При моделировании гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункции морфологическое исследование ткани почек с окраской гематоксилином и эозином позволило выделить участки преобладания тубуло - интерстициального фиброза без признаков вовлечения почечного клубочка (гломерулосклероз), а также у 4 животных из 10 обнаружено сочетание гломерулосклероза с тубуло-интерстициальным фиброзом. Кроме того, наблюдались клиновидные участки некроза, атрофии паренхимы с коллапсом стромы, ее лимфоидной инфильтрацией. Эпителий почечных канальцев уплощен, на значительных участках десквамирован.
На представленных гистологических препаратах (рис. 5), слева (а) - интактные миокардиоциты, справа (б) - миокардиоциты животных на 7-е сутки с L - NAME-индуцированной патологией. Наглядно видно, что площадь поперечного сечения резко увеличена при сохранённом диаметре ядер при одном увеличении.
Рис. Рис. Рис. 5. Морфологическая картина миокарда у интактных и опытных животных: а - гистологическая картина миокарда у интактных крыс на поперечном срезе; б - гипертрофия кардиомиоцитов у крысы с L-NAME - индуцированной эндотелиальной дисфункцией на поперечном срезе. Окр. гематоксилином и эозином, а, б - х280 |
Таким образом, внутрижелудочное введение метионина в дозе 3 г/кг 1 раз в сутки на протяжении 7 дней, не вызывает статистически значимого повышения артериального давления. Нарушение функции эндотелия проявляется повышением КЭД, увеличением адренореактивности и исчерпанием миокардиального резерва, что свидетельствует о снижении способности миокарда адаптироваться к повышенной постнагрузке при гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункции.
Физиологические изменения подтверждаются результатами биохимических исследований. Так моделирование метионин индуцированной гипергомоцистеинемии привело к статистически значимому снижению концентрации стабильных метаболитов оксида азота и увеличению концентрации гомоцистеина. Одновременно при L-NAME индуцированной эндотелиальной дисфункции обнаруживается симтомокомплекс, включающий стойкое повышение артериального давления, увеличение КЭД, адренореактивности падение миокардиального резерва, снижение концентрации стабильных метаболитов оксида азота, экспрессии eNOS, увеличение поперечного диаметра кардиомиоцитов.
2. Исследование эндотелио - и кардиопротективных эффектов тетрагидробиоптерина, L-норвалина, L-аргинина и их комбинаций при моделировании гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункции.
Согласно дизайну исследования, эндотелиальную дисфункцию моделировали ежедневным в течение 7 суток внутрижелудочным введением метионина в дозе 3 г/кг.
Исследуемые препараты тетрагидробиопетрин (ВН4) в дозе 10 мг/кг, L - аргинин в дозе 200 мг/кг вводили внутрибрюшинно, L-норвалин в дозе 10 мг/кг вводили внутрижелудочно однократно за 30 мин до введения метионина в течение 7 суток. При изучении эффективности совместного применения субстанций препараты вводили в тех же дозах и теми же путями введения что и при монотерапии. По протоколу на восьмые сутки наркотизированное животное брали в эксперимент. Влияние исследуемых веществ на исходные показатели артериального давления у наркотизированных крыс с моделированием гипергомоцистеин индуцированной патологии представлены на рисунке 6. Обнаружено, что изучаемые препараты не влияли на исходные показатели гемодинамики и значения САД и ДАД, достоверно не отличались от таковых значений животных контрольной группы во всех сериях экспериментов (рис. 6АД).
На рисунке 6КЭД представлены результаты функциональных проб на эндотелийзависимое (ацетилхолин 40 мкг/кг в/в) и эндотелийнезависимое (нитропруссид 30 мг/кг в/в) расслабление сосудов у животных с гипергомоцистеин индуцированной патологией на фоне лечения изучаемыми препаратами. Обработка полученных экспериментальных данных позволила установить, что ВН4 в дозе 10 мг/кг, L-норвалин в дозе 10 мг/кг и L-аргинин в дозе 200 мг/кг в качестве монотерапии предотвращали повышение коэффициента эндотелиальной дисфункции. Комбинированное применение тетрагидробиоптерина и L-аргинина, а также L-норвалина и L-аргинина привело к оптимальному снижению коэффициента эндотелиальной дисфункции, значения которого в указанных группах приближались к таковым в контрольной серии экспериментов (рис. 6КЭД). Анализ полученных экспериментальных данных позволил установить при проведении пробы на адренореактивность позволил установить статистически значимое уменьшение максимального ЛЖД при проведении пробы на адренореактивность во всех сериях экспериментов с L-норвалином, L - аргинином, тетрагидробиоптерином и их комбинацией. Максимальное предотвращение повышения адренореактивности, вызванного гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункцией, выявлено при использовании комбинации L-норвалина (10 мг/кг) и L-аргинина (200 мг/кг). (рис. 6АДр).
| |
| |
| |
|
1 - ТВИН 80 (контроль); 2 - метионин 3 г/кг; 3 - метионин + ВН4 10 мг/кг; 4 - метионин + L - аргинин 200 мг/кг; 5 - метионин + L-норвалин 10 мг/кг; 6 - метионин + ВН4 + L-аргинин; 7 - метионин + L-аргинин + L-норвалин.
Рис. 6. Влияние тетрагидробиоптерина, L-аргинина, L-норвалина и их комбинаций на функциональные показатели при моделировании гипергомоцистеин индуцированного дефицита оксида азота.
Максимальное предотвращение повышения адренореактивности, вызванного гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункцией, выявлено при использовании комбинации L-норвалина (10 мг/кг) и L-аргинина (200 мг/кг). (рис. 6АДр). При проведении пробы на нагрузку сопротивлением обнаружены результаты, сопоставимые с таковыми при проведении пробы на адренореактивность (рис.6НС). Наиболее выраженное предотвращение исчерпания миокардиального резерва обнаружено в группе животных, получавших комбинацию L-аргинина и L-норвалина (88,7±5,1%), где данный показатель оказался выше, чем в контрольной группе животных (85,4±3,1%)
Применение тетрагидробиоптерина 10 мг/кг, а также комбинаций тетрагидробиоптерина с L-аргинином, L-аргинина с L-норвалином привело к статистически значимому снижению концентрации гомоцистеина в соответствующих группах экспериментальных животных (рис. 7НСу)- Концентрация гомоцистеина составила соответственно: 27,8±3,1 мкМоль/л, 18,2±2,9 мкМоль/л и 20,1±5,7 мкМоль/л. Однако уровень гомоцистеина в сыворотке крови животных указанных групп оставался в 2,5 раза выше таковых значений контрольной группы животных (8,6±0,4 мкМоль/л).
| |
|
1 - ТВИН 80 (контроль); 2 - метионин 3 г/кг; 3 - метионин + ВН4 10 мг/кг; 4 - метионин + L - аргинин 200 мг/кг; 5 - метионин + L-норвалин 10 мг/кг; 6 - метионин + ВН4 + L-аргинин; 7 - метионин + L-аргинин + L-норвалин.
Рис. 7. Влияние тетрагидробиоптерина, L-аргинина, L-норвалина и их комбинаций на биохимические показатели при моделировании гипергомоцистеин индуцированного дефицита NО.
При исследовании концентрации стабильных метаболитов оксида азота обнаружено, что все препараты и их комбинации, исследованные в данной серии экспериментов, оказывают статистически значимое влияние на увеличение концентрации стабильных метаболитов оксида азота (рис. 7NOx)-
Концентрация стабильных метаболитов оксида азота (NOx) под влиянием комбинаций L-аргинина с ВН4 и L-норвалином увеличивалась и статистически достоверно не отличалась от показателей в контрольной группе животных (рис. 7NOx)-
Таким образом, тетрагидробиоптерин в дозе 10 мг/кг, L-норвалин в дозе 10 мг/кг L-аргинин в дозе 200 мг/кг, проявляли выраженное эндотелиопротективное действие при моделировании гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункции, что выражалось в преобладании эндотелийзависимого расслабления сосудов и снижении коэффициента эндотелиальной дисфункции КЭД. Наиболее эффективное снижение КЭД при анализе данных применения монотерапии обнаружено в группе животных получавших L-норвалин в дозе 10 мг/кг. При исследовании концентрации стабильных метаболитов оксида азота обнаружено что тетрагидробиоптерин, L - аргинин и L-норвалин статистически значимо увеличивают концентрацию стабильных метаболитов оксида азота. Применение тетрагидробиоптерина
10 мг/кг позволило добиться статистически значимого снижения концентрации гомоцистеина в сыворотке крови экспериментальных животных. При монотерапии L-норвалином и L-аргинином статистически значимого снижения концентрации гомоцистеина не обнаружено. Одновременно результаты нагрузочных проб выявили предотвращение повышения адренореактивности и исчерпания миокардиального резерва под влиянием тетрагидробиоптерина, L - норвалина и L-аргинина. При изучении эндотелио - и кардиопротективного действия комбинаций L-аргинина с тетрагидробиоптерином и L-аргинина с L - норвалином обнаружено положительное фармакодинамическое взаимодействие, выражающееся в оптимальном снижении коэффициента эндотелиальной дисфункции и нормализации сосудистых реакций на ацетилхолин и нитропруссид. Одновременно, в данных группах животных, обнаружены максимальные значения концентрации NOx, что говорит о выраженном положительном влиянии исследованных комбинаций препаратов на метаболизм оксида азота.
Таким образом, реализация стратегий фармакологической коррекции эндотелиальной дисфункции, направленных на предотвращение разобщения eNOS, повышение ее активности, влияние на метаболизм оксида азота и его биодоступность по отдельности позволяет добиться положительной динамики при анализе показателей функционирования сосудистого эндотелия и кардиопротективного эффекта препаратов. Реализация комбинированного подхода к коррекции патологических состояний связанных или сопровождающихся эндотелиальной дисфункцией позволяет достичь статистически достоверного влияния на большинство показателей функционирования сосудистого эндотелия и сердечно-сосудистой системы в целом.
3. Исследование эндотелио - и кардиопротективных эффектов эналаприла, лозартана и амлодипина в качестве монотерапии и в комбинации с тетрагидробиоптерином при моделировании гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункции.
Обнаружено, что изучаемые препараты и их комбинации не влияли на исходные показатели гемодинамики и значения САД и ДАД, достоверно не отличались от таковых значений животных контрольной группы во всех сериях экспериментов (рис.8АД).
Обработка полученных экспериментальных данных позволила установить, что все исследуемые препараты и их комбинации в обозначенных дозировках обладали в различной степени выраженным эндотелиопротективным действием, выражающимся в статистически значимом уменьшении коэффициента эндотелиальной дисфункции. Наименьшая эффективность обнаружена при применении эналаприла в качестве монотерапии, где КЭД составил 2,1±0,2 (в контрольной группе животных - 0,9+0,2, при гипергомоцистеин индуцированном дефиците оксида азота - 3,3+0,3). При сочетанном применении ВН4 с эналаприлом, лозартаном и амлодипином обнаружено положительное фармакодинамическое взаимодействие и значения КЭД в указанных группах составили 1,4+0,1, 1,2+0,1 и 1,3+0,1 соответственно (рис. 8КЭД).
При проведении пробы на адренореактивность обнаружено статистически значимое уменьшение максимальных значений ЛЖД в сериях экспериментов внутрижелудочным введением лозартана и амлодипина. Амлодипин в дозе 0,5 мг/кг полностью предотвращал гипергомоцистеин индуцированное повышение адренореактивности и значение ЛЖД при проведении пробы в данной группе животных составило 190,7+6,5 мм рт. ст. (189,7+9,1 в контрольной группе животных и 238,1+9,2 в группе животных, получавших метионин 3 г/кг) (рис. 8АДр). Эналаприл в виде монотерапии не проявлял протективного действия при проведении пробы с введением адреналина. При комбинированном применении исследуемых препаратов с тетрагидробиоптерином обнаружено положительное фармакодинамическое взаимодействие, выразившееся в снижении абсолютных значений ЛЖД во всех сериях экспериментов с сочетанным применением препаратов.
При проведении пробы на нагрузку сопротивлением эналаприл, лозартан и амлодипин в качестве монотерапии и в комбинации с тетрагидробиоптерином предотвращали исчерпание миокардиального резерва. В группе животных, получавших комбинацию амлодипина и ВН4 сократительный резерв к 25-й секунде проведения пробы оказался выше такового значения в контрольной группе животных (86,4+3,1) и составил 87,1+4,9% (рис. 8НС).
| |
| |
| |
|
1 - ТВИН 80 (контроль); 2 - метионин 3 г/кг; 3 - метионин + эналаприл 0,6 мг/кг; 4 - метионин + лозартан 5 мг/кг; 5 - метионин + амлодипин 5 мг/кг; 6 - метионин + ВН4; 7 - метиогнин + ВН4 + эналаприл; 8 - метионин + ВН4 + лозартан; 9 - метионин + ВН4 + амлодипин
Рис. 8. Влияние эналаприла, лозартана, амлодипина, тетрагидробиоптерина и их комбинаций на функциональные показатели при моделировании гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункции.
Применение лозартана и амлодипина в качестве монотерапии привело к статистически значимому снижению концентрации гомоцистеина в соответствующих группах экспериментальных животных. Концентрация гомоцистеина составила соответственно: 29,3±3,1 мкМоль/л и 18,1±2,2 мкМоль/л (рис. 8НСy)- Однако уровень гомоцистеина в сыворотке крови животных указанных групп оставался в 2-2,5 раза выше таковых значений контрольной группы животных (8,6±0,4 мкМоль/л). При сочетанном использовании ВН4 с эналаприлом, лозартаном и амлодипином концентрация гомоцистеина в сыворотке крови экспериментальных животных оказалась значительно ниже чем при монотерапии и максимально низкое значение указанного показа,7±1,1 мкМоль/л) обнаружено в группе животных, получавших ВН4 с лозартаном (рис. 9НCy).
Обнаружено, что лозартан и амлодипин оказывают статистически значимое влияние на увеличение концентрации стабильных метаболитов оксида азота. Однако, значения NOx (89,3±2,9 мкМоль для лозартана и 88,7±3,1 мкМоль для амлодипина) далеки от соответствующих значений в контрольной группе животных (121,2±12,1 мкМоль). Применение эналаприла не привело к изменению концентрации исследуемого показателя. Концентрация стабильных метаболитов оксида азота при сочетанном использовании была выше, чем при соответствующей монотерапии, приближаясь к значениям у интактной группы, в наибольшей степени в группе комбинации лозартана с тетрагидробиоптерином (рис. 9NOx).
| |
|
1 - ТВИН 80 (контроль); 2 - метионин 3 г/кг; 3 - метионин + эналаприл 0,6 мг/кг; 4 - метионин + лозартан 5 мг/кг; 5 - метионин + амлодипин 5 мг/кг; 6 - метионин + ВН4; 7 - метиогнин + ВН4 + эналаприл; 8 - метионин + ВН4 + лозартан; 9 - метионин + ВН4 + амлодипин
Рис. 9. Влияние эналаприла, лозартана, амлодипина, тетрагидробиоптерина и их комбинаций на биохимические показатели при моделировании гипергомоцистеин индуцированного дефицита NО.
Таким образом, становится понятно, что стратегия применения ингибиторов АПФ, блокаторов ATI рецепторов и блокаторов кальциевых каналов в качестве монотерапии при общем, выраженном эндотелио - и кардиопротективном действии, позволяет корректировать лишь ряд показателей функционирования сосудистого эндотелия и сердечно-сосудистой системы в целом. При сочетанном применении эналаприла, лозартана и амлодипина с тетрагидробиоптерином обнаружено положительное фармакодинамическое взаимодействие выразившееся в снижении коэффициента эндотелиальной дисфункции, адренореактивности, сохранении высокого сократительного резерва, положительной динамике биохимических показателей функционирования сосудистого эндотелия.
4. Исследование эндотелио - и кардиопротективных эффектов витамина В6 и фолиевой кислоты, фосфоглива, кардионата, мексикора и импазы при моделировании гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункции.
Обнаружено, что изучаемые препараты не влияли на исходные показатели гемодинамики и значения САД и ДАД, достоверно не отличались от таковых значений животных контрольной группы во всех сериях экспериментов (рис. 10АД).
Обработка полученных экспериментальных данных позволила установить, что все исследуемые препараты в обозначенных дозировках обладали выраженным эндотелиопротективным действием, выражающимся в статистически значимом уменьшении коэффициента эндотелиальной дисфункции, причем наибольшая эффективность обнаружена в группах животных, получавших комбинацию витамина В6 и фолиевой кислоты (1,7±0,1) и монотерпию фосфогливом (1,7±0,1) (рис. 10КЭД).
Анализ полученных экспериментальных данных позволил установить статистически значимое уменьшение максимального ЛЖД при проведении пробы на адренореактивность в сериях экспериментов с комбинацией витамина В6 и фолиевой кислоты, фосфогливом и кардионатом. Максимальное предотвращение повышения адренореактивности, вызванного гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункцией, выявлено при использовании кардионата (191,2+13,5 мм рт. ст). Введение мексикора и импазы не предотвращало гипергомоцистеин индуцированного повышения адренореактивности (рис. 10АДр).
При проведении пробы на нагрузку сопротивлением обнаружены результаты, сопоставимые с таковыми при проведении пробы на адренореактивность (рис. 10НС).
Статистически значимое предотвращение исчерпания миокардиального резерва при проведении пробы на нагрузку сопротивлением обнаружено в группах животных, получавших фосфоглив и кардионат. Применение витамина В 6 и фолиевой кислоты, а также мексикор и импазы не позволило статистически значимо повлиять на исследуемый показатель (рис. 10нс).
| |
| |
| |
|
1 - ТВИН 80 (контроль); 2 - метионин 3 г/кг; 3 - метионин + витамин В6 2 мг/кг + фолиевая кислота 0,2 мг/кг; 4 - метионин + фосфоглив 2,2 мг/кг; 5 - метионин + кардионат 80 мг/кг; 6 - метионин + мексикор 30 мг/кг; 7 - метионин + импаза 1 таб/кг.
Рис. 10. Влияние Витамина В6 и фолиевой кислоты, фосфоглива, кардионата, мексикора и импазы на функциональные показатели при моделировании гипергомоцистеин индуцированной эндотелиальной дисфункции.
При анализе концентрации гомоцистеина в сыворотке крови экспериментальных животных обнаружено, что применение импазы и мексикора привело к наиболее выраженному и статистически значимому снижению концентрации гомоцистеина в соответствующих группах экспериментальных животных. Концентрация гомоцистеина составила соответственно: 19,2±1,4 мкМоль/л и 27,3±1,6 мкМоль/л. Однако уровень гомоцистеина в сыворотке крови животных указанных групп оставался в 2-2,5 раза выше таковых значений контрольной группы животных (8,6±0,4 мкМоль/л). Применение фосфоглива и кардионата приводило к статистически значимому снижении концентрации гомоцистеина в сыворотке крови экспериментальных животных в меньшей степени чем мексикор и импаза (рис. 11НСy)-
Обнаружено, что все препараты, исследованные в данной серии экспериментов, кроме импазы, оказывают статистически значимое влияние на увеличение концентрации стабильных метаболитов оксида азота (рис. 11 NOx). Концентрация стабильных метаболитов оксида азота (NOx) под влиянием фосфоглива, кардионата и мексикора увеличивалась и статистически достоверно не отличалась от показателей в контрольной группе животных (рис. 11NOx)
| |
|
1 - ТВИН 80 (контроль); 2 - метионин 3 г/кг; 3 - метионин + витамин В6 2 мг/кг + фолиевая кислота 0,2 мг/кг; 4 - метионин + фосфоглив 2,2 мг/кг; 5 - метионин + кардионат 80 мг/кг; 6 - метионин + мексикор 30 мг/кг; 7 - метионин + импаза 1 таб/кг.
Рис. 11. Влияние витамина В6 и фолиевой кислоты, фосфоглива, кардионата, мексикора и импазы на биохимические показатели при моделировании гипергомоцистеин индуцированного дефицита NO.
5. Исследование эндотелио - и кардиопротективных эффектов тетрагидробиоптерина, L-норвалина, L-аргинина и их комбинаций при моделировании L-NAME индуцированной эндотелиальной дисфункции.
Влияние исследуемых веществ на исходные показатели артериального давления у наркотизированных крыс с моделированием L-NAME индуцированной патологии представлены на рисунке 12АД.
Ежедневное, в течение 7 дней, внутрибрюшинное введение L-NAME привело к статистически значимому повышению артериального давления до
190,3±6,7 (САД) и 145,0±3,9 (ДАД) тогда как у интактных животных данный показатель составил 137,7±3,7 и 101,9±4,3 соответственно (рис. 12АД). Обнаружено, что тетрагидробиоптерин, L-аргинин и L-норвалин в качестве монотерапии не влияли на исходные показатели гемодинамики и значения САД и ДАД, достоверно не отличались от таковых значений в группе животных с моделированием L-NAME индуцированного дефицита оксида азота. При применении комбинации тетрагидробиоптерина и L-аргинина, а также L-аргинина и L-норвалина обнаружено статистически значимое снижение артериального давления и предотвращение развития выраженной артериальной гипертензии, наиболее выраженное в группе L-аргинин + L - норвалин (135,6±10,1 САД и 102,5±5,8 ДАД) (рис. 12АД).
При анализе коэффициента эндотелиальной дисфункции установлено, что ВН4 в дозе 10 мг/кг, L-норвалин в дозе 10 мг/кг и L-аргинин в дозе 200 мг/кг в качестве монотерапии обладали эндотелиопротективным действием, выразившимся в предотвращении повышения коэффициента эндотелиальной дисфункции. Комбинированное применение тетрагидробиоптерина и L - аргинина, а также L-норвалина и L-аргинина привело к оптимальному снижению коэффициента эндотелиальной дисфункции, значения которого в указанных группах приближались к таковым у животных интактной группы (рис. 12КЭД).
При проведении функциональной пробы на адренореактивность обнаружено статистически значимое уменьшение максимального ЛЖД во сериях экспериментов с L-аргинином и тетрагидробиоптерином, а также в группах животных с применением комбинаций L-аргинина с L-норвалином, ВН4+Е-аргинин. Максимальное предотвращение повышения адренореактивности, вызванного L-NAME индуцированной эндотелиальной дисфункцией, выявлено при использовании комбинации L-норвалина и L - аргинина (211,4+7,9 мм рт. ст.) (рис. 12АДр). При проведении пробы на нагрузку сопротивлением обнаружены результаты, сопоставимые с таковыми при проведении пробы на адренореактивность (рис. 12НС).
Наиболее выраженное предотвращение исчерпания миокардиального резерва обнаружено в группах животных, получавших L-норвалин в качестве монотерапии (87,6±4,3) и комбинацию L-аргинин + L-норвалин (86,4±3,9), где данный показатель оказался выше, чем в контрольной группе животных (85,4±3,1) (рис. 12НС)
| |
| |
| |
|
1 - Интактные; 2 – L-NAME 25 г/кг; 3 - L-NAME + ВН4 10 мг/кг; 4 - L-NAME + L - аргинин 200 мг/кг; 5 - L-NAME + L-норвалин 10 мг/кг; 6 - L-NAME + ВН4 + L-аргинин; 7 - L-NAME + L-аргинин + L-норвалин.
Рис. 12. Влияние тетрагидробиоптерина, L-аргинина, L-норвалина и их комбинаций на функциональные показатели при моделировании L-NAME индуцированного дефицита NO.
Результаты изучения влияния исследуемых препаратов и их комбинаций на экспрессия эндотелиальной NO-синтазы представлены на рисунке 13eNos - Обнаружено, что монотерапия L-аргинином и L-норвалином не приводила к достоверному увеличению экспрессии eNOS, в то время как в группе животных, получавших тетрагидробиоптерин в дозе 10 мг/кг обнаружено статистически значимое увеличение исследуемого показа,7±4,0 %). В группе животных, получавших ВН4+L-аргинин показатель экспрессии eNOS (61,9±6,5%) максимально приближался к соответствующему показателю интактной группы животных (72,9±3,8%) (рис. 3.58 )
| |
| |
|
1 - Интактные; 2 – L-NAME 25 г/кг; 3 - L-NAME + ВН4 10 мг/кг; 4 - L-NAME + L - аргинин 200 мг/кг; 5 - L-NAME + L-норвалин 10 мг/кг; 6 - L-NAME + ВН4 + L-аргинин; 7 - L-NAME + L-аргинин + L-норвалин.
Рис. 13. Влияние тетрагидробиоптерина, L-аргинина, L-норвалина и их комбинаций на биохимические и морфологические показатели при моделировании L-NAME индуцированного дефицита NО.
NO-продуцирующая функция эндотелия исследована на основании данных концентрации стабильных метаболитов оксида азота NOx (рис. 13NOx). Моделирование L-NAME индуцированной эндотелиальной дисфункции привело к уменьшению концентрации стабильных метаболитов оксида более чем в 2 раза. В группах животных, получавших L-аргинин как в качестве монотерапии, так и в комбинации с тетрагидробиоптерином и L-норвалином обнаружено статистически значимое увеличение концентрации стабильных метаболитов оксида азота (рис. 13NOx), что наряду с нормализацией эндотелизависимой вазодилатации говорит о выраженном эндотелиопротективном действии исследованных комбинаций.
На рисунке 13ДК показано влияние исследуемых препаратов и их комбинаций на диаметр кардиомиоцитов при моделировании L-NAME индуцированной эндотелиальной дисфункции. Статистически значимое уменьшение диаметра кардиомиоцитов произошло в группах животных, получавших монотерапию L-аргинином и его комбинации с тетрагидробиоптерином и L-норвалином (рис. 13дк).
6. Исследование эндотелио - и кардиопротективных эффектов эналаприла, лозартана и амлодипина в качестве монотерапии и в комбинации с тетрагидробиоптерином при моделировании L-NAME индуцированной эндотелиальной дисфункции.
Влияние исследуемых препаратов на исходные показатели артериального давления у наркотизированных крыс с моделированием L-NAME - индуцированной патологии представлены на рисунке 14АД. Обнаружено, что эналаприл, лозартан и амлодипин в качестве монотерапии не предотвращали развития выраженной гипертензии и значения САД и ДАД, были достоверно выше соответствующих значений интактных животных во всех сериях экспериментов. Сочетанное применение тетрагидробиоптерина с указанными препаратами позволило обнаружить положительное фармакодинамическое взаимодействие, выразившееся в статистически значимом снижении артериального давления и приближении показателей САД и ДАД к таковым у интактных животных. Так, в группах животных, получавших ВН4 + эналаприл, ВН4+лозартан, ВН4+амлодипин показатели САД и ДАД составили соответственно: 149,1±7,8 и 103,5±6,8, 141,2±11,4 и 102±10,1, 146,4±9,5 и 110,4±8,9 мм рт. ст. (рис. 14АД), у интактных животных - 137,7 ±3,7 и 101,9 ± 4,3.
На рисунке 14КЭД представлены результаты функциональных проб на эндотелий зависимое и эндотелий независимое расслабление сосудов с последующим расчетом КЭД у животных с L-NAME индуцированной патологией на фоне введения эналаприла 0,5 мг/кг, лозартана 6 мг/кг и амлодипина 0,5 мг/кг, ВН4 10 мг/кг и комбинаций ВН4 с указанными препаратами. На фоне применения препаратов с доказанной эндотелиотропной активностью КЭД составил: эналаприл (0,5 мг/кг)- 3,3±0,3; лозартан (6 мг/кг) - 2,5±0,3; амлодипина (0,5 мг/кг) - 2,1 ±0,3.
Сочетанное использование ВН4 и эналаприла, ВН4 и лозартана, ВН4 и амлодипина оказывало выраженное эндотелиопротективное действие на модели L-NAME-индуцированного дефицита NО. При этом КЭД составил 1,9±0,2, 1,4±0,1 и 1,7±0,2 соответственно. Обращает на себя внимание, что показатели гемодинамики в группах ВН4+эналаприл и ВН4+лозартан статистически достоверно отличаются от таковых показателей при монотерапии монотерапии эналаприлом, лозартаном и тетрагидробиоптерином (рис. 14КЭД).
| |
| |
| |
|
1 - Интактные; 2 – L-NAME 25 мг/кг; 3 - L-NAME + эналаприл 0,6 мг/кг; 4 - L-NAME + лозартан 5 мг/кг; 5 - L-NAME + амлодипин 5 мг/кг; 6 - L-NAME + ВН4; 7 - L-NAME + ВН4 + эналаприл; 8 - L-NAME + ВН4 + лозартан; 9 - L-NAME + ВН4 + амлодипин
Рис. 14. Влияние эналаприла, лозартана, амлодипина, тетрагидробиоптерина и их комбинаций на функциональные показатели при моделировании L-NAME индуцированного дефицита NО
При проведении пробы на аренореактивность максимальное предотвращение повышения адренореактивности, вызванное L-NAME - индуцированной патологией выявлено при использовании амлодипина (0,5 мг/кг), значение ЛЖД в данной группе составило 201,3±14,4 мм рт. ст. Применение ингибитора АПФ эналаприла оказалось менее эффективно и ЛЖД при проведении пробы на адренореактивность составило 216,2±10,8 мм рт. ст. Блокатор ATI-рецепторов лозартан в дозе 6 мг/кг не проявлял протективного действия на функциональной пробе с введением адреналина. При сочетанном применении ВН4 с исследуемыми препаратами обнаружено положительное фармакодинамическое взаимодействие, выразившееся в максимально низких значениях ЛЖД в ответ на внутривенное введение адреналина (рис. 14дцр).
При проведении пробы на нагрузку сопротивлением препараты с доказанной эндотелиопротективной активностью предотвращали падение сократимости с 5 на 25 секунду пережатия аорты. Так, прирост ЛЖД на 25 секунде проведения пробы у интактных животных составил 83,6% от величины прироста сократимости миокарда на 5 секунде (что принято за 100%). В контрольной группе (L-NAME - индуцированный дефицит NО) - 66,0%. Тогда как результаты у животных, где применялись исследуемые соединения, оказались в промежуточном положении. При сочетанном применении тетрагидробиоптерина с эналаприлом, лозартаном и амлодипином сократительный инотропный резерв сохранялся максимально и не отличался от такового показателя у интактных животных (рис. 14НС).
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 |
