что, купив дешёвку, можно испортить Олегу Александровичу настроение, заставила меня остановиться.
«Олег не наденет дешёвую вещь! Он неоднократно говорил, что его внешний вид – это реклама не только отдела, но и института. Конференции, заседания, выступления, переговоры. На всех этих мероприятиях он должен появляться в солидных костюмах,
дорогих рубашках и в качественной обуви. Последнее время на все эти вещи стало уходить много денег. А тут ещё питание! Олег стал покупать больше йогуртов, сухофруктов…. Порой денег до зарплаты не хватало, и мне приходилось занимать.
«Непрактичный ты человек!» - восклицал Олег и был прав. По сравнению с ним, я была настоящей транжирой: денег не копила, покупки не планировала, покупала, что под руку попадётся».
От таких мыслей плечи опустились, и думаю, моё лицо в этот момент было лицом типичной российской труженицы, живущей в вечном денежном дефиците.
- Да неужели это Маринка? – услышала я за спиной голос из детства.
Вздрогнув от неожиданности, я медленно обернулась и увидела перед собой Варвару. Когда-то мы вместе жили в коммуналке и были самыми закадычными подругами. Переехав в отдельные квартиры, мы надолго потеряли друг друга.
- Варенька, милая, какая же ты шикарная! - восхищённо прошептала я, рассматривая красивую даму в дорогих мехах.
- Глупости! Тряпки - это ерунда, главное – душа! Помнишь, как мой дедушка говорил? – пробасила Варька, заключив меня в жаркие норковые объятия. - Дай-ка я на тебя погляжу.
Варька слегка отстранилась и внимательно заглянула мне в лицо. Огромный голубой камень на её перстне сверкнул в солнечном луче, пробившемся сквозь стеклянную крышу ГУМа, и между нами пробежала волна дорогих духов.
- Наконец-то мы встретились! - радостно сказала она. - Теперь ты никуда от меня не денешься. Самое время пойти в какой-нибудь ресторан и вспомнить нашу коммуналочку!
- Варь, я бы с радостью, но мне подарок мужу надо купить!
- Поговорим, а потом купим. Сначала мы, Мариночка, а потом – мужики! - безапелляционно заключила Варька, взяв меня под руку.
Пытаясь осознать произошедшее событие, я засеменила рядом. До меня просто не доходило, что рядом со мной - Варька. Как можно было оказаться в одной и той же точке в один момент времени через двадцать три года разлуки? Я же могла пойти по другой линии ГУМа, задержаться в отделе косметики. Наконец, я бы могла стоять у витрины, и Варька прошла бы мимо.
«Наверное, это Судьба», - думала я, слушая знакомый голос и одновременно любуясь идущей рядом со мной модной женщиной, бывшей для меня частичкой детства.
Не переставая говорить, Варька вывела меня из шумного ГУМа, подвела к маленькому золотистому джипу и, уверенно распахнув двери машины, села за руль.
- Едем кутить! - сказала она.
«Неожиданна, как в детстве. По-прежнему энергична. Наверное, в голове крутится куча шальных мыслей и планов».
Машина плавно тронулась, и Варька, глядя перед собой, грустно заметила:
- Про себя, Мариш, можешь не рассказывать. Я на тебя в ГУМе поглядела, и всё стало ясно. Живёшь на зарплату, имеешь небольшие подработки. Недавно премию или что-то в этом духе получила. Хочешь истратить с толком, благоверного порадовать. О себе вспоминаешь по остаточному принципу. Работаешь, наверное, в школе; я ведь помню твое желание стать учительницей. Муж - какой-нибудь занудливый очкарик, поражающий тебя своей начитанностью.
- Откуда ты знаешь? - с трепетным ужасом спросила я, утопая в кресле заграничной машины и восторженно глядя на проносившиеся мимо огни предновогодней Москвы.
- Что, угадала?
Варька закурила тонкую сигарету и, сделав загадочное лицо, пропела:
- Просто я работаю волшебником, волшеб-ни-ком!
Посмотрев на меня, она засмеялась и добавила:
- На современном языке моя нынешняя профессия называется так: психотерапевт по проблемам постсрессовых расстройств и кризисных состояний. Вот так-то, Маришка! У тебя подобных проблем нет?
- Слава Богу!
- Вот, и хорошо! Однако, как показывает мой опыт, всё до поры до времени. Авось, когда-нибудь и пригожусь!
Варька на минуту задумалась и продолжила:
- Я ведь чувствовала, что сегодня что-то произойдёт, какая-то светлая встреча. Веришь? С утра эта мысль в голове крутилась.
- Варенька, всё, как в сказке! Даже зажмуриться хочется.
- А ты зажмурься, если хочется. Глядишь, и улыбаться чаще будешь.
Варька ещё раз окинула меня взглядом и сказала:
- Понимаешь, Мариш, ты сейчас такая вся скукорёженная, что мне тебя даже Марго звать не хочется. Пойми меня правильно: Марго, хотя и была девочкой мягкой и нежной, но характер имела, и даже на меня влияла. Ты же теперь - какая-то вся подчинённая. Не знаю, чему больше? Может быть, трудностям, а, может быть, - мужу.
Утопая в облаке диковинных запахов, я окончательно расслабилась. Мне было тепло и уютно, поэтому я молча кивала в ответ, не имея никаких возражений.
- Скоро - Новый Год, - продолжала Варька. - Не известно, когда мы с тобой ещё встретимся. А мне хочется сегодня побыть и Снегурочкой, и Дедом Морозом одновременно. Поэтому для начала поедем на Ленинский.
- Почему на Ленинский? - удивлённо спросила я.
- Рекламу не смотришь, девочка моя! - сказала загадочно Варька.
Мы подъехали к большому зданию, и вышли из машины. Уверенным шагом Варька пошла к тому самому магазину «Меха», рекламу которого постоянно гнали по телевидению. Я по-прежнему семенила за ней.
Внешний вид Варьки тут же привлёк к себе внимание, и в мгновенье ока перед нами появились два продавца. На их лицах сияло такое радушие, что я решила, что они с Варькой уже неоднократно встречались.
«Два молодца из ларца», - пролетела мысль.
- Добрый вечер, мальчики! – улыбнулась продавцам Варька. - Эту достойную женщину нужно одеть во что-то приличное.
Она вытянула руку по направлению ко мне, и голубой перстень блеснул, соглашаясь с её словами. Два респектабельных «молодца» с готовностью развернулись в мою сторону и понимающе закивали.
- Думаю, надо посмотреть песцовые полушубки, - сказал один из них.
- Согласна! - кивнула Варька.
- Песец подчёркнёт миниатюрность фигуры вашей подруги, - горячо поддержал первого «молодца» второй «молодец».
Оцепенев, я поглядывала на продавцов и неестественно улыбалась. От неожиданности у меня пропал дар речи, и я превратилась в манекен, на который накидывалась то одна, то другая шубка. Варька обсуждала с продавцами достоинства меха, а я представляла собой Золушку, которую добрая фея наряжает на бал. От всего происходящего мои глаза всё шире распахивались, а губы приоткрывались от восторга.
- Вот так-то лучше, моя красавица! А ведь действительно, хорошенькая! Правда, мальчики? - оглядев меня со всех сторон, вынесла приговор Варька.
Один из продавцов с восхищением посмотрел на меня, затем с ещё большим восхищением перевёл глаза на Варьку, и это был тот взгляд, который обычно ставит точку при подобных покупках. Я увидела в Варькиных руках золотую карточку ВИЗА и почувствовала лёгкий толчок в спину.
- Пойди, подыши свежим воздухом! - приказала Варька, и я послушно вышла из магазина.
Стоя перед магазином в новой шубе, я смотрела на своё отражение в витрине и испытывала настоящую, глубокую радость. Варька выбежала минут через десять и, от восхищения цокнув языком, распахнула двери машины.
- Пожалуйте, в карету!
Услышав эту фразу, я почувствовала, как мои улыбающиеся губы стали мелко подрагивать, глаза наполнились слезами и, уткнувшись в Варькину грудь, я от всего своего неизбалованного сердца горько заплакала. Подруга гладила меня по песцовому плечу и, глядя на вздрагивающие плечи, ласково шептала:
- Бедная моя, Золушка! Побаловали немного, и раскисла.
- Варь, ну разве это жизнь? Женщиной себя некогда почувствовать! - всхлипывая, бормотала я.
- Ладно, ладно, хватит слёзы лить! Весь мех отсыреет, - улыбнулась Варька, вытирая мне нос, как маленькой. - А что касается того, что женщиной себя не чувствуешь, это ты брось! Очень даже чувствуешь, меня не обманешь. Ласки тебе, по-моему, не хватает, а может быть, и любви вместе с ней. Это наш российский бабий крест. На себе всё тянем! При этом ещё умудряемся оставаться женственными и чуть ли не самыми красивыми. Да, да, не удивляйся! Я по миру много ездила, и смею заметить, нигде нет таких очаровательных женщин, как в России. Что-то в нас, есть такое…. Хватит реветь-то!
- Сама не знаю, почему плачу, - всхлипнула я. - Может быть, от счастья, а может - от обиды.
- А тебе и знать нечего! Поплакала, напряжение сняла и хорошо. Теперь быстренько улыбнулась и высморкалась!
Варька завела машину и медленно выехала на основную магистраль.
- Едем теперь в ресторан?
- Что-то не хочется, слишком много впечатлений. Мне бы домой.
- Домой, так домой! Нечего психику перегружать, - профессионально отозвалась Варька, включая скорость.
Пару минут мы ехали молча. Я постепенно приходила в себя, Варька о чём-то сосредоточенно думала.
- Варь, расскажи мне о себе. Где ты пропадала столько лет? - спросила я, разорвав затянувшуюся паузу.
- Этот трогательный рассказ мы оставим на другой раз, а теперь я слушаю твой адрес.
Всю оставшуюся часть пути я рассказывала, какой хороший человек - Олег Александрович, какое удовлетворение мне приносит преподавательская деятельность, какие мы друзья с 11Б. Варька искоса поглядывала в мою сторону и, казалось, видела меня насквозь. Её взгляд всё больше и больше теплел, а на губах появилась мягкая улыбка.
- Знаешь, Мариш, - прервала она меня. - Слушая тебя, я вспоминала разговоры с другими женщинами. Будь уверена, мне достаточно часто приходится выслушивать жизненные истории. Я тебе скажу, так: с одной стороны, твоя история – типична, а с другой стороны…. - ты её лакируешь.
Машина остановилась около моего дома.
- Зайдёшь ко мне, Варь? - спросила: я.
- Нет, не зайду. Думаю, мы с тобой в ближайшее время встретимся. Вот тогда и поговорим. Сама знаешь, как относятся мужья к незваным гостям.
- Спасибо, Варенька! За всё, спасибо! Счастья тебе!
- Ладно, постараюсь и себе счастья кусочек оторвать, - грустно улыбнулась Варька и добавила:
- Не забудь своему благоверному сказать, что меня встретила, а то знаю я этих мужчин.
Варька достала с заднего сиденья два пакета: один - с моим старым пальто, другой - с изящной бархатной коробкой. Протянув мне пакеты, она виновато улыбнулась.
- Ты извини, Мариш, что я нарушила твои планы. В коробке - пустячок для твоего благоверного.
Варька запнулась и весело продолжила:
- Обожаю выбирать подарки. Правда, не приходилось дарить собственным детям и мужу.
- Почему?
- За неимением таковых! Так что не обессудь: я на твоём муже попрактиковалась.
- Варь, ты удивительная женщина! – воскликнула я.
- Ты меня по-прежнему идеализируешь.
Я поцеловала Варьку и выскользнула из тёплой машины. Подойдя к подъезду, я обернулась и увидела, что Варька машет рукой.
- Если захочешь меня увидеть, - крикнула она, - позвони! В кармане шубы лежит визитная карточка.
Она резко захлопнула дверь машины и умчалась. Ещё несколько минут я стояла у подъезда, глядя вслед красным маячкам, затем открыла пакет и вытащила оттуда бархатную коробочку. В ней лежал мужской портмоне из тёмно-коричневой кожи.
«Это что-то из ряда вон!»
Я нажала на кнопку домофона и, ещё находясь под впечатлением неожиданной встречи, вознеслась на четвёртый этаж.
Дверь квартиры открыл Олег Александрович. Увидев на мне песцовую шубу, он грозно спросил:
- Это что за фокусы?
- Понимаешь, дорогой, это Варькин подарок. Я тебе как-то про неё рассказывала. Помнишь? Варька – моя детская подруга…, - сбивчиво начала объяснять я.
Праздничное настроение улетело, и я почувствовала, как нелепо прозвучало моё объяснение. Олег Александрович дико посмотрел на меня, молча развернулся и ушёл в комнату, плотно закрыв дверь.
«Забесился!» - подумала я и пошла на кухню. Готовя ужин, я продолжала вспоминать подробности нашей с Варькой встречи, как вдруг затылком почувствовала взгляд Олега. Обернувшись, я увидела на лице мужа такую ярость, что коленки у меня задрожали, а глаза стали испуганными, как у зайца.
- Можешь больше ничего не говорить! – прошипел он. - У тебя всё написано на лице!
- Что написано? - заикаясь, спросила я.
- Раскаяние наблудившей женщины!
- Олег, что ты говоришь! Хочешь, сам позвони Варьке. Где-то в кармане шубы лежит её визитка!
Я бросилась к шубе.
- Не сомневаюсь, ты со своим любовником продумала все мелочи! - с ненавистью сказал Олег.
Он посмотрел на мою сумочку и увидел красивый пакет. Брезгливо взяв его в руки, Олег вытащил оттуда портмоне и, как-то странно всхлипнув, кинулся к вешалке. Сорвав с крючка дублёнку, он резко отворил дверь и бросил на меня презрительный взгляд.
«Театр, не больше, не меньше!» - пронеслась мысль, и я крикнула:
- Олег, успокойся! Ведь ты не прав!
- Пошла к чёрту! - в ответ прорычал он и хлопнул дверью перед моим носом.
Глава 7
От неожиданной грубости я села прямо на пол.
«Оскорбить меня!» – ошеломлённо думала я. – «Сказать мне, что я – «наблудившая женщина»! За что? Может быть, за тринадцать лет верности?»
От этой мысли из моих глаз хлынули слёзы, и я зарыдала.
«Уж, лучше бы я ему изменила!» - стучало в моей дурной голове. - «Было бы, за что страдать!»
Видимо, я рыдала так громко, что Лялька, выскочившая в коридор на звук хлопнувшей двери, решила сунуть нос в нашу квартиру.
- Ритуля, что с тобой?
- Олег, Олег…! Он мне не поверил!
- Во что не поверил?
- В то, что шубу подарила Варька.
Обливаясь слезами, я уткнулась головой в коленки и зарыдала ещё громче. Лялька схватила меня за руки и попыталась поднять с пола.
- Подумаешь, не поверил, - проворчала она. – Ты же тоже не всем веришь.
Пытаясь поставить меня на ноги, Лялька увидела в моих руках мокрую визитную карточку.
- Во что ты так вцепилась? – заинтересованно спросила она и, разгладив визитку, прочитала:
- Психотерапевт и психоаналитик Варвара Михайловна Невская. Индивидуальная и семейная психотерапия. Тренинги.
- Какое к тебе отношение имеет психоаналитик?
- Это моя детская подружка.
Неожиданно на ум пришли Варькины слова: «Сначала мы, Мариночка, а потом – мужики». Слёзы неожиданно высохли, и, встав с пола, я пробормотала:
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 |
