Социальные практики успеха: дискурс повседневности и социально-философское понятие (стр. 3 )

Важным является вывод о том, что подлинное творчество – это не просто адаптация к миру и даже это не только успешная адаптация; это, прежде всего, творческое преобразование мира. Более того, значимым представляется также вывод, что именно социальная и бытовая дезадаптация может служить мощным компенсаторным механизмом творчества и креативной самореализации в достижении непризнанного успеха.

Исходя из тезиса, что социальный успех личности в полной мере выражается в единстве своей объективной и субъективной составляющей, и учитывая размытость понятия «успех», характерную для постиндустриального общества, где важной является не только вертикальная, но и горизонтальная стратификация, и высокая социальная мобильность населения, где многообразие социальных практик приводит к плюрализации моделей успеха, в параграфе 2.4. «Многогранность и многофакторность успеха» ставится проблема анализа различных граней этой многогранности и многофакторности.

Предлагается выделить следующие параметры характеристик многозначности и многогранности успеха. 1. Многозначность и многофакторность успеха выражается в осмыслении абстрактного понятия успеха и его конкретного значения и наполнения. 2. Особые грани многозначности успеха дают экспозиции индивидуально-личностного и социально-значимого успеха. 3. Успех имеет разные грани в разных сферах общественного бытия, в разных видах человеческой деятельности. 4. Многозначны и факторы успеха, характеризующие, что к позитивным целям ведут позитивные средства и методы. 5. Особые грани многозначности и многофакторности успеха характеризуют такие важные социальные процессы, как социализация и адаптация. Во всяком случае, успехи социализации и адаптации лежат в основе многих жизненных успехов, и наоборот, негативный опыт данных процессов приводит, как правило, к жизненным неуспехам. 6. Многогранность успеха коренится в том, что называется формулами и видами успеха. 7. Множественность социальных символов одобрения и признания успеха также дают свои грани многозначности успеха. 8. Многозначность и многогранность успеха характеризуются присущей ему плюралистичностью (сравнительностью, сопоставимостью, соревновательностью, конкурентностью) и его парадоксами.

Утверждается, что перечень отдельных аспектов многозначности и многогранности успеха, по определению не является закрытым. Его способы дополнительности определяются углами зрения на проблему успеха. В различных областях общественной деятельности измерение и оценка социального успеха проходит по сходным сценариям, но с различными и существенно отличающимися отличиями. Это связано с тем, что каждый из видов деятельности имеет свою сферу социального измерения, значимости, способов реализации и совершенно разные способы приложения. Более того, каждый вид успеха имеет свою конкретную группу потребителей, способы востребованности и разные формы социального ожидания, порождающие разнообразные социальные чувства удовлетворенности и неудовлетворенности.

Отсюда следует еще одна проблема - проблема сценариев социального успеха. Представляется, что данное понятие является максимально емким, поскольку включает в себя оценку множества факторов: историческую переменную, характеристику социальной памяти, социальное ожидание, культуру и технологии реализации и самореализации, преждевременную, своевременную и отстающую социальную востребованность, принятые нормы презентации новых социальных качеств и еще многое другое.

Обосновывается тезис, что состояние успешности слагается из взаимодействия факторов внешней детерминации и внутренней мотивации субъекта. К факторам внешней детерминации относятся:

- совокупность различных материально-физических условий жизнедеятельности индивида;

- психическое состояние индивида, его мотивированность, нацеленность на самореализацию, творческая взвешенность, психическая устойчивость;

- физическое и физиологическое состояние организма, то есть определенная степень здоровья, ощущения радости от нормально протекающих в организме процессов;

- условия социальной среды, предоставляющие возможность раскрытия индивидуальных качеств и потенциалов личности.

Комплекс этих условий является достаточным и необходимым для достижения целостного успеха. При этом достижение успеха понимается как комплексный единый процесс самореализации личности и ее самоутверждения в социуме. Для характеристики успеха как единства самореализации личности и ее самоутверждения в социуме вводятся понятия «целостный успех», «полноценный успех», «полный успех». В первом случае – признается единство успеха внутри (самопреодоление и самореализация) и вовне (преодоление внешних препятствий и внешнее признание); во втором - признается успех не только результата, но и действий, которые к нему привели; в третьем случае - это решение ретроспективы, реалий и перспективы данной проблемы. Указанные характеристики успеха - одни из параметров многозначности и многогранности успеха как личного и социального феномена.

В качестве других аспектов многозначности успеха анализируются успех личности как успешная социализация, проблема страха перед успехом, проблема объективного и субъективного существования успеха.

Из анализа исследований идеи успеха в данном ключе следуют два вывода: 1. Разработка концепции успеха должна обязательно предполагать наличие классических и неоклассических типов успеха. При этом важно отличать успех–идеологему и успех–ценность, где первый является как бы развитием, субпродуктом идеологии любого общества, второй происходит из системы господствующих ценностей. Не менее важно учитывать наличие двух психологических типов успеха – того, что считается и по каким-то социально признанным критериям действительно является успехом, и того, что переживается как успех. 2. Необходимо учитывать различие материальных и духовных ценностей. Разнообразие культур порождает разнообразие образов успехов в рамках одной цивилизации, чего раньше в истории не встречалось. Очевидно, что оценки, самооценки и представления об успехе во многом определяются общим социокультурным контекстом, который не может не подталкивать личность, целые группы и организации к достижению положительных и социально значимых результатов деятельности. При этом социокультурная среда может влиять на достижительную деятельность вяло, временами даже негативно, или энергично, провокационно, сопровождать ее знаками престижа и перемещениями рангового характера.

На основании проведенного анализа делается следующий вывод: индивидуально-личностный и социально-значимый успех многозначен и многогранен и имеет разные формы презентации и различные экспозиции выражения: это выражается в понятии абстрактного успеха и его конкретного значения и наполнения; особые грани многозначности успеха дают экспозиции индивидуально-личностного и социально-значимого успеха. Успех имеет разные грани в разных сферах общественного бытия, в разных видах человеческой деятельности; многозначны и факторы успеха, характеризующие, что к позитивным целям ведут позитивные средства и методы; успех может быть целостным, полноценным и полным; особые грани многозначности и многофакторности успеха характеризуют такие важные социальные процессы, как социализация и адаптация. Во всяком случае, успехи социализации и адаптации лежат в основе многих жизненных успехов, и наоборот, негативный опыт данных процессов приводит, как правило, к жизненным неуспехам. Многогранность успеха коренится в том, что называется формулами и видами успеха; множественность социальных символов одобрения и признания успеха также дают свои грани многозначности успеха. Многозначность и многогранность успеха характеризуются присущей ему плюралистичностью (сравнительностью, сопоставимостью, соревновательностью, конкурентностью) и его парадоксами.

В связи с этим утверждается, что исследование социального успеха как многогранного и многозначного социального феномена и многоуровневого понятия предполагает то, что называется междисциплинарным подходом, основанном на использовании различных методологических постулатов, определяющих подходы к изучению разных граней социального успеха.

В третьей главе «Социальные практики успеха: базовые сегменты идеологии лидерства и социальные ресурсы» проведен анализ социальных практик, выступающих в качестве внешних детерминант социального успеха.

Под внешними детерминантами успеха понимается комплекс, лежащий вне индивида, его психики, его эмоциональной сферы, его мыслительных способностей, вне его личного интеллекта. Внешними детерминантами (как по отношению к конкретному индивиду, его психическому и интеллектуальному миру, так и по отношению к системе внутренних детерминант) являются социальные практики успеха. На этом уровне социальный успех выступает как социальный конструкт в реалиях социальных действий, социальных ценностей, социальных идеологий и во всем комплексе социальных реалий: профессионального и гендерного успеха, успеха социализации и социальной адаптации, состязательности и соревновательности успеха, социальной направленности и социальной ответственности успеха, социальных рисков успеха.

В параграфе 3.1. «Личностно-центрированная социальная ориентация идеологии социальных практик успеха» ставится и решается задача анализа специфики идеологии социального успеха, понимаемой как система различных социальных фактов и их оценки под разными углами зрения, с позиций различных социальных установок и ценностей.

Обосновывается, что идеология социального успеха выражается в дискурсе социального успеха: на этом уровне уже не в повседневном дискурсе, а в социальном дискурсе, который наполнен идеологемами теоретических дискурсов успеха: социально-философского, социологического, исторического, социально-антропологическиого, юридического, религиозного и т. д.

Определяется специфика отдельных теоретических дискурсов социального успеха, которые извлекают и интерпретируют различные смыслы социального успеха: социологические смыслы успеха в виде социального ранжирования, социальных ролей, социального престижа, социальной и саксесс-стратификации; исторические смыслы социального успеха в виде конкретно-исторических моделей социального успеха; правовые как общий формат правового поля социального успеха; социально-антропологические смыслы социального успеха в виде его конкретных человеческих параметров; религиозные смыслы социального успеха как духовно-гуманистическая его сущность и, наконец, социально-философские смыслы социального успеха как интегрирующая характеристика индивидуального и социального бытия успешной личности в системе социальных условий и ценностей.

Выявляются основные проблемы социальных практик успеха: проблема целостности, проблема социального бытия успешного социального субъекта, проблема включенности его в социальные отношения, проблема социальной ориентированности, социальных смыслов и их осмысления, интерпретации и реализации. Утверждается, что на метатеоретическом уровне (на уровне социально-философской теоретической реконструкции) решение данных проблем осуществляется в виде понятийной концептуализации. На практическом же уровне (на уровне социальных практик успеха) - в конструировании общественного бытия социального субъекта успеха в виде описания и структурирования деятельности социального субъекта по достижению успеха (деятельностная сторона социального конструирования - стратегии успешной деятельности), а также в конструировании и структурировании пространства действий социального субъекта успеха. Обозначаются разные характерологические особенности социального пространства успеха: социальное пространство семьи, социальное пространство гендерных ролей, социальное пространство профессиональной деятельности, социальное пространство групповых и межгрупповых социальных отношений и т. д.

Делается вывод, что специфика социальных практик успеха заключается в том, что они представляют собой синтез субъективной и объективной сторон и граней успеха. В социальных практиках успех становится целостным: индивидуальный успех обретает общественно-значимые черты, а социальность, как общее поле приложения индивидуального творчества, становится индивидуализированной. Социальные практики успеха характеризуют включенность индивида в социальную общность, что связано с адекватностью восприятия себя в системе социально-практических действий, в системе социальных отношений с другими действующими индивидами, в системе социальных взаимодействий в разных плоскостях социального пространства. В этой включенности индивида в социальную общность социальными практиками успеха выполняются очень важные социальные функции, превращающие его индивидуальное, личное достижение именно в социальный успех.

Социальные практики успеха, будучи сами социально-практической проекцией (отражением в своих существенных моментах доминантных черт социума в социальных конструкциях целей и потребностей, ценностей и оценок, обобщений и типизаций, социальных чувств и социальных представлений), делают социально-практические представления о социальном успехе также социально-проективными. Это означает, что феномен социального успеха сам становится социальным проектом, социальной технологией, он может планироваться, прогнозироваться, рассчитываться. Как следствие, социальный успех становится мощным социальным ресурсом и формой научно-теоретической и предметной социально-практической деятельности. Деятельность по созданию социальных проектов, в том числе по проектированию социального успеха, становится фактором развития социальных систем и социальных отношений, социальных институтов и социальных структур, всего общества в целом.

Представлена система параметрических и социально-практических черт социально-практического проектирования и конструирования успеха. Во-первых, проектирование социального успеха в форме конструирования социального будущего предполагает, что при данном проектировании наряду с наиболее вероятной тенденцией развития социального объекта учитывается и менее вероятные, но реальные возможности и тенденции его развития. Во-вторых, проектирование успеха в социальных практиках основывается на том, что в социальных объектах всегда имеется запас внутренних социальных ресурсов, которые должны быть мобилизованы для достижения социального успеха. В-третьих, создание и конструирование социального успеха основывается на том, что всякая инновация (даже конструктивная по своему замыслу) в определенных социально-исторических условиях может приводить к деструктивным последствиям.

Выявляются важнейшие качества, которые приобретает феномен социального успеха в формате социальных практик. К ним относится целостность: целостность самого явления социального успеха, целостность представлений о нем и целостность функционирования социального успеха как социального явления в системе социальных отношений. Делается вывод, что именно в формате социальных практик агент успешной и результативной деятельности становится целостной успешной личностью, целостность которой можно определить следующим образом: это определенным образом реализованная система, основанная на индивидуальных способностях, осознаваемых индивидом на уровне социальной рефлексии, проявляющаяся в социально значимых чертах, которые относятся к базисным ценностям данного общества.

Анализируются такие черты социальных практик успеха как состязательность, соревновательность и конкурентность. Выявляются основные противоречия социальных практик успеха: противоречие между соперничеством и успехом, с одной стороны, и братской любовью и человечностью – с другой, а также противоречие между стимуляцией потребности личности в успехе и препятствиями на пути удовлетворения личностью этой потребности.

Характеризуется сложившаяся в современном российском обществе идеология успеха. Отмечается, что для социальной реальности современного российского общества характерна индивидуализация социального успеха. Индивидуализация социального успеха, выражающая современную доминанту социального отбора, имеет ряд составляющих ингредиентов: социальная индифферентность; инертность по отношению к таким социальным качествам и отношениям, как гражданственность, социальная солидарность, гражданская позиция, патриотизм; инверсия, т. е. изменение порядка, перестановка акцентов, доминант с социального и общезначимого до индивидуально выгодного, личного; создание закрытых сообществ, для которых подобная идеология успеха является базовой, соответствующей их духу, образу жизни, способу извлечения прибыли, ментальности, моральному кодексу, обыденным привычкам и характеру; инволюция, т. е. обратное развитием, деградация базисных социальных ценностей, редукция к простым и зримым показателям, индикаторам успеха: богатству, избранности, богемности, престижу.

Параграф 3.2. «Социальные практики успеха: социальное лидерство и социальное партнерство» посвящен анализу проблемы корреляции социального лидерства и социального партнерства в социальных практиках успеха.

Лидерство в достижении успеха рассматривается как важная грань социальных практик успеха. Обосновывается целостность и универсальность социальных практик успеха, которая связана с тем, что дополнением лидерства в достижении успеха является социальное партнерство. Уравновешенность лидерства в достижении успеха и социального партнерства в социальном успехе дает экспозицию целостности социальных практик успеха и достигается посредством социального контроля.

На основании рассмотрения основных подходов в изучении лидерства проводится разграничение понятий успешность лидерства и лидерство в достижении успеха. Делается вывод, что различные концепции лидерства, выявляя специфику руководства и его отдельных стилей, недостаточно полно позволяют провести анализ проблемы лидерства в достижении успеха, так как в не полной мере обращают внимание на факторы внешней среды, в том числе значимость действий руководителя по ее изменению, в то время как одним из важнейших качеств реализации социального успеха как раз и является развитие социальной среды за счет такого фактора улучшения как социальная инвестиция.

Предлагается вычленить в дискурсе успеха новый смысл, а именно, смысл социального инвестирования. Последнее характеризует такое изменение социальной среды, которое в результате достижения успешности в той или иной области создает общий эффект улучшения всей или значительной части социальной среды. Социальное инвестирование помимо реализации конкретных проектов в той или иной сфере, способствует легитимизации социальных достижений. Они становятся образцами, социальными ценностями, мотивами достижительной деятельности, важными факторами гармонизации социальной сферы.

Представлена классификация социальных инвестиций, как результата лидерства в достижении успеха, проведенная по различным основаниям. Делается вывод, что социальные инвестиции как результат реализации лидерства в достижении успеха в какой-либо социальной сфере, выражающиеся в прямом или косвенном развитии социальной сферы, являются необходимым условием превращения состязательности и соревновательности социального успеха в социальное партнерство.

Анализируются основные подходы в понимании сути социального партнерства: гармоническо-утопический, интегративный, цивилизационно-рыночный. Обосновывается, что если в социуме утверждается идеология социального партнерства, то в социальных практиках успеха лидерство в достижении успеха имеет смыслы подражания, копирования, стремления соответствия, а не наоборот: осуждения, зависти, порицания. Соответственно этому, лидерство в достижении успеха создает специфическую социальную инвестицию: на личностном уровне, инициируя и формируя мотивацию подражания и следования образцам достижений, на социальном уровне - инвестируя в систему социальных ценностей новую позитивную ценность, ценность в достижении лидерства успешности.

Тем самым социальное партнерство рассматривается как фактор социального инвестирования, как появление новых личностных и социальных возможностей развития. И здесь важным элементом социальных инвестиций является феномен социального доверия. Без данного социального качества успех какого-либо лидера не становится социальным достоянием, не превращается в форму социальной инвестиции.

На основании рассмотрения различных концепций социального доверия делается вывод, что именно феномен социального доверия выражает то важное социальное обстоятельство, что социальные дивиденды от реализации лидерства в достижении успеха получает не только лидер, но и другие социальные субъекты, более того, развивается либо определенный сегмент социальной сферы, либо вся социальная сфера, улучшается качество жизни людей, совершенствуются социальные отношения, возникает ощущение большего социального комфорта и социальной безопасности, то есть успех реализуется как определенная социальная инвестиция.

Обоснованию уникального социального качества как одного из важнейших ресурсов социального успеха посвящен параграф 3.3. «Социальный интеллект: анализ ресурсов социального успеха».

На основе анализа специальных исследований в области изучения эмоционального и социального интеллекта, проводимых зарубежными (Э. Торндайком, Г. Олпортом, Н. Кэнтором, Дж. Гилфордом, Д. Векслером и др.) и отечественными (, , и др.) учеными, делается вывод, что социальный интеллект, имея общую структурную базу и с когнитивным развитием, и с эмоциональными основами нравственности, в то же время, представляет собой относительно независимое праксеологическое образование - то, что нестрого можно определить как «дальновидность в межличностных отношениях (Э. Торндайк) или «практически-психологический ум» ().

Характеризуя концепцию социального интеллекта, выделяются три группы, описывающих его критериев: когнитивные, эмоциональные и поведенческие, и определяются его характерологические особенности

Социальный интеллект понимается как интегральная способность, определяющая успешность общения и социальной адаптации, уровень адекватности и успешности социального взаимодействия Социальный интеллект объединяет и регулирует познавательные процессы, связанные с отражением социальных объектов (человека как партнера по общению, группы людей). Социальный интеллект обеспечивает понимание поступков и действий людей, понимание речевой продукции человека, а также его невербальных реакций (мимики, поз, жестов). Он является когнитивной составляющей коммуникативных способностей личности и профессионально важным качеством в профессиях типа «человек - человек», а также некоторых профессиях «человек - художественный образ». Социальный интеллект есть приспособленность индивида к человеческому бытию.

Обосновывается, что социальный интеллект выражает также такой важный ресурс достижения успеха, как социальный запас знания. Известно, что знание имеет социальную природу и несет на себе отпечаток того общества и того времени, которыми было порождено. Люди в своей повседневной жизни ведут «рефлексивный мониторинг действия» – осуществляют оценку и интерпретацию всех ситуаций и условий, в которых им приходится жить и действовать, накапливают биографический и исторический опыт и с помощью целого ряда механизмов определяют, что должно быть забыто, а что следует сохранить. Весь этот опыт превращается в определенную схему, в определенное единство в форме запаса знания, которое помогает человеку в интерпретации мира. В результате такого рода процессов рождаются «ситуационные модели». Это не абстрактные знания о стереотипных событиях и ситуациях, а личностные знания, в которых аккумулированы личный опыт, жизненные установки и намерения, чувства и эмоции. И самое главное в этом наборе – категории языка, слова, понятия, интерпретирующие схемы, которые используются человеком не только для описаний, но и для понимания ситуаций, т. е. это социальный дискурс достижения поставленной цели, дискурс социального успеха.

Социальный запас знания предоставляет тем самым не только знания как таковые, но также и средства интеграции разрозненных элементов моих личных представлений, заблуждений, сведений, планов и намерений. Другими словами, каждый имеет свой способ конструирования социальной действительности. В совокупности две этих способности, способности социального познания и социального преобразования составляют важнейший показатель социального интеллекта и не менее важный ресурс социального успеха.

В рамках данного параграфа постулируется, что успеха достигают люди, характеризующиеся особым видом интеллекта. Для определения таких людей вводится понятие «люди с социальным интеллектом успеха». Выделяются основные черты их социальной интеллектуальности и продуктивной креативности в достижении социального успеха. К ним относятся: «дальновидность в межличностных отношениях и «практически-психологический ум», умение направлять свое действие от абстрактного мышления к социальной практике, способность к рациональным, мыслительным операциям, объектом которых являются не только процессы объективной и социальной действительности, но и сложные процессы межличностного взаимодействия, умение использовать при достижении успеха не только рациональные и когнитивные факторы, но и некогнитивные факторы, которые зачастую являются решающими (социальная интуиция, озарение, инсайт), постоянная самомотиваци, устойчивость к разочарованиям, социальная и личностная рефлексия и интроспективность, стремление к познанию собственной личности, осведомленность о собственных эмоциях, уверенность в себе, самоуважение, самореализация, независимость, социальная ответственность, навыки решения проблем, оценки реальности, социально-когнитивная гибкость, способность применять социальные знания при решении неизвестных проблем, социальная эвристичность

Люди с социальным интеллектом успеха ориентированы в механизмах повседневной типизации и истолкования повседневного мира; они имеют социальный опыт в виде определенного единства запаса социального знания, которое помогает на каждом шагу в интерпретации мира. Они способны генерировать и использовать социальные типизации, смысловые схемы и ситуационные модели, которые не являются абстрактными знаниями о стереотипных событиях и ситуациях, а выражают личностные знания, в которых аккумулированы личный опыт, жизненные установки и намерения, чувства и эмоции. Они способны формулировать интерпретирующие схемы, которые используются человеком не только для описаний, но и для понимания ситуаций, т. е. они способны конструировать социальный дискурс достижения поставленной цели, дискурс социального успеха.

В параграфе 3.4. «Базовые сегменты социальных практик успеха» проводится анализ данных сегментов, к которым относятся успешная социализация и социальная адаптация, успех в освоении гендерных и профессиональных ролей.

Под понятием базовых сегментов социальных практик успеха имеются в виду основные социально-практические сферы, в которых формируется и реализуется успешная личность. Понятие «формирование успешной личности» в данном контексте используется для обозначения единства объективных и субъективных условий, определяющих процесс становления и развития творческого, креативного, интеллектуального человека, который достигает социально значимых целей и самореализуется в этом.

Одним из таких сегментов социальных практик успеха является социализация, а задачей исследования - выделение основных смыслов успешности социализации, которые суть производные от успешного взаимодействия основных агентов процесса социализации. Анализируются критерии, механизмы и ресурсы успешной социализации. Указывается, что сущностный смысл социализации раскрывается на пересечении таких ее процессов, как адаптация, интеграция, саморазвитие и самореализация.

В качестве важного показателя успешности индивида рассматривается успешное освоение гендерных ролей, что является еще одним базовым сегментом социальных практик успеха. Концепты «гендер», «маскулинность», «феминность» используются для анализа социальной определенности и внутриличностных механизмов успешной реализации полоролевого поведения. Выявляются критерии успешности в реализации той или иной гендерной роли. Для такого гендерного конструкта, как фемининность, - это экспрессивность, достаточно большая зависимость, принятие другими. В отличие от этого маскулинность, как гендерный конструкт, диктует доминирование в отношениях, предполагает агрессивность, эмоциональную холодность, самоуверенность, высокую, а порою даже завышенную, самооценку. Соответственно этому, можно различать параметры конструирования гендерных стереотипов успеха, характеризовать гендерные стратегии успешного поведения, указывать на рекомендации особенностей гендерного воспитания, гендерной педагогики. Указанные критерии во многом характеризуют жизненные стратегии успешности в реализации личностных достижений мужчины и женщины. Другим важным показателем успешности личности и базовым сегментом социальных практик успеха является профессиональная успешность. Достижение успешности личности в профессиональной сфере рассматривается как взаимосвязанный двусторонний процесс. С одной стороны, личность должна успешно противостоять деструктивным влияниям специфических условий узко профессиональной деятельности, а с другой, используя перспективные возможности своей профессии, - активно развивать свой профессиональный и творческий потенциал.

Указывается, что профессиональная успешность личности включает в себя два основных компонента: субъективный и объективный. Субъективный компонент представляет собой личностные качества, которые можно классифицировать, исходя из основных личностных сфер человека. Объективный компонент профессиональной успешности личности обусловлен соответствующими результатами профессиональной деятельности.

Так как труд успешного профессионала, с одной стороны, направлен на обеспечение технического и технологического процесса, а с другой - на организацию профессиональных межличностных взаимодействий по поводу решения сугубо профессиональных задач, то выделяются два аспекта профессиональной успешности. Первый аспект обозначается понятием инструментального контура, второй - понятием экспрессивного контура управления.

К признакам успешной профессиональной деятельности относится сочетание двух основных принципов ее организации: иерархического (субординационного) и коллегиального (координационного), а также необходимость их оптимального согласования.

Выделяются конструктивные стратегии успешного профессионального поведения, которые обусловлены разницей основных модусов человеческого бытия, определяющих процессы развития, стагнации или регресса личности успешного профессионала: модус служения: основным жизненным отношением является любовь к людям, позволяющая человеку выходить за пределы собственных профессиональных возможностей; модус социальных достижений: основное отношение к жизни - профессиональная состязательность и деловое соперничество; модус обладания: другой человек данной профессии представляется лишь объектом, средством достижения профессиональных целей.

Делается вывод, что на основе базовых сегментов социальных практик успеха можно развивать теоретические представления о производных и прикладных сегментах социальных практик успеха, а также исследовать перекрестную сегментацию социальных практик успеха, их содержательную интеграцию, сложное взаимодействие и взаимодополнимость.

Четвертая глава «Категоризация феномена и понятия «социальный успех» является обобщением основных подходов в анализе повседневного феномена и социально-философского понятия социального успеха, что позволяет проблематизировать и концептуализировать рассмотренный ранее понятийный ряд успеха и сформулировать основные подходы к социально-философскому понятию успеха в формате обсуждения методологических сценариев и категориально-парадигмальных схем анализа социально-философского понятия «социальный успех».

Параграф 4.1. «Двойственная природа социального успеха: идеальный тип и социальная реальность» посвящен основной проблеме личного и социального успеха, а именно тому, что данное понятие имеет двойственную природу: это, с одной стороны, если использовать терминологию социальных фактов, феномен, который мотивируется внутренними детерминантами (психический феномен достижительности), а с другой стороны, это социальный феномен, реализуемый под воздействием внешних по отношению к конкретному индивиду детерминант (социальных условий, исторических предпосылок, общих социальных ценностях, профессиональных требований, специализированных эталонов и норм, и т. п.).

В нем рассматриваются социальные практики успеха как специфический социальный конструкт, который характеризует конкретные социальные реалии жизни, целедостижительной деятельности и социальных условий, существующих у индивидов, живущих в социуме, выражает их социальные мотивы, их реализуемые целедостижительные социальные действия. Социальные смыслы этих целедостижительных действий индивидов выражаются в том или ином виде социального дискурса. Обосновывается, что указанные обобщения на уровне социальных практик формулируются посредством типизации различных представлений (социальных смыслов) о характере социального успеха (путем подведения под общие социальные типы) и категоризации их (обобщение этих представлений). Делается вывод, что эта грань социально-практичесного понятия социального успеха, включающего в себя дихотомию объективного и субъективного, дает социально-практическую проекцию, которая связывается с жизненным путем личности, системой самооценок и притязаний, а социальные практики успеха характеризуют специфическую форму социального познания - его социально-практическую форму.

Предлагается понимать социально-практическое познание как постижение личностных смыслов и собственно социальных смыслов, где личностные смыслы (смысл жизни, смысл той или иной деятельности и достижений, ощущение наполненности жизни, личностная удовлетворенность и неудовлетворенность, человеческое счастье) определяют смыслообразующие компоненты личности, ее жизненные смыслы и получают свое наполнение и интерпретацию в различных специализированных или общих дисурсах (дискурс нравственности, дисурс религиозности, профессиональный дискурс и т. д.). В формате социальных практик социальная рефлексия личности и ее социально-практическое познание проявляется в формировании социальных ориентаций личности.

Социальные ориентации личности понимаются как ориентации на ценности, совпадающие с общественными, способствующие развитию личности как члена общества, представителя определенной социальной группы, это осознание индивидом своего положения в системе социальных отношений, это выбор человеком предпочитаемого им социального положения и путей его достижения

В качестве проявления одной из граней социально-практического познания, выражающей системность социально-практического понятия успеха, анализируются смысловые схемы социальных отношений состязательности. Постулируется, что состязательность характеризует несколько граней социального успеха в социально-философском дискурсе, а именно, выступает как характеристика предпочтений «идеальных типов» целесообразного поведения личности, как выбор «идеального типа» целесообразности, но уже не отдельного человека, а его истории, вернее, истории всего человечества.

В качестве одного из методологических ключей для анализа феномена и понятия социального успеха предлагается рассматривать идею К. Мангейма, который исследовал феномен социального успеха в контексте экономических амбиций личности, выявляя зависимость между экономической системой общества и социальным поведением личности. Это дает следующий методологический ключ формирования социально-философского дискурса успеха - ключ к анализу субъективного и объективного успеха, непостоянных и относительно стабильных форм успеха, а также позволяет выявить зависимость между возможностью достижения успеха и различными типами общества.