Таким образом, можно заметить, что существо разницы между предметом социологии и правом сводится к следующему: юридическая наука изучает (наряду с нормами права) пра-овые отношения, а социология - фактические общественные отношения между людьми.
Социологические исследования в праве имеют своим предметом общественные отношения в области генезиса и функционирования правовой системы, включая ее нормы и учреждения. Именно характер таких исследований нацелен на анализ социальной обусловленности и социальной эффективности права, видит в ней взаимозависимость правовых норм, правовых отношений и фактических отношений между людьми. Предмет социологии права исследует именно социальные факторы, связанные с правовыми явлениями, а также механизм и закономерностями такой связи. Такой подход ориентирует конкретные исследования на поиски новых, неюридических факторов, воздействующих на право, на вскрытие новых тенденций, а затем закономерностей в различных сферах общественного бытия.
В ходе и результате таких исследований формируется вполне определенная структура социальных знаний о праве - социология права. Следует заметить, что значение социологической теории права будет возрастать. Это становится возможным при развитии концепций принятия юридических решений, оптимальности правотворчества, престижа права, эффективности правовых норм.
В научной литературе закрепилось мнение, что существуют две группы социально-правовых проблем, обусловливающих два направления социологических исследований права. Это позитивные и негативные (криминологические) исследования.
Наряду с такими подходами тиражируется также точка зрения, что социологические исследования в праве необходимо искать в соотношении категорий должного и сущего («норма» и «жизнь»). В этом случае отмечается, что функционирование права зависит от того, насколько четко регламентированы права и обязанности субъектов в нормах, и что определить это становится возможным именно благодаря социологическим исследованиям. И в том и в другом случае во внимание принимаются социальные проблемы действия права, сформировавшегося и реализующего свое официальное воплощение в законодательном акте государственной власти. Не вызывает сомнения, что проблемы социального действия права, а также его оптимизация должны рассматриваться под углом зрения доминирующих направлений социологии права. Таким образом, предметом социологии права выступает система социальных факторов, которые взаимодействуют с правовыми явлениями и процессами, а также механизм такого взаимодействия.
Лекция 13. Этнология права
Своеобразие каждой науки, как известно, определяется ее собственным предметом изучения и методами исследования этого предмета. С начала становления этнологии как науки и по настоящее время сквозной темой ее исследований является генезис этнических культур и межэтнических отношений. Первоначально на основании крайне ограниченной и разрозненной информации о ранних периодах существования человека ученые строили (и продолжают строить сейчас) обобщающие этнологические теории. И хотя их авторы претендовали (и претендуют) на точную реконструкцию исторической реальности, результаты построения не следует отождествлять с тем, «что было на самом деле». Чаще всего эти теоретические конструкции можно расценивать как концептуальные модели.
Этнология - это наука, изучающая процессы формирования и развития различных этнических групп, их идентичность, формы их культурной самоорганизации, закономерности их коллективного поведения и взаимодействия, взаимосвязи личности и социальной среды.
Предметное поле современной этнологии очень широко, и различные его направления в той или иной степени пересекаются с близкими, родственными науками. Особенно это касается таких наук, как этнография, культурология, социология, психология, антропология, политология.
Любое научное исследование предполагает изучение объекта с помощью мобилизации всего необходимого объема знаний. Но специфика объекта познания в любой науке неизбежно ставит перед исследователем вопрос о характере привлекаемых материалов, с помощью которых можно получить наиболее полное и точное знание об изучаемом объекте.
В современной этнологии для научного анализа используется самый разнообразный материал: результаты исследований и описания ученых этнографов, записки путешественников, фоль-клорные и художественные тексты, этносоциологические и этнопсихологические исследования, публицистические материалы, официальные документы, историческая и общественно полити-ческая литература и т. д. Кроме того, при возможности непосредственного контакта с представителями изучаемого этноса ценными становятся наблюдения за их реакцией на различные ситуации, логикой аргументов и рассуждений, используемых в спорах и беседах, способами объяснения различных явлений окружающего мира и собственного поведения и т. п.
Такие разнородные материалы предполагают различные методы их получения. На сегодняшний день в этнологии сложился комплекс методов этнологических исследований, который включает в себя полевые исследования, изучение письменных источников, устных преданий, описание археологических и антропологических материалов, анализ статистических источников (прежде всего, материалов переписей населения).
Изучение письменных источников - один из самых важных методов этнологии, ценность которого связана с возможностью получения разнообразной и достоверной информации об исследуемых народах и культурах. В качестве письменных источников используются обычно написанные многими народами их собственные истории или описания их культур, что сохраняет к этим источникам устойчивый интерес нескольких поколений ученых-этнологов. Однако такого рода историко-культурные описания не являются единственным типом письменных источников, представляющих интерес для этнологов.
Устные предания как источник получения этнологических материалов исчезают быстрее, чем другие. Этот процесс все более ускоряется, и нетрудно предвидеть, что уже совсем скоро данный источник иссякнет совсем. Основная причина этого процесса заключается не только и не столько в незначительном интересе народов к своей ранней истории, сколько в растущей грамотности народов. Любое записанное предание как бы растворяется и прекращает жить в памяти, его место занимают новые идеи.
В отличие от письменных источников и устных преданий, археологические материалы самые надежные: они позволяют довольно точно определить время каких-то исторических событий или возраст предметов культуры. Высокая достоверность этого метода основывается на современных формах изучения и оценки археологических материалов.
Применение статистических методов требует тщательной подготовки археологического материала, благодаря чему достигается высокая достоверность информации. В свою очередь, анализ, оценка и интерпретация этой информации служат основанием для создания этнологических теорий, концепций, моделей культуры.
Важным методом этнологических исследований является сравнительное языкознание, суть которого - в сравнении определенных слов из разных языков, что может показать точные границы соотношения близких языков и степень их родства.
Как показывает практика сравнительного языкознания, особенно интересные и важные для этнологии результаты дают систематизированные сравнения слов из нескольких языков. Если исходить из аксиомы, что «слова» и «дела» неразрывно связаны друг с другом в любой культуре, то на основе этого метода можно проследить развитие культуры и культурных отношений разных народов. При этом исчезновение определенных слов или их замена на синонимы из других языков служат важными показателями взаимодействия культур.
Метод полевого исследования основывается на длительном пребывании и вживании исследователя в изучаемую этническую среду. Причем срок стационарной работы должен быть не менее одного этнического года, который по своей продолжительности на два-три месяца превышает календарный. Два-три месяца требуется на первичное знакомство и адаптацию этнолога к новым условиям, после чего он наблюдает жизнь этнической общности или ее части во все временные периоды годичного цикла.
Современный уровень развития научного знания способствует использованию этнологией научных методов различных смежных дисциплин. Особенно полезным и плодотворным здесь оказывается применение методов этнографии, семиотики, психологии, конкретной социологии.
Лекция 14. Антропология права
Юридическая антропология, или антропология права, возникла как «юридическая школа» в западной философии права.
Основными вопросами этой отрасли философско-правового знания были вопросы историко-правовых и антропологических истоков антропологии права. Здесь главной считается проблема связи антропологии права с политической антропологией, этнографией, историей и социологией права.
Философское осмысление теории права интересует традиционное право как предмет изучения антропологии права. Сюда включаются обычно-правовые системы и религиозные формы права: индуистское и мусульманское право и др. Нужно заметить, что юридическую антропологию XIX - первой половины XX века интересовало, главным образом, исследование архаического права. На сегодняшний день можно констатировать расширение сферы интересов современной юридической антропологии.
Основными понятиями юридической антропологии являются: «обычное право», «традиционное право», «обычай», «традиция», «обычно-правовая ментальность», «обычно-правовая система». Для этого обычно-правовые системы рассматриваются в традиционных и современных обществах.
Важным вопросом юридической антропологии является вопрос о соотношении власти и права в традиционных и современных обществах и обычно-правовые аспекты лидерства. Здесь рассмотрению подлежат первые социальные нормы как источник власти и права в традиционных обществах.
Власть традиции рассматривается как регулятор поведения в традиционных обществах. К числу важных вопросов относятся вопросы анализа преступлений и наказаний в традиционных обществах, кровная месть и месть в правосознании представителей модернизирующихся и индустриальных (постиндустриальных) обществ, а также виды преступлений в традиционном обществе. Анализу подлежит универсальный характер института кровной мести. Естественно, отсюда вытекает вопрос о судопроизводстве в традиционных обществах и способах судебных доказательств, возникновения суда посредников и основных культурно-исторических форм посредничества, форм судебных доказательств, таких как поединок, клятва, ордалия и их обусловленность традиционным правосознанием. Все это дает представление о традиционном (религиозном) праве и обычно-правовых аспектах религии.
Для рассмотрения всех указанных вопросов требуется анализ обычно-правовых норм в традиционной ментальности, табу как древнейшего регулятора общественной жизни, идейно-пси-хологического содержания табу, закона предков как ранней формы правосознания.
Следует также отметить еще одно обстоятельство, которое касается изучения теории и философии права и называется юриспруденцией. Область сравнительного изучения правовых теорий заключает в себе богатые возможности для использования антропологического знания. Причем это знание может быть использовано достаточно плодотворно не только для раскрытия и разрешения коллизии между так называемым «обычным» правом и «централизованным», или национальным, правом и законодательством, но и для более всестороннего учета культурного контекста даже в самых индустриальных и модернизированных сообществах.
Центральным моментом антропологического изучения правовых систем является их культурно обусловленный плюралистический характер, в том числе их частое сосуществование внутри единой национальной или региональной «централизованных» правовых систем. Речь идет, прежде всего, о том, что в мульти-этничных социальных средах такие правовые подсистемы, как уголовное, гражданское или коммерческое право, могут сосуществовать с другими правовыми кодексами разного типа. Эти «другие» правовые системы, или отдельные нормы, имеют различные степени формализации и развитости и обычно распространены среди разных сегментов населения одного и того же государства или его региона. Но, будучи признанными со стороны государства и общества, они составляют то самое «Единое правовое пространство», о котором, прежде всего, заботятся представители «государственного права». Будучи непризнанными, или даже репрессируемыми, эти культурно обусловленные правовые нормы, бытующие, как правило, среди этнических или эммигрантских меньшинств, все равно составляют часть социальной реальности.
В последние годы внимание ученых привлекает не только то, как в рамках «национального права» уживаются и учитываются специфические нормы и обычаи групп населения, исторически инкорпорированных в государственные образования, но сохраняющих эти особые нормы обычно на уровне местных или региональных сообществ. Ныне вопрос ставится в более сложном плане как проблема сосуществования «правовых полей», или «нормативных уровней», в социальной действительности, кото-рая постоянно порождает правила, обычаи и символы, но одновременно подвержена воздействию правил и норм, которые проистекают от других действующих сил, прежде всего, от более широкого мира, который окружает конкретное социальное поле или включает его в свои границы.
Лекция 15. Онтология права
Легистская онтология права
Легистское отрицание объективной правовой сущности, не-зависимой от субъекгивной воли и произвола законодателя, и сведение права к закону (позитивному праву) в онтологическом плане означает, что бытие права для легистов (позитивистов и неопозитивистов) - это наличное существование эмпирически-реального (и в этом смысле позитивного) явления, т. е. определенного феномена официально-властного характера. Реальность (и позитивность) данного феномена представлена в виде текста соответствующего официального документа, который трактуется (понимается и интерпретируется) в качестве нормативно-правового акта и источника права.
Этим обусловлен и повышенный интерес легистов (позитивистов и неопозитивистов, особенно представителей аналитической юриспруденции) к юридико-догматическому анализу текста акта, его трактовке с позиций легистской лингвистики и герменевтики (теории толкования текстов). При этом все, что выходит за рамки подобного анализа текста акта, является для легистов чем-то метафизическим, нереальным, непозитивным.
Подобные непозитивные понятия, идеи, принципы (типа: сущность права, идея права, естественное право, неотчуждаемые права человека и т. д.) - это, согласно легизму, лишь ложные слова, языковые иллюзии и софизмы. Понятийно-смысловые проблемы онтологического, да и гносеологического характера (о сущности и явлении в праве, о бытии права как специфического ре-гулятора и т. д.) тем самым подменяются легистскими представлениями о правильном словоупотреблении.
Легистская онтология права, таким образом, носит феноменалистский характер, причем право как феномен (явление) лишено правовой сущности. Здесь бытие права не зависит от каких-либо объективных оснований, а целиком и полностью определяется и задается авторитетом власти, ее собственным субъективным усмотрением и решением.
Естественноправовая онтология
Бытие права, согласно онтологии юснатурализма, представлено в двух противоположных формах: поддлинного бытия права (это бытие естественного права) и неподлинного бытия (это существование позитивного права). Под подлинностью как самого естественного права, так и его бытия при этом имеется в виду объективная преданность права как определенной сущности, выражающей истинный смысл того, что есть право. Это объективная сущность и есть истинное, подлинное бытие права. Подлинность объективной сущности включает в себя, таким образом, и свойство непосредственного существования.
Бытие естественного права как подлинное бытие права самодостаточно, поскольку такое бытие - это одновременно и бытие сущности, и непосредственное существование (и действие) данной сущности в качестве явления. Естественно-правовая сущность существует в форме и рамках подлинного бытия и для своего осуществления и действия не нуждается в инобытии (в иных, чем подлинное бытие, формах проявления, существования и действия).
С таким подходом связано и представление об одновременном, параллельном, независимом друг от друга существовании и действии двух прав (двух форм бытия права) - подлинного (естественного) права и неподлинного (позитивного) права.
Естественно-правовая онтология, исходящая из разрыва двух форм бытия права (подлинного и неподлинного), в своей, в принципе, верной критике недостатков легистского подхода (отрицание объективной сущности права и т. д.) впадает в другую крайность - отрицание необходимости инобытия права, т. е. выражения (осуществления, существования, действия) сущности права в форме установленного государством общеобязательного правового явления правового закона (позитивного права, соответствующего сущности права).
Однако подлинность права - это не только его истинность как сущности, но и его реальность как общеобязательного правового явления.
Либертарно-правовая онтология
Бытие права, согласно либертарно-юридической онтологии, это реальное, наличное бытие правового закона, т. е. позитивно-правового явления, выражающего объективную сущность права (свойства и требования принципа формального равенства). Бытие права, его существование и действие предполагают необходимую связь между правовой сущностью и правовым явлением, взаимосвязанное единство которых и есть право как особая форма и специфический регулятор общественных отношений.
Либертарно-юридическая онтология направлена против односторонних представлений будто право - это либо некая идеальная сущность, существующая сама по себе, без ее внешнего выражения в виде общеобязательного явления, как считают юснатуралисты, либо некое общеобязательное явление, лишенное объективной правовой сущности, как полагают легисты.
Правовой закон — это надлежащая (адекватная, полная, завершенная и в этом смысле подлинная) форма бытия права, поскольку лишь в данной форме сущность и явление представляют собой правовую сущность и правовое явление в их взаимосвязи и необходимом единстве. Такая надлежащая форма бытия права отсутствует в онтологических представлениях как натурализма, где отвлеченному понятию естественно-правовой сущности, лишенной адекватной формы общеобязательного явления, придается самостоятельное бытие вне позитивного права, так и легизма, где общеобязательному явлению, не имеющему соответствующей правовой сущности, придается значение правового явления.
Невозможность правового закона как формы бытия права с позиций натурализма и легизма свидетельствует о том, что у представителей этих направлений нет соответствующей концепции права (и его бытия), применительно к которому теоретически возможно говорить о различении правовой сущности и правового явления, о необходимом характере их взаимосвязей и их единства. Поэтому сущность у натуралистов и явление у легистов не представляют собой именно правовую сущность и именно правовое явление, поскольку натуралистская сущность - это не сущность общеобязательного явления, а легистское явление - это не явление объективной правовой сущности.
Согласно либертарно-юридической онтологии, формальное равенство (т. е. правовая сущность) - это сущность общеобязательного позитивно-правового явления (закона), а общеобязательное позитивно-правововое явление (закон) - это государственная форма проявления, выражения и конкретизации этой объективной правовой сущности (формального равенства).
Бытие права включает в себя всю совокупность внутренне взаимосвязанных и предполагающих друг друга свойств и характеристик права как необходимого единства правовой сущности и правового явления, права как общеобязательной формы равенства, свободы и справедливости в общественной жизни людей.
Лекция 16. Правовые технологии
Конструктивная сфера философии права – это, главным образом, область технилогии права, т. е. сфера методов и процедур, направленных на изменение и построение правовых и социальных институтов и систем.
Предмет правовой технологии имеет двойственную природу. Во-первых, это способ или система методов и процедур конструирования, т. е. потроения и изменения правовой реальности, правовых систем и институтов. Во-вторых, это система мер, направленная на использование общественных институтов как средств для решения поставленных целей и задач: создания эффективных и рациональных правовых структур в различных сферах общества.
Понимание правового института не сводится к традиционной форме, поскольку в качестве определения права выступает не его формально-абстрактное выражение в законе и подзаконных актах, а содержательное определение, которое предполагает адекватное отражение в праве динамики объективных общественных отношений. Поэтому правовой институт, помимо нормативного компонента, включает в себя и иные реальности, в том числе правовую политику, механизм действия, реализацию правовых норм и т. д.
В этом смысле в предметное поле правовой технологии включаются общественные институты, имеющие правовой характер, в том числе институты, основными функциями которых является законотворческая или правоприменительная деятельность – институт судебной власти, прокуратуры, милиции и т. д. Приведенная характеристика предмета правовой технологии показывает, что он не ограничивается институционным содержанием, однако оно является одной из его основных базовых оставляющих.
Понятие «технология» имеет различные определения. Наиболее распространенным является следующая формулировка: технология – это обусловленные состоянием знания и общественной эффективностью способы достижения целей, поставленных обществом. С точки зрения правовых проблем, «правовая технология» есть метод или способ эффективного и рационального конструирования правовых институтов и правовых систем в соответствии с поставленными целями, которые детерменированы конкретно-историческими потребностями и интересами, закономерностями социального развития. Право в этом смысле выступает как активное, деятельное начало в системе общественных факторов изменения и развития.
Рассмотрение научной основы правовой технологии представляет особую концептуальную значимость, ибо ее содержание во многом определяет содержание и формы действия технологических методов и процедур.
Наиболее разработанной концепцией зарубежной философии и социологии является «социальная инженерия», которая рассматривает проблемы социального конструирования в рамках частных процессов. Основным разработчиком этой концепции является известный философ и социолог К. Поппер. Он отмечает, что научная основа социальной инженерии и социальной технологии состоит в сборе фактической информации, необходимой для построения или изменения общественных институтов в соответствии с нашими целями или желаниями. И затем, инженер или технолог оценивает социальные институты исключительно с точки зрения их целесообразности, эффективности, простоты.
В отечественной философии процесс осмысления методов анализа реальной жизни и их использования для конструирования социальных и правовых институтов шел медленнее, чем в зарубежной социальной философии и методологии права. Только в 60-е годы проблема неразработанности методов, необходимых для анализа конкретных социальных ситуаций и институтов получила официальное научное признание. В частности, был определен метод, с помощью которого предполагалось преодолеть абстрактность познания реальной жизни, социальных институтов – это метод конкретного анализа каждой конкретной ситуации. Но он не получил серьезной теоретической разработки. Рассматриваемый метод так и не был подвергнут такому анализу, который бы воплотил его в логическую форму. Оказались вне пределов исследования способы, процедуры, операционная последовательность этапов конструирования социально-правового пространства и его элементов.
Если сравнивать этот подход с попперовской теорией «социальной инженерии», то соиальные законы не устраняются из научного арсенала как нечто чуждое ему, а фиксируются в качестве необходимых инструментов познания, представляющих предпосылку для познания специфической природы локальных социальных и правовых ситуаций. Они выполняют лишб регулятивную роль. В этом случае реально существующие социальные и правовые институты, скажем, институт страхования, правовой защиты, природоохранительный и т. д. могут быть поняты, главным образом, потому, что проведен анализ их реальных, специфических компонентов.
Любой закон в реальной жизни действует лишь в том случае, если он сам себя ограничивает. Реальная жизнь есть не чуждая для него сфера. В действительности закон сам себя опосредует, преобразует себя в соответствии со впецифической природой социального, правового института и его микросреды. Это положение о научном статусе правовой технологии выводит право за пределы «надстройки», раскрывает значимость его собственной жизни, активности и независимости. Социальные законы действуют через истему специфической детерминации конкретной реальности. Только после процесса преобразования, проведенного общественным институтом, можно обнаружить реальную форму действия закона. Политика и право выступают здест не просто проявлением исторической необходимости, а, напротив, последние выступают в качестве реальной силы только в том виде, в котором они преобразованы политикой и правом, переведены на язык закона.
Для правовой технологии более приемлемо в качестве центрльного методологического принципа движение мысли от конкретного к абстрактному. Таким образом, технолог, исследуя характеристики правовой деятельности, основной упор делает не на выяснение сущности права, причин его происхождения, а на то, как и в какой степени в данной конкретной социальной обстановке право проникает в сферы общественной и личной жизни. Из этого он делает вывод и намечает меры, чтобы создать эффективную правовую систему, в которой право выступает мощным средством управления общественными процессами.
Право есть одна из сфер саморазвития общества, мощное средство упорядоченности и устойчивости общества, например, по отношению к правовому государству. Такое государство потому и не может рассматриваться в качестве правового, потому что оно в праве не только полагает, но и предполагает себя как свою сущность и новую ступень своего укрепления и развития.
В качестве базового понятия правовой технологии выступает определение права не в виде совокупности правовых норм, т. е. не формально-абстрактное отражение жизни в законах и подзаконных актах, а как содержательное право, адекватно отражающее общественное развитие, его реальные потребности и связи. Содержательное определение права придает нетрадиционные определения правовому государству, правовой ситуации, правовому институту.
Концептуальными основами правовой технологии являются: принцип объективности, т. е. строгого следования, соответствия права, законов объективным реалиям конкретной социальной и правовой ситуации; принцип активности и автономности права, который закрепляет право в качестве ганатического фактора социального конструирования и тем самым снимает проблему его пассивности, жесткой подчиненности политике, экономике, идеологии; принцип эволюционности изменений и построения правовой системы и правовых институтов.
Познание этих принципов и их использование в анализе и конструировании правовых институтов играет принципиальную роль. Законодатель должен видеть право в самой действительности, ибо содержание закона, которое предстоит выразить в акте государственной воли, дано как нечто реальное самими общественными отношениями, тенденциями, закономерностями их развития.
Законодатель должен, прежде всего, провести анализ правовой природы вещей и после этого перевести ее на язык закона. Соблюдение названных требований не менее важно, чем анализ официально-институциированной совокупности правовых норм, регулирующих отношения в сфере образования, значимость которых заметно возросла в наше время, когда в мире происходят радикальные изменения.
Также существенную роль играют принципы активности права и эволюционности, поэтапности изменения правовой реальности. Использование данных принципов позволяет снять иррациональность права, которая является в частности, следствием игнорирования принципа поэтапности построения правовой системы, слабой разработанности механизма реализации законов, оторанности материального права от его процессуальных норм.
Перечень вопросов для самопроверки по курсу
1. Методология как наука.
2. Методология как совокупность методов познания.
3. Методологические принципы познания.
4. Уровни методологического знания.
5. Предмет методологии.
6. Методы субъективной диалектики.
7. Соотношение объективной и субъективной диалектики.
8. Общие принципы и методы научного познания.
9. Направления формирования и развития общенаучного уровня методологии.
10. Факторы конкретно-научного уровня методологии.
11. Идеологизированный классовый подход в исследованиях.
12. Функции общей теории права как юридической науки.
13. Важнейшие принципы общей теории права.
14. Два основных подхода к определению понятия права.
15. Подходы к пониманию права.
16. Факторы, влияющие на формирование представления о сущности и содержании права.
17. Нормативное понимание права.
18. Основные признаки права.
19. Функции права.
20. Учения о делении права на объективное и субъективное.
21. Глобальная типология права.
22. Основные и специальные принципы права.
23. Правовое равенство.
24. Фактическое и формальное равенство.
25. Правовая форма свободы.
26. Свобода и равенство.
27. Правовая природа справедливости.
28. Политико-правовые доктрины.
29. Аспекты рациональности права.
30. Основные функции права.
31. Ограничительная функция права.
32. Проблемы социализации.
33. Процесс социального контроля и его цель.
34. Структура ценностно-нормативных ориентаций общества.
35. Способы правового воздействия на мотивацию поведения.
36. Учения о власти.
37. Атрибутивно-субстанциальные подходы к осмыслению власти.
38. Основные компоненты власти.
39. Ресурсы власти.
40. Типология власти.
41. Разделение властей и разграничение их компетенции.
42. Легитимная и легальная власть.
43. Значение и роль закона в различных правовых системах.
44. Промежуточный характер юридических законов.
45. Типология закона.
46. Право и закон: соотношение понятий.
47. Различные подходы к пониманию права.
48. Признаки закона.
49. Вступление закона в силу.
50. Пределы действия закона в пространстве.
51. Лица, на которых распространяется действие закона.
52. Виды законов.
53. Законодательство в узком и широком смысле.
54. Система законодательства и необходимость ее систематизации.
55. Виды и способы толкования.
56. Аксиологический аспект философии права.
57. Проблемы понимания и трактовки права как ценности.
58. Ценность права, согласно либертарно-юридической аксиологии.
59. Цель права.
60. Свойства права как нормативного институционного образования.
61. Инструментальный характер ценности права.
62. Собственная ценность права.
63. Различия между легистской, естественноправовой и либертарно-юриди-ческой концепциями ценности права.
64. Правовая культура.
65. Ценностный подход к проблемам современного права.
66. Ценностные принципы конституционного права России.
67. Право как явление.
68. Единство метода и предмета, как феноменологический метод.
69. Истоки феноменологии.
70. Феноменологический подход Гуссерля.
71. Методологическая процедура феноменологии.
72. Эпистемология – теория познания.
73. Три основных подхода к пониманию правового мышления.
74. Процесс правопонимания и его структура.
75. Предпосылочность и неявность допредикативного знания права.
76. Границы правового мышления.
77. Правовое мышление как средство и предмет исследования одновременно.
78. Проблематика конфликта.
79. Законы возникновения, протекания и разрешения конфликтов.
80. Основные сферы социальных конфликтов.
81. Источники конфликтов.
82. Категоризация конфликтных явлений.
83. Основные этапы (фазы) конфликта.
84. Виды конфликтов.
85. Позитивные и негативные функции конфликтов.
86. Юридический конфликт.
87. Коллизионное право как процессуальная отрасль.
88. Юридическая герменевтика Савиньи.
89. Субъективность интерпретатора и объективность подлежащего пониманию смысла.
90. Основная проблема юридической герменевтики.
91. Механизм процедур правового мышления.
92. Герменевтический круг.
93. Понимание смысла правовой нормы.
94. Аспекты истолкования текста права.
95. Обусловленность процессов мышления и понимания средой.
96. Социологические подходы в исследовании правосознания.
97. Комплекс проблем социологии права.
98. Цель социологических исследований в праве.
99. Предмет социологии права.
100. Социологическая теория права.
101. Социоструктура правосознания: содержание и особенности.
102. Индивидуальное и групповое правосознание.
103. Социология права и другие правовые науки.
104. Опыт правовой этнологии в России.
105. Методологическая база этнологии права.
106. Генезис этнических культур и межэтнических отношений как предмет исследования этнологии права.
107. Изучение письменных источников и устных преданий как методы этнологии.
108. Метод полевого исследования.
109. Задачи евразийской этнологии права.
110. Отличие этнологии права от антропологии права.
111. Процессы правовой глобализации.
112. Потенциал антропологизации.
113. Противостояние между двумя типами правопонимания.
114. Предмет антропологии права.
115. Соотношение власти и права в традиционных и современных обществах.
116. Правовые системы как предмет изучения антропологии права.
117. Бытие и реальность как всеохватывающие понятия.
118. Материалистическая, объективно-идеалистическая и субъективно-идеалистическая концепции бытия.
119. Феноменалистский характер легистской философии права.
120. Формы бытия права, согласно онтологии юснатурализма.
121. Бытие права, согласно либертарно-правовой онтологии.
122. Формальное равенство, как сущность общеобязательного позитивно-правового явления (закона).
123. Теория институтов.
124. Объективный характер институтов.
125. Концепции институционализма.
126. Базовые и частные социальные технологии.
127. Методы социальных технологий.
128. Смысл технологизации.
129. Основные положения понятия «социальная технология».
130. Двойственная природа предмета правовой технологии.
131. Научная основа правовой технологии.
132. Принципы правовых технологий.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 |
