В этот период (апрель-июль 1943 года) отец сражался бок о бок со своим братом, Тужиковым Николаем Борисовичем, красноармейцем 120–го гв. стрелкового полка, 39-й гв. стрелковой дивизии (8-я гв. армия, Юго-Западный фронт), погибшим 03.08.1943 года в ходе Изюм-Барвенковской наступательной операции.

За усердие при выполнении должностных обязанностей, проявленную при этом инициативу, командирские качества сержант в августе 1943 года направлен в офицерскую школу для повышения боевого мастерства.

01.08.43 – 12.05.44 - слушатель офицерской школы при 25-м учебном полку Среднеазиатского военного округа по специальности командиров огневых взводов. Полевая почта 97693.

По окончании офицерской школы лейтенант направлен в 96-й артиллерийский полк 90-й стрелковой дивизии, в которой прослужил до 01.06.46 года. 96-й артиллерийский полк располагался на Карельском перешейке в районе Белооострова, куда и прибыл отец после окончания офицерской школы.

05.44 – 17.02.45 – командир взвода разведки штабной батареи 96-го артиллерийского полка 90-й стрелковой Ропшинской Краснознаменной ордена Суворова дивизии 108-го стрелкового корпуса, 5-я Ударная армия, Ленинградский фронт, 2-я Ударная армия, 2-й Белорусский фронт, п\п 86666.

Принимая участие в Выборгской фронтовой наступательной операции (10–20 июня 1944 г.), 90-я стрелковая дивизия 14 июня 1944 года прорвала оборону северо-западнее посёлка Ушаково(Ушково) Тихвинского района Ленинградской области), форсировала реку Райволан-Йоки. 17 июня 1944 года дивизия прорвала оборону у населённого пункта Мерисилата в 20-ти километрах юго-восточнее города Койвисто (ныне город Приморск Выборгского района Ленинградской области).

20 июня 1944 года 90-я стрелковая Ропшинская Краснознаменная ордена Суворова II степени дивизия генерал-майора Лященко Николая Григорьевича отличилась при штурме города-крепости Виипури (город Выборг Ленинградской области). Приказом ВГК соединения и части, отличившиеся в боях при прорыве линии Маннергейма и овладении городом и крепостью Выборг, получили почетное наименование «Выборгские», в том числе 19-й стрелковый полк (подполковник ), 173-й стрелковый полк (подполковник ), 286-й стрелковый полк (подполковник ). Командир 90-й стрелковой Ропшинской Краснознаменной дивизии генерал-майор был первым советским военным комендантом города Выборга.

27 июня 1944 года дивизия частью сил освободила город Уурас (город Высоцк Ленинградской области). 4 июля 1944 года дивизия вела бои за населённый пункт Харьюла (Карелия).

НЕ нашли? Не то? Что вы ищете?


Вот как вспоминает об этом периоде военных действий один из ветеранов 96-го артиллерийского полка помощник начальника штаба 96-го артиллерийского полка , наверняка знавший отца, так как отец в это время занимал должность командира взвода разведки штабной батареи.

Весь май и начало июня 1944 года штаб 96-го артиллерийского полка вёл активную разработку документов на предстоящую операцию - прорыв обороны финских войск (имеется в виду Выборгская фронтовая наступательная операция).entralsector. narod. ru
Особенно много дел было у помощников начальников штаба Моргунова, Логинова, Фомича, всей штабной батареи во главе со старшим лейтенантом Копезиным, топографы которой москвичи Костя Родионовский, Яблоков, Саша Хохлов буквально не знали отдыха, привязывая на месте положение каждой батареи. В это же время я познакомился и сдружился с командиром отделения разведки саратовцем Георгием Андреевым, командиром отделения связи из батареи управления Агалаковым, топовычислителями ленинградцами Павлом Дорофеевым и Никитой Старицким. Все они проявили себя в дальнейшем, все были награждены орденами Славы 3-й степени, а Агалаков еще и 2-й степени. Все они уцелели во время войны, а после войны на гражданке добились значительного положения и я о них еще расскажу.
При подготовке операции командование фронта, а следовательно и все мы, исходили из того, что первая полоса обороны финнов сильно укреплена, а дальше будет лишь восстановленная ими линия Маннергейма.
Как проходила эта операция, где и как велись бои по прорыву обороны финнов, подробно рассказано в книгах-мемуарах комдива И он упоминает о некоторый недостатках в разведданных. Но всё же ему, видимо, неудобно было прямо сказать о тех просчётах и многочисленных ошибках, которые привели к ряду неудач, и что особенно важно, серьёзным потерям в войсках. Речь идёт прежде всего о никуда негодных данных разведки о системе оборонительных сооружений противника, поступивших в штабы.
Начиная с 7 июня стала действовать авиация. Она непрерывно наносила массированные удары по позициям немецких [т. е. финских - А. Т.] войск в течение нескольким дней. В ночь на 10-е началась артподготовка. Она продолжалась долго и была очень интенсивной. Были израсходованы сотни тысяч снарядов и авиабомб.
А когда наши стрелковые полки пошли в атаку, оказалось, что финские окопы практически пусты. Финские войска ушли. Я сам в первых финских окопах видел всего одну поломанную пушку и одного убитого солдата. Все мы тогда поняли что финны нас здорово обманули. Мы молча проглотили горькую пилюлю.
Ничего наши командиры и мы в штабе не знали и о том, что километров через 15 была создана мощная оборонительная линия. Когда подошли к реке Раивола-Иоки, буквально нарвались на ожесточённое сопротивление и понесли большие потери.
Оказалось, что финны по самому берегу реки Раивола-Йоки успели создать многочисленные массивные укрепления и огневые точки, вся местность по берегам реки была довольно точно пристреляна.
В этом месте совершил свой [герои]ческий подвиг командир нашего 3-го дивизиона капитан Буфетов. Когда во время переправы через реку погиб командир батальона 173- го стрелкового полка и был ранен начальник штаба, Буфетов взял себя командование и батальоном. Они захватили плацдарм на финском берегу, сумели сделать брешь в обороне врага и тем самым дали возможность прорвать эту оборону. Во время боя, когда Буфетов сам вёл огонь из автомата, осколок снаряда попал ему в голову. Сначала в штаб сообщили, что Буфетов погиб. Потом новое сообщение, что он лишь ранен и направлен в госпиталь. Но уже потом, когда двинулись на Выборг, стало известно о гибели капитана Буфетова. Гораздо позднее, только в ноябре месяце, когда мы были уже в Польше, узнали о том, что Сергею Буфетову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
В прорыв, созданный героизмом Буфетова, пошли стрелковые полки и сумели развить успех. centralsector. narod. ru
А дальше вдоль Приморского шоссе к линии Маннергейма и на Выборг. Вспоминаю, как в полк поступило устное распоряжение сверху: всем объявить, что в подразделениях, которые сегодня же достигнут линии Маннергейма и сумеют прорвать её офицеры будут награждены орденом Красной Звезды, а рядовой состав и сержантский медалями.
Все мы и пехотинцы на наших артиллерийских машинах помчались на север, нигде не встречая сопротивления.
Когда к вечеру остановились и сориентировались, то оказалось, что мы уже за линией Маннергейма. Радист доложил в штаб дивизии, но его обругали и пригрозили наказанием. Были белые ночи и хотя мы в лесу, но не совсем темно, мы всё же нашли разрушения в зарослях траншеи и какие-то другие сооружения. Стало ясно, что линия Маннергейма и не восстанавливалась, а разведка и командование об этом ничего не знало. Нас опять надули.
Много лет спустя, когда на юбилейные победные дни мы, однополчане, встречались в Питере, как правило у Мурашовой-, вспоминая эти бои, подтрунивали по поводу многочисленных кинофильмов о наших разведчиках. Судя по ним чуть ли не половина немецких штабов состояла на наших разведчиков Штирлицев, а мы очень мало знали о враге и том, что они нам готовили.
Перед Выборгом остановились, так как противник оказал здесь серьёзное сопротивление. Наш полк развернулся, а затем небольшая артподготовка и стрелковые полки штурмом овладели городом Выборг. В городе никого не было, ушло и всё население. Помню, что мы ночевали в хорошей квартире и там сохранилась вся обстановка. Очень удивились, когда на полках обнаружили целые пачки бумажных платков, салфеток, скатертей и даже простыней и полотенец. После траншей и землянок видеть всю эту чистоту было непривычно. Даже такие ленинградцы-интеллигенты как Дорофеев и Старицкий были в восторге от увиденного.
Попытка форсировать пролив, отделявший Выборг от основной Финляндии на лодках а так же через довольно длинный мол, была скорее авантюрой чем серьёзной боевой операцией. Финны без труда орудийным и оружейным огнём перебили все наши полки и никому не дали высадиться на западный берег пролива.
После этой неудачи командование решило ворваться в Финляндию через леса, что севернее Выборга. И здесь ничего не получилось. Подготовки к операции фактически не было. Артиллерийских снарядов да и других боеприпасов было мало, а перевозка даже продовольствия по густым лесам и завалам оказалась почти невозможной. Сплошные многочисленные валуны - каменные глыбы по 3-5 метров в высоту, кругом вода и почти никаких дорог. И лишь в одном месте пересекались две лесные просеки. Это место кто-то прозвал "перекрёсток смерти". Через него должна была пробираться почти вся дивизия. Между тем финны это место хорошо пристреляли и почти всё время вели по нему огонь. Мы же в этом кромешном лесу так и не смогли установить, где их батареи. К тому же здесь оказалось много "кукушек". Это отдельные финские снайперы, которые сидели высоко на деревьях [и] метко стреляли до тех пор пока их не снимали наши бойцы. Однажды мы с кем-то из ребят больше часу пролежали в канаве и не могли даже высунуться, так как снайпер сразу же стрелял.
Наш штаб 96-го артиллерийского полка расположился сравнительно недалеко от этого "перекрёстка" смерти, пытаясь организовать быстрый проход техники через это место. В какой-то из дней финская артиллерия провела мощный артналёт на расположение штаба. Снаряды попали по валунам, на нас летели осколки не только снарядов, но и камней. Несколько снарядов попали прямо под валуны. Во время этого обстрела погибло несколько человек. Погибли помощники начальника штаба полка Моргунов и Логинов. А вскоре погиб и командир полка подполковник Константин Герман. Он пытался на машине проскочить этот злополучный перекрёсток, но впереди застряли танкисты и преградили дорогу. Герман выскочил из машины, стал на них кричать, пытаясь разогнать. Один из танков съехал на обочину, и попал на мину, разрывом которой и был убит командир полка Герман. Его было очень жаль, хотя он был строгим и требовательным командиром, порой жестоким. Почему-то казалось, что он часто нервничает и злится потому что им овладевает чувство страха. Некоторые, даже многие офицеры недолюбливали его. Но он всегда, и в самой трудной обстановке хорошо выглядел, был стройным, высоким, чисто одетым, опрятным, как будто кем-то ухоженным. Трудно было понять как он в той обстановке поддерживал внешнюю форму. Вспоминается такой случай. Сообщили что в полк едет Лященко, которому недавно присвоили звание генерал-майора. Для встречи комдива Герман распорядился подготовить обед с выпивкой, хотя все хорошо знали, что Герман водку не пьёт. Поваром при комполка был Штофмахер. Он родом из Украины и после войны жил в Харькове. На встречи однополчан в Питере приезжал. Штофмахер знал "слабость" Германа, по его же указанию всегда наливая гостям водку, а командиру полка воду. Так он сделал и на этот раз, но, подавая обед, перепутал кружки и Лященко попала вода. Лященко выпить умел и сразу понял в чём дело, но виду не подал и воду выпил, а затем с ехидцей смотрел как Герман заморщился и закашлялся... Что было... когда Лященко уехал... Но всё же Штофмахер уцелел, дожил поваром до конца войны. А готовить, все знали, он умел здорово, из ничего делал деликатесы. В Харькове он был шеф-поваром какого-то крупного ресторана.
После гибели Германа командиром полка был назначен заместитель комполка майор , кажется, белорус, родом из города Борисова. Он был человеком "небольшого образования", примерно такой же культуры. Но не вредный и иногда чудаковатый, с довольно неплохой интуицией, но не всегда справедливый. Помнится как он предвзято относился к начальнику связи полка Фомичу Петру Ивановичу, хотя тот был одним из лучших офицеров, хорошо руководившим связистами, придирался к Лодзейскому, когда тот стал ПНШ полка.
Вскоре бои на этом участке прекратились, а потом поступил приказ не открывать огня по самолётам, которые могут появиться со стороны Финляндии. Пошли разговоры о том, что финская делегация собирается лететь через линию фронта на переговоры в Москву об условиях капитуляции.

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5