Красные пещеры (стр. 3 )

На примере Суботхана хорошо прослеживается явление так называемой бифуркации, т. е. раздвоение реки на две ветви, которые в дальнейшем не сливаются и впадают в разные бассейны. В нашем случае налицо сезонная бифуркация: перелив воды из одной реки в другую происходит только во время сильного паводка. Из этого следует, что подземная река Краснопещерная и яйлинский Суботхан - не один, а два самостоятельных водотока. Первый - приток Салгира, второй - Бурульчи, а уже Бурульча, в свою очередь, впадает в Салгир.

А теперь в хронологической последовательности рассмотрим важнейшие события и проблемы, связанные с достопримечательностями и памятниками Долгоруковской яйлы.

Путешествие в каменный век

С Суботханом, этой небольшой, единственной в своем роде яйлинской речкой горного Крыма, мы встретились еще во время первого знакомства с Долгоруковским плато. Приведя нас к своему устью, она одновременно показала, какое обилие разнообразных археологических памятников располагается на ее берегах.

Реки - большие или малые - всегда привлекали к себе внимание человека. Речные долины обеспечивали жизнь охотникам и собирателям, скотоводам и земледельцам. Без преувеличения можно сказать, что они играли ведущую роль в освоении того или иного края, содействовали распространению культуры и прогресса.

Так Суботхан привел нас не только к своему устью, но и к выводу: человек и природа взаимосвязаны, изолированно их изучать невозможно. Эту закономерность, с которой мы сталкиваемся буквально на каждом шагу, блестяще сформулировали К. Маркс и Ф. Энгельс в "Немецкой идеологии": "Мы знаем только одну единственную науку, науку истории. Историю можно рассматривать с двух сторон, ее можно разделить на историю природы и историю людей. Однако обе эти стороны неразрывно связаны; до тех пор, пока существуют люди, история природы и история людей взаимно обусловливают друг друга" 1. Человек живет и творит среди природы, она же дает ему все необходимое - воздух, воду, пищу, сырье для одежды, материал для жилища и т. д. Вот почему нам немаловажно знать, каково, с одной стороны, влияние природы на человека, а с другой - человека на природу, ее естественное развитие, ее будущее, ибо это и наше будущее. Неразрывная связь между природой и человеком, между прошлым и днем сегодняшним (и, само собой, днем грядущим) хорошо видна и на примере Долгоруковской яйлы с Кизилкобинским урочищем и Суботханом.

Продолжим наше путешествие по плато. Напрашивается естественный вопрос: знавала ли яйла бремя ледников, которыми были покрыты в свое время другие, некрымские горы?

Что думают об этом ученые-геологи? -Литовский: в раннечетвертичное время Крымские горы были выше, имели снежные вершины и ледники; однако позже, в результате колоссального сброса, южная, более высокая часть этих гор опустилась на дно Черного моря 14. : на яйлу с высоких пра-Крымских гор, находившихся к югу от современного Крыма, на месте нынешнего Черного моря, спускались мощные ледники 22. : в рельефе западной части Караби-яйлы " нетрудно узнать формы, которые могли быть созданы ледниками, а затем карст моделировал поверхность, придав ей современный вид" 31.

Другие, не менее авторитетные геологи отрицают возможность оледенения Крымских гор. Так или иначе, но возможность образования здесь более или менее мощных скоплений снега или даже ледников не исключена. На их признаки указывали многие исследователи, и не только геологи, но и специалисты иных наук - зоологи, ботаники и т. д. Следовательно, "...отрицать вероятность оледенения Крымских гор сейчас вряд ли есть основание" 32.

Посмотрим, как все это согласуется с данными археологии, с археологическими материалами Долгоруковской и соседней с ней Караби-яйлы. Долгое время господствовало мнение о том, что в силу своих суровых, неблагоприятных для жизни человека природных условий яйлы Крыма были освоены людьми только с эпохи мезолита, т. е. не ранее 10 тыс. лет назад, на рубеже двух геологических эпох - плейстоцена и голоцена 4. Ныне это положение пересмотрено. Еще в 1916 г. на Караби, т. е. в непосредственном соседстве с Долгоруковским нагорьем, геолог обнаружил, а -Осмоловский в 1933 г. раскопал двухслойную пещерную стоянку Аджи-Коба. В ее нижнем, древнейшем слое найдены расколотые человеком кости крупных диких животных и кремневые остроконечники и скребки неандертальского человека завершающей поры раннего палеолита. В 1933 г. аналогичные орудия собраны в глубоком размыве в 5 км к востоку от Аджи-Кобы, а в 1983-м - близ озера Эгиз-Тинах и источника Чобан-Чокрак - на том же плато Караби. Такие же кремневые изделия были найдены на Айпетринской яйле и Бабуган-яйле, а в 1981 г.- в нескольких местах Долгоруковского нагорья (рис. 11).

Рис. 11. Долгоруковская яйла в конце раннего палеолита, в эпоху мустье (100-25 тыс. лет назад).

1 - неандертальский человек, его пещерное убежище и промысловые животные (пещерный медведь и мамонт); Кремневые орудия с мустьерских стоянок нагорья: (2-5 - остроконечники; 7, 8 - скребла; 6, 9 - отщепы).

Эпоха мустье, к которой относятся эти орудия неандертальского человека, от наших дней отстоит не менее чем 100-35 тыс. лет. Первая часть этого периода приходится на сравнительно теплую рисвюрмскую межледниковую эпоху, вторая на суровый вюрмский ледниковый период. Для раннего неандертальского человека яйла служила обширными охотничьими угодьями. Здесь водились зайцы-русаки, волки, пещерные гиены, корсаки, песцы, рыси, быки (зубры), благородные олени, дикие бараны, лошади, ослы, шерстистые носороги, пещерные и бурые медведи.

Сомнительно, чтобы ледники покрывали яйлу и в последующую геологическую эпоху - вюрмский ледниковый период. При раскопках той же Аджи-Кобы в ее верхнем позднепалеолитическом культурном слое (35-12 тыс. лет назад) найдены многочисленные расколотые первобытным человеком кости диких животных. Видимо, больших перемен природа не претерпела, но климат все же стал суровее, отсюда появление таких холодолюбивых животных, как северный олень и песец. Примечательны находки костей тюленя: значит, в поисках добычи человек спускался на Южный берег, к Черному морю. В таких условиях сплошной ледниковый покров маловероятен. Об этом же говорит наличие на Долгоруковской яйле небольших открытых позднепалеолитических стоянок (рис. 12).

Рис. 12. Охотники эпохи позднего (верхнего) палеолита - кроманьонцы на Долгоруковской яйле (35-12 тыс. лет назад).

Кремневые орудия со стоянки Полигон 1, Витина и Суботхан: 1-3 - скребки; 4, 9, 15-17 - ножевидные пластины; 5, 25, 26 - сегменты; 6, 8, 10, 19-23 - ретушированные пластины; 7 - проколка; 11 - косое острие; 12 - отщеп; 13-14 - нуклеусы; 18 - остроконечник; 24 - трапеция; 27-28 - резцы.

Правда, могли быть небольшие локальные ледники на верхних уступах Кара-Тау, Тырке, Чатыр-Дага. Здесь палеолитические находки пока не известны.

Значительно лучше на Долгоруковской яйле представлены следы деятельности человека последующей эпохи - мезолитической, или среднекаменного века (12-8 тыс. лет назад).

При осмотре стоянок этого времени мы обратили внимание на то, что они часто расположены под защитой невысоких скал северного склона долины, преграждающих доступ холодным ветрам. Как правило, эти небольшие террасообразные площадки и по сей день используются людьми для устройства загонов, кошар и т. д. Но воды было тогда значительно больше: родники близ стоянок, погребенные под метровым слоем грунта, в мезолите, очевидно, выходили на поверхность.

Подытожив свои наблюдения, мы пришли к выводу, что от эпохи палеолита и до настоящего времени рельеф Долгоруковского плоскогорья практически не изменился. Об этом убедительно свидетельствуют топография и условия размещения древних стоянок. Но это не распространяется на факторы климатические. Известно, что первая половина мезолита приходится на конец плейстоцена с его позднеледниковой обстановкой, а вторая на послеледниковый период - ранний голоцен. Суровыми климатическими условиями, очевидно, и объясняется то обстоятельство, что ранний мезолит, как и предшествующий поздний палеолит, на яйлах, в том числе Долгоруковской, представлен слабо. Судя по находкам в гроте Шпан-Коба в верховьях балки Чаукетау, в это время в горах человек использовал для жилья главным образом скальные навесы и гроты. В позднем мезолите преобладают стоянки открытого типа. Их обилие явно бросается в глаза. С этого времени человек расстается с пещерами как постоянными жилищами, в теплое время года он широко осваивает степную часть Крыма и яйлинские просторы. Климат в эту пору мягче, чем в предшествующий период, а реки полноводнее, чем ныне. Ввиду обилия влаги яйлу покрывала буйная травянистая растительность, богаче был и животный мир.

Мы уже говорили, что человек обживал Долгоруковское плато и его окрестности со времен палеолита. Правда, находки единичны и скудны, что объясняется, очевидно, как суровостью климата на яйле, так и повсеместной тогда низкой плотностью населения. Лучше представлен поздний мезолит: кремневые орудия небольших размеров и главным образом геометрических форм (трапеции, сегменты) относятся к VIII-VI тысячелетиям до н. э. (рис. 13). Напомним читателю, что в мезолитическое время человек изобрел лук и стрелы (одно из величайших изобретений человечества!). С этим же временем принято связывать другое крупное, достижение - первые попытки человека приручить животных, прежде всего собаку и свинью. Более того: есть тут прямая связь с горным Крымом, ибо вполне возможно, как полагают исследователи, что здесь был один из центров одомашнивания большинства животных. Правда, палеозоологи говорят (и это, пожалуй, ближе к истине) о теоретической возможности приручения некоторых животных, в частности коровы и свиньи.

Рис. 13. Долгоруковская яйла в эпоху мезолита (12-8 тыс. лет назад) и палеолита (7-6 тыс. лет назад). Мезолитический охотник близ грота Шпан-Коба.

Кремневые орудия с мезолитических стоянок яйлы: 1-3, 8, 11-13 - ножевидные пластинки; 4 - нуклеус; 6, 9, 19 - скребки; 5 - сегмент; 7, 10 - трапеции; 14 - проколка; 15-18 - резцы. Неолитический инвентарь: 20, 31, 32 - пластинки с ретушью; 21, 22 - нуклеусы; 23, 28, 30 - скребки; 24 - лепной сосуд; 25 - трапеция; 26-29 - сегменты.

В специальной литературе о времени появления в Крыму первых домашних животных существует две точки зрения. Одни ученые полагают, что это произошло в мезолите, другие указывают последующий исторический этап - неолит.

Одновременно возникает и другой, столь же важный для историка вопрос: когда в Крыму происходит так называемая "неолитическая революция"? Иными словами: когда на смену охоте, собирательству (присваивающей форме хозяйства) приходят скотоводство и земледелие (производящие отрасли человеческой деятельности)? Для того чтобы ответить на этот вопрос, пришлось тщательно изучить материалы 36 стоянок древнего человека, затем произвести подсчет количества и процентного соотношения всех собранных на них костей животных, диких и домашних. Результат оказался неожиданным: "неолитическая революция" в Крыму произошла не в неолите, а значительно позже - в эпоху развитого энеолита, отчасти ранней бронзы, т. е. во второй половине III - самом начале II тысячелетия до н. э.

Таблица 1.

На данном примере видно, что "неолитическая революция" далеко не всегда соответствует неолитической эпохе. Этот весьма ответственный, более того - переломный момент в экономике первобытного общества целесообразно назвать "экономической", а еще точнее - "социально-экономической революцией".

В Крыму на первом этапе (поздний палеолит - ранний мезолит) охота и собирательство сохраняются во всем объеме (100%). На втором (поздний мезолит - ранний энеолит) охота составляет уже 70-80%, а начальные формы скотоводства - не более 30%. На третьем этапе (поздний энеолит - ранняя бронза) отмечается перевес в сторону скотоводства (53%) и начального земледелия. Происходит смена присваивающего хозяйства на производящее, которое с этого времени уверенно вступает в свои права. Четвертый этап (поздняя бронза - начало железного века) - закрепление скотоводства и земледелия, которые составляют 90-95% хозяйственной деятельности человека.

После этого отступления, поясняющего очень важный для нас вопрос, вернемся к неолитическому населению Долгоруковской яйлы. Итак, мы установили, что здесь, как и по Крыму в целом, на протяжении всего периода человек занимался в основном присваивающими отраслями хозяйства - охотой и собирательством.

В это время (V - первая половина IV тысячелетия до н. э.) Долгоруковская яйла была хорошо обжита человеком. Неолитические стоянки дали богатейший материал, прежде всего массу кремневых изделий микролитического облика - трапеций, сегментов, скребков, проколок, ножевидных пластинок, нуклеусов. Значительный научный интерес представляет керамика, ибо неолит для нее - начальный этап (еще одно великое изобретение человечества!). Среди обломков ленных сосудов - подчеркиваем: древнейших сосудов! - особого упоминания заслуживают те, у которых была пачкающая красновато-серая лощеная поверхность (рис. 13). Дело в том, что керамику эту можно рассматривать как прототип посуды, характерной для ранних кемиобинцев (см. ниже). Получаем, таким образом, подтверждение: кемиобинцы сформировались на местной северопричерноморской неолитической основе, они не были, как полагают некоторые исследователе, пришельцами с Кавказа или иных территорий.

Следующий исторический этап, энеолит (вторая половина IV - III тысячелетие до н. э.), хорошо прослеживается по находкам с Долгоруковского плато. По хозяйственной деятельности и социальной структуре этот период в истории населения Крыма, как и всей степной полосы юга европейской части СССР, можно назвать решающим, переломным. С энеолитом связана экономическая революция, т. е. переход от господства присваивающих отраслей хозяйства к производящим - разведению крупного и мелкого рогатого скота, свиноводству и коневодству. С этого времени охота и собирательство выполняют второстепенную, вспомогательную роль. Появляются древнейшие металлические изделия. В обществе складываются сложные родоплеменные отношения, выделяется богатая и бедная прослойка.

Традиции обработки камня в этот период те же, что и в неолите, однако появляется новый вид орудий - двусторонне обработанные наконечники стрел, дротиков, копий (рис. 14). А такие, весьма, правда, редкие, орудия, как кремневые вкладыши серпов и песчаниковые зернотерки, ясно говорят о наличии небольших земледельческих хозяйств. Энеолитическое население Крыма - ямники и кемиобинцы, или, как чаще их называют, - представители ямной и кемиобинской культур *.

Наименование регионов	Территория км2	Энеолит в целом	Кемиобинская культура	Ямная культура
одновременно проживало, человек	плотность, человек/км2	одновременно проживало, человек	плотность, человек/км2	одновременно проживало, человек	плотность, человек/км2
1. Присивашский прибрежный	2885	277	0,1	58,4	0,02	218,8	0,08
2. Центральный равнинный	9930	473	0,05	205,8	0,02	267,6	0,03
3. Керченский холмисто-грядовой	3000	86	0,03	76,7	0,03	9,6	0,003
4. Тарханкутский увалистый	2430	99	0,04	39,6	0,02	59,3	0,02
5. Предгорно-равнинный	2065	72	0,04	27,7	0,02	44,2	0,02
6. Горно-лесной	4260	58	0,01	40,5	0,1	17,3	0,004
7. Яйлинский	342	1,3	0,004	1,3	0,004	-	-
8. Южнобережный	1088	?	?	?	?	-	-
Всего по Крыму	26000	1067	0,04	450	0,02	617	0,02

* Ямная культура названа так по типу погребений - своего рода ям, а кемиобинская обязана своим названием кургану Кеми-Оба близ города Белогорска, с которого началось ее изучение.

Нас заинтересовал вопрос: какова в эпоху развитого энеолита численность населения по всему Крыму в целом, по различным регионам, по крымской яйле и по отдельным культурам? Расчеты, произведенные автором совместно с и , представлены в таблице.

Численность и плотность населения в энеолите

Комментарии тут вряд ли нужны,- цифры говорят сами за себя. И все же кажется странным, вызывает удивление, сколь безлюден был тогда Крым - около 0,04 человека на 1 км2. Это в среднем. А по яйле и того меньше - 0,4 человека на 100 км2!

Но так ли уж это странно! Отметим, что, по данным видного советского археолога , в палеолите (в эпоху мустье) в Крыму обитало всего 200-220 человек (1 человек на 65 км2), а в позднем палеолите - 90-100 человек (1 человек на 100 км2).

К сожалению, о памятниках эпохи бронзы (II тысячелетие до н. э.) мы знаем мало, на яйле они единичны и слабо изучены. В эту пору основным занятием населения стало разведение крупного рогатого скота, лошадей, свиней, а также мотыжное земледелие. На Долгоруковском плато к эпохе бронзы можно отнести несколько стоянок в его северной части, тонкий культурный слой в пещере Ени-Сала II и два небольших кургана в верховьях реки Суботхан. Вот, по существу, весь перечень, не упомянуты лишь две-три находки отдельных предметов (рис. 14). Так что говорить можно о малой заселенности плоскогорья, еще меньшей, чем в предшествующий период. Чем это объясняется? Видимо, для тогдашних обитателей полуострова - истых кочевников - не было здесь благоприятных условий. Основу их хозяйства составляло скотоводство, и на яйле они устраивали, по всей вероятности, лишь кратковременные стойбища.

Рис. 14. Долгоруковская яйла в эпоху энеолита - 6-5 тыс. лет назад (1-20) и эпоху бронзы - 5-4 тыс. лет назад (21-24).

Находки со стоянок: 1, 6-11, 24 - кремневые наконечники стрел, дротиков и копий; 2, 3 - сегменты; 4, 5, 12 - скребки; 13 - ножи; 14 - нуклеус; 15, 16 - пластинки; 19, 20 - вкладыш серпа, реконструкция; 17, 18, 21, 23 - лепная глинянная посуда; 22 - каменный молоток.

Суммируем сказанное. Благодаря археологическим разведкам и раскопкам мы знаем теперь, что начало освоения Долгоруковской яйлы человеком относится к концу раннего палеолита. Первоначально, в эпоху камня, это охотничьи угодья, затем (эпоха меди - бронзы, железный век), по преимуществу, пастбища, отчасти небольшие (скорее всего, даже крохотные) земледельческие хозяйства. Во все времена использование плоскогорья человеком носило сезонный характер: весна - лето - осень. Зимой жизнь замирала, люди спускались в долины с их более благоприятными климатическими условиями.

Не совсем ясно, когда впервые были подпружеиы озера - голи. Найденный около них материал указывает на энеолит. Именно в это время, в III - начале II тысячелетия до н. э., на яйлах появляются более или менее крупные стада домашних животных. В степях владельцы таких стад насыпали в ту пору курганы-гиганты (ровесники пирамид!), поклонялись высеченным из камня антропоморфным истуканам, у них были уже довольно сложные патриархальные отношения. Им-то, очевидно, и пришла в голову мысль сооружать водоемы с запасом воды для скота. Если это так, то яйлинские голи - самые древние гидротехнические сооружения в Крыму.

Кизилкобинская культура

Странствуя по Долгоруковской яйле, мы вновь оказались над диким труднодоступным Кизилкобинским ущельем. Круг замкнулся. Именно отсюда начинался наш путь в горы по следам древнейших обитателей этих мест.

Начало их поиску положил еще в 1879 г. тот же Константин Сергеевич Мережковский. Осмотрев Красные пещеры, он отметил, что Харанлых-Коба, вероятно, была необитаема, так как промывается потоками воды. В Иель-Кобе (Джеил-Кобе, по Мережковскому) условия для жизни человека более благоприятны, однако и здесь никаких следов человеческой жизни он не обнаружил 33.

Через 35 лет пещеру Харанлых-Коба обследовал археолог и краевед Сергей Иванович Забнин. В ее правой, возвышенной и незатопляемой части он выявил три культурных горизонта. В верхнем им найдены обломки амфор римского времени, в среднем - обожженные кости животных и глиняные черепки посуды скифо-сарматского времени, в нижнем - кремневые отбойники, серповидные пилы, наконечники копий, скребки, костяные заколки, раковины с просверленными отверстиями, кости животных, черепки грубой глиняной посуды. Здесь же оказался очаг, около которого лежали кости лошади, свиньи, овцы, оленя 18.

Так летом 1914 г. Сергей Иванович Забнин, сам того не подозревая, стал первооткрывателем новой, ранее неизвестной археологической культуры, о которой и пойдет речь в этой главе.

Следующий этап изучения Кизилкобинского урочища относится к 1920 г., времени утверждения в Крыму Советской власти. Кроме , в раскопках участвовали два видных археолога - Глеб Анатольевич Бонч-Осмоловский и Николай Львович Эрнст. В 1921 г. на Туфовой площадке было обнаружено несколько "мусорных ямок", в которых оказался материал, аналогичный тому, что дала Харанлых-Коба. Раскопками 1924 г. было установлено, что, помимо Харанлых-Кобы, следы пребывания человека есть и в Иель-Кобе. В том же году на Туфовой площадке вскрыты еще две "мусорные ямки", землянка и три грунтовых погребения - два детских и одно взрослого человека 4, 5.

Третий этап археологического изучения урочища - 19гг., когда здесь проводил раскопки археологический отряд Комплексной карстовой экспедиции Академии наук УССР. Работы снова велись в Иель-Кобе и Харанлых-Кобе. В процессе их выяснилось, что урочище было заселено в течение нескольких исторических эпох, но по научной значимости первое место занимают наиболее древние находки, которые связаны с нижним культурным слоем.

До раскопок 1914 г. подобного материала археологи не встречали, поэтому возраст находок и их культурную принадлежность удалось определить не сразу. относил их к концу неолита, -Осмоловский - к бронзовому веку, - к эпохе поздней бронзы. Последующее изучение позволило уточнить дату. Ближе к истине был : нижний культурный слой Кизил-Кобы - это ранний железный век, т. е. VII - начало VI в. до н. э. Что же касается культурной принадлежности материала, то она установлена еще в 20-е годы, когда аналогичный материал был выявлен в других местах предгорного Крыма. Назрела необходимость объединить все эти неведомые ранее памятники в одну группу. Это и сделал -Осмоловский в 1926 г., выделив их в особую культуру, которая по месту первых находок в пещере Кизил-Коба была названа "кизилкобинской". Определяющий ее элемент, по мнению -Осмоловского, - керамика двух основных типов: блестящие лощеные черепки преимущественно черного цвета и более грубые с шероховатой поверхностью. Помимо керамики, характерны для кизилкобинцев изделия из бронзы, кости (шилья, наконечники стрел) и в особенности крупные кремневые орудия длиной до 15 см. Изредка можно встретить искусно сделанные наконечники стрел, скребки, резцы и т. д. 4, 5 (рис. 15).

Рис. 15. Яйла и Красные пещеры в эпоху раннего железного века. Кизилкобинская культура VII-VI вв. до н. э. ( лет назад) по находкам в Красных пещерах.

1 - план и общий вид полуземлянки (по ). Археологические находки из раскопок в пещере и на Туфовой площадке: 2, 7-19 - сосуды; 3 - бронзовый наконечник стрелы; 4 - бронзовый браслет; 5, 6 - кремневые серпы.

Прошло свыше семидесяти лет со дня открытия первого памятника кизилкобинской культуры в Красных пещерах. Сейчас их насчитывается в Крыму более 200. На основе этих материалов удалось выяснить, что кизилкобинцы появились в Крыму примерно две тысячи восемьсот лет назад - в конце IX-VIII вв. до н. э., а сошли с исторической сцены около III-II вв. до н. э. За эти 500 лет в Крыму произошли важные перемены: от каменных и бронзовых орудий труда человек переходил постепенно к железным, первобытнообщинный строй вступил в завершающую стадию, и в недрах его формировалось классовое общество. Кизилкобинцы имели дело с суровыми горцами - таврами, с воинственными степняками - скифами, с древними греками, обосновавшимися на морском побережье.

Кануло в Лету еще два десятка столетий. Заросшие, заплывшие землей поселения, осколки битой посуды, поломанные и полуистлевшие орудия труда, оружие и украшения, расколотые кости животных и другие следы былой жизни да еще пожелтевшие человеческие кости с черными глазницами черепов - вот, пожалуй, и все, что осталось археологам от тех далеких времен.

Не мало, но и не много. Особо надо говорить о реалиях крупных - отдельных памятниках и целых комплексах. Археологи делят их на две группы. К первой, хозяйственно-бытовой по своему назначению (она составляет 57% всех исследованных памятников), относятся городища, поселки, деревни, хутора, стоянки и загоны для скота. Вторая группа (43% памятников), характеризующая в основном духовную культуру и социальную структуру общества, представляет собой святилища и погребальные комплексы-захоронения, кромлехи, менгиры, антропоморфные стелы.

Среди памятников первой группы менее всего изучены археологами городища. Их оборонительный характер определяется обычно местоположением - над скалистыми обрывами мысов Внутренней горной гряды (Уч-Баш, Балта-Чокрак, Змеиное, Кызык-Кулак-Кая). Иногда с напольной стороны просматриваются следы оборонительных стен.

Значительно лучше изучены поселки, расположенные, как правило, в широких плодородных речных долинах или крупных балках. Кизилкобинский поселок - сравнительно большой, площадью от 1,5 до 5 га и более, земледельческо-скотоводческий центр. Вот некоторые из них: Нейзацкое в верховьях реки Зуи (исследовано -Осмоловским в 1924, 1927 гг.); Симферопольское (, 1949, 1952, 1957); Холодная балка (, 1956), Таш-Джарган (, 1950, 1953, 1954, ), близ Симферополя; Инкерманское (X. И. Крис, 1948, 1950), близ Севастополя. Список можно было бы продолжить.