Правовая охрана и использование единых технологий, созданных за счет или с привлечением бюджетных средств (стр. 3 )

По смыслу нормы, закрепленной в п. 3 ст. 1546 ГК РФ, исполнитель обязан, несмотря на принадлежность права на единую технологию de jure публичному образованию, завершить оплаченную из средств бюджета работу, связанную с принятием мер для признания за ним и получения прав на соответствующие результаты интеллектуальной деятельности. Дальнейшая судьба этих прав предопределена правилами, содержащимися в п. 3 ст. 1546 ГК РФ, ст. 1547 ГК РФ, Федеральном законе "О передаче прав на единые технологии". Права на результаты интеллектуальной деятельности вначале приобретаются исполнителем, затем они передаются публичному образованию, которое в случаях, определенных ст. 1547 ГК РФ, отчуждает их лицу, заинтересованному во внедрении технологии и обладающему реальными возможностями для ее внедрения. Отчуждение происходит по правилам, установленным Федеральным законом "О передаче прав на единые технологии".

Траектория движения прав на охраняемые результаты интеллектуальной деятельности, входящие в состав единой технологии, рассчитанная законодателем, как представляется, далека от совершенства и необъяснима с позиции здравого смысла.

Продемонстрируем сказанное на одном фрагменте из десятка, если не сотен возможных вариантов развития событий. Предположим, что исполнитель не обеспечил до истечения шести месяцев приобретение исключительного права на изобретение, необходимое для включения в состав единой технологии в качестве одного из ее элементов. Право на технологию, создаваемую за счет средств бюджета, в этом случае по закону принадлежит публичному образованию, например, РФ. Несмотря на то что обеспечение приобретения исключительного права на изобретение не состоялось, исполнитель обязан принять меры для получения права на данное техническое решение. Санкции за непринятие этих мер отсутствуют, по меньшей мере, в настоящее время. Возникает абсурдная ситуация. Исполнитель обязан принять меры, непринятие которых привело к переходу права на технологию к публичному образованию. Если же он примет указанные в законе меры, а принять их исполнитель должен под угрозой блокирования дальнейшего движения прав, то несмотря на это право на технологию к исполнителю обратно не переходит. Если соответствующие меры исполнителем приняты не будут, ситуация заходит в тупик, а потраченные средства можно в установленном бюджетном законодательством порядке списывать.

Одним из элементов режима технологии, право на которую принадлежит публичному образованию, является установление законодателем возможности управления и распоряжения эти правом.

Термин "управление правом на технологию" является новым для гражданского законодательства. Указанный термин продолжает ряд наполненных содержанием цивилистических интерпретаций управления, а именно: оперативное управление, доверительное управление имуществом, управление правами на коллективной основе.

Ни под одну из перечисленных интерпретаций названный термин не подходит. Смысл его введения, по правде говоря, не ясен, поскольку в подавляющем большинстве случаев права на технологию, принадлежащие публичному образованию, подлежат отчуждению лицу, обладающему реальными возможностями для ее внедрения (ст. 1547 ГК РФ).

Порядок управления правом на технологию, принадлежащим РФ, определяется Правительством РФ, а правом на технологию, принадлежащим субъекту РФ, - органом исполнительной власти субъекта РФ.

Возможность распоряжения правом на единую технологию, принадлежащим публичному образованию, закреплена нормами, содержащимися в п. 5 ст. 1546 ГК РФ и ст. 1547 ГК РФ. Общая схема распоряжения выглядит следующим образом: исполнитель - публичное образование - приобретатель (исполнитель).

При этом отчуждение права на технологию следует интерпретировать как частный случай распоряжения указанным правом (п. 1 ст. 1233 ГК РФ), а переход права от исполнителя к публичному образованию - как особый случай возникновения (получения) права в силу предписания закона.

Право на единую технологию, возникшее у публичного образования по основаниям, установленным пп. 2 и 3 п. 1 и п. 2 ст. 1546 ГК РФ (принятие публичным образованием обязательств по финансированию работ по доведению технологии до стадии практического применения; необеспечение исполнителем действий, необходимых для признания за ним или приобретения исключительных прав в шестимесячный срок), подлежит отчуждению лицу, заинтересованному во внедрении технологии и обладающему реальными возможностями для ее внедрения. Такое отчуждение должно быть совершено не позднее чем по истечении шестимесячного срока со дня получения публичным образованием прав на результаты интеллектуальной деятельности, необходимых для практического использования этих результатов в составе единой технологии.

Несколько иные сроки для отчуждения права на технологию установлены для случая, когда последняя непосредственно связана с обеспечением обороны и безопасности РФ. Указанное право должно быть отчуждено лицу, заинтересованному во внедрении технологии и обладающему реальными возможностями для ее внедрения, незамедлительно после того, как РФ утратит необходимость сохранения этого права за собой.

По общему правилу отчуждение публичным образованием права на технологию третьим лицам осуществляется возмездно по результатам проведения конкурса. Из этого правила законодатель делает исключение. В случае невозможности отчуждения принадлежащего публичному образованию права на технологию на конкурсной основе указанное право передается по результатам проведения аукциона.

Порядок проведения конкурса и аукциона на право заключения договора о передаче прав на единые технологии установлен нормами, содержащимися в ст. 5 и 6 Федерального закона "О передаче прав на единые технологии" соответственно.

Согласно норме, сформулированной в абз. 3 п. 2 ст. 1547 ГК РФ, возможные случаи передачи публичным образованиям права на технологию без проведения конкурса или аукциона определяются Федеральным законом "О передаче прав на единые технологии". В настоящее время эти случаи установлены правилами ст. 8 указанного закона.

Реализация преимущественного права исполнителя осуществляется в порядке, установленном ст. 7 Федерального закона "О передаче прав на единые технологии". Согласно правилам, закрепленным в указанной статье, исполнитель пользуется преимущественным правом, если он является участником соответствующего конкурса или аукциона. При этом организатор торгов обязан направить исполнителю приглашение принять участие в конкурсе или аукционе независимо от того, являются они закрытыми или открытыми.

С победителями конкурса или аукциона заключаются договоры о передаче прав на единые технологии. Условия указанных договоров определены в ст. 10 Федерального закона "О передаче прав на единые технологии", а их примерные формы утверждаются Правительством РФ.

Преимущественное право на заключение с публичным образованием договора о приобретении права на технологию (в Федеральном законе "О передаче прав на единые технологии" он именуется как договор о передаче прав на единые технологии) имеет при прочих равных условиях исполнитель, которым было организовано создание результатов интеллектуальной деятельности, входящих в состав единой технологии (п. 3 ст. 1547 ГК РФ).

Победителем конкурса при прочих равных условиях признается исполнитель.

Исполнитель признается победителем аукциона, если после троекратного объявления аукционистом последнего предложенного размера вознаграждения за отчуждение прав на единую технологию по договору о его отчуждении или последнего предложенного размера вознаграждения по лицензионному договору он заявил о своем намерении уплатить такой размер вознаграждения и при этом никакой другой участник аукциона не заявил о своем намерении предложить более высокий размер вознаграждения. Очевидно, что такого преимущественного права не имеет исполнитель, организовавший создание технологии за счет бюджетных средств, но не профинансированной публичным образованием, в частности, ее доведения до стадии практического применения.

Договор о приобретении права на технологию, заключаемый по результатам конкурса или аукциона, носит возмездный характер.

Размер, условия и порядок выплаты вознаграждения за приобретение права на единую технологию определяется соглашением сторон. Допускается и безвозмездная передача прав на единую технологию. Такая передача возможна в случаях, когда внедрение технологии имеет важное социально-экономическое значение либо важное значение для обороны или безопасности РФ, а размер затрат на ее внедрение делает экономически неэффективным возмездное приобретение права на технологию. Случаи, в которых допускается безвозмездная передача права на технологию, определяются Правительством РФ.

§ 4. Правовой режим технологии, принадлежащей совместно нескольким лицам

Правовой режим единой технологии, права на которую принадлежат совместно нескольким лицам, регламентирован правилами ст. 1549 ГК РФ и ст. 12 Федерального закона "О передаче прав на единые технологии".

Согласно п. 1 ст. 1549 ГК РФ право на технологию, созданную с привлечением бюджетных средств и средств других инвесторов, может принадлежать одновременно РФ, субъекту РФ, другим инвесторам проекта, в результате осуществления которого создана технология, исполнителю и иным правообладателям.

Приведенная норма очерчивает круг лиц, финансовые вложения которых в создание технологии наделяют их юридически обеспеченной возможностью совместно "осуществлять право на единую технологию". В их числе значится и фигура исполнителя, т. е. лица, организовавшего создание единой технологии за счет или с привлечением средств бюджета публичного образования. Следует подчеркнуть, что указанная юридическая возможность проистекает не из факта организации создания единой технологии (п. 1 ст. 1544 ГК РФ), а из факта инвестирования собственных или привлеченных средств в проект, венчающийся событием, именуемым по смыслу правил гл. 77 ГК РФ созданием технологии. В этой связи возникает вполне правомерный вопрос о соотношении прав на единую технологию, принадлежащих исполнителю, с правами на эту же технологию так называемых инвесторов, льготное положение среди которых занимают публичные образования. Ответ на него был бы достаточно прост, если указанных инвесторов рассматривать в качестве соисполнителей, т. е. лиц, совместно организовавших создание технологии. В этом случае все соинвесторы, выступающие в роли соисполнителей, оказывались бы в равном положении и на них в полной мере могли бы быть распространены правила ст. 1544 ГК РФ. Однако это не так, поскольку фигура исполнителя, будь он даже и одним из соинвесторов, не приравнена к "другим инвесторам проекта" (п. 1 ст. 1549 ГК РФ), на которых не распространяются, в том числе правила, закрепленные в п. 3 ст. 1546 ГК РФ. Что это означает? Это означает, что исполнитель должен быть поставлен в привилегированное положение по сравнению с другими лицами, ибо он прилагал усилия к созданию единой технологии, в том числе и посредством включения в нее собственных результатов интеллектуальной деятельности. Этого требует владение логикой ситуации и чувство справедливости, которые отказывают законодателю при конструировании им модели "совместного осуществления права" на единую технологию. В рамках этой модели имеет место дискриминация исполнителя, поскольку его право на технологию как бы растворяется среди юридической возможности совместного осуществления права с другими лицами. Выступать в роли исполнителя при наличии "других инвесторов проекта" становится, мягко говоря, нерентабельно.

Среди лиц, наделяемых законодателем возможностью совместного осуществления права, выделяются "иные правообладатели". При попытке их идентифицировать мы в очередной раз сталкиваемся с ситуацией, не получившей должного разрешения в рамках гл. 77 ГК РФ.

Анализ правил, закрепленных в ст. 1549 ГК РФ, показывает, что законодатель не дает прямого ответа на этот вопрос.

Предположительно, к таковым могут быть причислены лица, к которым право на технологию, созданную с привлечением бюджетных средств и средств других инвесторов, перешло в результате распоряжения этим правом, осуществленного по общему согласию соинвесторов (абз. 2 п. 2 ст. 1549 ГК РФ).

Весьма неопределенная ситуация может сложиться на практике в связи с исполнением публичным образованием обязанности по отчуждению права на технологию лицу, заинтересованному в ее внедрении, причем во внедрении в полном объеме (п. 1 ст. 1547 ГК РФ). Аналогичной обязанности у других соинвесторов нет. Юридические механизмы возможного разрешения указанной ситуации, закрепленные нормами ст. 12 Федерального закона "О передаче прав на единые технологии", в полной мере не способны расставить все точки над i.

Так, согласно ч. 1 указанной статьи лица, которым право на единую технологию принадлежит совместно с РФ или субъектом РФ, имеют преимущественное право на приобретение права на единую технологию в полном объеме. Лицо, осуществляющее от имени публичного образования распоряжение правом на единую технологию, обязано предложить в первоочередном порядке этим лицам приобрести указанное право.

Если никто из соинвесторов не выразит желания приобрести право на единую технологию в полном объеме и не достигнуто общее согласие о передаче права, лицо, осуществляющее распоряжение правом на единую технологию от имени публичного образования, имеет право распорядиться правом на данную единую технологию в порядке, установленном Федеральным законом "О передаче прав на единые технологии", с учетом интересов всех лиц, которым право на единую технологию принадлежит совместно с публичным образованием.

Несложно заметить, что законодатель, формулируя норму ч. 2 ст. 12 Федерального закона "О передаче прав на единые технологии", по существу, перечеркивает правило абз. 2 п. 2 ст. 1549 ГК РФ, не содержащего оговорки "если иное не установлено Федеральным законом".

Нарушение предписаний, касающихся порядка распоряжения правом на единую технологию и предполагающих наличие консенсуса среди соинвесторов (п. 2 ст. 1549 ГК РФ), может повлечь признание сделки по распоряжению правом недействительной вследствие ее оспоримости. Согласно правилу п. 3 ст. 1549 ГК РФ сделка по распоряжению правом на технологию, совершенная одним из лиц, которым совместно принадлежит право на технологию, может быть признана недействительной по требованию остальных правообладателей из-за отсутствия у лица, совершившего сделку, необходимых полномочий в случае, если будет доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать об отсутствии этих полномочий.

Необходимые полномочия в данном случае должны быть зафиксированы в соглашении, заключенном между правообладателями. Представляется, что указанное соглашение, хотя закон этого и не требует, должно быть заключено в письменной форме. В литературе между тем высказывается точка зрения, согласно которой "...законодатель исходит из презумпции наличия согласия всех правообладателей, если сделка по отчуждению совершается одним из них"*(58).

Правилами ст. 1549 ГК РФ установлена схема распределения доходов от использования технологии, а также доходов от распоряжения правом на эту технологию. В соответствии с указанной схемой доходы от использования технологии, право на которую принадлежит совместно нескольким правообладателям, а также от распоряжения этим правом распределяются между правообладателями по соглашению между ними. В этом отношении указанная схема несколько отличается от схемы распределения доходов от совместного использования результата интеллектуальной деятельности (абз. 2 п. 3 ст. 1229 ГК РФ). В последнем случае такие доходы распределяются между всеми правообладателями поровну, если соглашением между ними не предусмотрено иное.

Правилами, закрепленными в п. 5 ст. 1549 ГК РФ, вводится в гражданско-правовой обиход новый объект, представляющий собой самостоятельный результат научно-технической деятельности и именуемый частью технологии. Право на часть технологии, имеющей самостоятельное значение, равно как и на всю технологию может принадлежать нескольким лицам.

Часть технологии обретает самостоятельное значение при наличии возможности ее независимого использования от иных частей единой технологии. Так считает законодатель. При этом он обходит молчанием вопрос о самостоятельном значении части единой технологии, если эта часть может также использоваться независимо от единой технологии в целом.

Каждый из правообладателей вправе по своему усмотрению использовать соответствующую часть технологии, имеющую самостоятельное значение. Иное может быть предусмотрено соглашением правообладателей. Доходы от использования части технологии должны поступать лицу или лицам, которые обладают правом на нее.

Распоряжение правами на части единых технологий, имеющих самостоятельное значение, осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом "О передаче прав на единые технологии".

Глава 3. Договоры, опосредующие передачу прав на результаты интеллектуальной деятельности, входящие в состав единой технологии

§ 1. Договор об отчуждении исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец

Понятие и элементы договора. Дефинитивная норма, раскрывающая понятие указанного договора, закреплена в ст. 1365 ГК РФ. Ранее действовавшее законодательство (п. 5 ст. 10 Патентного закона РФ от 01.01.01 г. N 3517-1*(59)) именовало названный договор договором о передаче исключительного права (уступки патента). Распоряжение исключительными имущественными правами, вытекающими из обладания патентом, может осуществляться по воле патентообладателя установленными законом способами и опосредоваться различными правовыми формами. Договор об отчуждении исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец выступает одной из таких правовых форм. Отчуждение исключительного права (отчуждение патента) осуществляется в рамках юридической модели договора купли-продажи, но с учетом характера предмета сделки, в качестве которого выступает товар sui generis, переходящий к покупателю не в виде телесного объекта, а в виде определенного объема прав и обязанностей имущественного характера. Поэтому правило п. 4 ст. 454 ГК РФ, согласно которому к продаже имущественных прав применяются правила об общих положениях купли-продажи, если иное не вытекает из характера этих прав, должно использоваться с известными оговорками. При отчуждении патента могут применяться и иные договорные модели, в частности, мены и дарения.

Сам термин "отчуждение патента", применяемый законодателем в одном ряду с термином "отчуждение исключительного права", достаточно условен, поскольку имеет место, по существу, замена одного патентообладателя на другого.

Согласно ст. 1365 ГК РФ по договору об отчуждении исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец (договор об отчуждении патента) одна сторона (патентообладатель) передает или обязуется передать принадлежащее ей исключительное право на соответствующий результат интеллектуальной деятельности в полном объеме другой стороне - приобретателю исключительного права (приобретателю патента).

Договор об отчуждении патента является консенсуальным, поскольку считается по общему правилу (п. 1 ст. 432 ГК РФ) заключенным с момента, когда стороны достигли соглашения по всем существенным условиям. Вступление приобретателя в права патентообладателя не совпадает по времени с моментом заключения договора об уступке патента.

Вместе с тем используемая законодателем формулировка "передает или обязуется передать" допускает и реальный характер договора об отчуждении патента, что противно самой природе перехода исключительного права на нематериальный объект, который требует государственной регистрации (п. 2 ст. 1234 ГК РФ).

В литературе относительно указанных юридических характеристик договора об отчуждении патента высказываются взаимно противоположные оценки. Так, , и мы поддерживаем его точку зрения, считает, что "любые договоры о распоряжении такими охраняемыми объектами, в том числе договоры об отчуждении исключительного права, не могут быть реальными по самой своей сути. Это всегда - консенсуальные договоры, содержание которых состоит в передаче исключительного права, предоставлении права использования и т. п. Их заключение не может обусловливаться передачей имущества (или каких-либо документов)"*(60). полагает, что "договоры об отчуждении исключительных прав по своей юридической природе могут быть как реальными (в случае, когда правообладатель передает свое исключительное право приобретателю, например, при дарении этого права), так и консенсуальными (в случае, когда правообладатель обязуется передать приобретателю свое исключительное право, например, при его продаже или мене (п. 1 ст. 1234 ГК РФ)"*(61).

Договор следует считать взаимным, ибо его стороны обладают как субъективными правами, так и обязанностями.

Отчуждение патента может выступать в виде возмездного и безвозмездного соглашения. Во всех случаях договор об отчуждении патента будет являться безвозмездным, если отчуждение исключительных имущественных прав произведено по модели договора дарения.

Таким образом, факт отчуждения патента характеризуется переходом и прекращением принадлежащего патентообладателю имущественного права и возникновением этого права у приобретателя.

К элементам договора об отчуждении патента относятся его стороны, предмет, цена (для возмездных договоров), срок, форма и содержание.

Сторонами договора об отчуждении патента являются патентообладатель и приобретатель патента. В качестве того и другого могут выступать граждане, юридические лица, публичные образования. Возможность участия указанных субъектов в качестве сторон договора об уступке патента может быть ограничена особенностями их правового положения и, кроме того, правилами предоставления права на использование секретного изобретения (§ 7 гл. 72 ГК РФ). В последнем случае речь идет, прежде всего, о нормах Закона РФ от 01.01.01 г. N 5485-1 "О государственной тайне"*(62). Так, согласно ст. 27 указанного закона допуск предприятий, учреждений и организаций к проведению работ, связанных с использованием сведений, составляющих государственную тайну, созданием средств защиты информации, а также с осуществлением мероприятий и (или) оказанием услуг по защите государственной тайны, осуществляется путем получения ими в порядке, устанавливаемом Правительством РФ, лицензии на проведение работ со сведениями соответствующей степени секретности.

Предметом договора об отчуждении патента является удостоверенное патентом исключительное право на изобретение, полезную модель, промышленный образец. При этом объем прав, удостоверенных патентом, определяется формулой изобретения, полезной модели или перечнем существенных признаков промышленного образца.

Исходя из признака неделимости объема прав, удостоверенных патентом, их невозможно передать приобретателю в какой бы то ни было части. Поэтому последний становится обладателем всей совокупности прав имущественного характера, какими располагает его правопредшественник. Предмет договора об отчуждении патента является его существенным условием.

Предметом договора об отчуждении патента не может быть исключительное право на техническое или художественно-конструкторское решение, которое будет создано в будущем, в том числе и по заказу. В этом отношении недопустима как "запродажа" патента по аналогии с недопустимостью запродажи авторских прав на будущие произведения, так и "патентный заказ", который не является авторским заказом, легализованным законодательством об авторском праве и смежных правах.

Норма, содержащаяся в ст. 1372 ГК РФ, именуемой "Промышленный образец, созданный по заказу", абсурдна, поскольку охраняемые результаты технического или художественно-конструкторского творчества обретают свое юридическое бытие посредством признания их компетентным органом исполнительной власти, а не заказчиком.

В предмет договора об отчуждении патента не включаются право приоритета и право авторства, которые хотя и удостоверяются патентом, но являются неотчуждаемыми по своей природе.

Право на получение патента, которое может принадлежать нескольким лицам, также не может являться предметом договора об отчуждении патента, поскольку самого патента, а равно удостоверенных им прав на охраняемые результаты на момент наличия права на получение еще не существует.

В предмет договора об отчуждении патента не включается и сам патент как юридический документ, т. е. как бумага, обладающая известной имущественной ценностью, погашаемая для прежнего патентообладателя актом регистрации договора об уступке патента.

Цена договора об отчуждении патента не является его существенным условием, но выступает как продукт соглашения сторон. Однако для возмездного договора фактор размера вознаграждения либо порядка его определения является существенным. Согласно абз. 2 п. 3 ст. 1234 ГК РФ при отсутствии в возмездном договоре об отчуждении исключительного права условия о размере вознаграждения или порядка его определения договор считается незаключенным. При этом правила определения цены, предусмотренные п. 3 ст. 424 ГК РФ, не применяются. Цена как элемент договора может устанавливаться в форме единовременной паушальной суммы или в форме текущих платежей, составляющих часть прибыли, полученной приобретателем от использования охраняемого объекта (роялти). Возможны и сочетания указанных форм.

Оценка договора может быть осуществлена двумя основными способами. Если в основание оценки стоимости предмета договора положен формально-учетный механизм, то используется учетно-бухгалтерский способ оценки. Его сущность состоит в отождествлении стоимости того либо иного объекта промышленной собственности с затратами (издержками) на его создание или приобретение. В данном случае объект оценивается по балансу с учетом амортизационных отчислений за время его использования.

Если в основание оценки положен механизм определения рыночной стоимости предмета договора, имеют место рыночные или реализационные способы оценки. Их сущность заключается в применении различных критериев и их значений для приблизительного установления цены спроса на соответствующий объект. В настоящее время предлагается множество вариантов рыночной оценки объектов интеллектуальной собственности, построенных на различных теоретических основаниях, например, на основе применения теории сложности*(63).

Срок договора об отчуждении патента не является его существенным условием. Он определяется истечением периода времени действия патента. Патент отчуждается по договору на оставшийся срок его действия.

Форма договора об отчуждении патента предопределена необходимостью его регистрации уполномоченным на то органом. Договор заключается в письменной форме, как правило, путем составления одного документа. Согласно п. 2 ст. 1234 ГК РФ указанный договор подлежит государственной регистрации в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности в порядке и на условиях, устанавливаемых Правительством РФ. Несоблюдение письменной формы или требования о государственной регистрации влечет недействительность договора.

Порядок регистрации договоров об отчуждении патента был закреплен в Правилах регистрации договоров о передаче исключительного права на изобретение, полезную модель, промышленный образец, товарный знак, знак обслуживания, зарегистрированную топологию интегральной микросхемы и права на их использование, полной или частичной передаче исключительного права на программу для электронных вычислительных машин и базу данных, утвержденных приказом Роспатента от 01.01.01 г. N 64*(64).

В настоящее время договоры об отчуждении исключительного права регистрируются в порядке, установленном Правилами государственной регистрации договоров о распоряжении исключительным правом на изобретение, полезную модель, промышленный образец, зарегистрированные топологию интегральной микросхемы, программу для ЭВМ, базу данных и перехода без договора исключительного права на изобретение, полезную модель, промышленный образец, товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товара, зарегистрированные топологию интегральной микросхемы, программу для ЭВМ, базу данных, утвержденными постановлением Правительства РФ от 01.01.01 г. N 1020*(65).

Согласно п. 3 указанных Правил для регистрации договора в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности представляются следующие документы:

- заявление о государственной регистрации;

- договор в двух экземплярах;

- документ, подтверждающий уплату пошлины в установленном размере;

- копия договора (незаверенная).

Для государственной регистрации договора об отчуждении патента на изобретение, в отношении которого имеется публичное предложение заключить договор об отчуждении патента на изобретение, также представляется документ, подтверждающий уплату всех патентных пошлин, от уплаты которых был освобожден заявитель (патентообладатель), являющийся автором изобретения.

Ведение дел по регистрации договора или изменений, внесенных в зарегистрированный договор, осуществляется правообладателем (патентообладателем) или лицом, которому передается право по договору, самостоятельно или через представителя по доверенности. В случаях, установленных законодательством, заявление должно быть подано через патентного поверенного, зарегистрированного в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности.

Сведения о зарегистрированном договоре об отчуждении патента вносятся, соответственно, в Государственный реестр изобретений РФ, Государственный реестр полезных моделей РФ, Государственный реестр промышленных образцов РФ. В соответствующем официальном бюллетене федерального органа по интеллектуальной собственности публикуются сведения:

- о дате и номере регистрации договора;

- об определении сторон договора;

- об объеме передаваемых прав.

Сведения о зарегистрированных договорах об уступке патента на секретное изобретение не публикуются.

Содержание договора об отчуждении патента. Содержание договора об отчуждении патента составляют права и обязанности сторон. Указанные права и обязанности носят взаимный характер и определяются общими положениями гражданского законодательства о договорах с учетом особенностей предмета договора. Действующее законодательство не устанавливает за некоторыми исключениями прав и обязанностей сторон в договоре об отчуждении патента.

Важнейшей обязанностью патентообладателя является обязанность по подаче заявления о государственной регистрации договора об отчуждении патента, а соответственно, и формирование пакета прилагаемых к нему документов. Другой обязанностью патентообладателя является воздержание его от действий по признанию патента недействительным полностью или частично.

Приобретатель патента вправе потребовать от патентообладателя гарантий того, что автор или патентообладатель, указанные в реквизитах отчуждаемого патента, являются таковыми.

Важнейшей обязанностью приобретателя патента выступает выплата патентообладателю обусловленных договором платежей.

Кроме того, на приобретателя патента могут быть возложены обязанности по уплате патентных пошлин, информированию первого патентообладателя о последующем отчуждении исключительных прав, удостоверенных патентом, или намерении отказаться от поддержания патента в силе, по выплате вознаграждения автору изобретения, полезной модели или промышленного образца, в том числе служебных.

Стороны могут достичь соглашения и о дальнейшей судьбе патента на случай ликвидации приобретателя патента - юридического лица.

В числе прав патентообладателя, закрепленных в договоре, может быть установлено его право на расторжение договора по тем либо иным основаниям, например, в случае задержки выплаты паушального платежа или занижения оговоренной ставки роялти.

Патентообладатель, кроме того, наделяется правом перевода на себя прав приобретателя исключительного права. Указанное право закреплено нормой, содержащейся в п. 5 ст. 1234 ГК РФ. Согласно указанной норме при существенном нарушении приобретателем обязанности выплатить правообладателю в установленный договором об отчуждении исключительного права срок вознаграждение за приобретение исключительного права прежний правообладатель вправе требовать в судебном порядке перевода на себя прав приобретателя исключительного права и возмещение убытков, если исключительное право перешло к его приобретателю. Существенным нарушением обязанности по выплате вознаграждения будет являться невыплата приобретателем в обусловленный срок вознаграждения, влекущая для патентообладателя такой ущерб, что он в значительной степени лишается того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора (п. 2 ст. 450 ГК РФ). При этом по смыслу правила п. 5 ст. 1234 ГК РФ указанное лишение должно находиться в причинно-следственной связи со сроком выплаты вознаграждения, а не с его размером.

В случае, если исключительное право не перешло к приобретателю, то при нарушении им обязанности по выплате вознаграждения за приобретаемое право патентообладатель может отказаться от договора в одностороннем порядке без обращения в суд (п. 3 ст. 450 ГК РФ, абз. 2 п. 5 ст. 1234 ГК РФ) и потребовать возмещения убытков, причиненных расторжением договора*(66).

Ответственность по договору об отчуждении патента. Ответственность за нарушение обязательств, вытекающих из договора об отчуждении патента, базируется на общей схеме ответственности за нарушение обязательств (гл. 25 ГК РФ) с учетом существа последних. Специальной регламентации ответственности по обязательствам, вытекающим из договора об отчуждении исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец, действующее законодательство не содержит. Общая мера гражданско-правовой ответственности, состоящая в возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, применяется к отношениям патентообладателя и приобретателя патента без каких-либо исключений. Учитывая правило ст. 1360 ГК РФ, следует полагать, что ответственность патентообладателя может наступить по основаниям, предусмотренным ст. 461, 464 ГК РФ. Нормы ст. 461 ГК РФ, предусматривающие ответственность продавца в случае изъятия товара у покупателя, применимы в ситуации, когда приобретатель патента не знал и не должен был знать, что изобретение, полезная модель или промышленный образец будут использованы в интересах национальной безопасности (ст. 1360 ГК РФ). Право на возмещение убытков возникает у приобретателя патента, если патентообладатель отказывается передать приобретателю документы, которые он должен передать в соответствии с законом, иными правовыми актами или договором об отчуждении патента.