Исповедь неудачницы (стр. 3 )

- Катя,- пискнула самая тихая из «китайцев».

- Очень приятно, - расцвела я, чувствуя, что каждая из них была готова отдать многое, лишь бы подружиться со мной.

- Ты садись к окну,- ласково улыбнулась мне Алла. - Газировку хочешь?

- Угу!

- Анжелина, ты шоколад бери. Он с орешками. Вкусный очень,- расщедрилась Надя, доставая из сумки тёплый слипшийся батончик «Ритер - спорта».

- Мерси!- поблагодарила я.

Такого внимания среди сверстников мне ещё ни разу никто не оказывал. Родственники, конечно, не в счёт. Стоило мне заболеть, как мир превращался в волшебную палочку. Что не попроси - получишь. А новая ситуация вызвала у меня что - то типа эйфории или помешательства от собственной значимости и исключительности.

Наш разговор стал вертеться вокруг моей персоны.

- А родители у тебя тоже знаменитые? - восторженно посмотрела меня Катя.

- Ну, как сказать?

- Если не можешь вслух, скажи на ушко, - предложила Оля.

Я нагнулась и тихо прошептала:

- Мой папа - шпион, а мама - балерина в Большом театре.

Я разогнулась, чтобы насладиться произведённым эффектом, и неожиданно для себя добавила:

- Иногда мы с мамой помогаем папе в некоторых операциях. Так что к риску я привыкла с младенческой поры.

- Как это? - удивилась Надя.

- Просто, когда я была ещё маленькая, мой папа провозил секретные документы в моих пелёнках. И уже тогда у меня было задание не испачкать ценный груз.

- Ты хочешь сказать, что уже тогда понимала, что к чему?

- Меня папа ещё в утробе воспитывал, к иностранным языкам приучал и всё такое,- в последнюю реплику я постаралась вложить побольше важности и многозначительности.

Потом я почему - то сказала, что, а бабушка у меня- укротительница тигров, добавив при этом, что дома у меня живёт питон и обезьяна, а ещё родители собираются купить пингвина.

- Везучка!- неожиданно услышала я реплику сбоку и обернулась.

В метре от меня собралась толпа любопытных. И во главе её стояла Кулакова Наташа. Её толстые коленки были тщательно смазаны зелёнкой.

- А я всё не пойму никак, где я тебя видела. Выходит, с Ларой Крофт перепутала.

- Меня многие путают, - как ни в чём не бывало, сказала я, наслаждаясь произведённым эффектом.

На меня смотрело восемь пар восхищённых глаз. И только суровый облик Кулаковой оставался подозрительным и напряжённым.

- А как по - английски будет огурец? - неожиданно спросила она.

- Огурейшен,- не моргнув глазом, соврала я.

- Похоже. А как будет...

- А ты чего к ней пристала, девочка? - возмутилась Алла.- Замучила расспросами. Как будет? Как будет?

Я благодарно посмотрела на свою спасительницу.

- Хочу и спрашиваю. Тебя забыла спросить, - нагрубила Кулакова и тут же ретировалась.

Силы были не равны, да и времени на спор совсем не оставалось. Поезд подходил к пункту назначения.

В автобусе я поближе познакомилась с «китайцами». Маленькие, темноволосые, шустрые, они казались почти одинаковыми. Алла выполняла роль лидера. Она немного выделялась из общей массы родинкой на подбородке и властным громким голосом. Все они были давно знакомы и отдыхали в лагере «Чайка» ни первый раз.

Когда мы въехали на территорию, внезапно пошёл тёплый летний дождь. Потом выглянула радуга.

- Ура!- звонко пискнула и захлопала в ладоши какая- то девочка в смешной панамке. Её никто не поддержал, и она тут же сконфузилась и замолчала.

«Не порядок», - подумала я и громко захлопала, чтобы подбодрить бедняжку. Ко мне тут же присоединились «китайцы», а потом и все остальные. Даже Кулакова не жалела рук и всё время кричала, что мы ведём себя, как взрослые пассажиры в самолёте после посадки.

Моё сердце упало вниз. Это было незабываемое ощущение. Меня, Светку Иванову, так бурно и радостно поддержали, как будто я была местной знаменитостью или каким - нибудь важным авторитетом!

Глава 13

Как я осваивала новое место.

В лужах плавали радужные пузыри. На асфальт вылезли крупные улитки с полосатыми ракушками и длинными - предлинными рогами - антеннами. Странная южная кукушка изо всех сил голосила на всю округу: «Ку – ку - ку, ку – ку - ку!», - делая ударение на третий слог.

«Смешная какая, - подумала я. - Куковать не умеет. Надо куковать по два раза: «ку - ку,

ку - ку», а она по три».

Всё казалось мне ярким и необычным, и я беспричинно радовалась новым ощущениям.

- Будет скучно, приходи к нам в палату, - предложила Алла после того, как нас разместили по четырёхместным номерам.

- Спасибо, обязательно! - пообещала я, ещё раз покрутила головой, надеясь встретить Серафима, но так ничего и не обнаружив, отправилась размещать вещи.

«Интересно, куда же он делся? В автобусе его не было, около корпуса он тоже не появлялся. Может, это был мираж?» - От этой мысли мне сразу стало зябко и неуютно.

Я потрясла головой, чтобы снять наваждение, и заставила себя улыбнуться. Этому меня научила Мариночка.

- Когда тебе будет плохо, улыбнись, и всё пройдёт,- любила говорить она.

Именно её советом я сейчас воспользовалась: улыбнулась и переключилась на другие дела.

Лагерь произвёл на меня колоссальное впечатление. Наш корпус стоял в пяти минутах ходьбы от моря. Кругом цвели чайные розы и потрясающие кусты акаций. Божественные запахи распространялись по всей территории.

Открытый летний кинотеатр утопал в тени деревьев. Недалеко от него располагалась танцевальная площадка и огромное помещение столовой с большой летней террасой и массивными клумбами.

Наш отряд размещался на первом этаже корпуса в левом крыле просторного здания. При желании можно было не входить через центральный вход, а перелезть через балкон.

В палате я познакомилась с тремя девочками: Мариной, Люсей и Наташей.

Опьянев от необычных ощущений, я тоже представилась им Анжелиной Бенвенуто Челлини и рассказала свою легенду про родственников и, конечно, про знаменитую тётушку. Не знаю, о чём я думала и на что рассчитывала тогда. Просто это было похоже на буйное помешательство или что - то в этом роде.

Опьяненная очередным успехом, я вышла на балкон.

На улице всё так же голосила неправильная южная кукушка, и громко стрекотали цикады. Неожиданно мои уши уловили знакомые голоса, шедшие из зарослей акаций.

- Я говорю тебе, что она в третьем корпусе.

- Не в третьем, а втором! Я мельком списки видела.

- Вот именно мельком и без очков.

- А мне не нужны очки. Я и так прекрасно вижу.

Я вытянула губы в трубочку и засвистела любимую мелодию Муси «Чай вдвоём». Кстати, именно она научила меня хорошо свистеть.

Из кустов тут же высунулись две родные макушки.

- Зайка! - обрадовалась Зоенька и чуть было не рванула ко мне. Но её благоразумно удержала железная рука Муси.

Именно в этот момент около меня оказалась Марина.

- Решила подышать? - спросила она и перегнулась через перила балкона вниз, изучая серую полоску асфальта, усыпанную огромным количеством улиток.

- Да нет, просто южные звуки слушаю.

- А ты не видела, кто сейчас так хорошо свистел?

- Так? Я вытянула губы и повторила мелодию.

- Прикольно! - Марина попыталась воспроизвести нечто подобное, но после нескольких неудачных попыток потеряла к свисту всякий интерес.

- Жарко здесь. Пойду сумку с продуктами разберу,- сказала она и вернулась в палату.

Я тут же перепорхнула через перила балкона и нырнула в кусты. Муся с Зоенькой накинулись на меня, словно оголодавшие в лесу комары. Меня загладили, зацеловали и, не знаю есть ли такое слово, заобнимали.

Бабуля тут же вытащила из кармана расчёску, усадила меня на корягу и причесала «по - человечески», то есть сделала тугие бараночки по бокам, отчего я сразу стала похожа на белочку с раскосыми глазами.

- Что ты ребёнка мучаешь? - ворчала Муся. - Зачем так туго косички заплетаешь?

- Не учите бабушку кашлять, - огрызнулась Зоенька и сделала мне сзади завлекалочку, намотав крохотную прядку на палец. - Вот теперь порядок!

Потом Муся разложила ослепительно белую салфетку на траву, и мы устроили фруктовый пикник со спелыми грушами, дыней и черешней.

В палату я попала тем же нехитрым образом: через балкон.

- Ты куда пропала? - тут же накинулась на меня Марина.

- С соседями ходила знакомиться, - соврала я.

От лишних расспросов меня спас горн, который звал всех в столовую.

Вожатая попыталась построить нас у корпуса по парам. В мою ладонь тут же вцепилось несколько человек. Петрович пристроился сзади и попытался крепко меня обнять, чем вызвал гомерический хохот окружающих. Вожатая, очень удивившись моей популярности, строго сказала, что я пойду с ней впереди отряда. И мы отправились на обед.

- Ты громко петь или речёвки говорить умеешь? - спросила она, как только мы вышли на прямую аллею, ведущую к столовой.

- Нет. Могу свистеть красиво, - я выпятила губы и повторила мелодию «Чай вдвоём».

- Какая прелесть! - восхитилась вожатая. - А что - нибудь ещё можешь?

- Популярные песни - ретро, - объявила я и просвистела несколько мотивчиков.

Мой репертуар ей очень понравился, но остановились мы на мелодии из кинофильма «Иван Васильевич меняет профессию» «Маруся от счастья слёзы льёт».

К столовой мы подошли очень эффектно.

Я громко свистела, как курский соловей. Наш отряд топал в ритм мелодии, а кто помнил слова, тот и подпевал. Всем было хорошо и весело. А Петрович даже заплакал от счастья, и мне пришлось дать ему мой носовой платок.

- Молодец! - похвалила меня вожатая и пожала руку. - Кстати, как тебя зовут?

Я запаниковала. Что сказать? Света Иванова или Анжелина?

- Папа хотел назвать меня Светой, а мама - Анжелиной, - быстро протараторила я, густо краснея.

- Бедняжка, - пожалела меня вожатая, истолковав мой свекольный румянец каким - то другим способом.- И что же? У тебя теперь двойное имя?

- Что - то в этом роде, - выдавила я из себя, - но близкие называют меня Анжелина.

- А! Понимаю. Меня тоже родители Ромальдой назвали, а представляюсь я как Аля. Так запомнить лучше. Правда?

- Правда! - с готовностью согласилась я.

- Так называть - то тебя как?

- Анжелина.

- Вот и ладно. Красивое имя. Мою любимую артистку тоже так зовут.

У меня хватило ума, чтобы не вешать на уши вожатой очередную порцию лапши.

«Кажется, пронесло», - подумала я, но от этого мне не стало легче. Одна ложь породила другую.

Впервые в жизни я обманула взрослого человека, причём умышленно. Ну, вообще!

Глава 14

Выборы.

После обеда был тихий час. Нас как маленьких уложили в кровати и заставили спать целых два часа. Девочки, утомлённые сытным обедом, жарой и впечатлениями, заснули сразу; а я ворочалась с одного бока на другой, пытаясь придумать оправдание своему глупому поступку. Так себе я ещё никогда не была отвратительна. И хотя Мариночка всегда говорила мне: «Ругать себя нельзя ни при каких обстоятельствах!» - добрых слов и оправданий своему поступку я найти не могла. Мои растрёпанные мысли скакали, как белки в колесе...

«Интересно, куда же делся Серафим? Или это был мираж? Нет, таких миражей не бывает. И потом я его не одна видела. Там были «китайцы», и вожатая тоже была...Ой! А как же я ему представилась? По - моему, Света. Точно, Светлана Дмитриевна Иванова. Вернее, как - то по - дурацки, потому что разволновалась: Светлана Иванова Дмитриевна. Он так и сказал: «Привет, Дмитриевна! Смешная ты», - или что - то в этом роде... Всё - таки права была Мариночка, когда говорила, что врать вообще невыгодно и, что у врунов должна быть очень хорошая память. Как бы было хорошо, если я сказала правду в поезде. Я обыкновенная девочка - Света Иванова, и нет у меня знаменитых тёть, и, к сожалению, животных дома тоже нет. А есть только куча родственников, которых я люблю больше жизни». Я вспомнила маму с папой, Мариночку, хотела заплакать, но потом передумала.

Компот из кураги напомнил о себе, и мне пришлось встать.

Вы когда - нибудь ходили по длинному пустому коридору? Сразу скажу, вещь совсем неприятная, даже если кругом светло. Идёшь себе, идёшь, и тебе всё время кажется, что сейчас распахнётся дверь и оттуда выскочит что - нибудь страшное.

В туалете меня ждал неприятный сюрприз. На подоконнике сидела Кулакова с новой подругой и о чём - то болтала.

«Ну, всё. Мне конец»,- подумала я и неожиданно для себя спросила:

- Закурить не найдётся?

От удивления девочки разинули рты и уставились на меня так, словно к ним в гости пожаловал мадагаскарский слон на роликовых коньках.

- Ой! Извините, девочки, я забыла! Мы же не в школе.

- Ты куришь?- удивилась Кулакова.

- Да так балуюсь иногда, когда нервишки расшалятся... - Я победоносно зашла в кабинку, а когда вышла, в туалете уже никого не было.

«Надо взять эту фразу на вооружение», - подумала я и отправилась в палату, почувствовав, как от новых впечатлений и усталости слипаются глаза.

Проснулась я от того, что кто - то тряс меня за плечо.

- Анжелина! Вставай!

«Какую - то Анжелину зовут,- подумала я сквозь сон.- Стоп! Это же я Анжелина! Как там? Бенвенуто Челлини, кажется. Приеду домой, обязательно прочитаю книжку про этого Бенвенуто. А может, их вообще двое: Бенвенуто и Челлини? Ну, и влипла же я! Муся бы сказала: «Попала, как кур в ощип». Интересно, что такое кур и ощип? Надо спросить при случае».

- Анжелина! Ты вставать собираешься? Через десять минут сбор на лавочке у корпуса! Мы председателя отряда выбирать будем, - меня трясла за плечо Марина.

События минувшего дня стремительной каруселью пронеслись в голове. Я вскочила, быстро заправила кровать, подошла к зеркалу и намотала на палец завлекалочку так, чтобы получилась красивая кудряшка. Надо заметить, что Зоенькины усилия не пропали даром. Моя причёска нисколечко не пострадала во время сна. Только бантики слегка помялись.

- Всю жизнь мечтала стать парикмахером, - вздохнула Марина, рассматривая мои безупречные бараночки.- И когда ты только успела причёску сменить?

Я не нашлась, что ответить и поэтому сделала вид, что не расслышала вопрос.

- Не хочешь, не отвечай, - пожала плечами Марина и открыла шкаф. На неё тут же свалился кроссовок.

- Ой! - всполошилась она, почёсывая ушибленное место. Все полки в нём уже были забиты вещами и продуктами. - Это как это?- возмутилась Марина, вытягивая второй кроссовок с верхней полки.- Тут некоторые ещё вещи из чемоданов не вытащили, а шкаф уже забит непонятно чем! Кто же обувь рядом с конфетами и печеньем хранит, да ещё на верхней полке?

- Я, - тихо прошелестела Наташа.

- Ну, ты даёшь! Ты просто хрюша в чистом виде, - возмутилась Люся. - У тебя дома такой же свинарник?

- Нет! Я просто не подумала.

- А почему ты продукты в тумбочку не положила, как все нормальные дети? - строго спросила Марина, специально сделав акцент на слове «нормальные».

- А у неё тумбочка всякой ерундой забита, - хихикнула Люся.

- Это не ерунда, а коллекция: камушки и ракушки! - чуть не плача ответила Наташа.

- А я считаю, что это самая настоящая помойка, потому что всё это на улице в грязи валяется, - Люся брезгливо фыркнула и отвернулась.

- Девочки! Не надо ссориться и обзываться! Давайте договоримся. Обувь мы храним на балконе, вещи в шкафу, а продукты, игрушки и книги в тумбочке.

- А как же моя коллекция? - испугалась Наташа.

- А коллекцию ты уберёшь в чемодан. Договорились? - Я почувствовала, что бедняжка сейчас заплачет, и поэтому вынула из сумки жестяную коробку с остатками печенья и протянула девочке.- Держи подарок. Теперь у тебя будет хорошее место для твоей коллекции.

- Спасибо! - пролепетала Наташа и тут же успокоилась, отправив в рот сразу три печенья.

- Ну, Анжелина, ты даёшь! Такую красивую коробочку неизвестно кому подарила,- фыркнула Марина.

Я хотела ответить, что Наташа - это не неизвестно кто, а соседка по палате, и поэтому надо уважать интересы друг друга. Но прозвучал резкий свисток, что означало немедленное построение, и мы рванули на улицу.

У корпуса творилось что - то невообразимое. Лавку, стоящую у входа, облюбовал соседний отряд, который располагался в противоположном конце здания.

- Мы первые сюда пришли!- услышала я категорическое заявление рыжей девчонки. Она разлеглась на лавке и явно уходить не собиралась.

- А, ну - ка, девочки, - скомандовала главная из «китайцев», - стряхнём ржавчину, как пыль со шкафа. Петрович, помогай!

«Китайцы» облепили рыжую и попытались оторвать её от лавки. Девочка, как клещ, вцепилась в спинку и сделала попытку укусить Аллу за пальцы.

- Кусается, зараза! - возмутилась Алла и дала девчонке смачный подзатыльник.

- Надо её пощекотать, - задумчиво предложил Петрович, но на всякий случай отошёл подальше.

- Молодец, братишка! Посчитаем рёбрышки поганке.

Рыжая захихикала, а потом завизжала, как поросёнок. Дети из соседнего отряда немного постояли в растерянности, а затем стали растаскивать «китайцев».

Именно за этим безобразием нас и застали вожатые. Девчонка вопила, как иерихонская труба, дети визжали и прыгали от возбуждения. В общем, картинка была та ещё.

Через десять минут нас развели в разные стороны. Наш отряд нашёл местечко в тенистой беседке у пляжа, а соперникам мы оставили лавку.

Вожатая Аля поругала нас для профилактики, но потом успокоилась и предложила выбрать председателя отряда.

- Ну, что вы, дети! Предлагайте кандидатуры, не стесняйтесь. Из двадцати человек мы должны выбрать одного самого достойного.

Петрович по - школьному вытянул руку.

- Что тебе, мальчик?

- Спросить можно? - Вожатая кивнула. - А что такое кандидатуры?

- Понятно, - задумчиво пропела Аля. - Спросим по - другому. Кто из вас может предложить человека, который мог бы стать председателем?

Рука Петровича снова взлетела вверх.

- У тебя опять вопрос, мальчик?

- Да!- тряхнул кудряшками Петрович. - А кто такой председатель?

- Понятно,- совсем сникла вожатая. - Таких детишек у меня ещё не было. Ладно, перехожу на очень простой язык. Есть ли среди вас человек, которого можно назвать честным, сильным, активным, интересным и авторитетным? Может, кто - то из вас хочет предложить свою кандидатуру, то есть самовыдвинуться. Ну, смелее!

В воздухе опять повисла тоненькая лапка Петровича.

- Спрашивай, мальчик, - выдавила из себя улыбку Аля.

- Я хочу!

- Не поняла...

- Самовыдвинуться хочу, - добавил Петрович уже не очень убедительно и нервно подтянул шорты.

Неловкая пауза явно затягивалась. Вожатая Аля нервно хлопала ресницами. Дети стали тихо шушукаться.

- Он шутит, правда? - тяжёлая рука Аллы легла на плечо брата. Мальчик шмыгнул носом и промолчал. - У меня есть хорошая кандидатура,- как ни в чём не бывало добавила она. Давайте выберем Анжелину.

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности.

«Как это? Меня в кандидатуры? Я не смогу...Я... Какой я председатель? Ну, вообще!»

Хорошо, что я себя не видела в этот момент. Наверное, моё лицо покрылось красными пятнами от волнения. На меня с любопытством смотрели дети, словно я была картиной в музее.

- Встань, пожалуйста, - обратилась ко мне вожатая. – По - моему, отличная идея! - Тем более Анжелина уже себя проявила с положительной стороны, и, как я вижу, авторитетом пользуется. Помните, как мы, благодаря Анжелине, эффектно подошли к зданию столовой? - Дети оживились и закивали. - Ни у кого ещё не было председателя, который бы умел так хорошо свистеть. Опять же и имечко подходящее: Анжелина. Что ж, давайте проголосуем! Ну, живее - живее, поднимайте руки!

- Везучка! - услышала я за спиной недовольное шипение Кулаковой.

Четыре руки «китайцев» моментально взлетели вверх, к ним тут же присоединились Марина, Наташа, Люся, Петрович, а потом почти все, за исключением Кулаковой и трёх девочек из её палаты. Они подобрались, как по заказу, рослые, упитанные и суровые, словно родные сёстры.

В своё время Мусеньке привезли портмоне из Скандинавии. На нём были изображены две огромные северные женщины Бунхильда и Гримхильда с длинными косами в рогатых шлемах с мечами и щитами.

«Точь – в - точь как на картинке», - подумала я и вздохнула.

В нашем отряде было двенадцать девочек и восемь мальчиков. Почему- то дети подбирали себе друзей, которые были похожи на них самих.

Вот «китайцы», к примеру, все были маленькие, шустрые, чёрные и суетливые. Мальчики из палаты Петровича хлипкие и тихие. А соседки по палате Кулаковой прям - таки отряд спецназа «Чёрные береты»: агрессивные, рослые, угрюмые и в тёмных футболках. Ну, вообще!

Пока я боролась с чувством восторга вперемешку со странным ощущением опасности, Кулакова сердито сопела и злобно поглядывала в мою сторону, а потом нагнулась к своим подружкам и что - то быстро зашептала.

- Девочки! - неожиданно обратилась к ним вожатая.- А вы что шушукаетесь? У нас открытые выборы. Скажите честно. Почему вы не проголосовали? Или вам предложение не понравилось?

- Мы... это... хотим выдвинуть свою кандидатуру , - сказала упитанная здоровая деваха в чёрной футболке с изображением морды дикого волка.

- Отлично, - без особого энтузиазма отозвалась вожатая.

Кулакова ткнула локтем подругу. Та нервно почесала затылок и робко посмотрела в мою сторону.

- Ну, говори! - цыкнула на неё Кулакова.

- Это... мы хотим выдвинуть... это... Наташу Кулакову...

- А почему её?

- Потому что она активная сильная и авторитетная. - Последнюю часть предложения она произнесла не очень уверенно.

Моя соперница выпрямилась во весь богатырский рост, вытянула руки и продемонстрировала мускулы.

Вожатая Аля растеряно хлопала глазами, соображая, что делать в этой ситуации.

- Ладно, дети,- наконец, она справилась с нерешительностью. - Тогда давайте проголосуем ещё раз. Ну, смелее! Кто за то, чтобы председателем нашего отряда стала Анжелина?

В воздух взлетело несколько рук. И на этот раз их оказалось меньше.

За меня проголосовали девочки из моей палаты, «китайцы», Петрович и хлипкий мальчик, которого успела сагитировать Алла, вовремя всунув ему в карман пару чупа - чупсов. Остальные же либо прятали глаза, либо заискивающе улыбались моей сопернице.

Я их, конечно, не осуждала за малодушие. Никому не хотелось иметь дело с такими серьёзными соперниками после выборов.

- Да! Задачка не из лёгких! - огорчилась вожатая.- Кто голосует за второго кандидата Наташу Кулакову?

За мою соперницу проголосовало девять человек.

- Это что же получается: за Анжелину девять и за Кулакову тоже девять! У нас что будет два председателя?- удивилась Алла.

Девица из окружения Кулаковой уже что - то шептала ей на ухо. А я опять почувствовала себя несчастной.

Потом поднялся невообразимый шум. «Китайцы» пытались перекричать своих соперников. Петрович зажал уши, прыгал, как заяц и кричал: «Бла - бла- бла!»

- Прекратите немедленно! - рассердилась вожатая. - Или сегодня ляжете все спать в девять часов вместо похода в кинотеатр.

Угроза оказалась действенной, и все сразу успокоились. Вечером нам обещали показать интересный японский мультик «Корабль - призрак». Конечно, отказывать себе в этом удовольствии никто не собирался.

- Я знаю, что мы сделаем, - сказала вожатая. - Мы устроим соревнования, и самый достойный станет председателем нашего отряда.

- Ура! - чуть не вылетел из своих шорт Петрович,- наша Анжелина победит!

На него тут же цыкнула Алла.

- Ты что всех нас без мультика оставить хочешь?

Петрович тут же притих.

- Итак, девочки, можете ли вы здесь и сейчас доказать, что именно вы самые лучшие, особенные и интересные. Вот ты, Кулакова Наташа, что умеешь делать?

- Я очень сильная, смелая и хорошо дерусь.

- Если бы мы выбирали охрану, нам обязательно пригодились эти качества,- засмеялась вожатая. - А что нам скажет Анжелина?

Я судорожно перебирала в голове, чем я лучше Кулаковой, и ужасу не могла ни за что зацепиться.

- Это ещё надо проверить, кто сильнее, Анжелина или Наташа, - опять пришла мне на выручку Алла. Она явно намекала на ту безобразную сцену в поезде, из которой я неожиданно для себя вышла победителем.

- Тихо! Тихо! Давайте всё же послушаем самого кандидата. Ну, что ты скажешь, Анжелина?

Я уже была готова провалиться сквозь землю, но вдруг неожиданно вспомнила, что мне говорила Мариночка перед отъездом, когда мы собирали чемодан: «Всегда будь самой собой, потому что ты очень славный, добрый и хороший человек; и с тобой любому будет интересно общаться»...

Я сделала над собой усилие и произнесла, как можно твёрже.

- Я хороший человек и со мной интересно общаться.

- А чем докажешь?- тут же огорошила меня вопросом Кулакова.

- Запросто! Хочешь фокус? - неожиданно для себя предложила я. - Дай свою руку! Аттракцион века «Анжелина предсказывает будущее и рассказывает о прошлом»!

Не дожидаясь согласия, я схватила её за ладонь, прикрыла глаза и затараторила.

- Твоё любимое блюдо - рыба под маринадом и компот из сухофруктов. (Это я прекрасно запомнила ещё в саду, когда Кулакова громко требовала добавку, стуча ложкой по тарелке). Ещё я вижу зелёный забор, разноцветные ромашки и девочку с огромным кирпичом в руке. Маленькие дети кричат и разбегаются в разные стороны...

- Хватит! - Кулакова попыталась выдернуть руку.

- А ещё, если ты не перестанешь всех обижать, то из тебя ничего путного не вырастит! - Моя соперница заметно побледнела. - Ну, что теперь скажешь?

- Ничего, это могло быть совпадение! Погадай кому - нибудь ещё, раз ты такая умная! - сердито сказала она. - Вот ей, например.- Кулакова указала на свою приятельницу, ту, что была с волком на футболке.

Не успела я испугаться и подумать о скором разоблачении, как девица издала какой - то нечленораздельный звук и отскочила от меня подальше.

- Не хочу я, чтобы мне гадали! - категорично заявила она.

Что тут началось!

- Я хочу! Я хочу! Погадай мне! - кричали дети и хватали меня за руки.

- Тихо! - цыкнула на всех вожатая.- Анжелина погадает только тому, кто себя хорошо ведёт. Правильно?

Я улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой.

- Вот ты, девочка, подойди поближе, - неожиданно вожатая Аля указала на мою попутчицу Надю, ту, которая разговаривала во сне.

Я опять прикрыла глаза, взяла её за руку и произнесла очень уверенно.

- У тебя есть мечта попасть на телевидение.

- Такая мечта есть у каждого,- фыркнула издали Кулакова. - Ты подробнее скажи!

- Ты мечтаешь стать диктором и сообщать зрителям прогноз погоды. Правильно?

- Угадала!- обрадовалась Надя. - А можно посмотреть? У меня получится?

- Конечно!- успокоила я её. - Будешь хорошо учиться, и всё обязательно получится.

Не стесняйтесь, задавайте вопросы.

- Кем работает моя мама?- неожиданно спросила Алла.

- Директором в школе,- ответила я и порадовалась, что заглянула в дневник, который свалился в поезде к моим ногам.

- Ух, ты! Правильно!

- Анжелиночка! У меня посмотри, пожалуйста! - ко мне из последних сил рвался Петрович, но его крепко держала за шкирку твёрдая рука сестры.

- Дети! Вы что забыли про мультик? - попыталась в очередной раз навести порядок вожатая. - Тихо! У меня хорошее предложение: лучше мы перенесём выборы на завтра, - Сегодня нам ещё надо выбрать название отряда и талисман! Ну, какие будут предложения?

- Огонёк! Огрызок! Буревестник! Пипетка! Пираты! Грендайзер! Ночные снайперы! Смешарики! - посыпалось со всех сторон.

Вожатая громко захлопала в ладоши, призывая к тишине.

- А вам интересно мнение Наташи и Анжелины?

Шум постепенно стих.

- Наташа, что ты думаешь по этому поводу?

- У меня есть хорошее название: «Кулак», - Кулакова вытянула вперёд свою огромную клешню и потрясла ей в воздухе.- Умри всё живое!

- Это шутка? - нервно сглотнула вожатая.

- Нет! Я серьёзно!

- Ладно, Наташа, будем всё же считать, что ты пошутила. А ты можешь объяснить, почему ты выбрала такое название?

- В честь себя,- простодушно объяснила она.- Я же Кулакова. И потом это слово означает силу. И талисман всегда при нас будет.- Она опять продемонстрировала мощь своего кулака.

- Анжелина, а ты что думаешь? - быстро переключилась на меня вожатая.

- У меня другое мнение. Название должно быть неагрессивное, симпатичное и оригинальное, такое, чтоб ни у кого не было... Петрович, например.

- Петрович? - удивилась вожатая. - Кто это?

- Петрович - это он,- я указала на своего маленького поклонника.

Он покраснел, вскочил от возбуждения и нервно подтянул шорты.

- Анжелина, ты можешь объяснить, почему Петрович?

Вопрос застал меня врасплох. Указала - то я на него только из - за того, что до этого он буквально вертелся у меня под носом, продолжая сердито отбиваться от своей сестрёнки, а я всё никак не могла придумать что - нибудь путное.

Спасла меня всё та же Алла, сестра Петровича.

- Ой! Нас подслушивают! - вскрикнула она и указала вверх.

На толстой ветке какого - то мудрёного южного дерева, как воробьи на жёрдочке, сидели притихшие мальчишки из соседнего отряда и наблюдали за всем, что у нас происходит.

- Бей гадов! - коротко приказала Кулакова и цепко уцепилась за тоненькие ножки одного из них. Мальчик тщетно пытался освободиться от цепких объятий. Его напарник от страха полез вверх по толстому стволу, рискуя сорваться вниз.

Поднялся страшный галдёж.

- Надо их связать и отлупить! - предложила подружка Кулаковой.- Вернее, отлупить, а потом связать...

Лютой расправы над шпионами не допустила наша вожатая. Заседание перенесли на завтра. А у меня появилось немного времени, чтобы хоть что - нибудь придумать.

Глава 15

Утро вечера мудренее.

Никогда я не видела такого красивого звёздного неба, как на юге. В воздухе летали южные ароматы цветочных запахов вперемешку с запахом моря. Громко стрекотали цикады. Иссиня - чёрная ночь, как огромная клякса, заполнила всё пространство. И только горящий экран кинотеатра, и крохотные тусклые фонарики были островками света, приносящими невероятную радость мотылькам и прочим мелким насекомым, которые бесились и веселились в светлом мерцании.

Я сидела на лавке, смотрела страшнючий мультик, чувствуя себя единым целым с природой.

- Красота какая! - восхитился Петрович, глядя на небо. Потом он пару раз задел меня ногой, а потом как бы невзначай задумчиво положил свою кудрявую головушку мне на плечо.

- Ты чего?- удивилась я и нервно распрямила позвоночник в надежде, что его щека как - нибудь соскользнёт сама.

- Пристаю, - бесхитростно отозвался он и поудобнее устроился уже на новом месте между локтем и плечом.

- Ничего себе! - возмутилась я. Как реагировать в этой ситуации, я не знала.

Как назло, мысли путались и сбивались совсем в противоположную сторону. Ни с того ни с сего вспомнилась пара фильмов с любовными сценами, поцелуи и всё такое.

«Хорошо бы, если на его месте был Серафим»,- совсем неожиданно промелькнуло в голове. От этого мне стало совсем не по себе. Меня стала бить мелкая дрожь, и если бы ни его сестра, то через десять минут я превратилась в ледяную статую

- Ты чего Анжелине мешаешь! - цыкнула Алла на моего малолетнего ухажёра. - А ну - ка, пересядь!

Петрович вцепился в меня, как энцефалитный клещ, и упрямо замотал головой.

- Я тебе что сказала? Хочешь, чтобы стало, как тогда?

Что было тогда, Алла уточнять не стала. Крепкая рука схватила упрямца за шиворот, встряхнула и с лёгкостью телепортировала на другое место.

Петрович сделал последнюю попытку зацепиться за меня, но, почувствовав, что все усилия тщетны, послал воздушный поцелуй.

- То - то! Маленький засранец! Ишь, чего удумал! Приставать! - проворчала она и как ни в чём не бывало, прилипла к экрану.

- Спасибо, - шепнула я и вздохнула полной грудью.

Где - то в середине фильма рядом со мной неожиданно материализовалась фигура Зоеньки. Бабуля ласково чмокнула меня в щёку, погладила по коленке и всунула мне в руки бутерброд с колбасой и огромное яблоко.

- Бабуля, я не буду! Я не могу! Нас сейчас застукают! - быстро зашептала я.

- Не бойся! Темень какая! Никто не увидит.

- Бабуля, спасибо, но я не буду есть, - сказала я как можно твёрже.

- Тогда давай спустимся к клумбе. Всё равно все кино смотрят,- простодушно предложила Зоенька.

Я поняла, что спорить бесполезно, и незаметно соскользнула с лавки в темноту.

- Ешь, солнышко моё! Исхудала то как, щепочка моя ненаглядная! - Зоенька тщательно облобызала мои щёки и затылок, а затем подсунула пакет с едой.

- Спасибо, бабуль, но мне как - то неудобно, - сказала я и жадно вцепилась в бутерброд с колбасой.

- Вот и хорошо, - приговаривала бабуля, вытирая мне рот платочком.- Спать сытенькой пойдёшь.

Я доела яблоко и, к собственному изумлению, почувствовала себя полным свинтусом. Мои друзья сидят в тёмном зале и смотрят кино, а я тут деликатесами объедаюсь и ни с кем не делюсь. Ну, вообще!

- Ну, наелась, моя красавица?

- Сы - па - сибо, ба - бу - ла! - выдавила я из себя.

Зоенька словно прочитала мои мысли, вытащила из сумки большую упаковку мелких сушек с маком и вручила мне.

- А этим ты друзей угостишь.

В этот раз я ничего не сказала, потому что ком подкатил к горлу, и я готова была расплакаться и от любви к Зоеньке и от того, что она так хорошо всё придумала.

Через пять минут наш отряд жевал баранки и был на седьмом небе от счастья. Никому даже в голову не пришло, откуда они появились.

- Молодец! - похвалила меня Алла. - Я сама бы не додумалась. В следующий раз надо в кино пряники взять и конфеты.

Проблемы навалились на меня, как только я натянула на себя одеяло. Быть популярной и значимой было очень приятно. Но как выпутаться из огромного клубка лжи, который я же и создала?

К чему я пришла? Однодневная победа и всё. А завтра... что я скажу завтра?

Я, Света Иванова, всех обманула и продолжаю обманывать. Я не достойна быть председателем... И потом что мне делать с названием отряда? Может, расшифровать как - нибудь оригинально?

Я вышла на балкон, поглазела на иссиня - чёрное небо и вернулась в палату. Видимо, мой мозг настолько устал от вранья, что решил уйти в отпуск. В голове было пусто, а на душе лежал огромный тяжёлый камень. Чувствовала я себя отвратительно. Обычно, когда мне было плохо, я позволяла себе маленькую «женскую слабость», то есть ела. Это был не лучший выход из ситуации, но мне было необходимо, хоть что - нибудь сделать. Конечно, сейчас я много бы отдала за разговор с Мариночкой или хоть с кем - нибудь ещё. Но поговорить, к сожалению, мне было не с кем.

Я выдвинула ящик, чтобы достать пачку печенья, и чуть не подпрыгнула от радости.

Ну, конечно, ежедневник! Я напишу то, что со мной произошло, и мне обязательно станет лучше. А потом, если заснуть с проблемой, то утром она может как - нибудь решиться сама. Как там умные люди говорят? Утро вечера мудренее.

Глава 16

Таблетки от совести.

Я встала раньше всех, спрятала под подушку ежедневник и попыталась решить проблему с названием отряда.

Может, всё расшифровать по буквам? ПЕрвый ТРудовой Отряд Весёлых И Честолюбивых. Нет, не то. Почему первый и к тому же трудовой? И что такое честолюбивый? Нет, здесь можно оставить лишь два слова: отряд и весёлых.

А что, если всё это объяснить совсем просто, к примеру, сказать так: «Название оригинальное, ни у кого такого не будет и опять же кудрявый Петрович - отличный талисман. Что - то вроде чебурашки»...

Я вышла на балкон и перегнулась через перила. Прямо на меня смотрела корявая надпись, сделанная на асфальте:

«Анжелина, я тебя лублу!» Рядом находился мой не очень удачный портрет в стиле: «Палка, палка, огуречик. Получился человечек».

Это ж надо! Стоило поменять имя, и как резко изменилось ко мне отношение окружающих. Может, не парится по этому поводу, всё само собой рассосётся? Ведь пока всё хорошо. К моему мнению прислушиваются. Пол отряда проголосовало за меня. Зоенька с Мусей рядышком. У меня даже поклонник появился. Такого никогда не было. А если я выясню, куда подевался Серафим, то смогу почувствовать себя окончательно счастливой.