Здравствуй, любовь! (стр. 2 )

Саманте совсем не хотелось дать понять Энд­рю, что он прав, и она продолжила:

— К вашему глубочайшему огорчению, ми­стер Кингстон, причины у меня нет.

— Неужели? — удивился Эндрю.

Разъяренная Саманта пронзительно вскрикнула:

— Да если бы не Ларри, я бы плюнула на эту вонючую работу и...

— Осторожнее! Как мне знакомо ваше упря­мство, мисс Джордан.— Его глаза стали почти черными.— По крайней мере, вы уже не швыряете в меня чем попало. Это прогресс.— Он распахнул дверь и вышел из машины.

«Гамлет руст» был оформлен с отменным вку­сом: пол и скамьи — глубокого коричневого цве­та. На стенах — графические иллюстрации к пье­сам Шекспира. Сама атмосфера заведения рас­полагала к отдыху.

— Полагаю, здесь ты обедала в школьные годы.— Эндрю с интересом рассматривал иллю­страции.

— Иногда.

— А иногда в парке?

— Да.

Кингстон вдруг понял, что Саманта начала свою мерзкую игру: принялась изводить его од­носложными ответами.

— Я не собираюсь препираться с тобой,— стал увещевать ее Эндрю.— Поскольку нам предстоит работать вместе, не лучше ли заклю­чить перемирие?

Саманта намеревалась категорично отверг­нуть это предложение, как вдруг у нее вырвалось:

— А на каких условиях?

— Я мечтаю о твоей безоговорочной капиту­ляции, но поскольку у нас только перемирие, давай договоримся о прекращении огня,— рас­смеялся Эндрю, да так посмотрел на нее, что у Саманты мурашки побежали по спине.

— Хорошо,— согласилась она, уверенная, что если, несмотря на перемирие, ее жизнь в «Компа­нии грузовых перевозок» станет невыносимой, она сможет найти другую работу.

Официантка приняла заказ. У Саманты вдруг разыгрался волчий аппетит, и она, не смущаясь, попросила большой гамбургер и клубничный кок­тейль с двойной порцией мороженого.

— А ты вовсе не притязательна в еде,— заме­тил Кингстон.

— Зато тебя можно держать в одной клетке с кроликами,— намекнула Саманта на живопис­ный салат из фаршированных яиц, ломтиков по­мидоров, спаржи, кусочков ветчины и сыра.

— Мне будут завидовать все кролики на све­те,— улыбнулся Эндрю, берясь за перечницу.

Саманта наблюдала за тем, как разноцветье салата скрывается под черным слоем перца.

— Интересно, как ты собираешься это есть? — усмехнулась она.

— Обожаю все острое,— хитро улыбнулся Эндрю.

— Что-то не помню...— Она замолчала, слов­но споткнулась о слово, и краска смущения зали­ла ее щеки.

— Все хорошо, Сэмми,— успокоил ее Эндрю. Взяв за подбородок, он нежно поднял ее голову и заглянул в глаза.— Не позволяй воспоминани­ям портить тебе настроение. Бери пример с ме­ня,— и он понимающе улыбнулся.

Но Саманта не могла ничего с собой поде­лать. Она вдруг вспомнила, как Эндрю и Элдон Болдвин, президент калифорнийской корпорации, молча проследовали мимо ее стола в кабинет Винса Гайнора. Потом она укладывала в кар­тонную коробку документы Винса, а Болдвин наблюдал за ней. Затем они так же молча вышли. Закрывая за ними дверь, Саманта услышала, как Эндрю сказал: «Нет, сэр, мисс Джордан не была соучастницей Гайнора. Мне это доподлинно изве­стно».

Она вздрогнула. Кто же у него на крючке сейчас? Использует ли он ее как средство к до­стижению цели? Неужели ему не стыдно? А Ларри? Знает ли он, что происходит? Почему же он не посвятил ее в это дело?

К тому же, почему Ларри никогда не говорил, что «старина Энди» это и есть тот самый Эндрю Кингстон, который причинил ей столько горя? Саманта сердито отодвинула тарелку. Она прези­рала всех мужчин, а совладельцев «Компании грузовых перевозок» — особенно.

— Пропал аппетит? — тихонько спросил Эн­дрю, переводя взгляд с недоеденного гамбургера на недопитый коктейль.

— И не только к еде,— сухо произнесла Са­манта.

Эндрю нахмурился, увидев, что ее настроение стало явно враждебным. Не зря ли он притащил ее сюда?

Поверит ли она его признанию в том, что он находится в Ашленде исключительно ради нее? С виду Сэмми такая мягкая и жен­ственная, а на поверку оказалась жесткой и не­поколебимой, как и предупреждал Ларри.

Эндрю остро ощутил собственную вину, его мучили угрызения совести.

— Ты знаешь, у меня вдруг тоже пропал ап­петит.

Они встали из-за стола.

Остаток рабочего дня пролетел незаметно. Перебирая в уме сделанное, Саманта осталась довольна собой. Она прекрасно справилась не только со своими обязанностями, но и с ра­ботой Энн.

Сэмми натянула чехол на машинку, оделась и вышла. Когда она подходила к своему автомо­билю, ею овладело странное, тревожное чувство, от которого ей никак не удавалось избавиться. Саманта беспокойно оглянулась, ожидая увидеть спешащего к ней Эндрю.

Всю вторую половину дня она постоянно при­слушивалась, не раздадутся ли его шаги, выгля­дывала в окно. Ей почему-то казалось, что Энд­рю должен вот-вот появиться в ее кабинете.

Но он не пришел.

— Слава Богу,— пробормотала Саманта, поднимая глаза к небу. Обернувшись украдкой в последний раз, она села за руль и включила зажигание. Жалобно взвизгнули шины, когда Са­манта выезжала со стоянки. Она так нервничала, что даже не заметила, что лихачит.

Через десять минут Саманта была уже в старой части Ашленда. Старинный городок, хотя и привлекал изрядное количество туристов, но не потерял еще своего неповторимого колорита, за который она так любила его, и за что была безмерно благодарна провидению. По тенистой улице она проехала к университетскому кампусу, все еще испытывая странное, неотступное беспо­койство, будто за ней следят.

Притормозив, Саманта опустила стекло и так же, как Эндрю раньше, вдохнула свежий воздух, напоенный ароматом весенних цветов, пышно разросшихся между университетскими зданиями. Очарование вечернего Ашленда подействовало на нее успокаивающе.

«Хонда» Саманты проезжала мимо ухожен­ных лужаек с живописно возвышающимися над ними деревьями. Счастливая улыбка блуждала на ее устах.

Впереди лежал парк Лития, по мнению Саманты, самое красивое местечко во всем Орегоне. Он был прекрасен в любое время суток. Саманта испытывала несказанное удовольствие, бродя по его дорожкам или кружа вокруг на машине. Этот парк хранил воспоминания о ее детстве.

Здесь же проходили репетиции ее маленькой труппы. Нужно обзвонить всех артистов и напом­нить о завтрашней встрече.

Как только Саманта начинала размышлять о своем хобби, тут же исчезала накопившаяся за день усталость. Саманта могла бы стать профес­сиональной актрисой, если бы не одно досадное обстоятельство: она совершенно терялась перед большой аудиторией. Но Сэмми беззаветно лю­била все, связанное с театром, поэтому с радостью согласилась руководить небольшим коллек­тивом.

А еще через несколько минут она уже подъез­жала к дому, мечтая о горячей ванне и чашечке любимого травяного чая.

Вода уже кипела на плите, когда зазвонил телефон. Испугавшись, что это опять Билл, Са­манта решила не снимать трубку.

Но могла позвонить и тетушка Брионна...

— Слушаю.

— Саманта, это ты?

— Что случилось, Эндрю? — спросила она с напускной суровостью.— Неужели я забыла выключить машинку?

Она услышала тяжелый вздох:

— Я подумал... знаешь...— он неожиданно замолчал, и Саманта услышала, как его пальцы выбивают дробь по дереву.— Может, поужинаем вместе?

— Извини, но я занята,— выпалила Саманта.

— Отложи дела.

— Не могу.

Ей показалось, будто он выругался, а потом послышалось сердитое:

— Извини за беспокойство.

В трубке раздались короткие гудки, означа­ющие, что разговор окончен.

— Чудовище! — поморщилась Саманта. Раздосадованная, она швырнула трубку, вы­мещая зло на невинном голубеньком аппарате.

А когда телефон зазвонил снова, она чуть не лопнула от злости.

— Ну уж нет! Довольно с меня! — Саманта бросилась к двери. Тетушка не осудит ее за то, что она не успела переодеться.

3

Направляясь к большому серому зданию, в котором помещался офис «Компании грузовых перевозок», Саманта пыталась разобраться в происходящем.

Она ратовала за деловые отношения с Кинг­стоном, намеревалась держать его на расстоянии. И все было так, как она хотела, но отчего же тогда так тоскливо сжимается сердце? Да потому, что Эндрю соблюдает ее требования!

После пресловутого ланча прошла, казалось, вечность. Эндрю говорил с ней подчеркнуто офи­циально и только о деле.

Впереди выходные. Уик-энд будет, пожалуй, довольно суматошным. Саманта старалась взвалить на себя как можно больше дел в тщетной надежде отвлечься от тяжелых мыслей.

Услышав какой-то шум в своем кабинете, Са­манта не удивилась, так как была уверена, что это диспетчер, работавший в ночную смену.

Вдруг она узнала голос Эндрю и застыла на месте, стремясь справиться с непреодолимым же­ланием повернуться и убежать подальше.

Но отворилась дверь, и в коридор вышли двое мужчин в рабочих комбинезонах. Тот, что помоложе, принялся с вожделением рассматривать Са­манту, нагловато улыбаясь. Но Саманта не оби­делась.

— Доброе утро, мисс,— поздоровался старший. Молодой же не сводил с нее восхищенных глаз.

«Интересно, что они делали в моем кабинете? Что еще надумал его величество?»

— Доброе утро,— ответила Саманта, стара­ясь за вежливой улыбкой скрыть усиливающееся беспокойство.

Старший потащил молодого напарника к вы­ходу.

Подавляя тревогу, Саманта открыла дверь своего кабинета и... замерла на пороге, ничего не узнавая. На месте привычного дубового письмен­ного стола расположился компьютер с принте­ром. У стены возвышалась новенькая полка для хранения папок с документами.

Саманта не могла поверить, что это не сон. Эндрю довольно улыбался.

— Я... ты... уф...— бормотала она что-то не­членораздельное. Оперевшись о стену, поскольку ноги плохо держали ее, Саманта перевела взгляд на человека, сидящего на ее стуле. Он смотрел на нее по-детски доверчиво.

Эндрю напоминал киногероя из вестерна — черные брюки, воротник синей клетчатой рубаш­ки расстегнут, рукава закатаны до локтей, об­нажая сильные, мускулистые руки. Но будь он даже в одних трусах, Саманта этого не заметила бы, поскольку была потрясена видом элект­ронных монстров. Она не позволяла Ларри даже мечтать об их приобретении. На этот раз ее мне­нием не поинтересовались.

— Так вот кто попал под подозрение на сей раз,— решила Саманта. Она произнесла эти сло­ва тоненьким, детским голоском.— Моя рабо­та! — дыхание перехватило, слезы готовы были хлынуть из глаз, и Саманта поскорее потрясла головой, чтобы не допустить этого.

Такое не могло привидеться Сэмми и в страш­ном сне. Ее подозревают!

— Скажи хотя бы, в чем я провинилась? — выдавила Саманта.

Заметив недоуменный взгляд Эндрю, она объ­яснила:

— Я ведь простой диспетчер, ну иногда под­меняю Энн... К какой секретной информации я имею доступ?

— Замолчи, Саманта,— шепнул Кингстон.— Иди сюда. Я тебе кое-что покажу.

Саманта не желала подчиняться.

— Опять упрямишься! — взревел Эндрю. Он вскочил и направился к ней.— Я отправлю тебя в школу секретарей. Там научат слушаться босса.— Он опустил руки ей на плечи.— Дурочка! — ласково сказал он.— Как тебе только могло прийти в голо­ву, что я хочу избавиться от тебя? Это облегчит тебе жизнь. Пойдем, научу обращаться с компьютером.

Приветливо засветился экран «Аардварка», обещая Саманте выполнить всю работу в два раза быстрее.

Эндрю тронул клавиши, и на экране появи­лась надпись: «Эндрю Кингстон очень одинок. Он надеется, что самый симпатичный диспетчер в мире согласится разделить с ним трапезу».

Саманта не двигалась, и тогда Эндрю набрал снова: «Что ты предпочитаешь? Ланч, обед, за­втрак или все вышеперечисленное сразу?»

Саманта стиснула зубы, подумав: «Ты мучал меня несколько дней, а теперь пытаешься делать вид, что ничего не случилось?»

«Предложение отклоняется»,— быстро написала Саманта и повернулась, чтобы покинуть кабинет.

Но Эндрю догнал ее, бережно обнял за плечи и с обезоруживающей улыбкой заглянул в лицо.

Сердце у Саманты бешено колотилось, гото­вое выскочить из груди. В таком состоянии она не могла противиться ему. А Эндрю настаивал:

— Садись, я продемонстрирую тебе возмож­ности техники.

Саманта поняла, что потерпела поражение. С несвойственной ей покорностью вернулась она к компьютеру и стала выслушивать объяснения.

Обучение длилось три часа. И Саманте при­шлось признать достоинства машины: безупреч­ность печати и непогрешимость памяти.

Потом Эндрю показал, как играть на ком­пьютере, после чего объявил:

— Пора перекусить,— и забарабанил костяш­ками пальцев по спинке ее стула.

Саманта медленно поднялась и, вздохнув, возразила:

— Сожалею, но у меня другие планы.

Он, казалось, сначала огорчился, а потом вдруг игриво предложил:

— Если ты торопишься на свидание, могу подбросить до условленного места.

Саманта не призналась, что едет к тетушке Брионне, а только ответила, что у нее — своя машина.

Эндрю принялся нарочито громко откашли­ваться:

— Да, но, по-моему, она оказалась зажатой двумя трейлерами.

Сэмми едва справилась с желанием укусить его побольнее и сердито спросила:

— Какими еще трейлерами?

Подавляя улыбку, он ответил:

— Кажется, с номерами 12-34 и 15-06.

— Понятно,— ей действительно было ясно, чьи это проделки.

Саманта подумала, что придется звонить те­тушке и объяснять, что не сможет приехать к лан­чу. Но тут она увидела, что ключи от трейлеров висят на стенде, а управлять грузовыми автомо­билями она умела.

— Что ж, придется поесть с Джинни в гара­же,— и она направилась к двери.

— Я бы мог...— попытался остановить ее Эндрю.

— Нет, Кингстон, я предпочитаю обедать с друзьями,— невозмутимо возразила Саманта, наслаждаясь тем, что смогла обидеть его.

— Как хочешь,— только и произнес Эндрю.

«А действительно, чего я хочу?» — попыта­лась разобраться Саманта. Но ответить на этот вопрос не смогла.

Целых полчаса Саманта билась над тем, как вызволить свою машину из ловушки, но все было тщетно. Здесь поработал специалист: трейлеры стояли впритирку с ее машиной. Саманте явно не хватало опыта, чтобы отогнать их, не повредив при этом «хонду». Она опустила голову на руль грузового автомобиля, в котором сидела, готовая разреветься от обиды.

Утешало только то, что нигде не было видно Кингстона.

— Ты что, спишь? — послышался с земли голос Дугласа.

Этот избавитель послан ей провидением. Са­манте даже показалось, что она видит ореол свя­тости над головой Дуга. Она чуть не заплакала от счастья.

— Вообще-то я не против, крошка,— дразнил Дуглас,— не против прокатиться с тобой до Лос-Анджелеса.

— Спасибо, но я предпочла бы остаться здесь, если только тебе удастся вызволить мою машину,— и Саманта спрыгнула на землю.

— Мне казалось, что ты умеешь справляться с этими машинами,— удивился Дуг и, обхватив ее узкую талию своими огромными ладонями, забросил Саманту обратно в кабину.— Оставайся там, я тебе покажу, как это делается.

За считанные минуты он отогнал трейлеры от машины Саманты.

— Какой ублюдок устроил это? — недоуме­вал он.

— Не имею понятия,— честно призналась Са­манта.

Но зато она знала, кто был автором идеи. Она еще доберется до него.

— Хорошо, что Кингстон этого не видел, а то кто-то вылетел бы с работы,— заметил Дуглас.

Саманта не стала ничего объяснять, а только поблагодарила Дугласа и поспешила к своему автомобилю.

Через пятнадцать минут она была у тетушки. Брионна стояла на крылечке, где обычно поджида­ла гостей. Удивительным было то, что на ней был роскошный брючный костюм и новая шляпка.

— Какая прелесть, тетушка! Новая шляп­ка? — поинтересовалась Саманта, поднимаясь по ступенькам. И тут она заметила, что и туфли тоже новехонькие.

Брионна заключила Саманту в объятия, и та ощутила восхитительный аромат дорогих духов и компакт-пудры, исходивший от тетушки.

— Я так рада, что ты приехала дорогая.

«К чему эти церемонии? — недоумевала Са­манта.— Что все это значит?»

Через несколько минут Саманта получила от­вет на все свои вопросы. В кухне сидел Эндрю Кингстон. Саманте захотелось выдернуть из-под него стул, но ей пришлось сдержаться, чтобы не привести в замешательство тетушку.

«Что это он тут расселся?» — сгорала от лю­бопытства Саманта. Но спрашивать у тетушки, как этот тип оказался в ее доме и почему он так раскованно здесь держится, было бы крайне неве­жливо.

— Рад, что ты наконец справилась,— обе­рнулся Эндрю.— Я верил, что если ты поднату­жишься, то сумеешь выбраться из западни.

— Из какой еще западни, дорогая? — недо­умевала тетушка.

Испепеляя Эндрю взглядом, Саманта объ­яснила:

— Какой-то идиот с извращенным чувством юмора зажал мою машину с двух сторон грузо­виками.

«Неужели ей удалось отогнать трейлеры? — удивился Эндрю.— Скорее всего, помогли води­тели».

— Ох уж эти мужчины! — осуждающе пока­чала великолепно уложенной серебряной голов­кой Брионна.— Они такие озорники!

Эндрю вдруг поперхнулся, а откашлявшись, заметил:

— Я уже поблагодарил Брионну за прекрасную идею пригласить нас с тобой к ланчу,— он поднялся со стула и приблизился к Саманте.— Я и не знал, что моя хозяйка к тому же твоя тетушка.

Хотя Кингстон и не думал прикасаться к Са­манте, она почувствовала нависшую опасность. Сэмми хотелось повернуться и бежать, но она словно приросла к полу:

— Твоя хозяйка?

— Я снял флигель. Прежний постоялец, веро­ятно, решил остаться в Венеции.

— Жаль,— рассердилась Саманта.

— Зато мне повезло,— заявил Кингстон, дер­зко улыбаясь.

— Да уж,— процедила Саманта и поспе­шила на помощь тетушке, которая накрывала на стол.

Сначала ее босс, теперь и тетушкин постоялец. Кажется, судьба решила сыграть с ней злую шутку. Дрожащими руками она принялась рас­кладывать столовое серебро на темно-зеленые салфетки.

— Должен признаться,— раздался голос Энд­рю у нее над ухом,— я никак не предполагал, что тебе удастся вызволить машину.

Собрав всю силу воли, Саманта удержалась от намерения проткнуть его вилкой. Непроница­емая маска скрывала ее чувства.

— Чего ты добиваешься, Эндрю? — спросила она, когда, обогнув стол, чуть не налетела на Кингстона.

— Твоей дружбы,— шепнул он.— Разве это так много?

У Саманты закружилась голова, когда она вдруг физически ощутила силу его желания.

«Господи! Помоги мне. Ведь я тоже хочу его!» — взмолилась Саманта. Она поскорее от­ступила от него и, овладев собой, заявила:

— Это недостижимо для тебя, Эндрю.

Он не успел ответить, потому что вошла Брионна и спросила, какое вино — красное или бе­лое — он предпочитает к обеду.

— Я выбираю красное,— призналась тетуш­ка, так обворожительно улыбаясь ему, что Сама­нта почувствовала неловкость.

— А я... белое,— сказал Эндрю, убирая с лица Саманты прядку светлых шелковистых волос и заправляя ее за ухо.— Оно терпкое и бодря­щее,— объяснил он свой выбор.

С каким бы удовольствием Саманта ударила его. Она-то понимала, что речь идет совсем не о вине и постаралась выбрать место за столом подальше от Кингстона.

Поглощая салат, Эндрю дал понять, что не забыл разговора Саманты с Биллом Гарреттом:

— Я предложил тетушке Брионне свою по­мощь по ремонту дома,— его глаза искрились неподдельным весельем.

Брионна недоуменно переводила взгляд с Са­манты на Эндрю и обратно. Ее золотисто-карие глаза выражали изумление:

— Но что ты собираешься ремонтировать, дорогая? — вежливо поинтересовалась тетуш­ка.— Мы ведь все сделали буквально перед твоим отпуском?

Оказавшись в неловком положении, Саманта вспыхнула и бросила уничижительный взгляд на Эндрю.

— Похоже, ты блаженствуешь?

Тут она заметила яблоко из папье-маше и искренне пожалела о том, что оно не настоящее и им нельзя запустить в Кингстона.

— Я так рада, что вам у нас нравится, Эндрю,— ворковала тетушка, ничего не подо­зревая.

— Зачем эти церемонии? Мы ведь уже пере­шли на «ты»,— напомнил Кингстон, ослепитель­но улыбаясь.

Саманта почувствовала себя лишней. Эндрю и Брионна любезничали друг с другом. При этом тетушка не сводила восхищенных глаз с Кинг­стона, а он обворожительно ей улыбался. Саман­те же хотелось постучать вилкой по тарелке, что­бы напомнить о своем присутствии. Потягивая газировку, она злилась на себя за то, что завидо­вала Брионне и Эндрю.

«Не странно ли, что тетушка преисполнилась чувством неподдельного обожания Эндрю Кинг­стона? Да тут нет ничего удивительного,— рас­суждала Саманта.— Кингстон умеет вскружить голову женщинам, особенно когда хочет. А сей­час он старался изо всех сил».

— Это здорово, Эндрю! — воскликнула Бри­онна и объяснила Саманте: — Он только что выразил желание купить флигель и стать нашим соседом. Какой замечательный молодой человек!

Завидный жених! Не упускай свою удачу, как бы намекала тетушка.

«Только этого еще не хватало»,— ужаснулась Саманта.

В глазах Эндрю промелькнуло что-то похожее на триумф. Брионна — отвратительная сваха. Почему Кингстон не замечает фальши? Или толь­ко делает вид, что ни о чем не догадывается, потому что это ему на руку?

При других обстоятельствах Саманта дожда­лась бы, когда тетушка выйдет из комнаты, и без обиняков объявила бы этому нахалу, что у него нет никаких шансов вернуть ее доверие. Но ей необходимо было выяснить истинную причину появления Кингстона в Ашленде. Она еще могла допустить, что ему надоело работать на других, но мысль о том, что он намерен осесть здесь, показалась ей невозможной. Придется быть с Ки­нгстоном полюбезней.

— Очень жаль, но всему хорошему рано или поздно приходит конец,— замурлыкала Саман­та.— Ох уж эти боссы! Они так гневаются, когда бедный диспетчер растягивает обеденный пере­рыв на два-три часа.

Саманта встала из-за стола:

— Благодарю за чудесный обед, тетушка Брионна.— Сэмми чмокнула ее в щечку.— И ко­мпания была... блестящая,— намекнула она.

— Я бы не отказался от прогулки по вашему чудесному парку,— вдруг решил помечтать Кингстон.— И вообще хотелось бы посмотреть город. Я был в Ашленде пару раз с футбольной командой. Но тогда не представилось возмо­жности ознакомиться с достопримечательно­стями.

Ослепительно улыбаясь тетушке, он про­должил:

— Да и не было у меня такого очарователь­ного гида, каким может стать ваша племянница.

Саманта задохнулась от ярости, а лицо тетуш­ки расплылось в улыбке.

— Это было бы чудесно,— пришлось солгать Саманте.

— Ну что же, мисс Джордан, возвращайтесь в офис, а я тут помогу тетушке с посудой, что позволит нам поближе познакомиться.

Саманта уже ничего не могла изменить. Ей оставалось только надеяться, что у тетушки хва­тит благоразумия не выдавать тех маленьких сек­ретов, о которых Саманта предпочитала помал­кивать.

На работе Саманта пыталась думать только о делах и не сбиваться на размышления о том, что их с Эндрю ждет впереди.

4

Через час после возвращения Саманты в офис в кабинете появился довольный Кингстон. Он подсел к Саманте.

— Как дела, крошка?— начал он, пристра­ивая свой подбородок на ее плече.

— Неплохо.— Саманта попыталась отодви­нуться.

— Вот и хорошо,— обрадовался Кингстон.

Саманта чувствовала его горячее дыхание, оно волновало ее. Слегка отстраняясь, она повер­нулась к Эндрю. Сердце его бешено заколоти­лось, готовое выскочить из груди. Он любовался изящным профилем ее лица. Скользнув по щеке, его взгляд остановился на уголке губ.

Саманта вдруг отчетливо поняла, что если не выбежит сейчас же на улицу подальше от этого сводящего с ума запаха лосьона для бритья, то произойдет нечто ужасное. Она не в силах больше сопротивляться непреодолимому желанию кос­нуться его губ своими. Сэмми вскочила и устави­лась на экран компьютера, где ритмично мигал курсор.

Недоумевая, Эндрю положил подбородок на сжатый кулак и начал расспрашивать Саманту о перевозках ценных грузов.

— А теперь объясни мне, пожалуйста, как вы ищете грузы, не дошедшие до адресата?

— Что ты имеешь в виду? Что значит — не дошедшие до адресата? Мы всегда доставляем грузы точно по адресу,— ответила Саманта, счи­тая вопрос исчерпанным.

Она подошла к окну, поежилась.

«Неужели замерзла?» — подивился Кингстон.

Мысли Саманты витали далеко отсюда: пес­чаный пляж, чудесный вечер, они с Эндрю сидят у костра. Тогда Кингстон тоже задавал ей странные, как ей казалось, вопросы о Винсе Гайноре.

— Пожалуй, пойду посмотрю, что делается в гараже,— Кингстон сделал было шаг к Саман­те, но потом резко повернулся и вышел.

Саманта слышала его удаляющиеся шаги. Из ворот выезжал трейлер. Сэмми не видела номера машины, но знала, что это рейс в Нордоф.

«Неужели уже четыре?» — встрепенулась Са­манта. Она должна успеть все доделать за оста­вшийся час, если не хочет опоздать на репетицию пьесы. И Саманта выбросила из головы непонят­ные вопросы Кингстона о заблудившихся грузах и свои тревожные подозрения.

Через час письма были напечатаны и отправ­лены. Саманта выключила компьютер и заторо­пилась к машине.

Здесь-то и поджидал ее Кингстон.

«Вот не повезло!» — скрипнула зубами Са­манта.

— Чего ты хочешь теперь?

Добродушно улыбаясь, Эндрю попросил:

— Может, подбросишь до дома? Ларри ото­гнал свою машину в мастерскую и позаимствовал мою «севиллу». Я был уверен, что ты не откажешься помочь.

Под его взглядом Саманта покрылась гусиной кожей.

— А почему ты не поехал с Ларри? Я и так задержалась.— И вдруг Саманта сообразила, что он все это подстроил нарочно.— Тебе нравится меня мучить? — Сэмми готова была разрыдать­ся. Сейчас она была не в состоянии вступать с ним в словесную перепалку.

— Удивляюсь, как люди ездят на таких кро­шечных автомобилях? — Эндрю похлопал по ку­зову ее «хонду».

— Так же, как на больших и дорогих, с той лишь разницей, что реже приходится посещать заправочные станции.

— Сдаюсь! — засмеялся Кингстон и прово­дил Саманту к сиденью для пассажиров. У нее не было сил возражать.

— Это означает, что ты сядешь за руль? — Саманта порылась в сумочке и швырнула ему ключи от машины.

— Может, поужинаем вместе? — как ни в чем не бывало предложил Кингстон, выруливая со стоянки.

— Не могу,— отказалась Саманта.— У меня есть только несколько минут, чтобы заскочить за гамбургером. Я тороплюсь на репетицию.

— Позволь присоединиться.

— Что ты имеешь в виду? Гамбургер или репетицию?

— И то и другое.

— Как хочешь,— не очень-то радушно откли­кнулась Саманта.

Эндрю долго не отвечал: обилие машин на дороге требовало предельного внимания.

— Пожалуй, в другой раз как-нибудь. Мне ведь нужно забрать машину у Ларри.

Саманта вдруг ощутила странное разочаро­вание.

— Мы репетируем два раза в неделю в зеле­ном театре парка или у озера. Приходи, когда сможешь, только предупреди заранее.

— Обязательно предупрежу,— пообещал Эн­дрю.

А через несколько минут они уже были у тету­шкиного дома.

— Вот и приехали. Спасибо, Саманта. Наде­юсь, когда-нибудь смогу отплатить тебе за эту любезность.

Саманта почувствовала себя страшно одино­кой. Она хотела попросить его остаться. Но вместо этого молча протянула руку и забрала ключи.

Эндрю увидел в окне дома Брионну и пред­ложил:

— А не поздороваться ли тебе с тетушкой?

— Пожалуй,— согласилась Саманта.

Она вдруг сообразила, что этого делать не стоит, но было поздно. Эндрю, обняв ее за та­лию, увлек к дому.

— Саманта, дорогая! Эндрю! Как хорошо, что вы заехали! — обрадовалась Брионна.— Я только что приготовила блюдо по новому рецепту. Нужно, чтобы кто-то попробовал и оценил.

Саманта видела, что Брионна невероятно сча­стлива видеть их с Эндрю вместе. Улыбка тро­нула губы Сэмми, когда она подумала: «Моя милая, простодушная тетушка! Как же ты на­ивна!»

— Очень жаль, тетушка, но я тороплюсь на репетицию. Меня ждут мои студенты.— Высколь­знув из объятий Кингстона, она чмокнула Брион­ну в щечку и помчалась к машине.

— Подожди! — закричал Кингстон.— Я пе­редумал. Еду с тобой за гамбургерами. Пусть Ларри сам соображает, как вернуть машину. А если ему не удастся сделать это за выходные, ты отвезешь меня на работу в понедельник,— обрадовался Эндрю.

Кингстон извинился перед Брионной, пообе­щав оценить новое блюдо в следующий раз. И те­тушка что-то уж слишком легко, по мнению Са­манты, простила его.

Саманта мысленно поклялась пропустить Ларри через мясорубку, если он не вернет Кинг­стону машину в срок.

— Хорошо, ребята. А теперь — на сцену! — распорядилась Саманта. В голубых джинсах, в розовом вельветовом пиджаке, с забавным пуч­ком волос на затылке, Саманта ничем не отлича­лась от девятнадцатилетних студентов, собрав­шихся на сцене зеленого театра.

Прохладный вечерний воздух бодрил. Саман­та дышала полной грудью и радовалась, глядя, как актеры занимают места на сцене. Озорно улыбаясь, Кингстон заметил:

— Похоже, тебе нравится это дело.

— Да,— кивнула Саманта и зашептала заго­ворщически: — Здесь можно отвести душу и по­командовать. В пьесе говорится о том, как моло­дая богатая наследница неожиданно обнаружива­ет, что жадные родственники хотят ее погубить. Она переодевается и приходит проситься на рабо­ту в соседнее имение. Там она влюбляется в мо­лодого хозяина, а он в нее.

Белокурый Лотарио, играющий молодого хозяина, довольно успешно справлялся со своей ролью. И только в сцене признания в любви немного фальшивил. Саманта хмурилась.

— Я считаю, ему надо показать, как это дела­ется,— заявил Эндрю. Саманта не могла пове­рить своим ушам.— Посмотри! — крикнул Кинг­стон и без долгих раздумий схватил Саманту за руку и поволок на сцену. Там он заключил ее в объятия и мастерски продемонстрировал искус­ство поцелуя.

— Эндрю...— протестовала Саманта.

Горячий, влажный, жадный рот вновь накрыл ее губы. Мускулистой рукой обнимая Саманту за талию, Эндрю привлек ее к себе. И она вдруг с ужасом поняла, что отвечает.

Тут раздался гром аплодисментов и востор­женный свист. Застеснявшись, Саманта отшатну­лась от Кингстона. Ей с трудом удалось успоко­иться.

— Вот так, по мнению мисс Джордан, вы должны сыграть эту сцену,— глухо произнес Эндрю.

— Именно так? — светловолосый актер смот­рел, казалось, не на Саманту, а сквозь нее, словно собираясь попросить их повторить все сначала.

— Да,— Саманта, не давая опомниться, вы­толкнула его на середину сцены.— Повтори, и мы все разойдемся по домам.

Кингстон следом за Самантой спустился со сцены. Остановившись рядом, он по-хозяйски об­нял ее за плечи.

— Юный ловелас оказался довольно способ­ным учеником,— заметил Кингстон.

А Саманта была готова биться об заклад, что он этому не очень-то рад.

— Его талант развился под твоим руковод­ством или он с ним родился?

— К сожалению, я здесь ни при чем. Это один из тех счастливых случаев, когда присутствуют три необходимые составляющие — талант, уве­ренность в себе и настойчивость в достижении цели. Я думаю, он может стать профессиональ­ным актером, если захочет.

Репетиция стремительно приближалась к кон­цу. Саманту беспокоили намерения Кингстона. Он ходил за ней по пятам и явно не торопился домой, к себе домой.

Репетиция завершилась дружными аплодисме­нтами.

— Кажется, им нравится пьеса,— заметил Эн­дрю, привлекая Саманту к себе.

— Так и должно быть,— отозвалась Саманта, захлопывая блокнот и засовывая ручку в карман.

Спустившись со сцены, артисты обступили Саманту. Они все разом задавали вопросы, ста­раясь протиснуться поближе к своей руководи­тельнице.

— Говорите по одному,— приструнил их Эн­дрю.— Мисс Джордан уладит все ваши про­блемы.

Саманта не могла разобраться, ненавидит ли она Кингстона за то, что он опять вмешивается, или ей смешно оттого, что студенты столь безро­потно ему подчиняются. Она пригласила актеров за кулисы и там ответила на их вопросы.

— Ты профессионально работаешь,— похвалил ее Кингстон, когда они подходили к маши­не.— Я поражаюсь твоим разносторонним талан­там. Ты, шутя, справляешься с работой диспетчера и секретаря одновременно, а потом мчишься сю­да и лепишь из этих желторотиков настоящих артистов.

Сэмми обрадовала такая оценка, но она пото­ропилась объяснить:

— В этом нет моей заслуги. Большинство из них мечтают о профессиональной сцене и изуча­ют актерское искусство с детства. Вместо филь­мов они ходят смотреть спектакли. Возьми, на­пример, Кэсси. Она играет наследницу. Мама привела ее в актерские классы, когда девочка не знала, что такое сцена. Вместо того чтобы играть в куклы, она отправилась в Нью-Йорк. Там тетя, которая имеет какое-то отношение к театральной богеме, представила ее драматургам, актерам и режиссерам. А вот еще Майк...

— А еще есть Эндрю,— прервал ее Кингстон. Они остановились в тени живописного цветущего дерева. Он нежно обнял ее.

— Эндрю, я не хочу...— пыталась протесто­вать Саманта.

Кингстон прижал к ее губам два длинных сильных пальца, заставляя умолкнуть.

— Боже! — выдохнул он.— Если бы только знала, сколько бессонных ночей я провел из-за тебя. Я потерял покой, как только увидел тебя здесь.

— Не говори так,— возразила Саманта.

— Почему ты не хочешь довериться своим чувствам, Саманта? Тебя ведь влечет ко мне с неменьшей силой! — недоумевал Эндрю. Голос его убаюкивал, он нежно взял Саманту за подбородок и прикоснулся губами к ее рту. Его язык пустился в чувственный поиск. Земля ушла из-под ног Саманты.— Знаешь,— шепнул он, легонько покусывая ее нижнюю губку,— я не верил, что бывают однолюбы до тех, пор, пока не потерял тебя.

Ложь! Презрительная улыбка скривила губы Саманты. Она оттолкнула его и зашагала прочь.

— Уже поздно. Мне пора домой,— обронила Саманта через плечо.

Судя по выражению лица, Эндрю был явно недоволен завершением вечера. Но он молчал всю дорогу до дома.

«Чего же ты хочешь? — хотелось закричать Саманте.— Чтобы я улеглась с тобой в постель, как будто ничего не произошло?»

— Вот и приехали,— объявила она, останав­ливая машину у флигеля.

Саманте очень нравился этот пряничный до­мик, расположенный в стороне от основного здания, так что хозяйка и жильцы не мешали друг другу. Саманта так мечтала пожить в нем! Но когда домик пустовал, она работала в Ка­лифорнии.

— Спасибо за прекрасный вечер.

— Пожалуйста.

Она уже положила руку на рычаг управления, как Эндрю приподнял ее голову и опять по­целовал.

Застигнутая врасплох, Саманта и не пыталась сопротивляться. Сердце ее забилось еще сильнее, когда его губы принялись прокладывать дорожку поцелуев к ее шее.

— Ты так вкусно пахнешь,— удивился Энд­рю, лаская ее.

Руки Саманты потянулись к его голове, устро­ившейся у нее на плече. Ее пальцы играли с тем­ными прядками шелковистых волос.

Где-то завыла собака, и тут же вспыхнул про­жектор на крыше дома тетушки Брионны, ярко осветив машину и пассажиров.

— Кажется, придется прерваться,— расстро­ился Эндрю.

Лучи света подействовали на Саманту отрезв­ляюще. У нее хватило сил только на то, чтобы утвердительно кивнуть.

Эндрю не мог оторвать от нее глаз. Наконец, дотянувшись до ее щеки, он шепнул:

— Спокойной ночи, дорогая.

И вышел из машины.

Затуманенным взором Саманта проводила Эндрю до двери, дождалась, когда вспыхнет свет в его спальне, и только после этого пустилась в дорогу.

С ней творилось что-то невообразимое. В го­лове мелькали обрывки мыслей, грудь теснило какое-то непонятное чувство. Она управляла ма­шиной как во сне.

Едва Саманта вошла к себе, как зазвонил телефон. Она насчитала четырнадцать сигналов, прежде чем успела добраться в темноте до ап­парата.

Собравшись с духом, Саманта подняла трубку:

— Да,— с трудом перевела дыхание Саманта. Она сняла с плеча сумочку и бросила ее туда, где по ее подсчетам должен бы стоять стул. Но сумка шлепнулась на пол. «Интересно, застегнула ли я молнию?» — судорожно подумала Саманта.

— Привет, Сэмми. Забыл предупредить, что завтра ты должна показать мне вашу сказочно прекрасную речку. Или уже сегодня? — попра­вился Эндрю.— Как бы то ни было, одевайся соответственно и оставь волосы распущенными.

Саманта нахмурилась. Держа трубку на вытя­нутой руке, она соображала, правильно ли поня­ла намек, и собиралась ответить, что никуда с ним не поедет, потому что не доверяет.