Эколого-геологическое картирование (стр. 2 )

6—7. Сумма весомостей одного уровня есть величина постоянная. Весомость и оценка свойств i-ro уровня определяются требованиями со стороны связанных с ними свойств (i—1), т. е. более высокого уровня [2]. Указанные принципы вполне очевидны и подразумевают элементарную унификацию методов измерений и обработки их результатов.

Использование методов квалиметрии в экологическом картографировании. Непосредственное определение параметров окружающей среды, как количественных, так и качественных, составляет содержание методов физико-географических (в максимально широкой трактовке этого понятия) исследований. Учет социально-экономических характеристик требует привлечения методов демографии и социологии. Обеспечение корректности и сопоставимости результатов тех и других составляет предмет метрологии. Использование квалиметрических методов необходимо на стадии перехода от поингредиентных и покомпонентных характеристик к интегральным, охватывающим разнородную и потому трудносопоставимую информацию.

Ключ к комплексной оценке состояния среды состоит в определении относительной значимости ее отдельных компонентов для здоровья человека (при антропоцентрическом подходе) или устойчивости отдельных видов и экосистем в целом (при биоцентрическом подходе).

С точки зрения законов экологии вполне очевидно, что каждый из компонентов среды является жизненно важным. Но разнообразие интервалов толерантности к разным факторам обусловливает различия в их значимости.

В квалиметрии известны следующие основные методы определения весомости отдельных свойств качества: стоимостный, экспертный, вероятностный и смешанный (комбинации трех предыдущих [2]).

♦  Стоимостный метод предполагает корректную оценку слагаемых качества в денежном выражении. Такой подход едва ли приемлем для экологического картографирования, по крайней мере в качестве основного, в силу вторичности экономических оценок в природопользовании по отношению к экологическим и гигиеническим.

♦  Экспертный метод (метод «Дельфи») включает участие группы из 10—12 экспертов, отвечающих на поставленный вопрос. Ответы должны носить количественный характер, даваться в несколько туров со взаимным ознакомлением с результатами, обменом мнениями в целях выработки усредненного коллективного решения [2]. При современном уровне развития геоэкологических исследований данный

метод является наиболее распространенным [15].

♦ Вероятностный метод. В рамках антропоцентрического подхода предметом вероятностной оценки оказывается риск возникновения заболеваний в зависимости от состояния окружающей среды и ее компонентов. Такой подход применяется в рамках методики оценки риска и в целом может быть оценен как наиболее перспективный. Его распространение сдерживает необходимость накопления и обработки значительных объемов медико-географической информации применительно к конкретным социально-экономическим условиям. Создает трудности для математической обработки и неоднозначность связей «доза—эффект», в частности наличие скачков на определенных уровнях [15], а также возможное влияние на восприимчивость этносоциальных, возрастных и индивидуальных особенностей организма. Практически вероятностный метод реализуется на основе использования

статистических зависимостей между характеристиками состояния компонентов среды и показателями здоровья человека либо состояния популяций отдельных видов.

2.4. Экологизация тематической картографии

Общий смысл экологизации картографии заключается в переходе от традиционных попыток показа как бы реконструированного состояния природной среды к целенаправленному отображению содержания и последствий воздействия человека. Экологизация, являющаяся общей тенденцией развития современной науки [124], проявилась во многих отраслях тематической картографии.

Геологическое картографирование претерпело значительные изменения в области задач и методов съемочных исследований. Были разработаны новые методические руководства [23 и др.], изменившие общую направленность геологических исследований с нацеленности на обнаружение полезных ископаемых на изучение современного состояния геологической среды и тенденций ее изменения. При этом в число объектов изучения, согласно новым методическим руководствам, вошли даже характеристики загрязнения атмосферного воздуха и поверхностных вод.

В рамках экологизации геологического картографирования повышенное внимание уделяется показу на общих и специальных картах техногенно-образованных, техногенно-переотложенных и техногенно-измененных пород, а также сущности физических и химических изменений в них (подробнее см. в разделе 4.5.2).

Геоморфологическое картографирование в последние годы также ориентируется на изучение и решение экологических проблем. По выражению [83], если раньше геоморфологи уделяли основное внимание изучению всего того геологического, что отражается в рельефе, то сейчас необходимо сместить акцент на то географическое, что рельефом контролируется. Литогенная основа ландшафта (геологическое строение и рельеф) в значительной степени предопределяет пространственное распределение почвенных разностей и биотопов, их внешние границы. Поэтому границы территорий с разными экологическими ситуациями во многих случаях целесообразно согласовывать с геоморфологическими границами.

Практическая реализация этой идеи заключается в разработке геотопологической основы для интерполяции и экстраполяции фактических данных о загрязнении окружающей среды и трансформации экосистем, т. е. в создании детальных карт элементарных ребер и граней рельефа и оценки их положения по отношению к источникам техногенных воздействий [109].

Рельеф непосредственно влияет на процессы геодинамики, в том числе являющиеся факторами экологического риска (обвалы, оползни, лавины, сели, наводнения). Поэтому геоморфологические карты, в том числе с адаптированным содержанием, нашли применение при оценке риска различных опасных явлений, конт-ролируемых рельефом и поверхностными отложениями.

Климатическое картографирование эволюционирует в направ-лении отображения метеорологических факторов экологической обстановки: рассеивающей способности и потенциала загрязнения атмосферы [12]. При этом следует отметить, что традиционное для изучения атмосферных процессов создание мелкомасштабных карт на основе редкой сети постов, хорошо зарекомендовавшее себя при анализе и прогнозе глобальных и региональных ситуаций, оказалось недостаточным в условиях сложной, мозаичной картины загрязнения урбанизированных территорий [34]. В связи с этим получило широкое распространение создание компьютерных, в том числе оперативных, карт на основе математического моделирования циркуляционных процессов в условиях города.

Гидрологическое картографирование также приобрело нацеленность на отображение состояния водных ресурсов, в том числе в аспектах риска высоких паводков, истощения, загрязнения.

Почвенное картографирование традиционно было ориентировано на отображение не только типов, подтипов и разновидностей почв, но также их состояния и тенденций изменений (выделение смытых и намытых почв). В рамках экологизации почвенное картографирование трансформируется в мониторинг земельных ресурсов, в задачи которого входит отслеживание изменений: эродированности почв, содержания гумуса, микроэлементов, рН, остаточных концентраций пестицидов, загрязнения тяжелыми металлами и нефтепродуктами.

Объектом почвенного картографирования становятся техногенные и антропогенно-преобразованные почвы: агросерые, агролес-ные; ацефалоземы («обезглавленные» почвы) и т. д. [154]. В новой классификации почв России [70] выделены на уровне отдельных типов почвы, сформировавшиеся под влиянием интенсивного воздействия интенсивных факторов (стратоземы, агростратоземы).

Свойства почв непосредственно влияют на интенсивность процессов миграции загрязняющих веществ и самоочищения, коррозионную активность. Поэтому получило распространение создание специальных почвенных карт, на которых дается интерпретация типов и разновидностей почв с точки зрения их влияния на миграцию поллютантов. Таким образом, почвенное картографирование смыкается с эколого-геохимическим.

Геоботаническое картографирование (включая лесное, как его прикладное направление) послужило одним из источников современного экологического картографирования. Современной тенденцией в геоботаническом картографировании стало внимание, уделяемое показу динамики растительности, включая прогноз ее состояния с учетом сукцессионной смены сообществ [66]. Состояние растительного покрова является одним из показателей экологической обстановки в целом, в связи с чем получило развитие биоиндикационное картографирование (подробнее см. раздел 4.6.2).

Социально-экономическое картографирование. Экологизация проявляется в создании специализированных карт для показа последствий хозяйственной деятельности: объемов и структуры выбросов и сбросов загрязнений, в том числе с подразделением по отраслям экономики, масштабов применения удобрений и пестицидов и т. д. Наряду с абсолютными характеристиками поступления загрязняющих веществ объектами картографирования могут быть многочисленные относительные показатели: величины выбросов и сбросов в расчете на одного жителя, на единицу площади, на объем выпускаемой продукции в натуральном или денежном выражении. Величины платежей за загрязнение (экологического налога) и, соответственно, поступлений в территориальные экологические фонды также могут быть объектом картографирования. Состояние среды стало одним из важных факторов кадастровой оценки земель [127], определения стоимости недвижимости (подробнее см. раздел 5.4). Это предполагает составление специальных карт экономической оценки экологической обстановки, таких как карты величин отклонений стоимости недвижимости под влиянием экологических факторов и, соответственно, потерь или приобретений владельцев.

2.5. Классификации экологических карт

Вопросы классификации экологических карт решаются по-разному, в зависимости от того, что положено в основу классификации: анализ и обобщение фактически существующих картографических материалов либо теоретические предпосылки. Число классификационных признаков практически так же безгранично, как и число экологических проблем и подходов к их изучению. Относительно устоявшейся и общепризнанной в настоящее время является упомянутая выше классификация экологических карт по научно-прикладной направленности [МО], в рамках которой выделяются карты:

♦ инвентаризационные, т. е. нацеленные на учет и описательные характеристики природных объектов;

♦ оценочные, т. е. характеризующие соответствие состояний и условий природной среды каким-либо критериям и/или нормативам;

♦ прогнозные, т. е. отображающие предполагаемые и/или не-доступные для непосредственного изучения природные объекты и их свойства;

♦ рекомендательные, т. е. направленные на оптимизацию и гар-монизацию отношений в природной среде, предотвращение или смягчение неблагоприятных явлений и их последствий.

Географы Института географии РАН, составившие наиболее полный каталог фактически существующих отечественных карт экологического содержания по состоянию на декабрь 1994 г. [73], подразделили их на следующие группы:

♦  карты оценки природных условий и ресурсов для жизни и деятельности человека;

♦  карты неблагоприятных и опасных природных условий и процессов;

♦ карты антропогенных воздействий и изменений природной среды;

♦ карты устойчивости природной среды к антропогенным воздействиям;

♦ карты охраны природы и природоохранных мероприятий;

♦ медико-географические карты;
♦ карты рекреации;

♦ комплексные экологические (эколого-географические, геоэкологические карты).

Географы МГУ [75] разработали несколько иную классификацию экологических карт, в целом близкую по содержанию, но отличающуюся отсутствием ряда достаточно традиционных тематических групп:

♦  карты воздействий на природную среду и их последствий;

♦  карты оценки состояния природной среды;

♦  карты прогноза состояний природной среды и оценки ее прогнозируемого состояния;

♦  общие эколого-географические карты;

♦ карты существующей системы природоохранных мероприятий, природоохранных организаций, природоохранных технических устройств;

♦ комплексные карты охраны природы.

Классификации, построенные на основе анализа практики, успешно «работают» в достаточно давно сложившихся тематических областях с устоявшейся внутренней структурой. В экологическом картографировании, все еще находящемся в стадии формирования, освоены далеко не все практически необходимые сюжеты. Поэтому целесообразно, основываясь на тех или иных теоретических представлениях, дополнять классификации, построенные на основе анализа практики, перспективными, но еще недостаточно разработанными разделами. Так географы Института географии Сибири и Дальнего Востока [171] предлагают следующие классы экологических карт:

♦ карты факторов и условий среды (физико-географические карты, характеризующие условия жизнедеятельности, карты природно-ресурсного и экологического потенциала тер
риторий, устойчивости геосистем);

♦ карты процессов (распространения загрязнений, миграций,

эрозии, опасных природных явлений); ♦ карты состояний (современного и прогнозируемых, в том числе карты антропогенных изменений);

♦  карты проблем (остроты экологических ситуаций);

♦  карты организации охраны природы и ресурсопользования (контроля и управления природопользованием).

Классификация экологических карт по назначению, рассмотренная выше, включает:

♦  карты для научно-исследовательских работ природоохранной направленности (с дальнейшими подразделениями сообразно структуре научных дисциплин об окружающей среде и ее охране);

♦  карты для практической природоохранной деятельности (в том числе инвентаризационно-оценочные, прогнозные, рекомендательные, контрольные);

♦  карты для экологического просвещения, образования и воспитания.

Вполне очевидны также классификации экологических и эко-лого-географических карт по масштабу и территориальному охвату, по широте темы (общие и частные, аналитические и синтетические). Специфическим для экологических карт является их подразделение по источникам исходной информации на карты, составленные на основе:

♦  дистанционного зондирования;

♦  статистических данных и их обработки;

♦  полевого картографирования и мониторинга;

♦  изучения состояния биоиндикаторов;

♦  обобщения материалов из разных источников.

3. Территориальная интерпретация эколого-географической информации

Экологическое картографирование — отклик на общественную потребность в информации о состоянии и динамике качества среды, окружающей человека, в условиях экологического кризиса. Как показано выше, расширение предмета и тематическая дифференциация экологического картографирования произошли вследствие невозможности удовлетворить эту потребность без привлечения всей совокупности данных наук о Земле, человеке и обществе.

Задача экологического картографирования состоит в непосредственной характеристике состояния среды, подвергающейся антропогенному воздействию. Важнейшие свойства картографируемых показателей — их содержательная, пространственная и временная локализация. При этом информация, заключенная в карте, всегда беднее исходной природной. Поэтому для обеспечения объективности и репрезентативности результатов необходимо соблюдение ряда процедур, среди которых целесообразно различать общекартографические приемы получения, локализации, интеграции и интерпретации показателей и особенности их применения, обусловленные спецификой объекта картографирования.

3.1. Оценка проницаемости географических границ

Границы природно-территориальных единиц важны для экологического картографирования постольку, поскольку они образуют геохимические и орографические барьеры на путях миграции поллютантов. Степень прозрачности границ для поллютантов должна рассматриваться как основной критерий их учета при пространственной интерпретации показателей. При отсутствии препятствий загрязнения должны равномерно распространяться по всем направлениям; в этом случае уровень их концентрации становится функцией расстояния и оказывается возможным только выделение условных границ на основе количественных критериев (например, превышения или непревышения ПДК). Практическим средством выделения геоэкологически значимых границ может быть мысленный эксперимент, в ходе которого воображаемые преграды размещают на разных природных рубежах [125] и определяют их реальность по отношению к тем или иным вещественно-энергетическим потокам.

Характер переноса загрязнений в атмосфере. Он определяется в первую очередь циркуляционным фактором. Территории с разной направленностью атмосферного переноса разграничиваются своеобразными «атморазделами» [40]. Высокая динамичность воздушной среды предопределяет существование климатических границ, являющихся наиболее расплывчатыми по сравнению с другими природными границами [6]. Количество таких границ на Земле невелико; их ширина (порядка сотен км) сопоставима с максимальной дальностью переноса большинства поллютантов. Поэтому геоэкологическое значение климатических границ определяется их влиянием на глобальное загрязнение атмосферы наиболее устойчивыми поллютантами (например, роль атмосферных фронтов в изоляции Антарктиды и формировании «озоновой дыры»).

Для региональных и локальных особенностей загрязнения атмосферы наибольшее значение имеют расположение и параметры источников выбросов, а также их перераспределение под воздействием элементов подстилающей поверхности, тогда как элементы общей циркуляции образуют общий фон. Элементы подстилающей поверхности, влияющие на местную циркуляцию: рельеф, растительный покров, водоемы. Барьеры на пути местной циркуляции поллютантов (особенно переноса аэрозолей в приземном слое) создают:

♦  линейные положительные формы рельефа;

♦  побережья водоемов, размеры которых достаточны для формирования бризовой циркуляции;

♦  границы лесных массивов (при достаточно выраженных различиях в степени шероховатости поверхности в пределах леса и вне его).

С точки зрения влияния на местную циркуляцию, искусственные сооружения могут рассматриваться как формы рельефа. Соответственно границы участков высотной застройки принимают характер локальных орографических рубежей, воздействующих на местную циркуляцию.

различны для разных ее составных частей: морей и океанов в данном пособии не рассматриваются), водоемов суши, подземных вод. Для рек (как однонаправленных потоков) с развитой поперечной циркуляцией и русловыми деформациями устойчивы лишь поперечные границы, разделяющие разные отрезки русла.

Различия экологических ситуаций в пределах отрезков русел обусловливаются неравномерностями поступления загрязнений и интенсивности процессов самоочищения. Створы источников сбросов и устья сильно загрязненных притоков образуют верхние границы экологически неблагополучных участков русел. Загрязненные участки русел подразделяются на зоны смешения с неустойчивыми характеристиками загрязнения и зоны распределения, в которых происходят процессы транспортировки поллютантов и самоочищения, приводящие к постепенному уменьшению их концентраций вниз по течению [34], что не предполагает обособления границ.

Аккумуляция поллютантов в донных отложениях контролируется гидродинамическими особенностями водотоков, от чего зависит также распределение литологических разностей. Известно повышенное накопление большинства металлов в техногенных илах [34], в связи с чем границы тел заиления выражаются в различиях уровней загрязненности. Расположение тел заиления, в свою очередь, подчиняется определенным гидродинамичским закономерностям: в виде сегментов по выпуклым участкам берегов меандри-рующего русла либо в виде относительно равномерного чехла на непроточных и слабопроточных участках.

Заиление оказывает неоднозначное влияние на экологическую обстановку. С одной стороны, скопления ила концентрируют пол-лютанты (особенно металлы), с другой — интенсивно зарастают макрофитами и в связи с этим могут выполнять роль биофильтров. В обоих случаях границы заиленных участков приобретают то или иное геоэкологическое значение.

Перенос загрязнений в подземной гидросфере. Происходит в гидродинамических зонах аэрации и активного водообмена и подчиняется закономерностям миграции в данных ландшафтах, с накоплением на тех или иных геохимических барьерах. Типы барьеров определяются зональными факторами [39]. Для всех зон характерна также повышенная аккумуляция поллютантов в донных отложениях и понижениях различного происхождения, с непромывным режимом почв, что определяет важность их выделения по материалам дистанционного зондирования и полевых наблюдений.

Воздействия на недра, в частности в связи с добычей нефти и газа, приводят к активизации процессов в зонах замедленного и весьма затрудненного водообмена и осолонению пресных горизонтов. Формы и размеры образующихся зон загрязнения подземных вод определяются направлениями потоков в зоне активного водообмена и их трансформациями в связи с техногенными воздействиями [1]; при этом концентрации изменяются постепенно, без обособления резких границ. Тектонические нарушения обычно не ограничивают зоны загрязнения подземных вод, а выступают в роли естественных факторов их образования вследствие повышенной проницаемости для высокоминерализованных глубинных вод.

Степень трансформации биоты и почв. Она в наибольшей степени зависит от характера использования территории. Выделяются следующие основные функции использования территорий: заповедная, рекреационная, лесохозяйственная, сельскохозяйственная, промышленно-урбанистическая [10]. Фактически любая территория используется многообразно, что не исключает возможности выделения для конкретных территорий ведущих и второстепенных функций [135]. Расположенные в приведенной выше последовательности, функциональные типы использования территорий образуют объективно существующие ступени уровней преобразованности почв и биоты: от почти полной сохранности природного фона (изменения обусловливаются глобальными и реги-ональными антропогенными воздействиями) в пределах ООПТ до практически полного уничтожения естественных и создания (стихийного или целенаправленного) искусственных почв, флоры и фауны в городах.

Обособлению границ территорий с различным типом хозяйственного (или иного) использования способствует их юридическое оформление, а иногда и охрана (государственные границы, военные объекты, ООПТ, землевладения). Различия в плотности населения, уровнях развития технологии производства и охраны окружающей среды, сглаживающие влияния вышеперечисленных функциональных типов использования территорий, обычно проявляются по разные стороны отмеченных выше границ, что также способствует приобретению ими объективного характера и геоэкологического значения. В общем случае, чем выше юридический статус и эффективнее охрана границы землепользовании, тем существеннее ее геоэкологическое значение в части, касающейся сохранности биоты и почв. Так, в печати многократно указывалось на существенные различия в состоянии лесов, находящихся в ведении Гослесфонда и сельскохозяйственных предприятий. Таким образом, различия в характере землепользования могут превращать условные границы в объективно существующие.

Степень трансформации рельефа и геологической среды.

Она определяется сочетанием сложно взаимодействующих природных и техногенных факторов. Взаимодействие факторов проявляется:

♦  в геологической предопределенности районов наибольшей антропогенной нагрузки (горнобывающая промышленность);

♦  в зависимости функционального использования территорий от геолого-геоморфологических условий;

♦  в разнообразии проявлений антропогенно обусловленных и антропогенно ускоренных геодинамических процессов, связанных со всем комплексом эндогенных и экзогенных факторов.

Территориальная дифференциация геологической среды обусловливает различия как в предрасположенности к определенным видам хозяйственного освоения, так и в характере реакций самой среды на антропогенные воздействия. При типизации (районировании) геологической среды выделяются геологические тела (горные породы с заключенными в них водами, газами, органическими и неорганическими включениями), в которых по-разному протекают естественные, техногенные и техногенно-измененные процессы [41].

Геологические границы, обусловленные как последовательностью напластования различных по составу и свойствам пород (стратиграфические), так и возникшие вследствие их последующих деформаций (тектонические), относятся к числу наиболее четких среди природных границ. При различии свойств разграничиваемых пород геологические границы проявляются в других компонентах ландшафта.

3.2. Территориальные единицы экологического картографирования

Выбор территориальных единиц должен определяться однородностью их свойств и, как следствие этого, — возможностью распространения на них геоэкологических характеристик. В практике картографирования нашли применение шесть вариантов решения вопроса о выборе операционных территориальных единиц.

1. Выборочная характеристика, т. е. привязка показателей непосредственно к точкам и линиям, для которых они получены, практикуется в процессе работ на картах фактического материала. При недостатке данных, обусловливающем невозможность территориально полной характеристики, такой прием находит применение и на итоговых картах (рис. 6, 7). Такое решение, очевидно, лучше, чем недостоверная интерполяция, однако при этом не выполняется общекартографическое требование непрерывности изображения.

2. Геометрически правильные сетки, обычно квадратной формы, нашли применение, главным образом, при построении частных карт, характеризующих состояние компонентов среды по от
дельным ингредиентам. Данный подход получил распространение в связи с тем, что ограниченные возможности компьютеров первых поколений не позволяли использовать полноценную карто
графическую основу.

Недостатки геометрически правильных сеток очевидны и связаны с их случайным характером по отношению к внутренней организации пространства. Вследствие этого характеристики, относящиеся к конкретным точкам пространства, оказываются в зависимости от размещения сетки. Так, в Экологическом атласе Санкт-Петербурга [169] при размерах ячеек 1x1 км «зоны влияния» автомагистралей на загрязнение атмосферного воздуха получаются шириной от 0 до 0,9 км, в зависимости от их прохождения через середину или угол квадрата (рис. 8). Уменьшение размеров, с одной стороны, сокращает размеры подобных искажений, с другой — увеличивает число пустых ячеек. Это по существу не является решением вопроса об операционных территориальных единицах.

3. Политико-административное и хозяйственное деление используют в качестве единиц картографирования, когда исходными данными служат материалы официальной статистики, примером чего служат картосхемы в Государственных докладах о состоянии окружающей природной среды. Такой подход к выбору территориальных единиц наиболее прост в методическом отношении и отвечает текущим запросам отдельных категорий потребителей картографической продукции (главным образом, работников органов управления). Простота построения карт такого типа (картограммы и картодиаграммы, отражающие средние и суммарные показатели, получаемые на основе элементарной обработки типовых форм учета) способствует высокой оперативности их создания. При этом нельзя не выразить сомнений в высоком качестве принимаемых на основе подобных карт управленческих решений, поскольку средние и суммарные показатели затушевывают различия внутри единиц районирования и создают иллюзию контрастов на их границах (рис. 9), что географически некорректно.

Рис. 6. Фрагментарная характеристика загрязненности речных вод [8]:

1 — чистая; 2 — слабо загрязненная; 3 — умеренно загрязненная; 4 — сильно загрязненная; 5 — очень сильно загрязненная. Первые квадраты характеризуют кислородный режим и органические загрязнения; вторые квадраты — тяжелые металлы, нефть и др.; третьи квадраты — бактериальное загрязнение

Рис. 7. Фрагментарная характеристика уровней шума в Экологическом

атласе Санкт-Петербурга [169]

Рис. 8. Характеристика загрязнения атмосферы по геометрически правильной сетке [169]

Рис. 9. Объем выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух в расчете на одного жителя [172]

Использование административно-территориальных единиц может быть оправданным в случаях, когда картографируемый показатель решающим образом зависит от антропогенных факторов и является контролируемым административно (организация здравоохранения, охраны лесов, количество используемых удобрений и пестицидов и др.). Однако и в этом случае необходим учет не только административного, но и функционального деления территорий (например, отнесение количеств удобрений и пестицидов только к площади обрабатываемых земель).

4. Бассейновый подход (бассейны I, II и т. д. порядков, по классификации Стралера-Философова, а также разделяемые ими межбассейновые пространства). Этот вариант территориального деления наиболее удобен, когда объектами картографирования являются водотоки, экзогенные геодинамические процессы и весь комплекс связанных с тем и другим вопросов.

Разделяющие речные бассейны водоразделы образуют барьеры для транспортировки поллютантовс поверхностным и грунтовым стоком, а при достаточной морфологической выраженности — и для воздушного переноса в наиболее загрязненном приземном слое. В условиях преобладающего долинного типа расселения бассейны, а также группы смежных бассейнов, в значительной степени совпадают с контурами хозяйств, характеризующихся разными типами и уровнями антропогенной нагрузки, т. е. бассейны разных порядков преобразуются в природно-хозяйственные территориальные системы разных таксономических рангов.

Ограничения возможностей данного подхода связаны с неоднородностью бассейнов, каждый из которых представляет собой закономерное сочетание водораздельных, склоновых и долинных ландшафтов. Разделяющие бассейны водоразделы не всегда имеют четкую морфологическую выраженность. Вследствие этого при рав-нинном рельефе и значительной ширине однородных в ландшафт-ном отношении междуречных пространств выделение водораздельных линий становится не вполне корректной задачей. Поэтому бассейновый принцип локализации показателей экологической обстановки в целом целесообразно рассматривать как необходимый, но недостаточный.

5. Ландшафтно-географический подход (ориентация на единицы физико-географического или ландшафтного районирования) в наибольшей степени отвечает задачам экологического картогра
фирования, так как понятия трансформированности и устойчивости ландшафта вторичны по отношению к самому ландшафту; их характеристика возможна только в пределах некоторой пространственной общности, образованной сочетанием и взаимодействием геокомпонентов.

Ландшафтный принцип деления территории реализован на большинстве изданных в России экологических карт [4, 15]. При этом в характеристику территориальных единиц включаются как природные особенности (единицы ландшафтного районирования, леса, в том числе с подразделением по преобладающим породам), так и характер природопользования (выделение сельскохозяйственных земель, урбанизированных и горнопромышленных ландшафтов) (рис. 10).

Проблемы, связанные с реализацией данного подхода, обусловлены современным состоянием ландшафтного районирования и картографирования. Выбор определенного (т. е. единственного из бесконечно многих) природного рубежа в качестве границы ландшафтов — волевой акт, и ввиду этого неизбежно субъективен [5]. Субъективным является и не основанный на природных закономерностях принцип чередования зональных и азональных признаков, лежащий в основе наиболее распространенной схемы таксономических единиц: страна — зона — провинция — подзона — округ — район [64].

Реально выполненное на единой методической основе ландшафтное картографирование в пределах бывшего СССР заканчивается наиболее крупным масштабом 1:4 ; выделы на карте этого масштаба недостаточно дробны даже для мелкомасштабного картографирования. Для крупномасштабного картографирования на основе полевых исследований наиболее важны элементарные ландшафтные единицы — фации как территориальные ячейки, на которые могут быть распространены дискретные характеристики загрязненности среды и состояния биоты. Однако они не оказываются основными объектами изучения даже при наиболее детальных ландшафтных съемках масштаба до 1:10 000 [147].

Попытку синтеза природно-территориального и административно-хозяйственного подходов к выделению территориальных единиц предпринял [165], сформулировав понятие о природно-хозяйственных территориальных системах (ПХТС). Их выделение на локальном уровне вполне объективно и однозначно: предприятия и промышленные зоны, кварталы городской застройки, отдельные поля, пастбища и т. д. первоначально размещаются адаптированно к рельефу и другим геокомпонентам либо трансформируются настолько, что сами становятся решающим фактором районирования (в пределах урбанизированных территорий). В то же время выделение ПХТС более высоких рангов, включающих и относительно слабо измененные ландшафты, в значи-

Рис. 10. Показ ландшафтной основы на карте экологической ситуации промышленных районов Свердловской области ([67], упрощено):

1 — хвойные леса; 2 — смешанные леса; 3 — лиственные леса, заболоченные; 4 — гидросеть; 5 — болота; 6 — редколесье; 7 — луга (выгоны, пастбища); 8 — вырубленные леса; 9 — лесопосадки на месте вырубленных лесов; 10 — горельники, буреломы; 11 — пашни, сады, огороды; 12 — торфоразработки; 13 — железные дороги; 14 — шоссейные дороги

тельной мере искусственно и на практике сводится к административному делению.

Правомерность учета или неучета хозяйственно-административных границ зависит и от цели районирования. Так, состояние лесов, зависящее от организации ухода за ними, может быть oneнено по лесхозам, однако использование тех же территориальных единиц для характеристики атмосферных выпадений и их последствий географически некорректно.

6. Отсутствие территориальных единиц становится возможным при непрерывной количественной характеристике на основе применения способа изолиний. Преимущества этого подхода связаны с отсутствием осреднения показателей по площади при отказе от наперед заданных границ. Однако отсутствие территориальных единиц на итоговой карте не должно означать отказа от их учета в процессе составления при географической интерполяции показателей. В последнем случае территориальные единицы, различающиеся по функциональному использованию и устойчивости ландшафтов, выявляются по распределению количественных характеристик, подобно тому как, благодаря географическим закономерностям, крупные формы рельефа выделяются на климатической карте, тектонические структуры — на геологической и т. д.