В какой России хотела бы жить молодежь? (стр. 4 )

Разумеется, у сторонников различных идейно-политических течений эта модель имеет свою специфику. Так, позицию коммунистов в экономической сфере в наибольшей степени характеризует тяготение к жесткому государственному регулированию частного сектора и патерналистские установки. В социокультурных стандартах они сильнее остальных групп тяготеют к приоритету интересов общности над интересами личности, при этом допуская право государства на насилие.

Противоположным полюсом идейно-политического спектра являются сторонники рыночных реформ. Среди них в наименьшей степени распространены патерналистские установки, и только треть выступает за государственное регулирование частного сектора. Их социокультурные особенности характеризуются приоритетом интересов личности над интересами общества и высокой ценностью индивидуальной свободы с соответствующим отрицанием легитимности насилия со стороны государства.

Что касается социал-демократов, сторонников русского пути и центристов, то они занимают промежуточное положение между этими полюсами. При этом социал-демократы отличаются от коммунистов большей мягкостью в основе своей тех же позиций. Так, например, две трети их, также как и у коммунистов, выступают за государственное регулирование частного сектора, но при этом иначе понимают, где может сохраняться частный сектор в экономике. Если у коммунистов более трех четвертей считают, например, что банковская сфера должна быть чисто государственной, то для половины социал-демократов в ней возможно присутствие частного сектора. То же самое относится и к средствам массовой информации, которые для большинства коммунистов должны находиться в ведении государства, а для большинства социал-демократов – могут быть и частными. С точки зрения социокультурных особенностей социал-демократы однозначно выступают за приоритет интересов общности над интересами личности, но придают большее значение праву личности “быть услышанной”, свободно заявить о своей позиции, если она не совпадает с позицией большинства.

Строго посередине идейно-политического спектра находятся сторонники самостоятельного русского пути. В экономике большинство из них выступает за экономику смешанного типа, причем частный сектор допускается ими во всех отраслях, кроме стратегических. Более того, жесткое государственное регулирование частного сектора считают необходимым менее половины сторонников самостоятельного русского пути. Таким образом, в области экономики ничего “специфически русского” они не ждут и не хотят. Зато в социокультурной сфере у них действительно прослеживается доминирование той самой специфически российской ментальности с приоритетом интересов общности над интересами личности, относительно невысокой ценностью индивидуальной свободы, но большой значимостью идеи равенства, понимаемого как равенство возможностей.

Наконец, что касается центристов, то они в этом ряду оказываются ближе к сторонникам радикальных рыночных реформ. Среди них только около трети выступает за государственное регулирование частного сектора, причем границы этого сектора распространяются ими весьма широко, и почти все отрасли экономики должны включать в себя предприятия как государственного, так и частного сектора. Патерналистские установки у них относительно слабы, и более половины убеждены, что каждый должен сам себя обеспечивать, не надеясь на государство. Более того, и в плане социокультурных особенностей, также как и сторонники рыночных реформ, они отрицают приоритет интересов общности над интересами личности. Но если сторонники рыночных реформ имели при этом определенную идеологию, основой которой выступала ценность индивидуальной свободы и вообще западного пути развития, то у центристов такой идеологии нет. Свобода как ценность для них не значима, и позиция их носит не столько идеологически обусловленный, сколько прагматически-утилитарный, в определенном смысле – эгоистический характер.

Таким образом, из пяти основных идейно-политических течений четыре (кроме коммунистов) выступают за экономику с достаточно мощным частным сектором, и опять-таки четыре, но уже за исключением либералов – за модель активного государственного присутствия в сфере экономики. Зато в социокультурной сфере, сфере значимых ценностей сторонники самостоятельного русского пути, социал-демократы и коммунисты выступают носителями специфически российского менталитета, либералы же и центристы в большинстве своем ориентированы на западную модель общественного развития.

Таким образом, сложившаяся в России идейно-политическая дифференциация внешне весьма напоминает традиционный политический спектр в большинстве государств с развитой политической системой, особенно европейских, где давно существуют свои “левые”, “правые”, а также “новые левые”, “новые правые” и весьма многочисленный, слабоструктурированный “центр”. Однако для России, как для переходного общества, данное деление имеет существенно иной мотивационный характер, а за внешне рациональным выбором стоят значительные социокультурные различия, означающие подчас состояние глубокого социально-политического раскола не только по политическим, но и по “смысложизненным” ценностям.

В наибольшей степени этот раскол выражен в противостоянии коммунистов и либералов. И это понятно, поскольку за каждой из этих доктрин и соответствующими им типами политического сознания стоит не только своя традиция, но и реализованный в той или иной степени социальный проект. Этот исторический спор о преимуществах или пороках указанных социальных проектов по всей видимости еще долго будет определять политическую жизнь России.

В указанном историческом “споре” национал-патриоты и сторонники социалистической идеи пока играют скорее второстепенную роль. Но это вовсе не значит, что у этих течений отсутствуют какие-либо перспективы. Скорее наоборот, когда речь идет о собирательном образе будущего страны, их роль в тенденции возрастет.

3. ОТНОШЕНИЕ МОЛОДЕЖИ К НАИБОЛЕЕ ОСТРЫМ ПРОБЛЕМАМ

ВНУТРЕННЕЙ И ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ

3.1. Динамика идейно-политических ориентаций молодежи

Анализ результатов настоящего, а также предшествующих исследований показывает, что молодежь по своим социально-политическим ориентациям и установкам, по отношению к прошлому, настоящему и будущему существенно отличается от старшего и среднего поколения. И это понятно, учитывая тот факт, что нынешняя молодежь, особенно поколение 18-25 летних, выросло и продолжает формироваться в принципиально иных условиях, в том числе и политических, чем поколение их отцов и тем более дедов. Однако за последние годы масштабы и характер этих отличий претерпели значительные изменения. В отличие от других поколений Россиян сегодняшняя молодежь смотрит на мир не столько полярно, сколько просто иначе - более спокойно, нейтрально, воспринимая окружающую реальность как некую данность, хотя многое в ней ее не устраивает. Будучи в целом ориентирована на систему либеральных в своей основе установок, она отнюдь не готова идентифицировать российскую действительность в качестве того, что соответствует ее интересам. Именно отсюда тенденция к деидеологизации и деполитизации молодежи, особенно отчетливо проявившаяся после кризиса августа 1998 г.

На сегодняшний день почти половина всех опрошенных - 45,2%, заявляют о том, что не являются приверженцами никакой идеологии. В 1997 году таковых насчитывалось 41,0%. За последние два года почти в два раза сократилось число сторонников радикальных рыночных реформ - с 13,1% до 7,6%. По-прежнему крайне незначительное число отдают предпочтение коммунистической идее. Больше же всего приверженцев "самостоятельного русского пути развития" и центристов при этом число центристов резко сокращается и среди молодежи, и по населению в целом (см. таблицу 11).

Таблица 11

Сторонниками каких идеологических взглядов считают себя молодежь и население в целом, в %

Молодое поколение	Идейно-политические	Население в целом
1997	1999	течения	1997	1999
13,1	7,6	Сторонники радикальных рыночных реформ	7,2	6,1
4,5	5,0	Сторонники коммунистической идеологии	15,2	14,6
15,2	16,2	Сторонники «русского» пути развития	20,9	16,7
-	6,2	Сторонники социалистической, социал-демократической идеологии	-	6,3
26,2	18,1	Сторонники сочетания различных идей, но избегающих крайностей (центристы)	32,3	16,0
41,0	45,2	Не придерживаются никакой идеологии	24,4	37,8

При этом молодежь от старшего поколения отличает, во-первых, на несколько порядков меньший удельный вес сторонников коммунистической идеи и, во-вторых, большая, чем у старших возрастных групп, доля идеологически не определившихся.

В свою очередь, обращает на себя внимание тот факт, что на идеологические предпочтения молодежи начинает оказывать влияние фактор принадлежности к тем или иным имущественно-статусным группам. Так, 12,0% молодежи, относящих себя к средне материально обеспеченным заявляют о своей приверженности к идеологии радикального рыночного реформирования России, тогда как среди тех, кто живет за чертой бедности, таковых насчитывается лишь 2,5%. И, наоборот, среди беднейших слоев молодежи 12,5% отдают приоритет коммунистической идее, а среди молодежного "среднего класса" их всего 1,6% (см. таблицу 12).

Таблица 12

Идеологические предпочтения молодежи в зависимости от уровня материальной обеспеченности, %

Идейно-политические	Уровень материальной обеспеченности
течения	Средне материально обеспечены	Низко материально обеспечены	Те, кто живет за чертой бедности
Сторонники радикальных рыночных реформ	12,0	6,3	2,5
Сторонники коммунистической идеологии	1,6	5,5	12,5
Сторонники социалистической, социал-демокра тической идеологии	6,4	5,5	10,0
Сторонники самостоятельного русского пути развития	20,8	15,3	7,5
Сторонники сочетания различных идей, но избегающих крайностей (цен тристы)	18,4	19,2	10,0
Сторонники другого идейно-политического течения	1,6	1,6	2,5
Не являются сторонниками никаких идейно-политиче­ских течений	39,2	46,7	55,0

Также сравнительно новым феноменом является рост популярности среди достаточно обеспеченных слоев молодежи "русской национальной идеи". Не в последнюю очередь это связано с всплеском антизападных, антиамериканских настроений, особенно отчетливо проявившихся во время агрессии НАТО против Югославии. Так, подавляющее большинство молодежи (свыше 60%) на вопрос о том, каковы главные причины войны в Югославии, заявили, что видят их в стремлении США и в целом Запада стать единоличным лидером в мире и, соответственно, "поставить на место" Россию.

При этом молодежь одновременно весьма скептически оценивает тот путь, по которому идет современная Россия и, что особенно тревожно, начинает тяготеть к "твердой руке". Две трети ее готовы предпочесть «твердый» порядок политическим свободам и демократическим институтам.

Парадоксальность ситуации заключается в том, что, как уже отмечалось выше, подавляющее большинство молодежи (от 70% до 95%) при этом признают значимость, важность демократических прав и свобод (свобода слова, право на частную собственность, свобода выборов, свобода передвижения и т. п.). Объясняется этот парадокс, по всей видимости, тем, что молодежь наличие вышеперечисленных прав и свобод воспринимает как некую данность, существующую чуть не с момента их рождения, но в то же время практически воспользоваться этими правами в условиях недееспособности большинства государственных и общественных институтов может лишь с большим трудом. Поэтому "порядок" в ее понимании - это прежде всего обеспечение эффективности деятельности властных структур, но без вмешательства в частную жизнь граждан.

К сожалению, приходится признать, что именно практический, жизненный опыт молодежи приводит ее к тому, что она демонстрирует крайне низкий уровень доверия к большинству государственных и общественных институтов. Положительный рейтинг доверия в настоящее время имеет лишь российская армия. Всем же остальным институтам число не доверяющих значительно превышает число доверяющих (см. таблицу 13).

Таблица 13

Доверие органам власти и общественным организациям молодежью, в %

Институты	Доверяют	Не доверяют	Затруднились ответить
1. Президент России	4,8	80,0	15,2
2. Правительство России	11,2	54,9	34,0
3. Государственная Дума	8,6	60,6	30,9
4. Совет Федерации	13,1	47,7	39,2
5. Российская Армия	36,8	31,6	31,6
6. МВД (милиция)	18,4	53,6	28,0
7. Областная (городская) администрация	16,7	51,0	32,4
8. Областное (городское) законодательное собрание	12,2	49,9	37,9
9.Религиозные организации (церкви)	27,9	32,6	39,5
10. Политические партии	5,2	56,5	38,2
11. Профсоюзы	14,8	48,8	36,4
12. Средства массовой информации (телевидение, радио, газеты)	19,5	38,2	42,3

Крайне низкий уровень доверия к структурам гражданского общества (партии, профсоюзы, СМИ) свидетельствует, кроме всего прочего, о том, что молодежь не рассматривает эти структуры в качестве инструментов своей самоорганизации и реализации групповых интересов. Об этом же свидетельствует то, что в иерархии демократических прав и свобод (свобода слова, свобода передвижения, право на труд и т. д.) свобода объединений и союзов занимает последнее место. Лишь чуть больше половины опрошенной молодежи считают наличие этого права важным. Для сравнения - значимость свободы слова и других демократических ценностей признается 80-90% молодежи.