Этап восьмой. Начало прославления царя, 1988 – 1990 (стр. 1 )

ЭТАП ВОСЬМОЙ

НАЧАЛО ПРОСЛАВЛЕНИЯ ЦАРЯ

1988 – 1990

Кто без крестов, тот не Христов.

ГЛАВА 39

В конце 1988-го и вначале 1989-го началась моя новая жизнь, в которой уже не было места общественной индифферентности и аполитичности. Мне так и не удалось уберечься от социально-политических катаклизмов, от этических и духовных проблем нашего общества, которое сломя голову неслось тогда под гору, ломая всё на своём пути. Мне не удалось остаться просто свободным художником, сторонним наблюдателем и аутсайдером, позицию которого я так рьяно пропагандировал совсем недавно. Вместе с Широпаевым и Зеленовым я проводил почти всё свободное время на улице, возле нашего плаката с обращением о канонизации Царской Семьи.

С головой я погрузился в чтение разных интереснейших по сути запретных книг, которые стали для меня настоящим открытием. Самозабвенно начал изучать русскую историю, династические вопросы, национальные традиции, популярное богословие, церковное учение о царской власти. Увлёкся исследованием древних масонских языческих и сатанинских культов, заинтересовался происхождением кровавых человеческих жертвоприношений, исследуя в этой связи многовековую историю мирового заговора, корни которого уходили вглубь веков к древним иудеям. Всю сию популярную литературу эти редчайшие издания я находил в одном и том же месте у Вадима Кузнецова, частенько наведываясь к нему, в его «домашнюю церковь» на Арбате. Расположение его квартиры было весьма удобное, мимо ни за что не пройдёшь всё равно заглянешь на минутку. И не только ради приобретения книг, но и для того чтобы лишний раз пообщаться с ним и с его постоянными посетителями. От них я узнавал последние новости церковной жизни и в доходчивой форме получал ответы на некоторые интересующие меня запутанные вопросы.

Разумеется, я поспешил познакомить Вадима со своими друзьями-соратниками и единомышленниками Широпаевым и Зеленовым. Такой познавательной, реакционно-духовной и откровенно антисемитской литературы прежде мне ещё не приходилось читать. Только теперь я стал понимать, что раньше был глуп слеп и наивен как дитя, что, будучи демократом и жидолюбом (юдофилом) был подобен самоуверенному гимназисту, который, взяв карту звёздного неба начал её исправлять, вообразив себя астрономом и спасателем человечества.

Вскоре, я познакомился с ещё одним удивительным человеком, о котором всегда вспоминаю с благодарностью и теплотой – это священник отец Дмитрий Дудко. Вадим относился к нему неприязненно за его диссидентские и либеральные наклонности и за то, что его окружали евреи, а мне он стал в эти годы близким и родным человеком, а попросту первым духовником. Для меня тогда было очень важно услышать из уст священника тёплые слова о царе. А ведь именно отец Дмитрий и никто иной, не смотря на лагерную, колючую проволоку советского рая, за которой мы жили, впервые даже до канонизации за рубежом во всеуслышание заговорил о мученическом подвиге Царской Семьи. Про отца Дмитрия ходило много слухов, я узнал о нём давно ещё вначале 1980-ых, когда о нём часто говорили по «вражеским голосам» в радионовостях и религиозных передачах «Голоса Америки» и «Свободы». Тогда его преследовали за правду и чересчур смелую христианскую проповедь, которая естественно выходила за рамки дозволенного в СССР. Я хорошо запомнил, как чекисты подвергали его моральным истязаниям, заставляя публично покаяться, т. е. выступить по центральному телевидению и отказаться от диссидентской подрывной деятельности, при этом он должен был осудить своё сотрудничество с западными спецслужбами, называя себя агентом американского империализма. Его ломали, сажали, затем выпускали, заставляли молчать и от всего отрекаться, а он продолжал оставаться православным пастырем, человеком удивительного ума и доброты. В эту пору нахлынувшей свободы, он еженедельно, не смотря на свои преклонные годы и физический недуг, у него были больные ноги, проводил интересные собеседования, которые называл «Встречами во Христе». Это помимо службы в далёком подмосковном храме, где он был настоятелем, и куда ему приходилось ездить каждую субботу и на все церковные праздники.

Вокруг него было много почитателей слушателей и учеников. Основными посетителями этих вечеров были наши московские интеллигенты, люди всегда чего-то ищущие протестующие против всех и вся, против коммунизма, антисемитизма, фашизма, насилия, тирании и т. д., но при этом всегда толерантно и либерально относящиеся ко всему инородному иноверному ко всему, что чуждо русской душе. Батюшка привечал всех и никого не отталкивал от себя, оставаясь при этом убеждённым монархистом и государственником, правда, всё той же интернационально-патриотической ориентации как все наши современные красные патриоты. Иначе говоря, отец Дмитрий был советским патриотом-диссидентом типа Солженицына.

На его еженедельных вечерах-встречах можно было встретить и знакомые лица, к нему шли известные писатели и журналисты актеры и режиссёры. Даже не знаю почему, но отец Дмитрий полюбил меня с первых же дней нашего знакомства, явно выделяя из общей массы. Возможно, это произошло потому что, появившись в его окружении, я стал представлять собой некую здоровую правую оппозицию, ведь с самого начала я был полной противоположностью той мягкотелой, однородной публике, которая его постоянно окружала. А может быть, это произошло потому, что я также как и он был бывший политзаключенный.

Это был первый священник, мой духовный наставник и учитель, который повел меня как младенца-несмышленыша по пути спасения и правды, терпеливо простым языком объясняя мне все премудрости жизни и смерти. На себе я испытал его чудодейственную священническую молитву. Дело в том, что после ссылки я сильно пристрастился к табаку, курил как паровоз и ничего не мог с этим поделать. Сколько раз бросал это противное занятие, столько же раз и возвращался к нему. И тут вдруг как отрезало. Я без труда не только бросил курить, но даже не почувствовал негативных последствий, не испытал так называемую ломку и вообще какую-либо зависимость от табака. И всё это после того, как отец Дмитрий сказал, что просто помолится обо мне, записав меня в своё «общество трезвости». От винопития, конечно не отказался, да, собственно говоря, к этому я и не стремился, так сказать ещё не был морально подготовлен к отрезвлению, а вот курить и в самом деле завязал, и лет пять ещё после этого не брал в руки сигарет. Кроме того, он приучил меня читать ежедневные молитвенные правила и исполнять послушание. Например, по его слову я ежедневно вычитывал покаянный канон, духовно очищаясь и вразумляясь.

На одном из вечеров кто-то из присутствующих спросил отца Дмитрия о происхождении «Сионских протоколов», попросив его высказать своё, пастырское отношение к антисемитизму и вообще рассказать об отношении христиан к еврейскому вопросу. Этот вопрос возник в связи с тем, что лидеры нашумевшего движения «Память» в последнее время стали заявлять о своей приверженности к Русскому Православию. Дело было конечно не в «Памяти», которая к этому времени претерпела большие изменения, разделившись на несколько непохожих и даже враждующих между собой групп, лидеры которых страдали вождизмом и стремились доказать якобы только им одним свойственный истинный патриотизм. Основной костяк «Памяти» возглавлял Дмитрий Васильев, который делал упор на русско-имперское начало, восхваляя времена Столыпина. Другую группу возглавлял Николай Филимонов, осевший в ВООПИКЕ и занимавшийся восстановлением Казанского собора на Красной площади. А третью Константин Осташвили, который выступал за национально-пропорциональное представительство во всех сферах государственной власти. Были ещё две-три миниатюрные группки, повёрнутые на трезвости, откровенно языческой или прокоммунистической направленности, о которых говорить не приходится. Один из активистов подобных групп был большим любимцем прессы и телевидения, потому что носил майку с лозунгами: «Даёшь десионизацию!» на одной стороне, а на другой: «Если пьёшь вино и пиво, ты пособник Тель-Авива!» Именно таких клоунов показывали публике, выставляя их на всеобщее обозрение и делая посмешищем. И советский народ, как правило, именно по таким редким экземплярам судил обо всей «Памяти» равно как и обо всём русском патриотическом движении.

В то время почти все наши патриоты или вообще не имели отношения к Православию или имели, но очень условное, поскольку оно было для них скорее русской национальной традицией, нежели верой и основой своего русского существования. Уже тогда не понаслышке я имел возможность познакомиться с основными идеями и направлениями некоторых правых группировок, поскольку мне довелось познакомиться со многими их активистами и составить о наших патриотах своё собственное неоднозначное мнение.

Так вот об антисемитизме. Вопрос, обращенный к отцу Дмитрию Дудко, носил явно провокационный и двусмысленный характер. Его просто-напросто хотели привязать к новому мировому сообществу, соединив его церковно-пастырскую деятельность с общечеловеческими ценностями и демократическими традициями. Принуждая русского православного священника высказываться на эту тему, они хотели, чтобы он раз и навсегда осудил национализм вообще и русских черносотенцев в частности. Ведь евреи всегда считали его своим. Более того они видели в нём видного представителя антикоммунистической оппозиции, имя которого ставилось рядом с именами известных борцов с тоталитаризмом тоже священниками Александром Менем и Глебом Якуниным, неустанно высказывавшимся против «человеконенавистнических», антисемитских взглядов, процветавших по их мнению в нашей православной среде.

Напряженно вместе со всей публикой я ожидал ответ нашего батюшки, зная заранее его отношение к еврейскому вопросу. До этого я не раз спрашивал его об отношении христиан к еврейству, задавая порой слишком откровенные вопросы, но только наедине. Всесторонне и рассудительно, как подобает учителю, он обсуждал со мной непростые на его взгляд темы. Подолгу рассуждал не только об убийстве Царской Семьи, которую замучили именно евреи, но вообще о роли евреев в истории России и мира, затрагивая многие другие религиозные и политические вопросы, которые так или иначе были связаны с христианством. И тут батюшка неожиданно произнес: «А пусть Вячеслав подготовит к следующему разу доклад на затронутую нами тему». Это был неожиданный, но правильный ход, который я оценил по достоинству.

Разумеется, я отнесся к этому заданию добросовестно. Несколько дней к ряду я корпел над рефератом, обложившись книгами, и в результате у меня получился историко-богословский труд под названием «Знамение богооставлености». Это было первое литературно-публицистическое произведение, в котором я выступал в пока ещё незнакомой мне роли противника и обличителя жидовства. Надо сказать, что данное литературное исследование явилось как бы продолжением моей живописной авангардистской работы. Незадолго до этого я написал интересную картину, где изобразил в кровавых тонах разодранную завесу в Иерусалимском храме, над которой сияет белый крест. Это произведение до сих пор висит в моём доме. Рассуждать об этом таинственном событии, произошедшем в момент смерти Христа Спасителя на кресте, меня подвигло Святое Евангелие, поскольку именно там говориться о необычном знамении, о каком-то малопонятном, но исторически зафиксированном, мистическом происшествии, случившемся в тот момент в закрытом иудейском храме. Именно в этом необычайном явлении я и увидел определенное многозначительное данное свыше ЗНАМЕНИЕ БОГООСТАВЛЕННОСТИ. Итак, я писал:

Существует ли еврейский вопрос? Кому-то очень выгодно чтобы он существовал. Причём, в форме национальной противоположности. Рассуждать на эту тему непросто. Особенно, если об этом уже давно сказали великие богословы отцы церкви и многие другие подвижники Святого Православия. Своими словами я попытаюсь изложить то, что пока смог вместить. В богословской и святоотеческой литературе встречается выражение «богооставленость». Выражение это для многих может показаться непонятным, но оно перестанет быть таковым, когда человек обратится за помощью к Христу и Святому Евангелию. Евангелисты святые апостолы донесли до мира весть о том, что произошло с древним народом Израиля во времена пришествия Спасителя Сына Божия – Мессии Иисуса. Внимательно читая Святое Писание, от ваших глаз не могло скрыться явление, на которое особым образом указали святые Матфей, Марк и Лука. А именно. Христос, распятый на кресте испускает дух. В этот момент происходит внешне необычное явление. «Иисус же, опять возопив громким голосом, испустил дух. И вот, завеса в храме раздралась надвое сверху донизу; и земля потряслась; и камни расселись; и гробы отверзлись; и многие тела усопших святых воскресли, и вышедши из гробов по воскресении Его, вошли во святый град и явились многим» (Мф. Тоже указание на разодранную завесу мы читаем у других евангелистов (Мк. ; Лк.

Разодранная завеса – это и есть то знамение богооставлености, которое дал Отец Небесный иудеям как знак того, что когда-то особо выделенный им народ – богоизбранный народ Израиля, с этого момента оставлен Богом. До последней секунды, пока был жив земной жизнью Иисус Христос, пришедший в мир, дабы указать всем людям путь спасения (причём пришёл именно к избранному народу), иудеям давалась возможность принять Сына Божия в своё сердце. Возможность покаяться в своих грехах и пойти за Истинным Царем Израиля и Главой Церкви. А это значит, им предоставлялась возможность остаться с Богом, остаться богоизбранным народом, на который Всевышний возлагал особую надежду – несение Истины и Правды в мир. Бог возлагал на еврейский народ священную обязанность, которую ему надлежало исполнить до пришествия Мессии. Этот народ не был лучше или хуже какого-либо иного языческого народа. Просто на него наложили особое бремя – это и было его избранием. От них в свою очередь требовалось лишь одно – жить по вере Авраама и исполнять Закон Божий, данный Моисею. Но подавляющее большинство евреев уклонилось от духа закона, исполняя лишь букву его, т. е. формально соблюдая обряд, но не по любви к Богу, а из страха как учили фарисеи. «А Израиль, искавший закона праведности, не достиг до закона праведности. Почему? Потому что искали не в вере, а в делах закона; ибо преткнулись о камень преткновения» (Рим.

Поэтому, ещё до пришествия Христа народ сей духовно отпал от Бога и превратился в сынов дьявола (Ин.Не все иудеи были истинными иудеями, не в смысле национального происхождения, а в смысле религиозной преданности. «Из сатанинского сборища, из тех, которые говорят о себе, что они иудеи, но не суть таковы, а лгут» (Откр.Не все удостоились остаться избранными. Избранность – так же понятие не национальное, ибо много званых, но мало избранных. Апостол Павел говорил: «Не все те израильтяне, которые от Израиля, и не все дети Авраама, которые от семени его» (Рим.Теперь становится понятно, что такие понятия, как «Израиль» и «евреи» понятия не просто территориальные и племенные, а религиозно-мистические. В качестве дополнения хочу сказать о том, что такие понятия как «Россия» и «русский» тоже являются категориями духовными, Святая Русь – это больше чем Россия в своих границах, а русский – это вовсе не тот, кто умеет говорить по-русски и в ком течёт русская кровь. «Не православный, – говорил Достоевский, размышляя о сущности народа богоносца, – не может быть русским!» Русский – категория библейская.

Богоизбранничество евреев состояло в том, чтобы ожидая Мессию сохранять духовную чистоту и жить в послушании у Небесного Отца в богоугодном служении людям, а значит своему Создателю. Эта ноша была возложена на них задолго до пришествия Сына, чтобы через них весь языческий мир подготовить к принятию Единого Бога – Святой Троицы. Но евреи этого не исполнили, они не узнали, вернее не пожелали узнавать Сына, потому что не соблюдали Закон в духе, а Сын и был этим Законом Божиим. «Иисус сказал им: если бы Бог был Отец ваш, то вы любили бы Меня, потому что Я от Бога исшел и пришел; ибо Я не Сам от Себя пришел, но Он послал Меня. Почему вы не понимаете речи Моей? Потому что не можете слышать слова Моего. Ваш отец диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего; он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины; когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи. А как Я истину говорю, то не верите Мне» (Ин.

Пришествие Иисуса Христа давало им последнюю возможность сохранить связь с Богом. Отец послал в мир Сына Своего Единородного, ещё надеясь, хоть и в последний раз призвать сей народ к покаянию, надеясь на восстановление давно утерянной связи. Как видно Отец Небесный ещё питал надежды по великой милости Своей и пока не рвал духовную нить, которая незримо соединяла Его с этим народом, более того, по-прежнему Он пребывал в их в храме. Но иудеи не приняли дарованной им милости и прогневили своего Создателя. Уже давно они совершали беззакония противные Богу, так царепророк Давид в одном из псалмов (Пс.105) рассказывая об отступлении его единоплеменников, говорит о поклонении евреев идолам и о приношении кровавых человеческих жертв. Эти богомерзкие обычаи они переняли у языческих народов Востока. Впрочем, и в других ветхозаветных книгах, если читать их внимательно, содержатся многочисленные свидетельства еврейского богоотступления. К тому времени, когда явился Христос еврейские учителя (фарисеи, книжники, законники, архиереи-члены Синедриона) уже давно не поклонялись Господу и не исполняли Его Закон, а держались изустного предания своих старцев и старейшин (сионских мудрецов), которые тайно совершали идолопоклонство и приносили беззаконную жертву. А убив Сына Божия, они поставили последнюю точку и порвали последнюю нить с Богом. По наущению своих главарей – тайных служителей сатаны, евреи совершили тяжёлый общенародный грех – богоубийство. Отныне евреями в духовном, а не в этническом смысле, т. е. не впавшими в страшный грех и не потерявшими связь с Богом, остаются лишь немногие иудеи. А ведь званых было много. Но тем крепче связь с этими избранными, которые приняли Иисуса Христа. Кто же они? Это та малая часть еврейского народа, состоящая из учеников Спасителя и последователей Его учения, та ветхозаветная церковь, которая сохранила своё избранничество и вошла в новозаветную церковь. С этих пор они получают новое имя, они перестают быть иудеями и становятся христианами. А евреи в своём подавляющем большинстве, как в притче о винограднике (Мф. , где рабы возомнили себя хозяевами виноградника, вначале убивая хозяйских слуг (т. е. пророков), а после, осмелившись поднять свои руки на присланного к ним Сына Хозяина, убили Христа. Они предпочли взять на себя смертный грех богоубийства, безумно призывая Пилата на судилище: «Распни, распни Его! Кровь Его на нас и на детях наших» (Мф. Подозревали или нет древние евреи о том, на кого именно они подняли руку, и на что тем самым они обрекают себя и всех своих потомков? Думали они или нет о том, кому помогают и чьими рабами теперь становятся, добровольно принимая на себя каинову печать?

Несомненно, иудейские вожди знали, на что они идут, знали, на что они толкают свой народ и кому они служат при этом. В своём усердном служении дьяволу, они стремились связать всех единоплеменников и пометить их кровавой печатью богоубийства, которая, как бы прискорбно это не звучало, и поныне мистическим образом возлежит на каждом, кто родился в этом проклятом племени. «Да придёт на вас, – говорил Христос, – вся кровь праведная, пролитая на земле, от крови Авеля праведного до крови Захарии, сына Варахина, которого вы убили между храмом и жертвенником. Истинно говорю вам, что все сие придет на род сей» (Мф.

Судьба этого народа зловеща. Так же как Денница, сотворённый первым и бывший когда-то самым любимым ангелом Божиим, залюбовался собой и впал в грех гордыни, за что и низвергнут в преисподнюю вместе с сонмом отпавших от Бога ангелов, ту же участь уготовили себе евреи, избранный и когда-то любимый Богом народ. Он отпал от Бога так же, как павшие ангелы, возгордившись и укоренившись в грехе, который усугубили жестоким и нераскаянным убийством Господа нашего Иисуса Христа.

Итак, завеса в Иерусалимском храме, плачевная участь которого уже была предсказана Христом (Мф. раздирается пополам и проницательные люди понимают, что это не просто последствие землетрясения, понимают, что за этим кроется нечто важное и смысл этого важного явления ясен. «Кто имеет уши слышать, да услышит!» (Лк. Толкователи Священного Писания рассказывают о том, что в Храме Соломона имелось особое свящённое место, предназначенное Всевышнему, где Он всегда незримо пребывал – святая святых, место, отгороженное храмовой завесой. «Благословен Господь от Сиона, живый во Иерусалиме» (Пс. 1За эту завесу никто из простых людей не мог зайти под страхом смерти, даже члены Синедриона, лишь один из первосвященников и то один раз в год заходил туда для совершения определённого обряда. Мы видим, Бог посылает знамение, Он как бы показывает всему миру, извещает все народы о том, что навсегда оставляет иудейский храм пустым. Он показывает, что теперь прежняя связь с обольщёнными евреями порвана, и они лишены Его былого небесного покровительства. «Иерусалим, Иерусалим, убивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! Сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст. Ибо сказано вам: не увидите Меня отныне, доколе не воскликните: благословен грядый во имя Господне!» (Мф.

Но гордыня так овладела этим племенем, так ослепила его и всех его потомков, что и поныне евреи пребывают в полной уверенности своей избранности. Они считают себя некой сверхнацией, которая особенным образом выделена и непохожа на остальные народы, что дает им, якобы, право называться людьми, а всех остальных называть гоями – нелюдями в человеческом обличии. «Евреи называются людьми, – написано в Талмуде (144. Б), – остальные народы называются не людьми, а скотами». Избранность евреев конечно существует, только давно уже не Божия. Вот как писал о предназначении «избранного народа» Ульшер Гинцбург (он же Ошер Гинсберг), которому приписывается авторство так называемых «сионских протоколов», о которых мы ещё поговорим: «Народ, представляющий наиболее совершенный тип человечества, должен всегда оставаться в меньшинстве и никоим образом не может разделить свои предначертания с каким-либо другим народом. Такая нация будет владычествовать над другими. Нация эта – Израиль, являющий собой среди других народов, действительно, высший тип человечества. Израиль вернёт идее «добра» то значение, которое она имела раньше. «Добро» применяется к сверхчеловеку или к сверхнации, которая имеет силу, чтобы распространить и дополнить свою жизнь, а также и волю, чтобы стать господином вселенной, не считаясь ни с тем, чего это может стоить массам низших существ и низших народов, ни с бедствиями, которым они могут подвергнуться. Ибо один только сверхчеловек и одна только сверхнация – цвет и цель человеческого рода: остальные (гои) созданы только для того, чтобы служить лестницей, по которой можно было бы подняться на заветную вершину» (см. Фрей. Тайный вождь иудейский).

Иудеи, обагрившие себя кровью Христа, предают Бога, отрываются от Него и опустевший храм с разодранной завесой лучшее тому свидетельство. Но, как известно, свято место пусто не бывает! В храме, где до этого совершалось единение с Богом, недаром Спаситель называл его домом Отца, в образовавшейся пустоте с наглой самоуверенностью теперь поселяется иной – это враг Божий и враг человеческий – дьявол. Он занимает освободившееся место, заполняя пустоты своими демонами. С тех пор евреи-иудаисты общаются с ними в своих богомерзких синагогах. «Синагога, – взывал вселенский святитель Иоанн Златоуст, – есть не только непотребный дом и театр, но и вертеп разбойников и логовище зверей: не вертеп ли гиены, говорится, достояние мое мне (Иер. 12. 8; 7, 11), вертеп не просто зверя, но зверя нечистого (…) А когда Бог оставит, то какая уж надежда на спасение? Когда оставит Бог, тогда место то делается жилищем демонов (…) Итак, если они не знают Отца, распяли Сына, отвергли помощь Духа; то кто не может смело сказать, что место то (синагога) есть жилище демонов? Там не поклоняются Богу, нет; там место идолослужения» (см. Слово первое против иудеев).

Сатана, увлекший за собой падших ангелов, так же легко подчинил себе и целое человеческое племя, которое, добровольно приняв на себя кровь Сына Божия, отныне осознанно служит темным силам и поклоняться своему мерзкому идолищу. Возглавляя при этом армию, ведущую непримиримую и многовековую войну против Христа и всего христианского мира. Впрочем, это племя лишь мистически едино, потому что связано проклятием, а на самом деле многие евреи даже не догадываются о том, кому они служат. Как и прежде в тайны и в глубины сатанинские посвящены лишь отдельные вожди иудаизма, знакомые с каббалой, талмудом и другими черными книгами. Именно эти маги и чародеи совершают сатанинский ритуал, в основе которого лежат кровавые человеческие жертвоприношения. Таким непотребным образом они хотят умилостивить своего рогатого господина и хозяина ада. Об этом же говорил известный русский писатель Владимир Даль в своей разоблачительной книге о ритуальных убийствах: «Изуверный обряд этот, – писал он в предисловии, – не только не принадлежит всем вообще евреям, но даже, без всякого сомнения, весьма немногим известен! Он существует только в секте хасидов или хасидым (?) секте самой упорной, фанатичной, признающей один только талмуд и раввинские книги и отрекшийся, так сказать, от Ветхого Завета; но и тут составляет он большую тайну, может быть, не всем им известен и по крайней мере, конечно, не всеми хасидами и не всегда исполняется; не подлежит однако же, никакому сомнению, что он никогда не исчезал вовсе, со времени распространения христианства, и что поныне появляются от времени до времени между жидами фанатики и каббалистические знахари, которые, с этою двоякою целью, посягают на мученическое убиение христианского младенца и употребляют кровь его с мистически-религиозною и мнимо-волшебною целью» (см. . Записка о ритуальных убийствах).

Цели конечно не мнимо-волшебные, а реально-колдовские. А под означенной сектой подразумеваются те немногочисленные евреи, которые посвящены в адскую кухню и обучены магическим контактам с тёмными силами ада. Восставший на Бога народ, лишившийся Его помощи, становится как бы уязвимым перед кознями дьявола, он как бы попадает в расставленные сети и превращается в злейшего врага Христа, против которого начинает вести изощрённую борьбу. Конечная цель богоборцев – низвержение Христа и завладение мировой властью, т. е. подготовка воцарения Его противоположности, того, кого они признают своим мессией – антихриста. С этим ожиданием лжемессии, как утверждал И. Лютостанский в своей книге «Талмуд и евреи», как раз и связано происхождение слова «жид». Оно имеет русские корни, поскольку евреи именуются людьми ожидающими или жидущими.

Впрочем, существуют и другие объяснения происхождения слова «жид». Есть, например, мнение, что это слово древнехалдейского происхождения и имеет прямое отношение к фаллическому культу египетских и вавилонских идолопоклонников, тайное вероучение которых и переняли евреи, находившиеся в египетском и вавилонском плену. Так или иначе, Священное Писание выделяет понятие «жидовство» как особое вероучение среди евреев – учение противоположное Закону Бога Вышнего, т. е. учение от сатаны. Как известно в переводе на общедоступный русский язык такие слова как «жид», «жидовин», «жидовство» стали писаться как «иудей» и «иудейство». В то время как эти слова отнюдь не являются синонимами. В церковно-славянском евангельском тексте каждое из этих слов употребляется отдельно и выражает разные понятия. «Евреи» – понятие этническое, «израильтяне» – территориальное, «иудеи» – религиозное, т. е. верные Богу ветхозаветные христиане, а «жиды» – понятие вероисповедное и абсолютно враждебное древнему иудейству, хотя еврейские вожди и пытались его смешать и даже объединить с иудейской верой, используя одну и ту же корневую основу двух слов. Антииудейское жидовство евреи восприняли у язычников и хранили как предание старцев, а после оно оформилось в учение каббалы талмуда и других оккультных сатанинских книг.

Существует также и научно-историческое объяснение происхождения слова «жид», его мы находим в книге Г. Бостунича о масонстве, в которой он приводит цитату одного русского профессора: «Между словами «еврей» и «жид», – пишет автор, – различие то же, что между словами «славянин» и «русский». Конечно, все русские в то же время славяне, как и все жиды в тоже время евреи. Но как странно и нелепо было бы требовать, чтобы никто не смел называть нас русскими, а все называли бы нас славянами, так нелепо требовать, чтобы никто не смел называть жидов жидами, а именовал бы их евреями (…) Название «еврей» происходит от имени «Евер» одного из послепотопных патриархов, родоначальников еврейского народа, а название «жид» происходит от имени «Иуда» как звался четвертый сын патриарха Иакова. «Еврей» старше «Жида» на девять поколений (Евер, Серух, Нагав, Нахор, Фарра, Авраам, Исаак, Иаков, Иуда) (…) Ни в Европе, ни в России евреев совсем нет или очень мало, и не известно даже, кто к ним принадлежит; собственно евреи населяли царство израильское разрушенное ассириянами, рассеявшееся и исчезнувшее неизвестно куда; по Европе же и России распространились наследники царства иудейского, потомки Иуды, т. е. жиды» (см. Г. Бостунич. Масонство и русская революция).

«Мы называем иудеев жидами, – пишет другой русский историк А. Нечволодов, – а не евреями, как их часто называют многие русские писатели новейшего времени, и делаем это потому, что Евер, предок Авраама, считается родоначальником многих семитических племён, в том числе и арабов; иудеи же происходят от потомков Иуды, почему на всех европейских языках для них и имеются названия, происходящие от слова Иуда: юде – по-немецки, джю – по-английски, жюйф – по-французски, жид – по-польски и так далее; наши летописцы, а также историки – Карамзин и Соловьев, тоже неизменно называют иудеев – жидами» (см. А. Нечволодов. Сказание о Русской Земле. 1913).

Великий подвижник Святого , духовное чадо знаменитого оптинского старца Варсанофия, поведал миру о том, как проклятое племя готовит царство антихриста. С Божьей помощью ему удалось узнать, раскрыть и освятить чудовищные богоборческие замыслы жидов – этого «рода лукавого и прелюбодейного» этого «племени сатанинского». И что самое важное, он смог привести в доказательство документы, которые изобличают антихристианскую жидо-масонскую деятельность. Эти документы и получили название «Протоколы сионских мудрецов». Название «протоколы» не совсем согласуется с характером текста, который является конкретной программой действующей тайной организации всемирного жидовства. Сам Нилус так говорил об этом: «Нельзя попутно не заметить, что название рукописи не вполне соответствует её содержанию: это не протоколы собраний, а исходящий от кого-то, власть имеющего, доклад, разделённый на части, даже не всегда между собою логически связанные; впечатление остаётся такое, что это, как будто, отрывок чего-то гораздо более значительного, начало и многие подробности которого или утрачены, или не были отысканы» (см. . Грядущий антихрист. 1911).

Из истории появления «протоколов» достоверно известно следующее: появились они в 1897-ом, кстати, не случайным совпадением выглядит тот факт, что в том же году состоялся первый съезд сионистов и тогда же создан жидо-марксистский БУНД, из которого как из яйца вылупились социал-демократы, породившие ленинский большевизм. В том же году «протоколы» были отпечатаны в московской губернской типографии с переводом на русский язык всего в ста экземплярах. В 1901-ом они попали в руки и профессора , который впервые использовал их в своей книге «Враги человечества».

В 1901-ом и 1902-ом в «Письмах к ближним» эти «протоколы» использовал и комментировал знаток иудаизма, знаменитый русский публицист, расстрелянный после революции чекистами, (газ. «Новое время»). В те годы никакой коммунистической революцией и мировой войной ещё не пахло, но именно из этих «протоколов» христианский мир впервые узнал о том, что главным способом свержения тронов и алтарей считается ни что иное, как революционное разрушение и разжигание войны. Именно в «протоколах» указывалось на атеизм, анархизм, марксизм, дарвинизм, ницшеанство, как на разрушительную революционную силу, которая умерщвляет дух и разлагает народы мира.

В 1905-ом «протоколы» были опубликованы Нилусом в книге «Великое в малом», и озаглавлены автором в апокалипсическом духе – «Антихрист, как политическая возможность». Однако, появление «протоколов», как это ни странно сегодня звучит, не произвело должного эффекта, никто из государственной власти не забил в набат и не попытался защитить отечество от надвигающейся разрушительной волны. Лишь народные низы – чёрный люд и духовенство, организовавшиеся в Союз Русского народа выступили против жидо-масонского сатанизма. «Один Господь знает, – писал Нилус, – сколько мною было потрачено от 1901 г. по 1905 год тщетных усилий дать им движение с целью предварения власть имущих о причинах грозы, уже давно собиравшейся над беспечной, а теперь – увы! – и обезумевшей Россией. И только в 1905 г. совершилось печатание зловещей рукописи в предостережение всем тем, кто ещё имеет уши слышать и очи, чтобы видеть».

Нилус взывал к высокопоставленным и влиятельным людям, прося сделать хоть что-нибудь против надвигающейся угрозы, но ему сказали коротко и ясно: «Поздно!» К такому заключению пришёл брат царя Великий Романов, который вскоре после этого был разорван на куски бомбой революционеров. Трудно сейчас объяснить, почему даже Государь не отреагировал должным образом, хотя, прочитав «протоколы», написал на полях: «Какая глубина мысли!!! Какое предвидение!!! Какая точность исполнения! Наш пятый (1905) год под их дирижёрством!»

Реакция на появление «протоколов» была неоднозначной, одни смеялись, не веря в эту «чепуху», другие, испугавшись грозящего разоблачения, забились в норы или эмигрировали, продолжая бороться с Богом установленной властью, делая вид будто ничего не произошло. Пресса умышленно хранила молчание, игнорируя книгу Нилуса так же, как она это делала в 1902-ом, когда вышла книга Бутми «Враги человечества». И, тем не менее, обличённое еврейство начало действовать, правда, не в лоб, а исподволь. Под шумок разгулявшейся анархии книги Бутми и Нилуса незаметно для всех скупались и уничтожались. А когда к власти пришли жидо-большевики, эти книги стали искать и изымать из публичных и частных библиотек, уничтожая теперь уже не только книги, но и тех, кто их читал и знал хоть что-нибудь о мировом заговоре. Так, например, курчавые брюнеты в кожанках приходили в монастыри и спрашивали монахов: «Читали? Знаете?» А когда получали утвердительный ответ, то «пускали в расход» тех, кто знал о том, как готовится и кем готовится царство антихриста, надеясь таким образом уничтожить саму память русского народа. И лишь единичные, чудом уцелевшие экземпляры до сих пор гуляют по России и по всему миру и зачитываются до дыр.

Те, кто пытается доказать подложное происхождение «протоколов», ссылаются на то, что они появились на свет в самый разгар революции, и поэтому, мол, они являются фальшивкой, которую сфабриковала царская охранка, боровшаяся с революционерами и другими прогрессивными политическими деятелями. Вздорность этого утверждения настолько очевидна, что не требует особых усилий, чтобы доказать обратное. Напротив, полиция сделала слишком мало для того, чтобы «протоколы» увидели свет, она проявила поистине преступную беспечность, если не сказать больше. К сожалению не исключено, что это было умышленное сокрытие неугодной правды. Ведь не секрет, что к началу ХХ века метастазы масонства уже проникли в кабинеты и государственной власти. Дело в том, что по поручению царского правительства руководитель заграничной, секретной полиции парижского центра генерал Рачковский ещё в 1897-ом приобрёл через своего агента за большую сумму денег один подлинный экземпляр «протоколов». Как документ, подтверждающий намерения заговорщиков он отправил в министерство внутренних дел в столицу Империи. Там в архивной пыли он почему-то пролежал без движения (!) аж двадцать лет. Как объяснить тот факт, что Департамент полиции имел на руках такой особой важности документ, но никто о нём ничего не знал до тех пор, пока «протоколы» не были опубликованы Нилусом и Бутми?