На Ставрополье работодатель уличен в невыплате пособия по уходу за ребенком

 15.11.06 17:07 REGNUM

Минераловодской межрайонной прокуратурой выявлен факт невыплаты работодателем в течение пяти месяцев 2006 года ежемесячного пособия сотруднице в период ее отпуска по уходу за ребенком до достижения им полутора лет, - сообщила корреспонденту ИА REGNUM пресс-секретарь прокуратуры Ставропольского края Татьяна Евтушенко.

В прокуратуру обратилась сотрудница - жительница города Минеральные Воды. Ее работодатель - предприниматель без образования юридического лица не выплачивал ей с марта по июль 2006 года предусмотренное законом пособие в нарушение требований Федерального закона "О государственных пособиях гражданам, имеющим детей" и закона "Об основах обязательного социального страхования". Как следствие, работодатель не обращался в государственное учреждение Ставропольского регионального отделения Фонда социального страхования за возмещением соответствующих расходов.

Минераловодским прокурором внесено представление предпринимателю с требованием выплатить сотруднице недополученные денежные средства. В итоге сотрудница получила более трех тысяч рублей пособия на ребенка.

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ «ЗДОРОВЬЕ». ДЕМОГРАФИЯ

Ложись, страна огромная

Проверка показала: 9 из 10 Россиян

нуждаются в лечении!

(«Московский комсомолец» 16.11.2006)

Екатерина ПИЧУГИНА

“Здоровых нет. Есть недообследованные”, — любят шутить отечественные врачи. И чтобы лучшим диагностом перестал быть патологоанатом, с этого года в России затеяли массовую диспансеризацию трудоспособного населения. Пока “под раздачу” попали бюджетники и работники вредных производств в возрасте 35—55 лет. И в Минсоцздраве подвели первые итоги всероссийского медосмотра, о которых стало известно “МК”.

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?

Заставить нашего человека, у которого вроде ничего не болит, прийти в поликлинику — нечто из области фантастики. Вот потому-то болячки в России чаще всего находят тогда, когда уже пора на операционный стол, а то и куда подальше. Поэтому Россиян потянули в поликлиники буквально силком.

До конца этого года диспансеризацию должны пройти 4 млн. бюджетников и более 3,5 млн. работников вредных-опасных производств. В следующем — еще 11 млн. трудоспособных граждан. Постепенно же диспансеризация охватит все работающее население России, грозятся в Минсоцздраве. И такие болезни, как сахарный диабет, туберкулез, онко - и сердечно-сосудистые (от них умирают чаще всего), будут выявлять на ранних стадиях.

Главный удар нанесли медикам Россиянки. Больных среди них оказалось неожиданно много. Точнее, в лечении и уточнении диагноза нуждаются аж 40% наших женщин! Более 30% дам сразу после диспансеризации направлялись на лечение к врачам-гинекологам. Но еще больше пугает то, с какой легкостью Россиянки идут на аборты (1,5 миллиона в год, сделанных только официально). В результате чего количество бесплодных женщин, коих сейчас уже около 6 миллионов, увеличивается с каждым годом на 160—170 тысяч. В условиях демографического кризиса это катастрофа.

Всего среди обследованных граждан лишь 10,8% оказались здоровыми. У каждого пятого (21,6%) есть риск развития заболевания. 61,3% нуждаются в дополнительном врачебном наблюдении, 6% — в стационарном лечении, а 0,3% — уже показана лишь высокотехнологичная медицинская помощь. Вообще же, как говорят врачи, до 65% обследованных уже страдают теми или иными заболеваниями, а 30—35% — лишь условно здоровые люди. Причем часто у людей, которые считали себя здоровыми, находили, к примеру, сахарный диабет. А иным и вовсе срочно потребовалась операция.

Про Москву сказать что-то конкретное пока трудно: примерно до октября в горздраве занимались составлением полного реестра бюджетников и работников вредных производств, которых нужно обследовать в рамках нацпроекта “Здоровье”. Поэтому к медосмотрам приступили сравнительно недавно. Наиболее быстро диспансеризация проводится в небольших регионах — Белгородской, Тамбовской, Оренбургской областях.

Кстати, самим врачам проводить диспансеризацию очень даже выгодно. Ведь каждый обследовавшийся — это дополнительные деньги для специалистов и их медсестер. По данным Минсоцздрава, в сравнении с прошлым годом зарплата медработников первичного звена возросла резко — в среднем с 4 тысяч 906 рублей до 21 тысячи 695 рублей.

Как стало известно “МК”, схема диспансеризации в России постепенно будет меняться. Обследование станет более качественным и тщательным (эту схему отработают в большинстве регионов России уже в следующем году). А итогом должны будут стать снижение заболеваемости, инвалидизации населения и увеличение продолжительности жизни Россиян. Впрочем, при том качестве медпомощи, которое ждет нас в районных поликлиниках, в это верится с трудом.

СПРАВКА "МК"

На 700 тысяч человек ежегодно сокращается численность Россиян. Это сопоставимо с населением такого города, как, например, Кострома.

Свези и сохрани

Автопарк «скорой» существенно увеличен.

Но это – несущественно

(«Новая газета» № 87/06)

Наталья ЧЕРНОВА

Утверждать, что государство совершенно не озадачено про­блемами «скорой», было бы несправедливо. Озадачено в рамках нацпроекта по здравоохранению. К15 декабря ГАЗ должен завер­шить поставку 6723 автомобилей «скорой помощи». Госзаказ этого года — 4 миллиарда рублей, цена нового автомобиля — 20 тысяч долларов, зарубежный аналог стоит почти втрое дороже.

Повлияет ли обновление парка «скорой» на эффективность са­мой службы?

По логике вещей должно повлиять, то есть, разумеется, улуч­шить эту самую помощь. Но это в принципе. А на самом деле авто­мобили у тех, кому предстоит на них работать, вызывают противо­речивые эмоции.

Дело в том, что настоящий автомобиль для «скорой» — это в последнюю очередь транспортное средство, то есть банальная пе­ревозка, в первую — место, где спасают, реанимируют. И, конечно, везут бережно.

Врач «скорой», приехавший по моему вызову, первым делом спросил: «Могу я не выполнять клятву Гиппокра­та?». «До какой степени?» — уточнила я на всякий случай. Он усмехнулся и стал разматывать проводочки переносного элект­рокардиографа.

На следующее утро я нашла в интернете текст клятвы. Современная редакция текста гласила: «Я достойно и добросовестно буду выполнять свои профессиональ­ные обязанности...». Доктор знал, о чем предупреждать, — в его че­моданчике не нашлось нужного лекарства, и он посоветовал быст­ренько сгонять в аптеку.

Вряд ли эта же самая фраза будет восприниматься пациен­том как не самая лучшая шутка уставшего доктора, когда у него под рукой в критической ситуа­ции не окажется нембулайзера для снятия бронхоспазма или прибора для ИВЛ (искусствен­ной вентиляции легких).

С этой малооптимистической мыслью я ходила вдоль стендов 7-й международной медицинс­кой специализированной выс­тавки «Скорая помощь-2006».

С одной стороны, каждый стенд выставки предъявлял вы­сочайший уровень, достигнутый в производстве приборов и обо­рудования, с помощью которых спасают людей. С другой — яв­лялся воплощением черной за­висти рядового врача с провинциальной подстанции. С третьей — множил в голове каждого ред­кого непрофессионального посе­тителя количество упущенных шансов в спасении его близких.

Вот эта штуковина (дефибрил­лятор. — Н. Ч.) могла бы помочь папе, а вот эта (нембулайзер. — Н. Ч.) — спасти девчонку из со­седнего подъезда, которая задох­нулась от тяжелейшего бронхос­пазма. Но лучше не вспоминать.

Дефибриллятор стоил 7 ты­сяч долларов. Портативный нем­булайзер — 120 долларов.

Портативные дефибриллято­ры, по словам представителя фирмы «Рипл», за границей ви­сят на каждом вокзале. И слу­чись несчастье, каждый прохо­жий, не дожидаясь «скорой», мо­жет оказать помощь, потому что понять инструкцию к этому при­бору в состоянии учащийся на­чальной школы. На нынешней выставке покупателей у дефиб­риллятора нашлось два. Голов­ные офисы «Газпрома» и ВР — British Petroleum — купили для сотрудников высшего звена.

Другой дефибриллятор, пол­ностью автоматический, произ­водства США, уже предназначен­ный для реанимаций, позволяет мониторить больного непрерыв­но и произвести автоматическую дефибрилляцию в отсутствие вра­ча. Может использоваться и в ручном режиме. Незаменимый прибор для кардиореанимаций, особенно у нас в России (где че­ловеческий фактор, если иметь в виду врача, остается и самым на­дежным, и самым уязвимым од­новременно). В Европе есть в каждом кардиоцентре. У нас — в четырех из восьмидесяти на всю страну. На выставке один экземп­ляр заказал Новосибирск. Опять не удержусь про стоимость — 9 тысяч у. е.

Если озадачиться простым арифметическим действием и, ска­жем, пять лет непрерывной работы аппарата в реанимации разделить на количество автоматических дефиб­рилляции, предотвративших оста­новку сердца, то мы получим цену если не жизни в полном смысле — реанимация место промежуточное, — то все же цену отсрочки смерти. Что выйдет по себестоимости? Дол­ларов десять? Пусть специалисты поправят, если я считаю непрофес­сионально.

Около каждого стенда (а на выс­тавке было представлено все, что нужно «скорым», реанимациям и медицине катастроф) я задавала один вопрос: заказов много? Отвеча­ли одинаково: интерес колоссаль­ный, но, судя по опыту, купят не­сколько десятков заказчиков. Доро­гая аппаратура в государственные лечебные учреждения вообще уйдет поштучно. Эти приобретения гос­бюджетом не финансируются. По­купают, когда находится спонсор.

Девушка у стенда, рекламирую­щего автоматизированную систему управления «скорой», производящу­юся в Казани, с гордостью сообщила, что их система уже работает в двенад­цати городах России. Это значит, что в двенадцати городах телефонный звонок на «скорую» будет зарегистрирован в базе данных, оперативно передан бригаде, за ее передвижени­ем можно будет следить по компью­теру и из диспетчерской подсказы­вать оптимальный маршрут. АСУ ис­ключает ошибку в приеме вызова и позволяет при необходимости под­нять архив.

Еще рассказала о том, как род­ственники умершего мужчины выигра­ли суд (что в практике уголовных дел с «диагнозом» в России само по себе ред­кость), доказав с помощью изъятой из архива записи переговоров вину дис­петчера. Диспетчер утверждал, что на том конце провода сказали: «Мужчине плохо». На самом же деле сказали: «Мужчине плохо, он посинел». В этом случае бригада должна была выехать не­медленно, а не спустя почти полчаса. Цена этой системы — около двух тысяч долларов. Это большие деньги для бюд­жета среднего областного города, даже если не просить одолжения у федераль­ной казны? Это деньги приблизительно одного городского праздника — тради­ционного и бессмысленного.

Из всех потенциальных потреби­телей «скоропомощных» услуг боль­ше всего на выставке повезло ново­рожденным (есть все же высшая справедливость). Минздрав заказал сто транспортных инкубаторов бра­зильского производства. Системы ба­тареи инкубатора встроены в корпус, поэтому его можно переносить. Это значит, что недоношенных детей смогут реанимировать уже в машине «скорой» еще в ста городах. И тогда 500 граммов живого веса у недоно­шенного младенца — не повод ста­вить на нем крест. Буквально.

Кроме выставочной части, в про­грамме «Скорая-2006» имел место и научный форум. Его материалы были опубликованы в отдельном буклете. Материалы сугубо практические и научные, не предназначенные рядо­вому потребителю «скоропомощных» услуг. Но была там одна статья, из ко­торой отношения «скорая помощь — государство» становились настолько же понятны, насколько понятен бы­вает случайно подсмотренный эпи­зод выяснения отношений между приличными людьми. Они вроде и говорят тихо, и без жесткой лексики обходятся; и аргументы убедитель­ные... А все равно — тупик.

Статью под названием «Случай эф­фективного оказания экстренной по­мощи пострадавшему с огнестрельным ранением сердца» написали сотрудни­ки станции скорой помощи Саткинского района.....Н. Фурсенко и А. Нихоношин. Из краткого медицинского пе­ресказа эпизода, который имеет смысл перевести на бытовой язык, следовало: бригада с сельской подстанции выехала на вызов к подстреленному из «Мака­рова» гражданину; на месте перевязали, поставили капельницу, дали кислород­ную маску; до больницы — централь­ной медсанчасти в Сатках довезли, про­оперировали; потом прооперировали специалисты из областной. Подробнос­ти операции — на двух страницах убо­ристым текстом.

Теперь сосредоточьтесь — уточ­ненный диагноз: «Огнестрельное ра­нение. Повреждение сердца, диаф­рагмы, левой доли печени, сквозное ранение желудка, ранение селезен­ки, нижней доли левого легкого. Спустя 18 дней больной был выписан в удовлетворительном состоянии».

Резюме авторы статьи вывели следующее: «Даже линейные брига­ды должны оснащаться всем необхо­димым медицинским оборудовани­ем, вплоть до портативных УЗИ, даже в глубинке есть высококвали­фицированные кадры, способные спасти жизнь пострадавшим».

Логика хронически уставших от финансовой безнадеги людей, кото­рые, предъявляя высочайший про­фессионализм, будто просят одолже­ния у власти.

Справка «Новой»

За медицинской помо­щью по поводу неотложных состояний ежегодно обраща­ется каждый третий житель страны, каждый десятый — госпитализируется по экст­ренным показаниям, более 60% объемов стационарной помощи оказывается в нео­тложном порядке, неотлож­ные патологические состоя­ния, травмы и отравления за­нимают первое место среди причин смерти у лиц трудо­способного возраста.

По данным департамента развития медицинской помо­щи и курортного дела Минздравсоцразвития, за после­дние десять лет число вызо­вов «скорой помощи» увели­чилось в три раза и возросло с 15 млн до 50.

Сами медики считают, что до 70% раненых в ДТП погибают из-за плохой ос­нащенности карет «скорой помощи».

Справка «Новой»

Скорая помощь Торон­то принимает вызовы на 142 языках.

В Мэриленде на 36 ма­шинах «скорой помощи» введена теледиагностика.

В Турине парамедики часть дороги проделыва­ют в метро.

В городе Норвич (Анг­лия) имеется служба пара-медиков на велосипедах. Стоимость медицинского велосипеда — 900 фунтов стерлингов. Он оснащен мигалкой с сиреной, де­фибриллятором, набором для реанимации, катете­рами, тонометром, меди­каментами.

Дорогая двойня

(«Российская газета» 16.11.2006)

Ирина Иванова

НА ПОСЛЕДНЕМ ЗАСЕДАНИИ ПРАВИТЕЛЬСТВА МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ БЫЛО РЕШЕНО УВЕЛИ­ЧИТЬ РАЗМЕР ПОМОЩИ СЕМЬЯМ И ДЕТЯМ В 2007 ГОДУ.

Так, например, при рождении второго ребенка единовременное пособие вырастет с 2 тысяч руб­лей до 5 тысяч, при рождении тре­тьего и последующего мамочки станут получать вместо 10 тысяч рублей 15 тысяч. Если появилась на свет двойня, то на каждого ма­лыша семье выделят по 15 тысяч рублей, если тройня и больше, то по 20 тысяч рублей.

Как подчеркнула Татьяна Дымнич, первый заместитель ми­нистра социальной защиты насе­ления, вырастет и ежемесячное пособие на ребенка: с января 2007-го оно поднимется с 150 руб­лей до 200, а с июня будет состав­лять 300 рублей. В следующем го­ду каждый месяц матери-одиноч­ки станут получать вместо трехсот 400 рублей, а с июня — 600. Не ос­тались без внимания и дети, чьи родители уклоняются от алимен­тов, а также сыновья и дочери во­еннослужащих срочной службы. Размер ежемесячного пособия на них подрос с 250 до 300 рублей, а с июня он увеличится до 500 руб­лей. Дети-инвалиды, которых воспитывает один родитель, каж­дый месяц станут получать вместо 1,5 тысячи 2 тысячи рублей, а те из них, которые живут в малоиму­щих семьях, вместо тысячи 1500 рублей. Пополнится ежемесяч­ный бюджет и студенческих семей с детьми — с тысячи до 1500 руб­лей.

Впрочем, власти Подмосковья не обошли вниманием и семьи со стажем. Ветеранам, за плечами которых пятьдесят лет совмест­ной жизни, к праздничному столу выделят 4 тысячи рублей вместо прежних 3. Те, кто имеет 55-лет­ний супружеский стаж, получат 5 тысяч рублей вместо 4. Семьи с 60-летним стажем — 6 тысяч руб­лей вместо 5, с 65-летним — 7 ты­сяч рублей вместо 6, с 70-летним — 8 тысяч рублей вместо 7 тысяч.

Россияне недовольны, но лояльны

(«Медицинский вестник» № 36/06)

Мария ЩЕТИНИНА

Лишь треть Россиян позитивно оценивают положение дел в здравоохранении, 62% наших сограждан характеризуют ситуацию в отрасли как негативную. Не устраивают результаты лечения в поликлиниках, укомплектованность учреж­дений здравоохранения специалистами, их квалификация, также отмечается недовольство отношением медперсонала. Таковы результаты очередного ис­следования, проведенного Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ). Были опрошены 1600 человек в 153 населенных пунктах в 46 областях, краях и республиках России.

Доля негативных отзы­вов о состоянии дел в отрасли выше всего в Москве и Санкт-Петербурге (до 72%). В двух столицах так­же отмечен самый низкий уро­вень удовлетворенности каче­ством медобслуживания: недо­вольны 67% опрошенных. Вместе с тем большинство рес­пондентов (62%) возлагают на­дежды на то, что в результате реализации проекта "Здоро­вье" ситуация улучшится; 26% считают, что улучшения не произойдет, еще 2% прогнози­руют ухудшение.

За последние два года в по­ликлиники обратились 74% респондентов и членов их се­мей, в больницы — 35%, ско­рую помощь вызывали 33% опрошенных. В большинстве случаев это было бесплатное обслуживание (68% посетите­лей поликлиник и 29% побы­вавших в больнице). Платны­ми услугами воспользовались 12% посетителей поликлиник и 9% пациентов больниц.

Респонденты, скорее, удо­влетворены санитарно-гиги­еническим состоянием поме­щений поликлиник (55% положительных оценок, 41% от­рицательных). Однако 49% опрошенных высказали неудо­влетворение результатами ле­чения в поликлиниках, 52% сетовали на недостаточную укомплектованность ЛПУ спе­циалистами, а 52% жаловались на не слишком приветливое отношение к ним медперсона­ла. Кроме того, 53% респондентов недовольны возможно­стями проведения необходи­мых анализов, лабораторных обследований, а 56% — осна­щением кабинетов и лаборато­рий медицинской техникой и оборудованием. Лишь 29% опрошенных считают, что ус­луги оказываются оперативно и очереди отсутствуют, и 30% — что можно быстро и без особых проблем пройти диспансе­ризацию.

Оценки работы службы ско­рой медицинской помощи за­метно выше. Большинство тех, в чьих семьях кто-либо пользо­вался ее услугами за два послед­них года, в целом удовлетворе­ны укомплектованностью эки­пажа машины специалистами, их квалификацией, отношением к пациентам, а также опера­тивностью оказания услуг и ре­зультатами вызова (58—68%).

Среди респондентов, в чьих семьях за последние два года кто-либо лежал в больнице, 56—59% в целом удовлетворены результатами лечения; уком­плектованностью специалиста­ми, их квалификацией и отно­шением к пациентам; санитар­но-гигиеническим состоянием помещений больницы; возмож­ностью проведения необходи­мых анализов, лабораторных обследований. Тем не менее 33—37% опрошенных недоволь­ны этими сторонами работы стационаров. Менее оптими­стично, хотя и со знаком "плюс", воспринимается общее состояние больничных зданий, помещений. Оснащение боль­ниц медицинской техникой, оборудованием оценивается противоречиво: положительно отозвались об этом 44%. Обес­печение больных лекарствами и перевязочными средствами оставляет желать лучшего: удо­влетворительную оценку выска­зали около 40% опрошенных.

Дети и деньги

Нельзя уповать лишь на материальные стимулы

повышения рождаемости

(«Коммерсант» 16.11.2006)

ТАТЬЯНА МАЛЕВА, директор Независимого института социальной политики

Проблема повышения рождаемости сегодня занимает центральное место в демографической политике. В отличие от других демографических факторов – смертности и миграции, государственные приоритеты в сфере рождаемости приняли очерченную форму целой программы. Однако потенциальный эффект этой программы не очевиден и зависит от целого ряда вопросов.

Считается, что репродуктивное поведение населения регулируется социальной нормой "идеального" числа детей в семье, которую разделяет большинство населения. Как и любая другая, эта социальная норма изменяется на протяжении истории. На практике в развитых странах доминирует идеальная модель двухдетной семьи (мальчик и девочка), что подтверждают многочисленные опросы общественного мнения. В странах Центральной и Восточной Европы, включая Россию, социальная норма относительно двухдетной семьи формулируется следующим образом: "не менее одного ребенка, но и не более двух". Это выражается в очень маленькой доле никогда не рожавших женщин и одновременно – в ограниченном числе женщин с тремя и более детьми. В России 70-80% женщин родили одного-двух детей.

В сущности, мы сегодня стоим перед вопросом, в чем главные причины низкой рождаемости в России – в изменении социальных ценностей, в том числе желаемого числа детей, или же в существовании барьеров, которые не позволяют людям реализовать их репродуктивные планы? Ответ на него позволяет дать исследование, проведенное Независимым институтом социальной политики и охватившее болеереспондентов.

На репродуктивное поведение женщин в последние годы значимо влияет целый ряд социально-экономических факторов. Важен тип поселения: прирост рождаемости в городе был выше, чем на селе, хотя абсолютное число рождений на одну женщину на селе по-прежнему выше. Одинаково значимы оказались не только зарегистрированный брак, но и наличие партнера в домохозяйстве. Важен трудовой статус партнера: его занятость увеличивает вероятность рождений. Низкая обеспеченность жильем является ярко выраженным барьером для роста рождаемости. Хотя явного влияния на рождаемость за последние три года фактор образования не демонстрирует, все же у женщин с высшим образованием заметны сильные отличия в сторону более поздних рождений и меньшего числа детей.

При этом для общих репродуктивных намерений более весомыми оказываются факторы наличия высшего или начального профессионального образования, в то время как для намерений на ближайшие три года – величина доходов. Общие намерения в большей степени отражают социальные нормы детности, поэтому сильнее зависят от социальных факторов (образование и религия). А намерения завести ребенка в ближайшие три года, напротив, ориентируются на конкретную ситуацию в настоящем: наличие партнера, факт регистрации брака, доходы домохозяйства. При переходе от общих намерений к намерениям в краткосрочной перспективе усиливается эффект экономических факторов и ослабляется эффект социальных факторов.

Первый и принципиально важный вывод, который можно в результате сделать,– потенциал для повышения рождаемости в современной России есть. Даже при предположении, что все респондентки, которые хотят в будущем иметь детей, смогут родить лишь по одному ребенку, рождаемость в ближайшие три года может возрасти с 1,2 до 1,5 ребенка на одну женщину.

Вопрос в том, где именно кроется этот потенциал?

Образованные и состоятельные

Выясняется, что он неодинаков в различных социальных группах, различающихся по уровню материального благосостояния и образования. В семьях малообеспеченных, где много женщин без высшего образования, число уже имеющихся детей относительно высоко, зато репродуктивные намерения ниже. И наоборот, в высокодоходных группах, где значительное число женщин с высшим образованием, уровень рождаемости значительно ниже. Однако принципиально важно, что эти женщины испытывают острую неудовлетворенность тем, что у них мало детей.

Вывод состоит в том, что нельзя уповать лишь на материальные меры стимулирования роста рождаемости. Среди реально влияющих факторов не менее важную роль играют социальные, порой никак не связанные с ростом достатка. Это прежде всего – начавшаяся трансформация семейных отношений, уровень образования, установки и ценности, традиции и пр.

В частности, изменения в семейных отношениях и начало перехода от традиционного института официального брака к партнерскому союзу, характерному для многих стран Западной Европы, наблюдается и в России. Такой переход не случаен, а отражает долговременные тенденции. Если семейная политика будет ориентироваться лишь на официально зарегистрированные браки, то из сферы ее воздействия выпадут значительные группы населения, обладающие потенциалом роста рождаемости. Особенно это опасно в отношении молодежи, которая чаще предпочитает браку неформальный партнерский союз.

Сегодня высшее и среднее профессиональное образование стало массовым. Женщины этих образовательных групп составляют значительный сегмент на российском рынке труда. Самые образованные женщины представляют и наиболее обеспеченные доходные группы населения. Проблема, которая встает перед ними, состоит не столько в материальных факторах, сколько в шансах разрешить конфликт между занятостью на рынке труда и воспитанием детей. Проблема многократно обостряется, если речь идет о втором и третьем ребенке. А это уже принципиально иные вызовы социальной политике, нежели размер пособия.

В первую очередь это вызов трудовому законодательству. Оно должно не бороться, а способствовать развитию нетрадиционных форм занятости – неполной, сезонной, даже дистанционной. Сегодняшний Трудовой кодекс недружественен этим формам. Он по-прежнему ориентирован на работника, стоящего у конвейера полный рабочий день.

Второй вызов – это рынок социальных услуг по уходу за детьми. Он не сводится к количеству детских садов. Этот рынок должен быть значительно более диверсифицированным. У современной матери, особенно с высоким уровнем образования и относительно высокой обеспеченностью, требования к качеству и набору таких услуг гораздо выше. Это принципиально новый и широкий круг как институциональных (развивающие центры, кружки, группы и пр.), так и частных услуг (няни, беби-ситтеры, гувернеры и пр.). Сегодня этот рынок практически не развит, а если существует, то в серо-теневом секторе.

Если рост рождаемости не будет сопровождаться изменениями в трудовых отношениях, внедрением гибких форм занятости для женщин, развитием рынка социальных услуг по воспитанию и образованию детей, то либо потенциал рождаемости у этих групп не будет реализован, либо женщины значительно сократят свое участие в трудовой деятельности, что будет усугублять негативные тенденции на российском рынке труда в свете дефицита трудовых ресурсов. Решая одну демографическую проблему, можно серьезно усугубить другую.

Кто поможет Максиму?

(«Парламентская газета» 16.11.2006)

Публикация в «Парламент­ской газете» стала причи­ной запроса Совета Феде­рации министру здравоохранения и социального развития Михаилу Зурабову по поводу мальчика, ко­торый нуждается в дорогостоя­щей операции.

Поэтому сенаторы решили обра­тить внимание министра на необхо­димость направления детей, страда­ющих онкологическими заболевани­ями, заболеваниями крови, цереб­ральным параличом и иными забо­леваниями, в специализированные медицинские учреждения, а также об оплате их лечения и операций.

Глава Комитета Совета Федера­ции по вопросам местного самоуп­равления Леонид Рокецкий заметил, что тема, поднятая в нашей газете, чрезвычайно важна, однако, как за­метил сенатор, жаль, что премьер-министр Михаил Фрадков не знает о плохой работе Министерства здра­воохранения и социального разви­тия. Парламентария возмутил факт, что не действует законодательство, которое призвано обеспечить здоро­вье детей. Он высказал предложе­ние уточнить законодательный акт, предусматривающий га­рантии для сохранения детского здоровья.

заявил, что в этом вопросе палата будет вес­ти работу по мониторин­гу действующего законо­дательства, при этом он заметил, что сегодня в рамках нацпроекта «Здоровье» уже строятся высокотехнологические медицинские центры.

Впрочем, обещания усилить мониторинг действующего законода­тельства не убедили се­наторов. Так, первый заместитель председателя Комитета Совета Фе­дерации по конституционному зако­нодательству Валерий Федоров за­метил, что вопрос чрезвычайно гло­бальный и нужно его донести до Председателя Правительства, пере­адресовав ему запрос. Главу Комиссии Совета Федерации по информа­ционной политике Людмилу Нару­сову возмутил сам факт существования квоты на лечение де­тей. «Кто может устанавливать та­кие квоты? возмутилась сена­тор. — Это значит, одни дети до­стойны лечения, а другие нет?»

Виктор Шудегов согласился с коллегой, признав, что такие кво­ты действительно разосланы по всем регионам.

Председатель палаты Сергей Миронов поддержал членов Совета Федерации, предложивших переад­ресовать вопрос к Правительству в целом, поскольку проблема эта, по его словам, архиважная. При этом член Комитета Совета Фе­дерации по правовым и судебным вопросам Андрей Вавилов заявил, что сегодня Россия создает фонд бу­дущих поколений, данный случай как раз относится к будущему стра­ны и вполне можно расходовать деньги фонда на эти средства.

В результате Сергей Миронов предложил принять документ за ос­нову и после его доработки переад­ресовать Михаилу Фрадкову. В текст также будет внесена поправ­ка о недопустимости существования квот на лечение детей.

ОБЩАЯ СОЦИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА

"Серые" зарплаты - мина замедленного действия

(«Известия» 16.11.2006)

 Богдан ВОВЧЕН

На встрече с руководством российских профсоюзов президент Владимир Путин в очередной раз призвал активнее бороться с "серыми" зарплатами. Борьба эта нелегкая, так как далеко не любая компания может себе позволить платить полноценные "белые" зарплаты и при этом не разориться. В то же время сотрудники, получающие "конверты", оказываются социально незащищенными. Что заставляет работодателей платить "серую" зарплату и чем это грозит сотрудникам компаний, попытались разобраться "Известия".

Доля "теневой" заработной платы по России достигает 44%. Президент назвал эту ситуацию "миной замедленного действия". Главная причина того, почему работодатели хотят платить заработную плату в "конвертах", - единый социальный налог (ЕСН). В России он составляет 26% размера зарплаты. То есть, заплатив рубль сотруднику, работодатель должен выплатить еще 26 копеек государству. Да и сам сотрудник со своего рубля отдает 13% подоходного налога. Итого 39 копеек налогов на 87 копеек чистого дохода. Почти половина.

ЕСН распределяется по трем внебюджетным фондам - пенсионному, медицинского страхования и социального страхования. Интересно, что такой размер налога был не всегда. Еще два года назад он составлял 35.6%, но власти пошли навстречу работодателям и уменьшили ставку. Казалось бы, зарплаты должны были вмиг "обелиться". Однако это привело лишь к снижению поступлений во внебюджетные фонды. Получилось так, что ЕСН снизили за счет уменьшения нагрузки на крупный бизнес - чем больше фонд зарплаты, тем меньше налог. В итоге крупные компании пошли по пути "обеления" зарплат, а вот средние и малые предприятия так и остались "в тени".

Сотрудники, получающие зарплаты в "конвертах", считают, что тоже остаются в выигрыше от финансовых схем начальства. Мол, компания не платит ЕСН в полном объеме, а я не трачусь на оплату подоходного налога. На самом деле работники зачастую не понимают, что от "серости" больше минусов, чем плюсов. Самый жирный минус заключается в том, что от выплаты в "конвертах" в первую очередь страдает будущая пенсия сотрудника. Именно из поступлений в Пенсионный фонд России (ПФР) формируются базовая и страховая части пенсии. Соответственно, чем ниже официальная зарплата, тем меньше размер пенсионных накоплений. "Теневые" выплаты доходов влекут за собой и социальную незащищенность. Из ЕСН финансируются также многие виды бесплатной медицинской помощи, оплата больничных листов (пособия по временной нетрудоспособности, пособия по уходу за ребенком), пособия по беременности и родам, пособия по безработице и другие виды социального обеспечения.

Решить проблему "теневых" зарплат каждый предлагает по-своему. Например, налоговики в этом году усиленно общались с руководителями тех предприятий, на которых официальная зарплата ниже прожиточного минимума в регионе. В ФНС так воодушевились положительными результатами, что в следующем году планируют приглашать "на чай" тех, у кого доходы сотрудников ниже отраслевого уровня. Сами бизнесмены считают, что такие методы не помогут увеличить сборы. "Корень зла" будет вырван при условии снижения ЕСН до 15% от фонда оплаты труда для предприятий среднего и малого бизнеса. Иначе большинство небольших компаний не сможет пересечь порог рентабельности, выплачивая "белую" зарплату.

Из пенсионных фондов выживет

меньшая половина

(«Коммерсант» 16.11.2006)

АЛЕКСЕЙ ЛАМПСИ

Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР) приостановила действие лицензий у 20 негосударственных пенсионных фондов. Это самая масштабная чистка на пенсионном рынке за последние несколько лет. Участники рынка уверены, что столь жесткие санкции ФСФР это лишь начало еще более серьезного сокращения численности частных пенсионных фондов. Если замыслы чиновников будут реализованы, на рынке останется меньше половины из ныне действующих фондов.

Вчера ФСФР опубликовала на своем официальном сайте решение о приостановлении действия лицензий 20 НПФ. По словам руководителя управления контроля над коллективными инвестициями ФСФР Александра Бескровного, "фонды, к которым применены санкции, являются 'мертвыми', они уже второй год не предоставляют никакой отчетности". "Со стороны этих фондов имело место грубое нарушение лицензионных требований, установленных правительственным постановлением от 01.01.01 года",– констатируют в ФСФР. По словам господина Бескровного, провинившиеся НПФ заслуживали еще более жесткого наказания и ФСФР не смогла отозвать у них лицензии из-за нехватки собственных полномочий.

"Мы не вправе отзывать лицензии у НПФ, пока это прерогатива судебных инстанций",– заявили Ъ в ФСФР. Однако если фонды не исправят нарушения в течение 20 дней, ФСФР намерена потребовать отзыва их лицензий в судебном порядке.

Согласно приказу ФСФР, лицензии приостановлены у НПФ "Микомс+", Городской фонд пенсионного обеспечения, "Весна", Столичный фонд пенсионного обеспечения, "Полярный", "Достоинство", Покровитель", "Гарантия будущего", Защита", "Окский", "Регион-пенфо", "Связист", Первый республиканский НПФ, "Союзный", "Крона", Инвестиционно-сберегательный ПФ, "Партнер", "Профессиональный пенсионный альянс", "Пенсионные сбережения", Мордовский НПФ, "Урал", Первый пенсионный фонд Ингушетии, "Инвест-сбережение".

Участники пенсионного рынка уверяют, что наказанные фонды давно не ведут никакой деятельности и, по сути, являются мертвыми. "НПФ – игрушка дорогая,– отмечает глава НПФ Сбербанка .– Эти фонды не справились с новыми лицензионными требованиями и не сумели выжить. Влияния на рынок они не оказывали никакого, только портили статистику". "Для действующего НПФ задержка в предоставлении отчетности на десять дней уже ЧП, а тут два года,– говорит президент Профессионального независимого НПФ Анатолий Берг.– Жаль, что несостоятельность и неаккуратность наших коллег бросает тень на весь рынок".

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4