РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ

АЛТАЙСКИЙ КРАЙ

ООО “ЭКОГЕО“

Изучение археологического и геологического прошлого

палеолитической стоянки Карама в Солонешенском районе

Алтайского края

Автор:

Бийск 2010

Содержание

I. Введение. …………………………………………………………….2

II. Геологическое строение района работ. …………………………..4

III. Геоморфологическое строение и развитие рельефа бассейна р. Ануй.

……………………………………………………………………………6

IV. Общая характеристика четвертичного периода……………..12

IV. Древнейшие геологи Горного Алтая…………………………...15

V. Стратиграфическое описание разреза Раскоп Карама……….20

VI. Собственные лабораторные исследования……………………24

VII. Выводы исследования…………………………………………..33

VIII. Литература……………………………………………………....33

I. Введение

Летом 20гг. я принимал участие в составе археологической практики отряда ИАЭТ СО РАН МНЦ «Денисова пещера». Комплекс расположен на северо-западе Горного Алтая, во время прохождения практики меня заинтересовали методы определения возраста находок, а конкретно геологический и археологический. В этом районе исследована серия стоянок с общей стратиграфической колонкой, охватывающей отложения нижнего, среднего и верхнего плейстоцена и отвечающей развитию культуры древнего человека и окружающей природной среды от ранней до заключительной стадии палеолита. Комплексное изучение многослойных палеолитических объектов в долине Ануя археологическими, литолого-стратиграфическими и палеонтологическими методами позволило проследить процесс становления и пути развития культурных палеолитических традиций, реконструировать условия обитания первобытного человека в большом хронологическом отрезке четвертичного периода. В то же время, если характер эпохи верхнего и среднего палеолита достаточно подробно изучен специалистами различных дисциплин, то его ранняя ступень остается пока наименее известным разделом древнейшей истории Алтая.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Одной из главных особенностей нашей полевой практики являлось то, что, наряду с практической работой на археологических объектах, мы получили возможность прослушать курс увлекательных лекций по геологии и истории, теории и современным методикам комплексных палеоэкологических исследований на Северо-западе Горного Алтая.

Тему предпринятого нами исследования мы сформулировали следующим образом:

Изучение археологического и геологического прошлого палеолитической стоянки Карама

Гипотеза: возможно территория долины реки Ануй выглядела иначе, чем сейчас, я смогу

узнать это, изучив её археологическое и геологическое прошлое.

Объект исследования: геологическое и археологическое прошлое территории реки Ануй (на примере палеолитической стоянка Карама)

Предмет исследования: процессы, повлёкшие за собой изменения археологического разнообразия и геологического строения территории реки Ануй в прошлом, а также геологический и археологический материал, то есть тот материал, который на протяжении сотен-десятков тысяч лет формировался в районе долины рек Ануй и Каракол. Целью нашего исследования на его первом, постановочном этапе, мы считаем выявление и определение хронологических рамок палеолитической стоянки Карама собственными силами, используя специализированную литературу и лабораторные исследования.

Для достижения заявленной цели нам было необходимо поэтапное решение следующих исследовательских задач.

1 этап. Изучить весь круг доступной нам научной литературы по проблемам изучения геологии и археологии Горного Алтая. Этот этап естественно необходим для получения всей накопленной отечественной геологией и археологией информации, касающейся формирования с точки зрения геологии и археологии района долин рек Ануй и Каракол.

2 этап. Проанализировать статьи публикации, посвящённые анализу геологии и археологии данной территории по материалам археологических, геологических и геоморфологических пещерных и открытых стоянок эпохи палеолита, расположенных в этих районах. На основе этого анализа определить возраст данной стоянки.

3 этап. Провести собственные лабораторные исследования и результаты сравнить с кругом доступной литературы.

4 этап. Составление сводных таблиц археологических находок по слоям стратиграфической колонки археологического объекта Карама. Таблица составляется по данным археологического материала по литологическим слоям. Выборка литологического материала производилась автором исследования в ходе полевого сезона 2009г. Выборка литологического материала осуществляется непосредственно в раскопе.

5 этап. На этом завершающем этапе исследования мы попытались обобщить материал и определить возраст стоянки Карама. Основной источниковой базой предпринятого нами исследования являются статистические материалы археологических, геоморфологических и геологических исследований района реки Ануй и Каракол, а конкретно стоянки Карама, накопленные за последние 15 лет. А также материал, полученный в ходе археологической экспедиции и лабораторные исследования. Кроме того, написание данной работы было бы невозможно без изучения всего доступного круга научной литературы по уже вышеупомянутым нами геологическим и археологическим проблемам, так или иначе связанным с вопросами нашей темы. Не проводя историографического обзора заявленной проблемы, ограничимся констатацией того факта, что лишь для освоения базовой терминологии и уяснения основных вопросов геологии и археологии, нам пришлось серьёзно изучить более 10 монографий, статей и публикаций, хранящихся в библиотеке и фонде редкой книги Бийского краеведческого музея имени .

Актуальность и научная новизна нашего исследования заключается в том, что была изучена геология культурных слоёв, установлен их приблизительный возраст, изучен облик примитивных орудий, определён материал их изготовления. Произведён сравнительный анализ с другими стоянками. А также первая самостоятельная попытка определения возраста культурных слоев

Методы и приёмы

Поисковый метод. Анализ материалов. Синтез информации, обработка материала Описание ископаемых образцов и их фотографирование. Обобщение результатов исследования - выводы.

Фактический материал

Коллекция артефактов, иллюстрации, фотографии, материал с литологических слоев стоянки Карама и др.

II. Геологическое строение района работ.

В геологическом отношении бассейн Ануя сложен палеозойскими породами. Наиболее древни­ми являются кембрийско-ордовикские породы горно-­алтайской свиты е j-Ojgr. Они образуют мощный терригенно-осадочный комплекс флишоидного типа - ритмичное переслаивание глинистых сланцев, алевро­литов, песчаников, иногда с гравелитами и конгломе­ратами. Горно-алтайская свита слагает истоки Ануя и его левых притоков - рек Мута, Каракол и Черновой Ануй, а также тектонические клинья в Правобережье Ануя, от р. Черга до с. Солонешное и далее на север.

Отложения ордовика имеют гораздо меньшее рас­пространение: они вскрываются в левобережье верхо­вья Ануя и размываются его левыми притоками. Это также образования морских фаций - черные, темно-серые, зеленые и серые известково-глинистые хлори-тизированные сланцы, алевролиты, аркозовые песча­ники с гравелитами и конгломератами. Вверх по разрезу известковистость отложений значительно увеличива­ется. В верхнем ордовике преобладают известковистые сланцы и известняки слабо мраморизованные, белые, серые до черных. Породы силура преобладают в бассейне Ануя: глав­ный водоток и все его притоки на значительном рас­стоянии прорезают именно силурийские отложения. Для нижнего силура Sjln+w более характерны обло­мочные породы - гравелиты, конгломераты, зеленые и серые аркозовые, кварцевые и известковистые пес­чаники, алевролиты, хлоритизированные глинистые сланцы. Вверх по разрезу их постепенно вытесняют мергели и известняки, которые абсолютно доминируют в верхнесилурийских S2ld отложениях.

Породы девонской системы отделяют бассейн Ануя от бассейна р. Песчаной по Ануйскому хребту. В пре­делах самого бассейна Ануя наиболее распростране­ны нижнедевонские терригенно-осадочные отложения барагашской свиты Dftr. По составу и облику эти по­роды очень похожи на более древние - те же темно-серые алевролиты и глинистые сланцы, серо-зеленые и травяно-зеленые известковистые песчаники с под­чиненным количеством мергелей и известняков. Прин­ципиально иным является осадочно-эффузивный ком­плекс куратинской свиты среднего девона D. kr. который сложен преимущественно продуктами назем­ных и подводных излияний кислых и средних (меньше основных) лав и их туфами. Выходы этих пород вскрываются истоками правых притоков Ануя на юго-востоке бассейна в водораздельной части Ануйского хребта.

Все породы палеозоя испытали региональный ме­таморфизм фации зеленых сланцев: цемент песчаников и алевролитов сильно хлоритизирован, а глинис­тые сланцы большей частью превращены в хлорито­вые, с эпидотом и кальцитом.

Последевонские образования в бассейне Ануя пред­ставляет полихронный (С-Р) Талицкий плутон. В его составе биотитовые граниты, кварцевые диориты, грей-зенизированные, аплитовидные граниты и гранит-пор­фиры фации эндоконтактов. Он прорывает горно-ал­тайскую свиту в верховьях левых притоков Ануя и образует несколько сателлитовых тел в виде обнажаю­щихся выступов кровли плутона среди силурийских и девонских отложений в междуречьях Шинок - Щепета, Щепета-Черновой Ануй и в окрестностях с. Солонешное, а также множество малых тел и даек гранито-идного состава.

В структурном отношении бассейн Ануя принад­лежит к северной части Ануйско-Чуйской структур-нофациальной зоны, выделенной [1963] при тектоническом районировании Алтае-Саянской складчатой области.

Одним из крупнейших сдвигов в позднем палеозое также яв­ляется Чарышско-Теректинский разлом, ответвление которого - Бащелакский разлом - проходит по севе­ро-западной окраине бассейна Ануя.

С мезозойским этапом развития связано поднятие в триасе практически всей Алтае-Саянской области с пос­ледующей эрозией, сформировавшей в конце триаса кору выветривания. В конце триаса - юре тектоническая активность возобновилась главным образом вдоль круп­ных палеозойских разломов, в том числе Чарышско-Теректинского. В позднем мелу - палеоцене наступила тектоническая стабилизация с формированием пе­неплена и развитием в условиях субтропического гумидного климата каолинит-монтмориллонитовон коры выветривания.

Таким образом, разломы играли ведущую роль в формировании структуры докайнозойского фундамента, особенно в позднем палеозое и мезозое.

Для неотектонической структуры Горного Алтая характерна система хребтов западно-северо-западно­го - восточно-юго-восточного простирания. Она кон­тролируется обновленными в кайнозое зонами разло­мов, прежде всего, древних сдвигов, которые связаны с начавшимсямлн. л. н. и продолжающимся до сих пор столкновением Индийского и Азиатского кон­тинентов, с пододвиганием Индии под Азиатский кон­тинент. Распространение на север зоны влияния этого столкновения привело к последовательной активиза­ции разломов, раскалыванию окраины Азиатского кон­тинента на блоки, с их пододвиганием и вращением, образованием огромной системы гор и депрессий, занимающих всю центральную и юго-восточную часть Азии. До Алтая эта волна неотектонической активнос­ти докатилась 3-2 млн. л. н. Наиболее контрастные дви­жения, сформировавшие современный рельеф, про­изошли здесь в конце неогена и в четвертичное время по разломам, в значительной мере унаследованным от палеозойских.

В пределах бассейна Ануя тектоническая активиза­ция проявилась чрезвычайно сильно: все без исклю­чения породы разбиты многочисленными тектоничес­кими нарушениями северо-северо-западного и северо-западного простирания, в том числе мощным Бащелакским разломом.

Резюмируя данные о геологическом строении бас­сейна Ануя, необходимо отметить ряд важных для ар­хеологических исследований особенностей.

Длительное образование терригенно-карбонатных отложений в сходных условиях осадконакопления привело к формированию однотипных пород - алев­ролитов, песчаников, гравелитов, глинистых и хлори­товых сланцев, которые внутри каждой группы, несмот­ря на разный возраст, часто не различаются на макроскопическом уровне.

Все терригенные породы бассейна Ануя содер­жат карбонатный материал. Известковистость пород меняется в широких пределах, возрастая от древних к более молодым. Однако лишь силурийские мраморизованные известняки, в силу своих особенностей об­разования в качестве рифовых построек [Елкин и др., 1994], оказались наиболее уязвимыми при тектоничес­ких подвижках. Последующее развитие карстовых яв­лений по тектонически ослабленным зонам привело к возникновению пещер, служивших в эпоху палеолита местом обитания первобытного человека.

Породы в этом районе испытали региональный метаморфизм фации зеленых сланцев, поэтому зеле­новато-серый (до зеленого) цвет многих из них объясняется присутствием хлорита, эпидота и гидро­слюд в различных количествах.

В контактовом ореоле Талицкого гранитного ин­трузива и его сателлитов глинисто-песчанистые поро­ды преобразованы в биотитовые и биотит-кордиеритовые роговики. Наибольшему ороговикованию подверглись флишоидные отложения s3-Otgr, вскры­ваемые истоками рек Мута, Каракол и Черновой Ануй.

Длительное развитие тектонических структур, особенно начавшаяся в плиоцене неотектоническая ак­тивизация, обусловили унаследованность общего структурного плана, сформировали преимуществен­но северо-западное простирание главных современ­ных структурных элементов района и вызвали силь­нейшее дробление пород вдоль многочисленных разломов. (2).

III. Геоморфологическое строение и развитие рельефа бассейна

р. Ануй.

В долине реки Ануй выделено три надпой­менных террасы. Более надежно выделяется уровень третьей надпой­менной террасы р. Ануй, превышение которой над уре­зом воды составляет 65—100 м. Эта терраса закартирована в левобережье р. Каракол (левый приток Ануя), весьма ограниченно — на правом склоне последней в районе ручья Филаткина и ниже его, а также в левом борту. Ширина террасы достигает 1 км, бровка обры­вистая, склон крутой. Тыловой шов постепенно перехо­дит в вышерасположенную поверхность. долинного педимента. Цоколь террасы, сложенный в основном осадоч­ными породами нижнего силура, возвышается над урезом воды на 65 м.. Иногда аллювий в виде мелкой хоро­шо окатанной гальки песчаника, алевролита, кварца, аплитовидного гранита залегает россыпью прямо на цоколе, а иногда галечник перекрывается мощным слоем суглинка и вскрывается лишь ручьями временных водотоков. Случайное попадание галечникового материа­ла на цоколь осадочных пород исключено.

Дальнейший врез реки был связан с интенсивным перемывом и переотложением осадков третьей надпой­менной террасы на более низкие гипсометрические уров­ни. В узких частях долин аллювиальный материал пол­ностью выносился водным потоком, а в расширениях формировался новый тип осадков — аллювиально-пролювиальный. По-видимому, с конца верхнего плейстоцена начинается активизация склоновых процессов, что привело к формированию дан­ного типа осадков.

В долине р. Ануй вторая надпойменная терраса встре­чается фрагментарно. В рельефе она выражается слабо и фиксируется лишь по высыпкам хорошо окатанного галечника на склонах, затянутых делювиальными осад­ками. Такие участки отмечены на левом берегу р. Ануй у Денисовой пещеры, на правом берегу в районе с. Чер­ный Ануй (Рис.1).

Рис.1 . Геоморфологическая карта района

1 — выровненные поверхности водоразделов; 2 — скальные вы­ходы горных пород: склоны горных гряд и возвышенностей; 3 —крутые (более 30е); 4 — средней крутизны (20--30*); 5 — пологие(менее 20°); 6 — горизонтальные поверхности долинных педиментов; надпойменные террасы: 7 — третья, 8 —вторая, 9 — первая; 10 - пойма; 11 — делювиальный шлейф; 12 — конус выноса; 13 - конус выноса грязекаменного селя; 14 — Денисова пещера; 15 — археологические памятники

Несколько неожиданным является от­сутствие террасы данного уровня ниже устья р. Шинок, где долина р. Ануй расширяется и создаются условия для формирования полного комплекса аллювиальных ступеней. По всей вероятности, при значительной шири­не долины, ограниченной цоколем третьей надпойменной террасы и наличием подпора осадками грязекаменных потоков, создавались условия для бокового размыва меандрирующим руслом реки.

Общая палеогеографическая обстановка в верхнем плейстоцене характеризуется максимальным распространением горно-долинного оледенения. Повышается сухость климата, уменьшается речной сток. Это приводило к снижению эрозионно-аккумулятивной деятельности вод­ных потоков и формированию слабо выраженных в рель­ефе террасовых уступов, к которым относится и уровень второй надпойменной террасы р. Ануй.

Первая надпойменная терраса возвышается над уре­зом воды на 8—10 м и наиболее ярко представлена в расширении долины ниже устья р. Шинок. Поверхность террасы ровная. В обнажениях отмечается мелкий, хо­рошо окатанный галечник различного петрографического состава, но с преобладанием осадочных пород. Цемен­тирующей массой является песчано-суглинистая смесь. Описанные (см. Деревянко и др., 1987) 2,7—3,4-метровые уступы у Усть-Каракольского раскопа и Денисовой пещеры являются, по-видимому, фрагмен­тами размытых террас более высокого порядка.

Пойма малых рек типа Ануя в виде узкой полосы прослеживается по всему исследуемому участку. Высота ее не превышает 1 м, сложена она мелковалунным и галечниковым материалом с заполнителем глинистых частиц, песка и гравия.

Од­новременно с макроциклом террасового развития в плей­стоценовое время на водоразделах и склонах хребтов начинают накапливаться рыхлые отложения глинистого состава. По мере продвижения в горы на склонах речных долин и водоразделах отмечается уменьшение мощности су­глинистого покрова до первых метров. Резко расчленен­ный рельеф несет на себе лишь редко встречающиеся бурые покровные суглинки с примесью щебнистого ма­териала. (1).

С началом тектонических поднятий территории свя­заны активизация эрозионного врезания и эрозионное расчленение поверхности выравнивания. В целом преобразо­вание рельефа по типу эрозионного расчленения про­должается до настоящего времени.

Достаточно сложной представляется история раз­вития нижнего, долинного яруса рельефа. Наиболее древний этап заложения долины Ануя фиксируется серией придолинных выровненных поверхностей на высотах более 60 м над урезом. Видимо, простран­ственно они совпадают с долиной пра-Ануя, а их обра­зование соответствует последовательному вовлечению в поднятие территории низкогорья от центра Алтай­ского свода к его периферии. Специалис­ты предполагают различный возраст их образования - от среднего миоцена и плиоцена [Адаменко, 1976; Богачкин, 1981] до рисс-вюрмского времени [Малолетко, 1989; Барышников, 1992]. Результаты последних иссле­дований позволяют определить возраст денудационных выровненных поверхностей 60-метрового уровня не моложе конца эоплейстоцена - начала неоплейсто­цена.

Согласно морфологическим особенностям склонов, местоположению вскрытых фрагментов рыхлых отло­жений и результатам их аналитического изучения, в долине Ануя выделены шесть этапов врезания и пять этапов заполнения.

Наиболее древний этап врезания до отметок, близ­ких к современному урезу, зафиксирован переуглуб­ленными участками в днище долины Ануя. Сменив­ший его этап заполнения долины мощной (не менее 40 м) аллювиально-пролювиальной толщей представ­лен в разрезе у с. Toг-Алтай. Эти отложения имеют характерную яркую охристую (пестроцветную) окрас­ку заполнителя. Аллювиальный материал представлен хорошо окатанной (до 3-4 класса) крупной галькой и валунами. В прибортовых частях долины аллювиальные отложения перекрыты пролювиальным чехлом до отметок около 60 м над современным урезом. Этот этап аккумуля­ции характеризуют отложения разрезов Черный Ануй и Нижний Каракол-1. Для разреза Черный Ануй по­лучены РТЛ - даты 643 ± 130 тыс. л. н. (РТЛ-510) и 542 ± 110 тыс. л. н. (РТЛ-509), для разреза Нижний Каракол-1 -479 ± 96 тыс. л. н. (РТЛ-606). Состав фауны моллюсков из отложений разреза Черный Ануй и данные спорово-пыльцевого анализа допускают эоплейстоценовый возраст отложений. В разрезах зафиксирован переход от теплой сухой климатической фазы к прохладной влажной с участием темнохвойных лесов, который вскрывается ниже современного эрозионного уровня.

Феномен заполнения в течение нижнего неоплей­стоцена верхних и средних звеньев эрозионной сети мощными, в несколько десятков метров, толщами аллювиально -пролювиально-склоновьгх отложений явля­ется региональной особенностью четвертичного рельефообразования Горного Алтая. Проявление в эоплейстоцене - нижнем нео­плейстоцене врезания и последующего заполнения различных звеньев эрозионной сети мощными осадоч­ными толщами на столь обширной и тектонически неоднородной территории могло произойти только под действием другого глобального фактора рельефообразования - климатического.

Второй этап врезания долины Ануя и его притоков с образованием серии фрагментарных цокольных террас среднего яруса зафиксирован аллювиальными отложе­ниями русловой фации на уровне от 2 до 4 м над совре­менным урезом. Возраст этих отложений, согласно РТЛ - датам разрезов Придорожный Карьер, - 225 ± 45 тыс. л. н. (РТЛ-641) и Усть-Каракол-± 42 тыс. л. н. (РТЛ-640) и 207 ±41 тыс. л. н. (РТЛ-662), соответствует самаровскому (ештыккольскому, RT) времени. Биостратиграфические данные характеризуют это время как относительно холодное и умеренно влажное. Последо­вавший за ним этап аккумуляции зафиксирован сери­ей террасоувалов в расширенной части долины Ануя на высотем над урезом. Ему соответствует пятиметровая толща сероцветного пролювия с высо­той кровли околом над современным урезом в разрезе Ануй-4 и пачка субаквальных отложений на относительной высотем на предвходовой пло­щадке Денисовой пещеры. Для субаквальных песков предвходовой площадки (слой 14) получена РТЛ-дата 163 ± 40 тыс. л. н. (РТЛ-610), что соответствует ширтинскому (чаганузунскому, Rn) времени.

Третий этап врезания в долине Ануя произошел в конце среднего неоплейстоцена до отметок, близких к современному урезу, хотя четкого эрозионного вло­жения в подстилающие средненеоплейстоценовые тол­щи в разрезах не зафиксировано. Для сильно редуци­рованных субаквальных супесчаных отложений разреза Усть-Каракол-1, непосредственно перекрыва­ющих русловой аллювий (слой 19), получена РТЛ - дата133 ± 33 тыс. л. н. (РТЛ-661), что соответствует финалу тазовского (чуйского, RUI) времени. На основании комплекса палеогеографических дан­ных этот горизонт соотносится с эпохой более прохладного и влажного климата, чем время накопления нижележащего руслового аллювия,
Аллювиальные отложения, которые могли бы со ответствовать аккумулятивной фазе развития долины после третьего этапа врезания, пока не вскрыты в разрезах. Предположительно финалу аккумулятивной фазы соответствует один из нижних ярусов террасоувалов на высотем в пределах расширенного участка долины Ануя. Скорее всего, с этим этапом аккумуляции связаны осадки верхней части слоя 11 и слоя 10 на предвходовой площадке Денисовой пещеры. Для этих отложений установлен палеомагнитныи эпизод Блейк, что соответствует казанцевскому R-W времени. Палеонтологические показатели этих слоев свидетель­ствуют о достаточно теплой климатической обстановке. Возможно, в формировании этих отложений, как и сло­ев 14-11 (нижняя часть) предвходовой площадки, оп­ределенную роль сыграли подпорные явления из-за по­вышения высоты днища долины Ануя.

Четвертый этап врезания выделен по отложениям пойменной фации (слой 18) разреза Усть-Каракол-1, пе­рекрывающим средненеоплейстоценовый аллювий на уровне около 4 м над современным урезом. Из этих отложений получены РТЛ-даты 100 ± 20 тыс. л. н. (РТЛ-659) и 90 ± 18 тыс. л. н. (РТЛ-658). Судя по составу мел­ких млекопитающих, толща слоя 18 формировалась в условиях относительно прохладного и влажного кли­мата. Эти данные позволяют отнести завершение четвертого этапа врезания к началу ермаковского (чибитского, Wf) времени.

К этапу заполнения долины в ермаковское время относится накопление склоновых отложений, представ­ленных пачкой слоев 17-12 разреза Усть-Каркол-1, при этом максимум ермаковского похолодания отражают осадки слоев 13 и 12. В составе спорово-пыльцевых спектров из слоев 13 и 12 заметно сокращается доля пыльцы древесной растительности. Здесь резко снижается численность землероев, что сви­детельствует о глубоком и регулярном промерзании почвы. Эти обстоятельства вызвали активизацию скло­новых процессов по дефлюкционно-солифлюкционному типу. Однако активизация склоновой деятельно­сти в эпоху похолодания не привела к существенной аккумуляции в долинах. Во всяком случае, мощных констративных образований ермаковского времени пока не обнаружено, хотя не исключено, что ему соот­ветствует ряд низких террас.

Пятый этап развития долины представлен комплек­сом отдельных фрагментов низких террас с высотой бровки от 3 до 6 м над современным урезом. Как пра­вило, они перекрыты склоновым чехлом и конусами выноса суходольных распадков. В строении террас выделяется цоколь, сложенный преимущественно ко­ренными породами, а местами - аллювиальными от­ложениями нижнего и, возможно, среднего неоплейстоцена. Мощность верхненеоплейстоценового аллювия в разрезах не превышает 2 м, при этом мощ­ность склонового чехла в 2 - 3 раза больше.

Отложения низкой террасы вскрыты разрезом па­леолитической стоянки Ануй-2. Из отложений русло­вой и пойменной фаций в основании разреза Ануй-2 получены С-даты от± 1 594 до± 290 л. н, что позволяет отнести их накопление к финалу каргинского (бельтирского, Wu) времени Формирование аллювиальной пачки осадков про­исходило в переходный период от прохладной влаж­ной к относительно холодной климатической фазе. Выше по разрезу аллювиальные осадки перекрыты склоновыми отложениями сартанского (аккемского. W ) возраста (изотопная стадия 2) с радиоуглеродны­ми датами от± 420 до 21280 ± 440 л. н. В склоно­вых отложениях мощностью до 5 м наряду с лессовид­ными суглинками присутствуют сплошные прослои грубообломочного осыпного материала. Сартанская аккумуляция проходила в условиях нарастающего по­холодания и усиления континентальности климата, что привело к интенсификации склоновых процессов. В бассейне Ануя она выразилась в формировании не крупных, но весьма устойчивых к размыву конусов у подножия коротких ложков, впадающих в главную до­лину. Например, зафиксированный разрезом Ануй-2 фрагмент террасы каргинского времени сохранился от размыва рекой только благодаря сартанской аккуму­ляции в днище долины Ануя.

При переходе от верхнего неоплейстоцена к голо­цену, а затем к современности отмечается увеличение влажности климата, исчезновение элементов сухих сте­пей, неуклонный рост площадей, покрытых лесом. Вследствие этого произошло уменьшение интенсив­ности склоновых процессов и усиление эрозионной деятельности постоянных водотоков.

Современное развитие рельефа долины соответ­ствует шестому этапу врезания. В период голоцена произошло формирование пойменного уровня, вклю­чающего низкую и высокую поймы с относительны­ми отметками от 0,8 до 2 м. Видимая мощность рус­ловой фации аллювия достигает 1 м, мощность пойменной фации не превышает 0,5 - 0,6 м. В насто­ящее время, которое соответствует термическому оп­тимуму голоцена, в русле Ануя отмечается активное врезание. На отдельных участках река течет по корен­ному ложу при полном отсутствии рыхлого материа­ла, что указывает на общий дефицит поступающих в русла отложений.

Таким образом, характерной чертой истории раз­вития рельефа долин малых рек внеледниковой зоны Горного Алтая являлось чередование этапов глубоко­го врезания с этапами заполнения долин рыхлыми от­ложениями. Чередование этих этапов, скорее всего, было связано с изменением скорости и характера про­текания склоновых и аллювиальных процессов при сме­не ландщафтно-климатических условий. (2).

Рис.2 . Продольные профили дна долины Ануя, надпойменно-террасовых комплексов и уровней придолинных поверхностей выравнивания.

Планомерные комплексные исследования геоархе­ологических объектов эпохи палеолита на северо-за­паде Горного Алтая в долине Ануя позволили суще­ственно дополнить геоморфологические наблюдения предыдущих лет (Деревянко, Лаухин, Шуньков, 1993; Деревянко, Ульянов, Шуньков, 1998,1999) и связать основные этапы развития рельефа долины с измене­ниями природной среды в плейстоцене. История раз­вития рельефа речных долин Северо-Западного Алтая представляет серию последовательных врезаний и за­полнений. Соотношение эрозионных и аккумулятив­ных уровней долины Ануя представлено на схематич­ном продольном профиле (Рис.2).

IV. Общая характеристика четвертичного периода

Четвертичный период, или антропоген — геологический период, современный этап истории Земли, завершает кайнозой (на данный момент). Начался 2,6 миллионов лет назад, продолжается по сей день. Ему предшествовал неогеновый период. В неогене быстро эволюционировали птицы и получили ши­рокое распространение, произошло дальнейшее развитие млеко­питающих. В этот период появились и начали развиваться со­временные и вымершие формы млекопитающих: медведи, гиены, собаки, саблезубые тигры — более крупные и опасные, чем со­временные тигры (в конце неогена они вымирают), верблюды, козы, овцы, свиньи, газели, антилопы, олени, гиппарионы (трех­палые лошади, вымершие в антропогене); в конце периода появи­лись современные слоны, начали развиваться человекообразные обезьяны.

В четвертичном периоде сформировалось большинство современных форм рельефа, и произошло множество существенных событий в истории Земли (с точки зрения человека), важнейшие из которых: ледниковая эпоха и появление человека. Продолжительность четвертичного периода так мала, что обычные палеонтологические методы относительного определения возраста оказались недостаточно точны, и были выработаны специальные методы изучения этой части истории Земли, к числу которых относятся радиоуглеродный и калиево-аргонный методы изотопного анализа.

Четвертичный период подразделяется на плейстоцен и голоцен.

Четвертичный период. Таблица 1

Система

Раздел

Звено

Ступень

Возраст, тыс. лет

Четвертичная Q

Голоцен

Qh = QIV = IV

10

Плейстоцен Qp

(неоплейстоцен)

Верхний плейстоцен

QIII = III

4

130

Средний плейстоцен

QII = II

4

440

Нижний плейстоцен

QI = I

8

800

Зооплейстоцен Qе

Верхний зооплейстоцен

QeII = ЕII

1200

Нижний зооплейстоцен

QeI = ЕI

1600

Плейстоцен — время великих оледенений, в этом геологическом периоде суровые ледниковые эпохи чередовались с относительно тёплыми межледниковьями. В целом, климат плейстоцена во время межледниковий практически идентичен современному, но животный мир различается: например, по окончании плейстоцена вымерли многие представители тундростепи (частично из-за климатических перемен, (частично из-за охоты со стороны древних людей), тундростепь лишилась таких животных как мамонт, шерстистый носорог, большерогий олень, пещерный медведь и пещерный лев. Кроме того, неандертальцы не выдержали конкуренции с кроманьонцами и вымерли (возможно, были истреблены ими).

Голоцен — типичная межледниковая эпоха с относительно стабильным климатом. Начало голоцена характеризуется истреблением человеком большого количества видов животных, а середина — становлением человеческой цивилизации и началом её технического развития. Изменений в составе фауны начала периода по сравнению с современностью почти нет: окончательно вымерли такие животные, как мамонт или мегатерий, в последние несколько сотен лет человек также истребил некоторые виды животных (додо, эпиорнис, стеллерова корова). Около 70 лет назад климат стал несколько теплее (обычно это связывают с промышленной деятельностью человека, предположительно вызвавшей т. н. глобальное потепление), началось частичное таяние ледниковых щитов (Гренландия, Антарктида), а около 25 лет назад началось развитие генетики и генной инженерии (дальнейший прогресс этой науки, возможно, позволит воскресить некоторые вымершие виды животных плейстоцена). Голоцен продолжается по сей день.

Характерная особенность антропогенового периода — появле­ние и развитие человека. Предшественники древнейших лю­дей — австралопитеки — полуобезьяны, человекообразные существа Они были неуклюжие, волосатые, с высту­пающими вперед огромными челюстями и убегающим лбом, невелики ростом, приблизительно с мелких шимпанзе, и с тру­дом передвигались на двух ногах, но все же для них характерно прямохождение.

Мозг у австралопитеков был круглый, маленький, похожий' на мозг новорожденного ребенка. Австралопитек мог взять в руку камень и кинуть его, убить палкой птицу или мелкое жи­вотное, разрыть нору и задушить грызуна.

Жили австралопитеки на земле, не в пещерах. Это еще не древнейшие люди, но уже и не обезьяны. Австралопитеки появи­лись в Восточной Африке более двух миллионов лет назад, но существовали в дальнейшем и за пределами Африканского континента.

Древнейшими людьми были питекантропы и синантропы, Питекантропы — невысокие, с небольшим моз­гом, очень покатым лбом, сильно выдающимся надбровным ва­ликом, передвигались на полусогнутых ногах. Это были суще­ства, вставшие на ноги, разогнувшие спину и освободившие для работы руки. Представителям последующих стадий эволюции человека они уступали по вместимости мозговой коробки, но питекантропы изготавливали примитивные орудия из камня и охо­тились с их помощью.

Синантропы - также были среднего роста, приземисты и довольно неуклюжи, имели небольшой мозг (немного больше мозга питекантропа), тоже покатый лоб и крупный надбровный валик, но синантропы уже пользовались орудиями определен­ного назначения, коллективно охотились, умели пользоваться огнем, но еще не умели добывать его. Синантропы ели не сырое, а жареное мясо. Древнейшие люди появились примерно около 600 тыс. лет назад.

Более близки к современному человеку древние люди — мно­гочисленные формы неандертальцев. Неандер­тальцы были также невысокими, широкоплечими, скелет имели грубый, массивный, надбровный валик огромный, лоб покатый, челюсти большие, тяжелые, зубы крупные. Неандертальцы были очень сильны, ловки и поворотливы. Ноги у неандертальцев были короче, чем у современного человека, а руки — длиннее, но по объему мозга они не уступали современному человеку, иногда даже превосходили его, однако их мозг был устроен примитивнее, чем у современного человека. Неандертальцы создавали довольно сложные каменные орудия — скребла, ост­роконечники — и одевались в звериные шкуры. Жили они в пе­щерах большими семьями, добывали огонь, умело охотились на мамонтов и других животных. Неандертальцы обитали на тер­ритории Европы (Испания, Франция, Италия, Бельгия, Кавказ, Европейская часть России примерно до широты Москвы), в Аф­рике, Азии. Древние люди появились не раньше 350 тыс. лет назад.

На смену неандертальцу пришел современный разумный че­ловек (Homo sapiens) со сложным мозгом, почти прямым лбом и без надбровных дуг. В процессе эволюции особенно развива­лись участки мозга, управляющие речью, способностью мыслить и трудиться. Homo sapiens пользовался каменными и костяными орудиями, шил одежду из звериных шкур.

Нельзя представлять эволюцию человека односложно и ду­мать, что со смертью последнего неандертальца началась эпоха человека разумного

Неандертальцы жили и тогда, когда появились люди разум­ные, близкие современным. Об этом говорят найденные во время раскопок скульптурные фигурки, изображающие человека раз­умного и неандертальца. И в наше время племя акурио живет как бы в каменном веке, не зная металлов. Основное орудие этого племени — каменный топор, прикрепленный к топорищу жилой, выдернутой из тела дикой свиньи. Племя обитает в непроходимых зарослях Гвианского нагорья. (3).

IV. Древнейшие геологи Горного Алтая

Ни река, ни мороз не могут так обработать камень, как это сделает человек. Удивительная все же наука - археология, она позволяет радоваться обыкновенному камню. Радоваться лишь потому, что тысячи лет назад этого камня касалась рука другого человека.

Комплексные исследования археологических объектов Горного Алтая позволяют удревнить историю геологических поисков на этой территории. Накопленный к настоящему времени эмпирический материал показывает, что древние люди для изготовления каменных орудий отбирали сырье, проявляя незаурядные познания петрофизических свойств камня, определяя эти свойства по внешним признакам. Иными словами, выбирая материал для определенных целей, предки следовали методологической установке, которая и в настоящее время является основой геологических поисков. Такой вывод позволяют сделать работы по археологическим материалам верхнеануйского комплекса памятников.

Определенное сходство используемого материала для разных типов орудий показывает, что выбор сырья производился древним мастером намеренно, в соответствии с конкретной целью. Из приведенных данных можно сделать вывод о существовании у древнего человека достаточно четких критериев отбора каменного сырья при изготовлении орудий определенного типа. Скорее всего, выбор сырья определялся именно характером использования будущего изделия. При этом учитывались как требуемые внешние параметры заготовки (форма, размер), так и свойства материала (твердость, вязкость, ровный скол).

Прослеживается также определенная взаимосвязь между видом сырья и типами орудий.

Остатки галечной поверхности на многих каменных изделиях свидетельствуют, что сырьевой базой палео­литических индустрии служил галечный материал Ануя и его притоков. (4).

На некоторых стоянках первобытного человека Алтая были найдены каменные ножи острые, как бритва.

Современный человек подобного не сделает. Не сумеет. Нужны инструменты и очень точные станки. А люди Древнего Алтая делали без всяких инструментов и станков!

Оказывается, они не обивали камень другим камнем, как поступали все первобытные люди планеты, а обрабатывали камни огнем и водой. Поэтому их орудия и не имели равных в мире.

Конечно, не всякий камень выдерживал столь серьезную обработку. Годился лишь нефрит, редкий зеленоватый минерал с черными прожилками и весьма прочный. На Алтае есть месторождения нефритов, о них-то и узнали первобытные обитатели пещер.

Сделанное учеными открытие доказывало, что горы для древних жителей Алтая были не просто горами, а хранилищами полезных ископаемых.

Данный факт доказывают археологические находки центрального раскопа стоянки Карама

Слой

Описание

Находки

Датировка

Слой 7

Валунно-глыбовый горизонт с легкосуглинистым сильно одресвяненным заполнителем. Проективная площадь обломков глыбовой фракции составляет около 50%. Валуны и глыбы в среднем 0,2 –0,3 м в поперечнике (единичные образцы достигают 1 м), пестрого петрографического состава. Представлены преимущественно крупнозернистыми гранитами и кислыми эффузивами.

В валунно-глыбовых отложениях слоя 7 обнаружено 23 каменных артефакта, в том исле: нуклевидно обколотая галька, 7 отщепов и 15 орудий.

Распределение находок по квадратам:

кв. 30/54: отщеп;

кв. 31/54: отщеп;

кв. 33/54: выемчатое орудие;

кв. 30/55: выемчатое орудие;

кв. 32/55: отщеп с ретушью, острие;

кв. 33/55: отщеп;

кв. 30/56:отщеп с ретушью;

кв. 31/56: отщеп, выемчатое орудие;

кв. 32/56: нуклевидно колотая галька, отщеп;

кв. 31/57: отщеп с ретушью;

кв. 32/57: отщеп, выемчатое орудие, клювовидное орудие;

кв. 33/57: отщеп с ретушью;

кв. 30/58: чоппер;

кв. 31/58: отщеп с ретушью, нож;

кв. 31/59: выемчатое орудие;

кв. 32/59: острие;

кв. 33/59: скребло.

кв. 31/59: острие;

кв. 33/55: отщеп с ретушью.

кв. 29/53: скребок,

кв. 29/54: клювовидное орудие,

кв. 29/59: острие,

кв. 30/64: острие,

кв. 31/53: скребло,

кв. 32/64: отщеп с ретушью,

кв. 34/56: отщеп,

кв. 34/58: скребок,

QI8

Слой 8

Песчано-гравийный сильно оглиненный материал с единичными включениями мелкой гальки. В слое отмечены признаки слабой гравитационной сортировки материала в водной среде. Верхняя часть слоя маркируется тонким (3 – 5 см) невыдержанным по простиранию линзовидным прослоем алевритистых серо-зеленых суглинков с плохо выраженной тонкой седиментационной слоистостью, обогащенных мелкими (до 1 мм) непрочными марганцевыми стяжениями. Скорее всего, их накопление проходило в слабопроточной или водозастойной обстановке.

В песчано-гравийных суглинках слоя 8 обнаружено 4 артефакта – остроконечник и три отщепа (рис. 51).

Распределение находок по квадратам:

кв. 29/55: остроконечник,

кв. 29/61: отщеп,

кв. 30/53: отщеп,

кв. 34/54: отщеп.

Остроконечник оформлен на крупном треугольном сколе, слегка ассиметричном в плане. Рабочий участок орудия подправлен фасетками крупной отвесной ретуши, а основание уплощено двумя крупными

кв. 29/55: остроконечник,

кв. 29/61: отщеп,

кв. 30/53: отщеп,

кв. 34/54: отщеп.

QI8

Слой 9

Суглинок средний, опесчаненный и одресвяненный, серых тонов, с зеленоватым оттенком и наложенными охристыми прослоями вторичного ожелезнения, плотный, с массивной структурой, с отдельными редкими включениями крупной дресвы из обломков выветрелых алевролитов и кислых эффузивов..

QI8

Слой 10

Суглинок темно-бурый, в нижней части осветленный, с легким зеленоватым оттенком, средний, местами тяжелый, плотный, массивный, мылкий на ощупь, слабо опесчаненный, с единичными включениями крупной дресвы пестрого петрографического состава: алевролиты, эффузивы, реже гранитоидыкоторое на предыдущих стадиях развития не смогло размыть подстилающие грубообломочные пролювиальные отложения. Мощность слоя до 0,9 м.

QI8

Слой 11

Суглинок легкий, коричневато-охристых (ржавых) тонов, алевритистый, сильно опесчаненный, плотный, массивный, с многочисленными спорадически рассеянными и хаотически ориентированными включениями мелкой дресвы, в основном выветрелых эффузивов и гранитной крошки. В северо-восточном углу раскопа резко возрастает количество обломочного материала в слое. Проективная площадь обломков составляет около 40%.

В опесчаненных суглинках слоя 11 обнаружено 18 артефактов, в том числе 3 отщепа и 15 орудий.

Распределение находок по квадратам:

кв. 33/56: отщеп;

кв. 32/57: орудие с носиком;

кв. 30/58: клювовидное орудие;

кв. 31/58: отщеп с ретушью;

кв. 31/59: отщеп с ретушью;

кв. 32/59: отщеп с ретушью, клювовидное орудие;

кв. 33/59: отщеп с ретушью, выемчатое орудие;

кв. 30/60: скребло;

кв. 31/60: отщеп;

кв. 32/60: отщеп с ретушью, клювовидное орудие;

кв. 31/61: выемчатое орудие;

кв. 31/61: скребло, отщеп с ретушью;

кв. 32/61: зубчатое;

кв. 31/62: отщеп. Распределение находок по квадратам:

кв. 30/64: острие,

кв. 34/59: отщеп с ретушью,

кв. 34/60: орудие с носиком,

кв. 34/62: чоппер.

QI7

Слой 12

Супеси и пески сероватых тонов, в различной степени оглиненные, ожелезненные, полимиктовые (кварц, полевые шпаты, обломки эффузивов), слабослюдистые, насыщенные прослоями валунно-щебнисто-дресвянистого материала. Текстура линзовидно-слоистая.

В супесчаных отложениях слоя 12 зафиксировано 18 каменных орудий.

Распределение находок по квадратам:

кв. 31/57: отщеп с ретушью;

кв. 32/58: чоппер;

кв. 31/58: клювовидное орудие;

кв. 31/59: отщеп с ретушью, орудие с носиком;

кв. 32/59: скребло;

кв. 30/60: чоппер;

кв. 31/60: чоппер;

кв. 32/60: зубчатое орудие, отщеп с ретушью;

кв. 30/61: отщепы с ретушью – 2 экз.;

кв. 31/61: отщеп с ретушью, чоппер;

кв. 32/61: отщепы с ретушью – 2 экз., чоппер;

кв. 31/62: орудие с носиком;

кв. 32/62: отщеп с ретушью.

Орудийный набор включает скребло поперечное вентральное прямое, зубчатое орудие с реберчатым обушком, 2 орудия с шиповидным выступом в виде носика, 5 чопперов и 9 отщепов с локальной ретушью. кв. 29/60: отщеп с ретушью,

кв. 29/62: выемчатое орудие,

кв. 33/64: отщеп с ретушью.

QI7

Слой 13.

Глыбово-щебнистая толща с заполнителем преимущественно порового типа, с прослоями вторичного ожелезнения ржаво-охристых и бурых тонов, с включением линз желтовато-зеленоватых песков. Отмечаются отдельные прослои обогащения мелкой галькой 2 – 3 класса окатанности, составляющей до 30% всего обломочного материала. долины. Мощность слоя составляет 2,1 – 2,2 м.

QI7

Слой 14.

Галечно-щебнисто-гравийно-дресвянистая толща с обильным включением валунов и глыб. Текстура линзовато-слоистая, сформирована прослоями и линзами, обогащенными галечно-гравийным материалом.. Содержание битого галечного материала составляет около 10%.

QI6

V. Стратиграфическое описание разреза Раскоп Карама

Раскоп Карама расположен по левому борту р. Ануй в 3 км выше по течению от картографически документированного устья р. Карама, приблизительно в 400 м выше устья лога Неделин, в 250 м ниже устья руч. Каменный на высоте 32 м над современным урезом (по юго-восточному углу раскопа). (Рис. 3,,4) Заселение людьми этого района началось в период с 1,5 млн. лет назад до 300 тыс. л. н.

Рис.3 . Карта района исследований. * - Стоянка Карама.

Рис.4 .Пространственная модель района исследований

Геоморфологическая ситуация. Долина р. Ануй в месте заложения раскопа имеет близкий к теснинообразному асимметричный поперечный профиль. Правый борт долины крутой, отмечаются участки отвесных склонов, сложенных мраморизованными известняками и метаморфизованными песчаниками. Левый борт долины имеет ступенчатый поперечный профиль при среднем уклоне около 15–20°. Ступени в нижней части долины сформированы крупными конусами выноса логов и ручьев, рассекающих левый борт долины р. Ануй. Выше 100 м над урезом ступенчатость склона обусловлена останцами придолинных поверхностей выравнивания, соответствующих древним (эоплейстоценовым) уровням пра-долины р. Ануй. Днище долины плоское, шириной 70–100 м. Русло имеет перекатный характер, ширину около 10 м, глубину около 0,5 м. В русле встречаются очень крупные (более 1 м в поперечнике) хорошо оглаженные (до 3 класса) валуны крупнозернистых гранитов. Обращает внимание факт, что, несмотря на довольно бурное течение и большие уклоны, русло заполнено обломочным материалом крупногалечной фракции с обильным (до 10–15%) включением мелких валунов, формирующим обширные побочни и осередки. Для побочного материала, в особенности крупногалечного и мелковалунного, характерно наличие прочной темноцветной марганцевой пленки. Некоторые обломки имеют реактивную кайму мощностью до 1 мм. Это свидетельствует о поступлении и перемыве в сравнительно больших объемах достаточно древнего аллювиального материала (ранненеоплейстоценового) из относительно недалекого источника (в пределах нескольких сотен метров). Ближайшим источником такого материала могли являться отложения конуса выноса руч. Каменный, а также фрагментарно сохранившиеся под склоновым чехлом левого борта долины р. Ануй древние "пестроцветные" аллювиальные отложения. Высыпки хорошо окатанного сильновыветрелого галечно-валунного материала пестрого петрографического состава с характерным охристым заполнителем встречаются на склоне выше по течению от раскопа Карама на высотах до 40 м над современным урезом.

Раскопом пройдена толща склоновых отложений максимальной мощностью (на южной стенке раскопа) около 6 м. В основании раскопа вскрывается цоколь из хорошо оглаженных водой известняковых глыб. Водная моделировка выражается в наличии многочисленных эворзионных ниш и каверн, повсеместном присутствии белесой реактивной каймы незначительной мощности (до 1 мм). Внешний облик глыб, характер заполнения мелких трещин натечным известковым цементом чрезвычайно сильно похож на внешний облик трещин во внутренних полостях пещер и гротов в бассейне р. Ануй – в частности, центрального зала Денисовой пещеры. По-видимому, раскоп заложен на месте обрушившейся карстовой формы (горизонтальной пещеры, полости или грота). Это косвенно подтверждается современными просадочно-суффозионными явлениями в днище раскопа: между отдельными глыбами наблюдаются зияющие расщелины и пустоты, в которые активно просачивается рыхлый грунт. Суффозия развивается преимущественно по субпараллельным трещинам между гребнеобразными выступами глыб. Азимут простирания трещин около 310 °, падение субвертикальное. На расстоянии примерно 150 м от раскопа ниже по течению р. Ануй по линии продолжения этих трещин в отвесном уступе правого борта долины расположен крупный грот – пещера Караминская. Очевидно, суффозионный карст в месте заложения раскопа развивался и продолжает интенсивно развиваться в настоящее время по одной из зон сгущения трещиноватости коренных пород, оперяющих региональный ануйский разлом. Южная (вышележащая по склону) часть раскопа вскрывает толщу разновозрастных склоновых отложений. Северная (нижележащая по склону) половина раскопа вскрывает серию суффозионных воронок, заполненных склоновым материалом с включением гальки и гравия аллювиального генезиса.

В первом приближении разрез можно разделить на 3 пачки отложений. Верхняя пачка мощностью около 1,5–2,0 м в южном углу раскопа – суглинки легкие, лессовидные, типичные для покровных суглинков бассейна р. Ануй. Мощность пачки постепенно падает вниз по склону. Дерновый покров практически уничтожен, почвенно-растительный слой существенно редуцирован – вероятно, вследствие техногенного воздействия.

Средняя пачка представлена достаточно однородной толщей суглинков красновато-бурых с сургучным оттенком ("буроцветных"), плотных, с включениями в приподошвенной части прослоев обогащения обломочным материалом пестрого петрографического состава, валунами и гальками. Мощность суглинков быстро падает вниз по склону за счет понижения кровли слоя от 2–2,5 м до 1 м. Отложения имеют склоновое происхождение и накапливались в субаэральной обстановке.

Нижняя пачка представлена сложно построенной толщей осадков различного генезиса, накапливавшихся преимущественно в субаквальной обстановке. Они заполняют суффозионные воронки и разрушенные карстовые полости в коренном цоколе и подверглись существенным вязко-пластичным деформациям при просадочно-суффозионных явлениях.

В настоящее время в разрезе сверху вниз вскрыто 14 слоёв. (Фото 9,10).

VI. Собственные лабораторные исследования.

В рамках данного исследования мы попытались собственными силами провести лабораторные эксперименты по геохронологическому датированию, с целью определить возраст отдельно взятых слоев и сравнить с результатами, опубликованными в доступной мне научной литературе. Мною более подробно были исследованы, в том числе и лабораторным путем горные породы слоёв 7,8. Так как они являлись более доступными для изучения. Полный фото отчет представить не удалось, так как лаборатория, в которой проводились опыты, закрытая и фото-видео съемка в ней частично запрещена. Датировка устанавливалась различными методами в том числе: Метод термолюминисценции, гранулометрический и спорово-пыльцевой анализ. Исследования проводились на базе Центра Лабораторного Анализа и Технических Измерений. (Фото 1,2,3,4,5).

Фото 1. Отбор проб.

Фото 2. Фотосъемка слоев 7,8

Фото 3 Лабораторные исследования проб.

Фото 4 Лабораторные исследования проб.

Фото 5 Лабораторные исследования проб.

Слой 7. Валунно-глыбовый горизонт с легкосуглинистым сильно одресвяненным заполнителем. Проективная площадь обломков глыбовой фракции составляет около 50%. Валуны и глыбы в среднем 0,2 –0,3 м в поперечнике (единичные образцы достигают 1 м), пестрого петрографического состава. (Фото 6,7). Представлены преимущественно крупнозернистыми гранитами и кислыми эффузивами. Под бинокулярным микроскопом видно, что большая часть мелкогалечно-гравийного материала, как правило, имеет тонкую реактивную кайму (патину), по которой широко развиты марганцевые новообразования в виде срастающихся по поверхности аморфных пятен с площадью от 20 до 80% поверхности обломка. Сколы битой гальки также покрыты аналогичной глянцевой марганцевой пленкой. Заполнитель – супесь олигомиктовая разнозернистая, существенно алевритистая. Преобладает кварц, преимущественно остроугольный, но встречаются зерна шарообразной формы с отшлифованной поверхностью. Как правило, такие песчинки имеют более интенсивную коричневатую окраску. Встречено единственное мелкое зерно светлой слюды.

Обломочный материал крупный, встречаются мелкие острогранные глыбы известняка со слаборазвитой реактивной каймой (до 1 мм). Отмечены валуны слабовыветрелых гранитоидов, покрытые марганцевой коркой. Присутствуют также сланцы, песчаники и эффузивы различной степени выветрелости.

Примечание. Слой 7 генетически представляет собой достаточно быстро перемытые водотоком с умеренным расходом воды и спокойным гидрологическим режимом верхние горизонты слоя 8, что привело к выносу значительной части глинистого материала и обогащению осадка галечно-гравийными и песчаными фракциями. Отсутствие четкой эрозионной границы свидетельствует, скорее всего, о деятельности неруслового временного водотока в течение короткого интервала времени.

По мнению автора присутствие в слое крупных глыб различного петрографического состава говорит о горноледниковом генезисе слоя 7.

Фото 6. Валуны и глыбы слоя 7

Фото 7. Валуны и глыбы слоя 7

В 8 слое отмечены признаки слабой гравитационной сортировки материала в водной среде. Верхняя часть слоя маркируется тонким (3 – 5 см) невыдержанным по простиранию линзовидным прослоем алевритистых серо-зеленых суглинков с плохо выраженной тонкой седиментационной слоистостью, обогащенных мелкими (до 1 мм) непрочными марганцевыми стяжениями. Скорее всего, их накопление проходило в слабопроточной или водозастойной обстановке. Обломочный материал пестрого петрографического состава – сланцы, алевролиты, песчаники. Аллювиальный материал архаичного облика: битый, с марганцевыми примазками, зачастую сильно выветрелый (режется ножом). Явной русловой слоистости не выражено, хотя отмечаются отдельные линзы и прослои обогащения песчанистым и гравийно-дресвянистым материалом с супесчаным заполнителем. Границы между суглинистой массой и песчанистыми линзами нечеткие, сильно деформированные. В приподошвенной части слоя общее количество обломочного материала существенно падает, а содержание выветрелой гальки и щебня возрастает. Преобладают охристые песчаники, зеленоватые хлоритизированные сланцы, изредка встречается известняк. Проективная площадь обломков составляет около 10–15%. Обломки преимущественно мелкогалечные (до 2 класса окатанности). Присутствует единичная крупная галька гранитов. (Фото 8).

Фото 8. Слой 8 песчано-гравийный сильно оглиненный материал с единичными включениями мелкой гальки.

Фото 9. Культурные слои центрального раскопа стоянки Карама

Фото 10. Раскоп Карама.

VII. Выводы исследования.

Предварительная хронологическая интерпретация плейстоценовых отложений стоянки Карама опирается главным образом на литолого-стратиграфические особенности осадка и на его геолого-геоморфологическую позицию в строении долины. Согласно установленным закономерностям развития рельефа долины Ануя, результатам РТЛ-датирования и палеонтологическим данным, красноцветные отложения и подстилающие их субаквальные осадки, залегающие на высоте 50 – 60 м над современным урезом реки, формировались в раннечетвертичное время. Таким образом, минимальный геологический возраст палеолитических индустрий Карамы (слои 7,8) может быть определен верхним рубежом нижнего плейстоцена – тыс. лет. Археологические и геологические датировки совпадают. Собственные лабораторные исследования потвердели датировку, произведенную специалистами. Датировка производилась различными способами, которыми возможно было применить на практике. Некоторые способы невозможно было применить на базе данной лаборатории в связи с отсутствием необходимого оборудования. Данное исследование находится на постановочном этапе, и его я считаю необходимым продолжать. Данная работа является первой попыткой самостоятельного определения временных рамок отдельно взятых слоев и раскопа в целом. определить возраст отдельно взятых слоев.

Древние люди неандертальцы появились не раньше 350 тыс. лет назад.

Древнейшие люди питекантропы появились примерно около 600 тыс. лет назад, питекантропы изготавливали примитивные орудия из камня и охо­тились с их помощью.

На раскопе Карама найдены более примитивные орудия, чем в Денисовой пещере (возраст самого древнего вскрытого на сегодняшний день культурного слоя 250 тыс. лет, проживали неандертальцы).

Таким образом, можно предположить, что на стоянке Карама жили древнейшие люди питекантропы тыс. лет тому назад (слои 7,8).

В слое 14 также найдены примитивные каменные орудия, возраст слоя определяется в 800 тыс. лет.

VII. Литература

1. Барышников рельефа переходных зон горных стран в койнозое. ТГУ, Томск, 19с. с ил.

2. Деревянко, , A. C. Агаджанян, , , , . Природная Среда И человек в палеолите Горного Алтая. Условия обитания в окрестностях Денисовой пещеры. Новосибирск. Издательство Института археологии и этнографии СО РАН. 20с. с ил.

3. М Основы геологии. Учебное пособие для учащихся по факультативному курсу. М., «Просвещение», 1972.160 с. с ил.

4. , Анойкин геологи Горного Алтая 156-159 с.

5. Шуньков об Археологических исследованиях на Алтае в г. Институт археологии и этнографии СО РАН. Новосибирск г.