Концепции современного естествознания (стр. 15 )

Попадая в ядра тяжелых элементов (уран, торий и т. п.), нейтроны при соответствующей энергии, помимо активации, могут вызвать реакцию деления ядер (см.), а при наличии достаточного количества делящегося материала (критическая масса) и подходящих условий – вызвать неуправляемую цепную реакцию деления (ядерный взрыв в т. н. атомной бомбе) или управляемую ядерную реакцию (медленное «горение» в ядерном реакторе). Нейтроны в свободном состоянии нестабильны, они распадаются по типу бета-распада на протоны, электроны и антинейтрино. Открыл нейтроны английский физик Джеймс Чедвик в 1932 году, он же один из первых рассчитал величину критической массы урана-235, необходимой для осуществления ядерного взрыва. Эта масса составляет примерно 1 кг. (См. также: Доза облучения, Радиоактивность).

Ньютон Исаак (1643 – 1727) – выдающийся английский ученый, создатель классической физики, один из величайших представителей мировой науки, заложивший основы классического естествознания. Родился в семье фермера в деревне Вулсторп, в 1660 году окончил Королевскую школу в небольшом городке Грэтнэме, в 1661 году был принят в Тринити-колледж (коллегия Святой Троицы) Кембриджского университета в качестве кандидата в студенты (субсайзера), а в 1664 году молодой Ньютон становится действительным студентом. В начале 1665 года он получает звание бакалавра, а в 1668 – степень магистра Кембриджского университета, вскоре после чего его учитель, известный математик Барроу, передает ему физико-математическую кафедру, которую Ньютон возглавлял с 1669 по 1701 год. В 1671 году Ньютона избирают действительным членом Королевского общества, в 1703 он становится его президентом, а в 1705 году Ньютон (первым из ученых Британской империи) получает за научные заслуги дворянский титул и с этих пор зовется «сэр Исаак Ньютон». С 1695 года Ньютон состоит в должности смотрителя, а с1699 года и до конца жизни – директора Королевского Монетного двора.

Научные работы Ньютона относятся к механике, астрономии, оптике и математике. В 1665 году он сформулировал закон всемирного тяготения, в 1666 – при помощи трехгранной стеклянной призмы разложил белый свет на семь цветовых компонентов (явление дисперсии света), обнаружил явление хроматической аберрации, свойственной свету при прохождении через линзы, и в течение гг. сконструировал зеркальный телескоп-рефлектор, лишенный этого недостатка. В течение 70-х годов Ньютон детально изучил явления дифракции и интерференции света, в 1675 году открыл т. н. дифракционные кольца Ньютона и объяснил закономерности их чередования. Результаты этих исследований Ньютон изложил в трактате «Оптика», вышедшем в свет в 1704 году. В отличие от своих знаменитых современников Роберта Гука (1635 – 1703) и Христиана Гюйгенса (1629 – 1695), развивавших волновую теорию света, Ньютон придерживался корпускулярных представлений о природе света.

В 1687 году Ньютон по инициативе и с помощью своего друга, выдающегося астронома того времени, Эдмонда Галлея (1656 – 1742) издал грандиозный трактат «Математические начала натуральной философии», в котором, обобщив собственные многолетние исследования в области механики и результаты своих предшественников, он впервые в систематическом виде представил основные понятия и аксиоматику механики – понятие массы как меры инерции, количества движения, ускорения, силы, центробежной и центростремительной сил и сформулировал три закона движения (законы механики). В этом же труде Ньютон использовал разработанные им, независимо от Лейбница, методы дифференциального и интегрального исчисления, при помощи которых на основании закона всемирного тяготения он объяснил движение небесных тел, теоретически вывел три закона Кеплера, формулу ускорения свободного падения и прочие закономерности динамического поведения тел. В рамках этой теории нашли объяснение явления приливов и отливов, сжатие Земли у полюсов (в противовес мнению Декарта о вытянутости Земли вдоль полюсов), особенности движения Луны и комет.

В своих «Началах» Ньютон впервые детально рассмотрел условия, приводящие к движению небесных тел по трем типам орбит – эллиптическим, параболическим и гиперболическим, а также нашел условия, при которых тело, брошенное с некоторой скоростью относительно горизонтали, выходит на орбиту и становится спутником Земли. На основании учения Ньютона о типах орбит Галлей с большой точностью предсказал циклы появления на небосводе кометы, названной впоследствии его именем. Ньютон верно определил среднюю плотность вещества Земли и указал на то, что сила тяжести на её поверхности (т. е. вес тела) зависит от географической широты места измерений.

В своем эпохальном трактате Ньютон представил охватывающую теорию, получившую впоследствии название классической механики, которая позволила аналитически прийти ко всем тем результатам, которые ранее были получены Кеплером и Галилеем как математическая аппроксимация и обобщение эмпирических данных без объяснения ими действующих причин. В этой теории Ньютон сделал важный шаг от вопроса «как» к вопросу «почему», выдвинув в качестве универсальной причины движения небесных тел силу тяготения, хотя в отношении природы сил тяготения (конечной причины) он никогда не высказывал определенного мнения. «До сих пор, - писал он в заключение своего трактата, - я изъяснял небесные явления и приливы наших морей на основании силы тяготения, но я не указывал причины самого тяготения. Причину же этих свойств силы тяготения я до сих пор не мог вывести из явлений, гипотез же я не измышляю. Всё же, что не выводится из явлений, должно называться гипотезою; гипотезам же метафизическим, физическим, механическим, скрытым свойствам явлений не место в экспериментальной философии».

Ньютон, в отличие от Лейбница, признавал абсолютный характер пространства и времени и независимость друг от друга пространства, времени и материи. Эти представления были в дальнейшем опровергнуты Эйнштейном в специальной теории относительности и теперь рассматриваются как нерелятивистское приближение, однако в модели Ньютона, наряду с его представлениями о дальнодействии сил тяготения, такой подход, по словам Эйнштейна, не может считаться дефектом теории, а составляет её аксиоматику и является последовательным. Помимо теории тяготения и движения небесных тел, Ньютон в своих «Началах» рассматривает правила, необходимые для верных умозаключений в физике, что, наряду с его взглядами на соотношение между описанием, объяснением и пониманием природных явлений (и конкретно, гравитационных сил), можно считать кратким изложением его представлений о научной методологии. Так, например, не видя возможности понять, какова истинная природа тяготения, Ньютон считал вполне достаточными для научного познания описательные и предсказательные возможности своей теории. По этому поводу он писал в трактате: «Довольно того, что тяготение на самом деле существует и действует, согласно изложенным нами законам, и вполне достаточно для объяснения всех движений небесных тел и моря».

В этом подходе заложены идеи, ставшие в 18 и 19 веках основой философии научного позитивизма и прагматизма. Также Ньютон считал, что не следует искать в природе каких-либо иных причин, кроме тех, которые истинны и достаточны для объяснения явлений. Истинные же причины выводятся только из анализа явлений и должны считаться верными в точности или приближенно, пока не обнаружатся опытные факты, которые или еще более уточняют предыдущие выводы, или их опровергают. В таком понимании проблемы достоверности научного знания уже заложены идеи, получившие философское развитие более чем через 200 лет в трудах Венского кружка логических позитивистов и Карла Поппера (принципы верификации и фальсификации).

В своей исследовательской методологии Ньютон не отходит от принципов научного познания мира, сформулированных в той или иной форме и имеющих хождение в среде передовых европейских естествоиспытателей Нового времени. Такие идеи задолго до Ньютона уже высказывал английский логик и философ-номиналист Уильям Оккам (), утверждавший, что понятия, несводимые к интуитивному и опытному знанию, следует удалять из науки (т. н. «бритва Оккама»), такой подход разделял Коперник, считавший, что «природа экономна и не терпит пышного многообразия причин». Аналогичная научная ориентация нашла свое выражение в широко известных в 17 веке методологических положениях Ф. Бэкона, Галилея и Декарта. Впоследствии все эти идеи Ньютона и его предшественников легли в основу т. н. картезианско-ньютоновской парадигмы познания мира. Впечатляющие успехи ньютоновской динамики в описании многих закономерностей механического движения самых разнообразных объектов и особенно, теоретическое открытие Адамсом и Леверье планеты Нептун, привели к абсолютизации «механического лица» природы и легли в основу философского мировоззрения механистического детерминизма. В рамках механистических трактовок мира всеми процессами природы управляют жесткие причинно-следственные связи, которые в принципе могут быть однозначно описаны соответствующей системой динамических уравнений и представлены в виде точных траекторий движения. Природа, отраженная в таком «механико-математическом зеркале», во всех своих проявлениях становится достоверно предсказуемой научными методами. Эта грандиозная детерминистская утопия известна в философии как «демон Лапласа».

Ньютон всегда отдавал должное своим предшественникам, и если ему удалось сделать больше, чем другим и он видел дальше, чем его современники, то, как он говорил, это только потому, «что я стоял на плечах гигантов». Основополагающее значение достижений Ньютона для всего естествознания не подлежит сомнению и в наши дни. По словам Эйнштейна, Ньютон был первым, кто попытался сформулировать универсальные законы природы, которые определяют временной ход обширного класса процессов с высокой степенью полноты и точности. На эту же особенность механики Ньютона, создавшей прецедент достаточно точного для практического использования описания мира при помощи категории универсальной движущей силы и конечного числа аксиом, обращает внимание один из крупнейших философов и логиков ХХ века Людвиг Витгенштейн.

«Ньютоновская механика, - пишет он в дневниках, - приводит описание мира к единой форме. <…>. Механика определяет форму описания мира, говоря: все предложения в описании мира должны быть получены заданным способом из некоторого числа данных предложений – аксиом механики. <…>. Как с помощью системы чисел должно быть возможно написать любое произвольное число, так и с помощью системы механики должно быть возможно написать любое произвольное предложение физики. И здесь мы видим взаимоотношение логики и механики». Разработанная в начале ХХ века Эйнштейном теория относительности не отменила аксиом и результатов теории Ньютона, но определила пределы, в которых классическая механика дает простое и точное описание закономерностей движения и не нуждается в усложнениях, неизбежных в более охватывающих теориях. При этом механика Ньютона выступает как необходимое подспорье для верификации теории относительности, поскольку более охватывающая теория должна в предельном случае (здесь – это нерелятивистский переход) приводить к достоверно подтвержденным результатам, которые были получены в рамках менее охватывающей теории. (См. также: Гравитация, Лаплас, Эйнштейн).

Паули Вольфганг (1900 – 1958) – выдающийся швейцарский физик-теоретик, один из создателей неклассической физики. Родился в Вене, в 1921 году окончил Мюнхенский университет, после чего, в течение года работал ассистентом у известного немецкого физика Макса Борна, а в гг. стажировался у Нильса Бора в Институте теоретической физики в Копенгагене. С 1923 по 1928 гг. Паули работал доцентом в Гамбургском университете, а с 1928 года состоял в должности профессора Цюрихского политехникума, попутно работая в Принстоне (США) в Институте перспективных исследований.

Научные работы Вольфганга Паули непосредственно касаются практически всех направлений неклассической физики – это квантовая механика, квантовая электродинамика, квантовая теория поля, теория относительности, физика атомного ядра и физика элементарных частиц. Одним из самых крупных достижений Паули был сформулированный им в 1925 году т. н. принцип Паули. Это одно из важнейших фундаментальных положений квантовой механики, которое состоит в том (элементарная формулировка), что в системе одинаковых частиц с полуцелым спином две или более частицы не могут одновременно находиться в одном и том же состоянии (Нобелевская премия за 1945 год). На основании такого поведения электронов (в частности, в системе атомных орбиталей) удалось объяснить периодический характер свойств химических элементов (таблицу Менделеева). Химические свойства элементов (например, валентность) обусловлены строением внешних электронных оболочек атома, структура которых подчиняется принципу Паули.

Паули принадлежит также заслуга утверждения незыблемости универсального принципа, составляющего фундамент всего естествознания, – закона сохранения энергии-вещества, который должен соблюдаться во всех природных процессах (также и в ядерных превращениях), но который ве годы ХХ века, в связи с новыми и необычными свойствами микромира, многими учеными ставился под сомнение. Именно исходя из закона сохранения массы-энергии (который якобы нарушался при бета-распаде), а также учитывая закон сохранения электрического заряда, Паули в 1931 году выдвинул гипотезу о существовании нейтральной "безмассовой" частицы (нейтрино), трудность регистрации которой приводит к кажущемуся нарушению закона сохранения вещества (т. е. массы участвующих в распаде частиц). Он же в 1933 году, на основании ещё двух универсальных принципов сохранения – импульса и момента количества движения - сформулировал основные свойства нейтрино.

В области философских проблем науки, связанных с интерпретацией квантовой механики, Паули был ярким представителем Копенгагенской школы (Бор, Гейзенберг и др.), и рассматривал наличие наблюдателя как принципиальное условие для превращения виртуального многообразия неопределенных характеристик тех или иных объектов микромира в набор реальных параметров, соответствующих определенным условиям измерений и имеющих численные значения, полученные в пределах статистической точности эксперимента. «Нечто реальное, - писал он по этому поводу, - происходит только в том случае, когда производится наблюдение, и в связи с этим энтропия необходимо возрастает. Между наблюдениями вообще ничего не происходит». Против такой ортодоксальной позиции выступают известные физики и философы – И. Пригожин, и др. Вольфганг Паули также известен сотрудничеством с психологом в области исследования т. н. непричинных совпадений, относящихся к междисциплинарным проблемам трансперсональной психологии. (См. также: Наблюдение, Нейтрино).

Плазма – частично или полностью ионизированный газ с равной концентрацией положительных и отрицательных зарядов. Плазма обладает электропроводностью, а при достаточно высокой температуре в ней могут идти процессы термоядерного синтеза. Практически всё вещество в космосе находится в виде плазмы различной температуры - звезды, туманности, межзвездная и межгалактическая среда. Около Земли плазма существует в ионосфере и доходит до Земли в виде т. н. солнечного ветра – потока ионизированных атомов. В течение ряда лет во многих странах ведутся исследования с целью использования искусственно поддерживаемых управляемых термоядерных реакций в плазме для получения энергии. В перечне возможных агрегатных состояний вещества (твердое, жидкое, газообразное) плазма, в силу специфических свойств, рассматривается отдельно как четвертое состояние.

Планеты – наиболее массивные тела Солнечной системы, движущиеся вокруг Солнца по эллиптическим орбитам и светящиеся отраженным светом. Малые планеты Солнечной системы – это или спутники больших планет или очень крупные астероиды. Все планеты т. н. земной группы (Меркурий, Венера, Земля, Марс) более или менее близки по размерам, имеют примерно одинаковый химический состав, и среднюю плотность вещества (около 5 г/см3), тогда как планеты-гиганты, состоящие из застывших газов, имеют плотность примерно 1,4 г/см3, что мало отличается от средней плотности вещества Солнца. Планета-гигант Юпитер характерна тем, что излучает энергии несколько больше, чем поглощает, что позволяет рассматривать её как очень холодную звезду. Будучи несамосветящимися объектами, планеты, которые, согласно космологическому принципу, вполне могут существовать и около других звезд Галактики, очень трудно поддаются наблюдению астрономическими методами.

Планк Людвиг (1858 – 1947) – выдающийся немецкий физик-теоретик, один из основоположников неклассической науки, создатель квантовой теории процессов микромира. Родился в г. Киле, с 1874 по 1878 годы учился в Мюнхенском и Берлинском университетах, после чего работал в Мюнхенском (), затем в Кильском университетах (), а с 1889 по 1928 год Макс Планк работал профессором теоретической физики Берлинского университета.

Научная деятельность Планка относится к различным областям физики, он известен работами по термодинамике, теории теплового излучения, квантовой механике, теории относительности. Принципиальную роль в становлении новой неклассической физики сыграли работы Планка по изучению закономерностей излучения т. н. «абсолютно черного тела». Это была область физики, в которой к концу 19 века наметился серьезный кризис, поскольку в рамках классических представлений невозможно было адекватно описать процесс излучения черного тела во всем интервале возможных температур, - т. н. «ультрафиолетовая катастрофа».

Для объяснения «странных» результатов эксперимента Планк выдвинул совершенно новую и необычную для классической физики гипотезу, состоящую в том, что возбужденные атомы нагретого вещества подобны микроскопическим осцилляторам, которые, в результате собственных колебаний могут испускать энергию, но не непрерывно, как следует из классических представлений, а дискретно, только определенными порциями – квантами, причем энергия излучения прямо пропорциональна частоте колебаний атома-осциллятора и, следовательно, обратно пропорциональна длине волны испускаемого излучения. Коэффициент пропорциональности получил название постоянной Планка и по физическому смыслу представляет собой квант действия. Полученная Планком формула – закон распределения энергии в спектре излучения абсолютно черного тела – сразу же получила экспериментальное подтверждение и доказала, по словам Эйнштейна, «существование своего рода атомистической структуры энергии, управляемой универсальной постоянной, введенной Планком».

Квантовая гипотеза Планка – одно из самых революционных открытий за всю историю естествознания, она лежит в основе неклассической парадигмы мышления, которая считает квантовые закономерности поведения объектов микромира фундаментальным свойством природы. Представления о непрерывности всех природных процессов, основанные на повседневном опыте и здравом смысле («Природа не делает скачков», - Лейбниц), оказались только первым приближением, которым оперирует классическая механика и электродинамика и которые пригодны для описания реальности макромира. Открытие квантового, т. е. дискретного, характера процессов микромира, по словам Эйнштейна, «разрушило остов классической механики и электродинамики и поставило перед наукой задачу – найти новую познавательную основу для всей физики». День 14 декабря 1900 года, когда Макс Планк сделал доклад в Немецком физическом обществе, посвященный новой теории излучения черного тела, можно считать датой рождения неклассической науки и началом становления новой философской парадигмы, пришедшей на смену картезианско-ньютоновскому механицизму. Тем не менее, новая теория среди ведущих европейских физиков (за малым исключением) далеко не сразу получила признание, и только в 1918 году Планк стал лауреатом Нобелевской премии.

Планк известен и своими интересными работами по истории и методологии физики и по философии науки. Задолго до разработки американским философом и историком науки Т. Куном представлений о научных революциях как о процессе смены парадигм, о закономерностях развития познания на стадии т. н. «нормальной науки» и о консервативной (охранительной) роли научного сообщества, Планк в общих чертах верно и реалистически представлял закономерности процесса накопления и роста научного знания. Он критически относился к т. н. кумулятивной, - т. е. постепенной и непрерывной модели развития науки и (как положено создателю квантовых скачков) склонялся к тому, что новые теории входят в науку в результате резкого скачка и вносят полный разрыв с предыдущими основами той или иной дисциплины. Носители же старых концепций чаще всего в своем большинстве, в силу как субъективных (психологических), так и объективных причин, препятствуют внедрению в устоявшуюся научную сферу новых, оригинальных, а особенно, революционных идей.

Анализируя в своей «Научной автобиографии» собственный непростой опыт продвижения принципиально новой квантовой теории в консервативном научном окружении (даже его учителя – крупнейшие физики того времени Кирхгоф и Гельмгольц не оценили его открытия), писал: «Обычно новые научные истины побеждают не так, что их противников убеждают и они признают свою неправоту, а большей частью так, что противники эти постепенно вымирают, а подрастающее поколение усваивает истину сразу». В настоящее время (через 100 лет после открытия) научно-познавательный потенциал квантовой теории не только не иссяк, но продолжает служить основой самых фундаментальных теорий неклассической и постнеклассической физики, а представления о дискретном характере всех процессов взаимодействия в природе прочно вошли в состав новой эпистемологической парадигмы.

Позитрон – элементарная частица с положительным электрическим зарядом, античастица по отношению к электрону. Теоретически предсказана знаменитым английским физиком Полем Дираком в 1931 году на основании общих представлений о симметрии мира и в 1932 году была экспериментально обнаружена американским физиком в составе космических лучей. Открытие позитрона имело фундаментальное значение, поскольку вместе с ним возникло представление об антивеществе и антимире как зеркально-симметричном варианте нашего мира, и побудило физиков к обнаружению и других античастиц. Эти поиски увенчались успехом и полностью подтвердили идею о зеркальной симметрии в мире элементарных частиц. Процесс аннигиляции, который происходит при взаимодействии пары «частица-античастица», а также рождение такой пары при соответствующих условиях (когда энергия фотона превышает удвоенное значение энергетического эквивалента массы покоя электрона), подтвердил выводы специальной теории относительности о взаимном переходе электромагнитного поля и вещества с энергетическим балансом m=hn/c2, где: m - масса вещества, h - постоянная Планка, c - скорость света, n - частота колебаний электромагнитного поля.

При столкновении медленных позитронов с атомами вещества возможен процесс захвата позитроном одного из орбитальных электронов, в результате чего образуется водородоподобная структура, состоящая из вращающихся вокруг общего центра масс электрона и позитрона, - т. е. как бы специфический атом, называемый позитронием. Позитроний нестабильная система, среднее время его существования не превышает 10-7 сек, поскольку античастицы очень быстро аннигилируют, однако этого времени достаточно, чтобы современными методами ядерно-физического эксперимента исследовать как и собственные его свойства, так и процессы взаимодействия позитрония с веществом.

Популяция – 1) генетическое определение: более или менее изолированная устойчиво самовоспроизводящаяся группа особей, связанная между собой генетически. Под генетической связью подразумевается обмен генами между особями в результате скрещивания, а также общность некоторых генетически определяемых черт или признаков, унаследованных от предка, общего для данного вида.

2) экологическое определение: любая способная к самовоспроизведению совокупность особей одного вида, более или менее изолированная в пространстве и времени от других аналогичных совокупностей того же вида.

Некоторые специалисты считают, что термин «популяция» приложим только к таким группам, которые на протяжении очень длительного времени могут существовать без каких бы то ни было контактов с другими аналогичными группами. Исходя из этого, дается такое определение: минимальная (но достаточно многочисленная) самовоспроизводящаяся группа особей одного вида, на протяжении эволюционно длительного времени населяющая определенное пространство, образующая самостоятельную генетическую систему, формирующая собственное экологическое пространство и на протяжении большого числа поколений изолированная от других аналогичных групп. (См. также: Систематика).

(1– выдающийся бельгийский физикохимик, один из основоположников нелинейной динамики, термодинамики необратимых процессов и синергетики. Родился в Москве, в десятилетнем возрасте оказался в Бельгии, где жил и работал, возглавляя научную группу, занимающуюся междисциплинарными исследованиями, связанными с проблемой самоорганизации в неравновесных диссипативных системах различной природы. До последнего времени И. Пригожин был профессором Брюссельского свободного университета, директором Сольвеевского института, а также руководителем Центра статистической механики и термодинамики при Техасском университете (г. Остин, США), где ежегодно проводил несколько месяцев.

Основные работы Ильи Пригожина, которые в 1977 году были увенчаны Нобелевской премией по химии, посвящены неравновесной термодинамике необратимых процессов, проблемам самоорганизации в сложных нестабильных диссипативных системах, изучению динамики хаоса, исследованию процессов, происходящих на различных структурных уровнях, которые приводят к появлению «стрелы времени», и попыткам обосновать фундаментальную роль энтропии в возникновении временной асимметрии, в результате чего происходит необратимый выбор одного «решения» из совокупности нескольких возможных, формируется общий ход макропроцессов от прошлого к будущему и порождается история в самом широком смысле этого понятия.

Фундаментальное значение в теории Пригожина придается также понятию т. н. диссипативных систем, в которых происходят процессы, с одной стороны, творящие беспорядок (хаос в обычном смысле), создающие нестабильность и уводящие систему всё дальше от равновесия, а с другой стороны – создающие порядок, приводящие при некоторых условиях к появлению новых упорядоченных структур, причем, необратимым во времени образом. Диссипативные системы, указывает Пригожин, принципиально отличаются от консервативных динамических систем, рассматриваемых ньютоновской механикой, структура которых лишена случайностей, обусловленных внутренними причинами. Поведение таких систем, следовательно, жестко детерминировано, траектории развития предсказуемы с любой степенью точности, а также обратимы во времени. Это удобная для некоторых частных задач механики идеализация, которая имеет мало общего с реальными природными системами, неотъемлемым свойством которых является открытость, внутренне присущая нестабильность, чувствительность к случайным воздействиям, «склонность» к уходу от равновесия и непредсказуемому хаотическому поведению, результатом чего может стать возникновение новых структур.

Более того, указывает Пригожин, - даже поведение простых динамических систем (которые подчиняются законам ньютоновской механики), состоящих из трех тел (не говоря уже о более сложных), при учете реально существующего между ними взаимодействия приводит, как показал А. Пуанкаре, к неинтегрируемым уравнениям, а это значит, что в обще случае невозможно точно описать траектории движения элементов такого ансамбля. По мнению И. Пригожина, такое поведение сложных систем совершенно не соответствует традиционным классическим представлениям о строгом причинно-следственном детерминизме и, следовательно, о возможности научно обоснованных точных прогнозов, касающихся реальных природных явлений, а не идеальных модельных ситуаций. Открытие Пуанкаре в свое время нанесло первый серьезный удар по гносеологическим концепциям механических детерминистов.

Таким образом, согласно подходу И. Пригожина, процесс самоорганизации в общих чертах следует представлять так: динамический хаос на микроуровне порождает диссипативный хаос на макроуровне, который как бы служит источником порядка, - т. е. при наличии внешних источников энергии с определенной вероятностью (через бифуркации и нуклеации) создает условия для возникновения новых устойчивых состояний в системе (порядка). Пригожин обращает внимание на неоднозначность понятий порядка и хаоса, на несоответствие их представлениям классической науки и обыденного мышления. «Эти две разновидности хаоса не следует смешивать, - объясняет он, – динамический хаос лежит у самого основания микроскопической физики, он включает в себя нарушение симметрии во времени и служит фундаментом макроскопических явлений, управляемых вторым началом термодинамики, в число которых входят приближение к равновесию, а также диссипативные структуры и диссипативный хаос. При исследовании макроскопических уравнений, описывающих диссипативные физические процессы или химические превращения, мы сталкиваемся с системами, микроскопическое описание которых относится уже к хаотическим системам».

В учении И. Пригожина о самоорганизации хаос становится источником любых процессов и превращений материи, допускаемых вторым началом термодинамики и законом возрастания энтропии, в этой системе взглядов «хаос и материя – понятия тесно взаимосвязанные, поскольку динамический хаос лежит в основе всех наук, занимающихся изучением той или иной активности вещества», начиная с физической химии, продолжая космологией и теорией Большого взрыва и заканчивая гипотезами об образовании планет и самозарождении живого вещества.

Равновесные состояния материальных систем, согласно термодинамике, косны и непродуктивны, в равновесии каждая молекула «видит» только своих непосредственных соседей и «общается», т. е. взаимодействует только с ними. Любая часть, выделенная из всей системы, подобна любой другой части этой системы. В состояниях же, далеких от равновесия, каждая часть системы «видит» всю систему целиком, в каждой небольшой её части возникают индивидуальные особенности, становятся возможными резкие флуктуации, в результате которых могут возникнуть новые параметры порядка, задающие переход системы к новым аттракторам. «Можно сказать, - пишет И. Пригожин, - что в равновесии материя слепа, а вне равновесия прозревает. Следовательно, лишь в неравновесной системе могут иметь место уникальные события и флуктуации, способствующие этим событиям, а также происходит расширение масштабов системы, повышение её чувствительности к внешнему миру и, наконец, возникает историческая перспектива, т. е. возможность появления других, быть может, более совершенных форм организации».

В современной постнеклассической науке Илья Пригожин известен также тем, что он очень большое внимание уделяет философским аспектам развития естествознания, проблеме интегративного соединения рационально-логических методов исследования природы, присущих естественным наукам, и образно-художественных способов отображения мира, свойственных гуманитарному знанию, что, по его мнению, должно привести к выработке новых принципов научной рациональности, более адекватных сложной и неоднозначной реальности природы, - т. е. послужить основой для становления новой пострационалистической и постпозитивистской парадигмы. Это необходимо для постепенного преодоления противоречий между «двумя культурами», источником которых, считает Пригожин, в значительной мере является отношение естественников и гуманитариев к восприятию времени, которое для физики (в классической ньютоновской науке, в квантовой механике и теории относительности) служит мерой абстрактной длительности, т. е. математическим параметром, при помощи которого упорядочивается последовательность динамически обратимых стадий, тогда как в гуманитарных науках и искусстве время – это важнейшее понятие, характеризующее необратимый и непредсказуемый процесс становления всего нового из старых отживших форм, появления того, чего раньше не было и что впоследствии тоже может необратимо исчезнуть.

Т. е. время в гуманитарном знании и в художественном творчестве – это фундаментальная категория, без которой невозможно сформировать такие понятия, как эволюция, история, развитие, сюжет. В этом отношении ко времени Пригожин разделяет представления философов А. Бергсона и о времени как творческой силе, спонтанно и непредсказуемо созидающей всё новое, отвергает идею физика Эйнштейна о времени как иллюзии и полностью дезавуирует представления сторонников механического детерминизма о циклическом и обратимом времени, при помощи которого позитивная наука упорядочивает и выстраивает в один ряд причинно обусловленные и точно предсказуемые события окружающего мира.

В предисловии к знаменитому труду «Порядок из хаоса», написанному Пригожиным в соавторстве с французским философом Изабеллой Стенгерс, авторы указывают на то, что реальный прогресс в познании мира может быть достигнут только на пути интеграции всех форм культурного сознания, свойственных человеку: «Мы глубоко убеждены, - пишут они, - что наметившееся сближение этих двух противоположностей [отношение естественников и гуманитариев к проблеме времени и методам познания – А. К.] будет усиливаться по мере того, как будут создаваться средства описания внутренне эволюционной Вселенной, неотъемлемой частью которой являемся мы сами. Нет сомнения в том, что описанная в нашей книге трансформация физических представлений, по своему значению выходит за пределы физических наук и может внести вклад в понимание той исторической реальности, которая является объектом диалектической мысли».

Дальнейшие перспективы развития мировой науки Илья Пригожин связывает с преодолением противоречий, обусловленных гносеологическими, философскими и культурными традициями, с началом межкультурного диалога, с формированием нового метаязыка науки, интегрирующего главные достижения философской и научной мысли Запада (аналитическое «математизированное естествознание», – М. Хайдеггер) и Востока (холистичность картины мира). «Я надеюсь, - пишет он, - что наука будущего, сохраняя аналитическую точность её западного варианта, будет заботиться и о глобальном, целостном взгляде на мир. Тем самым перед ней откроются перспективы выхода за пределы, поставленные классической культурой Запада». Этот современный интегративный подход к познанию мира и человека, который стал основой эволюционной системно-синергетической парадигмы, авторы назвали «новым диалогом человека с природой».

Резерфорд Эрнест (1871 – 1937) – выдающийся английский физик, основоположник атомной и ядерной физики, один из крупнейших ученых ХХ века. Родился в Новой Зеландии, учился в Кентерберийском колледже Новозеландского университета, который окончил в 1894 году. С 1895 по 1898 гг. молодой Резерфорд стажировался в Англии в Кавендишевской лаборатории под руководством знаменитого Дж. Дж. Томсона, который примерно в это время открыл электрон. В 1898 году Резерфорд отправляется в Канаду, где по 1907 год работал профессором Мак-Гиллского университета в г. Квебеке, а в 1907 г. возвратился в Англию и в течение 12 лет работал профессором Манчестерского университета и занимал должность директора физической лаборатории. С 1919 года и до конца жизни Резерфорд состоял в должности профессора Кембриджского университета и директора Кавендишевской лаборатории.