. Они были правы. 90-летию Великой войны и 85-летию ухода Белой армии из Крыма посвящается (стр. 1 )

Они были правы!

90-летию Великой войны и 85 – летию ухода Белой армии из Крыма посвящается…

«Родина не может существовать без свободы, свобода без добродетели, добродетель без граждан. У вас будет все, если вы воспитаете граждан; без этого у вас все, начиная с правителей государства будут жалкими рабами».

Жан-Жак Руссо.

Уходили мы из Крыма

Среди дыма и огня…

Николай Туроверов

Ноябрь 2005 года ознаменован тремя датами: очередными годовщинами большевистского переворота и образования Добровольческой армии, которое произошло 2 (15) ноября 1917 года, а также 85-летием ухода из Крыма Русской армии генерала Петра Николаевича Врангеля. Кроме этого, период с 2004 по 2007 годы отмечен 90 – летием участия России в Первой мировой или Великой войне, как ее называли современники. Все эти события связаны между собой одной судьбоносной нитью и имеют для нашего народа огромное нравственное значение. Великая война стала последней войной Русской Императорской армии – носительницы тысячелетних исторических военных традиций нашей Родины; Революция ознаменовала начало конца исторической России, образование Добровольческой армии – героическую попытку восстановления порядка и спасения Родины, а уход Русской армии из Крыма похоронил надежду на ближайшее возрождение России. Все усилия Белой эмиграции оказались тщетными: переломить ситуацию и военным способом свергнуть иго большевиков не удалось. Вопрос – почему? Он актуален сегодня, как никогда, как и другой: а все-таки кто был прав в Гражданской войне, отголоски которой мы чувствуем до нынешнего дня?

Вроде бы, давно было то время… Не осталось в живых практически никого из активных участников величайших в мировой истории событий, а их современники – уже глубокие старики в возрасте около 100 лет. Но кипит, бурлит, клокочет эпоха в душах и мыслях детей, внуков и правнуков тех, кто ходил в сабельные и штыковые атаки, поднимал восстания то против одной, то против другой власти, кто страстно жаждал счастья, а получил лишь бедствия и страдания. Нет яростных атак, но в современной, свободной от всякой идеологии, России на полках книжных магазинов стоят воспоминания Антона Ивановича Деникина и Петра Николаевича Врангеля рядом с мемуарами Троцкого и «теоретическими изысканиями» Бухарина, а книги серии «Россия забытая и неизвестная» соседствуют с творениями современных исследователей «военного гения Сталина». Книги молчаливо задают нам тот же вопрос, который ныне не менее актуален, нежели в огненные годы Гражданской войны, которая сегодня полностью перенеслась с полей сражений в сферу духа.

Военное противостояние красных и Белых закончилось эвакуацией из Крыма армии генерала Врангеля в 1920, боями на Дальнем Востоке в 1922-23 годах и уходом в Турцию, Маньчжурию и Китай обескровленных, но не сдавшихся частей Белой армии. Многочисленные восстания крестьян и казаков, рабочих и узников лагерей были продолжением Гражданской войны, равно как и репрессии большевиков против всех народов и социальных групп СССР, но они не носили «белой» окраски, а были лишь реакцией на террор и, как правило, проходили под лозунгом «за Советы без коммунистов». Участие многих представителей эмиграции в борьбе с большевизмом в годы Второй мировой войны как в рядах вермахта, так и в форме «третьей силы» - против большевиков и гитлеровцев также не носили ярко выраженного «белого» характера. В их рядах сражались и состояли, в том числе, люди, воевавшие в годы Гражданской войны в Красной армии и не разделявшие взглядов белогвардейцев.

После смерти Сталина массовые репрессии против народа закончились, но идеологическая борьба продолжалась. В книгах и фильмах второй половины 50-х – начала 90-х годов прошлого века, соответственно, издававшихся и снимавшихся в СССР, было немного правды и истины. Между тем, пока менялись советские «эпохи», и «волюнтаризм» сменялся «застоем», а «перестройка» - «реформами», старели и уходили из жизни активные участники Гражданской войны как с белой, так и с красной стороны. Но если последние вынуждены были всю жизнь врать, и в их сознании правда и вымысел, зачастую, слились в единое целое, то в изгнании шли совершенно противоположные процессы. Оторванные от Родины тысячи и тысячи талантливых и горячо преданных ей людей смогли создать огромный пласт мемуарной, художественной, социологической, военной и религиозно-философской литературы, призванный осмыслить трагедию, произошедшую со страной. Они нашли в своей душе силы проанализировать ошибки и покаяться в вольных и невольных прегрешениях перед Богом и Родиной и тем заслужили Прощение. Обуянные непомерной гордыней коммунисты даже в эпоху горбачевской «перестройки», когда хлынула из-за рубежа ранее запрещенная литература, ничего не поняли и не попытались предпринять абсолютно никаких, пусть даже с исторической точки зрения и безнадежных, мер для модернизации своей омертвевшей и всем надоевшей «идеологии» и, в том числе и этим, погубили СССР. Лишь единицы из оставшихся в живых Белых офицеров увидели крах бесчеловечной и дикой системы, суть которой они поняли первыми и с которой сражались с оружием в руках.

После развала Советского Союза истосковавшееся по нормальной человеческой жизни население было занято борьбой за выживание и мало интересовалось историей многострадальной России. Сохраняется данная тенденция и ныне. Между тем, 14 лет полной идеологической свободы и равнодушия народа к собственной истории дали следующие результаты: в массовой психологии установилась двойственность сознания. Пользуясь этим, нынешние правители России (может быть и совершенно искренне по недомыслию или исторической безграмотности) проводят связующую нить между Русскими Императорами и деятелями советской эпохи, начиная со Сталина, утверждая, тем самым, миф о том, что Россией и СССР управляли «государственники», радевшие о ее величии и благе. Совершенно естественно, что подспудно, следуя указанной логике, они переносят данный термин на себя. Тема Гражданской войны либо замалчивается как «неудобная», либо происходит просто констатация фактов: да, мол, была такая, но через три года закончилась, ну - и слава Богу.

Тем не менее, медленно, но верно справедливость торжествует, и из-за границы переносится на Родину прах выдающегося русского военного разведчика Николая Степановича Батюшина и последнего военно – морского министра России, адмирала Ивана Константиновича Григоровича, но при этом средства массовой информации внедряют в сознание людей мысль о том, что советские, а соответственно, и нынешние руководители страны – их наследники. Только вот если Ивана Константиновича Григоровича и советского адмирала - Николая Герасимовича Кузнецова при определенных допущениях можно попытаться представить себе связанными единой исторической нитью, то между генералом Николаем Степановичем Батюшиным и Берией ее протянуть невозможно.

Дается гражданство дочери Антона Ивановича Деникина – Марине Антоновне Деникиной - Грей, на Родину переносится его прах и прах великого русского философа Ивана Александровича Ильина, в своих великолепных произведениях камня на камне не оставившего от большевизма и его «идеологии», а по телевидению выступают «историки», авторы книг, в которых утверждается, что генерал Деникин в годы Второй мировой войны «рвался в Красную армию», что является чистейшим вымыслом, и цитируются фразы из работ Ивана Ильина о патриотизме, умалчивая, о каком - советском или национально - российском идет речь. Возвращают имя адмирала Александра Васильевича Колчака открытой им земле на севере России и одновременно восстанавливают памятники Дзержинскому и поговаривают о восстановлении памятников Сталину.

Более того, создан целый пласт псевдоисторической литературы, где утверждается миф, что «государственник» Сталин в годы Революции и Гражданской войны был антиподом Ленина и Троцкого (преступность и антигосударственность которых под напором исторических фактов уже не ставится под сомнение) и уже тогда «радел» за восстановление исторической России, да вот только проклятые революционеры и «жидо - масоны» не давали ему развернуться. На простой и логический вопрос, а почему «отец народов» в таком случае не пошел в ряды любой из Белых армий, ответа, естественно, нет.

Двойственность и лживость этой политики чувствуется всеми более или менее здравомыслящими людьми. Именно поэтому и не формируется четкая государственно-патриотическая идеология, а ее место занимают ксенофобия и шовинизм с советским оттенком. Совершенно естественно, что ни к чему хорошему такое положение дел привести не может. Пока оно стимулирует лишь процветание крайних экстремистских организаций, типа нацболов или РНЕ, приход к власти которых может окончательно добить Россию, отбросив ее в разряд слаборазвитых африканских стран.

Характерна реакция коммунистов на идущие общественные процессы по перезахоронению останков великих и истинных патриотов России. Из «левого» лагеря современных политиков раздаются голоса, что, хватит, мол, «греметь костями и тревожить никому не нужных покойников». На жалкие предсмертные всхлипывания умирающих партий можно ответить только одно: а когда вы взрывали церкви и разрушали кладбища, в том числе, в 1938 году на Бородинском поле могилу князя Петра Ивановича Багратиона, а в 1955 году в Китае могилу генерала Владимира Оскаровича Каппеля – героя Белого движения на Востоке России, это что было? «Гремение костями» или акты изуверского вандализма? Бесспорно – последнее.

Но беспокоит не то, что наследники Ленина и Сталина, сделав из политики бизнес и прикрываясь лживыми словами о патриотизме и любви к Родине, несут подобную околесицу. Странно было бы, если бы это было не так, тревожит другое: если 14 лет назад советскую действительность негативно воспринимали практически все здравомыслящие люди, то ныне половина из них сожалеет о советском прошлом. Порой неадекватная реакция возникает даже на старые советские анекдоты, во многом актуальные и поныне. Выслушает человек его, улыбнется по старой памяти, а потом возьмет, да и скажет: «Смешно, конечно, но все-таки тогда была Держава»! На встречный вопрос: «А что же ее никто защищать – то не стал»? – промолчит, махнет рукой, оставшись при своем мнении.

Такое положение дел дает право утверждать, что ныне в психологии людей установилась «холодная» гражданская война, для преодоления которой необходимо пройти еще долгий путь нравственного очищения, но начать его необходимо с ответа на вопрос – кто был прав в кровопролитной битве, развернувшейся на бескрайних просторах России в 1917 году? Можно сколько угодно твердить о том, что Гражданская война закончилась, что торжествует политика «согласия и примирения», можно даже перезахоронить Ленина рядом с генералом Деникиным, но все эти слова и акции не изменят сути вопроса, а самое главное – психологического состояния общества, а лишь только усугубят его. Думать, что подобные действия, медленно, но верно становящиеся пропагандистскими, способны решить назревшие нравственные проблемы современной России столь же глупо и наивно, как в 1916 году было надеяться, что убийство Распутина способно предотвратить Революцию и крушение России Императорской.

Ответить на вопрос о правоте одного из главных противоборствующих движений Гражданской войны необходимо однозначно, ибо от этого зависит будущее нашей Родины. Полутона в этом ответе невозможны. Попытаемся дать его в этой статье, отбросив эмоции и призвав на помощь факты и здравый смысл. Для этого проанализируем по пунктам позиции красной и белой стороны по отношению к основным вопросам исторического и нравственного бытия своей страны, актуальными во все времена для любого народа, будь то древний римлянин или современный американец. Проанализируем эти позиции именно с точки зрения 1917-23 годов, а не позднейшего времени, когда большевистские лидеры подстраивались под исторические реалии пришедших на смену прошлому лет.

Крушение коммунистических режимов в Восточной Европе и СССР в 1989-91 годах положило конец мифам о «динамическом развитии человеческого общества и постепенному переходу к социализму и коммунизму во всем мире», усиленно насаждаемому в течение десятилетий коммунистическими идеологами. Более того, падение «самого передового в мире общественного строя» в полудикие формы капитализма каждодневно опровергает этот миф.

Историки Русского Зарубежья и свободные в своем творчестве ведущие специалисты по истории России на Западе еще в период оголтелой коммунистической пропаганды справедливо утверждали, что Русская революция, ее ход и результаты были катализированы Первой мировой войной. Мысль о том, что любая война во все времена - это ошибка политиков и народов, их поддерживающих, стара, как мир. Но, тем не менее, войны были, есть и будут до тех пор, пока не изменится психология человечества. Совершенно понятно, что путь до этого времени еще очень и очень долог, а в 1914 году, соответственно, был на 91 год дольше, чем ныне. Россия вступила в величайшую в мировой истории битву, не решив массу внутренних социальных проблем, а нравственное напряжение, которого требовала от всех слоев населения война, оказалось не под силу русскому обществу того времени. Именно нравственное, а не военное, экономическое или какое-либо другое.

Сразу ответим на возражения оппонентов советского толка: «а вот, несмотря на все недостатки советского строя, СССР в годы Великой Отечественной войны выдержал еще большее напряжение всех сил». Во-первых, не одна Россия стала жертвой социальной катастрофы. В Германии и Австро-Венгрии произошли революции буквально через год, а позже они прогремели во многих странах мира, в том числе в Испании и Турции. В Китае революция произошла в 1911 году и продолжалась около 35 лет. Таким образом, правомерно говорить об объективном историческом процессе, ускоренном Первой мировой войной. Во-вторых, мало кто предполагал, что война продлится так долго и примет затяжные формы, приведя мир к колоссальным жертвам. Вот характерное мнение той поры из популярного журнала «Нива». Статья называется «Продолжительность войны».

«Европейская война, в которой приняли уже участие восемь держав (Россия, Франция, Англия, Бельгия, Сербия, Черногория – против Германии и Австро-Венгрии), вряд ли может быть продолжительной в силу тех военных потрясений народного организма, которые вызовет эта титаническая борьба вооруженных наций.. Предположение это основывается на опыте предыдущих войн, в которых решительные события, исход которых определял судьбу всей войны,, обыкновенно происходили не позже двух месяцев со дня начала военных действий… Эта подневольная непродолжительность европейской войны вызывается, главным образом, тем, что никакие, даже богатейшие финансовые средства страны не могут долго выдержать современной войны» [37].

По свидетельству генерала Антона Ивановича Деникина [12] на его вопрос, а сколько продлится война, генерал Владимир Михайлович Драгомиров – умнейший и грамотнейший офицер Генерального штаба, не задумываясь, ответил: «Четыре месяца». Такое же отношение к проблеме бытовало практически во всех воюющих странах в 1914 году [27, 41,43]. Вторая мировая война базировалась на опыте Первой, и отношение к ней было более серьезным во всем мире.

Таким образом, 19 июля* России объявила войну Германия, а 26 июля – Австро-Венгрия. Государь Император Николай II ответил на это двумя манифестами и призвал народ к мужеству и стойкости в борьбе с коварным внешним врагом:

«Видит Господь, что не ради воинственных замыслов или суетной мирской славы подняли Мы оружие, но, ограждая достоинство и безопасность Богом хранимой нашей Империи, боремся за правое дело. В предстоящей войне народов мы не одни: вместе с нами встали доблестные союзники наши, также вынужденные прибегнуть к силе оружия, дабы устранить, наконец, вечную угрозу германских держав вечному миру и спокойствию. Да благословит Господь Вседержитель Наше и союзное Нам оружие, и да поднимется вся Россия на ратный подвиг с железом в руках, с крестом в сердце» [37].

России объявили войну и, как любая уважающая себя держава, она должна была ответить на этот вызов. Мобилизация была проведена образцово, и кадровая Русская Императорская армия вступила в бой. Народ воспринял призыв Государя с подъемом. 20 июля на Дворцовой площади состоялась манифестация, и все ее пространство заполнилось коленопреклоненным народом. Этот факт отражен как в изданиях того времени [37], так и в современных фильмах («Гибель Империи») и совершенно противоречит многолетней коммунистической лжи о «народе, ненавидевшем войну и царский режим». Заметим, что Николай II и Россия не вооружали Вильгельма II и Германию, подобно Сталину и СССР, вооружившим и вскормившим Гитлера, не делили Европу за два года до свершившегося противоборства и не строили амбициозных планов мирового господства.

Русская армия начала войну с побед, а не позорных поражений, подобно Красной армии эпохи 1941 года, закончившихся сдачей в плен более 3.5 миллионов человек за первые три месяца боев и потери колоссального количества вооружения, доставшегося противнику и использованного им против тех, кто его разработал и создал [42]. Если учесть, что за весь период Первой мировой в плен попало приблизительно 2417 тыс. русских солдат и офицеров [45], то цифры говорят сами за себя: «прогнивший насквозь царский режим и его бездарные генералы» потеряли за трехлетнюю напряженную борьбу в 1.5 раза меньше пленными, чем «самое передовое в мире сообщество людей и гениальный полководец всех времен и народов» за три первых месяца!

Для того, чтобы лучше понять истоки зарождения Белого движения, его исторический смысл и нравственную основу, совершенно необходимо кратко бросить взгляд на историю Второй Отечественной войны, как ее называли в 1914-17 годах в России. Обратимся к основным вехам страдного пути нашей Родины и армии на полях сражений несправедливо забытой и оболганной, но судьбоносной для всего мира великой битвы, 90-летний юбилей которой продолжается вот уже второй год.

Стратегический план схватки с врагом строился на основе тесного взаимодействия с союзниками – Францией и Англией. Весь трехлетний период напряженных боев на русско-германском и русско - автрийском фронтах проходил под знаком спасения Франции, что в критические дни 1917 года сослужило плохую службу нашему Отечеству и стало оружием в пропаганде врагов России [10, 12, 16].

Начало этому процессу было положено 7 августа 1914 года, когда разыгралось сражение под Гумбиненном между 1 русской армией генерала Павла Карловича Ренненкампфа и 8 германской армией фон Притвица. Корпус немецкого генерала Макензена был разгромлен наголову. Этой победой была спасена Франция, находившаяся в тяжелейшем положении. Именно по просьбе французского правительства и началась наступательная операция Русской армии, не совсем подготовленная технически. Армия фон Притвица начала отход из Восточной Пруссии, и на ее усиление были переброшены 6 корпусов с Западного фронта [10, 16]. В боях в Восточной Пруссии под Каушеном прославился будущий Главнокомандующий Русской армией генерал-лейтенант Петр Николаевич Врангель. Тогда еще ротмистр лейб-гвардии Конного полка, он лихой атакой своего эскадрона взял батарею немецких орудий, лично участвуя в рукопашной схватке. 23 августа Георгиевская Дума наградила его орденом Святого Георгия 4 степени. Ротмистр стал первым Георгиевским кавалером Великой войны [5,16,37].

К неудачам русской стратегии следует отнести всем известный разгром 2 армии генерала Самсонова под Танненбергом в Восточной Пруссии, последовавший сразу же после успеха под Гумбиненном. Неудача произошла из-за ошибки самого командующего армией и командующего фронтом генерала Жилинского, а вовсе не из-за предательства и «германофильства» генерала Павла Карловича Ренненкампфа. Этот давний миф настолько прочно утвердился в общественном сознании, что даже проник в современные объективные фильмы о той эпохе («Гибель империи»), где отважный и блестящий генерал изображен пьяницей, бабником и самодуром, да и ростом «стал» головы на две ниже. В реальности же ничего этого не было и в помине, а Павел Карлович Ренненкампф был благороднейшим и храбрейшим офицером, участником Русско-турецкой войны 1877-78 годов. Всероссийскую славу он завоевал в Русско-китайскую войну (1900-01) своими блестящими кавалерийскими рейдами по тылам противника, за которые стал кавалером ордена Святого Георгия 4 и 3 степеней [5, 13, 16]. В годы Русско – японской (1904-05) войны он командовал кавалерийским корпусом, также отлично себя показавшим в боях. По свидетельству генерала многие офицеры, идущие в отпуск, специально заезжали к и старались провоевать в его частях хотя бы неделю, чтобы в послужной список был занесен хотя бы небольшой срок службы под началом прославленного командира [12]. Данный факт говорит о многом. В 1905 году генерал Ренненкампф подавил революционные бесчинства толпы дезертиров и мародеров на Великом Сибирском пути и, тем самым, спас Россию от хаоса и смуты, чего не смогли сделать другие русские генералы в 1917. , как герой, что отметили даже его палачи. Он был расстрелян в Таганроге в начале 1918 года, наотрез отказавшись сотрудничать с большевиками и возглавить красную конницу [7, 20].

Приблизительно в то же время, в августе 1914 года на Юго-Западном фронте разыгралась трехнедельная Галицийская битва, в которой 45 пехотных и 11 кавалерийских дивизий австро-германцев под командованием эрцгерцога Фридриха потерпели сокрушительное поражение от 47 пехотных и 24, 5 кавалерийских дивизий Юго-Западного фронта под командованием генерала Николая Иудовича Иванова. Реальным разработчиком плана операции был будущий начальник Штаба Русской армии и организатор Добровольческой армии генерал Михаил Васильевич Алексеев [1, 10, 16]. Русскими войсками был взят город Львов. В этих боях неувядаемой славой покрыла себя 4 Железная стрелковая бригада, прославившаяся еще в Русско – турецкую войну г. г. в боях на Шипке, командовал которой в 1914 году генерал - майор Антон Иванович Деникин, награжденный орденом Святого Георгия 4-й степени и золотым Георгиевским оружием [5, 13]. В декабре этого же года начальником штаба бригады, а позже - командиром 13 пехотного полка, входившего в ее состав, стал полковник Генерального штаба Сергей Леонидович Марков, будущий генерал – лейтенант, прославленный герой Добровольческой армии и Георгиевский кавалер [12].

В сентябре-октябре 1914 года на Северо - Западном фронте состоялась наступательная Варшавско - Ивангородская операция, закончившаяся поражением австро-германских войск [10,16].

В конце сентября 1914 года началась вторая Галицийская битва. Армии Юго-Западного фронта перешли в наступление и осадили крепость Перемышль. Была сформирована блокадная армия генерала Андрея Николаевича Селиванова. 8 армия генерала Алексея Алексеевича Брусилова и 3 армия перешедшего на русскую службу болгарского генерала Радко Дмитриевича Радко-Дмитриева отразили натиск четырех неприятельских армий [10, 16].

16 октября 1914 года германо-турецкий флот обстрелял русские черноморские порты. Турция объявила войну России. 19 октября был отдан приказ о переходе государственной границы и 20 - го Русская армия его выполнила. Началась война на Кавказском фронте, принесшая неувядаемую славу русскому оружию. 8 декабря турецкая армия Энвер-паши начала наступление на Сарыкамыш. После месячных упорных боев 90-тысячная армия турок была наголову разгромлена генералом Николаем Николаевичем Юденичем. Спаслось лишь 12400 человек, остальные погибли и попали в плен. Вся артиллерия была захвачена Русской армией. У Кавказской армии из 63 тысяч бойцов 20000 было убито и ранено и 6000 обморожено [16]. Выдающиеся успехи на Кавказе были обусловлены тем, что 50 % личного состава армии составляли терские и кубанские казаки. Выросшие в горах, отлично подготовленные и знавшие местность, прямые потомки ветеранов столетней Кавказской войны и наследники традиций ее героев, они составили ядро войска, не потерпевшего ни одного стратегического поражения на русско-турецком фронте. Впоследствии казаки создадут основу Белого движения на юге России [23].

Таким образом, из 6 крупнейших сражений кампании 1914 года 5 были выиграны Русской армией.

Выдающийся русский военный мыслитель, Георгиевский кавалер и непосредственный активный участник Первой мировой войны – генерал Николай Николаевич Головин так оценивал результаты кампании 1914 года:

«В отношении потерянных нами и занятых нами территорий, кампания 1914 года на Русском театре дает несравненно более благоприятную картину, нежели та, которую мы видим на французском театре. Хотя мы и потеряли небольшую часть Польши на левом берегу Вислы, но мы не собирались удерживать ее и по плану войны; зато мы овладели Галицией и вновь подошли с востока к Мазурским озерам. В итоге начертание нашего фронта улучшилось по сравнению с исходным положением в 1914 году» [10].

За кампанию 1914 года Русская армия потеряла около 1 миллиона человек убитыми, ранеными и пленными. Однако ее противники понесли не меньшие потери: Австро-венгерская армия – около 731 тысячи человек и Германская – около 200 тысяч [10, 16]. Если прибавить к этим потери наших противников на русско-турецком фронте, то общее соотношение жертв противоборствующих армий будет приблизительно 1:1. С соотношениями потерь 1941 года на советско-германском фронте они попросту несравнимы.

1915 год был самым тяжелым для Русской Императорской армии за всю Великую войну, хотя начался он весьма неплохо, несмотря на некоторые неудачи.

21 января Германская армия нанесла удар по нашим войскам у Гродно. 10 русская армия генерала Сиверса потерпела поражение от армии генерала Эйхгорна, но смогла избежать окружения и отступила [16]. 25 января начались бои за крепость Осовец, по которой германская артиллерия выпустила около 400000 снарядов калибра 305 и 420 мм, но гарнизон героически выдержал этот натиск [16].

Первого февраля началась одиннадцатидневная оборона Прасныша, которая дала возможность сорвать наступление Германской армии и перейти в наступление армии генерала Павла Адамовича Плеве, который проявил себя как выдающийся полководец и был награжден за этот подвиг орденом святого Георгия 4 степени [5, 41]. Германская армия отступила за линию границы [16]. Во время героической обороны Прасныша неувядаемой славой покрыл себя сводный отряд 63 пехотной дивизии, состоящий из 4 батальонов пехоты и 16 орудий. Возглавил его командир 250 Балтинского полка Алексей Константинович Барыбин [16]. Из сведений, собранных д. и.н. , мы узнаем, что Алексей Константинович родился 5.года в г. Орле. Окончил в 1881 году 4-й Московский кадетский корпус и в 1883 Одесское пехотное юнкерское училище [8]. Судя по его биографии, оконченному провинциальному училищу, и тому, что в возрасте 50 лет он был лишь полковником и командиром полка, можно предположить, что протекций этот скромный офицер не имел, да и происхождением был, скорее всего, из народных глубин, а не из дворянского сословия. Однако, ни скромное происхождение, ни отсутствие протекции, не помешали ему со столь малыми силами сковать части корпуса генерала Моргена, превосходившего его отряд численно более чем в 20 раз. Русские солдаты сражались до последней капли крови, а, израсходовав все патроны и гранаты, бились врукопашную ножами, штыками и саперными лопатками [34]. Когда немцы ворвались в Прасныш, полковник Барыбин и чины его штаба атаковали противника в штыки и практически все погибли. Чудом оставшийся в живых, весь израненный, Алексей Константинович принял свою шашку из рук генерала Моргена [16]. Рыцарские законы в той войне еще соблюдались. Однако ныне встает вопрос, а почему об этом подвиге практически ничего не известно? Почему о нем приходиться по крупицам узнавать из трех различных источников крайне отрывочные сведения? Чем подвиги русских офицеров и солдат, героев 1915 года, отличаются от аналогичных им в прошлых и последующих войнах? Барыбин хуже Георгиевского кавалера майора Федора Эдуардовича Штоквича – героя обороны Баязета в Русско-турецкую войну 1877-78 г. г. или майора Петра Михайловича Гаврилова – героя обороны Брестской крепости в 1941? С советской точки зрения - только одним: попав в плен в 1915 году, Алексей Константинович после революции через Данию вернулся на Родину и с 27 ноября 1918 года воевал в Белой армии на Севере России. С марта 1919 – в резерве чинов штаба Главнокомандующего [8]. На этом скупые сведения о нем обрываются. Его судьба характерна для подавляющего большинства офицеров Первой мировой. Именно поэтому в советских изданиях, посвященных этой войне, не было имен ее героев, иначе как было объяснить их дальнейшие биографии, практически сплошь связанные с Белым движением. Ну а вместе с командирами решили вычеркнуть из истории и героев-солдат, которые без офицеров воевать, естественно, не могли. Таким образом, Великая война была обезличена полностью. В советском варианте она стала войной без полководцев, без героев – офицеров и солдат. Не пора ли восстановить справедливость?

7 января на Юго-Западном фронте 2-я и 7-я австро-венгерские и Южная германская армии атаковали 8-ю русскую армию генерала . Началось первое Карпатское сражение, продолжавшееся до 7 февраля и закончившееся поражением австро-германских войск [16]. В боях за высокогорное село Лутовиско вновь прославилась бригада «железных стрелков» генерала . По пояс в снегу герои – солдаты под командованием своих храбрых офицеров во главе с командиром одного из полков – полковником Петром Алексеевичем Носковым, потерявшим в боях руку, но оставшемся в строю, атаковали отвесные скалы с укрепившимся на них противником и выбили его оттуда [12,13]. Антон Иванович Деникин был удостоен ордена Святого Георгия 3-й степени, став одним из 671 человека, награжденных им с 1769 года, и одним из 77 за Великую и Гражданскую войны. Носков за этот подвиг был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени [5]. Став к 1917 году генерал - майором, этот храбрейший и благороднейший офицер был зверски убит взбунтовавшейся солдатской чернью в мае того же года [12].

9 марта 1915 года была взята крепость Перемышль. Войскам генерала сдалось 135000 человек при 1050 орудиях, в том числе 9 генералов и 2300 офицеров. Падение Перемышля имело огромный общественный резонанс [10, 16], а генерал Андрей Николаевич Селиванов стал кавалером ордена Святого Георгия 3 степени [5].

30 марта ударные части 3 и 8 русских армий, в числе которых была 48 дивизия под командованием Лавра Георгиевича Корнилова, форсировали Карпаты и вошли в Венгрию. В плен было взято 900 офицеров, 70000 нижних чинов, 30 орудий и 200 пулеметов [13,16].

Между тем, вступление в войну Турции отрезало Россию от черноморских проливов, что значительно затруднило ее экономическое положение. Напряженность боев была очень высока, а промышленность еще полностью не переведена на военные рельсы. Таким образом, с одной стороны затруднялась поставка вооружений от союзников через черноморские порты, а с другой - начала сказываться недостаточность снабжения армии собственной промышленностью, в основном, в части тяжелой артиллерии и боеприпасов. Война на Западном фронте приняла позиционный характер, и Германское командование смогло перебросить на Восточный фронт 14 корпусов. Если в кампанию 1914 года против России было сосредоточено 21% сил Германской армии, то в 1915 году – 40% [10]. Кроме того, на Восточном фронте находилось подавляющее большинство войск Австро – Венгрии. Вступившие в командование объединенными силами Центральных держав фельдмаршалы Пауль Гинденбург и Эрих Людендорф решили в весенне-летней кампании 1915 года уничтожить Русскую армию и вывести Россию из войны. В прорыве у Горлице генералом Макензеном было сосредоточено более 200 тяжелых орудий, не считая легкой артиллерии. У Русской армии было всего 4 тяжелых орудия. На ураганный огонь германской артиллерии мы могли ответить 5-10 выстрелами на легкую пушку в день [10,16].

«Выход из создавшегося положения был только один: отвод всех армий вглубь страны, для того, чтобы спасти их от окончательного разгрома и для того, чтобы было с чем после восстановления снабжения продолжать войну. Но Русская ставка три месяца не может на это решиться. Только в первых числах августа начался грандиозный отход армий Северо - Западного фронта, проведенный с большим умением генералом Алексеевым. Много трагических переживаний выпадает на долю Высшего Руского командования за время этого отступления; сдаются крепости Новогеоргиевск и Ковно, очищаются крепости Ивангород, Гродно и Брест-Литовск, в тылу царит паника», - так описывает генерал состояние Русской армии в те тяжелые месяцы [10].

Можно себе представить, как больно было отдавать такой кровью завоеванные победы, проливая при этом еще большую кровь. В этих боях практически полностью была выведена из строя кадровая Русская Императорская армия. Потери убитыми, пленными и ранеными составили около 2 миллионов 500 тысяч человек. Было потеряно 2600 орудий. Началось «великое отступление» Русской армии. В середине сентября на австро-германском фронте в рядах армии насчитывалось всего лишь 870 тысяч бойцов [10,16]. В неудаче этого года винили Ставку, хотя ее вина была лишь частичной и заключалась в том, что «великий отход» начался позже на 3 месяца, чем это было необходимо. В основном потери были обусловлены подавляющим превосходством германской тяжелой артиллерии, буквально сметающей на своем пути все живое. Однако Русская армия отступала в полном порядке без «котлов» и окружений в отличие от отступлений Красной армии в 1941-42 годах [10, 13]. Казачьи полки наносили удары в стык австро-германских войск, наводили панику в тылу, замедляя тем самым движение частей наступающего противника. В этих боях прославился командир 10 Донского казачьего генерала Луковкина полка, будущий Донской атаман Петр Николаевич Краснов и высочайшую доблесть проявил Сергей Леонидович Марков. Вот как описывает один из многочисленных боевых эпизодов генерал :

«Помню дни тяжелого отступления из Галиции, когда за войсками стихийно двигалась, сжигая свои дома и деревни, обезумевшая толпа народа, с женщинами, детьми, скотом и скарбом... Марков шел в арьегарде и должен был немедленно взорвать мост, кажется через Стырь, у которого столпилось живое человеческое море. Но горе людское его тронуло, и он шесть часов вел бой за переправу, рискуя быть отрезанным, пока не прошла последняя повозка беженцев. Он не жил, а горел в сплошном порыве... Никогда не берег себя..» [12] .

Этот пример характеризует высокие моральные качества русского офицерского корпуса . Именно такие люди и составят основной кадр Добровольческой армии в начале Гражданской войны.

Фронт к зиме 1915-16 года остановился на линии Рига-Двинск – озеро Нарочь – Каменец – Подольск. Этот рубеж был дорого оплачен и кровью противников России, потерявших в боях более 1 миллиона человек [10]. Даже в этих неудачных для Русской армии боях соотношение потерь составило 2.5:1 не в нашу пользу, в отличие от (8-10):1 в годы Второй мировой войны даже в период успехов Красной армии.

23 августа 1915 года одновременно произошли два важных события: великий князь Николай Николаевич и его начальник штаба генерал Николай Николаевич Янушкевич были смещены со своих постов, и в Верховное главнокомандование вступил Русский Царь Николай II. Начальником штаба стал генерал Михаил Васильевич Алексеев; и в Циммервальде в Швейцарии открылся съезд социалистических партий, на котором Ленин выступил с лозунгами поражения России в войне и превращения «империалистической бойни в войну гражданскую – мирового пролетариата против мировой буржуазии». Таким образом, практически в один и тот же момент русский Царь возложил на свои плечи непосильное бремя ответственности за исход войны, а будущий «вождь мирового пролетариата» встал на путь предательства и прямой измены Родине [38, 41].