Публицистика как отражение социокультурного и художественного сознания (стр. 3 )

Хетагуров придавал огромное значение процессу образования, учреждению новых учебных заведений как среднего звена, так и высших. Он прекрасно осознавал ценность просвещения, поскольку ясно видел, что, только имея в своей среде людей образованных, сведущих во многих областях и готовых посвятить свою жизнь заботе о благе родного края, осетинский народ мог получить свободу, независимость от угнетателей и достойно встать вровень с другими национальностями.

Представители царизма старались не допустить проникновения образования в широкие народные массы, поскольку опосредованное мышление, языковой барьер, ряд поведенческих установок, проистекающий из следования адатам, обуславливали легкую управляемость населением.

Просвещение занимало одну из ведущих позиций в ценностном сознании Хетагурова, который не только выступал в защиту отдельно взятых учебных заведений (Ольгинская школа), но и глубоко интересовался процессом образования вообще. Из его шестидесяти статей и заметок в четырнадцати поднимаются вопросы просвещения.

Публицист прекрасно знал историю возникновения и жизнь школ Осетии, был хорошо знаком с постановкой школьного дела на Кавказе, следил за специальной литературой, уделял большое внимание состоянию и количеству учебников, обеспечению школ пригодными для проведения процесса обучения помещениями, а также положению учителей (статьи «Владикавказские письма (Маленькая история)», «Церковноприходские школы в Осетии», «Женское образование в Осетии» и др.).

Во втором параграфе «Вклад в образовательный процесс на Кавказе» анализируется транспозитивное влияние, оказанное прогрессивной мыслью публициста на культурное развитие Осетии. На рубеже веков, в условиях сильнейшего давления со стороны представителей царского самодержавия, на представителей передовой осетинской интеллигенции, во главе которой стоял Хетагуров, ложилась огромная ответственность. Они трезво оценивали всю важность образования в деле национально-освободительной борьбы и активно, в большинстве своем, занимались культурно-просветительской деятельностью. Они заботились о будущем нации, старались вывести ее из невежества и темноты патриархально-родового строя и стремились вовлечь в процесс просвещения максимальное количество людей. Прогрессивным фактором здесь является также и то, что помимо мужских школ начинали функционировать и женские учебные заведения, куда принимали девочек как из Владикавказа, так и из самых отдаленных сел, что стало настоящим прорывом в истории края, где до самого недавнего времени женщина находилась в абсолютно бесправном положении.

Хетагуров активно ратовал за то, чтобы школы вышли из-под власти духовенства и стали исключительно светскими учреждениями, поскольку, по его мнению, в церковно-приходских школах был явный недостаток квалифицированного персонала, сам процесс обучения был поставлен недостаточно хорошо, от чего страдали учащиеся, которые не получали необходимых знаний, умений и навыков.

Публицист предлагал ряд рациональных нововведений в сфере образования, которые отражены в цикле статей, посвященных этой проблеме. Особое внимание здесь уделяется необходимости преподавания в школах на родном языке, что являлось на тот период времени основным препятствием для получения полноценного образования.

Вопросы народного просвещения были приоритетными в ценностном сознании выдающегося осетинского деятеля. Именно при помощи образования он полагал дальнейшее прогрессивное развитие края, освобождение народа от груза отживших традиций и приобщение к русской культуре. На рубеже веков этот вопрос приобрел особенную остроту, так как происходила стремительная трансформация края из региона с устоявшимся патриархальным укладом в часть государства с развивающимися капиталистическими отношениями.

В четвертой главе «Христианские ценности в поэзии и публицистике » анализируются доминанты христианства в мировоззрении поэта и публициста и определяется влияние православия на становление его личности.

В первом параграфе «Доминанты христианства в поэзии » исследуются религиозные мотивы лирики поэта, выдвижение на верхнюю ступень его ценностной иерархии таких понятий, как «самопожертвование», «альтруистическое служение людям», «всепрощающая любовь» и т. д. Также анализируется восприятие Хетагуровым образа Христа, который выступает как Абсолют в сознании поэта.

Рассматривая творческое наследие выдающегося осетинского общественного деятеля, есть все основания говорить о его приверженности христианской традиции русской литературы, где религиозная тенденция выражена достаточно отчетливо. Характерной чертой поэзии Хетагурова является стремление автора к высшим христианским ценностям. Его попытка обрести убежище и душевный покой в религии обуславливается, прежде всего, атмосферой, которой был окружен поэт с самого детства (стихотворение «Воспоминание»).

Одним из излюбленных религиозных мотивов поэзии Хетагурова можно считать пасхальный мотив. Все высшие ценности Хетагурова связываются с Пасхой: свобода, равенство, братство, любовь. Именно вера, по его мнению, способна стать тем связующим звеном между людьми, представителями разных народов, которое способно стереть все грани между классами и национальностями (стихотворения «На Пасху», «Христос воскрес!» и др.).

Библейский мотив презрения к смерти и преодоления ее является особо значимым в творчестве Хетагурова. Воскрешение Христа для него наполнено глубоким смыслом: ничто светлое и прекрасное не может быть умерщвлено, не может сгинуть в небытие и пройти бесследно.

В сознании публициста Христос присутствует как высшая ценность, как идеал. Он олицетворяет собой всепрощение и беспримерную любовь к людям, ко всему человечеству. Добровольное принятие распятия во имя человечества по праву воспринимается Хетагуровым как наивысшая степень жертвенности и мученичества (поэма «Се человек» и др.).

Факты биографии Хетагурова и его духовные устремления свидетельствуют о том, что его собственная судьба являет собой своеобразную аналогию судьбе Христа. Огромная любовь к людям, сподвигнувшая на отказ от земных радостей и направившая на путь испытаний, невозможность распоряжаться собственной жизнью, отданной за счастье народное, непонимание, насмешки и предательство – все это оказалось уделом осетинского общественного деятеля.

Апофеозом Христолюбия Хетагурова можно по праву считать стихотворение «Праздничное утро или Мысли, вызываемые звоном к заутрене» (1888), которое по своему содержанию является его программным манифестом.

Во втором параграфе «Вопросы религии в публицистике » исследуется отношение выдающегося осетинского деятеля к реализации догматов христианства и ислама на Кавказе.

При рассмотрении газетных статей можно достаточно четко пронаблюдать разграничение в восприятии публициста религии как таковой и внешних особенностей отправления культа. Будучи в некоторой степени антиклерикалом и нередко выступая с разоблачениями служителей церкви, осетинский общественный деятель придавал огромное значение позитивному влиянию религии, особенно христианства, на сознание народа.

Отношение Хетагурова к священнослужителям было далеко не однозначным. С одной стороны, он причислял молодых священников к представителям передовой интеллигенции и отмечал ряд духовных лиц, сыгравших заметную роль в распространении в Осетии просвещения и в сближении ее с Россией (статьи «Открытое письмо к осетинской интеллигенции», «Избави Бог нас от этаких судей» и др.). С другой - иронически изобличал привилегированное положение некоторых церковников. Однако недочеты, возникавшие на общем фоне просветительской деятельности церкви, ни в коей мере не умаляли огромной ее заслуги в деле распространения образования на Кавказе, что неоднократно подчеркивал публицист.

Доминанты христианства были очень близки Хетагурову. По убеждению он был православным христианином, и в поступках, и в мыслях, и в творчестве доказавшим свою приверженность христианскому вероучению.

Именно эта вера направила Хетагурова по пути жертвенности. Иисус Христос, образ которого воспринят Хетагуровым как Абсолют, был для поэта вдохновляющим примером высокого служения людям, жертвенного подвига во имя их спасения, воплощением добра и любви.

Библейские мотивы и образы, отразившиеся в поэзии и публицистике Хетагурова, позволяют утверждать, что поэт оставался в русле христианской традиции русской литературы, что отличает его от революционно-демократических сил второй половины XIX – начала XX века, решительно отрекшихся от веры.

Присутствие христианских ценностей обогащает творчество Хетагурова, приближая его к деятелям мировой литературы первого ряда.

В пятой главе «Художественное выражение ценностного сознания в публицистике » рассматриваются элементы художественной микростилистики, на уровне которых в публицистике выражено ценностное сознание .

В первом параграфе «Идиомы (фразеологические единицы, пословицы, поговорки, крылатые выражения)» анализируются устойчивые сочетания, получившие широкое распространение в газетном стиле Хетагурова. Именно благодаря этим элементам система мировоззренческой ориентации публициста, неразрывно связанная с его эстетическими принципами, раскрывается наиболее полно.

В статьях Хетагурова присутствуют и беглые, запоминающиеся характеристики, и сражающие противника критические и сатирические выпады, и развернутые картины, на смену которым приходят глубоко продуманные, защищенные аргументами логические выводы, завершающие почти каждую статью. Здесь также можно пронаблюдать явление синтеза тех отраслей искусства, которыми владел Хетагуров. Будучи художником, с одинаковым мастерством владеющим как пером, так и кистью, он не мог не перенести художественное видение мира в публицистический текст.

Во втором параграфе «Стилизация, ирония, сарказм» на примере ряда статей рассматриваются приемы художественной образности для придания работе оттенка иронии и сарказма. Помимо фразеологических заимствований из русского фольклора в публицистике Хетагурова имеют место примеры стилизации. Так, синтаксический строй части статьи «Не везет нам на старшин» (1893) являет собой стилистическую кальку с древнерусского фольклора. Здесь автор ориентируется на сказочную манеру повествования.

В публицистическом стиле Хетагурова широко применимы такие средства художественной образности, как ирония и сарказм. Они находят свое выражение не только в грамматическом строе предложения, но и в употреблении уменьшительно-ласкательной лексики, интонации, военной лексики, высокого стиля и т. д. Яркими примерами являются публикации «Тартарен», «Чичиков», «Впечатления бытия» и др.

Арсенал средств Хетагурова, которыми он пользовался для того, чтобы миновать цензурную правку, был достаточно обширен. Так, для изобличения ряда известных в области персон, которых он не мог перечислить пофамильно, публицист нередко прибегал к эзоповскому языку и официальной лексике.

В третьем параграфе «Тропы (сравнение, метафора, метонимия)» определяется место указанных средств художественной выразительности в процессе создания стилистически окрашенного газетного выступления. Особого внимания заслуживают наиболее широко употребимые в статьях Хетагурова сравнительные обороты с союзом «как». Эти фразеологические единицы, взятые вне контекста, сравнивают сами по себе, имеют определенные значения. Помещенные в особую семантическую среду сравнительные обороты с союзом «как» могут претерпевать некоторую трансформацию и приобретать дополнительные варианты прочтения.

Метафора служит для придания более насыщенного колорита изложенной в статье информации и сообщения дополнительной экспрессии описанию каких-либо процессов или личностей.

Прием метонимии не получил широкого распространения в публицистическом творчестве Хетагурова, однако примеры его употребления свидетельствуют о безупречном владении публицистом всеми художественными особенностями русского языка.

В четвертом параграфе «Градация, деталь, зарисовка» рассматриваются художественные приемы, максимально приближающие литературную деятельность Хетагурова к живописи. Особое место здесь занимает этнографический очерк «Особа», в тексте которого заключены реалистические картины, отображающие особенности быта осетин и величественную природу Кавказа.

Применение принципа градации значительно обогащает публицистический текст, сообщает ему дополнительную выразительность и способствует донесению до читателя той степени экспрессии, которая владела автором. Этот прием характеризуется последовательным нагнетанием или, наоборот, ослаблении сравнений, образов, эпитетов, метафор и других выразительных средств художественной речи [Квятковский]. Быстрая смена картин или событий, происходящих, словно на одном дыхании, провоцирует появление эффекта напряженности, что, безусловно, придает особый колорит и насыщенность статье.

Среди приемов, использованных Хетагуровым при написании своих публицистических работ, особого внимания заслуживает такое средство художественной выразительности, как деталь. Она нередко заключает в себе генеральную идею автора, которую он не выражает непосредственно через прямое заявление, а скрывает в подтексте.

Детализированное описание служит основной составляющей приема зарисовки, являющегося уникальной особенностью публицистического стиля Хетагурова. Здесь мы видим не только руку безусловно талантливого художника слова, но и одаренного живописца, способного создавать необыкновенные по своей яркости и насыщенности картины.

Тематика публицистических произведений выдающегося осетинского деятеля разнопланова, соответственно и цели, которые он преследовал в них, являются различными. Политические выступления, критика представителей власти, отчеты о культурно-массовых мероприятиях, рецензии на произведения – весь этот широкий охват проблем требовал определенной манеры изложения. В связи с этим и трансформировался язык публицистических статей, которые приближались по стилю то к научным работам, то к художественно-беллетрестическим.

Работая в жанре публицистики, добиться столь блестящих результатов мог лишь человек, обладавший поистине неординарным талантом и виртуозно владевший словом. Поэзия, проза и живопись присутствуют в публицистике Хетагурова как единое органическое целое, придавая слову весомость и действенность, а это – главные достоинства публицистического жанра. Газетный язык его строг, точен и лаконичен, но, тем не менее, в нем явно просматривается рука художника.

В публицистическом слове реализовалась гражданская позиция автора, его ценностное мышление, что оказало огромное влияние на развитие национального самосознания осетинского народа и его социокультурной ориентации в новых исторических условиях XX века.

В заключении подводятся итоги проведенного исследования, делается ряд обобщающих выводов, отмечается значение фигуры Хетагурова в истории осетинской культуры, его влияние на формирование сознания осетинского народа. Приступая к этой теме, мы ставили своей целью не только проследить ценностные ориентации , выраженные в публицистике, но и определить те истоки, которые питали его личность на всем протяжении творческого пути и послужили основой формирования системы предпочтений.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях автора:

1.  Тема просвещения в публицистике Коста Хетагурова // Современные научные технологии: сб. статей и тезисов. – Владикавказ, 2006. – С. 66-74.

2.  Некоторые вопросы публицистики Коста Хетагурова // Диалог. - Владикавказ, 2006. - № 1. – С. 108 – 113.

3.  Особенности публицистического стиля Коста Хетагурова // Современные научные технологии: сб. статей и тезисов. – Владикавказ, 2007. – С.165-195.

4.  Использование принципа градации в публицистических произведениях // Культурная жизнь Юга России. - Краснодар, 2007. - № 6. – С. 124-126.

5.  Художественная образность публицистики Коста Хетагурова // Лингвометодические заметки. – Владикавказ, 2007. – Вып. 2. - С. 64-72.

6.  Христианские ценности в поэзии // Дарьял. – Владикавказ, 2007. - № 6. – С. 78 – 85.