Аржан-источник (стр. 4 )

Сопровождающие царя

При продолжении работ в 2002 году в пределах кольцевой ограды кургана и под ней обнаружены захоронения в погребальных камерах из вертикальных плит. Эти могилы содержали не столь уникальный набор вещей. Однако материалы именно этих погребений позволяют соотнести комплекс кургана с известными памятниками как в Туве, так и за ее пределами.

Очень важно, что материалы из этих могил имеют параллели в «царском» захоронении. Некоторые предметы – точно такие же. Например, с одной из погребенных женщин найдены две тисненые золотые бляшки в виде кошачьего хищника, аналогичные украшениям женского костюма в основном комплексе кургана. Кроме того, о хронологической близости могил свидетельствуют стратиграфические наблюдения, сделанные в процессе раскопок.

Кто были эти люди? Антропологи определили, что в могилах скифского времени, исследованных на Аржане-2 примерно поровну мужчин и женщин. Были ли они похоронены в царском кургане по причине их родственных связей с царским родом? Может быть, женщины – наложницы вождя, а мужчины – дружина? Эти вопросы остаются пока без ответов. Возможно, на какие-то из них можно будет разрешить после проведения генетических анализов древних останков. Но пока мы располагаем только теми фактами, которые удалось зафиксировать при раскопках. А факты говорят о многом.

Так, серия из пяти погребений, совершенных под конструкцией каменного кольца с самого края кургана могла быть совершена уже после постройки кромлеха. В трех случаях можно уверенно говорить о том, что люди, похороненные тут, были убиты – пробитые черепа, наконечники стрел в костях свидетельствуют о насильственной смерти. Умерщвлены ли они специально для сопровождения царя в загробный мир? Не исключено, так как мы знаем о человеческих жертвоприношениях при похоронах царя у скифов из рассказа Геродота. Греческий историк, непосредственно общавшийся со скифами, в V в. до н. э. пишет, что вместе с царем «…погребают одну из наложниц царя, предварительно задушив ее, а также виночерпия, повара, конюха, телохранителя, вестника…» (Геродот, IV - 71) Возможно, этот ритуал бытовал у центрально-азиатских кочевников задолго до времени Геродота? Историк отмечает, что сопровождали царя в могилу не рабы, а свободные скифы. Здесь, в могилах под кромлехом, похоронены люди с оружием, золотыми украшениями – соплеменники не самого низкого ранга. У единственной молодой женщины, погребенной в этой части кургана, головной убор украшала золотая бляха в виде барана, не уступающая декору царских одежд! На плитах перекрытия парной мужской могилы лежали бронзовые удила – может быть здесь похоронены конюхи? В другом погребении прекрасно сохранился деревянный ковш – не являлся ли человек, похороненный здесь, царским виночерпием? Конечно, уверенно ответить на эти вопросы мы не можем. К сожалению, у древних кочевников в центре Азии не было своего Геродота.

Но самые богатые сопроводительные захоронения найдены не под кромлехом, а на площади кургана. Это могила трех женщин и парное мужское погребение. Совершены они были до возведения каменной кладки кургана. Иногда – это зафиксировано при раскопках в нескольких случаях – в могилы подхоранивали уже полностью разложившиеся тела. Возможно, их привозили издалека, с отдаленных кочевий. При этом даже отдельные кости сопровождались необходимым набором вещей. Значит – надкурганное сооружение строилось поэтапно, могила царя посещалась для совершения необходимых ритуалов и подхоронений.

Все женщины, похороненные в могиле, состоящей из двух отсеков, имели на поясе стандартный набор – зеркало, нож, шило и гребень. Старшая из них, вероятно, занимала при жизни достаточно высокое положение. Об этом можно судить по ее погребальному наряду, украшенному не одной сотней бирюзовых, стеклянных и сердоликовых бус. Кроме того, на ней были надеты золотые серьги, покрытые зернью с эмалевыми вставками, а головной убор украшен двумя бляшками в виде кошачьего хищника – такими же, как в основной могиле кургана. Но особенно ценно в этом захоронении – уникальная сохранность фрагментов одежды из текстиля, войлока и меха. Благодаря работе в экспедиции реставраторов Эрмитажа все эти материалы удалось сохранить и доставить в лабораторию Отдела научной реставрации и консервации Государственного Эрмитажа. Полихромные шерстяные ткани имеют различную, иногда довольно сложную структуру, что говорит о развитом текстильном ремесле. Возможно, некоторые из них привезены издалека, однако этот вопрос требует специального изучения.

Мужское захоронение имело ярко выраженный воинский набор сопроводительного инвентаря. За спиной погребенного был положен пояс, украшенный бронзовыми обоймами в виде все тех же кошачьих хищников. На нем было закреплено оружие – горит с луком и стрелами и чекан. Здесь же найдены остатки деревянного ковша с великолепной рукоятью в виде лошадиной ноги, вырезанной из рога. Вероятно, этот предмет также был подвешен к поясу за отверстие в рукояти. Еще одно соответствие рассказу Геродота – «…скифы носили чаши на поясе…» (Геродот, IV - 10) – не зафиксированное в раннескифских памятниках Причерноморья! Может быть, европейские степняки сохранили память о своей далекой прародине, откуда их орды пришли в поисках добычи и новых пастбищ для своих табунов?

Кони царя

Вместе с царем кочевники хоронили не только людей, но и лошадей. В Туве, где в рядовых курганах скифского времени находки коней чрезвычайно редки, этот обряд особенно выделяет элитные захоронения. В Аржане вокруг царской могилы были найдены останки 160 коней. В Аржане-2 было обнаружено несколько отдельных комплексов, связанных с конем и его снаряжением. Здесь, в юго-восточной части кургана при строительстве наземного сооружения было оставлено специальное место для погребения 14 жеребцов. После того, как кони были помещены туда, сверху было сооружено перекрытие из плит, которое достаточно быстро просело и образовавшаяся воронка заложена камнями до прежнего уровня. Вместе с лошадьми найдены принадлежности сбруи. Комплектность ее деталей у каждой лошади достаточно стандартна: бронзовые удила с парой псалиев, наносник, одна или несколько ворворок, золотые пластинки - нахвостники и украшения гривы. Золотые украшения гривы и хвоста различны по форме - пластинки, найденные около черепа, имеют сегментовидную форму; нахвостники сделаны из прямоугольных пластин. Кроме перечисленных предметов рядом с некоторыми конями найдены ворворки с таким же чешуйчатым орнаментом как и на золотых изделиях из могилы царя. К сожалению, кожаные ремни сохранились только в небольших фрагментах рядом с удилами, в отверстиях псалиев и внутри некоторых ворворок. За исключением удил с псалиями, найденных в зубах лошадей, остальные предметы смещены с первоначальных мест. Их расположение на сбруе можно только предполагать.

Напротив, другой комплекс, хотя и не содержит захоронения коня, позволяет реконструировать парадную сбрую в полной мере. В 2003 году при зачистке восточной части обкладки ограды кургана был обнаружен комплект конского снаряжения, включающий удила с псалиями, подпружные пряжки, налобные и наносные украшения и многочисленные обоймы, некогда надетые на кожаные ремни. Почти все эти предметы украшены профильными изображениями кошачьих хищников. Фигуры, повернутые в разные стороны, позволяют определить их расположение на сбруе. Вместе с бронзовыми предметами здесь же найдены и золотые пластинки, украшавшие хвост и гриву лошади.

Еще одна находка, вероятно, связанная с облачением коня, обнаружена в 2001 году в северной части кургана. В срубе, помещенном в небольшую яму, найдены украшения из золотого листа, некогда наклеенные на кожаную или деревянную основу. Одно из них реконструируется как обкладка конского налобника в виде объемной фигурки птицы с повернутой назад головой, закрепленной на круглой подставке. Рядом с ней лежали три плоскостных фигуры рыб. Возможно, это украшения маски коня, имевшей кожаную основу. Подобные маски известны в Пазырыкских курганах на Алтае, где они сохранились благодаря мерзлоте в погребальных камерах.

Что означали захоронения коней в царских курганах? Зачем роскошная сбруя была положена между плит? Несомненно, этот обряд отражает особое отношение к этому животному в мировоззрении древних кочевников. Отметим лишь некоторые моменты. Обычаи, связанные с жертвоприношениями лошадей, фиксируются в скифское время практически во всей степной Евразии. Конь был не только верным спутником кочевника при жизни, но должен был сопровождать и служить ему в загробном мире. Из древних текстов известно, что лучшие кони посвящались солнцу (Геродот, II - 216). Может быть, головы именно этих животных украшали круглыми налобными бляхами? Небесный характер таких коней подчеркивает изображение птицы. Фигуры рыб, напротив, вероятнее всего связаны с образами загробного мира, куда отправлялся вождь. Важным является размещение связанных с конем комплексов на площади кургана. В основном, они обнаружены в восточной его части. Может быть именно туда, навстречу восходящему солнцу, отправлялись погибшие и умершие всадники? Царя в этом направлении могла везти колесница, запряженная четверкой лошадей. Изображение ее, выбитое на плите обкладки ограды кургана, найдено именно к востоку от центра сооружения в ряду других рисунков.

Рисунки на плитах и стелы

Разнообразие материалов кургана Аржан-2 дополняется находкой серии плит с выбитыми на них рисунками. Изображения на камнях и раньше находили в курганах, но синхронизация их с погребальным комплексом обычно затруднительна. Ведь камень могли использовать как строительный материал, не обращая внимание на имеющийся на нем рисунок. Между тем, хронологическая «привязка» такого рисунка к хорошо датированному комплексу очень важна для определения даты многочисленных наскальных галерей, широко распространенных повсеместно. В кладке наземного сооружения Аржана-2 тоже найдены плиты с рисунками и их обломки. Их положение также неопределенно. Но с восточной стороны кургана, там, где найдена конская могила, на облицовке кромлеха зафиксированы прекрасно выполненные изображения, выбитые в скифо-сибирском зверином стиле. Среди них – рисунок запряженной лошадьми колесницы, а также крупные фигуры стоящих оленей, лося, верблюдов, горных козлов и кабанов. Интересен впервые встреченный рисунок человека с кинжалом и горитом на поясе, держащий за повод лошадь. Многие камни стояли на первоначальном месте, некоторые были разбиты и лежали рядом. К сожалению, поверхность многих из них покрыта известковыми натеками, образовавшимися за прошедшие века. Эта карбонатная корка отслаивается вместе с поверхностным слоем песчаника. Не исключено, что изображения были и на других камнях облицовки этой части кромлеха, однако отслоение поверхности, фиксируемое повсеместно на плитах, уничтожило рисунки. Но те из них, которые пощадило время, органично вписаны в комплекс кургана, что очень важно для хронологического определения других наскальных рисунков Саяно-Алтая. Синхронность большинства изображений на плитах времени сооружения памятника подтверждается находкой аналогичных по стилю рисунков на одной из плит конструкции женской могилы. Выбитые и совершенно не выветренные фигуры кабанов и козлов на этом камне образуют осмысленную композицию, что свидетельствует об изготовлении рисунка специально для погребального ритуала.