Стенограмма заседания Центра социально-консервативной политики (стр. 3 )

И в чем здесь недостаток? Мы же видели до этого, что мы так жили, ничего страшного нет, развивалась страна как-то. Я тут не могу согласиться с Юрием Константиновичем, что рост это развитие, в экономической науке развитие отличается от роста, рост – это такой количественный рост, а развитие – это качественный рост.

Но если говорить именно о развитии, то этому качественному системному развитию мешает, вроде бы все делается и кажется все нормальным, и так может и дальше развиваться, но мы видим, что пока нет какого-то кризиса, все нормально, мы решаем социальные вопросы, деньги делятся как-то между теми, кто, скажем, ближе к власти, но чего-то достается и всем. Эта система более или менее устойчивая. Но она устойчива только до кризисного момента.

Сейчас я хочу обратить внимание на то, что в последние дни становится особенно ясным. Цены на нефть, конечно, упадут, думаю, уже в конце года. Почему? У нас сейчас новый момент возник в Америке, им надо сократить государственные расходы, а там большие расходы на энергоресурсы. Одновременно с этим Саудовская Аравия прекратила выполнять квоты ОПЭК. И все это на фоне того, что идет замедление экономического роста в Европе и Америке. Сейчас цена нашей нефти URALS за первые семь месяцев выше, чем в предкризисный год. Но тогда был рост большой, и у нас, и во всех странах. Сейчас его нет, и эта цена носит спекулятивный характер. Потом дальше спекулянты поймут, что нельзя дальше держать ни нефть, ни фьючерсы на нефть, они все начнут продавать, и цены упадут.

А в этой ситуации требования к эффективности совершенно другие. Но методы, как повысить эту эффективность, с моей точки зрения, это надо прежде всего изменить. Я никак не могу согласиться с тем, что говорил Валерий Павлович. Я совершенно не согласен с какой-то праволиберальной идеологией, которую он нам здесь пытается навязать. (Оживление в зале.) И якобы без этого нам нельзя обойтись.

Я просто предупреждаю. Я в партии не состою. Просто чтобы неожиданно не было потом, Юрий Маркович, чтобы вы как-то подготовились. (Смех в зале.)

Что без этого нам никак нельзя обойтись. Я думаю, это неправильно. Но ситуация, с моей точки зрения, именно потому, что у нас есть много таких системных недостатков, это есть в некотором смысле плюс, потому что это значит, что у нас есть внутренние резервы. Это значит, что если мы их устраним, то страна может действительно развиваться лучше. И вот тот пессимизм, о котором мы говорим, он тогда действительно может исчезнуть, потому что он исчезнет тогда, когда будут реальные результаты. Мы можете сколько угодно говорить, что пора перестать ругать власти, но когда у вас Прокуратура спорит со Следственным комитетом месяцами, причем публично, не в кабинетах у Президента, а именно публично, и вы не можете ничего сделать, то вы тем самым подрываете это доверие к институтам государства, не потому, что об этом говорится, а потому, что это есть в реальности жизни. Надо не пропаганду изменять, а действительность.

И, я думаю, что для этого есть возможности, если будет массовое осознание в элите, что дальше уже так в новой ситуации продолжаться не может. В старой ситуации это было возможно, когда были благоприятные внешние условия, а в новой это уже не получится, или надо будет загнать людей туда, куда нас Валерий Павлович пытается. (Оживление в зале.)

Так вы все-таки за модернизацию? (Смех в зале.)

Хорошо.

– исполнительный директор фонда "Институт социально-экономических и политических исследований". Это новый среди нас, но, думаю, важный партнер, – институт, который создан недавно, его возглавляет . Андрей Владимирович его заместитель. Пожалуйста.

Спасибо большое, Юрий Евгеньевич, во-первых, за возможность здесь поучаствовать, послушать интересную дискуссию, зачастую полярную, и возможность высказать несколько слов в отношении того, а что думают люди по тем проблемам, которые здесь обсуждались.

Мы в соответствии с поручением лидера партии и руководителя Правительства как раз сделали крен на поиск решений. Сначала на выявление проблематики. Для начала даже не среди экспертного круга, а среди той массы активных людей в каждом субъекте Российской Федерации, которым действительно небезразлична страна. И надо отметить, что получилась интересная картинка. Мы вот здесь обсуждаем и говорим о том, что население у нас мало что волнует, ему не интересно наше будущее, у него пессимизм и т. д. Знаете, оказалась другая картинка, оказалось, что даже молодежь, которую мы считаем достаточно деградированным сообществом, очень беспокоится, какой Россия будет в 2020 году, и у нее есть свой образ будущего страны.

Люди, у которых накопилось на душе много, и которые выплескивают это на улицах и т. д., с огромным удовольствием давали свои идеи и предложения в "Народную программу". И получается, сейчас мы подводим некий статистический итог, что в дискуссии, в выработке идей и предложений поучаствовали более миллиона человек. И не просто поучаствовали, а каждое предложение в регионе отфиксировано специальной анкетой, дальше систематизировано и по блокам передано к нам в институт. Не говоря уже о той активности, которая развернулась при даче предложений на сайте Народного фронта и на сайте нашего института.

И когда мы собрали этот пул предложений, инициатив, мы стали их обсуждать уже в экспертном кругу, плотно работая с теми группами, которые дорабатывают сегодня "Стратегию 2020", собрав порядка двухсот своих экспертов федерального уровня. И на контакте с нами в режиме онлайн находится четыреста региональных экспертов. Кстати, они не сильно засвечены на широкой публике, но это люди дела, которые находятся на своих местах и каждый занимается своим продуктом.

На что хотелось бы обратить внимание, что формулируют люди, что нужно, на наш взгляд, изменить и что в любом случае, возможно, войдет в ту конечную версию программы, которая будет представлена на широкое обсуждение.

Безусловно, критерием изменения страны, критерием устойчивого роста или развития должен стать некий индекс (как тут было сказано) изменения, индекс качества жизни человека, индекс развития человеческого потенциала. Потому что, какие бы задачи мы не ставили по удвоению ВВП либо по сверхдержаве, безусловно, важно, чтобы они коснулись каждого человека. Он должен чувствовать, куда идут деньги, зачем идут деньги на ВПК, что изменилось после увеличения финансирования образования или здравоохранения, он должен понимать, что для него эти вещи дали больше возможностей, больше качества.

Поэтому мы считаем, что целесообразно рассмотреть возможность формулирования нового критерия как "индекс развития человеческого потенциала", который должен являться показателем изменения того, что будет происходить в следующие пять лет.

Пять ключевых проблем, на которых хотелось бы остановиться.

Первое. Все обращают внимание на проблему ценностей. Сегодняшняя ситуации в обществе, когда у нас произошла по сути некая деградация, более того, она продолжается, у нас общество становится меркантильным, мы воспитываем у молодежи задачу быстро заработать, хапнуть и т. д. И самым успешным, к сожалению, молодежь начинает считать чиновника, потому что получилось так, что не за опытом сейчас идут молодые люди на госслужбу, а затем, чтобы быстро заработать. И в этом есть колоссальная проблема.

А проблема еще в том, что у нас с вами вместо пропаганды ценностей на таких мощных центральных телеканалах, пропаганды здорового образа жизни, пропаганды человека труда, пропаганды инженеров, которые достигают тех или иных высот, у нас там пропагандируется бюрократия, произвол, бандитизм. У нас там засилье просто происходит этого. И, безусловно, все требуют, чтобы был введен на каналах некий общественный контроль, чтобы позиция информационная ключевых телеканалов была с обществом как-то согласована, а не просто с акционерами.

И второй момент. Безусловно, все настаивают на том, чтобы то финансирование, которое идет из государственного бюджета на поддержку тех или иных проектов в области культуры, касалось того, чтобы эти проекты занимались пропагандой традиционных важных ценностей для человека.

Следующий аспект – это вопрос качества жизни. Понятно, что ситуация в здравоохранении, в образовании, к сожалению, не устраивает согласно всем опросам значительную долю наших сограждан. И ведь, смотрите, проблема не в том, что, наверное, денег не хватает. По сравнению с развитыми странами мы тратим недостаточно денег на это. Но как воспринимает человек цифры, которые звучат с экрана про 450 млрд. рублей и так далее. Он воспринимает, к сожалению: опять воруют.

И мы начали разбираться с врачами и так далее с этой проблемой, и картинка не столько в том, чтобы много денег дать, сколько в том, чтобы правильно администрировать то, что происходит внутри. И даже сегодня по отдельным видам медицинских услуг, скажем так, у нас та сумма, которую получают государственные больницы из Фонда обязательного медицинского страхования, а за нас платят (за каждого больного, за каждого человека, который обратился туда), сопоставима ровно с той стоимостью услуг, которую мы платим в частной клинике, если бы мы пошли туда.

То есть здесь есть с чем разбираться, и проблема не столько в деньгах, сколько в управлении этими системами. Ведь когда мы закупаем дорогие томографы и их ставим, они работают до обеда, на них два месяца очередь, чтобы пройти обследование. Это то, на что обращают внимание люди. Поэтому когда мы говорим о преобразованиях в вопросах медицины, образования и в этих сферах, безусловно, большое внимание нужно уделить администрированию, а не столько забивкой денег этих сфер.

Третий момент – это вопрос некой социальной справедливости. Вообще, исходя из того, что мы видим, из того, что пишут, тема справедливости чуть ли не высшая ценность для россиянина. Он готов терпеть недостаток чего-либо, но он хочет чувствовать себя в справедливом обществе, а сегодня ситуация, и Валерий Павлович об этом говорил, некоего настолько мощного разрыва. Он видит дорогие машины, он видит роскошь, он видит то, что тратятся деньги, а у него ничего не происходит, у него нет позитивных изменений. И акцент, который, на наш взгляд, необходимо сделать в документе, – наша страна должна стать страной равных возможностей. Это вопрос конкуренции идей, людей, проектов – всего. И мы должны с учетом экономических механизмов в том числе влиять на тот разрыв.

У нас, согласно статистике, действительно более половины всех доходов, которые страна получает, находится в руках нескольких процентов населения. Это, конечно, такая ситуация страшная. И механизмы, которые сейчас дорабатываются и обсуждаются, как это выровнять, как сократить тот разрыв, как сделать, чтобы у человека было комфортное мироощущение, что он способен и может, если он активен, реализовать себя, добиться успеха, заработать денег правильным и честным трудом.

Вопрос экономики, безусловно, ключевой, потому что здесь уже говорилось, что у нас сегодня столько социальных расходов, а мы продолжаем, наверное, этими решениями где-то блокировать развитие инициативы, и посыл, о котором говорят и эксперты, и бизнес на территориях заключается в следующем: безусловно, каких-то резко больших доходов страна не может получить, это нереально.

То, что те «подушки безопасности», которые мы с вами копим, не решение проблемы, потому что даже в текущем кризисе, если бы кризис был дольше, а цена на нефть была бы ниже, проблем у страны было бы гораздо больше. Вопрос преобразований. И тот объем налоговой нагрузки, который сегодня есть на бизнесе, все говорят о том, что его необходимо несколько перенести, скажем так, с бизнеса, с деятельности, с бизнеса прежде всего малого и среднего, может быть, на дополнительное обложение природной ренты.

Уже говорилось о "Газпроме", у "Газпрома" прибыль триллион рублей по итогам 2010 года. Вопрос: почему эта прибыль, этот триллион не должен быть направлен как раз или за счет этого триллиона не должна быть снижена нагрузка, или размер социальных взносов с бизнеса малого? Почему не должно быть такого перераспределения?

Все видят, мы говорим нефтяники – это наше все, но у нефтяников сверхдоходы, это тоже всем очевидно. И вопрос, который необходимо обсудить, действительно, переноса некоей нагрузки с бизнеса деятельного на бизнес, связанный с эксплуатацией наших природных богатств.

И еще вопрос создания благоприятного климата. Сегодня для того, чтобы открыть любое предприятие, любую структуру, начать заниматься бизнесом в субъекте Российской Федерации наш бизнес проходит все круги ада, и решения, связанные с тем, что у нас уполномоченные, инвестиционные есть и так далее, безусловно, нужное и важное решение, но это опять вопрос ручного управления, не создания благоприятного климата. И здесь нам нужно серьезно позаниматься.

И бизнес требует такой совместной серьезной инвентаризации всех регулирующих полномочий и воздействий, причем в короткий срок для того, чтобы все-таки сократить то давление, которое есть.

И последнее, на что следует обратить внимание. Вячеслав Леонидович уже сказал про тему регионального развития, про вопрос межбюджетных отношений и так далее. Что происходит? Происходит интересная картина. Сегодня субъекты Российской Федерации, и об этом говорят все губернаторы и, в общем-то, эксперты в этом кругу, не мотивированы экономически на приход в регион новых инвесторов. Если регион не донор, а у нас недоноров – 70, то любое дополнительное появление инвестора, дополнительные налоги в бюджет, которые получает этот регион, автоматически в рамках допдоходов сокращается та дотация на выравнивание из федерального бюджета, которая происходит.

Вопрос. Ты можешь ничего не делать, как губернатор, и тебя будут выравнивать, ты можешь привлечь сюда инвестиции, получить дополнительные доходы и так далее, у тебя от этого как было 100 рублей, так и осталось 100 рублей, нет дополнительной мотивации.

И вопрос корректировки межбюджетных отношений, несколько большей свободы субъектов, несколько больших доходов и поощрений экономически активных регионов, а все такими быть не могут, но их надо поощрять, тех, кто способен развиваться, безусловно, стоит на повестке дня.

И еще один ключевой вопрос – это связанность субъектов Российской Федерации, связанность регионов страны, которые сегодня есть. Сегодня между сибирскими городами до сих пор мы летаем через Москву. Это абсолютно неразумно.

Дороги или инвестиции в дороги, мы, вообще-то, по планам предстоящего бюджета, мягко говоря, начинаем сокращать. А это ключевые вещи, это связанность. То есть новые дороги, высокоскоростные железнодорожные магистрали и региональная сетка перелетов сегодня, как воздух важны для того, чтобы народ был активен, для того чтобы регионы развивались. И эти вещи тоже должны быть и будут в каком-то виде отражены в народной программе.

Я просто хотел бы в заключение отметить, что мы называем программу народной и у многих наших оппонентов возникает история, что опять некий пиар, опять закрылись в кабинетах, написали какую-то бумагу или пишут какую-то бумагу, а все это – пиар. На самом деле беспрецедентная по постановке задача, которую поставил лидер, услышать людей с мест, что нужно изменить, поэтому в процессе подготовки, аккумулирования информации, я повторяюсь, мы прежде всего ориентируемся на позицию людей на территориях, после чего – на позицию экспертов. И что удивительно по ключевым вопросам разумные эксперты говорят ровно о том же, что говорят разумные люди, поэтому разрыв между экспертным сообществом и народом ставить просто нельзя.

И чтобы документ, который будет подготовлен всеми, не потерял свою ценность после проведения кампаний, безусловно, одновременно с этим мы планируем подготовить конкретный план его реализации в виде перечня и плана законотворческой деятельности новой Думы, чтобы показать всем, кто участвовал в разработке народной программы, всем людям, что мы не просто говорим, а мы еще это делаем.

Спасибо большое.

Спасибо.

, пожалуйста.

Я представляю эколого-энергетическое рейтинговое агентство "Интерфакс". На этой площадке впервые и, видимо, не случайно, потому что речь идет об устойчивом развитии, а это термин, который пришел из экологии, из конференции в Рио-де-Жанейро, 1992 год.

Классическое понимание устойчивого развития противоречит тому пониманию, которое вложил в дискуссию Андрей Константинович, и три эксперта (и я к ним присоединяюсь) обратили на это внимание. То есть устойчивый рост – это валовая характеристика, увеличение размера, а устойчивое развитие – это качественная характеристика. И если страна хочет развиваться по интенсивному пути – это развитие, а если по экстенсивному – это рост. Поскольку вы человек публичный, то этот нюанс и беспокойство экспертов, наверное, нужно акцентировать.

Теперь по сути. Устойчивое развитие, как качество, включает три категории классические. А сегодня мы говорим практически только об одной, в лучшем случае о двух, мы в основном говорим о социалке. А реально это развитие технического комплекса или экономики, если в экономических терминах говорить, это развитие человеческого потенциала и развитие природного потенциала. Вот слово "природа" сегодня упоминалось три раза, причем дважды в замечательном контексте, когда Игорь Юрьевич сказал, что природа знает лучше, и если в природе происходит конкуренция, значит, это правильно.

Так вот, три компонента устойчивого развития. По заказу "Единой России" этот проект был. И мы отработали рейтинги субъектов Российской Федерации по показателям, которые не включают никаких социальных институтов. Это фактически физическое измерение эффективности экономики, физическое или материальное измерение жизнеспособности человеческих популяций, даже образование и религия там не фигурирует, и это физическое измерение состояния природной среды, как она сохранилась и в каком направлении движется. Результаты этого рейтинга, сделанного под контролем Комитета по природным ресурсам Туголукова, опубликованы, они лежат на столе и с ними можно работать.

И тут я обращаюсь к тезису, который затронул Подберезкин. Он сказал, что управлять и планировать можно тогда, когда есть возможность измерить эти показатели. Вот тогда появляются инструменты. Он сказал, что интересовался индексом человеческого потенциала, который в принципе можно посчитать. Вот то, что сделано сейчас здесь по заказу "Единой России", все можно посчитать.

И я, приближаясь к концу, обращу внимание на тезис, который Горегляд отметил, что нельзя совместить модернизацию и стабильность. Действительно, если идти в тумане без нити Ариадны, без измеримых показателей, то нельзя совместить, тогда все идет методом тыка и эксперимента, и где-то нащупывается какой-то случай, когда можно улучшить. Но он чаще всего происходит с какой-то серьезной социальной трансформацией.

Вот то, что есть инструмент для измерения эффективности, и он реализован для регионов, раз, а сейчас он реализован "Интерфаксом" для 3700 предприятий и крупнейших компаний… То есть изменение эффективности бизнеса не по его финансовым показателям, а по соотношению его экологических издержек, энергетических затрат и динамики полученного натурального продукта. Это все есть, и в сентябре будет презентовано.

И если есть такой критерий, который позволяет отслеживать изменения (самое интересное – это изменения эффективности)… Мы упоминали природную ренту, и "Газпром" не раз фигурировал. Так вот, газовая отрасль единственная отрасль в стране, которая по показателям экологической и энергетической эффективности за прошедшее десятилетие давала отрицательную динамику. И взгляд на экономику совершенно другой возникает.

Поэтому, возвращаясь к тезису о пессимистах и оптимистах, что у нас в последнее время преобладают пессимисты, по отношению к пессимисту реалист будет оптимистом. Вот возможность реальную ситуацию с экономикой, с эффективностью, с эффективностью человеческого потенциала, то есть с жизнеспособностью, с состоянием природной среды мониторить обеспечивает реальное представление. Относительно пессимистов это оптимистичная позиция. Спасибо.

Спасибо.

– президент Северо-Западного ЦСКП.

Спасибо.

Дамы и господа, хотел бы обратить внимание. Со всех сторон мы сегодня обсудили некоторые вопросы. Чиновники у нас не те, бизнесмены не те, национальности не те (это я от себя уже), значит, настало время, просто перезрело, создать национальную идею. Надо сосредоточить внимание партии, и не только партии, а всего народа, на национальной идее, чтобы объединить, чтобы мы снова стали теми, чтобы национальности стали теми, чтобы бизнесмены стали национальными, чтобы чиновники были теми, кто проводит интересы народа в жизнь и т. д. Наверное, это один из самых важнейших постулатов. И национальная идея, наверное, самая главная инновация, которая может быть в данном периоде. И самая главная часть – модернизация, без этого ничего невозможно, потому что действительно сейчас слишком мы разъединены.

Я на этом, наверное, и закончу. Спасибо.

Спасибо.

– директор центра по взаимодействию с международной профессиональной средой.

Здравствуйте, уважаемые господа! Прежде всего, я бы хотела поблагодарить вас за приглашение принять участие в этом "круглом столе". Я работаю в Санкт-Петербурге, профессор Университета экономики и финансов. И в рамках нашего университета мы создали центр по взаимодействию с международной профессиональной средой и межсекторным партнерством.

Вопрос устойчивого развития бизнеса и территорий находится в сфере наших профессиональных интересов, и мы достаточно давно им занимаемся. Здесь рассматривались разные аспекты устойчивого развития, иногда этот термин применялся, иногда нет, но тем не менее все вопросы, которые обсуждались, относятся к устойчивому развитию. Как правильно было сказано одним из предыдущих ораторов, три составляющих: социальная, экономическая и экологическая, и идея устойчивого развития существует около 20 лет. Но на сегодняшний день возникла необходимость пересмотра этой идеи и разработки новых программ устойчивого развития. Например, как было сказано Андреем Константиновичем, применить новый термин "устойчивый рост". Сразу же хочется сказать, что нет, это не подходит. Но на самом деле вполне возможно, что "устойчивый рост" более правильный термин, чем существующий "устойчивое развитие". Вполне возможно. Это нужно обсуждать и смотреть. Это как пример пересмотра концепции устойчивого развития.

20 лет существования идеи устойчивого развития, очень много было разработано программ устойчивого развития, но тем не менее очень много этих программ оказались нежизнеспособными. На сегодняшний день можно выделить несколько пунктов, почему же это происходит. Поскольку сейчас уже все устали, я не буду вдаваться в подробности. Отмечу два момента, наверное, на мой взгляд, они наиболее существенны.

Программа устойчивого развития, как было правильно сказано господином Артемьевым, должна и инициироваться, внедряться и затем получать какие-то итоги. Но устойчивое развитие нельзя так, получить итоги и на этом прекратить, эта программа должна иметь какое-то продолжение. И этой самый важный момент – временная продолжительность, мы не можем остановить программу устойчивого развития. Это первый пункт.

И второй пункт – изменение показателей устойчивого развития. Все концепции устойчивого развития, которые применялись, и проект концепции, который был разработан в нашей стране в 2002 году, рассматривали три составляющих отдельно. Но на самом деле устойчивое развитие находится на пересечении трех составляющих, и мы не можем взять отдельно социальное развитие, отдельно экологию, отдельно экономику и сказать, что мы полностью описали устойчивое развитие, мы должны эти три составляющие как-то наложить друг на друга и найти эти показатели.

Показателей очень много, больше двухсот, по устойчивому развитию, и каждый из этих показателей описывает какую-то отдельную составляющую.

Разработка реальных показателей устойчивого развития для того, чтобы эти программы были действенны, необходимо продолжить, и здесь, конечно, должен быть совет экспертов, один человек, я, допустим, или только мой центр – вряд ли у нас получится, это нужно объединение и приложение совместных усилий.

Но в качестве примера я могу привести два показателя, которые, на наш взгляд, отражают эту идею наложения трех составляющих.

Первый вопрос связан с инвестициями, с инвестиционной политикой. На сегодняшний день повышение инвестиционной привлекательности – очень важная тема для всех регионов. В Санкт-Петербургском регионе разрабатывается маркетинговая программа исследований по повышению инвестиционной привлекательности, как это можно сделать. И мы предложили с точки зрения повышения инвестиционной привлекательности использовать такой показатель. База была предложена Мировым банком уже достаточно давно, показатель называется "истинные нормы инвестирования" или "истинные нормы сбережения", но мы сейчас говорим про инвестиции, когда вложения в регион корректируются на определенные факторы. Например, положительная корректировка производится, когда вкладываются средства в человеческий капитал (в образование, медицинское обслуживание и т. д.). Отрицательная корректировка производится, когда повышается нагрузка на окружающую среду. Здесь можно еще привести несколько факторов отрицательной и положительной корректировки.

И второй показатель, который нам кажется чрезвычайно интересным, это уровень локализации. Первоначально уровень локализации был предложен для автомобильного сектора. Вы знаете, что у нас очень серьезный автомобильный кластер в Санкт-Петербурге, и фактически производится только сборка. Огромные заводы построены, но вложения в бюджет минимальны. Из-за чего? Из-за того, что очень низкий уровень локализации, все составляющие производятся за рубежом, и у нас только сборка.

Как нам кажется, уровень локализации относится не только к пополнению бюджета, пополнение бюджета – это первый пункт. Второй пункт – мы можем говорить о локализации компетенций. И следующий этап после локализации компетенций – локализация технологий. Если мы говорим о локализации технологий, то нам сразу же видно, куда нужно направлять инвестиции. Все-таки инвестиции нужно направлять в технологии.

Как вы знаете, есть несколько путей развития, это имитация, инновация и третий путь, который представляется наиболее реальным. Инновация, допустим, в фармацевтической продукции – 50 лет внедрения. Имитация, как происходит в Китае, это около 30 лет. И третий путь, когда используются современные технологии, приобретаются именно технологии, а затем уже идет вложение в развитие технологий и их коммерческое применение – этот путь занимает 3–5 лет. То есть вначале мы приобретаем технологии, а потом уже мы их развиваем. И здесь вопросы развития малого и среднего бизнеса, который может развиваться на базе этих технологий.

Спасибо за внимание.

Коллеги, мы уже два часа с вами общаемся. Если можно, какие-то короткие выступления.

Спасибо большое, Юрий Евгеньевич.

Я врач по образованию, поэтому, безусловно, на мой взгляд, устойчивое развитие невозможно, если нет убежденности в том, что ты здоров. Поэтому уделять внимание здоровому образу жизни является абсолютнейшим приоритетом. Я думаю, что здесь собрались не только оптимисты, но и абсолютно здоровые люди, поскольку идет планирование на перспективу.

А если посмотреть на эту проблему с позиций государства, то, безусловно, оценка гражданами качественной медицинской помощи, к сожалению, в два-три раза ниже, чем такие же показатели в европейских странах и США. Так же можно проинтерпретировать эти данные и по ВВП, то есть это в два-три раза выше, чем в той же Германии.

Отсюда, посещая Центральный федеральный округ, в одном из лечебных учреждений я поинтересовался, какова средняя зарплата медицинских работников? Оказалось, 13 тысяч. Рядом коммерческое предприятие, производящее безалкогольные и слабоалкогольные напитки – зарплата в три-четыре раза выше.

Поэтому у нас, безусловно, нет необходимого количества специально подготовленных врачей и медицинских работников, в частности, на селе укомплектованность кадрами 30%. Как можно из этого выйти? Во-первых, это система госгарантий, которая гарантировала бы бесплатную медицинскую помощь, включая полную диспансеризацию. Закон "Об охране здоровья", который, к сожалению, за счет воинствующих популистов (я не буду называть их фамилии и имена) не был принят во втором и третьем чтениях, и он перенесен на следующую сессию, было бы абсолютно правильно принять этот закон уже до начала лета.

С другой стороны, самое главное, что требуют от нас наши граждане, это равнодоступность медицинской помощи, независимо от места проживания, материального положения и социального статуса.

Что касается роли государства. Безусловно, были огромные инвестиции, здесь уже говорили о медицинском оборудовании. Но дело не в том, как работает компьютерный томограф, три или четыре часа в неделю, он может работать круглые сутки, но если за ним не будет следовать интеллектуальное сопровождение специально подготовленного врача, то это будет просто деньги, выброшенные на ветер.

Поэтому получается, что наши граждане, с одной стороны, требуют качественной медицинской помощи, с другой стороны, тот кадровый потенциал профессорско-преподавательского состава, который готовит эти медицинские кадры, к сожалению, разрушен. Профессор кафедры получает меньше, чем заведующий отделением городской больницы.

Поэтому все дело в том, что все эти негативные факторы влияют и на неполучение нашими гражданами качественной медицинской помощи, потерю престижа медицинской специальности и тем самым отталкивает практикующих врачей от работы за мизерные деньги, лишь только потому около 40% закончивших медицинские учреждения не попадают потом в ту отрасль, в которой они должны работать.

Поэтому, безусловно, все, что связано с законотворчеством, целый ряд законов был принят, с нетерпением ждем закона "Об охране здоровья", который все эти приоритеты должен расставить и уделять большое внимание высшей медицинской школе для того, чтобы она сама себя не уничтожила, и на самом деле нам оказывали помощь высококвалифицированные специалисты с достойной зарплатой. Спасибо.

Пожалуйста.

Я бы хотел обратить внимание на суть проблемы, если можно так выразиться, что является "виновником" модернизации и инновационного развития, это все-таки творчество. В России, конечно же, потенциал производительных сил весьма недооценен и не реализован, возможно, даже на 40-50%.

А что у нас получается? Получается следующее: приказали модернизировать, а думать приказать забыли. Поэтому зачастую во многих докладах чиновников, в том числе региональных, используется понятие модернизации и инновации, но зачастую люди даже не понимают, в чем суть этих понятий.

На мой взгляд, нужны какие-то простые организационные решения в этой связи. В послевоенное время Япония производила крайне некачественную продукцию, и они пошли по пути создания так называемых кружков качества на каждом уровне производственного цикла. И мы видим, каких колоссальных результатов они добились.

Когда наше политическое руководство выдвинуло эти тренды: модернизация и инновационное развитие, – я долго ждал, когда же собственно будет распоряжение по государственным компаниям, поскольку если наше политическое руководство обращается к частным компаниям с предложением модернизироваться, то, наверное, нужно начать с государственных компаний.

Что же у нас на уровне государственных компаний происходит? По сути государственные компании у нас как-то отданы на кормление, то есть заняты группами людей, в задачах которых нет оптимизации, и зачастую структуры формируются весьма нецелесообразно, раздаются должности, а творческий потенциал людей не используется. А мы знаем, что зачастую какие-то прорывные идеи и знания содержатся не в головах руководителя, а как раз в головах тех людей, которые непосредственно заняты на производстве.

Поэтому что касается партии, на мой взгляд, партия могла бы разработать идею, допустим, производственной демократии вместе с профсоюзами и создать в России возможность людям участвовать в управлении предприятиями. И тогда действительно возможна в российском промышленном секторе какая-то модернизация.

Это же касается и госструктур, министерств. То есть у нас пока действует принцип: я – начальник, ты – дурак, ты – начальник, я – дурак. И действительно все упирается в кадры. Можно оставить прежние кадры, но необходимо, чтобы они в своих управленческих решениях опирались на творческий потенциал людей, необходимо в стране создать условия для раскрытия творческого потенциала людей на производстве.

И партия может выдвинуть лозунг о производственной демократии, собственно суть участия людей в управлении предприятием.

Вы тоже хотите выступить? Только коротко.

Очень коротко. Александр Рудаков, Всемирный русский народный собор.

Мне кажется, что вопрос об устойчивом развитии связан с такой задачей, как недопущение дальнейшей деградации человеческого потенциала. Развитие будет устойчивым и стабильность будет достигнута в том случае, если человеческий потенциал останется хотя бы на том уровне, на котором он есть сейчас, и не будет его дальнейшей деградации.

В этом плане у меня одно простое предложение для руководителей и представителей тех научно-исследовательских институтов и центров, которые формируют сейчас повестку для Объединенного народного фронта, для «Единой России». Это может быть вопрос об исследовании своего рода ценностного индекса идей, поведения таких различных институтов, которые редко ставятся в один ряд, среди которых могут быть религиозные объединения, средства массовой информации, политические партии, субъекты крупного бизнеса, государственные монополии с целью выяснить их восприятие населением с точки зрения их влияния на ценностный потенциал общества.

Можно взять навскидку три критерия: культурные аспекты, аспекты моральные и аспекты, связанные с трудовыми мотивациями. И попробовать проанализировать, как их деятельность, как деятельность федеральных телеканалов и деятельность Русской православной церкви, деятельность политических партий, деятельность Государственной Думы, деятельность естественных монополий) «Газпрома», РАО «РЖД» и т. д.) отражается на моральном потенциале общества, стимулирует ли она (прямо или косвенно) трудовые мотивации, способствует ли она сохранению моральных ценностей или наоборот их разрушению. Это особенно касается федеральных телеканалов, потому что полемика, которая вокруг них ведется, идет уже десять лет, но она ведется, если угодно, на таком эмоционально-дилетантском уровне. Здесь нужны цифры и факты. Телеканал говорит о конкуренции и параметрах рентабельности, соответственно противопоставить можно вопрос о том, насколько он влияет на ценностное состояние общества, на ценностный индекс. Возможна разработка каких-то новых научных методик, которые помогли бы прийти к решению этого вопроса. Спасибо.

Интересно. спасибо.

Пожалуйста.

Пугачев Василий – депутат муниципального собрания, президент Ассоциации выпускников столичных вузов.

Я постараюсь быть кратким, поскольку все уже устали. Я расскажу про реперные точки, которые очень важны в нашем обсуждении.

Первое, что мы находимся на стадии, когда общество уже готово к пятилетке, когда оно уже готово к тому, что мы будем планировать экономику и к восприятию этого. Мало того, оно уже по этому соскучилось.

Но при этом надо не забывать о том, чтобы планировать пятилетку, нам необходимо дать дальнейшие перспективы, и «Стратегия 2020» – наиболее подходящая для этого программа. Единственно, ее надо более прорисовать для людей, чтобы она была понятна, потому что на сегодняшний день не каждый обычный человек может понимать, что такое «Стратегия 2020» и в чем в конце образ России, России будущего.

И хотел бы еще коллегу поправить. Мы тоже проводили анализ среди вузов, среди студентов, среди молодежи и делали сбор в народную программу. Образа на самом деле у молодежи нет, есть надежда на образ. И это важная формулировка, потому что этот образ нам все равно надо сформировать. Мало того, при этом мы столкнемся с серьезной проблемой изменения мировоззрения человека, потому что борьба с коррупцией – это не только борьба как таковая, это изменение понимание этого, изменение мировоззрения. И это сложная проблема будет для нас, потому что для этого нужен отдельный план, для этого нужна отдельная стратегия.

И, безусловно, мы должны понимать, что кроме устойчивого развития для государства, есть два этапа и два пути развития. Хотелось бы это пояснить. Устойчивое развитие для государства и устойчивое развитие для народа – это разные вещи. Они пересекаются, безусловно, но для того, чтобы двигаться, нам надо выстраивать две стратегии, потому что люди хотят услышать и увидеть одно, а мы должны делать, чтобы это было, потому что иногда цели и задачи в этом могут не совпадать, а только пересекаться, и это надо помнить и учитывать.

Я не буду глубоко влезать в общую проблематику, но про формирование мировоззрения, безусловно, надо всем задуматься, в том числе и на религиозной основе народа. Если мы не сделаем акцента на религии, то народ найдет себе свою религию и будет к ней стремиться, и тогда мы можем потерять вообще общество, можем потерять народ.

Большое спасибо.

Есть еще желающие выступить? Пожалуйста.

В. Как говорили предыдущие эксперты, разразившийся во всем мире финансовый кризис выявил многочисленные недостатки в устоявшейся экономической системе Российской Федерации. Пришлось пересмотреть некоторые традиционные бизнес-подходы, чтобы в дальнейшем свести к минимуму возможные потери и вести Россию по пути устойчивого развития.

Основополагающим для такого развития на любом уровне является комплексное развитие территории. Анализ показывает, что сейчас как раз то время, когда необходимо перейти к созданию национальной земельной политики. Упорядочение земельно-имущественных отношений позволит решить важную социальную задачу государства в целом, запустить экономический механизм, позволяющий увеличить доходную составляющую бюджета, повысить предпринимательскую активность населения и привлечь дополнительные инвестиции в экономику Российской Федерации.

По поводу консерватизма. Земля – это очень консервативная вещь, она является носителем безусловных ценностей и находится в зоне минимальных экономических рисков. Вместе с тем, обладая самыми большими в мире земельными природными ресурсами россияне любого социального уровня ежедневно сталкиваются с отсутствием понятного и четкого, а главное выполнимого, алгоритма приобретения, залога, аренды земельного участка. Землевладельцами становятся неоправданно малая часть общества, в результате чего страдает институт частной собственности и тормозится развитие среднего класса, предпринимателей – создателей современной России.

Современный подход к развитию земельных отношений заключается в создании структуры, осуществляющей на новом качественном уровне функции распределения, учета и контроля земельных ресурсов, что должно послужить основой, базисом для стратегического планирования развития страны, конкретных регионов и максимально эффективного использования земельных участков, привлечения инвестиций для развития территорий. То есть необходимо создание специализированного земельного банка.

Соответственно направляя финансовые потоки в сторону вот этой корневой системы экономики, возможно пополнить казну. Рассчитанный экономический эффект от таких нововведений, таких инноваций составит от 20 до 25% ВВП. Поднять благосостояние будущих поколений и вернуть российскому человеку чувство хозяина на земле, объединить и стабилизировать общество.

В заключение могу сказать, что интересы страны и народа там, где интересы отдельного человека.

Спасибо.

Коллеги, я считаю, что сегодня у нас состоялась важная дискуссия накануне приближающихся парламентских выборов. Спасибо всем за участие. Думаю, что мы уже будем переходить в режим более прикладных обсуждений, но такое базовое, заявочное обсуждение было важно.

Спасибо.

[1] http://www. *****/recs/11296/