Статья в Петербург
Россия, г. Сургут, Сургутский государственный педагогический институт
ЭВОЛЮЦИЯ ПРИСПОСОБЛЕНИЙ ДЛЯ ТКАЧЕСТВА В ЗАПАДНОЙ СИБИРИ ПО АРХЕОЛОГИЧЕСКИМ ИСТОЧНИКАМ
В этнографической литературе, посвященной описанию и изучению плетения и ткачества у народов Западной Сибири для обских угров (ханты, манси) как традиционный рассматривается горизонтальный станок с педалями. Хантыйский ткацкий станок был многократно описан в записях многих путешественников и исследователей Сибири уже в XVIII-XIX вв. Подробно хантыйский ткацкий станок был рассмотрен в работах и (Попов, 1955. с.120; Сирелиус, 1906).
На этом устройстве имеются такие приспособления как: навой для закрепления передних нитей и сматывания готовой ткани; бердо для распределения нитей основы (довольно жесткая фиксация расстояния между ними создает возможность для сохранения постоянной ширины изготавливаемого полотна); две ниченки на подвесках, благодаря чему они подвижны; подхватки для подвешивания; педали, которые позволяют с помощью движения ниченок легко переключать ткацкий зев (при этом петли ниченок, сквозь которые проходят нити основы, не позволяют основе перепутываться, распределяя их на верхние и нижние); последник, который представляет собой колышек и к нему привязываются все нити основы. Ниченки с педалями в этом случае подвешиваются прямо к потолку с помощью ременных петель или жгутов. По терминологии такой вид станка называется также длиннонавойным станком (Богомолов, 1996).
Принципы устройства и работы на хантыйском станке совершенно аналогичны реконструированному по археологическим материалам русскому ткацкому станку X-XIII вв. (Левинсон-Нечаева, 1954, с.19). На этом приспособлении, по представлениям, в частности, -Нечаевой, были получены ткани, обнаруженные в результате раскопок древнерусских сельских курганов X-XIII вв. в среднерусской полосе (Левинсон-Нечаева, 1954, с. 12-19). Если продолжить поиск аналогий рассматриваемому приспособлению для получения тканей, их можно найти вслед за и среди станков юго-западных татар Сибири, финно-угорских народов (чувашского и марийского) (Сирелиус, 1905, с.38, Попов, 1955, с. 125), в Новгороде в XIII-XVI вв. (Нахлик, 1963). Все они схожи по устройству и являются вариантами усовершенствованного горизонтального ткацкого станка с педалями и двумя ниченками.
Между тем, для более ранних периодов развития культуры западносибирских народов, судя по археологическому материалу, был известен вертикальный и примитивный горизонтальный станки (Глушкова, 1993; 1994; 2002).
Среди сибирских материалов также имеются приспособления, которые могут быть отнесены к примитивному горизонтальному ткацкому станку с одной ниченкой и основоразделителем и которые традиционно рассматриваются как более примитивные в сравнении с усовершенствованным хантыйским станком (Попов, 1955, с.120, 125). В первом случае при работе на станке переключение ткацкого зева происходит вручную, во втором – автоматически, с помощью педалей. Ткачиха, работающая на примитивном станке, поднимала или опускала ниченку, одновременно отодвигая от себя или придвигая к себе основоразделитель, попеременно поднимала или опускала таким образом половину нитей основы, меняя ткацкий зев (Попов, 1955, с.125-126). Рассматриваемый тип приспособления для получения текстильного полотна был известен в конце XIX-начале XX вв. почти всем сибирским народам (айнам, бурятам, алтайцам), кроме угров.
Описание примитивного горизонтального ткацкого станка дано на примере станка одного из алтайских этносов (черневых татар). При этом исследователь отметил, что в МАЭ имелось 4 экземпляра таких станков, которые были сходны по конструкции, но незначительно отличались в деталях.
Ткацкий станок черневых татар (Попов, 1955, с. 127) представляет собой вариант горизонтального ткацкого станка с одной ниченкой, которая закрепляется подвижно на двух колышках. Работа на нем связана с ручным переводом нитей для образования ткацкого зева с помощью петель ниченки, которая снимается с колышков и поднимается. Нижние нити при этом переводятся в разряд верхних, образуется ткацкий зев, в который пробрасывается уток. Затем ниченка опускается на место, нити снова возвращаются в положение нижних с помощью основоразделителя, который здесь играет роль отвеса.
У примитивного горизонтального ткацкого станка есть свойство, которое сближает его с простейшими вариантами вертикального ткацкого станка – нежесткое крепление нитей в начале полотна и отсутствие приспособлений для фиксации постоянной ширины текстильного полотна (например, берда). Поэтому в начале работы основные нити «сбегаются», плотность по основе получается намного больше, чем по утку, так как в этом случае также отсутствуют приспособления для хорошего прибивания утка. Таким образом, полотно, которое изготавливается на рассматриваемом ткацком станке примитивного устройства – преимущественно основный репс.
Из анализа археологического текстиля Западной Сибири совершенно очевидно преобладание в древности до XIII-XIV вв. тканей именно с репсовой структурой. С учетом тезиса о преобладании именно этого типа приспособлений для ткачества (горизонтального станка с одной ниченкой) у большинства сибирских народов в XIX- начале XX вв., принимая во внимание особенности структуры древнего текстиля, можно предположить, что это приспособление для ткачества было известно в Сибири с глубокой древности, наряду с вертикальным станком.
Тем не менее, в примитивном горизонтальном ткацком станке, известном у сибирских народов, уже был заложен принцип работы, проявившийся впоследствии в более сложных и усовершенствованных формах станков.
Если произвести некоторые перестановки и усовершенствования данного устройства, можно легко получить вариант хантыйского, а также чувашского, марийского, древнерусского, татарского горизонтального ткацкого станка. Для этого необходимо бердо поставить перед ниченкой, вместо одной ниченки для удобства переключения зева устроить две ниченки (благодаря этому каждая нить основы, а не половина, как раньше, будет продернута сквозь петли ниченок), ниченки подвесить вертикально, подвижно, чтобы менять их местами для получения нового зева. Чтобы освободить руки при проведении последней операции потребуется приспособление для опускания и подъема ниченок - что-то вроде педалей. Наконец, чтобы все приспособления эффективно работали, необходимо поднять навой, оборудовать место для ткачихи и подвесить ниченки сверху, например, к потолку, брусу, доске и т. д. Вероятно, так и проходила эволюция горизонтального ткацкого станка от примитивного приспособления с одной ниченкой к усовершенствованному с двумя ниченками и бердом. Эволюция станка была обусловлена усовершенствованием технологии, причем изменение одной детали с необходимостью влекло за собой все последующие трансформации. Например, введение еще одной ниченки привело к необходимости соединить их попарно, а также - необходимости их подвешивания (закрепления в вертикальной плоскости определенным образом - подвижно), затем потребовалось привести в движение ниченки, осуществить смену ткацкого зева, освободив при этом руки и т. д. Автор этой работы далек от мысли, что именно в Западной Сибири происходил процесс эволюции ткацкого станка по описанной логико-технологической схеме. Скорее всего, горизонтальный ткацкий станок в усовершенствованном виде, каким является хантыйский станок, был заимствован западносибирскими народами. Об этом может свидетельствовать массовое появление в средневековье (XIII-XIV вв.) в Западной Сибири текстильных материалов с характерными признаками изготовления на горизонтальном ткацком станке, а затем (XV-XVI вв.) текстиля примитивного облика, видимо, местного происхождения, произведенного на приспособлении, аналогичном хантыйскому станку, описанному . Горизонтальный ткацкий станок с двумя ниченками и педалями появился на территории Западной Сибири, вероятно, уже в развитой форме, где все детали и способ их расположения технологически оправданны. Кроме того, известно, что в средневековье горизонтальный станок такого типа был распространен на территории Западной и Центральной Европы (Назлик, 1963).
Археологический материал по-иному позволяет взглянуть на процесс эволюции ткачества в Западной Сибири, уточнить некоторые его детали и особенности. Например, , опираясь на этнографические источники, отмечал отсутствие у народов Сибири вертикального ткацкого станка (Попов, 1955, с.120). Анализ археологического текстиля, предпринятый в специальной работе (Глушкова, 2002), позволяет сделать несколько иные выводы.
Все эти типы станков имеют некоторые особенности в устройстве, которые проявляются в технологических признаках текстильных полотен, таких, как характер натяжения нитей, показатели плотности, характер кромок и ткацких ошибок. Анализ всех этих признаков в археологическом текстиле позволяет констатировать примитивные формы приспособлений для изготовления полотен с эпохи бронзы до XIII-XIV вв. В материале отсутствуют какие-либо переходные формы. В XIII-XIV вв. в Сургутском Приобье появляются ткани с совершенно новыми технологическими характеристиками. В основе новой технологии лежала традиция изготовления суконных тканей с разнонаправленной круткой основы и утка, равномерная плотность по основе и утку. Эти признаки необходимы для изготовления настила на поверхности полотна, т. е. технологии изготовления сукна, ставшего чрезвычайно популярным в суровых условиях Сибири. Однако в сибирской текстильной традиции они были восприняты и перенесены на растительное полотно, что не оправдано технологически, но понятно с точки зрения адаптации новой технологии, основанной на применении усовершенствованного ткацкого станка к местному сырью. Адаптация происходила, видимо, на протяжении XV в., одновременно сохранялись и другие виды станков – вертикальный для изготовления саржевых тканей по традиционной технологии и репсовых с прежними показателями однонаправленной крутки нитей и неравномерной плотностью нитей. В XVII в. ткани, изготовленные на вертикальном станке или примитивном горизонтальном, на севере Западной Сибири исчезают, усовершенствованный горизонтальный станок начинает восприниматься как традиционное приспособление. Это технологически оправданно, так как работать на нем намного проще и продуктивнее. Такая эволюция ткацкой технологии была вполне возможна в обществе, где были понятны все основные этапы технологического процесса в обществе с развитыми ткацкими традициями и навыками производства текстильных полотен.
Совершенно очевидно, что, судя по материалам, произошла единовременная смена технологии, связанная с заимствованием и адаптацией. В то же время традиция обработки сырья, которая шла от крапивы, а не от конопли, как у славянского населения, сохранилась прежней, несмотря на заимствование станка. Растительное сырье (крапива, конопля) осмысливалось как традиционное. Не изменилась также технология изготовления пряжи, которая была описана в XIX в. .
Список литературы:
Об угорском компоненте в вышивке Барабинских татар // Народы Сибири и сопредельных территорий. Томск: Изд-во ТГУ, 1995.- С.219-238.
Глушкова в развитии ткацкого станка по сибирским материалам //Культурогенетические процессы в Западной Сибири. – Томск: Изд-во ТГУ. 1993.- С.64-66.
Глушкова вертикального ткацкого станка (по археологическим и экспериментальным данным) // Экспериментальная археология. – Вып.3. –1994.- С.74-81.
Глушкова ткани Западной Сибири. – Сургут: Изд-во СурГПИ, 2002. – 206 с.
Левинсон – Нечаева . Очерки по истории русской деревни // Труды ГИМ. Вып. XXXIII. – С.9-37.
Ткани Новгорода //МИА. N123. –1963.-С.228-253.
Попов и ткачество у народов Сибири // Сборник МАЭ. – Т. XVI. – 1955. – С. 41-146.
Сирелиус ремесла остяков и вогулов (с немецкого) //Ежегодник Тобольского губернского музея. Вып. 15, 1905.-С.1-40. Вып.16, 1906.-С. 41-69.
