18-21 января 2013 г (стр. 1 )

18-21 января 2013 г.

Солнечногорский суд

Оставлен в силе обвинительный приговор в отношении сотрудников линейного УВД аэропорта 'Шереметьево', осуждённых за незаконный оборот психотропных веществ (Новости прокуратуры РФ, 18.01.13)

Вступил в законную силу обвинительный приговор Солнечногорского городского суда по уголовному делу в отношении теперь уже бывших оперативных сотрудников линейного УВД аэропорта 'Шереметьево' Алексея Иванова и Руслана Омарова.

Они осуждены за совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. 'г' ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на незаконный сбыт психотропных веществ, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере), Иванов также осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ (незаконное хранение психотропных веществ, в особо крупном размере).

В ходе оперативных мероприятий, проводимых УФСКН России по Московской области и УФСБ России по г. Москве и Московской области, было установлена причастность Иванова и Омарова к незаконному обороту психотропных веществ.

Летом 2011 года в рамках 'проверочной закупки' Иванов и Омаров под контролем оперативных сотрудников совершили сбыт более одного килограмма амфетамина.

При их задержании в здании аэропорта 'Шереметьево' у Иванова, находившегося в состоянии наркотического опьянения, также было обнаружено и изъято свыше 3 граммов амфетамина.

По приговору суда Руслану Омарову назначено наказание в виде 8 лет 6 месяцев лишения свободы, Алексею Иванову - в виде 8 лет 9 месяцев лишения свободы. Отбывать назначенное наказание они будут в исправительных колониях строго режима.

Не согласившись с вынесенным приговором, осужденные обжаловали его в кассационном порядке. Однако Московский областной суд оставил их жалобы без удовлетворения, а приговор Солнечногорского городского суда - без изменения

Уголовное дело расследовано следственным отделом по г. Солнечногорску ГСУ СК РФ по Московской области. Надзор за расследованием уголовного дела и поддержание государственного обвинения в суде осуществляла Солнечногорская городская прокуратура. В заседании суда кассационной инстанции принимал участие представитель прокуратуры Московской области

Мособлсуд

Суд 31 января заслушает последнее слово жителя Химок по делу об убийстве (РАПСИ, Мария Петровна, 18.01.13)

Житель , признанный присяжными виновным в жестоком убийстве двух партнеров-предпринимателей в США десять лет назад, выступит 31 января в Мособлсуде с последним словом, сообщила в пятницу РАПСИ пресс-секретарь суда.

"Сегодня состоялось обсуждение последствий вердикта, с последним словом Соловьев выступит 31 января. Заседание назначено на 11.00", - сказала собеседница агентства.

По словам пресс-секретаря суда, присяжные 29 декабря 2012 года единодушно вынесли обвинительный вердикт. Согласно закону, он влечет за собой постановление обвинительного приговора.

Гособвинитель накануне вынесения вердикта выступил с ходатайством об изменении меры пресечения обвиняемому с домашнего ареста на заключение под стражу. Ходатайство было удовлетворено, и обвиняемый в зале суда был арестован.

Как сообщала ранее пресс-секретарь суда, Соловьев признался только в краже и отрицал вину по остальным пунктам обвинения.

Партнеры по бизнесу

По версии следствия, со своими жертвами Соловьев познакомился весной 2001 года. Предприниматели, которые были гражданами РФ и Узбекистана, в США имели общий бизнес, связанный с набором персонала для местных фирм. Соловьев жил с ними в съемной квартире в городе Гатлинбург (штат Теннесси), а в июне 2002 года решил убить их, как полагает следствие, "из корыстных побуждений".

Для убийства он приобрел пистолет марки "Дженнингс", из которого в июне 2002 года застрелил предпринимателей и похитил деньги на общую сумму не менее 19 тысяч долларов, а также кредитные карты потерпевших, сообщал ранее Следственный комитет (СК) РФ.

Чтобы скрыть следы преступления, Соловьев в ванной расчленил их тела с помощью пилы, упаковал в полиэтиленовые пакеты и выбросил в овраг у реки в городе Пиджн-Фордж, сообщало ведомство. Только через год был обнаружен фрагмент черепа одной из жертв.

Соловьев, представляясь одним из убитых им предпринимателей, расплачивался кредитной картой за ювелирные украшения, отмечает СК. Кроме того, в 2004 году Соловьев, по данным следствия, работая также в США на бензозаправочной станции, похитил деньги и сигареты на сумму 8,76 тысяч долларов, после чего покинул территорию Штатов.

В июне 2004 года Соловьев был объявлен в розыск, найти его удалось в России лишь в 2009 году. Все материалы по данному факту были переданы из министерства юстиции США в следственные органы СК РФ для уголовного преследования Соловьева.

Органами следствия Соловьев обвиняется в совершении на территории США преступлений, предусмотренных пунктами "а", "з" части 2 статьи 105 УК РФ (убийство двух лиц из корыстных побуждений), пунктами "б", "в" части 4 статьи 162 УК РФ (разбой, совершенный в особо крупном размере с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего), частью 2 статьи 159 УК РФ (мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба) и частью 2 статьи 158 УК РФ (кража).

ФЕДЕРАЛЬНЫЕ НОВОСТИ

ВККС открыла вакансии зампреда Мосгорсуда и руководителей, и судей еще полудюжины российских судов (Право. ру, 21.01.13)

Высшая квалификационная коллегия судей РФ сообщила о появлении вакансий руководителей и судей в целом ряде судов общей юрисдикции, арбитражных и военных судов.

По информации пресс-службы коллегии, в соответствии с Законом РФ "О статусе судей в Российской Федерации" ВККС РФ объявляет об открытии вакантных должностей:

- заместителя председателя Московского городского суда;

- заместителя председателя Тульского областного суда;

- судьи Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда;

- председателя Новосибирского гарнизонного военного суда (последний день приема документов – 21 февраля 2013 года);

- заместителя председателя Одинцовского гарнизонного военного суда;

- двух судей Московского гарнизонного военного суда;

- судьи Реутовского гарнизонного военного суда;

- судьи Солнечногорского гарнизонного военного суда (последний день приема документов – 25 февраля 2013 года).

Заявления и документы от претендентов на данные вакансии принимаются с понедельника по четверг с 10.00 до 18.00, в пятницу – с 10.00 до 16.45 по адресу: г. Москва, ул. Баррикадная, 8, строение 4, каб. № 000.

«

Оправдывая подсудимого, ты ссоришься с правоохранительными органами» (Московские новости, 18.01.13)

Инициатор возрождения суда присяжных в 90-е Сергей Пашин о том, почему сейчас они могут исчезнуть, и как выносятся приговоры.

В начале 1990-х федеральный судья Сергей Пашин, тогда начальник отдела судебной реформы в администрации президента, был инициатором возрождения в России суда присяжных. Суда, которого в России, видимо, скоро не будет вовсе — с января 2013-го присяжные больше не рассматривают дела о транспортных преступлениях, взятках и преступлениях против правосудия, включая фальсификацию доказательств. Ранее, напомним, из их компетенции вывели дела о терроризме, шпионаже, разглашении гостайны, массовых беспорядках и другие.

— По данным судебного департамента, суды присяжных выносят около 16% оправдательных приговоров в то время, как обычные суды — чуть больше 1%. В этом истинная причина недовольства ими?

— Причин много. В данном случае речь идет о разгрузке областных судов, в которых идут процессы с участием присяжных заседателей. С января областные суды стали филиалами покойницкой — отныне они рассматривают главным образом убийства, совершенные при отягчающих обстоятельствах, и посягательства на жизнь представителей власти. Остальные дела переданы районным судам, где присяжных нет.

— Чем это грозит нам, которым от сумы и тюрьмы обычно советуют не зарекаться?

— Районные судьи имеют меньше опыта. Среди них много юристов, получивших образование на вечерней и заочной основе, — бывших следователей, оперов, работников милиции-полиции, секретарей судебных заседаний. Кроме того, районные суды работают в заведомо худших условиях и по конвейерной методике, где главный показатель качества — скорость отписывания дел. Им не до присяжных.

— Знаю, вы передали в администрацию президента законопроект на эту тему. В чем его суть и какова судьба?

—Какова судьба, не знаю. А сказано там, что если мы достигли некоего уровня правовых гарантий, передав под действие суда присяжных ряд статей УК, то изменение подсудности соответствующих дел не должно лишать людей права предстать перед подлинно народным судом. Либо заводите суды присяжных в районах, либо передавайте дела тех, кто хочет, чтобы его судили присяжные (а таких обвиняемых — 10–15%), в областные суды. Простой путь.

— Судьям нужен суд присяжных? Он помогает или мешает их работе?

— Помогает, конечно. Во-первых, легко приговор писать. Вместо анализа доказательств стандартная фраза: на основании решения господ присяжных заседателей признан виновным или оправдан. Во-вторых, не надо нести ответственность за оправдательный приговор.

— А сейчас несут?

— Да, если выносишь оправдательный приговор, ты должен доказать, что человек невиновен.

— У нас же презумпция невиновности.

— Это на бумаге. А на практике оправдательные приговоры отменяются в 15 раз чаще, чем обвинительные. И есть показатель отмены/изменений. Если он плохой, тебя не повышают в должности. Или, если ты мировой судья, не переназначают на новый срок. Оправдывая подсудимого, ты ссоришься с правоохранительными органами — прокуратурой, МВД, ФСБ. А они ведут черный список судей, которые склонны выносить оправдательные приговоры.

— Вроде списка неблагонадежных?

— Вроде того. Сегодня председателей судов назначают президент или Совет Федерации, но предварительно о кандидатуре высказываются силовики. Если возникает кандидатура из черного списка, говорят: это плохой судья, не понимает государственных задач.

— В чем главная миссия судьи, как вы считаете?

— Правосудие, наверное Милость и правда.

— Большинство ваших коллег на этот вопрос социологов ответили: обеспечение законности. Это и есть правосудие?

— Нет. Судья служит справедливости. Он должен так применить закон и так обосновать свое решение законным порядком, чтобы справедливость восторжествовала. Я чаще всего работал с двумя народными заседателями, милыми бабушками Зинаидой Григорьевной и Надеждой Степановной. Обычно в совещательной комнате я им говорил: вы решайте дело по справедливости, а я напишу так, чтобы приговор не отменили. Мое последнее дело — убийство в закрытой комнате. Был свидетель убийства — видимо, лжесвидетель. И когда я уходил в совещательную комнату, то думал писать обвинительный приговор. Потом мы четыре дня совещались с моими бабушками, в итоге вынесли оправдательный приговор. Устоял он и в Верховном суде.

— И что вам бабушки сказали?

— Они не поверили свидетелю. Я начал составлять сравнительные таблицы показаний и понял: да, правы они, подстава это. И на рубашке кровь самого обвиняемого была, а не убитого — это уже экспертиза потом доказала.

— В вашей практике было много оправдательных приговоров?

— Процентов семь.

— Вас за это ругали?

— Нет. От меня быстро отступились. На все указания начальства я всегда говорил: ну да, послушаем свидетелей, сделаем как положено, не сомневайтесь. И потом, начальство было удивлено, что Верховный суд практически не отменял моих приговоров. Вот и оставили в покое — дескать, он, видимо, знает, что творит.

— Вы преподаете в университетах. Общаетесь с будущими юристами. Многие ли из них хотят стать судьями?

— Нет. Большинство мечтает о работе корпоративного юриста в богатой компании.

— То есть в третью власть не рвутся? Идеалистов нет?

— Есть. Обязательно. Не стоит село без праведника. Но прагматиков больше. Впрочем, как во все времена. Настоящий судья — это не служба. Это служение. Кроме того, я уверен, что для судей необходим возрастной ценз. Одна из моих забав — разыгрывать судебные процессы в вузах и школах. Так вот чем человек моложе, тем он ригиднее, жестче. Школьники склонны осуждать там, где взрослые присяжные оправдывали человека, — я обычно беру за основу реальные дела. Это важно понимать. Для молодых ценность законности, воздаяния, возмездия выше, чем ценность человеческой жизни. Поэтому так опасно, когда молодая девочка —секретарь судебного заседания становится судьей. Она легко отвешивает по 20 лет, кокетливо хихикая потом в кулуарах. Человека она в подсудимом не видит и не страдает потом бессонницей. Она дело отписывает. Причем отписывает быстро — отличница. Вот ведь проблема.

— Может, наших судей надо в обязательном порядке водить на экскурсии в тюрьмы и колонии?

— Валерий Федорович Абрамкин, который сейчас работает в президентском совете по гражданскому обществу, — диссидент. Получил шесть лет за антисоветчину. И первые полгода, как он рассказывал, сидел в том крыле СИЗО, где приводили в исполнение смертные приговоры. Чтобы не сойти с ума (периодически людей выводили на расстрелы, и они не возвращались в камеру) опрашивал сокамерников. За смертную казнь были 70% приговоренных к расстрелу, но с одним условием: пусть судья, который вынес роковое решение, посидит в этой камере хотя бы месяц. И если после этого он подтвердит свой смертный приговор, тогда пусть стреляют. Обычно судьи мало задумываются о том, что ждет людей после приговора.

— Как странно. Ведь это такая ответственность — решать судьбу человека.

— Меня в свое время поразило, что и в НКВД, и в гестапо узников называли одинаково — бревна. Материал для обработки. Отработал свое: зубы поспиливал — и к жене, к детям. И детишки у него красивые, и жена ухоженная — оперу слушает, и сам он кошечек любит. А на работе не люди — бревна. Такая схема деперсонализации широко используется в силовых структурах.

— Мне раньше казалось, что когда люди начинают жить лучше, они становятся добрее, милостивее к окружающим. А теперь, глядя по сторонам и слушая вас, все больше в этом сомневаюсь.

— Царский судья Пороховщиков, который, кстати, сам был судим за дуэль, — человек чести, дворянин — писал: «Многие окружающие нас люди лишь отправляют должность человека и делают это не всегда хорошо». Это очень точно. Если у человека пустота в глазах, если он знаний нахватался, а душу не развивал, он судьей быть не может. Он на людей бросается. Я помню, как один подсудимый жаловался моей коллеге-судье: в СИЗО два туберкулезника в камере. Теснота. Спим по очереди. Я боюсь заразиться. Судья его послушала немного, потом говорит: а мы вас сюда не приглашали... Вот и вся гуманность.

— Почему адвокаты не идут в судьи?

— Их туда не пускают. Самые успешные не идут, потому что хорошо зарабатывают на защите, при этом сохраняя самоуважение. Одна из самых обидных для свободного человека ситуаций, когда какой-нибудь председатель суда, в прошлом недоучившаяся заочница, топает на тебя ногами. У нас по средам были совещания коллегии Мосгорсуда. Лейтмотив часто был такой: вот вы тут либеральничаете, а под вас деньги берут. То есть если ты удовлетворяешь ходатайство адвоката — даже самое очевидное, тебя сразу подозревают или в коррупции, или в глупости: дескать, может, сам и не берешь, но адвокат клиенту говорит, что носит судье конверты с деньгами. Я помню, когда меня выгоняли из судей, председатель московской квалификационной коллегии кричала: странно, что судья так заботится о преступниках. Речь шла о том, что в пятницу мы вынесли определение об освобождении подсудимого из-под стражи. Человека, который уже харкал кровью, — поэтому в суд его не доставили. Я дал своей секретарше денег, чтобы она села в такси и отвезла это постановление в СИЗО: пусть выпустят в пятницу, а не в понедельник — согласитесь, два дня на свободе лучше, чем в тюрьме. А мне в ответ на это: зачем вы его вообще освобождали, он же бациллоноситель! Вот это и называется деперсонализацией.

— Страшно вас слушать.

— Чем богаты, тем и рады. Мы часто говорим о правах человека, но во рту слаще не становится. Нам бы самим с собой разобраться. Что нам при этом госдепартамент США с его «списком Магнитского». Ну составили они список из 30 негодяев — и что, остальные 30 тыс. убоятся? В 1943 году после московского совещания союзники стали составлять списки нацистских преступников, пообещав, что найдут их даже на краю земли для предания суду по месту совершения преступлений. И что, эсэсовцы самораспустились? В гестапо перестали пытать?

— Ну СС и гестапо к тому времени зашли так далеко, что отступать им было уже некуда.

— В том же гестапо, как и в сталинском НКВД, далеко не все служивые людей терзали. Большинство занималось рутинной работой — бумажки перекладывали, на совещаниях сидели. И что им этот черный список? Нас это не касается — мы приказы выполняем, пусть начальство думает. Так и наши судьи — у них конвейерная работа. Многие искренне считают, что чем быстрее человека осудят, тем ему же лучше. Дескать, пока мы по справедливости разбираемся, он в переполненном СИЗО гниет, а в колонии ему все полегче будет.

— Но если судье не хватает доказательств вины или невиновности?

— Это плохо. Но дело все равно должно быть разрешено. Обычно, если совсем нет доказательств вины, то вместо оправдания дают срок наказания, равный отсиженному. И гуляй себе. Это логика инквизиционного правосудия — как там было: оставить в сильном подозрении, оставить в легком подозрении Проблема в том, что в сознании наших судей накопились сгустки правосознания былых эпох.

— В России и суд присяжных был при Александре II, почему же из подсознания вылезают сплошь инквизиционные сгустки?

— Вылезает то, что ближе. Советский судебный процесс был инквизиционным по своей природе. Не уважал права человека. Дела разбирались заочно. Губернский суд по УПК 1923 года мог в любой момент прекратить судебное следствие, сказав: суду все ясно. Мог запретить прения — спасибо, хватит, пошли писать приговор. Скорость, технологии — это важно, а справедливость к отчету не подошьешь...

— Оппоненты суда присяжных говорят, что наши люди просто не дозрели быть судьями, что они быстро учатся брать взятки или просто боятся мафии, как в краснодарской Кущевке.

— Врут. Во всей России даже пяти присяжных заседателей не осудили за продажность — нет таких приговоров. Присяжные рассказывают другое: их пытаются подкупить, чтобы они не явились на вынесение вердикта, когда явно видно, что дело идет к оправданию. Многие присяжные уверены, что их дискуссии в совещательной комнате подслушивают, и они даже иногда договариваются собраться где-нибудь вне суда, чтобы посовещаться по делу. Про воздействие прессы на присяжных знаю. Яркий пример — убийство таджикской девочки в Петербурге. Пресса поливала присяжных с утра до вечера в духе «ксенофобы проклятые». Но они, сжав зубы, вынесли подсудимому подростку оправдательный приговор — точнее, его признали виновным в хулиганстве, но не в убийстве. Я прочитал все 35 томов этого дела и скажу: другого вердикта и быть не могло. Позже это подтвердилось — убийство взяла на себя серьезная националистическая организация. Не будь присяжные такими принципиальными, сидел бы пацан, которого пресса заочно назначила виновным, в колонии долгие-долгие годы. Соглашусь с вами лишь в том, что вокруг присяжных действительно создается негативный фон. Если в 1994 году в суд являлось 92% вызванных кандидатов в присяжные, то сейчас лишь каждый 16-й. Если мы не пропагандируем суд присяжных, не проявляем к ним уважения, обманываем их в суде, не даем подсудимому рассказывать о пытках, сочиняем статьи и книги о том, как присяжных запугивают и подкупают, у людей меняется отношение к этому институту.

— Кому выгодно шельмовать суд присяжных?

— Думаю, тем, кому не выгоден большой процент оправдательных приговоров. В США 165 тыс. процессов в год проходит в суде присяжных, у нас — примерно 540. Если там какой-то политик скажет: давайте сократим компетенцию суда присяжных (а в Америке любое уголовное дело, даже самое ничтожное, может рассматриваться в суде присяжных), — ему больше не быть политиком. Люди за него не проголосуют. И это правильно.

— Даже самые далекие от суда люди вроде меня знают разницу между подсудимым и осужденным. Но почему тогда в России подсудимый сидит в клетке или стеклянном «аквариуме», а не в зале рядом со своим адвокатом, как в большинстве стран мира и в той же Америке?

— Клетки у нас появились не так давно — в 1994 году. Был громкий побег, после которого Минюст и МВД, которые тогда отвечали за конвоирование, заявили, что отказываются доставлять подсудимых в залы, не оборудованные клетками. В первое время судьи все-таки приказывали освобождать подсудимых из клеток, если дело рассматривал суд присяжных, но потом эти вольности пресекли. Вот вам и судебная независимая власть, мы не можем даже приказать человека освободить из клетки. Или эта наша дикость, когда подсудимый выслушивает приговор в наручниках. Такой порядок был в нацистской Италии, но нам-то сегодня зачем? Кстати, на первом суде присяжных — 1994 год, город Саратов — судья Галкин отказался от клетки. Компромиссом стали ножные кандалы — их присяжные не видели. И это правильно. Сегодня судят у нас где-нибудь человека, обвиняемого в терроризме. Он входит в зал в наручниках. Сидит в клетке. Еще, не дай бог, небритый. Полное впечатление — зверя поймали.

— Решение об отмене клеток помогло бы гуманизации российской правосудной системы?

— Ой помогло бы. Я два года вел передачу «Федеральный судья» на «Первом канале». Сразу потребовал, чтобы в кадре клетки не было. И на «Первом» подсудимые и сегодня сидят рядом с адвокатами. А на НТВ, прочитав мой сценарий, первым делом спросили: где клетка? Как так нет? У нас формат — клетка. Вот тоже нашли себе формат.

— В декабре Верховный суд подтвердил право граждан, в том числе журналистов, принимать участие в любом открытом судебном процессе.

— Слава богу. Я участвовал, хотя и недолго, в рабочей группе по этому решению. Правосудие должно осуществляться в обстановке открытости. Мало того, чтобы правосудие свершилось, надо, чтобы было очевидно, что оно свершилось.

— А если в зале кричат «позор» — значит, правосудие не очевидно?

— Кричать «позор» тоже неправильно. Судья работает, не стреляйте в пианиста. Потом в газетах пишите что хотите.

— В ваш Независимый экспертно-правовой совет приходят судьи, ищут защиту?

— Приходят, конечно. Вот писал я заключение в защиту судьи Гусевой из Волгограда. Председатель суда подписал циркуляр: мол, судьи должны каждый день с утра к нему приходить и докладывать о тех делах, где затронуты казенные интересы. Не права человека, а интересы органов власти. Она отказалась. Председатель суда написал в совет судей, и уже коллеги закричали: ату ее, ату. В решении квалификационной коллегии была изумительная формулировка: рассуждения судьи Гусевой о независимости суда мешают нормальной работе — вот так они думают, так пишут. Верховный суд, кстати, восстановил ее на работе, но в суд она, насколько мне известно, вернулась ненадолго — ушла потом в адвокатуру.

— А нынешние судьи законы вообще знают? Половина из них, как показывают исследования, заочники да вечерники.

— Они насобачиваются. К каждому судье прикрепляют дядьку, как раньше к рекрутам: вот тебе четыре рекрута, сделай из них одного солдата. Работа-то в основном рутинная. Машина по отписыванию дел. А сегодня еще и компьютеры помогают. Иногда читаешь дело и видишь, как в нем вдруг какие-то истцы ниоткуда появляются, а это просто судья кусок из другого дела скопировал и даже забыл отредактировать. Спешил, сердешный. Ну а если встает трудный вопрос, судья обычно идет к начальству и просит совета.

— Было бы полезно провести полную переаттестацию судей?

— Если как милицию в полицию — нет. Да и кто ее будет проводить? Кстати, в Москве нечто подобное проделали, когда Лужков в 2004 году решил переименовать межрайонные народные суды в районные. Под это дело устроили чистку. И наряду с теми, кого подозревали в коррупции, вычистили порядочных людей, которые отличались независимостью, вершили правосудие без оглядки на начальников. Яркий пример — судья Меликов из Дорогомиловского суда, которого не переназначили с формулировкой «странная мягкость ряда решений».

— Я читала, во времена Хрущева была большая чистка в прокуратуре и судах. Вместо сталинских кадров туда призвали молодых аспирантов и доцентов. Был от этого какой-то эффект?

— Был. Исчезли оправдательные приговоры. При Сталине их было 10%, а стало меньше процента.

— Вот те раз.

— Само решение о замене кадров было правильным. Но очень скоро стали бороться за социалистическую законность. А как за нее бороться? Если прокурор кого-то арестовал или направил дело в суд, то за оправдательный приговор с него голову снимут. При этом он с судьей в одной партячейке состоит, на охоту ходит и водку пьет. Судья и перестает оправдывать, чтобы не подставить «смежника». Вот и все. Система выше людей. Как во вьетнамской сказке про дракона, которому раз в сто лет герой отрубал голову, потом спускался в его подземелья с золотом и сам превращался в дракона.

— А вы знаете, как окончательно победить дракона?

— Надо вводить в систему механизмы развития. В 1990-х мы попытались это сделать, внедрив суды присяжных, но сейчас система их фактически схарчила, с чего мы, собственно, и начали разговор. Как это у Зинаиды Гиппиус: «А нам не скучно. Гадья челюсть, хрустя, дожевывает нас...»

— А нынешние судьи законы вообще знают? Половина из них, как показывают исследования, заочники да вечерники.

— Они насобачиваются. К каждому судье прикрепляют дядьку, как раньше к рекрутам: вот тебе четыре рекрута, сделай из них одного солдата. Работа-то в основном рутинная. Машина по отписыванию дел. А сегодня еще и компьютеры помогают. Иногда читаешь дело и видишь, как в нем вдруг какие-то истцы ниоткуда появляются, а это просто судья кусок из другого дела скопировал и даже забыл отредактировать. Спешил, сердешный. Ну а если встает трудный вопрос, судья обычно идет к начальству и просит совета.

— Было бы полезно провести полную переаттестацию судей?

— Если как милицию в полицию — нет. Да и кто ее будет проводить? Кстати, в Москве нечто подобное проделали, когда Лужков в 2004 году решил переименовать межрайонные народные суды в районные. Под это дело устроили чистку. И наряду с теми, кого подозревали в коррупции, вычистили порядочных людей, которые отличались независимостью, вершили правосудие без оглядки на начальников. Яркий пример — судья Меликов из Дорогомиловского суда, которого не переназначили с формулировкой «странная мягкость ряда решений».

— Я читала, во времена Хрущева была большая чистка в прокуратуре и судах. Вместо сталинских кадров туда призвали молодых аспирантов и доцентов. Был от этого какой-то эффект?

— Был. Исчезли оправдательные приговоры. При Сталине их было 10%, а стало меньше процента.

— Вот те раз.

— Само решение о замене кадров было правильным. Но очень скоро стали бороться за социалистическую законность. А как за нее бороться? Если прокурор кого-то арестовал или направил дело в суд, то за оправдательный приговор с него голову снимут. При этом он с судьей в одной партячейке состоит, на охоту ходит и водку пьет. Судья и перестает оправдывать, чтобы не подставить «смежника». Вот и все. Система выше людей. Как во вьетнамской сказке про дракона, которому раз в сто лет герой отрубал голову, потом спускался в его подземелья с золотом и сам превращался в дракона.

— А вы знаете, как окончательно победить дракона?

— Надо вводить в систему механизмы развития. В 1990-х мы попытались это сделать, внедрив суды присяжных, но сейчас система их фактически схарчила, с чего мы, собственно, и начали разговор. Как это у Зинаиды Гиппиус: «А нам не скучно. Гадья челюсть, хрустя, дожевывает нас...»

ЗАКОНОПРОЕКТЫ

Суд вступился за водителей (Ведомости, Анастасия Корня, Ирина Новикова, 18.01.13)

Верховный суд (ВС) не поддержал законопроект депутата-единоросса Ирины Яровой и присоединившихся к ней депутатов и сенаторов, ужесточающий ответственность за пьянство за рулем, следует из отзыва на инициативу, присланного в Госдуму (есть у «Ведомостей»). Внесенный в конце прошлого года законопроект предлагает ввести в Уголовный кодекс новую статью 264 прим, позволяющую карать за сам факт езды в пьяном виде тех, кто уже был лишен за это водительских прав (штраф в 200000 руб., либо принудительные работы на срок до двух лет, либо арест на срок до шести месяцев). Водителям, ставшим виновниками ДТП с человеческими жертвами, грозит лишение свободы на срок от двух до 10 лет (сейчас — до семи лет), а если жертв было несколько — от пяти до 15 (сейчас — до девяти лет).

Инициативу Яровой поддержал премьер, лидер единороссов Дмитрий Медведев.

Снижению количества ДТП с тяжелыми последствиями, совершенных по вине пьяных водителей, может способствовать только системный подход к совершенствованию законодательства, говорится в официальном отзыве, направленном зампредом ВС Анатолием Толкаченко. Простое ужесточение наказания «комплексного подхода» к решению проблемы не подразумевает, но, как следует из судебной статистики (см. врез), может привести к резкому росту числа судимых россиян.

Также ВС непонятно, почему лишенных прав, но все-таки оказавшихся за рулем пьяных водителей нужно наказывать, а для никогда не имевших прав нарушителей аналогичная ответственность не предусмотрена. Кроме того, предложенный законопроект переводит данное преступление в разряд тяжких, а в эту категорию попадают лишь умышленные деяния, говорится в отзыве.

Это просто «рабочие замечания», характеризует Яровая отзыв ВС. Она отмечает, что в отзыве есть подтверждение, что действующую редакцию закона нужно менять. Тем не менее Госдума направила закон в рассылку и будет рекомендовать его принять в установленные сроки, сказала она.

Депутат Госдумы коммунист Вадим Соловьев вспомнил всего один случай, когда ВС выступал против инициатив «Единой России»: в конце прошлого года суд не поддержал идею ввести ответственность для чиновников, имеющих активы и счета за рубежом (два законопроекта на сей счет Думой пока не рассматривались). Но если когда-то мнение профессионалов было определяющим при обсуждении такого рода вопросов, то сегодня парламентскому большинству ничего не стоит проигнорировать позицию судей, сокрушается Соловьев. Хотя дискуссия наверняка возникнет: любому специалисту понятно, что квалифицировать преступление как тяжкое можно, только если был умысел, а какой умысел в ДТП?

Президент Коллегии правовой защиты автовладельцев Виктор Травин не припомнит случая, когда ВС вставал на сторону водителей: «В моей практике случай беспрецедентный. Но, видимо, неразбериха, которая царит в умах депутатов, привела к тому, что судьи начали понимать: необходим объективный подход к делу».

Предлагаем вашему вниманию комментарий к проекту изменений Гражданского кодекса Российской Федерации (Законопроект N 47538-6/2, КонсультантПлюс, 18.01.13)

"Комментарий к проекту изменений Гражданского кодекса РФ (Законопроект N 47538-6/2)"

25 января в Государственной Думе во втором чтении планируется принять законопроект N 47538-6/2 (далее - Законопроект), являющийся вторым из проектов, на которые разделен исходный законопроект N 47538-6 о внесении изменений в Гражданский кодекс РФ. Напомним, что исходный законопроект был принят в первом чтении весной 2012 г.

Законопроект предусматривает внесение поправок главным образом в гл. 4 части первой Гражданского кодекса РФ, в которой содержатся основы правового регулирования деятельности юридических лиц.

Следует отметить, что перед вторым чтением Законопроект претерпел некоторые изменения по сравнению с исходным законопроектом N 47538-6. Определенные резонансные новеллы гражданского законодательства, которые не встретили понимания у делового сообщества, были исключены из проекта или существенно переработаны (к примеру, правила определения аффилированности лиц).

В случае принятия Законопроекта большая часть поправок к Гражданскому кодексу РФ вступит в силу с 1 марта 2013 г. (п. 1 ст. 3 Законопроекта).

 _________________________________________________________________

22-23 января 2013 г.

Мособлсуд

Юрий Соловьев: виновен в убийстве (Русский криминал в Америке, 22.01.13)

Присяжные Московского областного суда признали жителя Химок Юрия Соловьева виновным в двух убийствах, разбое, краже и мошенничестве. Все эти преступления Соловьев совершил 10 лет назад в Соединенных Штатах, расправившись с партнерами по бизнесу, эмигрантами из бывшего СССР. «Присяжные заседатели единодушно вынесли обвинительный вердикт в отношении Соловьева, признав его виновным в совершении вменяемых преступлений», – сообщила пресс-секретарь суда, не добавив, что этот вердикт стал первым случаем, когда россиянина судили в России за убийство в Америке. Мне это подтвердил бывший правовой атташе нашего посольства в Москве Томас Файрстоун, которому я позвонил в августе прошлого года, когда дело Соловьева передали в суд. «Насколько я знаю, это единственный случай, – сказал Файрстоун. – Кажется, такие предложения были, но они не получали развития, а это первое реальное дело».
44-летний Юрий Соловьев сам настоял на суде присяжных, рассчитывая, что на родной земле сограждане не поверят в то, что он якобы натворил в далекой и несправедливой Америке. Из предъявленных ему обвинений он согласился признать себя виновным только в краже, что грозило ему пустяковым сроком лишения свободы. А вот за «убийство двух лиц из корыстных побуждений», «разбой, совершенный в особо крупном размере с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего», и «мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба», по российским законам ему грозит «лишение свободы на срок от восьми до двадцати лет, либо пожизненное лишение свободы, либо смертная казнь». Последнее исключается в связи с объявленным Россией мораторием на высшую меру наказания.
Оказавшись в США в начале 2000-х годов, Соловьев поселился в городке Гатлинберг в штате Теннеси, где познакомился с россиянином Владимиром Емельяновым и узбечкой Суфией Арслановой. Гатлинберг с населением меньше 4 тысяч человек расположен среди Скалистых гор и слывет центром туризма. Емельянов и Арсланова открыли там компанию V&S Services, назвав ее по первым буквам своих имен. Компания занималась временным трудоустройством желающих работать в сфере обслуживания туристов, и «гастарбайтерами» были латиноамериканцы, но попадались и приезжие из бывшего СССР. Поскольку у компании не было лицензии на право работы от города и штата, следствию не удалось установить, сколько батраков прошло через V&S Services и как они попали в США, но их число измеряется сотнями.
Весной 2001 года 29-летний Емельянов и 37-летняя Арсланова приняли Соловьева в свою компанию менеджером и поселили в своей квартире. В июне 2002 года Владимир и Суфия пропали, и около ста работников встревожились, когда не выдали зарплату. На их расспросы менеджер Юрий Соловьев отвечал уклончиво, а затем тоже исчез. Работники нашли лендлорда, который сдал Емельянову и Арслановой квартиру, он вошел туда и увидел, что в квартире все перевернуто вверх дном, а на стене и ковре бурые пятна, похожие на следы крови.
Лендлорд вызвал полицию, и детективы обнаружили следы крови в ванной и в стоявшей у дома машине Юрия Соловьева. Затем было установлено, что перед исчезновением владельцы V&S Services сняли со своего счета в банке около 20 тыс. долларов наличными для расплаты с работниками. Также было установлено, что недавно Соловьев купил пистолет Jennings в магазине, продавщица которого опознала его по фотографии. Все это были косвенные доказательства причастности Соловьева к исчезновению его работодателей, но по их совокупности дознаватели городской полиции Гатлинберга и следователи прокуратуры графства Севиер решили, что в июне 2002 года Соловьев замыслил убить и ограбить Емельянова и Арсланову, что и сделал.
По версии прокуратуры, он дождался, когда у них на руках окажется крупная сумма денег, и застрелил Владимира и Сульфию в их общей квартире, перенес трупы в ванну и там распилил на части, которые упаковал в черные пластиковые мешки для мусора. Мешки Соловьев погрузил в свою машину, вывез и выбросил где-то у реки Little Pigeon River рядом с горным городком-курортом Пиджн-Форд. Машину он оставил у дома, а сам скрылся. В сентябре 2002 года следы Соловьева появились в Вашингтоне, где он расплатился кредитной картой Емельянова в одном из торговых центров и попал в объектив дежурной видеокамеры. Позже он таким же образом был установлен в Нью-Йорке, а еще позже «засветился» в Нью-Джерси, после чего окончательно исчез. ФБР внесло Юрия Соловьева в список «самых разыскиваемых преступников» и сообщило об этом в Интерпол.
В июне 2003 года в Little Pigeon River нашли кусок черепа человека, но тогда не было возможности установить его принадлежность. В мае 2004 года большое жюри окружного суда графства Севиер в Теннеси заочно предъявило Юрию Соловьеву обвинения в двух убийствах первой степени. Позже ему добавили обвинение в том, что в 2004 году, уже находясь в розыске и работая на бензозаправочной станции в городке Рахвэй в нью-джерсийском графстве Юнион, Соловьев похитил там деньги и сигареты на общую сумму 8,8 тыс. долларов, после чего сбежал в Россию. Как я уже отметил, в этой краже он сознался, но остальное отрицал и утверждал, что Емельянова и Арсланову убил не он, а некий «Эдик», который в его машине увез тела убитых.
Как известно, Россия не выдает своих граждан для суда за границей. В связи с этим в декабре 2005 года на «розыскном» сайте TBI (Tennessee Bureau of Investigation) появилось сообщение, что «Юрий Соловьев находится в России без возможности экстрадиции, в связи с чем он удален из списка самых разыскиваемых». Но он остался в розыскном списке Интерпола, по запросу которого российские сыщики нашли Соловьева в 2009 году. Он был арестован, обвинен и освобожден под подписку о невыезде.
Зимой 2010 года из Гатлинберга в Следственный комитет Московской области поступили новые вещественные доказательства по делу об убийствах двух «русских». Как рассказал местным репортерам начальник гатлинбергской полиции Рэндолл Бракинс, 27 февраля один из его детективов получил от осведомителя информацию, будто в зарослях у крутой насыпи на федеральном шоссе ¹ 321 лежит что-то, похожее на человеческие кости. Там оказались не только кости, но и истлевшие лоскуты одежды. Сотрудники Центра судебной антропологии при Университете штата Теннеси провели экспертизу, которая подтвердила, что все это когда-то было «мужчиной Владимиром Емельяновым и женщиной Суфией Арслановой, пропавших без вести 8 лет назад и якобы убитых Юрием Соловьевым в июне 2002 года». Сейчас об этом уже можно говорить без «якобы».
Объясняя, почему расследование этого дела длилось почти три года, представитель Следственного комитета Ирина Гуменная сказала, что «у нас немного другая система судопроизводства. Пока запросили документы в Америке, пока получили ответ, пока перевели на русский язык… У них несколько иное отношение к доказательствам, нам пришлось проводить ряд дополнительных экспертиз. В США суду достаточно полицейского рапорта. Также ездили туда в командировку… Были допрошены все сотрудники компании (V&S Services), которые пояснили, что никакого Эдуарда никогда не было. Он (Соловьев) признает вину в покупке пистолета, так как продавец опознала его. Признает также факт обналичивания денег и мошенничества на автозаправочной станции».
В покупке пистолета по законам штата Теннеси преступления нет, а по поводу затяжных процедур передачи материалов расследования из США в Россию примерно то же мне сказал Томас Файрстоун.