Российские СМИ о МЧС (стр. 4 )

Бывает, что и клиент, и поставщик считают, что вопрос решен самим фактом сделки, с которой инспектор уже получил комиссию. Тогда поставщик в целях экономии может обмануть клиента. Поставить ему спринклер — противопожарный «душ» на потолке — на каждые 10 кв. м. вместо положенных 5 кв. м. А то и вовсе установить муляжи вместо оборудования. Многие поставщики экономят на материалах огнезащиты, утверждает торговец Михаил.

Можно решить вопрос еще проще, рассказывает Эдуард Черченко из «Деловой России» в Алтайском крае: бизнесмен вместе с инспектором оценивают стоимость устранения недоделок, пожарный получает половину этой суммы и закрывает глаза, допустим, на отсутствие огнетушителя. Можно занизить категорию здания: про цех по переработке древесины написать в документах, что это склад для хранения металла, поясняет торговец Михаил, и сократить таким образом затраты на «пожарку».

Только простейшего противопожарного оборудования — огнетушителей, защитных комплектов и прочего — в России ежегодно продается не менее чем на $100 млн.

План ПО СБОРАМ

В январе 2009 года в питерский магазин пришел пожарный инспектор и, как водится, выявил нарушения. Цена вопроса составляла $1000, но предприниматели заартачились — кризис, они работают на грани себестоимости, каждая копейка на счету. Инспектор выписал предписание на проведение мероприятий на 1,64 млн рублей. Предприниматели пошли в суд. «Независимая экспертиза подтвердила необоснованность половины претензий, — рассказывает адвокат истцов Григорий Соломинский. — Суд принял нашу сторону, компания устранила оставшиеся нарушения».

Но этим не кончилось. Вскоре в магазин снова пришел пожарный инспектор. Он выписал новые предписания еще на рублей. В ноябре магазин закрылся. «У них логика простая. Или дайте большие деньги и мы выпишем маленькие предписания, а не дадите денег — выпишем большие предписания и закроем компанию», — объясняет Соломинский. Он сам работает в ассоциации среднего и малого бизнеса. Ивану, коммерческому директору небольшой московской компании, эта ситуация кажется логичной. Нельзя сдавать пожарных, это плохо кончится, ведь они не сами по себе приходят, а с планом на месяц от начальства. «Инспектор смотрит на оборот и назначает платеж», — объясняет Иван.

Так и есть. «У пожарных — фактически плановое хозяйство. Им нужно найти нарушения, и они их всегда находят», — рассказывает председатель волгоградского отделения «Деловой России» Роман Созаруков. И пожарные в один голос это подтверждают.

Пожарный инспектор, с которым говорил Newsweek, на минувшей неделе уволился после двух с половиной лет работы — говорит, стало противно. Он рассказывает, что зарабатывалрублей в месяц чистыми, а рублей относил начальству. У всех старших лейтенантов в его отделе иномарки не дешевле $30 000, говорит он, а у начальника отдела на пять муниципальных районов вообще шесть автомобилей. По подсчетам собеседника Newsweek, его ежемесячный заработок — около $20 000–30 000.

Основа дохода пожарной инспекции — плановая проверка: от $300 до $1500, например, в Подмосковье, в зависимости от объема бизнеса. По закону плановые проверки нельзя проводить чаще чем раз в три года. В «Хромой лошади» в декабре прошлого года выявили нарушения и дали год на их устранение. В любом случае эти ограничения можно обойти. По жалобе гражданина можно проводить внеплановые проверки. И все инспекции обзавелись целым штатом жалобщиков.

Или, например, подпись пожарного инспектора должна стоять на лицензии на реализацию алкогольной продукции. За право ее поставить инспектор отдает своему начальнику 4000 рублей, говорит недавно уволившийся московский инспектор, а компании, которой нужна лицензия, эта услуга стоитрублей.

По оценкам Ассоциации предпринимателей малого и среднего бизнеса Санкт-Петербурга, такса пожарных инспекторов за последние десять лет выросла в пять раз, и в Питере на взятки пожарным малый и средний бизнес тратит до $30 млн в год.

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

Новостройка на юго-западе Москвы называется «Well House на Ленинском». Это самое высокое здание в данной части города—162 метра. «Не функционирует система пожаротушения», — утверждает депутат Государственной думы Антон Беляков. Застройщик признает этот факт: компания Mirax Group получила этот проект в 2007 году, и он был нерентабельным, говорит представитель компании Михаил Дворкович. Было решено увеличить этажность. Для новых этажей пожарный проект до сих пор не утвержден. В компании обещают утвердить его самое позднее в январе.

Есть основания полагать, что многие сданные в эксплуатацию здания могут иметь плохую систему защиты или даже не иметь ее вовсе. Противопожарные нормативы ужесточаются каждый год, рассказывает генеральный директор крупной строительной компании. Делается это из благих побуждений — чтобы люди при пожаре могли спастись. Но на практике это просто увеличивает стоимость квадратного метра.

Год назад требования к безопасности строящихся зданий были ужесточены. К примеру, раньше все конструкции должны были выдерживать 45 минут пожара, сейчас — 120. Три месяца назад изменился порядок — теперь инспектор пожарной охраны подписывает отдельный документ, а не акт госкомиссии. Разницы пока особой нет, рассказывает гендиректор стройкомпании. Другое недавнее изменение: перед тем как подать проектные документы на госэкспертизу, нужно согласовать их у пожарных. Следовательно, от них зависит, будет проект рассмотрен или нет.

Чем выше здание, тем больше вероятность, что оно не соответствует нормам, а пожарные получили взятку. Для зданий до 75 метров высотой (25 этажей) норматив прочности конструкций при пожаре — 120 минут. То есть при пожаре дом не развалится в течение двух часов. Выше 75 метров — уже 240 минут. Выполнение этого норматива требует увеличения себестоимости строительства примерно сдорублей за квадратный метр, говорит гендиректор компании-застройщика. Что делать? Договориться с экспертом, который визирует проект. Цена вопроса — от $10 000 до $50 000.

Платить приходится и за другие вещи. Бывает, к примеру, что разрешение на строительство было получено давно, и с тех пор, с точки зрения пожарной безопасности, проект устарел. Его переделка может обойтись в 50 млн рублей. Проще и дешевле отдать 1 млн рублей инспектору. Когда дом принимает госкомиссия, отстегивать надо всегда. «Даже если все идеально, чего никогда не бывает, — около $300 надо дать инспектору. Просто из уважения», — говорит строитель. Он приводит другой пример. Его сотрудники сэкономили на дверях в местах общего пользования около 5 млн рублей: «С другими недоделками цена вопроса —евро».

БИТЬ СМЕРТНЫМ БОЕМ

«Первые требования к пожарной безопасности в России были написаны в 1649 году. Нарушители должны были “смертным боем быть битыми от государя”», — зачитывает директор департамента надзорной деятельности МЧС Юрий Дешевых. Это его в Перми после катастрофы под камеры распекал министр Сергей Шойгу (см. следующую статью). Юрий Дешевых добавляет: «Это, конечно, чрезмерно. У нас есть Административный и Уголовный кодекс». Он утверждает, что в МЧС уже готов проект ужесточения наказаний за нарушение противопожарных нормативов. Некоторые штрафы вырастут в 200 раз.

Бизнесмены готовятся к увеличению поборов. Пожарные же убеждены, что ужесточение нормативов и штрафов повышает безопасность. Самые жесткие нормативы сегодня — на особо опасных объектах. Поэтому там безопасно. Обыватели боятся, что пожар будет на АЗС или на заводе. «Но специалисты знают, что старая больница или школа на порядок опаснее, чем напичканный взрывчатыми веществами склад. Потому что у больницы нет денег на огнетушители. А на складе или, допустим, АЗС — автоматическая система тушения», — говорит научный сотрудник Всероссийского научно-исследовательского института противопожарной обороны. Он не может назвать свою фамилию, потому что на это нужно разрешение МЧС.

Это теория. На практике, опять-таки, со всеми можно договориться. С 2005 по 2008 год к АЗС действовало требование получать специальную лицензию — как пожароопасным производственным объектам. Выполнение требований лицензии на безопасности не сказывалось, утверждает вице-президент Российского топливного союза Евгений Аркуша, потому что АЗС и так были безопасными и давали высокую гарантию от пожара. Так или иначе все договаривались: от $300 до $3000 за одну заправку, рассказывает информированный участник рынка.

Предприниматели считают, что проблему пожарной безопасности бизнес может решить своими силами. Надо ввести обязательную страховку от огня, и тогда страховые компании будут следить за безопасностью не на страх, а на совесть, предлагает юрист Григорий Соломинский. С этой идеей одно время ходил Сергей Шойгу, вспоминает он, но потом почему-то от нее отказался.

Готовность номер 01

По всем регионам России идут массовые проверки развлекательных заведений. Предварительные итоги показали, что клубов или ресторанов, полностью соответствующих требованиям пожарной охраны, – единицы. Инспекторы в 80–90% случаев выписывают предписания, а самым злостным нарушителям грозит закрытие.

Москва

Клуб «Б2»

Был назван столичными пожарными в числе шести московских клубов, где нарушены правила пожарной безопасности. Установлено, что там закрыты окна и завалены эвакуационные выходы. Материалы проверок переданы в суд. Между тем 9 декабря «Б2» был закрыт по техническим причинам, один из концертов перенесен с 10 на 16 декабря в связи «с ремонтно-профилактическими работами в клубе». На сайте «Б2» появилось сообщение о том, какие меры пожарной безопасности приняты в клубе.

Тюмень

Чайхана «Киш-миш»

Эвакуационный выход проходит через все производственные помещения, отсутствуют аварийное освещение и указатели путей эвакуации, среди сотрудников нет ответственного за эксплуатацию электроприборов. Решается вопрос о возбуждении административного дела и временном закрытии ресторана.

Улан-Удэ (Бурятия)

Ночной клуб «Эпицентр»

Нарушения, установленные еще сентябрьской проверкой, до сих пор не исправлены: неправильно установлена сигнализация, плохо освещены эвакуационные выходы, декорации сделаны из легковоспламеняющихся материалов. Владелец заведения привлечен к административной ответственности.

Саратов

Кафе «Альбион»

Отсутствует автоматическая противопожарная система, стены и полы обшиты легковоспламеняющимися материалами, прямо в кафе установлена сауна, VIP-кабинеты оборудованы в подвале, из которых трудно выбраться, о запасных выходах посетители не информированы. Выдано предписание об устранении нарушений.

Климовск (Московская область)

Кафе-бар «Таверна»

Расположен в жилом доме, путь к единственному выходу идет через узкий длинный коридор, в отделке применены тростник, солома и деревянные декорации. Прокуратура рассматривает вопрос о приостановке работы кафе-бара.

Уфа (Башкирия)

Ресторан «Стейк хаус “Нью-Йорк”»

Сложно достать огнетушитель, который висит под лестницей, ведущей на второй этаж, план эвакуации не согласован с пожарным надзором, нарисован фломастерами, затем залит водой и теперь трудно читаем, запасной выход захламлен. Во время проверки директор ресторана обещал устранить недостатки.

Черногорск (Хакасия)

Кинотеатр «Луначарский» и блинная «Солнцепек» в одном здании

Закрыты эвакуационные выходы, на окнах установлены металлические решетки, автоматическая пожарная сигнализация отключена, системы оповещения не работают, плана эвакуации нет. Рассматривается вопрос о приостановке работы.

Красноуральск (Свердловская область)

Частная дискотека в бывшей школе №9

Отсутствует пожарная сигнализация, запасной выход не оборудован стрелочными указателями, деревянная сцена в зале не обработана противопожарным составом. Прокуратура временно приостановила работу дискотеки, против владельца возбуждено административное дело.

Пермь

Ресторан «Генацвале»

По информации ГУ МЧС Пермского края, ресторан расположен в подвале жилой пятиэтажки, для эвакуации используется винтовая лестница, ширина выхода менее 1,2 м, в связи с этим работа ресторана приостановлена. Вместе с тем в самом ресторане уверяют, что информация о нарушениях не соответствует действительности, и ресторан продолжает работу, хотя клиенты теперь приходят отказываться от новогодних банкетов.

Чита

Ресторан «Гермес»

Эвакуационные выходы и средства пожаротушения не соответствуют нормативам, персонал не обучен технике безопасности, более того, не все сотрудники знают телефон пожарной охраны. Выписано предписание о закрытии ресторана.

Челябинск

Ресторан «Ной»

На кухне, обшитой деревом, используется открытый огонь, нет пожарной сигнализации, запасные выходы завалены хламом, вместо плана эвакуации – карта Армении, в подсобке – оголенные провода и лампочки без плафонов. В суд направлено представление о закрытии заведения.

Краснодар

Клуб «Майами»

Не успели инспекторы приступить к проверке, как на пульт 01 поступил сигнал о возгорании клуба-ресторана «Майами». Здание было старым, утеплители на потолках были сделаны из соломы. Площадь возгорания составила 70 кв. м, пострадавших нет. В числе причин пожарные называют короткое замыкание, владельцы – поджог. Помещение восстановлению не подлежит.

Воронеж

Ночной клуб «Бункер»

Заведение рассчитано на 50 человек, но посетителей там бывает больше. Нет регламента о пожарной безопасности и плана эвакуации, сотрудники не обучены, как действовать в случае ЧП, эвакуационный выход закрыт на замок. Пол выстлан коврами, которые легко горят. Возбуждено административное дело, решается вопрос о закрытии клуба.

Источники: по материалам из открытых источников

Системные отставки (Русский Newsweek (журнал),  )

Владимир Федорин

Кризис заставил руководство страны предъявить более жесткие требования к бюрократии

Я надеюсь, что 2009 год войдет в историю России не только как год глубокого экономического спада. Лет через шесть мы, возможно, будем вспоминать о нем как о времени, когда в стране начались системные изменения. Я имею в виду не разговоры о модернизации и энергосберегающих лампочках. Я о новой порции отставок должностных лиц за провалы на вверенных им участках. Выясняется, что наши начальники сменяемы. Оказывается, они за что-то несут ответственность.

На прошлой неделе в полном составе ушло в отставку правительство Пермского края. Прошли увольнения в пермских подразделениях МЧС, отвечавших за пожарный надзор. Дума Перми приняла отставку сити-менеджера. сказал, что поставит перед президентом вопрос о доверии. На прошлой же неделе стало известно об увольнении начальника Бутырской тюрьмы, где в нечеловеческих условиях содержался и умер, не получив медицинской помощи, адвокат Сергей Магнитский.

Отставки в Перми и в системе исполнения наказаний — это, конечно, две большие разницы. В первом случае бросается в глаза непропорциональность реакции. Муниципальные и, возможно, некоторые краевые чиновники скорее всего несут ответственность за страшную трагедию в клубе «Хромая лошадь». Но разве не несли такую же ответственность московские чиновники, когда в 2004 году рухнул «Трансвааль-парк»? Тогда погибло 28 человек, ни один чиновник не пострадал, ни один, насколько мы помним, не извинился. Поступок пермяков в таком контексте, пожалуй, правильный: в стране безнаказанной бюрократии лучше перегнуть палку, чем спокойно переступить через трупы.

Отставка начальника Бутырки Дмитрия Комнова — из другого ряда. Один знакомый бизнесмен, с которым я обсуждал ситуацию в московских следственных изоляторах, охарактеризовал Бутырку двумя короткими словами: «просто ад». Одной отставкой здесь, конечно, не отделаешься — придется что-то делать с системой. Но надо же с чего-то начинать.

Снятие Комнова похоже на увольнение начальника московской милиции генерала Пронина после бойни, учиненной Денисом Евсюковым в супермаркете. На увольнение высокопоставленных чиновников Минобороны после взрывов в 31-м арсенале ВМФ в Ульяновске. Увольнение помощника президента Михаила Лесина с формулировкой «за несоблюдение правил госслужбы и этики поведения госслужащего». А еще раньше Медведев отправил на пенсию президента Ингушетии Мурата Зязикова, который довел свою республику до состояния гражданской войны, но оставался несменяемым.

Что бы ни говорили про пассивность президента Медведева, в политическую практику снятие провалившихся начальников ввел именно он.

Мне могут возразить, что отставки — это не системные изменения. «Ну, будем мы переставлять людей, но где при этом инновационная экономика? — спрашивал в начале осени главный политтехнолог страны Владислав Сурков. — Неужели это и есть политическое деяние — отставка? Это примитивное мышление, какая-то неадекватная реакция на сложные экономические проблемы, которые есть в стране».

Суркова недаром считают одним из самых умных людей в Кремле, но тут он неправ. Приведу простой контрпример: если бы за подтасовки на региональных выборах 11 октября Сурков был с треском и объявлением причины уволен из Кремля, его сменщик, будь это даже черт с рогами, очень сильно позаботился бы о том, чтобы в следующий раз такое не повторилось. А так прогрессивной общественности остается только слушать басни про то, как в ночь после выборов кристально честный администратор пытался дозвониться президенту Марий Эл Леониду Маркелову в тщетной попытке предотвратить фальсификацию. Уверен: имея перед глазами пример неудачливого предшественника, новый руководитель политотдела администрации президента будет в случае необходимости дозваниваться даже до генерального прокурора.

Начальники, как и все остальные люди, реагируют на стимулы. Конечно, любой руководитель страны предпочел бы иметь в подчинении только лояльных людей. Проблема в том, что лояльность и компетентность совпадают крайне редко. Компетентные люди не готовы идти на все, лишь бы сохранить свое кресло, — репутация дороже, а работу в крайнем случае они найдут себе и другую. Неудивительно, что в годы нефтяного изобилия, когда казалось, что любые проблемы можно решить деньгами, доля компетентных руководителей резко пошла на убыль. Кризис показал: управлять страной с помощью одних лояльных людей так же удобно, как сидеть на штыках.

Автор – первый заместитель главного редактора журнала Forbes

Крайние и непричастные (Газета. Ru (он-лайн),  )

Один московский предприниматель рассказывал как-то, что нужно было ему провести работы, связанные с прокладкой коммуникаций под проезжей частью. Все было согласовано, никакой самодеятельности. Единственное – надо было вскрывать эту самую проезжую часть. И он встал практически перед официально никак не разрешимой дилеммой. Потому что если вскрывать проезжую часть днем, то это запрещают гаишники, так как это затрудняет проезд автотранспорта. А если вскрывать ночью, то запрещают уже местные муниципальные власти, так как это производит шум, а ночью шуметь нельзя. Разумеется, подобные коллизии в реальной жизни разрешаются путем пренебрежения хотя бы одним из многочисленных противоречащих друг другу правил. Самый логичный путь при этом – нарушать то правило, надзирающий за соблюдением которого государственный орган меньше берет. Так вот этот предприниматель стал вскрывать проезжую часть днем.

Теперь пожарные и власти по следам пермского пожара со сладострастием взялись за столичные ночные клубы. В масс-медиа пачками идут сообщения о закрытии кого на 30, а кого на 90 дней. Закрывают клубы один круче другого, выставляя московскую гламурную тусовку, по сути, на улицу в канун Нового года. Оказывается – вдруг! – что чуть ли не половина из клубов имеют серьезные нарушения.

Московские префекты рапортуют в теленовостях о закрытиях точек досуга в связи с массовыми нарушениями пожарной безопасности, демонстрируя тем самым высочайшую государственную дисциплину. Мол, велели наводить порядок – мы вот и наводим решительной рукой. В кадре непременно мелькают пожарные инспектора, со знанием дела рассказывающие, какие именно нарушения им удалось вдруг - по команде - вскрыть в том или ином гнезде гламурной московской жизни. Обыватель, по идее, должен удовлетворенно радоваться решительным действиям властей, призвавших наконец к ответу зажравшихся буржуев-безответственных коммерсантов и хозяев гламурных вертепов.

В пестуемом властями виртуальном медийном пространстве создается картинка "принятия решительных действий". То есть, видимо, им так кажется, что она создается.

В принципе, дело правильное: раз есть нарушения – надо устранять, закрывать, понуждать к соблюдению всех прописанных норм и правил. Если в результате всех этих показательных "порок" безопасность в московских клубах усилится, будет только лучше.

Но почему-то все равно от всех этих "показательных порок" остается впечатление фальши и показухи. Как и от всякой массовой кампании.

Разберем, как говорится, case во всей его микроэкономической полноте, дабы попытаться добраться до сути.

Итак, у московского клуба N, скорее всего, по бумагам по части противопожарной безопасности все было более или менее в ажуре. Техника открытия подобных заведений, как и многих других, отработана еще с тех пор, когда Госпожарнадзор перешел под крыло МЧС. Имеющие подобный опыт люди вам расскажут, что вам редко когда удастся согласовать с местным ГПН проведенные даже по всем имеющимся правилам противопожарные мероприятия, если соответствующие системы, сигнализация и оборудование не были установлены той фирмой, на которую вам любезно укажет сам ГПН. Далее уже другая (или все та же) фирма берет вас "на абонементное обслуживание", то есть должна технически обслуживать все то, что у вас там установлено. Как правило, услуги фирмы-установщика, аффилированной с местным ГПН, стоят раза в два дороже, чем на свободном рынке. Зато вам гарантируют нехлопотное принятие и согласование объекта в ГПН и последующую столь же нехлопотную жизнь в тесной любви и дружбе с соответствующим инспектором ГПН. Это, разумеется, стоит денег. Возможно, тех самых денег, которые предприниматель экономит на действительно эффективной противопожарной сигнализации и средствах первичного пожаротушения. Вместо этого деньги идут на взятки, они составляют немалый теневой бюджет ГПН и его сотрудников.

Теперь вопрос: когда в Москве закрывают тот или иной клуб за нарушения мер противопожарной безопасности, то что делают с тем инспектором, который этот клуб "курировал"? А ничего. Но разве он не несет свою часть ответственности за то, что до сих пор – пока не произошел страшный пожар в Перми – тот или иной клуб преспокойно работал? Отнимают ли выданную МЧС "пожарную лицензию" на проведение соответствующих работ у той фирмы, которая устанавливала оказавшиеся вдруг столь негодными системы безопасности и проводила соответствующие профилактические работы? Вряд ли. Должным ли образом осуществлялось "абонементное обслуживание", и если не должным, то почему теперь должны за это отвечать только предприниматели? На них тоже, разумеется, лежит ответственность, но разве только на них? Пермский инспектор, на территории которого произошел всем известный пожар, теперь, скорее всего, понесет ответственность. Ну а те, на территории которых пожаров не случилось, но которые до сих пор закрывали глаза на нарушения, скорее всего, ни за что отвечать не будут, они теперь активно участвуют в "кампании по усилению". А почему, собственно, не будут?

Пойдем дальше и зададимся вопросом: а что, в стране, помимо ночных клубов, во всех других общественных местах и заведениях с противопожарной безопасностью все уже в порядке? Во всех школах, больницах, домах престарелых и пр. уже повсеместно установлены системы автономного пожаротушения, сняты решетки с окон первых этажей (кстати, решетки предписывает ставить МВД, а запрещает МЧС, какой запрет надо соблюдать в этом случае и почем?), а также установлены стрелки-указатели запасного выхода, питающиеся от аккумуляторов? Если же этого нет, то почему на фоне этих закрываемых по суду объектов не пиарятся власти и местные пожарные инспектора?

Потому что все прекрасно понимают, что многочисленные правила, инструкции и нормы, придуманные и опекаемые разными многочисленными ведомствами, подчас столь противоречат друг другу, что если бы вдруг страна в одночасье решила начать жить по всем писанным в законах и инструкциях правилам, то жизнь в ней мгновенно остановилась бы. Потому что все прекрасно понимают, что коррупционный сговор между регуляторами и контролерами, с одной стороны, и теми, кого регулируют и контролируют, с другой, давно превратился в основную норму экономической жизнедеятельности. Страна почти разучилась работать иначе. Потому что все прекрасно понимают, что она, при всем своем богатстве и пробивающихся то тут, то там очагах "гламура", в массе своей бедная, а местами и вовсе нищая и не может позволить себе на деле соответствовать современным нормам технической безопасности и технологической культуры. Причем чем дальше – тем больше, по мере падения общего уровня образованности, технической грамотности, компетенции и дисциплины. Потому что все давно уже на практике исходят из того, что в стране нет таких правил и законов, которые были бы едины для всех, что все "исключения из правил" либо покупаются напрямую, либо предоставляются в силу привилегированного приближения к власти (то есть, по сути, тоже покупаются). А раз всякий раз перед глазами есть примеры, когда одним можно все, а другим это не позволено, то всегда будет существовать искушение любой ценой попасть в разряд тех, кто все же "более равны, чем другие" и кому позволено то, что не позволено остальным. Всегда будет искушение попасть в число тех, кому плевать на правила. И в этом смысле ключ что к пожарной безопасности, что к безопасности на дорогах - один и тот же: должны быть единые правила для всех.

Конечно, рано или поздно придется всеобщий ремонт с чего-то начать. Можно и с противопожарной безопасности. От установки светящихся в темноте указателей, освобождения захламленных пожарных выходов и внедрения надежных систем сигнализации в тех же ночных клубах будет только польза. Но – разовая, единичная. Система в целом заработает только тогда, когда начнут меняться институты. А они почему-то по-прежнему официально провозглашаются стабильными и изменениям не подлежащими. Потому что менять – страшно, боятся, что все рухнет. Как в той поговорке: "Не сломалось - не чини" (тогда - "не загорелось - не туши"?).

Но разве уже не сломалось?

Ночные клубы закрывают, огнетушители раскупают (ГТРК Новосибирск "НСТ". Лента новостей,  )

Из-за несоблюдения правил противопожарной безопасности могут прикрыть десять ночных клубов Хакасии. Там нет запасных выходов, отделка помещений - легко воспламеняющаяся, а персонал не знает, что делать в случае пожара. На нескольких руководителей алтайских клубов заведены административные дела. Причины похожие. В заведениях - неработающие пожарные сигнализации и огнетушители с истёкшим сроком годности. Ночным клубам Томска сегодня вообще работать запрещено. Они закрыты из-за «свиного» гриппа. Областные власти просят хозяев пригласить в эти дни проверяющих из МЧС.

Развлекательные заведения Новосибирска тоже в большинстве своём противопожарный экзамен не выдержали. Сегодня руководители пытаются устранить нарушения.

В основном, ответ перед контролирующими органами держать приходится арендаторам. Хотя, безопасность помещений - забота собственников. Главное, чтобы они между собой договорились. Иначе, владелец должен будет оплатить штраф, а руководитель клуба - останется без гостей, работы и прибыли. Заведение просто закроют.

Интересно, почему для того, чтобы сотрудники МЧС выполнили свою работу, за которую, между прочим, получают деньги, должны были погибнуть почти полторы сотни человек. Не случись эта трагедия в Перми, похоже, никому бы и в голову не пришло проверять ночные клубы на предмет пожарной безопасности. Точно, как в пословице про мужика и гром.

Кстати, все эти проверки приносят неплохую прибыль продавцам огнетушителей. Сегодня в Новосибирске, к примеру, это очень ходовой товар. За прошлую неделю спрос на него вырос в несколько раз.

Недельная выручка - за один день. Такого в этих магазинах не припомнят. Огнетушители пенные, порошковые, углекислотные. Но берут не только их. В ход пошёл даже залежавшийся на складе товар - информационные таблички и дополнительная литература. Добавилось работы и продавцам-консультантам. Покупатель приходит не только за средствами защиты, но и за информацией - как ими пользоваться.

Ирина Шельдлинева, менеджер компании по продаже противопожарного оборудования: «Спрос на огнетушители увеличился, идут все - кафе, рестораны, дошкольные учреждения, пансионаты. Элементарных вещей не знают - как пользоваться, с какой стороны подходить, объясняем все на пальцах».

Суд вынесет приговор по делу экс-начальника МЧС по Волгоградской области (РИА Новости - Единая лента новостей (информационная лента новостей),  )

ВОЛГОГРАД, 15 дек - РИА Новости. Военный суд Волгоградского гарнизона во вторник огласит приговор бывшему начальнику Главного управления МЧС России по Волгоградской области Владимиру Соснову, передает корреспондент РИА Новости.

Как сообщил журналистам представитель суда, оглашение решения было отложено в минувший вторник из-за того, что судье потребовалось дополнительное время на подготовку текста приговора.

Уголовное дело Соснова рассматривается в военном суде с октября прошлого года. Бывший начальник областного управления МЧС обвиняется в совершении мошенничества с использованием служебного положения (часть 3 статьи 159 УК РФ) и в двух эпизодах превышения должностных полномочий (часть 1 статьи 286 и пункт "в" части 3 статьи 286 УК РФ). Санкции статей предусматривают до десяти лет лишения свободы.

По данным следствия, Соснов приобрел за счет средств управления иномарку и катер, поставил их на баланс возглавляемой им общероссийской организации "Федерация пожарно-прикладного спорта" (волгоградское региональное отделение), а сам использовал технику исключительно в личных целях. Общая сумма ущерба по двум эпизодам превышения полномочий составляет 2,3 миллиона рублей, утверждают следователи.

Кроме этого, Соснов обвиняется в присвоении 630 тысяч рублей, принадлежавших некоммерческой организации "Российский благотворительный фонд спасения - 01". Эти деньги были перечислены на приобретение пожарного инвентаря, но, по версии следствия, переводились на счета фирм-однодневок и обналичивались.

Бывший начальник областного управления МЧС категорически отрицает свою вину в инкриминируемых преступлениях.

Гособвинение же считает вину Соснова полностью доказанной и просит суд назначить ему наказание в виде пяти лет лишения свободы в колонии общего режима.

Уголовное дело в отношении Соснова было возбуждено в июле 2007 года. В настоящее время он находится под подпиской о невыезде.

Дело утопающих (Санкт-Петербургские ведомости (газета),  )

Еще не остыли угли на пепелище пермского клуба "Хромая лошадь", как Министерство по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (проще говоря, МЧС) выступило с "политически правильной" инициативой. Суть инновации: создать по всей стране отряды добровольной пожарной охраны. Только так, по мнению зам. министра Владимира Пучкова, можно добиться "полного прикрытия" населения страны от пожарной угрозы. Оказывается, сейчас МЧС "прикрывает" нас от пожаров только на 72,3%.

Чиновники перекладывают инфраструктурные проблемы на плечи населения

Александр ВЕРТЯЧИХ

Бремя красных топоров

История добровольных пожарных дружин корнями уходит в дореволюционное время. Всероссийское добровольное пожарное общество было создано в 1893 году. А история пожарной службы в Советской России началасьапреля 1918 года с декрета "Об организации государственных мер борьбы с огнем". Трудящихся призвали активно помогать огнеборцам. Однако уже в 1920 году ответственность за пожаротушение возложили на НКВД.

В послевоенные годы в СССР система борьбы с "красным петухом" строилась на трех столпах: военизированные пожарные части при МВД, ведомственные пожарные подразделения (они имелись даже на предприятиях "средней руки") и добровольцы – с их помощью ликвидировали 15% всех пожаров. Собственно, каждый трудящийся в советские времена был так или иначе вовлечен в систему пожаротушения. По крайней мере проходил инструктаж и знал, где в цехе находится особый щит с коническим ведром и красным топором.

Первыми жертвами перестройки пали отраслевые пожарные части: приватизированные предприятия при первой же возможности стремились сократить своих огнеборцев как "непрофильное направление". Только за последние 10 лет число ведомственных пожарных подразделений уменьшилось на 15%. Отлаженные противопожарные структуры сохранились только на крупнейших предприятиях. Общественный надзор над противопожарной безопасностью также ослаб: у людей стало меньше времени на общественные нагрузки. Да и мер воздействия на несознательных собственников предприятий, по большому счету, тоже не осталось.

В итоге в начале XXI века уровень пожарного риска в России в 7 – 10 раз превышает аналогичный показатель в западноевропейских странах. 49 тыс. населенных пунктов вообще не имеют противопожарного оборудования. По данным МЧС, 37 млн человек не защищены от пожаров, из них 7 млн даже не имеют возможности вызвать подмогу – у них попросту нет связи.

Выйти из сложившейся ситуации можно двумя способами: переложить тяготы на плечи граждан (будь то создание дружин или принудительное страхование жилья) либо развивать государственную противопожарную инфраструктуру. На эти цели, по подсчетам МЧС, до 2012 года нужно 65 млрд рублей. Сумма в государственных масштабах, в общем-то, не такая и большая. Почти во столько же обойдется возведение скандального небоскреба на Охте.

С песней по шпалам

Сразу оговорюсь: я не против добровольных народных дружин, равно как и любого другого способа повысить общественную активность. Но только при одном условии: если это не будет подменять собой работу профессиональных служб и не даст право государству экономить на дорогах, пожарных частях или профподготовке кадров.

Возьмем другой пример – призыв к массам отказаться от "лампочек Ильича" в пользу энергосберегающих источников света. Эта инициатива тоже имеет в основе своей благие намерения – экономию электричества. Вот только есть в этом предложении один подвох: львиная доля потерь энергии в России происходит вовсе не из-за использования лампочек накаливания, а из-за старого изношенного оборудования на электростанциях, предприятиях и транспорте.

Потери электрической энергии только в распределительных сетях у нас достигают 10%. Общие же потери энергии в России оцениваются в 40% от уровня ее потребления. Это сопоставимо с объемом всей экспортируемой нами нефти или выработкой энергии на ста крупных ТЭЦ.

Да, на сферу ЖКХ приходится треть энергетических потерь. Но основная утечка происходит не в парадных и квартирах, а в котельных и инженерных сетях, износ которых превышает 70%. И вот это уже проблема государственная, по сравнению с которой "лампочки Ильича" действительно мелочь...

Однако государство не спешит развивать те области инфраструктуры, которые не приносят мгновенную прибыль или не обслуживают "стратегические" (в первую очередь сырьевые) отрасли экономики. Гораздо легче обязать потребителей оплачивать "инвестиционные программы" монополистов и покупать втридорога энергосберегающие лампы.