Степные и залежные фитосистемы тувы: структурно-функциональная организация и оптимизация природопользования (стр. 4 )

Растительный покров округа характеризуется господством высокогорной растительности и почти отсутствием лесов, занимающих всего 1 тыс. га (рис. 7). Высокогорная растительность (с высот более 2300 м) занимает более половины территории округа. Господствуют дриадовые, лишайниковые, овсяницевые и кобрезиевые тундры. Распределение их по территории округа неравномерно. Степная растительность на территории округа занимает высоты ниже 2100 м, формируя хорошо выраженный пояс. Господствующее положение в нем имеют опустыненные и каменистые степи, приуроченные к склонам южной экспозиции со сдуваемым в зимний период снегом. В местах интенсивного выпаса формируются злаково-лапчатковые, холоднополынные, чиево-холоднополынные степи. Опустыненные и каменистые степные сообщества Монгун-Тайгинского округа аналогичны подобным сообществам Юго-Восточного Алтая и Северной Монголии. По северным склонам распространены настоящие и луговые (в местообитаниях с выраженным снеговым покровом) степи, представленные крупнодерновинными тырсовыми ценозами, мелкодерновинными, полидоминантными, злаково-осочковыми мелкодерновинными сообществами настоящих степей. Среди луговых степей преобладают разнотравные, разнотравно-злаковые, злаково-осоковые сообщества. По долинам рек в степном поясе небольшими участками распространены злаковые остепненные луга и различные их варианты. Лесная растительность представлена лиственничными и тополевыми лесами, встречающимися отдельными участками в наиболее теплых долинах рек.

Рис. 7. Фрагмент карты растительности Монгун-Тайгинского округа (М 1:

Условные обозначения. Тундры: 1 - Щебнистые лишайниковые и криофитно-разнотравные тундры; 2 - Лишайниково-дриадовые тундры; 3 - Травянистые тундры с участием овсяниц, осок и кобрезий; 4 - Ерниковые, рододендроновые тундры; Леса: 5 - Высокогорные лиственничные редколесья; 6 - Лиственничные кустарниково-травяные; Кустарниковые заросли: 7 - Ерниковые; Степи: 8 - Высокогорные криофитные степи (крыловотипчаковые, мятликовые, кобрезиевые); 9 - Холоднополынно-змеевковые опустыненные степи; Луга: 10 - Альпийские разнотравные луга; 11 - Субальпийские разнотравно-злаковые луга; 12 - Осоковые заболоченные высокогорные луга; Растительность скал и осыпей: 13, 14 - Петрофитные группировки и единичные поселенцы на скалах; 15 - Растительные группировки на галечных наносах рек. 16 - Ледники.

В хозяйственном отношении округ является животноводческим, пашни занимают немногим более 300 га. Основное направление животноводства – овцеводство, в значительной мере – крупный рогатый скот (яки). Пастбища расположены как в степном, так и в высокогорном поясе, где выпасают овец и яков. В целом растительный покров используется под выпас относительно равномерно. Пастбищная перегрузка наблюдается только вблизи населенных пунктов, около стоянок чабанов и по долинам рек Каргы и Моген-Бурен.

Убсунурская равнинная опустыненно-степная провинция занимает южные макросклоны хребтов Западный и Восточный Танну-Ола, юго-западную покатость нагорья Сангилен и северную часть Убсунурской котловины. Южная граница провинции совпадает с государственной границей СССР, северная - проходит по водораздельной части хребтов Западный и Восточный Танну-Ола, восточная - по водоразделу рек Тес-Хем и Балыктыг-Хем, западная - по р. Барлык.

В растительном покрове хорошо выражена высотная поясность. В провинции выделяются два округа: Убсунурский опустыненно-степной и Южно-Таннуольско-Сангиленский степной.

Растительность округа характеризуется господством опустыненных степей, а по периферии, в границах нижней части горно-степного пояса, они приобретают характер сухих настоящих, дерновинно-злаковых степей. Полосу опустыненных степей формируют ковыльковые, змеевково-ковыльковые, нанофитоновые, ковыльково-нанофитоновые степи, занимающие обширные низкогорные части от приозерных равнин до предгорных шлейфов хребтов Танну-Ола. На более легких почвах шлейфов в водораздельных пологовсхолмленных равнинах междуречий (Холь-Ежу, Арасканниг-Хем, Улуг-Оруг и др.) широко распространены змеевковые степи, поднимающиеся здесь до высоты 1700 м (Ханминчун, 1980). В наиболее пониженных притеррасных частях отмечены пустынные ковыльковые степи, часто закустаренные караганой карликовой. Начиная с высоты м на склонах различных экспозиций господствуют различные варианты горных петрофитных степей. Склоны южных экспозиций носят более опустыненный характер, среди разнообразия составляющих их фитоценозов выделяются полынно-ковыльковые, разнотравно-злаковые закустаренные, разнонотравно-ковыльковые степи. На склонах северных ориентации распространены более мезофитные сообщества: осоково-злаковые, стоповидноосоковые, разнотравно-мелкозлаковые степи. В горно-степном поясе на высотах м выделяются плаунковые фитоценозы.

Леса занимают незначительные площади и представлены долинными тополевыми лесами иногда с участием березы мелколистной и некоторых видов ив.

В хозяйственном отношении провинция имеет животноводческое направление, преимущественно развито овцеводство и козоводство. Каменистые злаковые степи по горным склонам используются как естественные пастбища. Обширные опустыненные степи на шлейфах и подгорных равнинах являются позднелетними и осенними пастбищами. Значительная часть их используется зимой. Существенное значение имеют долинные злаковые луга. Они высокоурожайны, хорошего качества, но занимают небольшую площадь. Здесь сосредоточены основные сенокосные угодья.

ГЛАВА VI. Продуктивность и деструкция растительного опада в залежных сообществах

Восстановление растительности на залежах протекает по типу вторичных сукцессий, относящихся к сингенетическим сменам растительности (Зайченко, Хакимзянова, 1999; Титлянова, Афанасьева, Наумова, 1993). Изучение особенностей смены фитоценозов проводились на многолетних залежах (5-10 и более лет) в Центрально-Тувинской котловине с гг. Работа по динамике продуктивности залежных фитоценозов проводилась в окрестности озера Чедер Кызылского кожууна на пробных площадках 1 м2. Для исследования были выбраны сообщества по стадиям их восстановления: 1. Полынно-коноплевая залежь (бурьянистая стадия); 2. Пырейно-гетеропаппусовая залежь (корневищная стадия); 3. Гетеропаппусово-змеевковая залежь (стадия рыхлокустовых злаков).

Общие запасы живой фитомассы в полынно-коноплевом сообществе в среднем за 2005 год составило 11,07 ц/га, а 2006 год – 11,9 ц/га. Повышение надземной биомассы у полынно-коноплевого сообщества наблюдается с июня по июль месяцы. Потом идет постепенное снижение урожайности. Запасы живой фитомассы пырейно-гетеропаппусово-вьюнкового сообщества за 2005 год составило 9,09 ц/га, а за 2006 равно 11,01 ц/га. Повышение продуктивности этого участка наблюдается с июля по август месяцы. Затем идет постепенное снижение урожайности (Ооржак, 2007). Общие запасы живой фитомассы в гетеропаппусово-змеевковом сообществе в среднем за 2005 год составило 11,5 ц/га, а 2006 год – 12,05 ц/га. Для этой залежи характерное увеличение продуктивности с июля по сентябрь месяцы.

Продуктивность в целом, на каштановых легкосуглинистых почвах, мало меняется и варьирует в пределах от 4,0 до 7,0 ц/га, однако качественный состав травостоя существенно изменился. Наибольшая продуктивность надземной фитомассы характерна для гетеропаппусово-змеевкового сообщества в годы, наименьшая - в пырейно-гетеропаппусовом сообществе. По общему запасу фитомассы все изученные залежи согласно десятибалльной шкале и (1964), можно охарактеризовать как очень малопродуктивные (2 балла – общее количество биомассы от 25-50 ц/га).

В качестве основного критерия интенсивности разложения растительного материала нами была принята убыль массы образцов за определенный период. Скорость разложения растительных остатков определяется химическим составом разлагающегося материала. Высокое содержание легкорастворимых органических соединений благоприятствуют быстрой минерализации растительного опада. Убыль массы происходит за счет вымывания и выщелачивания водорастворимых веществ и их последующей утилизации микроорганизмами. Растительные остатки пырейно-гетеропаппусовом сообществе (70% за год), наиболее богаты водорастворимыми органическими веществами и зольными элементами. А минимальная потеря массы наблюдается у полынно-коноплевого сообщества (50,4 % за год).

Интенсивность разложения модельных субстратов: белка и целлюлозы проводились с целью оценки экологических условий разложения органического вещества в различных природных условиях. Интенсивность разложения белка и целлюлозы колеблется в зависимости от времен года. В теплый период, т. е. в мае разложение целлюлозы резко увеличивается в полынно-коноплевом сообществе. В августе с увеличением микробного пула целлюлолитиков скорость разложения целлюлозы повышается до 0,12-0,13%. С понижением температуры окружающей среды интенсивность процесса падает 0,08-0,09%, а в сутки 0,003%.

Преобладающей группой микроорганизмов в микробном сообществе растительного опада являются бактерии. Большую роль в разложении растительного опада играет функциональная группа бактерий – гидролитики. В пробах растительного опада были изучены различные физиологические группы бактерий: сапрофиты (аэробы и анаэробы), протеолитики – участвующие в разложении белка (аэробы и анаэробы), амилолитики-крахмалразрушающие, целлюлолитики – целлюлозоразрушающие (аэробы и анаэробы).

В микрофлоре в исследуемых объектах преобладающей группой микроорганизмов были сапрофиты. Максимальная численность сапрофитов (аэробов и анаэробов) в растительных опадах обнаружена в осенний период во всех исследуемых залежных фитосистемах.

Численность микроорганизмов подвержена сезонной динамике. В аэробных условиях разложение целлюлозы ведут микроорганизмы разных таксономических групп: бактерии, грибы, актиномицеты. Наиболее ярко это выражено у целлюлозоразлагающих бактерий (ЦРБ). В течение года наблюдается рост численности ЦРБ – в начале и конце лета. Наиболее активное разрушение клетчатки отмечается при 28-30ºС. Весной, с повышением температуры в воде и почве, численность бактерий начинает резко увеличиваться. Наиболее интенсивно клетчатка разлагается при влажности 70% от полной влагоемкости почвы. При осеннем понижении температуры воздуха, воды и почвы, рост микроорганизмов падает. При низких температурах (менее 8°С) и при высоких (более 55ºС) разложение целлюлозы замедляется.

Таким образом, основными абиотическими факторами, определяющими активность микроорганизмов-деструкторов растительного опада, являются влажность и температура. Наиболее высокая скорость деструкции растительного опада наблюдается в пырейно-гетеропаппусовом сообществе. Полученные количественные данные о распространении микроорганизмов разных физиологических групп и об их активности в растительных опадах характеризует темпы минерализации органического вещества в залежных фитоценозах Центральной Тувы.

Глава VI. Залежь как фактор экологизации земледелия: ретроспективный анализ и состояние проблемы

На конференции в Рио-де-Жанейро (1992), на Саммите Тысячелетия в ООН (2000), на Всемирном Саммите по Устойчивому Развитию (ВСУР) в Иоханнесбурге (2002) и на Третьем Всемирном конгрессе по охране природы Всемирного союза по охране природы (МСОП) (Таиланд, 2004) мировое сообщество признало, что достижение Устойчивого Развития является общемировым приоритетом.

Деградация исключительно сильно трансформированных ландшафтов степной зоны, ведущая к снижению рентабельности сельского хозяйства, с одной стороны, и быстрая потеря биоразнообразия степного биома, с другой, требуют перехода к неразрушительному использованию и сохранению степных экосистем на сельскохозяйственных землях.

Общая площадь земельного фонда Республики Тыва на 1 января 2005 года г. составила 16860,4 тыс. га. Пашни занимают 111,6 тыс. га, что составляет 5,6 % от всех сельскохозяйственных угодий или 0,7 % от общей площади земельного фонда республики. Тыва является одним из ведущих производителей животноводческой продукции Сибири, но удельный вес республики в производстве зерна составляет 0,9 %.

Данные о динамике залежной растительности в условиях Тывы в литературе отсутствуют, хотя залежная система земледелия на территории современной Тывы существовала со времени вхождения в состав СССР (1944 г.). Среди соседних регионов Восточной Сибири Республика Тыва характеризуется менее благоприятными для земледелия почвенно-климатическими условиями, в 1950 годы - незначительной распаханностью сельхозугодий, в которых почти 90 % приходится на долю пастбищ (Солдатов, 1967). В 1930 году в валовой продукции кочевых аратских хозяйств Тувы на долю земледелия приходилось всего 11%. Всю остальную продукцию давало животноводство.

В период массового освоения новых земель в использовании земельного фонда республики были допущены ошибки. В ряде случаев распашка земель проводилось без тщательных почвенных исследований. Также отсутствие обоснованной системы целинного земледелия привело к выпадению из оборота около 20 тыс. га пашни. По данным 1973 г. из общей площади пашни республики подвержено эрозии, засолено, засорено камнями около 25 %.

Современное кризисное состояние сельского хозяйства Тывы является следствием деградации сельскохозяйственных угодий в период конца 70-х начала 90-х годов XX века. В условиях резко континентального климата Тывы развитие богарного земледелия себя не оправдала. По данным и (1969) в Тувинской АССР пшеница во многих районах возделывается на орошаемых землях. Урожай пшеницы при орошении, в 2-3 раза выше, чем на богаре.

По данным (1963) чероземы Тывы в 1960 году имели: гумуса в среднем 6,2%, а пахотный горизонт составлял 46 см., соответственно каштановые почвы: 4,8 – 40 см. К началу 1980-х годов содержание гумуса в черноземах снизилось до 2,1-2,5 %, а мощность пахотного горизонта до 31 см. Подобная картина отмечается и на каштановых почвах. Это произошло в силу того, что повсеместно без учета экологии почв внедрялась система земледелия, в которой значительное место было уделено мобилизации потенциального плодородия за счет минерализации органического вещества пашни.

Земледелие на территории современной Тывы зародилось в 1950-х годах XX в. С переходом АПК в рыночные отношения на низко плодородных почвах возделывание зерновых культур стало экономически неэффективным, поэтому около 50% пашни запущено в залежь. Исходя из этого, интересно проследить, как происходит восстановление плодородия почвы.

Период бурьянистого перелога представлен группировками: а) с участием Artemisia sieversiana, A. vulgaris, Sonchus oleraeceus, Barbarea arcuata и др.; б) при недостаточном увлажнении - мелкобурьянистые: Artemisia scoparia, Chenopodium album и другие. Виды растений имеют хорошо развитую корневую систему, проникающую иногда на глубину до метра и более, обладающие повышенной поглотительной способностью. Они поглощают из почвы те минеральные вещества, которые не доступны культурным растениям и переводят их в доступные формы в процессе биологического круговорота веществ в биогеоценозе агроэкосистемы. PH пахотного горизонта бурьянистого перелога может достигать 7,5 – 7,7; то есть повышаться по сравнению с культурной пашней на 0,4 – 0,5 единиц.

Основным доминантом корневищной стадии является Elytigia repens. Это растение встречается также в бурьянистой стадии, но оно угнетено крупно - и мелкобурьянными сорняками. В пырейном перелоге pH снижается до 7,3 – 7,35.

Рыхлодерновинная стадия характеризуется наличием злаков и разнотравья. Доминантом является Poa attenuata, P. pratensis. Из злаков встречаются Koeleria cristata, Phleum phleoides, из разнотравья Artemisia annua, A. siversiana.

Стадия плотнокустовых растений, представлена отдельными пятнами Stipa krylovii. По фитоценотическому и физиономическому составу она медленно, но приближается к фитоценозам целинных степей и pH почвы становится близкой к нейтральной.

Агроландшафтно-экологическое районирование представляет собой единую научно-обоснованную систему деления территории, учитывающую закономерности распределения природных комплексов, а также особенности их использования в кормопроизводстве, оптимизации земельных ресурсов, рациональном природопользовании в сельском хозяйстве. Единицы районирования обоснованы системой показателей, включающей климат, структуру земельных и кормовых угодий, рельеф, почвы, растительность и их продуктивность, а также мероприятия по управлению и созданию агроэкосистем. Новые показатели, впервые используемые при районировании, делают его более наукоемким, системным и актуальным, имеющим большое практическое значение.

Увеличение производства продукции растениеводства происходит в основном за счет роста урожайности. В решении этой задачи большое значение имеет разработка и применение агротехнических мероприятий с учетом особенностей природных зон. Совершенно очевидно, что в этом важном деле большую роль играет правильное деление территории на природные зоны. Следует отметить, что опытом природного районирования территории республики в разное время занимались многие ученые – естествоиспытатели и специалисты сельского хозяйства. Природное районирование Тывы на основе материалов Тувинской комплексной экспедиции и почвенного районирования дано (1963). в 1967 году в соответствии с группировкой районов по сходным природным и экономическим условиям на территории Тывы выделено 4 зоны и 3 подзоны: I. Центральная зона - земледельческо-животноводческая; подзоны – подтаежная, преимущественно земледельческая и степная – животноводческо-зерновая. II. Западная зона – животноводческо-земледельческая; подзона животноводческая Монгун-Тайга. III. Южная зона – преимущественно овцеводческая. IV. Восточная зона - животноводческо-промысловая.

Тем не менее, общепринятая система деления на агрохозяйственные природные зоны в регионе все еще не сложилась. Принятое с 1963 года разделение территории республики на десять почвенно-климатических зон с целью разработки мероприятий по увеличению производства сельскохозяйственной продукции и получившее известное распространение, нельзя признать научно обоснованным. Подходы эколого-адаптивного природопользования должна стать основой агро-экологического районирования земельных ресурсов Республики Тыва.

ВЫВОДЫ

1. Природные особенности Тувы выявили определяющую роль орографических и климатических факторов на процессы формирования степной растительности региона. Степи в Тыве составляет основу ландшафтов как межгорных котловин, так и обрамляющих их хребтов и нагорий. При этом выявлены закономерности, в условиях плакоров, подгорных равнин господствуют сообщества настоящих дерновиннозлаковых и опустыненных полукустарничковых степей. По периферии межгорных депрессий, в границах лесного и лесостепного поясов распространены фитоценозы луговых степей. В более континентальных и сухих высокогорьях юго-западной Тувы характерны сообщества криофитных степей. Во всех поясах широко развиты серии петрофитных группировок степной растительности.

2. Степная флора Тувы насчитывает 785 видов высших сосудистых растений (272 рода и 54 семейства). Анализ эколого-фитоценотических групп показал, что главнейшее значение в степях Тувы имеют горно-степные и лесостепные виды при заметном снижении степных и пустынно-степных. Пограничное положение территории Тувы на стыке лесной (Южной Сибири) и пустынно-степной (Центральной Азии) областей объясняет значительное участие во флоре северо-азиатских мезоксерофитных бореальных и южносибирско-монгольских ксерофитных горностепных элементов, что позволяет охарактеризовать ее степную флору как горную бореально-гемиаридную.

3. Список растений залежных фитосистем в Центрально-Тувинской котловине включает 110 видов сосудистых растений, относящихся к 27 семействам и 80 родам. Однако, видовое богатство семейств Asteraceae, Poaceae, Fabaceae характеризуют аридные черты флоры. В то же время в разнообразии видов в семействах Rosaceae, Brassicaceae, Caryophyllaceae, Ranunculaceae проявляются черты гумидности. Богатство предствителей Asteraceae (33%) выражается в обилии адвентивных видов. Высокий удельный вес злаковых растений Poaceae (27%), показатель восстановления степной растительности. Оригинальная классификация видового состава растительности залежей Тувы с установлением трех категорий флористического комплекса залежей (ФКЗ), а именно – типично залежных, переходных и инвазийных (или случайно залежных) типов ФКЗ имеют индикационное значение по особенностям их демутации.

4. Эколого-фитоценотическая классификация степной растительности с использованием доминантно-детерминантного подхода позволила выделить 28 формаций, 13 групп формаций, относящиеся к 4 классам формаций (или подтипам) степной растительности. При этом объективизация выделения синтаксонов достигнута с использованием метода экологической ординации сообществ степей. Своеобразие и оригинальность степям Тувы придают сообщества опустыненных степей с эдификаторами – нанофитоном, полынью дернистой, ковылем галечным, а также заметное участие западных степных элементов (ковыль перистый, осока низкая, скабиоза бледно-желтая) в сочетании с дауро-монгольскими горностепными видами (цимбария даурская, володушка козелецелистная).

5. При изучении процессов естественного восстановления залежей Центрально-Тувинской котловины Тывы выявлены залежные стадии восстановления: бурьянистая (мелкобурьянистая), корневищная, рыхлокустовая и плотнокустовая. Уровень биологической продуктивности залежных сообществ зависит от их возраста, видового состава растений, слагающих конкретные сообщества, а также почвенно-экологических условий их местообитания. Наибольшая продуктивность надземной фитомассы характерна для сообществ рыхлокустовой стадии - гетеропаппусово-змеевковом сообществе в годы. Наименьшая продуктивность наблюдается в пырейно-гетеропаппусовом сообществе, свойственной мелкобурьянисто-корневищной стадии демутации.

6. Микробиологическая деструкция растительного опада является важнейшим процессом, определяющим биологический круговорот элементов в природе. При этом вклад различных физиологических групп бактерий в аэробную и анаэробную деструкцию органического вещества растительных остатков имеют особенности на различных стадиях демутации. Динамика численности микроорганизмов-деструкторов органического вещества растительного опада залежных экосистем Центральной Тувы в зависимости от влияния абиотических факторов (температуры и влажности) по сезонам показали, что наибольшая скорость разложения белка наблюдается в ранне-осенний период, а целлюлозы – летом. При этом активность целлюлозоразлагающих бактерий наблюдается в начале и особенно, в конце лета с повышением влажности почвы.

7. Растительный покров степей в настоящее время испытывает сильное влияние антропогенного фактора. Для рационального использования горностепной растительности в качестве кормовых угодий необходимо введение сезонной системы пастбищеоборота, соблюдение норм и правил традиционного опыта в использовании пастбищ. Особенности процессов демутации на залежах, а также результаты ретроспективного анализа в землепользовании в регионе позволили определить приоритеты эколого-адаптивного природопользования как перспективной для сухостепных ландшафтов межгорных котловин Тувы.

Список основных работ, опубликованных по теме диссертации

Монографии:

, Г. Биологические системы в разных временных масштабах. Ч. I. Организация, интеграция, регуляция и эволюция биологических систем в экологическом времени. Новосибирск: СибАГС, 20с.

, Назын-оол О. А. Зерновые культуры, возделываемые в Туве. – Кызыл: РИО ТывГУ, 2005. – 56 с.

Г.,Назын-оол О. А., Применение удобрений на дефлированных почвах Республики Тыва. Кызыл: ТывГУ КЦО «Аныяк», 20с.

, Г. Биологические системы в разных временных масштабах. Ч. II, III. Организация, интеграция, регуляция и эволюция биологических систем в экологическом времени. Новосибирск: СибАГС, 20с.

Определитель растений Республики Тыва / , , Г. и др. – Новосибирск: Наука, 2007. – 335 с.

Статьи в рекомендованных ВАК изданиях:

Удобрения на дефлированных почвах и продуктивность яровой пшеницы / , , -оол, , // Земледелие, №2, 2005. - С.11-12.

Особенности залежной сукцессии в Туве / , , // Вестник Бурятского университета: сер.2, вып.№7, 2005. - С. 200-205.

К классификации настоящих дерновинно-злаковых степей нагорья Сангилен (Юго-Восточная Тыва) / , , // Вестник Бурятского университета: сер.2, вып.№8, 2006. - С. 122-127.

К характеристике флористического комплекса залежной растительности Тывы / , // Вестник Бурятского госуниверситета: вып.№3, 2007. – С. 169-172.

Продуктивность и деструкция растительного опада в залежных сообществах Тывы / , , // Вестник Бурятского госуниверситета: вып.№3, 2007. – С. 184-188.

Особенности территориального распределения и фитоценотического разнообразия растительности залежей Тувы / , // Вестник ЧГПУ: № 3, 2009. – С. 263-275.

Классификация и особенности демутации залежной растительности Центральной Тувы / , , // Вестник ЧГПУ: № 3, 2009. – С. 276-292.

В других изданиях:

Г. Рациональное использование преобразование и охрана биологических ресурсов Тувы / // Сборник статей. – Кызыл, 1990. – С. 7-10.

Г. Природопользование и экологическое воспитание / , // Материалы Международной конференции, посвященной 70-летию тувинской письменности (11-14 сентября). - Кызыл, 2000. – С. 105-106.

К развитию теории демутационного процесса и особенности флоры залежной растительности Тувы / ., , // Материалы Всероссийской научно-практической конференции «Опыт и традиции этнического природопользования» (17-19 сент. 2003). – Улан-Удэ: Изд-во БГСХА, 2003. – С. 48-52.

Состав удобрения «биогумус» и его влияние на рост и развитие растений в неблагоприятных условиях произрастания» / , // Материалы IV съезда Докучаевского общества почвоведов «Почвы национальное достояние России» (9-13 августа 2004). Новосибирск: Наука – Центр, 2004.– С. 296-297.

К анализу флоры залежной растительности Тувы / , //. Материалы Всероссийской научной конференции с международным участием «Проблемы сохранения разнообразия растительного покрова внутренней Азии» (7-10 сентября 2004 г.) – г. Улан-Удэ: Изд-во Бурятского научного центра СО РАН, 2004, С. 128-130.

, Атлас облаков Республики Тыва (в летнее время года). – Кызыл, 2004. – 100 с.

Условия загрязнения атмосферы горных котловин Республики Тыва / , // Материалы VII Международной конференции «Природные условия, история и культура западной Монголии и сопредельных регионов» (20-22 сентября 2005 г., г. Кызыл, Россия). – Кызыл: Изд-во ТувИКОПР СО РАН, 2005. Т.2., С. 217-219.

Современное состояние и вопросы охраны редких степных сообществ нагорья Сангилен / , Н. Г.,Дубровский // Материалы VII Междунар. конф. «Природные условия, история и культура Западной Монголии и сопредельных регионов». - Кызыл, 2005. - Т.1. - С. 144-148.

Особенности использования степных пастбищ нагорья Сангилен (на примере традиций тувинского этноса) / , , // Материалы Пятой международной научно-практической конференции “Проблемы ботаники Южной Сибири и Монголии” (Барнаул, 21-23 ноября 2006 г.). - Барна6. – С.141-143.

Основные этапы взаимоотношений в системе «ЭТНОСЫ (популяции людей) – ПРИРОДА (экосистема)» / , , // Материалы научно-методического семинара «Этническая экология и традиционное природопользование на рубеже веков» (Улан-Удэ, 30 ноября 2006 г.). - Улан-Удэ: изд-во Бурятского госуниверситета, 2006. - С. 5-10.

Залежные экосистемы Тувы: особенности флоры и демутационного процесса / , // Флора и растительность Алтая. Т. 11, 2006. – С. 89-93.

Краткая история исследования растительности степей и залежей Тувы / , , // Биота в экосистемах гор Южной Сибири: состояние и проблемы. Байкальский экологический вестник. – Вып. 4. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2007. – С

Методология изучения разнообразия фитосистем (на примере растительности Республики Тыва) / , // Биота в экосистемах гор Южной Сибири: состояние и проблемы. Байкальский экологический вестник. – Вып. 4. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2007б. – С.

Анализ структуры флоры степей Тувы / , , // Биота в экосистемах гор Южной Сибири: состояние и проблемы. Байкальский экологический вестник. – Вып. 4. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2007. – С.

Степная растительность Тувы, классификация и характеристика разнообразия / , , // Биота в экосистемах гор Южной Сибири: состояние и проблемы. Байкальский экологический вестник. – Вып. 4. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2007. – С.

Б., Очерки о высокогорных степях Тувы и Юго-Восточного Алтая – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2007а. – 37 с.

О некоторых теоретических аспектах изучения залежной растительности (на примере Республики Тыва) / , , // Материалы Всероссийской конференции с международным участием (Иркутск, 21-25 мая 2007 г.) “Синантропизация растений и животных”. Иркутск: изд-во Института географии СО РАН им. , 2007. - С.35-37.

К анализу степной растительности горной лесостепи хр. Тану-Ола / , , // Материалы второй Международной научно-практической конференции. «Биоразнообразие и сохранение генофонда флоры, фауны и народонаселения Центрально-Азиатского региона». - Кызыл, 2007. - С. 36-38.

Род Artemisia L. на залежной флоре Центрально-Тувинской котловины / , , // Материалы второй Международной научно-практической конференции. «Биоразнообразие и сохранение генофонда флоры, фауны и народонаселения Центрально-Азиатского региона». - Кызыл, 2007. - С. 53-55.

О некоторых аспектах эколого-исторического анализа землепользования в Республике Тыва / , , // Мир кочевой цивилизации: история и современность. Матер. межд. научн. конференции (10-12 октября 2007, Чита – Агинское). – Чита: Экспресс изд-во, 2007. – С. 327-330.