Взаимосвязь норм морали и права в уголовном судопроизводстве (стр. 3 )

Обеспечению состязательности правосудия способствует отказ законодателя от действующей формы направления дел для производства предварительного расследования. Инициатива судьи в этой части нередко признавалась недостаточно обоснованной. Замена этого производства институтом возвращения дела прокурору (ст. 237 УПК РФ) означает, что по своей инициативе или по ходатайству стороны суд возвращает дело для устранения допущенных органами предварительного следствия недостатков, ограниченных составлением обвинительного акта с нарушением требований УПК. Кроме того, возвращение было связано с тем, что обвинительный акт не вручен обвиняемому или есть необходимость его составления по уголовному делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера. Суть их в том, что на суд не может быть возложено выполнение каких-либо функций, не согласующихся с его положением органа правосудия: возбуждение уголовного преследования и поддержание обвинения перед судом – задача специальных органов – дознания, предварительного следствия и прокуратуры[19]. Актом возбуждения уголовного дела, как и направления его на доследование, начинается либо продолжается уголовное преследование от имени государства в связи с совершенным преступлением, и создаются правовые основания для последующих процессуальных действий органов, осуществляющих функцию обвинения.

Устранение суда от выполнения не свойственной ему функции обвинения способствует не только его независимости, но и осуществлению таких нравственных норм, как беспристрастность, объективность, служащих основой справедливости.

Этические проблемы особенно ощутимы в производстве суда присяжных при формировании коллегии присяжных заседателей, Одна из основных задач этой процедуры состоит в обеспечении беспристрастности входящих в состав коллегии заседателей, их способности независимо и объективно решать вопросы их компетенции. На пути к достижению этой цели судья при активном участии сторон проверяет степень информированности кандидатов в заседатели о конкретном деле, наличии сложившегося мнения о происшедших событиях, обстоятельств, дающих основание для самоотвода и отвода присяжного, если есть основание считать, что он лично, прямо или косвенно заинтересован в деле. Выяснение таких обстоятельств (ст. 61 и 328 УПК Российской Федерации) представляет определенную сложность и отражает специфику функции, выполняемой каждой из сторон процесса. Многие вопросы формулируются стороной в скрытой форме для предупреждения ответной реакции на них другой стороны. Все вопросы, связанные с отводом, самоотводом присяжных, освобождением их от участия в деле, решаются судьей единолично. При решении этих вопросов, в значительной мере относящихся к нравственной оценке заседателя, стороны и присяжные заседатели должны убедиться в оперативности и справедливости принятого решения, касающегося нередко оценки присяжного как лица предвзятого, не способного быть объективным в правосудии. Открытость и честность действий судьи закладывают отношения между председательствующим и присяжными заседателями.

Информация о мере объективности присяжного может быть получена при его ответах на вопросы, представленные сторонами председательствующему. Новое законодательство усиливает конфиденциальность в решении вопросов об отводе. Так, мотивированные ходатайства об отводах не оглашаются, а в письменном виде передаются сторонами судье (п. 10 ст. 328 УПК РФ). Решение по мотивированным отводам он доводит до сведения сторон, а в отношении присяжных лишь «может довести свое решение до сведения», по-видимому, с учетом обстановки.

Нравственные проблемы возникают и при решении вопросов признания несостоятельной, тенденциозной всю коллегию присяжных заседателей (ст. 330 УПК РФ). Особенности конкретного дела могут побудить стороны до приведения заседателей к присяге заявить о неспособности всего состава коллегии вынести объективный вердикт. Вопрос тенденциозности возникал на практике по таким основаниям, как: сильная эмоциональная реакция присяжных после уяснения факта, какой большой общественный резонанс имеет дело, в котором им предстоит участвовать; «однополость» состава коллегии (женский состав присяжных) по делу об изнасиловании; профессиональная или национальная принадлежность всех или большинства присяжных заседателей. Последний критерий вполне актуален в условиях многонационального государства[20] особенно по делам, при разбирательстве которых присяжным заседателям предстоит оценить события, относящиеся к национальным традициям, ритуалам и другим элементам культуры и быта народа. Заявление о признании состава коллегии тенденциозным, в отличие от решения иных вопросов об отводах, разрешается председательствующим в совещательной комнате с вынесением отдельного постановления. Во всех случаях решение принимается с учетом мнения сторон.

Оценка нравственного поведения судьи и сторон связана и с формулированием вопросов, которые задаются присяжным заседателям. Они должны излагаться в доступной форме и быть нацелены на получение откровенных ответов как предпосылки для будущих доверительных отношений между председательствующим и присяжными заседателями. Задавая вопрос, относящийся к личным, интимным сторонам жизни заседателя либо к обстоятельствам, которые он не склонен обнародовать, судье следует разъяснить, что ответ может быть дан только в присутствии суда и сторон, для чего надо проводить обсуждение «вне слышимости зала».

Нравственные условия деятельности присяжного заседателя отражены в его присяге суду, в которой он клянется исполнять свои обязанности «честно и беспристрастно, принимая во внимание все рассмотренные в суде доказательства, как уличающие подсудимого, так и оправдывающие его, разрешать уголовное дело по своему внутреннему убеждению и совести, не оправдывая виновного и не осуждая невиновного, как подобает свободному гражданину и справедливому человеку. Это указано в пункте 1 статьи 332 УПК РФ. Присяга свидетельствует о том, что оценка деятельности присяжных заседателей проводится по нравственным критериям, таким как беспристрастность, честность, совесть и справедливость свободного человека.

Непростая, с нравственных позиций, складывается ситуация между судом и сторонами в судебном разбирательстве в связи с осуществлением функции обвинения. Например, в делах публичного и частно-публичного обвинения основной фигурой, выполняющей обвинительную функцию и вместе с тем способствующей обеспечению прав участников процесса со стороны защиты, является прокурор. Выдвижение потерпевшего в качестве участника процесса, равнозначного государственному обвинению, как бы удваивает функцию обвинения. Кроме того, потерпевший движим личным интересом. В этих случаях не соблюдаются требования равноправия сторон, неотъемлемое для принципа состязательности «баланса сил», которое характерно для отношений между лицами с противоположными процессуальными интересами. Эти недостатки процедуры, в том числе и с нравственных позиций, устранены новым законодательством. Согласно п. 7 ст. 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в соответствующей его части.

Исследование доказательств в судебном заседании при состязательной форме правосудия проводится с учетом особенностей этой формы. Одним из важных инструментов обеспечения равноправия сторон в доказывании, характерном для состязательности процесса, является перекрестный допрос. Его основная сущность состоит в том, что после прямого допроса подсудимого, потерпевшего, свидетеля, вызванных по инициативе обвинителя, во встречном «перекрестном допросе» другой стороной последние служат важным средством получения достоверной информации у допрашиваемых лиц (кроме случаев пользования иммунитетом, предусмотренным ст. 51 Конституции Российской Федерации). Прямой допрос дает свидетелю возможность свободно высказаться в «открытой форме». Наводящие вопросы вполне допустимы и необходимы при допросе перекрестном. Преимущество последнего перед обычным в том, что, во-первых, тактические приемы его проведения могут значительно повысить уровень достоверности информации, исходящей от свидетеля; во-вторых, практически исключает институт применения замечаний на протокол судебных заседаний и, в-третьих, способствует обеспечению равноправия сторон и созданию нравственных условий для их взаимодействия. При действующем порядке обычно каждый из участников процесса, допрашивающий свидетеля, делает попытку в завуалированной форме использовать наводящие вопросы – необходимый элемент тактики допроса, но лишен такой возможности. Ее легализация представляется нравственной предпосылкой повышения эффективности использования этого доминирующего в процедуре по уголовным делам источника доказательств.

О культуре уголовного судопроизводства

Одним из важных направлений в области совершенствования законодательства на основе норм морали (нравственности) является культура уголовного судопроизводства. Культура как историческое явление означает совокупность материальных и духовных ценностей, созданных и создаваемых человеком, совокупность всех видов преобразовательной деятельности по производству этих ценностей.

Мораль, в том числе и профессиональная, служит одним из элементов духовной культуры и входит в совокупность духовных ценностей, созданных и создаваемых человечеством.

Культура уголовного процесса – это высокая степень совершенства, достигнутая судьями и другими участниками уголовного судопроизводства в их процессуальной деятельности на основе точного исполнения закона и норм нравственности. Одно из основных требований культуры уголовного судопроизводства – последовательное проведение в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства нравственных норм и принципов. Культура правосудия неотделима от правильного понимания лицами, осуществляющими производство по делу, нравственных принципов и норм, необходимости их соблюдения в своей деятельности, осознания высокого общественного долга и общественной ответственности, которые возложены на судей и других субъектов уголовного процесса не только законом, но и моралью.

Профессиональная культура поведения личности обычно определяется как совокупность форм повседневного поведения человека (в труде, быту, в общении с другими людьми), в которых находят внешнее выражение моральные и эстетические нормы этого поведения. В широком плане в понятие культуры поведения входят все области внешней и внутренней культуры человека; правила обхождения с людьми и поведения в общественных местах[21].

Рассматривая профессиональную культуру поведения участников судебного процесса, необходимо определить ее содержание и место в системе общих принципов судопроизводства. В содержании культуры поведения личности важное место занимает нравственно-личностные характеристики участников судебного процесса (судей, прокуроров, адвокатов, секретарей судебного заседания).

Правовая культура поведения юриста в судебном процессе требует от него не только соблюдения конституционных принципов правосудия, принципов уголовного процесса, норм УПК, но и выполнения традиционных форм культуры процессуального ритуала.

Изучение ритуальной культуры судей охватывает множество форм поведения личности, культуры взаимоотношений между председательствующим на заседании и другими участниками судебного процесса, соблюдения этикета, проявления такта, а также изучения поступков, влияющих на законность и правовую культуру судебного процесса, на обоснованность и качество принимаемых решений.

Поскольку общая, традиционно-ритуальная сторона судебного процесса в значительной степени определяет его воспитательное значение, представляется необходимым, по мнению ряда ученых-юристов, большая регламентация судебного ритуала и поведения в суде.

Всегда необходимо поддержание официальной, торжественной обстановки в суде, исполнения судебно-процессуального ритуала, важны такие стороны поведения, как уважение к личности, деловитость, краткость изложения мыслей и т. д… Особое внимание всегда должно быть уделено языку профессиональных участников процесса и проблеме понимания судебных действий для присутствующих на судебном заседании. Деятельность всех официальных участников процесса ориентируется одновременно на правоохранительную и воспитательную цели. Цели воспитания требуют, чтобы все действия, осуществляемые в ходе процесса, были понятны всем присутствующим. Когда употребляется правовой термин, его следует объяснить. При первом упоминании статей УК и УПК их надо зачитывать.

Соблюдать элементарные правила культуры поведения – потребность каждого воспитанного человека, В уголовном судопроизводстве обостряется оценка соблюдения элементарных правил культуры поведения, с них начинается культура всего процесса, обеспечение нравственных начал судопроизводства.

Одно из основных требований культуры поведения – вежливость в обращении с другими людьми. Это черта отношений не только между судьей, прокурором и адвокатом, но и со всеми другими лицами, принимающими участие в уголовном судопроизводстве[22].

Вежливость как элементарное правило профессиональной культуры поведения должна проявляться во внимании к правам обвиняемого, потерпевшего, свидетеля и других участников процесса, исключая грубость, высокомерие. Не должно быть так, чтобы судьи были предупредительны к одним и покрикивали на других, ходатайства одних лиц необоснованно удовлетворяли, а других – необоснованно отклоняли.

Вежливость как элемент профессиональной культуры должна сопутствовать каждому процессуальному действию в ходе судебного разбирательства, вплоть до того, чтобы перед долгим допросом в качестве свидетеля пожилого человека, которому трудно стоять, было предусмотрено разрешение председательствующего в судебном заседании немощным людям давать показания сидя.

К культуре поведения относится также умение судьи дорожить своим и чужим временем.

В культуре поведения находит свое отражение единство нравственного и эстетического в духовном содержании и внешнем облике человека. Это полностью относится и к культуре поведения судей. Юрист писал: «Можно настойчиво желать, чтобы в выполнение норм и обрядов, которыми сопровождается отправление правосудия, вносился вкус, чувство меры и такт, ибо суд есть не только судилище, но и школа. Здесь этические требования сливаются с эстетическими, оправдывая свою внутреннюю связь…».[23]

Единство нравственного и эстетического во внешней культуре во многом отражается в этикете. Под этикетом понимается совокупность правил поведения, касающихся внешнего проявления отношения к людям. Это формы обращения к окружающим, поведение в общественных местах, манеры и пр.

Во внешней культуре лиц, осуществляющих производство по делу, немалую роль играет судебный этикет. Под судебным этикетом следует понимать не только совокупность правил поведения участников судебного заседания, но и совокупность правил поведения, характерных для всего уголовного процесса, хотя наиболее яркое отражение судебный этикет получает именно в ходе судебной процедуры.

Судебный этикет включает определенную совокупность правил, в подавляющем большинстве прямо закрепленных в законе, Эти правила подчеркивают общественную значимость и торжественность осуществления судопроизводства, его гуманный характер.

Элементы судебного этикета содержатся в нормах, предписывающих порядок разъяснения прав и обязанностей участникам уголовного процесса, предусматривающих предупреждение допрашиваемых лиц об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

В некоторых нормах закона закреплены требования судебного этикета, призванные подчеркивать общественную значимость и торжественность осуществления правосудия. К таким требованиям следует отнести обязанность всех присутствующих в зале судебного заседания встать при входе судей (ст. 257 УПК «Регламент судебного заседания»); все присутствующие в зале судебного заседания, включая состав суда, при провозглашении председательствующим приговора, выслушивают последний стоя (ст. 310 УПК) и т. д. Торжественность осуществления правосудия подчеркнута в некоторых случаях законом в особых формулировках. Так, например, приговор суда не зачитывается, а провозглашается (та же статья 310 УПК). К судебному этикету относятся и определенные требования, предъявляемые к одежде лиц, осуществляющих производство по делу.

Постановлением Президиума Верховного Совета Российской Федерации от 22 марта 1993 года N 4656-I «Об утверждении описания и образца мантии судей Российской Федерации» утвержден внешний вид мантии для судей, что подчеркивает их статус, значимость как для них самих, так и для присутствующих в зале судебного заседания в судебном процессе.

Как структурный элемент правовой культуры, торжественность осуществления судопроизводства и всего судебного разбирательства эмоционально воздействует на психику тех, кто так или иначе попал в сферу уголовного судопроизводства, воспитывает у них чувство уважения к органам юстиции, а в конечном итоге способствует укреплению законности, воспитанию граждан в духе неуклонного исполнения законов.

Объективность исследования в судопроизводстве как элемент профессиональной культуры означает, что суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, в ходе собирания, проверке и оценки доказательств должны проявлять беспристрастность, не допускать предвзятости. Равенство прав участников судебного процесса позволяет им активно участвовать в разбирательстве дела, отстаивать свои утверждения, оспаривать утверждения других участников, выполнять присущие им функции, защищать свои конституционные права и законные интересы.

Для соблюдения процессуального ритуала в судебном процессе судьи должны обладать такими человеческими качествами, как, конечно же, вежливость, сильная воля, сдержанность, внимательность. Все эти качества проявляются в культурном поведении судей, их умении вести процесс и сдерживать свои эмоциональные переживания. Председательствующий может реагировать на грубость участников процесса и граждан в рамках предоставленных ему прав по поддержанию порядка в зале суда[24].

Одной из специфических форм культуры и демократичности судебного процесса является заседание суда, на котором демонстрируются профессиональные и культурные свойства участников процесса. Поэтому уровень культуры судопроизводства, степень его культурно-воспитательного воздействия во многом определяется уровнем профессиональной и правовой культуры.

К личностным свойствам культуры судей можно причислить эстетические вкусы, т. е. умение грамотно, четко выражать свои мысли, не употреблять вульгарных выражений, владеть собой, обеспечивать доступную информацию, порядок, чистоту рабочего кабинета и т. д..

В содержание внутренней культуры судей и других участников процесса входят профессионализм квалификация, психологические особенности личности (темперамент, характер) и т. д.

В личной жизни от судьи требуется скромность, порядочность; должна проявляться постоянная забота о воспитании членов семьи, строгое соблюдение правил общежития. На наш взгляд, строгое соблюдение нравственных норм в личной жизни является гарантией того, что судья будет их соблюдать и при осуществлении своей трудовой деятельности.

Что касается личностных качеств судей, соблюдения ими правовых и нравственных норм в судебном процессе, то это характерно и для других участников процесса, в частности для прокурора, адвоката и др.

Также важна для соблюдения культуры уголовного судопроизводства и культура процессуальных документов.

Культура судебного разбирательства предполагает определенные формы и необходимые реквизиты судебных документов, Должно быть не только правильное формулирование компетентными лицами содержания того или иного документа, но и соблюдение формальных требований, установленных законом.

Юридический документ (приговор, определение, постановление) должен быть написан подлинно юридическим языком, Для юридического языка процессуальных документов характерны ясность и точность выражений, чистота словаря и правильность построения фраз, отсутствие канцелярских оборотов речи, вычурности языка, недопустимость употребления тавтологических оборотов, как например «непосредственный очевидец». Примерами неудачных выражений могут служить такие формулировки, как «распитие спиртных напитков» или «привел себя в состояние алкогольного опьянения», что свидетельствует о формальности употребления выражений при составлении приговора при отсутствии запаса времени на обдумывание того, как правильно составить фразу, или о недостаточной грамотности судьи – где-то юридической, а где-то стилистической.

Одним из важнейших процессуальных документов является протокол судебного заседания – единственный процессуальный документ, свидетельствующий о том, что происходило в ходе судебного разбирательства. Лишь на основании протокола можно судить о законности действий суда и других участников процесса, о том, насколько полно, всесторонне и объективно проведено судебное следствие. Процедуре составления протокола судебного заседания посвящена статья 259 УПК, а статья 260 УПК даже предусматривает процедуру подачи на данный акт замечаний.

Воспитательное воздействие судебного разбирательства связано и во многом зависит от эффективности воспитательного влияния предварительного расследования. Однако это не умаляет значения воспитания в процессе судебного разбирательства, т. к. наиболее действенное воспитательное значение оказывает не одна стадия уголовного процесса, а всё уголовное судопроизводство в целом, и по сравнению с предварительным расследованием судебное разбирательство обладает значительно большими возможностями воспитательного воздействия, что объясняется прежде всего его гласностью.

В условиях открытого гласного судебного разбирательства складывается общественное мнение в отношении подсудимого, что само по себе оказывает на него большое воспитательное и нравственное воздействие. Гласность выставляет на всеобщее обозрение всю аморальность как совершенного преступления, так и личности преступника. Это заставляет подсудимого глубоко прочувствовать всю тяжесть общественного осуждения.

Воспитательное воздействие судебного разбирательства можно подразделить на непосредственно обращенное на участников процесса и лиц, присутствующих в зале судебного заседания, и опосредованное, обращенное на общество в целом. Опосредованное воздействие осуществляется благодаря сообщению в печати, по радио, по телевидению, а также через лиц, присутствующих в зале суда, и в конечном счете – через всех граждан, имеющих свое нравственное суждение по конкретному уголовному делу.

Судьи и другие участники судебного разбирательства должны использовать судебную аудиторию для пропаганды гуманизма и справедливости права, законности, высокой нравственности, чтобы каждый присутствующий на судебном разбирательстве, выходя из зала, был преисполнен сознанием незыблемости правопорядка, чувством уважения к закону, нетерпимости к его нарушениям.

Большое нравственно-воспитательное значение имеет судебное следствие, проведенное объективно, полно и всесторонне. Оно способствует выявлению морального облика подсудимого, показу позора и безнравственности совершенного преступления и убедительно доносит это до присутствующих в зале.

Особо сильное нравственное воздействие на всех лиц должны оказывать судебные прения. В них дается обобщенная морально-правовая оценка как самого деяния, так и личности подсудимого, Воспитательное воздействие при этом имеют речи прокуроров и адвокатов. В прениях граждане должны убедиться в реальности соблюдения гарантий прав личности в уголовном процессе. А необъективная характеристика подсудимого, его «обеление» или «очернение» как в речах защитников, так и в речах обвинителей ведут к подрыву всего нравственно-воспитательного воздействия судебного разбирательства.

Огромное моральное воздействие на подсудимого и на других лиц оказывает справедливый, обоснованный, убедительный приговор. Моральная сторона судебного приговора играет исключительную роль в удержании неустойчивых в нравственном отношении лиц от совершения преступлений. Главное – это чтобы приговор был справедливым и убеждал в неотвратимости наказания виновных лиц. Справедливость приговора должна быть доведена до присутствующих в зале путем убеждения в правильности выводов конкретного приговора. Это достигается подробным анализом и оценкой доказательств, логичной мотивировкой квалификации совершенного преступления и особенности назначаемого наказания.

Велика роль в нравственном воспитании частных определений судов, в которых следует обращать внимание не только на причины и условия, способствующие совершению преступления, но и на нарушения нравственных принципов и норм отдельными должностными лицами.

Большую пользу гражданам может оказать участие судей в обсуждении частного определения суда в трудовом коллективе. Например, по делу о преступлении несовершеннолетнего большую воспитательную пользу может принести приглашение педагогов, представителей комиссий по делам несовершеннолетних и т. д.

Нравственно-воспитательная деятельность суда осуществляется и вне судебного рассмотрения уголовных дел, путем приема граждан, индивидуальных бесед с правонарушителями, их родственниками, представителями коллективов, публичных выступлений на предприятиях, в учреждениях, организациях. Большую нравственно-воспитательную работу судьи должны проводить и в ходе пропаганды законов, при чтении лекций, через печать и т. д.[25].

Давая анализ конкретных правонарушений, оценивая личность правонарушителей, судья демонстрирует на конкретных фактах не только общественную опасность преступления и личности преступника, но и их глубокую аморальность, вскрывая причины и условия, способствующие совершению преступления, что является залогом успешного нравственного воспитания.

В заключение хочется еще раз подчеркнуть, что мораль и право должны постоянно находиться во взаимодействии друг с другом. Чем насыщеннее нормы законодательных и подзаконных актов нравственными постулатами, тем более эффективно правовые нормы будут служить на благо граждан и государства. Как в государстве, так и в самой правоохранительной системе всегда «кипит» жизнь. Наше общество постоянно развивается, и возникает стремление к совершенствованию законодательства. В судопроизводстве необходимо соблюдать моральные принципы и нормы. На наш взгляд, всегда должна существовать тенденция к тому, чтобы правовые нормы носили большую нравственную нагрузку. Прежде всего это должно касаться норм права, регулирующих судопроизводство, в частности, по уголовным делам.

ЛИТЕРАТУРА

1. Конституция Российской Федерации 1993 года (с изменениями).

2. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1960 года.

3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (Федеральный закон от 01.01.2001 N 174-ФЗ).

4. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод, (подписана в Риме 4 ноября 1950 года и ратифицирована Россией в мае 1998 года).

5. Рекомендация R(Комитета Министров «О независимости, эффективности и роли судей», выработанная Советом Европы.

6. Европейская Хартия о статусе судей, выработанная Советом Европы в 1998 году.

7. Федеральный закон «О статусе судей в Российской Федерации» от 26 июня 1992 года N 3132-I (с изменениями).

8. Этика судьи. Сборник нормативных актов о суде и статусе судей Российской Федерации. – Вып. 1. – М., 2000.

9. Кодекс чести судьи Российской Федерации (утвержден постановлением Совета судей Российской Федерации от 21 октября 1993 года).

10. Постановление Президиума Верховного Совета Российской Федерации от 01.01.01 года N 4656-I «Об утверждении описания и образца мантии судей Российской Федерации».

11. Третья власть в России. Очерки о правосудии, законности и судебной реформе 1990–1996 гг. – М., 1997.

12. Ги Де Вель, , Пьер Трюш, Роже Эррера, Йохан-Фридрих Штаатс, Перфекто Андрес Ибаньес, Джакомо Оберто. Этика судьи / научный редактор . – Российская академия правосудия. – Москва, 2002.

13. Судья по отношении к другим и к самому себе. // книга «Судить, быть судимым», 2001.

14. Судебное решение по делу Пирсака от 1.10.1982, SeriesA, N 53.

15. Пашин этика. – Москва, 2001.

16. , , Савицкий о статусе судей в Российской Федерации : комментарий. – М., 1994.

17. , , Котов этика. – Воронеж, 1973.

18. , Котов уголовного процесса. – Воронеж, 1993.

19. Кони начала в уголовном процессе // собр. соч. Т.4, М., 1967,

20. Настольная книга судьи / под ред. , и др.// – М., «Юридическая литература», 1972.

21. Строгович обвиняемого на защиту и презумпция невиновности. –М., 1984.

22. Ларин невиновности. – М., 1982.

23. Дела Судейские // Советская юстиция. – 1991.

24. Савицкий изменения в УПК: продолжение демократизации судопроизводства. – М., 1994.

25. Радутная норм уголовно-процессуального законодательства и возможности их преодоления в судебной практике : комментарий российского законодательства. – М., 1997.

26. Петрухин : время реформ. – М., «Наука», 1991.

27. «Господа присяжные» // газета «Московский комсомолец» от 13 декабря 1993 года.

28. Кобликов этика. – М., 1999.

29. Ликас правосудия. – М., 1990;

30. «Мораль и поведение». – М. : «Мысль», 1985 г.

[1] Ги Де Вель, , Пьер Трюш, Роже Эррера, Йохан-Фридрих Штаатс, Перфекто Андрес Ибаньес, Джакомо Оберто. Научный редактор . Российская академия правосудия. М., 2002. С.5.

[2] Там же. С.6.

[3] Там же. С.30.

[4] Там же. С.33.

[5] , Котов уголовного процесса. Воронеж, 1993. С. 77.

[6]. Там же. С. 78.

[7] Кони начала в уголовном процессе. // Собр. Соч., М., 1967, Т.4.

[8] Настольная книга судьи // под ред. , и др.// М.. «Юридическая литература», 1972, С. 33.

[9] Там же. С. 36.

[10] , Котов уголовного процесса. Воронеж, 1993, С. 88.

[11] Строгович обвиняемого на защиту и презумпция невиновности. М., 1984, С. 64-115.

[12] Ларин невиновности, М., 1982, С. 151.

[13] Ги Де Вель, , Пьер Трюш, Роже Эррера, Йохан-Фридрих Штаатс, Перфекто Андрес Ибаньес, Джакомо Оберто. Научный редактор . Судейская этика. М., Российская академия правосудия. 2002. С.59

[14] Там же. С.60

[15] , Котов уголовного процесса. Воронеж, 1993.

[16] Судебное решение по делу Пирсака от 01.01.2001, SeriesA, N 53, Р. 14-15

[17] Савицкий изменения в УПК: продолжение демократизации судопроизводства. М., 1994, С. 184.

[18] Радутная норм уголовно-процессуального законодательства и возможности их преодоления в судебной практике / Комментарий российского законодательства. М., 1997. С. 148-149.

[19] Ги Де Вель, , Пьер Трюш, Роже Эррера, Йохан-Фридрих Штаатс, Перфекто Андрес Ибаньес, Джакомо Оберто. Научный редактор . Этика судьи. Российская академия правосудия. М., 2002. С.65.

[20] Ги Де Вель, , Пьер Трюш, Роже Эррера, Йохан-Фридрих Штаатс, Перфекто Андрес Ибаньес, Джакомо Оберто. Научный редактор . Этика судьи. Российская академия правосудия. М., 2002. С.70.

[21] Ликас правосудия. Москва, 1990.

[22] Кони . Соч., М., 1967, Т.4, С.56.

[23] Кони . Соч., М., 1967, Т.4, С.56.

[24] Ликас правосудия. Москва, 1990.

[25] Ликас правосудия. Москва, 1990.