Стенограмма заседания Центра социально-консервативной политики (стр. 3 )

приводил в пример Китай, который сейчас обсуждает, куда деть ему свои золотовалютные резервы, почти 2 триллиона долларов на сегодняшний день достаточно свободных денег, и приводил пример того, что обсуждается вопрос возможности скупки каких-то активов в том же Западном полушарии. Я, честно говоря, не почувствовал, упустил из вида последнее обсуждение, но достаточно серьёзно изучал ситуацию до настоящего момента и видел, что Китай прежде всего осваивал свою территорию. Инвестиции Китая при таких золотовалютных резервах (они же не сегодня появились 2 трлн. долларов свободных денег в экономике) в Западном полушарии мизерные, если практически не отсутствуют. Да, была попытка покупки относительно крупной американской нефтяной компании, которая была заблокирована американцами, по сути дела других попыток на таком большом расстоянии от Китая не было. Китай очень серьёзно поддерживает китайский бизнес около границ Китая, внешнюю экспансию на малой территории, в своём окружении. И на сегодняшний день мы видим ситуацию, в которой в страны около Китая многие производства выносятся, производства с китайскими учредителями, с китайскими рабочими, которым даются дополнительные льготы, на это направляются деньги поддержки государства. Китай живёт в очень разумном подходе, что сначала нужно освоить территорию вокруг себя, а уже потом только проводить внешнюю экспансию куда-то далеко. Здесь, может быть, России стоит пойти по этому же пути в условиях, которые сегодня сложились.

Я бы позволил себе не согласиться с тезисом, который мой коллега по философскому факультету МГУ, Валера Фёдоров, высказывал о том, что россияне потеряли интерес к западному стилю жизни и в общем-то им особо не интересуются. Игорь Юрьевич правильно сказал о том, что очереди у обменников показали, что тот же стиль жизни, к сожалению, для многих людей в кризисной ситуации становится более привлекательным, когда необходимо сделать просто выбор.

Здесь хотелось бы произнести тезис Ирины Яровой о том, что важно в кризисной ситуации добиваться того, чтобы элита действовала патриотично.

Вчера мы обсуждали эту тему на заседании рабочей группы обсуждения программы, которая работает в Серебряном бору, о том, что элита показала, что её интересы не всегда совпадают с интересами государства. В критической ситуации мы увидели, что элита, получив от государства поддержку, в первую очередь имеется в виду экономическая элита в данном случае, направила эту поддержку не на то, чтобы использовать её по целевому назначению, а на то, чтобы штурмовать Центробанк, скупая валюту. Очевидно, что со временем будет дана правовая оценка происходящим событиям и правовая оценка нецелевому использованию средств, которые выделялись государством. Если это целевое использование не было достаточно чётко определено для тех банков, которые злоупотребили выданными деньгами, то, наверное, нужно будет спрашивать с тех людей, которые не определили это целевое использование в том числе. На повестку дня по сути дела становится вопрос поведения элиты и интересов элиты в критической ситуации, соответствие интересов элиты государственным интересам.

Вчера на рабочем заседании по обсуждению программы прозвучала важность роли партии в критических моментах в контроле чиновников, контроле элиты с тем, чтобы они соответствовали общественным интересам.

Понятно, что создавать какие-то дополнительные институты или требовать, скажем, партии «Единой России» как одному из крупнейших представителей общественности, государственной власти сегодня, победившей партии на выборах, требовать дополнительных полномочий неправильно и не нужно, и даже не требуется, но заставить теми инструментами, которые есть у партии, чиновников выполнять свои функции, крупных банкиров, получающих государственные деньги, выполнять свои функции по целевому назначению - это сейчас партия должна, проявив более жёсткую риторику, проявив где-то большую волю настоящий момент, где-то взяв инициативу на себя, заставить людей работать. Если люди не работают, не выполняют свой функционал в полной мере, ставить в повестку дня как минимум кадровый вопрос по конкретным людям.

В контексте критической ситуации, когда партия возьмёт на себя инициативу по контролю действия элиты, она совершит ещё один шаг к партийному правительству, пусть небольшой шаг, но он будет достаточно очевидным, и возьмёт на себя ответственность, которая, в общем-то, была делегирована ей во время выборов. Тогда можно будет говорить о том функционале, который должно выполнять государство не только по отношению к крупным банкам, но и по отношению к конкретным людям.

Например, те же кассы взаимопомощи. Как для конкретного человека, так и для небольшого бизнеса, небольших предпринимателей, которые сейчас попадают в сложную ситуацию только из-за того, что, с одной стороны, они никак не привязаны к финансовому рынку, к каким-то фондовым проблемам, но они приходят в банк, и те небольшие кредиты, которые им по логике вещей должны бы продлевать, им просто не продлевают. Потому что банки направляют свои деньги (как от государства полученные многие, так и текущие средства) просто на скупку валют. Даже не сохраняя уровень обеспечения оборотного капитала для реального бизнеса, для реального сектора экономики, а по сути дела даже уменьшая те показатели, которые были до этого.

Я думаю, что те тезисы, которые обсуждаются в рабочем режиме в Серебряном бору сегодня, может быть, вчера казались бы немножко радикальными, но сегодня они стоят в повестке дня, и партия должна проявить волю для того, чтобы защитить конкретного человека. Иначе сама приставка «социальный» в термине «социальный консерватизм» будет не наполнена содержанием. Спасибо.

Шувалов , Игорь Николаевич, я благодарен вам за эту информацию, потому что действительно здесь ждать съезда нам не приходится, здесь важно брать на некий контроль то, что сейчас может происходить на рынках. И партия несет ответственность за эту ситуацию.

Да, Ирина Анатольевна?

Я очень коротко. Дело в том, что сегодня мы тоже встречались и обсуждали вопросы по подготовке программы. И мне очень важно, что в унисон совершенно озвучено. И когда мы встречались с представителями ЦФО, с журналистским сообществом, мы обозначили, что вообще вопрос патриотичности элиты – это вопрос, который определяет во многом успешность страны. И совершенно очевидно, что не патриотизм, а предательство России, которое было совершено элитой в 90-е годы, собственно говоря, было главным фактором того экономического поражение, которое потерпели граждане России. И то, что в современных условиях не стоит увлекаться, хотя это очень модно, либеральными ценностями, мы услышали, что новая политическая элита, а скорее она старая экономическая элита, она заговорила о государстве как о подушке безопасности. Вот когда плохо, тогда государство и подушка, и одеяло, и подружка, а когда все хорошо, тогда государство мешает.

Поэтому я полагаю, что Игорь Николаевич абсолютно правильно сказал о том, что мы должны проявить очень жесткую позицию.

Шувалов Алексеевич, пожалуйста.

Федоров Анатольевна, я полностью согласен с вашим сейчас прозвучавшим тезисом, только хотел бы добавить, что само государство российское в 90-е годы строилось как антисоветское государство, и строили его при самом непосредственном прямом содействии Соединенных Штатов Америки. Просто направляли советников, писали законы, и все остальное. Потому что это на самом деле имеет прямое отношение к нашему сегодняшнему обсуждению.

В то же время я бы хотел начать с другого. Игорь Юрьевич, любишь или не любишь Америку, но я могу сказать, что восхищен профессионализмом специалистов США, которые работают в Госдепартаменте и которые умеют управлять процессами в мире. Наверное, похуже, чем советские специалисты умели управлять процессами в мире, работая в ЦК КПСС, в Политбюро и т. д., но на таком же высококлассном профессиональном уровне.

Демин только краткую ремарку сделать. Вы же воевали в Афганистане?

Федоров .

Демин знаете страну. И Иран, и Афганистан, и совершенно разбомбленный Ирак успешно сопротивляются всему Голливуду.

Но тем не менее это профессионалы по одной такой причине, потому что у них кругозор, они сосредоточены на проблемах всего мира. Но в этом же огромная уязвимость и проблемы американцев, коль мы обсуждаем вопрос однополярного и многополярного мира. Это огромная уязвимость для них самих. Между прочим, та нагрузка, которую они на себя взяли, взяв на себя роль мирового лидера, их очень сильно внутренне давит и напрягает. Вспомните времена Советского Союза, как нас напрягало то, что мы так или иначе влияли на половину мира? Было внутреннее напряжение из-за этого. Быть в каждой бочке затычкой, думать, что происходят, какие отношения между грузинским президентом и парламентом?! Из Вашингтона? И так касательно всех стран? Это серьезное внутреннее напряжение для управленцев, для элит, и тяжелая нагрузка. На мой взгляд, во многом те процессы, которые сейчас идут во время выборов в Соединенных Штатах как раз отражают эти напряжения внутри плюс накладывается кризис. Я бы вообще сказал, что Соединенные Штаты по моему анализу подходят к определенному достаточно политическому кризису внутри себя в силу этой нагрузки. И это тоже нельзя сбрасывать со счетов.

И я полностью согласен Дмитрием Анатольевичем, когда он говорил, что мы сейчас на переломе мирового развития с учетом всех этих совокупных факторов. И действительно впервые сама повестка дня всего мира поменялась. И о многополярном мире говорим не только мы, об этом говорит Франция, об этом говорят очень многие страны. И их можно понять. Вообще вопрос у нас: национальный курс или однополярный мир? Что, другие страны не понимают, что они являются провинциями Соединенных Штатов? Отлично понимают. Другое дело, что, конечно, мы помоложе, и у нас активности побольше, энергии, а та же Европа просто ухайдакалась за 60 лет. У них тоже были процессы по национальным курсам, и им просто голову уже поотвинчивали, они уже устали, и не имеют такой активности. Хотя они мечтают о том, о чем многие в Российской Федерации, когда реализуют национальный курс, те же французы, те же немцы и многие другие.

Поэтому я бы поставил вопрос немножко по-другому: насколько мы готовы к этому перелому, который сейчас происходит в мире объективно независимо от нас? Следующий подраздел этого вопроса: насколько мы укрепили свой собственный национальный курс? Насколько мы ушли от роли мировой, прежде всего американской, полупровинции? В экономике - провинция! В политике – полупровинция. Насколько мы это сделали? Поэтому, насколько мы готовы в этом плане к кризису?

Считаю, что в этом плане кризис для России может стать просто судьбоносным, потому что основные наши проблемы происходят оттуда, из 90-х годов, а не из-за других причин. У нас достаточно природных ресурсов и активное население, и все остальные факторы для нас достаточны, чтобы мы были по многим параметрам, например, по экономической жизни граждан, лучшие в мире. Но мы сдержаны этики оковами однополярного мира, просто даже внутри страны. Это можно четко на этот счет сказать. И там, где мы эти оковы раздвигаем, мы автоматически получаем прямой результат. Как только мы раздвинули четыре года назад вопрос по политическим решениям, которые касались законов, что наши природные ресурсы не принадлежат России (помните?), эти законы о разделе продукции и т. д., мы автоматически получили отдачу от цены на нефть. Почему-то все считают, что повезло с ценой на нефть. Да причем здесь это? Нам не разрешали пользоваться этими вещами, и мы смогли отодвинуть этот вопрос, потому что он был очевидно колониальным. И сразу появилась отдача от цены на нефть и газ, а не просто так, что кому-то там повезло. И таких вопросов у нас много, только 10% из них прошли по этому пути. 90: всех вопросов – в новациях, которые мы производим просто фонтаном на весь мир, а получаем от них гулькин нос, потому что таковы правила мировой игры. И эти правила сдерживают по всем параметрам.

Та же ВТО! Когда мы меняем свое законодательство по просьбе американских партнеров таким образом, чтобы основная прибыль формировалась там. Это же все есть, это же факты!

Соответственно мы можем говорить о внутренних целях, которые мы можем достичь в результате кризиса, резко продвинуться вперед во внутреннем и внешнем национальном курсе.

Начну с внешнего курса.

Конечно, нам надо восстанавливать, нам надо решать нашу историческую задачу. Когда мы реализуем национальный курс, мы об этом не говорим. Историческая задача – это восстановление национального единства (для любой страны). Сейчас нам об этом как бы говорить нельзя. На самом деле это же правда! И эта задача напрямую вытекает из нашего внутреннего национального курса. Именно по этому сегодня звучали вещи, что людей тут волнует, что в СНГ важнее, чем где-то и т. д. Конечно, волнует, потому что это страна. Границы разные, государства разные, а страна одна, и это все прекрасно знают. Что есть человек, который этого не понимает? В любой стране? Какой бы он там ни был националист? Таких нет, вы просто таких не найдете. Поэтому это исторические задачи. Если они сегодня не готовы, значит, давайте через пять лет, но эту задачу придется решать. Просто мы не сможем ее не решить, на каком-то этапе нашего развития уйдут те политики, которые считают, что это неважно или утаивают это, и придут те, которые обозначат все это как повседневную деятельность. Соответственно нам уже пора начинать готовиться к открытым решениям на этот счет – к восстановлению национального единства, к формированию дорожной карты и т. д. И это напрямую связано с сегодняшней ситуацией, в том числе и с кризисной между прочим.

И, конечно, самая главная для нас – это внутренняя задача: продолжить освобождаться от влияния США в том контексте, в котором мы сейчас уже говорили. Абсолютно правильно, это вопрос элит, и Игорь Николаевич этот вопрос абсолютно правильно поднял. Это сегодня самый сложный и ключевой вопрос, потому что да, элиты формировались в 90-е годы под другие цели и задачи. Если это экономическая элита, то оттуда она получила свое богатство, оттуда получили они свой статус. Понятно, что большинство из них скорректирую свою позицию, они ее изменят (это понятно), но это все нуждается в конкретных управленческих действиях. Надо закончить изменение архитектуры экономики и частично политики, в которую у нас тоже все записаны. Вообще национальный курс и стратегия – это синонимы. Как только мы назвали слово «стратегия», сразу автоматически выскочил «национальный курс». Пока мы говорим, что это «2020», это такой продукт управленческого труда. Это не продукт управленческого труда, это продукт политического труда и называется он «национальный курс». Об этом четко надо говорить, для каждого человека должно быть понятно, а не рассматривать это как некий шедевр именно управленческого искусства: вчера мы не догадывались, а сегодня наконец-то догадались и написали Стратегию. Не было такого! Вчера мы не могли ее написать, а сегодня в силу реализации национального курса смогли. В этом суть!

Образование. Тоже сегодня звучали абсолютно правильно эти вопросы и по истории и т. д. Понятно, что с точки зрения национального курса она у нас отстала процентов на 90. Это же очевидно. И из всех учебников истории, так или иначе упомянутые, сегодня 600 учебников истории, правду пишет один или два, и те имеют ограниченное хождение. Я имею в виду учебники истории новейшего времени. Мы что не понимаем, что в 90-е годы был военный переворот? Почему об этом в учебниках истории не пишут? И это тоже не вопрос какого-то ума, это вопрос политической силы: набрал национальный курс политическую силу, начали писать правду. Вот и все.

Финансовые рынки, понятно, насколько они подвязаны на Запад. Вопросы собственности – весь средний бизнес России в иностранной юрисдикции до сих пор. Это же все надо чистить, убирать. Я вам, кстати, скажу, что сегодняшний кризис уже сейчас резко ускоряет национальное развитие. Вот вчера, например, у нас была комиссия, которая принимала решение о поддержке российского бизнеса в рамках мер поддержки, в том числе финансовых. Так вот, условие работы этой комиссии мгновенно вышло, что поддерживать будем только компании, которые хотя бы в определенные сроки возьмут на себя обязательства перейти в российскую юрисдикцию. Речь идет о российских компаниях, у нас все российские компании в иностранной юрисдикции. Но в условиях кризиса мы можем поставить условие и сказать, что мы поддерживать будем российские компании не только по владению этими компаниями, но по их регистрации. То есть кризис ускоряет уже процессы национального курса, внутреннюю весомую систему создаем. Мы о ней говорили пять последних лет, мы говорили, что вот мы все завязаны на западную инвестиционную систему кредитования. Кризис сейчас позволяет переходить на внутреннюю систему. Понятно, что аварийную, понятно, что с жуткими потерями и проблемами, потому что все это сложно. Но это все действительно ускоряет. То есть прибыль из-за кредитования создаваться теперь будет в России через какое-то время. Я считаю, что есть огромные положительные возможности кризиса, которые возникают ежедневно.

Но, конечно, нам переходить к этим вопросам надо уже более сознательно и все-таки двигаться в сторону создания органа стратегического управления Российской Федерации, о котором мы говорили в том числе на ЦСКП.

Спасибо.

Шувалов Андрей Леонидович. Слово либералам.

Хазин . Уважаемые коллеги, во-первых, мне бы хотелось сделать пару ремарок по отношению к предыдущим выступлениям. Здесь говорилось о голодоморе, и вообще о территории Украины. Я бы хотел напомнить, что на тот момент, когда происходил так называемый голодомор, который относился далеко не только к Украине, но и к значительной части территории тогдашнего СССР. Украинская ССР имела совершенно не те границы, что сейчас. Некоторые ее территории, которые сейчас являются территориями Украины, не были территориями Украины, а некоторые территории, которые тогда являлись территориями Украины, сейчас ими не являются. И надо об этом знать.

Второй момент относительно книг. Игорь, если ты хочешь посмотреть Брокгауза, у меня дома и на работе 16 тысяч томов по истории, которые я с удовольствием предоставлю в качестве рабочих материалов.

А какой у вас годовой доход?

Хазин у депутата Федерального Собрания, как у многих присутствующих здесь.

А простой человек не может купить, не может познакомиться.

Шувалов , Андрей Леонидович готов предоставить их для тиражирования, для сканирования. Спасибо.

По поводу Китая. Я хочу обратить внимание, что Китай никогда в своей истории не совершал военной экспансии. Экономическая какая-то, да, но военная – никогда.

Из зала: А Восточный Туркестан? А Японию?

Ну, по этому поводу есть вопросы.

Последнее, что я хотел бы сказать, я хотел бы поддержать по сути, но не поддержать по форме Игоря Николаевича Игошина, который говорил о контроле. Контроль – дело очень серьезное. Я хочу обратить внимание, что сейчас я приехал с заседания Комитета по экономической политике Совета Федерации, который рассматривал закон, который приняла вчера Государственная Дума, в частности по поводу наделения дополнительными полномочиями Центрального банка. Я хочу сказать, что мы даем громадные полномочия, абсолютно не устанавливая процедуры, каким образом они будут пользоваться своими полномочиями, ни систему контроля. И, я думаю, что здесь в первую очередь надо говорить о контроле за теми людьми, которые осуществляют те, в том числе государственные, меры, которые мы им предоставляем.

Теперь, собственно к теме нашего сегодняшнего заседания. Я хочу сказать, что кризис – это на самом деле санитар. И в результате санитарного воздействия на мир у России появляется реальный уникальный шанс стать в том числе лидером экономического развития в мировом масштабе. Если подняться. Если поднять немного над заявленной темой «Условия многополярного мира», то какие цели должна Россия поставить себе по итогам этого процесса, который завершится тем, что мир будет многополярным?

У меня есть несколько предложений, которые могли бы быть такими целями, если у нас не будет стратегии, что мы хотим получить в результате этого многополярного мира. Во-первых, у нас есть огромное количество культурно идентичного населения, которое живет не в России и которое в результате экономического кризиса в этих странах в том числе можно привлечь на нашу территорию и заселить им в значительной степени очень наши слабозаселенные части страны за Уралом. Полагаю, что это серьезная возможность, которую мы не можем не использовать.

Вторая часть, где мы должны быть в экономической и культурной жизни, в культурном разделении мира в этом многополярном посткризисном мире? Думаю, что одна из функций – мы должны быть коридором между Востоком и Западом, экономическим, экологическим и культурным. Это важно.

Мне кажется, что мы должны предоставить действительно очень серьезные возможности для свободы предпринимательства в нашей стране с тем, чтобы наиболее экономически активное население всего мира было бы заинтересовано вести бизнес именно в нашей стране, и тем самым платить налоги именно нам. Мы должны создать такие условия, в первую очередь, экономическую свободу для того, чтобы предприниматели ехали делать бизнес здесь, и, как уже говорил Евгений Алексеевич, у нас для этого потрясающие возможности, связанные и с физической географией – у нас фантастические природные ресурсы, и нас по-прежнему есть очень хорошо образованное и культурное население. В то же время учитывая тот провал в образовании, который был в течение последних 15 лет, через 15-20 такого хорошо образованного населения у нас не будет. Поэтому я полагаю, что сейчас у нас как раз есть возможность, последняя возможность этого уходящего поезда, большого количества хорошо образованного, работоспособного населения, использовать его для такого экономического прорыва.

Последнее, что мне хотелось бы сказать. Мне кажется, нам не стоит говорить о многополярном мире, исходя из такой негативной оценки Соединенных Штатов Америки или какого-то западного пути развития, или еще кого бы то ни было. Все причины, привели к этому негативному отношению, в прошлом. Мир другой, и понято, что мир, каким он был, уже не будет. И строить новый многополярный мир нужно строить на новом базисе, и этот базис в первую очередь должен быть позитивным. Мы должны думать о собственных интересах, мы должны думать о том, что для нас является выгодным. Выгодным является отсутствие серьезных отношений, в том числе с Америкой? На мой взгляд, это бред, конечно, Америка должна быть нашим экономическим и политическим партнером, и каким угодно еще. Одним из многих партнеров! Мы должны быть открыты к любому взаимовыгодному сотрудничеству с любыми странами, и это очень важно. Мы не должны думать о том, что кто-то является нашим врагом, исходя из прошлого, мы должны думать о том, какие общие интересы нас связывают и обезопаситься, чтобы какие-то будущие интересы, негативные для нашей страны, были бы против нас обращены.

Поэтому, думаю, что наша страна должна быть максимально открыта в своей политике и максимально нацелена на собственные позитивные интересы. Спасибо.

Шувалов . .

Марков всего, я бы хотел поддержать сидящих напротив меня Ирину Яровую и Евгения Федорова в их тезисе по поводу элиты. Я тоже давно поднимаю этот вопрос. Перед нами стоит задача: достаточно серьезное переформатирование элиты, без этого страна не станет конкурентоспособной. Качество элиты – это один из самых важных аспектов конкурентоспособности любого социума. Когда элита рассматривает страну прежде всего как объект для эксплуатации, если не грабежа, когда по сути дела элита относится к стране как к чужой оккупированной стране, которую нужно ограбить, вывезти капиталы, семьи за рубеж, и там построить аэродромы, чтобы в конечном итоге там оказаться, эта страна не имеет перспектив. У нас пока еще, к сожалению, здесь ситуация кардинально не изменилась, она осталась прежней, времен 90-х годов.

Поэтому, мне кажется, Евгений Алексеевич очень интересную идею высказал о том, что этот кризис должен использоваться в том числе для того, чтобы вернуть всех под российскую юрисдикцию. То есть им нужно давать деньги и с учетом этого. Если не вернули, сдали все и под суд! Ну зачем? Они нам не нужны! В конечном итоге не наработали ничего, все это сделано советским народом. Им дали для чего? Чтобы развивали конкурентоспособную экономику в России. Не можешь, развивать конкурентоспособную экономику России, сдай другим, они выполнят эту задачу, а сам свободен. Ну, какой-то минимум потребительский оставим, обижать не надо.

Шувалов клубы как бы в этом консолидируются?

Да, да. Тут, мне кажется, консолидировано нужно обдумывать какие-то конкретные предложения руководству.

Теперь о внешнеполитическом режиме. Когда мы говорим о многополярном мире, мы должны понимать, что многополярный мир нельзя ни коим образом понимать в формате великих держав ХIХ века. Во-первых, потому что мир взаимосвязанный, во-вторых, потому что этот формат великих держав Х! Х века привел к катастрофе Первой мировой войны. Если мы будем настаивать на таком мироустройстве, он приведет к катастрофе еще одной, возможно, мировой войне, возможно, еще к чему-то, но это будет катастрофа значительно более масштабная. Поэтому, мне кажется, мы должны говорить о многополярном мире, как о формировании глобальной системы принятия политических решений, но на основе не однопартийной, а многопартийной. Проще сказать, многополярный мир – это не борьба держав всех со всеми, это создание многопартийного правительства по управлению миром.

Создана система глобальной экономики. И мы сейчас видим эту глобальную экономику. Существует глобальная система безопасности. Существует глобальная система экологическая. И все они требуют создания глобальной системы по принятию решений, имеющих глобальный характер, по сути дело то, что называется мировое правительство не в виде такой диктатуры что ли.

Что мы имели в 90-е годы? Мы имели США как субститут мирового правительства. Это блестяще показал в свое время Юрген Хабермас в серии своих статей: «США как заменитель мирового права и мирового правительства», поскольку остальные страны оказались неспособны сформировать такого рода всеобщие институты.

Мы должны сформировать… И, мне кажется, этот намечающийся саммит, который пройдет в ноябре в Нью-Йорке, сделает первые шаги в этом направлении. Ситуация показала, что США не справились даже с ролью этого субститута, она завалили ситуацию по политике, они завалили ситуацию по экономике. Нужно двигаться в этом направлении и создавать такого рода систему принятия глобальных решений по глобальным проблемам.

Мне кажется, что мы должны настаивать, в частности, что ООН должны обладать одной из ключевых ролей, и ООН обязательно должна за собой сохранить роль главного органа, придающего легитимность любому применению силы и любому нарушению суверенитета. То есть ни в коем случае нельзя передавать вот эти функции от ООН другим организациям.

Одновременно мы должны укрепить серьезно Международный валютный фонд и Мировой банк и дать им больше возможностей помогать, в том числе умерять национальный эгоизм различных стран.

Таким образом, это первая мера: многополярный мир как многопартийное правительство вместо де-факто существовавшей попытки однопартийного мира.

Теперь по тому, какой бы здесь могла быть роль России. Вот Соединенные Штаты, почему они выражали роль такого субститута? Никто из остальных не хотел. Китай ушел в себя, сказал, дайте нам еще 50 лет для спокойного развития, мы ничем остальным не хотим заниматься. Евросоюз также очень много сосредоточен на внутреннем развитии. Россия была слаба. И Соединенные Штаты оказались единственным игроком. Условно говоря, кто еще может остановить ядерную программу какого-нибудь безумного диктатора? Что, европейцы пошлют свои войска? Китай? Никто не хочет, только Соединенные Штаты готовы это делать. Они это делают очень плохо, но они это делают. Если мы не предложим сделать что-то лучше, то они будут продолжать эту роль.

Мне кажется, что на сегодня Россия не готова быть центром многополярного мира. И несмотря на все слова об этой необходимости, пока Россия к этому не готова. Есть несколько вещей, которые должны быть сделаны.

Во-первых, Россия должна набрать некую самодостаточность для развития. Рынка 150 миллионов недостаточно для этого. Как раз последний нобелевский лауреат прекрасно доказал то, о чем мы все догадывались.

А вместе с Украиной и Казахстаном?

Марков с Украиной, Казахстаном, я добавлю, с Белоруссией и Турцией. Это должна быть некая коалиция стран к востоку от Евросоюза.

Шувалов . Просто Турция здесь неожиданно звучит.

Марков разочарована в курсе. У них была два основания курса: США – стратегический союзник и членство в Евросоюзе. Членство в Евросоюзе невозможно (я не буду вдаваться в подробности). И второе, США 40 лет помогали Турции решать ее проблемы, а сейчас США создают Турции проблемы. Наиболее ярко это противоречие проявилось по поводу Курдистана и по поводу Грузии. Соединенные Штаты по сути дела зажгли Южный Кавказ, Турция, как вам известно, скорее выразила поддержку России, и более того отказалась пропустить суда Военно-Морского Флота США в Черное море, сославшись на закон Монтре(?) от 20-го года. Могли и не вспомнить, а они вспомнили и отказались их пропустить.

Вот такая коалиция, которая могла бы набрать рынок порядка 300 миллионов. Только такой рынок создает возможность для России быть суверенной страной, она не может быть суверенной страной, оставаясь одинокой. А суверенитет не может быть оборонительным, он может быть наступательным. Классический пример – это авиакосмическая промышленность и атомная промышленность. Решения принимаются на политических основаниях. Мы должны выпускать боевые самолеты, и гражданские самолеты тоже, а для этого их должны покупать, а покупать их могут только по политическим причинам. Если их не будут покупать, через несколько лет Россия не будет в состоянии выпускать боевые самолеты. Все довольно просто, мы понимаем роль авиации в современной войне. Это первая коалиция.

Вторая. Мы должны сформулировать более ясно свою цивилизационную определенность. Кто мы? Я полагаю, что на сегодня наиболее приемлемым ответом для населения, для элит является: мы – восточнохристианская ветвь европейской цивилизации, в этом смысле поствизантийская ветвь. У нас есть некая своя ясность, но мы должны более четко сформулировать, что же это такое значит? Если не сформулируем свою цивилизационную определенность, мы тем самым посылаем всему миру месседж: «Мы голое поле, приходите сюда нас перекодировать, строить свою идентичность и дальнейшим образом осваивать». И у нас есть союзники по такому формированию, это страны, которым отчасти уже указано. Мы христианская, и отчасти мусульманская цивилизация, это чисто объективно.

Третье направление – формирование большой коалиции. Дело в том, что сегодня Россия может выступить инициатором по формированию большой коалиции, в которую будет входить большая часть стран мира. Это коалиция против надвигающегося хаоса, инициатором которого является США по сути дела, и против разрушения ООН и международного права как некого конструкта, существующего сейчас. Мы видим резко негативное отношение США к ООН, мы видим, что концепция, которая подвигается неоконсерваторами, и которую наиболее ярко выражает Болтон, бывший представитель США в ООН. Суть ее проста: мирового права не существует вообще, это просто ошибка безграмотных людей, право может быть только национальным, а на международной арене только временные союзы между политическими субъектами.

Нам кажется, что это неправильная позиция. Да, международное право имеет свою специфику, отличную от национальной, но тем не менее это некая система договоров, в том числе многонациональных, которые ограничивают национальный эгоизм и в этом смысле спасают мировую экономику от действий, которым мы были свидетелями сейчас.

Вот такая большая коалиция за стабильность против хаоса, нам кажется, могла бы быть.

На самом деле мы видим, что такие коалиции постепенно создаются. Если малая коалиция (создание такого интеграционного объединения) должна быть на постоянной основе с созданием наднациональных органов, то большие коалиции являются временными. На самом деле такие коалиции уже были. Мы были свидетелями международной коалиции против войны в Ираке, в которую вошло большинство стран, наконец, против бомбежки Северной Кореи из-за ядерных программ (не дали бомбить), международная коалиция против войны в Иране (неизвестно, как она сыграет, но это тоже реальная международная коалиция), международная коалиция против независимости Косово, в нее входит большинство стран мира. И будущая мировая коалиция (уже сейчас надо приступать к ее формированию) против подмены ООН коалицией «НАТО-плюс». Как известно, оба кандидата на пост президента Соединенных Штатов в общем и целом выступают с такой идеей. Вот такая подмена приведет к очень серьезным изменениям.

И четвертое направление – это возрождение идеологии во внешней политике. Вы видите, что это несколько противоречит тезису, высказанному Дмитрием Анатольевичем Медведевым. Но, как известно Президент нас просил не облизывать его, а критиковать и подкидывать идеи, что я и пытаюсь сделать.

А внешняя политика, основанная на голых интересах, контрпродуктивна, поскольку она полностью игнорирует так называемые инструменты мягкой силы и цивилизационной идентичности. Мы должны формировать некую систему ценностей и предлагать ее.

На самом деле тот же Дмитрий Анатольевич Медведев в противоречие своим тезисам о деидеологизации внешней политики уже начал формулировку этих ценностей, когда стал говорить о необходимости международного права и т. д. Это не только интересы, но и ценности, поскольку временами люди соблюдают право, несмотря на то, что это вступает в противоречие с их интересами.

Таким образом, мне кажется, мы должны сформулировать некую идеологию внешней политики, которая должна включать в себя многоцивилизационность, многосторонность действий, наличие религиозных ценностей (в этом смысле это будет основой для наших отношений с США), и с этой идеологией идти во внешнюю политику. Мне кажется, такая определенность, в том числе в формировании больших коалиций, позволит нам уйти от одной из главных ошибок современной внешней политики, которую я называю «стратегия Колобка». По принципу: я от бабушки ушел, я от дедушки ушел, и ни в чем таком не участвую. Эта «стратегия Колобка» выражается многими политическими деятелями.

Но Колобок плохо кончил.

Шувалов он и против этой стратегии выступает.

Марков в этом тексте, который Константин подготовил, как я понимаю. Вот здесь идея: «Мыслить себя внесистемной силой. Внесистемной по отношению к новому мировому порядку». Что значит «внесистемной по отношению к новому мировому порядку»? Это как раз и есть «стратегия Колобка», во-вторых, она контрпродуктивна. Нужно участвовать в построении нового мирового порядка, а не быть маргиналом, сидящим на обочине, когда все остальные нации идут по этой дороге к новому мировому порядку.

Я понимаю логику этой «стратегии Колобка». Она идет от знаменитого тезиса канцлера Горчакова: «Россия сосредотачивается…». Дескать, после поражения мы освобождаемся от любых обязательств и союзов и ждем. Но, извините меня, Горчаков ждал европейского кризиса, в этом один из главных смыслов его тезиса. Кризис случился, и Россия отказалась от всех обязательств. У нас такой возможности, к сожалению, нет, мы не можем ждать мирового кризиса, потому что он по нам бабахнет так, что уже ничего не поможет.