Российские СМИ о МЧС (стр. 3 )

Свердловская прокуратура за попустительство начала наказывать спасателей (Новый Регион - Россия,  )

Екатеринбург, Декабрь 14 (Новый Регион, Игнат Бакин) – На Среднем Урале прокуратура начала наказывать сотрудников МЧС, плохо контролирующих противопожарную безопасность в подведомственных учреждениях. Напомним, дать оценку работе региональных отделений Госпожнадзора (ОГПН) поручил на прошлой неделе Генеральный прокурор в связи с трагическими событиями в Перми, повлекшими многочисленные человеческие жертвы.

Как сообщили сегодня «Новому Региону» в пресс-службе областной прокуратуры, в частности, уже наказаны инспекторы ОГПН из Нижнего Тагила, не отследившие выполнение предписаний, выданных местному досуговому центру «Наутилус» и ночному клубу «FEVER 911». Также по этой причине к дисциплинарной ответственности привлечены должностные лица ОГПН из Ивделя, Полевского, Богдановича, Тугулымского района. Кроме того, буду наказаны спасатели, не осуществлявшие должный контроль за дискотеками «Эльдорадо» и «Шлягер» в Екатеринбурге.

Всего на сегодняшний день, по данным надзорного ведомства, прокуратурой области совместно со специалистами МЧС проинспектированы более 500 развлекательных и досуговых заведений. Проверками охвачена вся территория Свердловской области. В список 18 екатеринбургских ночных клубов, которым грозит приостановка деятельности, проверяющие включили еще несколько подобных учреждений, расположенных в городах Среднего Урала.

СОБЫТИЯ ЮЖНОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА 15 ДЕКАБРЯ (РИА Новости - Единая лента новостей (информационная лента новостей),  )

(Данные на 18декабря) ВОЛГОГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ * Военный суд Волгоградского гарнизона огласит приговор бывшему начальнику Главного управления МЧС России по Волгоградской области Владимиру Соснову, который обвиняется в мошенничестве и превышении должностных полномочий (14.00).

Очаг возгорания (Итоги (журнал),  Андрей Камакин, )

Какие уроки должны извлечь из пермской катастрофы власть, бизнес и общество

"Господа, мы горим". Порследние слова ведущего последнего шоу в пермском ночном клубе можно отнести ко всей стране. Да, мы горим: задыхаемся в едком дыму пожара в "Хромой лошади", взрываемся в "Невском экспрессе", тонем в машинном зале Саяно-Шушенской ГЭС, гибнем в бессчетном количестве иных катастроф техногенного и рукотворного свойства. Конечно, было бы несправедливым утверждать, что власть на них никак не реагирует. Напротив, складывается ощущение, что ликвидация всевозможных последствий становится главным содержанием ее деятельности, что все правительство России превратилось в одно большое МЧС. И эффективность этого "центроспаса " вроде бы налицо: авральная суета, громы и молнии, низвергаемые с начальственных высот, "карательные" рейды по обнаружившимся зонам риска - с показательной поркой не успевших спрятаться нарушителей. Но фейерверк чиновничьего усердия, увы, столь же ярок, сколь и кратковременен. При этом направлен он, как правило, на поиск виновных вовне властной вертикали.

Станет ли пермская трагедия поворотным пунктом в этом тренде? Первые противопожарные мероприятия не позволяют однозначно ответить на этот вопрос.

Пожарная команда

О трагедии у нас, как правило, помнят лишь до следующего происшествия, вызывающего новое извержение административного вулкана. И снова лава начальственного гнева течет по пирамиде власти, сжигая попавшихся на пути стрелочников. И снова ничего принципиально не меняется. Впрочем, одна перемена налицо: нетрудно заметить, что "вулканический цикл" становится короче, что Россия все чаще дает повод называть себя страной катастроф. Возьмем те же пожары: в прошлом году от них погиблочеловек. По этому показателю наша страна лидирует в мире, в разы опережая куда более населенные Китай, Индию и США. И трагедия в Перми, унесшая жизни уже более 140 человек, статистику явно не улучшит.

С одной стороны, есть определенные признаки новых веяний. Слова президента о "раздолбайстве, которое превратилось уже в национальную угрозу", быстро претворяются в уголовные дела и отставки. Задержаны практически весь менеджмент и хозяин клуба, в котором, говоря словами премьера, были нарушены все мыслимые и немыслимые правила безопасности. Летят головы все более высокопоставленных чиновников, которым ставится в вину попустительство нарушителям. Смещены глава района и главный пермский пожарный, подали в отставку мэр Перми и министры краевого правительства. Намерен поставить перед президентом вопрос о доверии губернатор Олег Чиркунов, признавший, что и на нем лежит ответственность за случившееся. Одновременно правительство готовит изменения в правовом поле. Для начала МЧС представило поправки в Кодекс об административных правонарушениях, резко увеличивающие для юридических лиц максимальный размер штрафа за несоблюдение требований пожарной безопасности - с 20 до 200 тысяч рублей.

Однако системными эти меры все-таки назвать сложно. Если говорить о кадровых решениях, то за "систему" у нас вообще-то отвечает Центр, а на федеральный уровень оргвыводы пока что не распространяются. Предлагаемые законодательные изменения тоже не тянут на революцию. Ужесточение ответственности - шаг в нынешних обстоятельствах неизбежный и, наверное, необходимый. Но он не даст никакого эффекта, если не претерпит изменений нынешний характер отношений между чиновниками и предпринимателями. Вернее, эффект будет один - увеличение размеров взятки. Сойдет первая волна паники, разносов и проверок с пристрастием, и все вернется на круги своя - к неформальному "государственно-частному партнерству".

В принципе и сегодня руки у пожарного надзора, вопреки расхожему мнению, отнюдь не связаны. Да, новый закон "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей..." от 01.01.01 года, принятый после известного призыва президента перестать "кошмарить бизнес", существенно ограничил возможности государственных и муниципальных контролеров. Плановые проверки согласно этому акту "экономической свободы" можно проводить не чаще чем один раз в три года. Но предусмотрены и внеплановые, основанием для которых может служить в том числе информация о "возникновении угрозы причинения вреда жизни, здоровью граждан". Правда, для чрезвычайных проверок нужно получить добро от прокуратуры, но этот фильтр ввиду распространенности чиновничьего произвола вряд ли можно считать избыточным. Зато никаких ограничений по количеству внеплановых ревизий: проверяй сколько требуется. Если надо - обращайся в суд с иском о приостановлении деятельности предприятия.

Ничто не мешало стреножить "Хромую лошадь" ни восемь лет назад - в ночь с 4 на 5 декабря в ней как раз отмечали восьмилетний "юбилей" клуба, - ни в конце прошлого года, когда проводилась последняя проверка пожарной инспекцией. Более того, как теперь выясняется, клуб вообще нельзя было открывать: незаконная реконструкция здания, увеличившая площадь заведения на 200 квадратных метров - по первоначальной версии это было кафе, рассчитанное всего на 50 посетителей, - перекрыла аварийные выходы. Но несмотря на это, все разрешения чиновников были получены. Кстати, любопытная подробность: первая пожарная команда добралась до "Хромой лошади" на своих двоих - клуб располагался буквально в двух шагах от пожарной части.

И возможно, близость к власти выражалась не только в метрах, но и в каких-то других, например, денежных единицах измерения. Впрочем, кроме банальных конвертиков с купюрами у коррупции есть и масса других проявлений. Известно, что завсегдатаями клуба были лучшие люди города, представители местной чиновной знати, в том числе - силовых структур. В общем, у "Хромой лошади" были проблемы с какими угодно элементами планировки и декора. Но только не с "крышей".

Госстрах

Вывод один - работа над ошибками должна идти по обе стороны брандмауэра. Если же ограничиться закручиванием гаек лишь в отношении проверяемых, то дело может кончиться тем, что проверять скоро будет некого. Ясно ведь, что высвобожденная командой "Фас!" энергия контролеров обрушится на бизнес, не имеющий надежной "крыши", и без того уже не слишком многочисленный. А по итогам операции "Возмездие" от него могут остаться и вовсе одни головешки, над которыми будет возвышаться оазис "особой экономической зоны", прикрываемой сильными мира сего. Конечно, жизнь крышуемых тоже не лишена некоторого дискомфорта. Но, как показывает опыт, проблемы у них - во всяком случае, до пожара - возникают только тогда, когда испытывают трудности крышующие. Другими словами, не раньше, чем покровитель теряет свой административный ресурс.

Такой расклад делит решение задачи на две части. Во-первых, надо, безусловно, что-то делать с административной системой: нынешняя "вертикаль" явно не справляется с испытываемыми ею перегрузками. Особенность ее конструкции состоит в том, что нижестоящие звенья реагируют исключительно на сигналы сверху: иная мотивация для добросовестного исполнения служебных обязанностей - в виде контроля со стороны парламента, общественности или собственной совести - на сегодняшний день, увы, отсутствует. Между тем размеры страны не позволяют вершине административной пирамиды контролировать каждого чиновника. Сигналы посылаются на "предпоследний этаж", который в свою очередь ретранслирует их на "предпредпоследний". И так они спускаются все ниже, постепенно искажаясь и затухая. Все чаще, правда, практикуется альтернативный метод - ручное управление, с выездом первых лиц непосредственно к "очагам возгорания". Но такой способ хорош только для ликвидации последствий пожаров. Предотвратить их, как видим, он не в силах.

Понятно, что путь к современному государству неблизок. Этому не способствуют ни несовершенная человеческая природа, ни особенности нынешнего политического момента. Но есть, к счастью, и другой маршрут, продвижение по которому не заменит, но очень серьезно дополнит административные реформы. Он предполагает перевод отношений в сфере безопасности преимущественно в экономическую, а конкретно - в страховую плоскость. Идея эта не нова. Еще в мохнатом 2001-м в Госдуму был внесен проект закона "Об обязательном страховании имущества юридических лиц на случай пожара". Кстати, в перечень организаций, подлежащих обязательному противопожарному страхованию, авторы - депутаты Аркадий Баскаев, Павел Бурдуков, Александр Гуров, Виктор Илюхин, Александр Куликов - предлагали включить в числе прочего "предприятия, эксплуатирующие общественные здания (сооружения) с массовым пребыванием людей". "Хромая лошадь" под эти критерии явно подпадала.

И дело тут далеко не только в том, что пострадавшие и родственники погибших получили бы в этом случае достойную компенсацию. Никаких денег не хватит, чтобы возместить потерю близких. Главное - что коренным образом меняется мотивация проверяющих и проверяемых "на предмет возгорания". Контролером номер один при таком подходе становится страховщик, отвечающий за неправильную оценку риска всей своей собственностью. Принцип очень прост: чем больше выявится нарушений, тем выше будет страховой тариф. Если их чересчур много - договор страхования невозможен и, значит, невозможна деятельность самого предприятия. Точно так же, как без полиса ОСАГО сегодня нельзя садиться за баранку любого транспортного средства. И вряд ли взятка и звонок сверху заставят страхового агента быть более снисходительным. По крайней мере, вероятность этого на несколько порядков меньше, чем при нынешнем механизме.

Да, это повлечет за собой определенные издержки для бизнеса. Но в перспективе они должны окупиться. Во-первых, заплати и спи спокойно, не ожидая, что внезапно нагрянут за данью "оборотни в погонах". Во-вторых, куда меньше риск самого пожара и расходы, связанные с его последствиями.

Конечно, страховые ставки должны быть достаточно разумными. Но это уже вопрос к парламенту. Хотя он, в общем-то, на него уже ответил: законопроект был признан "недоработанным" и в 2004 году снят с рассмотрения. Правда, уже в следующем, 2005-м, в Госдуме появился еще один любопытный документ на ту же тему - проект закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте". И он даже прошел первое чтение. Но так и застрял на этой стадии. Сдвинуть его с мертвой точки не смогла даже авария на Саяно-Шушенской ГЭС. Причина, видимо, в том, что львиная доля таких сооружений - от плотин до космодромов - находится в собственности государства. А страховка, например, атомной станции удовольствие явно не из дешевых.

Правда, по изначальному замыслу авторов закона ночные клубы не вошли в число опасных объектов. Но пермская трагедия внесла существенные коррективы в оценку рисков. Очень хотелось бы, чтобы это не осталось единственной произведенной ею системной правкой...

Врез

Бить или не бить?

Александр Иванов, вицерпрезидент Федерации рестораторов и отельеров России:

- У контролирующих органов были все возможности навести в клубе порядок. Не навели. Надо исполнять законы, и все будет хорошо. Но контроля за их исполнением, увы, нет. По поводу добровольного страхования скажу, что немного опасаюсь повторения второго ОСАГО - в том смысле, что человека не вернешь. Оно не должно стать самоцелью. Нужно создавать условия для обеспечения минимизации рисков.

Вадим Дымов, предприниматель:

- Решение проблемы вижу отнюдь не в том, чтобы начинать "кошмарить" бизнес. На Западе предпринимателей никто особенно не контролирует, и все нормально работает. Мне непонятен такой подход - искать крайних. Что касается идеи введения обязательного страхования гражданской ответственности предпринимателей, деятельность которых связана с потенциальной опасностью для жизни и здоровья людей, то, возможно, в этом есть смысл. Но как определить, существует такая угроза или нет? Скорее все зависит от людей, поставленных надзирать за соблюдением правил пожарной безопасности. С них и надо спрашивать. На мой взгляд, надо начинать "кошмарить" чиновников.

Олег Митволь, префект Северного административного округа Москвы:

- Деятельность ряда культурно-развлекательных учреждений в округе будет приостановлена. В ходе прорверки в 17 развлекательных заведениях выявлены нарушения. Главное - добиться, чтобы предписания, выданные пожарными инспекторами, были выполнены, а владельцы подобных заведений привлечены к ответственности.

ГОСПОЖПОЗОР (Наша версия,  ВАДИМ САРАНОВ, )

В самом крупном пожаре во времена СССР погибли 42 человека

Россию губят 100-долларовые взятки пожарным инспекторам

На момент сдачи номера в печать количество жертв пермской катастрофы достигло 142 человек. Эти люди умерли от несовместимых с жизнью ожогов, задохнулись в дыму или

были раздавлены обезумевшей толпой, пытавшейся вырваться на улицу из клуба, который за несколько секунд превратился в гибрид доменной печи и газовой камеры. К входу в

сгоревшую «Хромую лошадь» люди до сих пор несут живые цветы… Реакция властей на катастрофу была предсказуемой: предельно жёсткой. Президент назвал виновных в трагедии «мерзавцами», Генпрокуратура задержала и допрашивает подозреваемых, МЧС с особым пристрастием проводит рейды по увеселительным заведениям. И если ответ на вопрос «кто виноват?» будет скорее всего найден, то в вопросе о том, что всё-таки делать, чтобы избежать подобных трагедий в будущем, единcтва мнений ни во властных структурах, ни в обществе нет. Одни предлагают закручивать гайки бизнесменам, другие бескомпромиссно бороться коррупцией в МЧС, третьи вообще «менять всю систему». «Наша Версия» попробовала разобраться в этой непростой проблеме. И выводы оказались неутешительными.

Первые головы, так или иначе причастные к пожару в «Хромой лошади», уже полетели. На прошлой неделе в отставку было отправлено всё правительство Пермского края. Своих постов также лишились мэр и главный архитектор Перми, руководство краевого Госпожнадзора и Госстрой - надзора. Но родственникам и близким погибших от этого вряд ли станет легче…

Посетители «Хромой лошади» были обречены Председатель Московского областного отделения Всероссийского добровольного пожарного общества (ВДПО) Владимир Ермилов прослужил в органах 25 лет, но ничего подобного тому, что произошло в Перми, он припомнить не может. «В советские времена газеты не писали о всех чрезвычайных происшествиях, но на служебной подготовке мы подробно разбирали все крупные пожары, – говорит Владимир Ермилов. – Таких трагедий тогда просто не было, очень серьёзными считались происшествия, где погибли пять-шесть человек, самым крупным стал пожар в гостинице «Россия». Но там жертв было втрое меньше, чем в «Хромой лошади». Пожары с таким количеством погибших, как сейчас, происходили где-то далеко в отсталых странах». Пожар в гостинице «Россия», который вспыхнул 25 февраля 1977 года, действительно стал одним из крупнейших происшествий эпохи застоя. Его жертвами стали 42 человека, более 50 постояльцев и сотрудников гостиницы получили травмы, выгорели ресторан и более сотни номеров. Как вспоминают очевидцы, жертв могло быть гораздо больше, если бы не самоотверженные, а подчас и героические действия пожарных. Так, лёгкие штурмовые лестницы доставали только до 7-го этажа здания. Чтобы добраться до 22-го этажа, где полыхал огонь, пожарным пришлось связывать лестницы, и с помощью этих хлипких конструкций были спасены десятки человек. У погибших же в Перми, по мнению экспертов, шансов на спасение не было никаких. Они были обречены задолго до начала шоу. «Для меня, как для профессионала, в истории с «Хромой лошадью» есть много непонятных вещей, – говорит Владимир Ермилов. – Во-первых, неясно, почему в такое небольшое помещение, рассчитанное лишь на 50 человек, буквально запихнули более 300 посетителей. Во-вторых, что уже совершенно невозможно понять, как вообще кто-то мог допустить, чтобы в этом помещении был потолок, сделанный буквально из хвороста. Тем более, насколько я знаю, там ещё были установлены софиты». Судя по списку арестованных по делу о пожаре в Перми, основной груз ответственности за случившееся ляжет на персонал и руководство «Хромой лошади». Обвинение предъявлено исполнительному директору клуба Светлане Ефремовой, исполняющему обязанности арт-директора Олегу Феткулову, соучредителю клуба Анатолию Заку и директору пиротехнической компании, проводившей в клубе огненное шоу, Сергею Дербеневу. Их обвиняют в совершении преступления по статьям «нарушение требований пожарной безопасности» и «причинение смерти по неосторожности». По версии следствия, главной причиной пожара стало использование в помещении фейерверков. От них якобы и загорелся ночной клуб. В том, что после резких заявлений на самом верху дела будут доведены до суда, сегодня никто не сомневается. Вот только должен ли список виновных быть ограничен одними лишь предпринимателями?

Пожарные не замечали нарушений восемь лет

«Если действительно, как сообщают СМИ, заведение было рассчитано на 50 человек, то действия руководства клуба, которое разместило там такое количество людей, совершенно неправильные и неадекватные, – рассказывает «Нашей Версии» вице-президент Федерации рестораторов и отельеров Александр Иванов. – Но, с другой стороны, мы считаем, что ответственность лежит на всех сторонах этого процесса. Хочется спросить представителей государства: а где вы все эти восемь лет, пока существовал клуб, сами-то были? Там через дорогу пожарная часть, люди ходили на работу и каждый день видели всё это. А в клубе неоднократно проводились фейерверки. Значит, кого-то устраивала эта ситуация? А если устраивала, то почему?» Вопрос, почему власти не замечали восемь лет вопиющие нарушения правил пожарной безопасности, которые всплыли лишь после трагедии, для людей, хоть сколько-нибудь знакомых с особенностями ведения бизнеса в России, в общем-то, риторический. Действительно, очень трудно поверить в то, что инспекторы пожнадзора, которые, как теперь выясняется, неоднократно бывали в клубе, не заметили ни огнеопасного потолка из хвороста с прикреплёнными к нему софитами, ни захламлённого запасного выхода. Как же решался вопрос? «В отношениях между бизнесом и органами Госпожнадзора давно сложились правила игры, когда бизнес воспринимает приход пожарного как некую необходимость заплатить ему определённую сумму денег, – рассказывает «Нашей Версии» председатель Национального антикоррупционного комитета (НАК) Кирилл Кабанов. – Расценки разные: от 100-200 долларов рядовому проверяющему до нескольких сотен тысяч долларов за приёмку объекта. И я знаю очень мало предпринимателей, которые не платили бы пожарным. Поэтому и горим». Между тем, несмотря на то что правила этой незаконной игры известны практически всем, правоохранительные органы не могут похвастаться серьёзными успехами в борьбе с мздоимцами-огнеборцами. Так, в 2009 году, по данным новостных лент, в России за получение взятки было задержано не более 10 пожарных инспекторов. А приговоры в их отношении не назовёшь суровыми. Например, недавно в Свердловской области пожарного инспектора, вымогавшего деньги с владельца лесопилки, суд приговорил к… штрафу в 100 тыс. рублей. И каких-то признаков того, что после трагедии в Перми в рядах МЧС будет проведена антикоррупционная чистка, пока не наблюдается. «МЧС признаёт, что вся система коррумпирована, но руководство ничего не может с этим поделать, – говорит Кирилл Кабанов. – Вообще же, что больше всего удивило во всей этой ситуации, в выступлениях президента и премьер-министра по поводу пермской трагедии ни разу не прозвучало слово «коррупция». Складывается ощущение, что этот вопрос власти как-то обходят. Например, генеральный прокурор сказал, что между владельцами клуба и пожарными «возможно, были другие отношения». Это какие отношения? Половые?»

Массовые проверки не принесут никаких результатов

Между тем есть основания думать, что пермская трагедия не только не снизит, а, наоборот, резко увеличит коррупционный оборот в органах Госпожнадзора. На данный момент, как мы уже говорили, с санкции Генпрокуратуры по всей стране проводятся массовые проверки увеселительных заведений, а нарушения при желании можно найти где угодно. Тем более что на носу Новый год, и многие клубы и рестораны уже забронированы под всевозможные корпоративы и прочие массовые гулянья. Их закрытие даже на непродолжительный срок может нанести бизнесу непоправимые потери. «Я не хочу огульно обвинять всех инспекторов, что вот они сейчас пойдут и будут вымогать, – говорит Александр Иванов, – но опыт предыдущих лет нашей предпринимательской жизни говорит о том, что зачастую любое усиление контроля со стороны государства приводит не к самым благоприятным последствиям для индустрии». Впрочем, под раздачу попали не только рестораторы.

Сегодня помимо увеселительных заведений власти активно проверяют и точки по продаже пиротехники, которые получают львиную долю прибыли именно перед Новым годом. Со стороны это, конечно, выглядит нелепо. А если бы «Хромая лошадь» сгорела от непотушенной сигареты, МЧС сейчас выворачивало бы наизнанку все табачные ларьки? Да и эффективность всех этих рейдов вызывает большие сомнения. «К кому проще прийти с проверкой? Да к тому, у кого большая вывеска и куда легко зайти. А куда-то в шалман, в подворотню идти или куда-то ехать на трассу инспекторам не так интересно, – продолжает Александр Иванов. – На маленьких предприятиях даже разговаривать не с кем зачастую. Поэтому получается, что при организации проверок в большой бизнес проще прийти, хотя порядка там больше. Ведь люди вложили в него много сил и средств». Впрочем, у пожарных есть своя правда. Сегодня представители МЧС активно проталкивают идею, что, после того как пожарным запретили проводить внеплановые проверки, бизнес стал абсолютно наплевательски относиться к вопросам безопасности. Хотя, как показывает пермская трагедия, никакой порядок проверок нынче не является гарантией безопасности. Хотя к некоторым аргументам пожарных нельзя не прислушаться.

В СССР за просроченный огнетушитель могли исключить из партии

«Я вообще считаю, что система Государственного пожарного надзора сегодня разрушена, – говорит Владимир Ермилов. – Например, сегодня инспектора уже не входят в состав комиссий по сдаче объектов, хотя раньше мы занимали в них чуть ли не главенствующее положение. И получается, что комиссия принимает объект, а инспектор лишь потом может предъявлять претензии и требовать их устранить через суд. То есть объект может быть принят в эксплуатацию, даже если на нём не работает пожарная сигнализация или нет противопожарных дверей, противопожарных отсеков и так далее. Это парадокс». Другая проблема, которая сегодня вызывает обеспокоенность у специалистов и ежегодно оборачивается сотнями жертв, – это полная неразбериха на рынке строительных и отделочных материалов. С советских времён их ассортимент вырос на порядки, а вот какой сюрприз они могут преподнести во время пожара, специалистам остаётся лишь догадываться. Теоретически любые отделочные материалы как отечественного, так и импортного производства должны иметь противопожарный сертификат. Причём в нём должны были бы отражаться такие характеристики материала, как огнепроводность, способность дымовыделения и так далее. Но по факту такие сертификаты зачастую оказываются филькиной грамотой. Ведь ни для кого не секрет, что до половины рынка стройматериалов у нас составляет либо контрафакт, либо произведённая непонятно кем, где и из чего контрабанда. Впрочем, это не самая страшная пожарная гримаса современного рынка. «Многие наши предприниматели почему-то считают, что пожарная безопасность – это то, на чём можно сэкономить, – продолжает Владимир Ермилов. – Если проводится тендер на установку пожарной сигнализации, то зачастую выбирают самую дешёвую систему. И никого не волнует, что завтра она уже не будет работать. К счастью, экономят не все. Что касается, например, крупных столичных и подмосковных гипермаркетов, то там есть все системы – и автоматической системы сигнализации, и пожаротушения, и дымоудаления. На некоторых крупных объектах установлены двойные и даже тройные системы безопасности. Поэтому посещать такие объекты мне лично не страшно. Но, к сожалению, такое внимание пожарной безопасности уделяют далеко не все». По словам Владимира Ермилова, в СССР система пожарного надзора работала гораздо эффективнее, а безответственность некоторых руководителей могла стоить им карьеры. Например, за выявленные нарушения руководителя любого уровня могли не только снять с должности, но и исключить из партии. Сегодня, как видно, ситуация кардинально изменилась.

Гарантий, что завтра не случится ещё один страшный пожар, нет

Получается, что в плачевном положении с обеспечением противопожарной безопасности в стране сегодня виноваты все. И предприниматели, экономящие буквально на всём, и пожарные, готовые «за долю малую» закрывать глаза даже на вопиющие нарушения, и федеральные власти, которые просыпаются лишь после таких страшных трагедий.

Но в то, что даже сейчас дело сдвинется с мёртвой точки, почему-то не верится. «У нас это разве первый пожар? – задаётся вопросом Кирилл Кабанов. – У нас банк во Владивостоке сгорел по этим же самым причинам. Ежегодно горят дома престарелых и инвалидов, детские приюты. И каждый раз нам говорят о каких-то жёстких мерах, но всё остаётся как прежде. Гарантий того, что завтра не сгорит какой-нибудь крупный торговый центр и жертв будет гораздо больше, к сожалению, нет никаких». Нет никаких гарантий, что пермская трагедия заставит стать более ответственным бизнес. Ведь многие предприниматели действительно восприняли последние послабления с проверками и прочими противопожарными процедурами как начало полной анархии. «Все мы ходим по улицам и видим, что происходит. Вчера в каком-то помещении был продуктовый магазин, сегодня в нём открывается кафе, а завтра будет магазин, торгующий огнеопасными красками, – говорит Владимир Ермилов. – А это совершенно разные подходы к пожарной безопасности. Раньше, если ты открывал магазин, то в течение трёх лет не мог его перепрофилировать и сделать это можно было только после заключения инспектора пож-надзора. Сейчас ничего подобного нет». Сколько ещё гореть России в огне мздоимства и всеобщего пофигизма, предсказывать никто не берётся. Остаётся лишь надеяться, что чудовищный сигнал пожарной тревоги из Перми будет всё-таки услышан. И не только услышан, но и воспринят как сигнал к самым решительным действиям.

НЕТ КАЛЫМА БЕЗ ОГНЯ (Русский Newsweek (журнал),  )

ЕЛИЗАВЕТА МАЕТНАЯ, СВЕТЛАНА ЗАЙЦЕВА, АЛЕКСЕЙ САВКИН

За последние годы пожарный надзор превратился в огромный бизнес, который прикрывается интересами безопасности

Роман, инспектор пожарной охраны из подмосковных Луховиц, каждое утро садится в свой новый джип Lexus. На нем он делает большую часть пути, в квартале от пожарной части пересаживается в старенькую «шестерку» и переодевается в форму старшего лейтенанта. За три года работы в пожарнадзоре любой инспектор обзаводится и квартирой, и приличной иномаркой, рассказывает Роман. Система такая же, как в ГИБДД: инспектор несет своему начальнику, тот — дальше наверх. По оценке Романа, начальник районной инспекции в месяц передает в региональный центр около 1 млн рублей. Оттуда, соответственно, какая-то сумма поступает в главное областное управление, а оттуда уже в Москву, в МЧС.

Даже руководство Госпожарнадзора признает, что инспекторы иногда поддаются соблазну. Это мягкая формулировка. На самом деле пожарная охрана — крупный бизнес с безотказными методами продажи, выверенными каналами продвижения средств и ежегодным оборотом в миллиарды долларов.

В Перми сначала в виновных записали установщиков пиротехники и владельцев клуба. В воскресенье 6 декабря следственный комитет говорил, что претензий к пожарному надзору нет. Потом журналисты слышали, как главе местного следственного комитета позвонил из Москвы ее шеф Александр Бастрыкин. Это было накануне визита Владимира Путина, который прилетел в ночь на вторник. Уже во вторник был отставлен глава Госпожарнадзора по Пермскому краю. Через два дня ему предъявили обвинения в халатности и отправили в СИЗО прямо из кардиологического центра. А Владимир Путин устроил разнос чиновникам и сказал, что нужны системные решения. Из того, что он говорит, следует, что проверки будут ужесточаться.

СЛУЧИСЬ ЧТО, МЫ КРАЙНИЕ

Если оглянуться вокруг, пока главные виноватые — бары и клубы. Проверки идут по всей стране. В Москве уже найдены первые виноватые — префектуры через суд закрывают клубы за несоответствие нормам пожарной безопасности. В префектуре Центрального округа Newsweek сказали, что проверяются все 85 клубов округа. По нескольким материалы уже ушли в суд. Этот список почему-то полностью совпадает со списком подозрительных с точки зрения безопасности клубов, которые вывесил в своем блоге один из московских музыкальных критиков.

В компаниях, которые занимаются пожарной безопасностью, утверждают, что с противопожарными мерами в клубах действительно плохо. Например, уровень звука системы пожарной эвакуации — от 95 до 110 дБ. Музыка в клубе явно громче, а сигнализация срабатывает, например, на сигаретный дым. В клубах просто отключают пожарную систему на время концертов, это повсеместная практика. «А мы будем крайними, случись что», — говорит директор работающей на этом рынке компании «Стингер» Игорь Займидорога.

Это все преувеличение, не согласны менеджеры клубов. И кивают на пожарных инспекторов — те у них вымогают деньги. «По закону мы каждую гирлянду, висящую на елке, должны согласовывать с пожарным инспектором. Это невозможно», — говорит основатель одного из московских клубов. По его оценке, обычный московский клуб в год отдает пожарнадзору–40 000 рублей. Это если нет связей.

Виноватые номер два — пиротехники. Про короля российской пиротехники Яна Абрамова больше известно, что он муж певицы Алсу. Он отказался разговаривать с Newsweek, сославшись на занятость. У пиротехников канун Нового года — самая горячая пора. Глава МЧС Сергей Шойгу — Госпожарнадзор входит в структуру его ведомства — уже предложил если не запретить, то ограничить продажу пиротехники. Впрочем, такие предложения возникают регулярно.

Абрамов к Перми не имеет вообще никакого отношения. «Это моя пиротехника, — признает Анатолий Воробьев, владелец компании “Русский фейерверк”. — Но пермская компания “Пиро-Цвет” (посредник-поставщик “Хромой лошади”) не могла сознательно нарушить технику безопасности. Это грамотная компания, член пиротехнической ассоциации». Теперь, рассказывает Воробьев, ему звонят дилеры, например, из Казани и представители крупных торговых сетей — «Метро», «Перекресток», «Лента», «Ашан», «Магнит»—и говорят, что не будут торговать его пиротехникой, потому что на них давят чиновники на местах.

Ирония заключается в том, что без согласования с пожарной охраной пиротехника на прилавки попасть не может. Воробьев не стал обсуждать эту тему с Newsweek: «Я просто устал, у меня допросы в прокуратуре по пять часов». Мелкие торговцы в один голос уверяют, что у них у всех есть разрешения от пожарных, удостоверяющие надежность и безопасность их продукции. «Мы просим разрешить нам торговать в магазине. Они выдают бумагу, что все нормально — естественно, за взятку», — говорит один из таких торговцев.

Есть такие бумаги и у торговцев китайской контрабандой — по оценкам Воробьева, они занимают 30% рынка. Общий объем рынка хлопушек, фейерверков и салютов, по оценкам российской пиротехнической ассоциации, — около $100 млн в год. Можно предположить, что пожарному надзору уходит до четверти этой суммы.

ТАКСА ТАКАЯ, МЕНЬШЕ НЕЛЬЗЯ

Сергей, брат Романа из Луховиц, работает в одной с братом пожарной инспекции. На его жену зарегистрировано помощь». Эта компания может помочь бизнесменам и лавочникам, у которых Сергей и Роман обнаружили недостатки. Недостатки исправляются на бумаге: фирма готовит необходимый пакет документов, и пожарному надзору этого будет достаточно.

Еще более распространенная схема: инспектор направляет бизнесмена за противопожарным оборудованием в конкретную фирму, а эта фирма платит инспектору комиссию. «Обычно 25% от суммы заказа, — говорит Михаил, владелец московской фирмы по установке противопожарного оборудования. — Как-то ко мне пришли сразу три инспектора и сказали, что хотят каждый по 25% с одного объекта: мол, такса такая, меньше нельзя». Другие просто требуют определенную сумму — допустим, рублей с клиента, вне зависимости от объема заказа, продолжает Михаил.

Алексей, хозяин другой фирмы по установке противопожарного оборудования, подтверждает слова своего коллеги: «Когда я первый раз отдавал миллион рублей пожарному, было неуютно, а теперь привык, они приходят ко мне, как за зарплатой в бухгалтерию пожарки». Пока он общался с Newsweek, в офис зашел пожарный инспектор лет пятидесяти, с полиэтиленовым пакетом под мышкой. «сейчас заберет», — объясняет Алексей. А предприниматели говорят, что в фирмах, к которым советуют обращаться пожарные, товар в среднем на треть дороже.

Установить пожарную сигнализацию в стометровом офисе стоит–90 000 рублей, в Москве — около Система дымоудаления и пожаротушения обойдется уже в –Плюс–20 000 в месяц на обслуживание. «Если не проводить техобслуживание по регламенту, то в нужный момент система просто не сработает. Но большинство старается сэкономить — и на самой системе, и на обслуживании», — говорит торговец оборудованием Михаил.