Роль триады и метонимии в семантической организации составного термина (стр. 4 )

Выше мы отмечали, что словесно или морфемно выражена триада – устойчивость межактантных связей сохраняется. По-видимому, такая прочность обусловлена тем, что эти связи прямые, непосредственные, работает связь «управление». Такую прямую связь получают те лексические значения, которые дружественны друг другу, т. е. они лексически совместимы.

О МЕТОНИМИИ И КАСКАДИРОВАНИИ

В исследуемых подъязыках существует широкий слой терминов вида binary control, двоичное управление, binary numeration system, двоичная система счисления, в которых рядом стоящими часто оказываются элементы с казалось бы лексически несовместимыми, лексически далекими друг от друга значениями. В теле термина эти элементы грамматически (т. е. формально) связаны, но парадигматические (онтологические, внетекстовые) связи между ними не прямые, а косвенные. Такое грамматическое содружество лексически далеких элементов в пределах одного термина придает термину определенную яркость и оттенок иносказательности. Например, в английском термине black memory букв. «черная» память (т. е. память, содержащая данные о черных образах) парадигматическая связь между элементами вообще не просматривается, как не просматривается она и в терминах с латинскими элементами – post mortem dump (т. е. «посмертный» дамп).

Мы считаем, что такие семантические пропасти или провалы (pits) между элементами в термине

возникли в результате действия метонимических явлений, т. е. переподчинение признака от одного понятия к другому понятию. Имя-признак как бы покидает своего прежнего парадигматического «хозяина» и становится грамматически зависимым от нового хозяина. Строго говоря, для терминов binary computer двоичный компьютер, binary arithmetics двоичная арифметика парадигматически неточно будет сказать: computer IS binary компьютер ЕСТЬ двоичный, arithmetics IS binary арифметика ЕСТЬ двоичная. А случай black memory трансформировать в сообщение memory IS black – эта операция вообще кажется странной.

Такие семантические пропасти между элементами в термине мы предлагаем «мостить» с помощью каскада стандартных 3-хчленных предложений (примитивов – primitives). Каскад может содержать один или несколько базовых предложений. Каждый примитив фиксирует прямые (непосредственные) парадигматические связи между подлежащим-субъектом, сказуемым-действием и прямым дополнением-объектом. В каскаде самое нижнее предложение является самым опорным, базовым, фундаментальным. (О форме тезаурусного представления прямых или косвенных связей между элементами термина мы здесь не говорим.). Процесс формирования каскада называется каскадированием (cascading).

Разные метонимические термины требуют разное количество примитивов. Например, для термина binary numeration двоичное счисление каскадирование не требуется, ибо с точки зрения данной понятийной системы целесообразнее считать, что признак двоичность определяет понятие счисление непосредственно. Выразим эту прямую связь с помощью предложения

numeration IS binary система=счисления ЕСТЬ двоичная.

Здесь налицо тот самый случай, когда грамматическая связь совпадает с парадигматической.

В нашем тезаурусе такой примитив будем хранить в виде

IS (NUMERATION,binary)

Для термина binary data двоичные данные уже потребуется формировать 2-хступенчатый каскад:

data HAS numbering system

данные ИМЕЮТ систему счисления

numbering system IS binary

система счисления ЕСТЬ двоичная

Для cлучая black memory, базовый (или нулевой) примитив будет, по-видимому, заявлять

цвет ИМЕЕТ волну, если учитывать современную способность техники распознавать волны, излучаемые цветом.

Такое каскадирование или «наведение мостов» (bridging) через метонимические пропасти может способствовать, например, проектированию эффективного регулируемого языка (controlled English) – для оптимального описания смысла документа и поискового запроса.

О «ГОЛУБОГЛАЗОСТИ», «ТОНКОСТЕННОСТИ», «ЧЕТЫРЕХМОТОРНОСТИ»

В линейно организованной структуре компаунда позиция <партитивность> может заполняться лексическим значением вида «голубоглазость» (или «тонкостенность» или «четырехмоторность» и т. п.). Мы используем здесь толкование значений вида «голубоглазость» (“blue-eyedness”) в сложных словах вида long-nosed длинноносый, short-legged коротконогий и т. п. [13,с.118]. Подробнее о формализованном представлении этой ситуации см. в [7,с.128-136], где ситуации вида thick-walled tank толстостенная цистерна (т. е. цистерна с толстыми стенками), concrete-surfaced runway (взлетная полоса с бетонным покрытием), many-sided configuration многосторонняя конфигурация (т. е. конфигурация со многими сторонами), three-bladed propeller трехлопастный пропеллер (т. е. пропеллер с 3 лопастями), one-armed man однорукий мужчина (т. е. мужчина с одной рукой), four-engined aircraft четырехмоторный самолет и т. п. предлагается описывать с помощью наших трехчленных каскадных примитивов [4; 7].

ВЫВОДЫ ПО СЕМАНТИЧЕСКОМУ ЭТАПУ НАБЛЮДЕНИЯ ЗА ТЕРМИНОСТРУКТУРОЙ

Формулируя свой рабочий подход к семантическому моделированию компаунда, мы должны, по-видимому, уяснить себе степень абстрактности таких категорий, как «творительный места – где?», «творительный времени – когда?», «творительный образа действия – как?» (они предложены ), а также абстрактность, скажем, семантических падежей Ч. Филлмора [17] и категорий [16]. Изучив опыт предшественников, мы должны принять рабочее решение по формализованному представлению таких абстракций. При этом, следует подумать и о проверке содержания каждого признака – чтобы содержание признака не переливалось в содержание другого признака.

Для кластирования выделенных нами семантических признаков применим опыт , а именно, его «скрытые категории» или «криптотипы» [16]. Один из криптотипов – согласно – несет значение «форма+бесформенное вещество»: «мешок муки», «брусок меди» и т. д.

Он считал, что в английском языке это значение обычно выражается грамматической формой вида

N* + OF + N1 (cup of tea) или N-1 + N* (wood stick деревянная палка/посох). Подобные формы называл формулами, в которых предлог имеет явное значение «содержащийся». Если сравнить наш признак <сделанный=из> c этим криптотипом, то, по-видимому, криптотип более абстрактен: медный гвоздь, карман семечек, река крови, океан слез). Наш вывод: в последующем этот криптотип мы можем использовать для иерархизации наших семантических признаков.

Возьмем наш следующий признак – <конкретизация>. Мы приписали ему содержание: «Из двух анализируемых слов термина грамматически главное обозначает лишь общий класс предметов, процессов или способов, а подчиненное слово конкретизирует и уточняет этот класс, неся существенную информацию о терминируемом понятии» [4,с.100-102]. То есть, при анализе терминов вида программные средства, средства программирования, способ трансляции, programming aids (программные средства), quantization process (процесс квантования) подчеркнутые элементы считаются именами информационно-недостаточными, они «обязательно требуют распространителей, обеспечивающих определенность и однозначность называния, полноту обозначения.» [12,с.16].

И здесь можно видеть, что вышеуказанный криптотип тоже поглощает наш признак. Идея «безбрежности» массы и жесткой «формы» или конфигурации для этой массы – эта идея нам кажется ценной, и ее можно применить для представления наших текстовых ситуаций вида способ трансляции или compiling technique. Такой безбрежностью могут быть наши отраслевые «действия», а формой будут «средства, программы, способы, методы, инструкции»и т. п. Тогда нашу конкретизацию придется назвать не семантической, а понятийной категорией. Но ведь дело не в названии, а в содержании и – что существенно – в диагностическом тестировании обнаруженной категории.

Наш семантический признак <идентификатор> тоже может быть включен в данный криптотип.

Значение данного криптотипа, похоже, покрывает значение и категории количественности [2], которую де Куртенэ выделял как отдельную. Но это требует дальнейших наблюдений.

И наконец, обсуждая трудности семантической формализации, нельзя не вспомнить особенности известных 10 Аристотелевых категорий: 1) substance, 2) quantity, 3) quality, 4) relation, 5) place, 6) time, 7) position, 8) state, 9) action, 10) affection [19]. Их большой уровень абстрактности может служить своеобразным ориентиром при будущей иерархизации выделенных нами признаков.

Подчеркивая стихию разных языков и трудности определения внеязыкового содержания категорий,

О. Есперсен отмечал [8,с.50]: говоря «о различиях между языками, мы наблюдаем, как предметы, представленные словами, группируются самым различным образом соответственно капризам данного языка. То, что сливается воедино в одном языке, различается в другом.»

«Эти категории являются универсальными, поскольку они применимы ко всем языкам, хотя они редко выражаются в этих языках ясным и недвусмысленным способом. Некоторые из них относятся к таким фактам внешнего мира, как пол, другие – к умственной деятельности или к логике. За отсутствием лучшего термина я буду называть эти категории понятийными категориями.» [8,с.58].

«Грамматические категории представляют собой в лучшем случае симптомы, или тени, отбрасываемые понятийными категориями, иногда «понятие», стоящее за грамматическим явлением, оказывается таким же неуловимым, как кантовская вещь в себе.» [8,с.61-62].

Семантический элемент терминоструктуры, по-видимому, является основополагающим лингвистическим понятием для формирования термина. Единственным способом проверки объема содержания такого терминоэлемента оказывается трансформационная процедура.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

1) В настоящее время отчетливо просматривается противоречие между огромными возможностями современной вычислительной техники, систем связи, высокими описательными способностями языков программирования и пока еще слабыми выразительными способностями информационно-поисковых языков (ИПЯ) дескрипторного типа. Эффективность автоматизированного поиска документов, а именно его точность и полнота, оставляют желать много лучшего. Уже давно существующая потребность в многоязычном поиске еще больше подчеркивает это противоречие.

Современный дескриптор обычно имеет вид составного термина (компаунда).

Попытки автоматизации самого процесса индексирования, что принесло бы столь желанную монотонность и устойчивость описания смысла документа и запроса – результат этих попыток также зависит от решения терминологических проблем.

Как построен термин, т. е. в чем заключается эффективность организации его элементов в теле термина, какова сила связи между элементами, как терминоэлемент выигрывает сражение за свое место у грамматически главного ядра термина – на эти и другие интересные вопросы еще нужно ответить. Только после этого можно будет предложить эффективную организацию лексической единицы. Здесь существует некая аналогия с автоматическим построением названия лекарства, когда мы идем от содержания (т. е. известных компонентов лекарства) к созданию имени с наперед заданными (и программно-распознаваемыми) свойствами.

Стремление построить эффективную терминологию имеет давнюю историю. Еще в 30-е годы прошлого века принципиальную значимость отраслевых терминологий в СССР понимали видные ученые-нелингвисты и ученые-лингвисты: необходимость упорядочения (т. е. нормализации и стандартизации) терминологий видели академик [18], курирующий в то время терминологические исследования в стране, известный инженер-лингвист [10; 11], известный лингвист [3].

2) Остро ощущается отсутствие единого подхода к описанию внешней и внутренней структур термина. Такой подход создал бы возможность получать «дружественные», совместимые терминологические результаты, объединяя этим дорогостоящие исследовательские усилия.

3) Создавая единую методику наблюдения за терминами, нужно полагать, что возникающие новые утонченные понятия, демонстрирующие прогресс науки и техники, не будут названы терминами-поездами, т. е. терминами-дефинициями. Надо ожидать, что названия этих понятий будут иметь вид коротких терминологических знаков, но с углубленными метафорическими отношениями между элементами знака. Эти отношения придают знаку яркость и необычность, а это способствует лучшему осмыслению терминируемого понятия и запоминанию самого терминознака. (Но за это приходиться платить трудностями формализации семантики). Поэтому, формальное представление значений таких терминов нужно будет проводить с помощью весьма абстрактных категорий. Мы должны как бы заранее запастись достаточной абстрактностью категорий с тем, чтобы с их высот взглянуть на стихию текста. Высокая абстрактность категорий затем позволит провести иерархическое упорядочение семантических признаков, очертить границу между содержанием таких групп гомогенных признаков. Это может создать основу для последующего кластирования (clustering) признаков.

Из вышесказанного вытекает следующая возможная процедура опознавания признаков: вначале мы пытаемся выделить случаи с одинаковой лексичностью – скажем, случаи вида «голубоглазости», интуитивно усматривая реализацию в них глубинного значения <партитивности>, далее, заимствуя криптотип «ФОРМА+БЕСФОРМЕННОЕ ВЕЩЕСТВО», мы сливаем все партитивности в этот криптотип. Иными словами, мы проходим все ступени ниже показанного каскада, где нижняя ступень содержит стихийное (локальное) значение, средняя – значение надлексическое, а верхняя – самую высокую абстракцию.

		ФОРМА+БЕСФОРМЕННОСТЬ
	партитивность
голубоглазость

Феномены каждой ступени, каждого слоя этого каскада являются гомогенными.

Трехактантная триада может стать стержнем при формализованном описании линейной организации термина.

Построение «мостов» через метонимические пропасти в терминоструктуре предлагается производить с помощью базовых примитивов, т. е. стандартных трехчленных предложений, фиксирующих парадигматические отношения между признаками понятий. Такое фиксирование производится в специальном тезаурусе.

Наблюдая над термином как наиболее информативным фрагментом научно-технического текста, мы ожидаем, что количество типов связей, присутствующих в данной терминосистеме, меньше количества связей, присутствующих вообще в естественном языке. Ибо мир терминологии несколько уже, чем вообще мир материальных и идеальных сущностей.

Нужно быть готовым к тому, что наш семантический терминоэлемент может быть выражен в русском термине словесно, в английском словесно и морфемно, а, скажем, в немецком чаще всего морфемно. В этом месте уместно вспомнить слова, кажется, о том, что самым устойчивым объектом для исследования является морфема. С этим трудно не согласиться, если вспомнить, что многоморфемный немецкий термин может быть длиной в целую строчку.

4) В целом, предложенное нами 3-хпризнаковое описание внешней структуры термина и 4-хаспектное представление семантического признака может помочь подойти к изучению проблемы как «сказывается» () научно-техническая мысль.

ЛИТЕРАТУРА

1) . Идеи и методы современной структурной лингвистики (краткий очерк). - М.:

Изд-во «Просвещение», 1966. – 302с.

2) де Куртенэ. Количественность в языковом мышлении//Избр. тр. по общему языкознанию.-М.,1963. Том 2,с. 278-287.

3) . О некоторых явлениях словообразования в русской технической терминологии//Тр. Московского института истории, философии и литературы.-М.,1939, том 5, с.3-54.

4) . Структурно-семантическая организация составных терминов русского и английского языков (на материале текстов по вычислительной технике и программированию). Дис. на соиск. уч. ст. к. филолог. н. (10.02.21 – структурная, прикладная и математическая лингвистика). Горький, Горьковский государственный университет им. , 1986.–168с. (Приложение – 81с.)

5) . Распознавание составного термина в тексте и подготовка к машинной обработке (нулевой этап). (с.41-63). Материалы межрегиональной научно-практической конференции «Научно-методическая и учебная деятельность ВУЗа в связи с переходом на многоуровневую систему образования», Нижний Новгород, Филиал Российского государственного университета (РГГУ)

в г. Нижнем Новгороде, 23-24 октября 2008 года. Нижний Новгород, издание Филиала РГГУ

в г. Нижнем Новгороде, 2008. – 279с.

6) . Статистико-вероятностные особенности поверхностной структуры английских

и русских составных терминов (первый этап). (с.63-84). Материалы межрегиональной научно-практической конференции «Научно-методическая и учебная деятельность ВУЗа в связи с переходом

на многоуровневую систему образования», Нижний Новгород, Филиал РГГУ в г. Нижнем Новгороде,

23-24 октября 2008 года. Нижний Новгород, издание Филиала РГГУ в г. Нижнем Новгороде, 2008.

– 279с.

7) . О формализованном представлении лексических значений «голубоглазость»

или «толстостенность» в англо-русских составных терминах. (с.128-136). Материалы

2-ой Международной научно-практической конференции «Информационные технологии

в гуманитарном образовании», Пятигорск, Пятигорский государственный лингвистический университет (ПГЛУ), 22-23 апреля 2009 года. Изд. ГОУ ВАО «Пятигорский государственный лингвистический университет». 2009. – 554с. http://itgo.pglu.ru.

8) О. Есперсен. Философия грамматики. (Перев. с англ.) (Otto Jespersen. The Philosophy of Grammar). Изд. 3-е. –М.: URSS, 2006. – 408с.

9) Информационно-поисковый тезаурус промышленности строительных материалов. Раздел «БЕТОН И ЖЕЛЕЗОБЕТОН». Сост. , , . Москва, Всесоюзный НИИ научно-технической информации и экономики промышленности строительных материалов (ВНИИЭСМ) Минстройматериалов СССР. 1981. – 223с.

10) . Изменение значений слов как средство образования научно-технических терминов. //Изв. АН СССР. Отделение технических наук. 1940, №6,с.73-90.

11) . Некоторые принципиальные вопросы отбора и построения научно-технических терминов//Изв. АН СССР. Отделение технических наук. 1940, №7, с.79-98.

12) Русская грамматика (в 2-х томах). - М.:Наука, 1980. Том 2:Синтаксис. – 709с.

13) . Лексикология английского языка. - М.: Изд-во лит-ры на иностр. языках, 1956.

– 260с.

14) А. И Смирницкий. Синтаксис английского языка. Изд. 3-е. - М.: URSS. 2009. – 296с.

15) Э. Сэпир. Язык: Введение в изучение речи. - М.-Л.:Соцэкгиз, 1934. – 223с.

16) . Отношение норм поведения и мышления к языку//Новое в лингвистике. 1960.

-Вып. I, с. 135-169. (Перев. с англ.)

17) Ч. Филлмор. Дело о падеже//Новое в зарубежной лингвистике.-1980. –Вып. 10: Лингвистическая семантика, с.69-495. (Перев. с англ.)

18) , . Задачи и методы работы по упорядочению технической терминологии. - Изв. АН СССР. Отделение технических наук, 1937, с. 867-883.

19) http://en.wikipedia.org/wiki/Categories_(Aristotle)

20) Ch. C Fries. The structure of English: An Introduction to the Construction of English Sentences.

–New York, 1952.

21) Charles J. Sippl and Charles P. puter dictionary and handbook. Howard W. Sams & Co.,Inc. The Bobbs-Merrill Co.,Inc., Indianapolis, Kansas City, New York, 1972.– 778p.

P