5 основных новостей печатных СМИ (стр. 2 )

Расходы марта почти в точности равны расходам февраля: чуть более 692 млрд руб. Похоже, Минфин после февральского дефицита в 244 млрд руб. ужесточил график расходов, полагает Надоршин. А вот доходы марта оказались всего на 50 млрд руб. выше доходов февраля. Зато дефицит бюджета в марте уменьшился до 6,2% месячного ВВП против 8,8% в феврале.

Дефицит бюджета будет расти, что проявится уже во II квартале, пообещал Кудрин, по итогам года он составит 7,4% ВВП.

Налоговая служба за январь — март собрала 734 млрд руб. — 19% годового плана налоговых доходов (см. таблицу). В прошлом году налогов за I квартал было собрано незначительно больше — 21% от плана.

Однако II квартал может оказаться менее удачным: в январе — марте налог на прибыль для авансовых платежей взимался, как и в IV квартале, по ставке 24%, а не 20%, из-за чего сборы этого налога за I квартал составили почти половину годового плана (95 млрд руб. из 196,2 млрд руб.). Но потом переплаченные деньги будут либо зачтены, либо возвращены, говорит чиновник Минфина.

Федеральный бюджет получал 6,5% налога, а не 2%, как требует новое положение.

Получается, федеральный бюджет перебрал налога на прибыль примерно на две трети, говорит руководитель Центра развития Высшей школы экономики Наталья Акиндинова. Доля этого налога в общих сборах Федеральной службы по налогам и сборам — 13%. Доля этого налога в общих сборах Федеральной службы по налогам и сборам — 13%.

Самые тяжелые месяцы по налогу на прибыль еще впереди, предупреждает Александра Суслина из Экономической экспертной группы: события развиваются с лагом, удар конца прошлого — начала этого года экономика еще не переварила.

Начало года никогда не отличается экономической активностью, успокаивает экономист «Уралсиба» Владимир Тихомиров, обычно она возрастает с мая. Во второй половине года разрыв между доходами и расходами казны может быть не таким большим, надеется он.

Исходя из отчета об исполнении бюджета российский ВВП в I квартале составил 20,8% от объема, который Минэкономразвития ожидает по итогам года (40,42 трлн руб.). Все первые кварталы традиционно генерируют примерно пятую часть ВВП, спокоен Тихомиров: например, доля января — марта в общем объеме ВВП 2006 г. — 21,6%, 2007 г. — 20,4%, 2008 г. — 21,3%. Оценка объема ВВП в отчете Минфина потом примерно совпадает с данными Росстата, доверяет сведениям начальник отдела МДМ-банка Николай Кащеев.

2

Потанин сказал свое слово

Вслед за группой «Онэксим» Михаила Прохорова предложение о покупке РБК и реструктуризации ее задолженности сделал холдинг «Интеррос» Владимира Потанина.

Медиахолдинг РБК, понесший значительные убытки от операций на фондовом рынке, с начала года ведет переговоры с кредиторами о реструктуризации задолженности. В середине января компания оценивала свой долг в $235 млн. С начала года кредиторы уже рассмотрели два варианта от самой компании и ее консультантов, потом предложение о финансовом оздоровлении РБК сделал «Ренессанс капитал» совместно с компанией «Онэксим» Михаила Прохорова. Теперь же и его бывший партнер Владимир Потанин решил поучаствовать в судьбе информационного холдинга. О том, что холдинг «Интеррос» предложил кредиторам и акционерам РБК свой план реструктуризации долгов компании, «Ведомостям» рассказали менеджеры четырех банков — кредиторов РБК. Подтвердил эту информацию и сотрудник «Интерроса», отказавшийся раскрыть детали.

У «Интерроса» есть свой медиахолдинг «Проф-медиа», но он практически не пересекается по аудитории с РБК: одноименный журнал и газета, сайт ***** и телеканал РБК-ТВ специализируются на деловой информации. В конце прошлого года «Проф-медиа» интересовалась активами РБК, рассказывали «Ведомостям» источники с обеих сторон, но о сделке не договорились.

По словам представителя одного из кредиторов РБК, «Интеррос» готов выкупить допэмиссию акций РБК на $90 млн, после этого 41% задолженности будет выплачен кредиторам деньгами, еще 36% — списан, а на 23% долга будут выпущены облигации сроком три и пять лет. Общий долг РБК «Интеррос» оценил примерно в $220 млн, добавил собеседник «Ведомостей». Он не уточнил, на какую долю в капитале рассчитывает компания Потанина, а по вчерашним котировкам в РТС сумма в $90 млн превышала капитализацию РБК. Схема «Интерроса» «кардинально интереснее» предложения группы «Онэксим» и «с ним можно работать», считает еще один кредитор РБК. Обсуждать детали нового предложения о реструктуризации он отказался.

В конце марта «Ренессанс капитал» совместно с «Онэксимом» предложили акционерам РБК выкупить 65% увеличенного вчетверо уставного капитала холдинга за $35 млн, пообещав выплатить 8% деньгами, а остаток частично списать и пролонгировать. Гендиректор «Онэксима» Дмитрий Разумов заявил «Ведомостям», что слышал о конкурирующем предложении со стороны «Интерроса». «Я рад, что наше предложение возбудило интерес к активу», — добавил он.

Председатель совета директоров и совладелец РБК Герман Каплун отказался комментировать предложение «Интерроса», отметив лишь, что акционеры ведут переговоры с несколькими претендентами. Гендиректор УК Росбанка (около 11% РБК) Владислав Бессарабов слышал о предложении компании Потанина, но детали ему неизвестны. А менеджер Unicredit Securities (17% РБК) о нем не слышал. Другие крупные кредиторы РБК — МДМ-банк, Банк Москвы, «Абсолют банк» и Райффайзенбанк — отказались от комментариев.

3

Фондовый ажиотаж

Боязнь инвесторов пропустить рост на фоне хороших новостей из-за рубежа провоцирует скупку российских акций. Индексы ММВБ и РТС выросли вчера на 6%, вернувшись к уровню начала октября.

Индексы ММВБ и РТС впервые с октября преодолели планки 900 и 800 пунктов соответственно. «Какое-то дежавю: как в прошлые годы!» — восторгается управляющий директор по инвестициям «КИТ фортис инвестмент» Владимир Цупров: он не ожидал, что так скоро удастся почувствовать такое снова — когда «все покупают все».

Индекс РТС к закрытию торгов вырос на 6,62% до 810,9 пункта, индекс ММВБ прибавил 5,72% до 922,68 пункта. Покупали действительно практически все: стоимость подавляющего большинства «голубых фишек» на ММВБ выросла за день на 3-7%. Лидером стал Сбербанк, обыкновенные акции которого подорожали на 9,44%. И стали лидером по оборотам — 26,2 млрд руб. В отрицательной зоне оказались лишь «Ростелеком», ОГК-5 и ФСК ЕЭС, однако их потери не превышали 1,3%, а объемы торгов были относительно небольшими.

Из-за глобального увеличения аппетита к рискованным активам на рынке есть свежие деньги, в том числе и потому, что инвесторы боятся пропустить рост, рассуждает Сергей Суверов из Deutsche Bank. Из-за перепроданности российских акций в прошлом году предложение со стороны зарубежных фондов довольно ограниченно, отсюда и новые высоты индекса РТС, полагает он.

Стабильный рост рынка длится уже больше месяца, и аналитики все настойчивее предрекают коррекцию. Западным фондам настала пора решать, что делать с деньгами, накопленными от спешной распродажи активов в IV квартале 2008 г., полагает аналитик «Уралсиб кэпитал» Леонид Слипченко. На этом фоне, по его мнению, никто не хочет продавать, особенно Россию, которая была «перепродана больше остального мира». Многие западные фонды были недоинвестированы глобально в акции, и в частности в Россию, но насколько именно их хватит, предположить никто не может, согласен с коллегой Цупров.

Инвесторы борются со страхом новых потерь и боязнью упустить шанс, в результате рынок очень «трендовый»: к каждой тенденции присоединяется множество «попутчиков», образуя снежный ком, рассуждает руководитель инвестиционного департамента «Атон-менеджмента» Евгений Малыхин. По его мнению, в итоге не только сохраняется волатильность, но, более того, коррекция может оказаться не менее затяжной: «Рынок сейчас растет так же, как падал в прошлом году».

Сейчас идет «сезон отчетности» компаний и следующая неделя, по мнению Слипченко, может стать для рынка ключевой. «Важен не столько даже уровень прошлых убытков, а то, вышли ли крупнейшие компании на уровень безубыточности сейчас и каков их прогноз на конец года», — поясняет аналитик. Одним из ключевых событий вчера как раз стало сообщение банка Wells Fargo (купил в прошлом году проблемный банк Wachovia) о рекордной для него прибыли в $3 млрд за квартал. На следующей неделе ожидаются отчеты других крупнейших компаний, таких как General Electric и Intel.

«Пока запал есть, и завтра возможно повторение успеха, но делать прогноз далее я не стал бы: многие акции уже и так дороги, и это безумие рано или поздно закончится», — говорит Цупров. Тем более, как отмечает Слипченко, часть ожидаемых от отчетности международных корпораций хороших новостей уже заложена в нынешнем росте.

4

Антикризисная политика: Не увязнуть надолго

Осеннее наступление мирового экономического кризиса на российскую экономику было ошеломляюще быстрым и жестким. Возвращение, как теперь говорят, к реальным ценностям произошло буквально за один-два месяца: цены активов резко снизились, доходы от внешней торговли упали, потоки капитала развернулись.

Острота ситуации была предопределена особенностями интеграции страны в мировую систему разделения труда и капитала. Сокращение внешней торговли стало фактором глубокого падения промышленного производства из-за сырьевого характера экспорта страны. Выпадающий мировой спрос на углеводороды, металлы и т. д. не мог быть компенсирован. Коллапс долговых и кредитных рынков оказался для России тоже особенно сложным испытанием, поскольку в последние несколько лет перед кризисом отечественные компании практиковали массированное привлечение долгового капитала. Недооценка привлечения прямых иностранных инвестиций через создание совместных предприятий или продажу крупных долей прямым инвесторам и создало современную ситуацию, когда отдавать доли в компаниях все равно придется, но уже за долги.

После короткого пребывания в состоянии шока в конце прошлого года отечественные предприятия в основной своей массе довольно оперативно отреагировали на изменившиеся условия. Во-первых, большинство из них провели мероприятия по сокращению издержек, приведя финансовое положение бизнеса в соответствие с выручкой. Сокращение издержек вместе с происшедшей в этот же период девальвацией рубля обеспечили глубокое снижение номинированных в иностранной валюте затрат в российской промышленности, что существенно повысило ценовую конкурентоспособность отечественной продукции и создало условия для активного замещения импорта. Во-вторых, все больше и больше корпоративных долгов перед банками подвергается рефинансированию или реструктуризации. Этот процесс активизировался в настоящее время во многом по причине стабилизации у компаний выручки и рынков сбыта. Сквозь призму банковского бизнеса видно, что не за горами появление заемщиков с просчитываемыми рисками, соответственно, шансы для возобновления внутреннего кредитования и реструктуризации внешних долгов российских корпораций растут. В результате долговой шок, охвативший корпоративный сектор после крутого осеннего поворота, постепенно проходит.

Исходя из этих наблюдений есть основания предполагать, что воздействие мирового кризиса на российскую экономику может временно ослабнуть, а то и вообще оказаться краткосрочным, хотя мы и не вернемся сразу к докризисным параметрам по росту ВВП, инвестициям, уровню доходов домашних хозяйств. Окончательное завершение кризиса будет связано с трансформацией долгов в доли новых владельцев в прежних или новых компаниях. Собственно, интенсивность этого процесса и есть индикатор успешности политики по борьбе с кризисом.

Властям следовало бы всецело содействовать борьбе бизнеса за эффективность. Было бы правильно поставить этот принцип во главу антикризисной политики. Принцип эффективности раскрывается в целом ряде приоритетов экономической политики. Первый безусловный приоритет — обеспечение предсказуемости макроэкономической среды и наличие экономических якорей для ведения бизнеса. Таковыми в первую очередь являются подконтрольная инфляция и управляемый курс рубля. Только в такой среде быстрее всего произойдет санация несостоятельного бизнеса, а компании и банки смогут просчитать новые параметры долгового финансирования. Второй приоритет — в рамках имеющихся ресурсов публичного сектора обеспечение социальной поддержки граждан и лиц, пострадавших от кризиса и сокращения производства в промышленности. Такая форма социальной политики имеет более высокую экономическую эффективность по сравнению с прямой помощью компаниям, позволяет им быстро оптимизировать издержки и структуру производства. Третий приоритет, который, к сожалению, пока не просматривается в действиях органов власти, — содействие оптимальному разделению бремени потерь от кризиса между всеми агентами экономики. Органы власти, вся система правоприменения должны дать недвусмысленный сигнал обществу, что исполнение обязательств остается незыблемым принципом рыночной экономики и в кризисной ситуации. Тот, кто не может исполнить обязательства, должен вступить в переговоры с кредитором для поиска взаимоприемлемого решения. Наконец, государство может защитить заемщиков за счет механизмов финансовой помощи, но не за счет деформации практики правоприменения.

Однако самое главное значение для предотвращения новой, пока возможной волны спада и стимулирования восстановления будет иметь политика государства по предотвращению глубокого кредитного сжатия в экономике. Основное бремя потерь от неспособности заемщиков выполнить обязательства ложится на капитал банковской системы. В конечном счете за необслуживаемые долги расплачиваются акционеры банков или, если они не способны или не хотят этого делать, — вкладчики и кредиторы банков в процессе банкротства кредитной организации. Банки, защищая капитал, вынуждены увеличивать маржу по кредитам, делая их практически недоступными для заемщиков. Поэтому, предохраняя капитал банковской системы от эрозии под бременем плохих долгов, государство способствует реструктуризации долгов корпораций и сохраняет способность банковской системы кредитовать по экономически приемлемым ставкам. Коренной вопрос — в какой степени и на каких условиях государство может содействовать частным акционерам в сохранении капитала банка на достаточном уровне в ситуации системного кризиса.

Поскольку в нашей стране половина имеющегося банковского капитала сосредоточена в кредитных организациях, контролируемых государством, а еще четверть приходится на кредитные организации, контролируемые иностранными банками, то единственным общественно полезным мотивом направлять государственные фонды на поддержку капитала остальных банков может быть поддержание достаточного уровня конкуренции в банковском секторе. Большого количества банков для этого не требуется. На этом фоне у АСВ сегодня нет необходимости стремиться к восстановлению всех несостоятельных банков. С другой стороны, ограниченное софинансирование государством реальных усилий акционеров по увеличению капитала состоятельных банков выглядит достаточно взвешенным решением. Однако взносы должны делаться в капитал первого уровня в обмен на привилегированные акции, выпускаемые в пользу государства, а не так, как это делается (скорее — не делается) сегодня, — через механизм субординированных кредитов ВЭБа. Субординированный кредит — это, по сути, форма дешевого фондирования, он не может быть использован для списания плохих долгов, т. е. не решает принципиальной задачи оздоровления банковского баланса. К тому же регулятор обязан тщательно проверять, за счет каких средств акционеры банков мобилизуют субординированные кредиты для получения софинансирования от ВЭБа. Действия должны быть предприняты именно сейчас, чтобы потом не пришлось иметь дело с гораздо более запутанной ситуацией и нести неоправданные затраты средств налогоплательщиков.

Автор — председатель совета директоров МДМ-банка Олег Вьюгин

5

Освободили вагоны

РЖД впервые с момента акционирования может стать убыточной. Компания перевела на неполный рабочий день почти 40% персонала и 20% отправила в неоплачиваемые отпуска.

Чистый убыток РЖД в 2009 г. может составить 49,7 млрд руб., заявила вчера начальник департамента корпоративных финансов Ольга Гнедкова (ее слова передал «Интерфакс»). РЖД всегда была прибыльной с тех пор, как в 2003 г. превратилась из Министерства путей сообщения в акционерное общество. В прошлом году она заработала 13,4 млрд руб.

Неутешительные прогнозы Гнедкова строит по итогам I квартала, в котором чистый убыток монополии составил 26,8 млрд руб. В этом квартале, по словам Гнедковой, компания прогнозирует потери в 14,2 млрд руб.

Плачевные результаты вызваны снижением объемов грузоперевозок и недостаточным ростом тарифов, говорит представитель РЖД.

Объемы грузоперевозок РЖД в I квартале упали на 24%. Прогноз Минтранса и РЖД на весь год — 19%. Пассажирские перевозки снизятся на 12%, отмечает замначальника департамента финансов РЖД Александр Романов. Сначала правительство планировало поднять тарифы на перевозки на 14%, но, чтобы поддержать компании во время кризиса, рост было решено ограничить на уровне 8%, напоминает представитель РЖД, из них в первом полугодии — на 5%.

Государство компенсировало РЖД недостачу, предусмотрев в бюджете 50 млрд руб. для внесения в уставный капитал монополии. Но это не относится к доходам РЖД, а потому не отражается на прибыли, объясняет Романов.

На финансовый результат РЖД повлияет и курсовая разница по валютному долгу, добавляет аналитик Номос-банка Иван Голубев: на конец 2008 г. на валютные кредиты РЖД приходилось около 30% кредитного портфеля ($2,7 млрд и 200 млн евро).

Монополия уже экономит. Инвестпрограмма сокращена с 442 млрд до 252 млрд руб. Кроме того, в этом году планируется «высвободить»человек за счет выхода сотрудников на пенсию, увольнений по собственному желанию и сокращения вакансий (4,5% от штата;уже покинуло компанию), заявил вчера начальник департамента планирования и бюджетирования РЖД Илья Рящин. На этом РЖД сэкономит 42 млрд руб., сказал Рящин (цитата по Thomson Reuters). Ранее компания планировала высвободитьчеловек.

Кроме того, по словам Рящина, на неполный рабочий день переведено человек (37,5% персонала), а %) отправлено в отпуск без сохранения зарплаты.

Думает РЖД и о том, что делать с долгом (198,6 млрд руб.). Для его рефинансирования РЖД выпускает инфраструктурные облигации на 100 млрд руб. — они будут размещены в первом полугодии. Во втором полугодии РЖД планирует разместить инфраструктурные облигации еще на 50 млрд руб., передает Thomson Reuters со ссылкой на вице-президента РЖД Федора Андреева.

«Российская газета»

1

Калашный ряд

Гендиректор "Рособоронэкспорта" Анатолий Исайкин: Несмотря на кризис, экспорт нашего оружия ставит рекорды.

В сложной финансовой ситуации экспортные доходы стали существенной поддер-жкой госказны. О том, каких результатов в торговле оружием добилась Россия за год, корреспонденту "РГ" рассказал гендиректор "Рособорон экспорта" Анатолий Исайкин.

Первым делом - самолеты

Российская газета: Анатолий Петрович, что в 2008 году у России получалось продавать лучше всего?

Анатолий Исайкин: На первом месте - авиация, 56 процентов. На втором - техника ПВО, 17 процентов. Это и понятно: сегодня война приходит с неба, и если не защитить страну, ее важнейшие промышленные и военные объекты от нападения авиации или крылатых ракет, то все остальное уже не потребуется. Затем - вооружение для Cухопутных войск - 15 процентов, техника ВМФ - 9 процентов. И прочее - 3 процента.

Больше половины оружейного экспорта приходится на вооружение и военную технику, около одной пятой занимают запчасти и агрегаты, затем - оборудование и комплектующие и, наконец, работы и услуги.

РГ: Какие страны в 2008 году покупали больше всего российского оружия?

Исайкин: Если раньше основная часть сделок приходилась на Индию и Китай (до 80 процентов), то в прошлом году мы более активно осваивали уже и другие рынки. Прежде всего это Латинская Америка. Были подписаны контракты с Венесуэлой, Мексикой, Перу, Колумбией, Бразилией. Есть хорошие предпосылки для экспорта оружия в Боливию, Уругвай, Эквадор. Продолжаем работать и с Юго-Восточной Азией - Вьетнамом, Индонезией, Малайзией, а также со странами Ближнего и Среднего Востока. В Северной Африке приличный объем заказов выполняется для Алжира.

РГ: До недавних пор Россию нередко упрекали в том, что, продав самолеты или танки, она тут же о них забывала.

Исайкин: Мы серьезно изменили бизнес-концепцию. Если раньше стремились продавать военную технику как таковую, то теперь задача - предоставить комплекс услуг: производство-обслуживание-ремонт и даже утилизацию. Создаем ремонтные базы, сервисные и учебные центры, обеспечиваем модернизацию. Так, недавно в Индии открыто СП "Рособоронсервис", которое займется послепродажным обслуживанием кораблей, самолетов и вертолетов. В мае 2008 года холдинг "Вертолеты России" подписал с китайцами меморандум о намерениях по созданию сервисного центра в Китае. На очереди - Индия, Словакия, Ближний Восток.

РГ: А как насчет допуска иностранцев в святая святых - научные изыскания и разработки?

Исайкин: Производить военную технику с нуля - от корпуса и двигателя до оружия и электронной начинки - и для себя, и для продажи могут лишь несколько стран. Но техника и вооружение становятся все сложнее, а значит, и дороже. Потому государства и стараются скооперироваться - уже не только для производства, но и для разработки новых образцов. Практика показала: часто это и быстрее, и дешевле. Для проведения НИОКР, совместного производства и реализации оружия и техники многие страны обращаются и к нам. Если выгодно, почему нет?

Насколько проблемен Китай?

РГ: Много говорят о проблемах, появившихся у России в торговле оружием с Китаем, Индией и Алжиром.

Исайкин: Это преувеличение. Хотя оружейный бизнес не может быть без проблем, тем более в условиях жесткой конкуренции. Но это решаемые вопросы, ведь с этими странами нас связывает многолетнее сотрудничество. Тот же Китай последние полтора десятка лет был одним из крупнейших покупателей, приобретая до половины всего нашего военного экспорта, на суммы до 2,7 млрд долларов в год. Всего же с 2001 года объем сотрудничества с КНР в военной области составил 16 млрд долларов.

РГ: И сейчас наступает черная полоса?

Исайкин: Это поверхностное суждение. Да, в прошлом году объем снизился до 18 процентов. Но ведь сокращение произошло потому, что значительно расширилось число стран, с которыми мы стали торговать, что привело к снижению доли КНР. Не исключаю, что она может опуститься и до 15, и даже до 10 процентов. Но нас это не пугает, ведь объемы продаж остаются достаточно высокими, превышая миллиард долларов в год.

РГ: То есть мы продолжим поставлять в Китай крупные партии?

Исайкин: Во всяком случае первый большой контракт нового года заключен именно с КНР. Мы поставим более сотни авиадвигателей для оснащения самолета J-10. На подходе еще несколько контрактов.

РГ: И все-таки, похоже, переосмысление содержания военно-технического сотрудничества со стороны как России, так и Китая началось?

Исайкин: ВТС никогда не ведется по раз и навсегда отработанной схеме. Это особенно характерно для КНР. В середине прошлого века китайская армия была вооружена в основном советским оружием. Но сегодня уровень экономики страны и ее оборонной промышленности позволяет обеспечить армию своим оружием. Потому сейчас на первый план выходят вопросы технологического сотрудничества, развития лицензионного производства, проведения совместных НИОКР, взаимодействия в высокотехнологичных сферах. Что, естественно, ведет к некоторому уменьшению денежного объема новых контрактов.

РГ: Чем помимо авиадвигателей мы можем заинтересовать Пекин в этом году?

Исайкин: Это могут быть ограниченные партии - военно-морская техника, системы ПВО, боевые самолеты. В декабре я участвовал в работе 13-й российско-китайской межправкомиссии по ВТС, на заседании которой были определены главные направления нашего сотрудничества. По ним и будут прорабатываться новые контракты.

РГ: Несмотря на то что Китай активно копирует наше оружие и пытается продавать его в обход России.

Исайкин: Проблема есть. Но обнадеживает, что обе страны понимают: ее пора решать. Доказательство - подписание на декабрьской межправкомиссии Соглашения об охране интеллектуальной собственности в сфере ВТС. Дальше займемся выработкой механизмов определения объектов этой собственности, способов их охраны, процедур выявления нарушений и применения штрафных санкций.

Хинди-руси: бхай-бхай

РГ: Хватает проблем и с Индией. Каковы, на ваш взгляд, шансы России на победу в тендере на поставку 126 истребителей для индийских ВВС?

Исайкин: По-моему, неплохие. "Рособоронэкспорт" и РСК "МиГ" предлагают индийским ВВС МиГ-35. Этот контракт готовился с учетом всех пожеланий индийской стороны. Но и конкуренты у нас серьезные - французская Dassault Aviation (истребитель Rafale), шведская SAAB (Gripen), американские Boeing (F/A-18) и Lockheed Martin (F-16), а также европейский концерн EADS (Eurofighter Typhoon). По оценкам зарубежных экспертов, стоимость контракта может составить 10 млрд долларов. Но решение Дели зависит от многих факторов. Не зря ведь тендер тянется уже несколько лет. А пока мы работаем по другим направлениям. Недавно, к примеру, заключили большой контракт на поставку индийцам 80 транспортных вертолетов Ми-17В-5.

РГ: А как дела с авианосцем "Викрамадитья" - бывшим "Адмиралом Горшковым"?

Исайкин: Проблемы там возникли из-за того, что простаивавшее на тот момент Северодвинское предприятие очень хотело получить этот заказ. Потому все цифры и сроки определили без глубокого технико-экономического обоснования, обязавшись модернизировать крейсер к августу 2008 года. На основе этих расчетов мы в 2004 году подписали контракт на ремонт и переоборудование корабля стоимостью 616 млн долларов. Но этих средств оказалось мало. Сейчас ведутся переговоры о продлении сроков до 2012 года и повышении стоимости работ. Индийцы прекрасно понимают, что изначальная цена была явно занижена и должна быть пересмотрена.

РГ: А что уже сделано?

Исайкин: На сегодня выполнено больше половины всех работ. Бригада индийских специалистов находится в Северодвинске и следит за ходом модернизации. Ну а для нас это наука на будущее.

РГ: Уже очевидно, что Индия, как и Китай, намерена не только расширить географию закупок, но и самостоятель но производить как можно больше видов вооружений. Как вам это?

Исайкин: Мы относимся к такой позиции с пониманием. Вместе с тем уже сейчас отмечаем активные попытки США и ведущих стран Европы прорваться на индийский рынок. Именно потому вместо поставок вооружения все чаще предлагаем совместные разработки и научные исследования, передачу технологий и развертывание в Индии производства по лицензиям. Уже ведется сборка самолетов Су-30МКИ, танков Т-90С, индийцам переданы технологии производства авиадвигателя РД-33 серии 3. Наиболее показательный пример - совместная разработка и производство противокорабельной ракеты "БраМос".

РГ: Но про "БраМос" известно давно. А есть ли новые проекты?

Исайкин: Да. Скажем, совместное создание среднемагистрального транспортного самолета двойного назначения (МТА), которое ведется с разделением технических и финансовых рисков. Запущенный в серию, МТА заменит стоящие на вооружении ВВС Индии американские С-130 и советские Ан-12. Индийцы уже подтвердили готовность закупить 45 самолетов с опционом на закупку еще 45.

И, конечно же, совместное производство самолета 5-го поколения, в котором предполагается использовать технологию "стелс". По заявлению маршала авиации Индии Фали Хоми Мейджора, этот истребитель должен совершить первый полет в 2015 году. Но, возможно, и раньше.

РГ: Как вы намерены работать со странами, пострадавшими от мирового финансового кризиса и, в частности, от падения цен на нефть больше других?

Исайкин: Мы предлагаем им гибкую ценовую политику и разнообразные формы оплаты - от встречных поставок товаров традиционного национального экспорта и российского участия в реализации экономических проектов этих государств до оплаты в счет погашения прошлых долгов нашей страны и предоставления кредитов. Только что был распечатан кредит для Индонезии в миллиард долларов, на который страна будет закупать наше вооружение - от вертолетов до подлодок. А полгода назад состоялась передача ВВС Хорватии 10 вертолетов Ми-171Ш в счет погашения госдолга бывшего СССР. Но, конечно, самый предпочтительный для нас вариант - оплата "живыми" деньгами.

Когда кризис - не приговор

РГ: Из-за мирового финансового кризиса трясло крупнейшие западные холдинги, структуры со столетней историей объявляли себя банкротами. А насколько просел "Рособоронэкспорт"?

Исайкин: Мы не просели, а установили в 2008 году очередной рекорд: поставили продукции на 6,725 млрд долларов. А экспортный объем заказов увеличен до 27 млрд долларов.

В итоге среди мировых экспортеров вооружения и военной техники Россия занимает прочное второе место, значительно опережая ведущие европейские страны.

РГ: Странно как-то. Сегодня все первые лица российского бизнеса жалуются на вал проблем, очередь желающих получить в Кремле или в Белом доме финансовую поддержку составила бы, наверное, километры. А у вас рекорды.

Исайкин: Ну почему же? Трудности есть, и они тоже связаны с мировым финансовым кризисом. Прежде всего падение цен на нефть, а в связи с этим - ослабление платежеспособности некоторых "сырьевых государств". Плюс растущая конкуренция со стороны ведущих зарубежных производителей. Это из разряда внешних причин.

А к внутренним я бы отнес кризисное финансово-экономическое положение ряда предприятий отечественной оборонки.

РГ: Почему бы вам им не помочь?

Исайкин: Сегодня мы работаем с 700 предприятиями, и многих из них обеспечиваем зарубежными заказами. Во многом благодаря экспортным контрактам немало заводов и КБ не только пережили трудные 1990-е, но и создали заделы на будущее. Контракты с инозаказчиками заключаем в долларовом эквиваленте, и нынешний рост курса доллара позволил нашим экспортным предприятиям существенно прирастить свою рублевую прибыль.

Замечу, что в отличие от энергоносителей цены на продукцию военного назначения не обваливались еще ни разу за всю историю оружейного бизнеса. Ведь оружие - самая твердая валюта. Так что средства по заключенным нами контрактам поступают на предприятия в оговоренных объемах и в срок. Потому я уверен, что для оборонки нынешний кризис - не приговор.

РГ: Ходят слухи, что львиную часть средств от продажи оружия госпосредник оставляет себе, а производителям оставляет крохи.

Исайкин: Неправда. Переговорный процесс, или, как у нас говорят, предконтрактная работа, начинается с вопроса цены. Но эту цифру определяем не мы, а поставщик. И здесь основной принцип - "не продешеви!". Ведь именно из полученных средств нужно и заказ выполнить, и зар-плату выплатить, и на модернизацию производства, и на социалку что-то оставить.

Ну а мы, зная конъюнктуру рынка, уже потом называем инозаказчику коммерческую цену. После заключения контракта и перечисления покупателем валюты предприятие-изготовитель получает свои деньги. Часть их идет в госбюджет в качестве налогов, и лишь согласованные комиссионные (как правило, три процента) мы оставляем себе. Их расходуем на зарплату, участие в выставках, которых ежегодно проводится более 30, а также на маркетинг. Из этих же средств финансируем проведение НИОКР по созданию образцов на экспорт.

РГ: А платить за НИОКРы-то вам зачем?

Исайкин: А что остается? В оружейном производстве до сих пор используются научные достижения еще советских времен. Доля российской наукоемкой продукции в мировом экспорте в 1990 году составляла 6 процентов, в 2000-м - один, а в прошлом - 0,2 процента. Страна тратит на НИОКР в четыре раза меньше Японии, втрое меньше Германии и вдвое меньше Чехии. Вот мы и пытаемся хоть как-то залатать эту брешь. Иначе скоро будем торговать лишь корпусами танков, кораблей и самолетов. А высокотехнологическую "начинку", которая стоит значительно дороже, уступим конкурентам. Мне очень не хочется, чтобы Россия скатилась на уровень поставщика железа.

РГ: Сколько предприятий у нас сегодня могут торговать оружием?

Исайкин: Продвижением на международные рынки всего спектра вооружений и военной техники занимается только "Рособоронэкспорт". Но кроме нас есть еще 23 структуры, каждая из которых имеет право выхода на мировой рынок. Они вправе делать предложения по модернизации, поставкам запчастей, обслуживанию и другим работам, связанным с обеспечением всего жизненного цикла проданного за рубеж оружия и техники. И в прошлом году неплохо заработали - больше 1,6 млрд долларов.

РГ: А с "Ростехнологиями" какие отношения?

Исайкин: Абсолютно нормальные. У нас есть прямой выход на все бизнес-структуры и предприятия, входящие в госкорпорацию.

РГ: Раствориться в таком гиганте не боитесь?

Исайкин: А чего нам бояться? Когда процесс акционирования завершится, весь пакет акций "Рособоронэкспорта" будет передан госкорпорации. При этом мы останемся единственным госпосредником во внешнеторговой деятельности, касающейся всего спектра военной продукции. А деятельность в рамках даже расширить свои возможности.

ХИТЫ ПРОДАЖ

Су-30 МКИ - истребитель поколения "4+" - стал первым в мире экспортным самолетом, оснащенным двигателем с управляемым вектором тяги. Создан совместно с индийцами, которые рассматривают его как основную ударную силу своих ВВС на ближайшие десятилетия. Известен еще и тем, что в трех из четырех боев одержал победы над американскими F-15 из 3-го воздушного крыла базы ВВС США в Элмендорфе, штат Аляска.

Дизель-электрическая торпедная подводная лодка проекта 636 "Варшавянка" класса "Кило" считается одной из самых малошумных в мире. Субмарины этого класса предполагалось строить на экспорт в страны Варшавского договора, отсюда и название. Строительство кораблей проекта 636 началось с середины 1990-х гг. Круг покупателей - от Индии и Китая до Польши и Румынии. Модернизация и принятие на вооружение комплекса противокорабельных крылатых ракет значительно расширили их боевые возможности.

Ракетно-пушечный танк Т-90С (первоначальное название "объект 188") создан в конце 1980-х - начале 1990-х гг. в КБ "Уралвагонзавода" (Нижний Тагил). Принят на вооружение в 1992 г. Имеет традиционный для российских танков малый вес, малые габариты, мощное вооружение и высокую мобильность. При его разработке были использованы лучшие конструктивные решения танков Т-72 и Т-80. Экипаж - 3 человека. Всего выпущено около 1000 машин, свыше половины из которых поставлены в Индию, Алжир и Саудовскую Аравию.

2

Народный план

Вчера правительство рассмотрело антикризисный план, созданный им же самим. Как сообщил источник "РГ", новый документ предполагает упростить доступ сельхозпроизводителей к розничным сетям, установить предельную наценку на жизненно важные лекарства и совершить много других полезных дел.

План поступит на рассмотрение Думы ко второму чтению обновленного бюджета, то есть до 15 апреля.

Обсуждение важного для страны документа происходило на разных уровнях от рабочих и профсоюзов до партийных лидеров. И это, как уверены на Краснопресненской набережной, позволяет считать антикризисный план всенародно избранным и эффективным методом борьбы с проявлениями мирового экономического кризиса в отдельно взятой стране.