Дело «Асхабова против России» (стр. 2 )

2. 26 января, 28 февраля и 9 марта 2010 года командиром батальона был получен запрос на предоставление следствию фотографий его служащих в возрасте от 35 до 40 лет для последующего предъявления на опознание; однако, по состоянию на данный момент, никаких ответов получено не было...»

81. 12 марта 2010 года следователи допросили А. У., заместителя начальника отдела уголовного розыска Шалинского РОВД, который подтвердил, что после похищения у него состоялся телефонный разговор с , и что в разговоре он упомянул, что Абдул-Язит является братом лидера незаконного вооруженного формирования Ю. Асхабова, который был уничтожен в мае 2009 года РОВД, однако Абдул-Язита их сотрудники не задерживали и не содержали под стражей.

82. 16 марта 2010 года следователи допросили M. Б., начальника отдела уголовного розыска Шалинского РОВД, который подтвердил, что в начале августа 2009 года он дал указания сотруднику A. K. посетить дом заявителя и проверить, все ли братья Асхабовы были дома. Данная проверка была обусловлена тем, что их брат, Ю. Асхабов, являлся лидером незаконного вооруженного формирования, которое принимали участие в террористической деятельности и, следовательно, его братья также могли стать членами незаконных формирований. Ранее несколько раз свидетель давал аналогичные указания другим сотрудникам.

83. 19 марта 2010 года расследование уголовного дела было приостановлено ввиду невозможности установить личности преступников. Заявитель была уведомлена об этом решении.

84. 27 марта 2010 года ОРБ-2 сообщило следователям, что установить личности владельцев номеров мобильных телефонов, с которых осуществлялись и принималась звонки в ночь похищения, не представляется возможным.

85. 31 марта 2010 года надзирающий прокурор подверг критике действия следователей по приостановлению производства по уголовному делу и дал указания возобновить его. В частности, прокурор заявил, что следователи не предприняли важные шаги:

“... из показаний свидетеля Т. А., следует, что спустя десять дней после похищения Абдул-Язита Асхабова неустановленные военнослужащие из правоохранительных органов прибыли в их дом и что она узнала одного из них, поскольку ранее она видела его у ворот 8-ого подразделения милицейского батальона им. А. Кадырова. 2. Тем не менее, во время допроса следователь не прояснил обстоятельств, при которых она видела этого человека; когда и с какой целью он приехал в их дом; что он делал у ворот 8-ого подразделения (находился ли он на дежурстве у входа на базу или хотел войти в нее; был ли он одет в служебную форму или гражданскую одежду). Кроме того, во время допроса следователь не предоставил полного анатомического описания этого человека (его лица в целом, лба, бровей, глаз, рта, губ и т. д.), на основании которого было бы возможно создать его портрет для дальнейшего установления личности в районных отделах внутренних дел. Никаких мер для установления личности данного лица принято не было...

... Следователь направил запросы о предоставлении фотографий военнослужащим подразделения... Однако ответов не последовало. Кроме того, в нарушение статьи 183 Уголовно-процессуального кодекса, фотографии сотрудников милицейского подразделения не были получены в отделе кадров отделения и не было предъявлены свидетелю T. A. для опознания личности.

...

... Следователь не запросил у управления ГИБДД информацию, касающуюся всех автомобилей «Мерседес» с регистрационными номерами A511; также были установлены личности и были допрошены не все владельцы автомобилей с такими знаками.

Начальник отдела уголовного розыска Шалинского РОВД, который был допрошен следователем в качестве свидетеля, заявил, что он отдал приказ сотруднику A. K. проверить, все ли братья Асхабовы были дома, поскольку они были связаны с членом незаконных вооруженных формирований Ю. А., и были опасения, что они, возможно, также стали членами незаконных вооруженных формирований. Кроме того, ранее он уже отдавал распоряжения сотрудникам оперативно-розыскного бюро о проверке местонахождения братьев Асхабовых. Однако следователю не удалось выяснить, почему сотрудники Шалинского РОВД, имея информацию о братьях Асхабовым, которые могли принадлежать к незаконным вооруженным формированиям, не задержали их 4 августа 2009 года при посещении их дома...»

86. Во исполнение распоряжений прокурора, 5 апреля 2010 года расследование было возобновлено. Заявитель была уведомлена об этом решении.

87. 5 апреля 2010 года следователи удовлетворили ходатайство заявителя о представлении ее интересов по уголовному делу пятью адвокатами по правам человека.

88. 7 апреля 2010 года следователи вновь допросили родственницу заявителя Т. А., которая подтвердила, что примерно 22 августа 2009 года группа вооруженных людей в камуфляжной форме прибыла в их дом; прибывшие представились сотрудниками правоохранительных органов. Они не предъявили никаких документов, удостоверяющих личность, и не разъяснили, из какого они отдела внутренних дел. Она также подтвердила свои предыдущие показания о том, что узнала одного из мужчин и снова дала физическое описание этого человека, заявив, что она сможет опознать его и по фотографии. Она пояснила, что до посещения сотрудниками их дома, она видела его у ворот милицейского батальона им. А. Кадырова на улице Ивановской в городе Шали, на нем была та же камуфляжная военная форма.

89. 7 апреля 2010 года следователи вновь допросили дочь заявителя, А. А., которая подтвердила свои предыдущие заявления.

90. 15 апреля 2010 года следователи вновь допросили сотрудника Р К., который заявил, что у него не было никакой информации о похищении, и что, по его сведениям, в Р использовались автомашины марки «Лада Приора» или «Мерседес», или автомашины с регистрационными номерами, содержащими знаки A511.

91. 16 апреля 2010 года следователи допросили сына заявителя Дж. А., показания которого относительно похищения была схожи с показаниями заявителя.

92. 27 апреля 2010 года следователи снова допросили сотрудника Р К. Он подтвердил, что по указанию своего руководителя, начальника отдела уголовного розыска Шалинского РОВД, сотрудника М. Б., он прибыл в дом заявителя 4 августа 2009 года с целью проверки того, все ли братья Асхабовы были дома. По словам свидетеля, он не был осведомлен о причинах для получения этой информации, и заявил, что отправился туда на своем личном автомобиле «Лада Приора».

93. 27 апреля 2010 года следователи допросили сотрудника Х.-A. С., начальника Шалинского РОВД, который заявил, что не располагает информацией о похищении.

94. 28 апреля 2010 года следователи вновь допросили начальника отдела уголовного розыска Шалинского РОВД, М. Б., который подтвердил, что давал поручения сотруднику A. K. посетить дом заявителя в качестве «меры предосторожности».

95. 29 апреля 2010 года следователи допросили М.-Э. А., который заявил, что 3 февраля 2010 года он купил автомобиль марки «Мерседес» у неизвестного мужчины в Урус-Мартане на автомобильном рынке и что в тот же день он зарегистрировал автомобиль в органах, автомобилю был присвоен регистрационный номер A511 EK 95.

96. 5 мая 2010 года следователи потребовали, чтобы Министерство внутренних дел Республики Татарстан («МВД») допросило сотрудника И. К., который работал там в то время, относительно следующего:

“... кто дал ему указания ехать в дом Асхабовых и с какой целью?

- на каком транспортном средстве он поехал туда, производитель, регистрационный номер, цвет и т. д.?

- с кем он туда отправился?

- с кем он разговаривал во дворе Асхабовых и о чем?

- кому он сообщил о своем посещении дома Асхабовых по возвращении в Шалинское РОВД? Составил ли он письменный отчет или протокол о результатах?

- когда и при каких обстоятельствах он узнал о похищении?»

Согласно запросу сотрудник был допрошен 1 июня 2010 года (см. пункт 101 ниже).

97. 5 мая 2010 года следователи подали жалобу в Шалинскую районную прокуратуру о том, что Шалинское Р оказывало содействия в проведении необходимых мер для разрешения дела о похищении сына заявителя. В частности, они утверждали следующее:

“... с момента совершения преступления прошел год, однако, сотрудники оперативно-розыскного бюро Шалинского Р установили личностей подозреваемых по уголовному делу; этот факт показывает, что сотрудники отдела уголовного розыска Шалинского Р приняли необходимых мер для раскрытия преступления...

В связи с этим просим... рассмотреть материалы оперативно-розыскного отдела по уголовному делу № 72028 [хранящиеся в Шалинском РОВД] и принять, в случае необходимости, меры в рамках прокурорского надзора [по исправлению ситуации] ...»

Данный запрос остался без ответа.

98. В тот же день 5 мая 2010 года расследование уголовного дела было вновь приостановлено ввиду невозможности установить личности преступников. Тем не менее, после этого следователи приняли ряд мер (см. ниже).

99. 11 мая 2010 года следователь по уголовному делу написал письмо министру внутренних дел о том, что 9 апреля 2010 года он ездил в отдел кадров милицейского батальона им. А. Кадырова для получения фотографий сотрудников батальона с целью опознания их личностей Т. А., но ему не дали войти. Следователь просил предоставить ему доступ в помещения с целью получения фотографий. Данный запрос остался без ответа.

100. 18 и 22 мая 2010 года Шалинское Р следователям, что они принимают оперативно-розыскные мероприятия для установления личностей владельцев номеров мобильных телефонов, с которых осуществлялись и принимались звонки и сообщения в ночь похищения (см. пункт 74 выше).

101. 1 июня 2010 года по просьбе следователей с этой целью был допрошен сотрудник И. К. (см. пункт 96 выше). Он подтвердил, что ездил в дом заявителя 4 августа 2009 года с целью проверки того, все ли братья Асхабовы находятся дома. Он также заявил, что он разъяснил мужу заявителя, что не принимал участие в похищении его сына.

102. 15 июля 2010 года следователи запросили у управления ГИБДД по Чеченской Республике информацию обо всех автомобилях марки «Мерседес» с регистрационными номерами, содержащими знаки A511.

103. 17 августа 2010 года начальник Следственного управления по Чеченской Республике написал письмо министру внутренних дел Чеченской Республики, указав, среди прочего, следующее:

“... второй отдел Следственного управления проводит расследование уголовных дел, возбужденных в связи с похищениями жителей Чеченской Республики...

В ходе расследования данных уголовных дел, возбужденных в период между 2009 и 2010 годами, следователи отдела неоднократно направляли запросы об оказании содействия в проведении оперативно-розыскных мероприятий, а также запросы о предоставлении информации о военнослужащих Министерства внутренних дел, которые принимали участие в спецоперациях или являлись свидетелями событий и участие которых было необходимо для хода расследования по уголовным делам.

Тем не менее, военнослужащие Министерства внутренних дел Чеченской Республики проводили оперативно-розыскные мероприятия ненадлежащим образом, а запросы следователей об оказании содействия и о предоставлении информации выполняются с опозданием и не в полном объеме; предоставляемые ответы носят, в основном, формальный характер и не содержат запрашиваемой информации.

Например, ... по уголовному делу № 72028, возбужденному в связи с похищением А. Асхабова, .... необходимо установить личности военнослужащих милицейского батальона им. А. Кадырова в возрасте от 35 до 45 лет.

9 марта и 5 мая 2010 года следователь направил запрос в... батальон о предоставлении фотографии военнослужащих; тем не менее, ответов на запросы получено не было.

11 мая 2010 года письмо о нарушениях части 4 статьи 21 Уголовно-процессуального кодекса со стороны командиров батальона было направлено на ваш адрес временно исполняющим обязанности начальника следственного отдела; тем не менее, никакой реакции со стороны Министерства внутренних дел не последовало...

... В связи с вышеизложенным прошу Вас... принять все возможные меры для обеспечения того, чтобы запросы об оказании содействия в данных уголовных делах были рассмотрены вашими подчиненными должным образом и в рамках сроков, установленных законом...»

104. 30 августа 2010 года надзирающий прокурор вновь подверг критике действия следователей по незаконному приостановлению расследования и дал указания по его возобновлению. Он отметил, что ранее данные им указания не были исполнены, и заявил, что следствие должно проверить, «... было ли похищение Абдул-Язита Асхабова совершено родственниками сотрудников правоохранительных органов, погибших в результате действий его [покойных] братьев Д. А. и Ю. А.». В тот же день следствие было возобновлено.

105. В период между 9 и 20 сентября 2010 года следователи направили просьбу в Шалинское Р оказании им содействия в принятии оперативно-розыскных мероприятий, направленных на рассмотрение дела о похищении сына заявителя. Ответа они не получили.

106. В период между сентябрем 2009 года и сентябрем 2010 года следователи рассылали запросы в различные районные следственные отделы, различные отделения внутренних дел по Чеченской Республике, следственные изоляторы и больницы Северного Кавказа и близлежащих регионов юга России с целью получения информации о том, обнаруживали ли или находилось ли у них тело Абдул-Язита Асхабова, возбуждали ли они уголовное дело в отношении него, а также производилось ли их сотрудниками задержание этого человека или удерживался ли он у них под стражей. Все полученные ответы были отрицательными.

107. В неустановленный день в ноябре 2010 года следствие по уголовному делу было возобновлено.

108. 23 ноября 2010 года следователи получили в распоряжение в отделе кадров милицейского батальона им. А. Кадырова девять фотографий сотрудников правоохранительных органов в возрасте между 35 и 40 годами.

109. 24 ноября 2010 года следователи вновь допросили сотрудника Р К., который подтвердил свои предыдущие показания. Копия данных показаний не была представлена в Суд.

110. 1 декабря 2010 года следователи провели очную ставку свидетелей между заявителем и сотрудником Шалинского Р К. Последний подтвердил, что 4 августа 2009 года он прибыл в дом заявителя вместе с другими сотрудниками выяснить, кто из трех братьев Асхабовых является Абдул-Язитом. Установив личность Абдул-Язита, он уехал. Копия данных показаний не была представлена в Суд.

111. 30 декабря 2010 года расследование уголовного дела было вновь приостановлено ввиду невозможности установить личности преступников.

112. 1 февраля 2011 года надзирающий прокурор вновь подверг критике действия следователей по приостановлению расследования и дал указания по возобновлению расследования и принятию ряда необходимых мер. В тот же день расследование было возобновлено.

113. 6 февраля 2011 года следователи показали Т. А. девять фотографии сотрудников правоохранительных органов для установления личности. Она никого не узнала на фотографиях.

114. Еще несколько раз, а именно 1 марта, 5 апреля, 13 августа 2011 года и 20 января 2012 года расследование уголовного дела приостанавливалось в связи с неустановлением личностей похитителей.

115. 5 марта, 7 мая, 2 декабря 2011 года и 31 мая 2012 года надзирающий прокурор подверг критике действия следователей по приостановлению расследования и дал указания о его возобновлении и о выполнении ранее данных указаний.

116. Расследование вновь было приостановлено 19 июля 2012 года. Тем не менее, 24 июля 2012 года следователи изучили журнал учета задержанных Шалинского РОВД. Соответствующей информации получено не было.

117. Власти утверждали, что, хотя местонахождение Абдул-Язита Асхабова не была установлено, расследование все еще продолжается.

118. В ответ на запрос Суда Власти предоставили бóльшую часть материалов уголовного дела № 72028, составлявших 767 страниц.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

119. Краткий обзор применимого национального законодательства смотрите в постановлении Европейского Суда от 10 мая 2007 года по делу «Ахмадова и Садулаева против России» (Akhmadova and Sadulayeva v. Russia), жалоба № 40464/02, пункты 67-69; соответствующие отчеты и заявления национальных властей смотрите в постановлении Европейского Суда от 18 декабря 2012 года по делу «Аслаханова и другие против России» (Aslakhanova and Others v. Russia), жалобы №№ 000/06, 8300/07, 50184/07, 332/08 и 42509/10, пункты 80-84).

ПРАВО

I. ИСЧЕРПАНИЕ ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВ ПРАВОВОЙ ЗАЩИТЫ

А. Доводы сторон

120. Власти утверждали, что жалоба должна быть признана неприемлемой, поскольку была преждевременной и расследование по факту исчезновения Абдул-Язита Асхабова еще не завершено. Кроме того, в связи с жалобой на основании статьи 13 Конвенции, Власти утверждали, что заявитель могла подать жалобы относительно любых действий или бездействия органов следствия. Она могла также потребовать возмещения убытков в гражданском порядке.

121. Заявитель не согласилась с замечанием Властей, заявив, что единственное эффективное средство правовой защиты, расследование уголовного дела, оказалось неэффективным. Что касается возможности обжалования в суды действий или бездействия следователей, заявитель утверждала, что эффективность расследования не должна зависеть от мер, предпринимаемых ей для указания на недостатки следствия; власти должны были принять все возможные меры по своей собственной инициативе.

Б. Оценка Суда

122. Суд рассмотрит доводы сторон в свете положений Конвенции и соответствующей практики Суда (см. их обобщенное изложение в постановлении Европейского Суда от 12 октября 2006 года по делу «Эстамиров и другие против России» (Estamirov and Others v. Russia), жалоба № 60272/00, пункты 73-74).

123. Суд отмечает, что российская правовая система предусматривает, в целом, два пути обращения за помощью для жертв незаконных и преступных действий государства или его представителей, а именно гражданские и уголовные средства правовой защиты.

124. Что касается гражданского иска с целью получения компенсации ущерба, нанесенного предполагаемыми незаконными действиями или незаконным поведением представителей государства, Суд уже постановил в ряде подобных дел, что данная процедура сама по себе не может считаться эффективным средством правовой защиты в контексте жалоб, поданных на основании статьи 2 Конвенции (см. постановление Европейского Суда от 24 февраля 2005 года по делу «Хашиев и Акаева против Российской Федерации» (Khashiyev and Akayeva v. Russia), жалобы №№ 000/00 и 57945/00, пункты 119-21). В свете вышесказанного, Европейский Суд подтверждает, что заявитель не была обязана прибегать к гражданским средствам правовой защиты. Таким образом, возражение Властей в этом отношении отклоняется.

125. Что касается уголовных средств правовой защиты, предусмотренных в законодательстве РФ, Европейский Суд отмечает, что заявитель подала жалобу в правоохранительные органы после похищения Абдула-Язита Асхабова и что расследование ведется с 19 августа 2009 года; в рамках этого периода разбирательство по делу несколько раз приостанавливалось и возобновлялось. Заявитель и Власти разошлись в своей оценке эффективности расследования.

126. Суд считает, что возражение Властей затрагивает вопросы эффективности расследования, которые тесно связаны с существом жалоб заявителя. Таким образом, Суд принимает решение исследовать данное возражение при рассмотрении существа жалобы и считает, что этот вопрос должен быть рассмотрен ниже.

II. ОЦЕНКА ДОКАЗАТЕЛЬСТВ СУДОМ И УСТАНОВЛЕНИЕ ФАКТОВ

А. Доводы сторон

127. Заявитель утверждала, что тот факт, что представители государства забрали Абдул-Язита Асхабова, а затем убили его, был вне разумных сомнений. В поддержку своей жалобы она ссылалась на следующие факты. Похитители приехали к дому на конкретном типе гражданских транспортных средств, которые использовались Шалинским РОВД; похитители беспрепятственно проехали через военный контрольно-пропускной пункт, расположенный неподалеку; сотрудники правоохранительных органов препятствовали расследованию уголовного дела, поскольку были причастны к похищению; и сотрудники правоохранительных органов подозревали Абдул-Язита Асхабова в причастности к незаконным вооруженным формированиям и, следовательно, имели основания для его задержания. Последующее посещение военнослужащими дома заявителя, связанное с обнаружением места укрытия, подтвердило, что ее сын был задержан правоохранительными органами. Этот факт также подтверждается тем, что один из подозреваемых был замечен на территории милицейского батальона в Шали. Заявитель утверждала, что она предоставила достаточные доказательства того, что ее сын был похищен представителями государства и что существенные факты, лежащие в основе ее жалобы, не были оспорены Властями. Она подчеркнула, что ее сын исчез при представляющих угрозу жизни обстоятельствах, что он считался пропавшим без вести в течение длительного периода времени, и что, следовательно, он должен быть признан умершим.

128. Заявитель также утверждала, что расследование похищения было неэффективным. В частности, она утверждала, что следователи либо не приняли ряд важнейших следственных шагов либо данные шаги были приняты со значительными недостатками. Например, следователи не изучили место преступления с криминалистами и другими экспертами. Вследствие чего такие доказательства, как отпечатки пальцев похитителей и следы их сапог, а также следы от шин транспортных средств, были утрачены. Свидетели событий были допрошены спустя длительный период времени и в поверхностной форме. Несмотря на то, что следователи получили информацию о личности одного из похитителей, они не провели должным образом процедуру опознания. Заявитель указала, что местные правоохранительные органы не сотрудничали со следствием в связи с их причастностью к похищению. Учитывая, что следователи не могли активно проводить расследование без содействия правоохранительных органов, расследование не было достаточно независимым.

129. Власти утверждали, что национальные органы следствия не получили никаких доказательств того, что Абдул-Язит Асхабов мертв, или что к его похищению был причастен кто-либо из представителей государства. Власти также заявили, что расследование инцидента соответствовало требованиям Конвенции об эффективности, так как были предусмотрены все возможные меры для раскрытия преступления, предусмотренные в национальном праве.

Б. Оценка фактов Судом

130. Суд напоминает, что в его прецедентной практике выработан ряд принципов, применимых в ситуациях, когда Суд сталкивается с задачей установления фактов, относительно которых стороны расходятся во мнениях. Что касается оспариваемых фактов, Суд напоминает о своей практике, требующей, чтобы при оценке доказательств применялся стандарт доказывания «вне всяких разумных сомнений» (см. постановление Европейского Суда по делу «Авшар против Турции» (Avşar v. Turkey), жалоба № 25657/94, пункт 282, ECHR 2001-VII). Доказательство, отвечающее указанному принципу, может вытекать из одновременного наличия двух и более достаточно обоснованных, очевидных и согласующихся выводов и заключений или схожих неопровергнутых фактических презумпций. В этой связи необходимо принимать во внимание поведение сторон при получении доказательств (см. постановление Европейского Суда по делу «Таниш и другие против Турции» (Taniş and Others v. Turkey), жалоба № 65899/01, пункт 160, ECHR 2005-VIII).

131. Суд очень ответственно подходит к субсидиарному характеру своих функций и признает, что он должен быть осторожен, принимая на себя роль суда первой инстанции, устанавливающего факты, в тех случаях, когда это не представляется неизбежным с учетом обстоятельств конкретного дела (см., к примеру, решение Европейского Суда от 4 апреля 2000 года по вопросу приемлемости жалобы № 28883/95 «Маккерр против Соединенного Королевства» (McKerr v. the United Kingdom)). Тем не менее, если имеют место утверждения о нарушении положений статей 2 и 3 Конвенции, Суд должен осуществлять особенно тщательное исследование всех обстоятельств (см., mutatis mutandis, постановление Европейского Суда от 4 декабря 1995 года по делу «Рибич против Австрии» (Ribitsch v. Austria), пункт 32, Series A № 336, и вышеуказанное постановление Европейского Суда по делу «Авшар против Турции», пункт 283), даже если уже состоялось разбирательство по делу на национальном уровне, и было проведено внутригосударственное расследование.

132. Период времени, прошедший после исчезновения человека, хотя и не решающий сам по себе, является важным фактором, который должен быть принят во внимание. Следует признать, что чем больше времени проходит в отсутствие каких-либо сведений об исчезнувшем лице, тем больше вероятность того, что он или она мертв(а). Следовательно, течение времени может в некоторой степени влиять на значимость других элементов косвенных доказательств до того, как можно будет сделать вывод о том, что соответствующее лицо можно считать мертвым. Такое толкование соответствует требованию эффективной защиты права на жизнь, предусмотренному статьей 2 (см., среди других прецедентов, вышеуказанное постановление Европейского Суда по делу «Тимурташ против Турции», пункт 83).

133. Суд напоминает, что если заявитель предоставляет достаточные доказательства для возбуждения судебного дела, Власти обязаны предоставить удовлетворительное и убедительное объяснение того, как произошли рассматриваемые события. Таким образом, бремя доказывания переходит на Власти, и если Власти выдвинут ненадлежащие доводы, возникнут вопросы о возможных нарушениях положений статьи 2 и (или) статьи 3 Конвенции (см. постановление Европейского Суда от 31 мая 2005 года по делу «Тоджу против Турции» (Toğcu v. Turkey), жалоба № 27601/95, пункт 95, и постановление Европейского Суда по делу «Аккум и другие против Турции» (Akkum and Others v. Turkey), жалоба № 21894/93, пункт 211, ECHR 2005-II).

134. Суд отмечает, что в ответ на его запрос о предоставлении копий материалов уголовного дела о похищении Абдул-Язита Асхабова Власти представили наиболее значительную часть материалов.

135. В связи с замечанием сторон, задача Суда заключается в том, чтобы решить, могут ли обстоятельства дела оправдать вывод о том, что представители государства несут ответственность за похищение сына заявителя. Суд отмечает, что, хотя на момент рассматриваемых событий и не было установлено комендантского часа и похитители подъехали к дому заявителя на гражданских транспортных средствах — в отличие от многих других дел, касающихся похищения представителями государства в том же районе за несколько лет до рассматриваемых событий (см., например, постановления Европейского Суда по делам «Гириева и другие против России» (Giriyeva and Others v. Russia), от 21 июня 2011 года, жалоба № 17879/08; «Косумова и другие против России» (Kosumova and Others v. Russia), от 7 июня 2011 года, жалоба № 27441/07; «Малика Алихаджиева против России» (Malika Alikhadzhiyeva v. Russia), от 24 мая 2011 года, жалоба № 37193/08; «Матаева и Дадаева против России» (Matayeva and Dadayeva v. Russia), от 19 апреля 2011 года, жалоба № 49076/06; «Насухановы против России» (Nasukhanovy v. Russia), от 10 февраля 2011 года, жалоба № 1572/07) — находящиеся в его распоряжении материалы подтверждают справедливость утверждения заявителя по следующим причинам. Во-первых, похитители прибыли на нескольких транспортных средствах, действовали как организованная группа и смогли свободно проехать через военный контрольно-пропускной пункт. Во-вторых, военнослужащие, побывавшие в доме заявителя, спустя несколько дней после похищения узнали о расположение места укрытия, о котором было известно только заявителю и ее сыну Абдул-Язиту Асхабову. Кроме того, следователи не приняли никаких серьезных мер для проверки возможных других мотивов похищения, например, кровная месть, выкуп, наркотики или вражда. Не было предпринято никаких серьезных шагов с целью проверки этой гипотезы, и не было получено никакой информации о том, что похитителями могли быть кто-то иной, не представители государства (см., для сравнения, постановление Европейского Суда от 10 января 2008 года по делу «Зубайраев против России» (Zubayrayev v. Russia), жалоба № 67797/01, пункт 81). Наконец, нежелание правоохранительных органов принимать активное участие в расследовании данного дела, наряду с соответствующими утверждениями заявителя о том, что сотрудники правоохранительных органов были причастны к инциденту, дает Суду основания заключить, что заявитель имела в наличии достаточные доказательства похищения ее сына представителями государства. Утверждение Властей о том, что следователи не нашли доказательств причастности сотрудников правоохранительных органов к исчезновению Абдул-Язита Асхабова, является недостаточным для того, чтобы снять с них вышеупомянутое бремя доказывания. Изучив документы, представленные сторонами, и с учетом непредоставления Властями иных убедительных объяснений рассматриваемых событий, Суд считает, что задержание Абдул-Язита Асхабова 5 августа 2009 года было осуществлено представителями государства.

136. С момента задержания достоверных известий об Абдул-Язите Асхабове не имелось. Власти не предоставили никаких объяснений тому, что случилось с ним после задержания.

137. Суд заключает, что если лицо подлежит задержанию неустановленными сотрудниками правоохранительных органов, а впоследствии факт задержания не признается, при этом человек отсутствует уже в течение нескольких лет, данную ситуацию можно рассматривать как угрожающую жизни. Отсутствие Абдул-Язита Асхабова либо каких-либо вестей о нем в течение почти четырех лет говорит в поддержку этого предположения.

138. Соответственно, Европейский Суд полагает, что имеющиеся доказательства позволяют установить относительно необходимых стандартов доказывания, что Абдул-Язит Асхабов должен быть признан умершим после его неподтвержденного задержания представителями государства.

III. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 2 КОНВЕНЦИИ

139. Заявитель жаловалась в соответствии со статьей 2 Конвенции на то, что ее сына Абдул-Язита Асхабова похители, а впоследствии лишили жизни представители государства, и что национальные власти не провели эффективного расследования по данному факту. Статья 2 Конвенции гласит:

«1. Право каждого лица на жизнь охраняется законом. Никто не может быть умышленно лишен жизни иначе как во исполнение смертного приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом предусмотрено такое наказание.

2. Лишение жизни не рассматривается как нарушение настоящей статьи, когда оно является результатом абсолютно необходимого применения силы:

(a) для защиты любого лица от противоправного насилия;

(b) для осуществления законного задержания или предотвращения побега лица, заключенного под стражу на законных основаниях;

(c) для подавления, в соответствии с законом, бунта или мятежа».

А. Доводы сторон

140. Власти утверждали, что национальные органы следствия не получили никаких доказательств того, что Абдул-Язит Асхабов мертв, или что к его похищению был причастен кто-либо из представителей государства. Власти также заявили, что расследование инцидента соответствовало требованиям Конвенции об эффективности, так как были предусмотрены все возможные меры для раскрытия преступления, предусмотренные в национальном праве.

141. Заявитель утверждала, что Абдул-Язит Асхабов был похищен представителями государства и впоследствии убит, а также что расследование данного дела было неэффективным. В частности, она утверждала, что следователи либо не приняли ряд важнейших следственных шагов либо данные шаги были приняты со значительными недостатками. Она также заявляла, что местные правоохранительные органы не сотрудничали со следствием в связи с их причастностью к похищению. Учитывая, что следователи не могли активно проводить расследование без содействия правоохранительных органов, расследование не было достаточно независимым.

Б. Оценка Суда

1. Приемлемость жалобы

142. С учетом доводов сторон Суд полагает, что данная жалоба затрагивает серьезные вопросы факта и права, относящиеся к сфере действия Конвенции, разрешение которых требует рассмотрения дела по существу. Кроме того, Суд уже установил, что вопрос об исчерпании внутренних средств правовой защиты должен рассматриваться вместе с существом жалобы (см. пункт 126 выше). Следовательно, жалоба на нарушение статьи 2 Конвенции должна быть признана приемлемой.

2. Существо жалобы

(а) Предполагаемое нарушение права на жизнь Абдул-Язита Асхабова

143. Суд уже установил, что сын заявителя должен считаться мертвым после его неподтвержденного задержания представителями государства. В отсутствие каких-либо обоснований со стороны Властей Суд считает, что ответственность за его смерть может быть возложена на государство, и что в отношении Абдул-Язита Асхабова было допущено нарушение статьи 2 Конвенции.

(б) Эффективность расследования исчезновения Абдул-Язита Асхабова

(i) Общие принципы

144Обязательство по защите права на жизнь в соответствии со статьей 2 Конвенции требует наличия определенной формы эффективного официального расследования (см. постановление Большой Палаты Европейского Суда от 27 сентября 1995 года по делу «Макканн и другие против Соединенного Королевства» (McCann and Others v. the United Kingdom), пункт 161, Series А № 324).

145. После доведения до сведения властей соответствующей информации они должны действовать по собственной инициативе. Они не могут передать инициативу ближайшим родственникам, чтобы они либо подавали официальную жалобу либо взяли на себя ответственность за проведение каких-либо следственных действий (см. постановление Европейского Суда от 24 февраля 2005 года по делу «Исаева против России» (Isayeva v. Russia), жалоба № 57950/00, пункт 210).